Дело № 2-4100/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 сентября 2018 года г. Новосибирск

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Топчиловой Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Гордеевой Д.Д.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей ответчика ФИО3, ФИО4, прокурора Федорова А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Сибирская энергетическая компания» о взыскании расходов на лечение, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

Истец обратился в суд с иском к ответчику и просил, с учетом уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскать с ответчика расходы на лечение в размере 12534 рубля, компенсацию морального вреда в размере 800000 рублей.

В обоснование своих требований истец указал, что он являлся сотрудником АО «СИБЭКО». ДД.ММ.ГГГГ во время осуществления трудовых функций им была получена производственная травма в виде проникающего роговично-склерального ранения с внутренним инородным телом металлической плотности, частичный гемофтальм левого глаза. Истец полагает, что в его пользу подлежат взысканию расходы на лечение производственной травмы, а также компенсация морального вреда, поскольку истец испытывал физические и нравственные страдания, вызванные виновным поведением работодателя в виде: необеспечения безопасных условий труда, несвоевременного расследования производственной травмы, попытки сокрыть факт производственной травмы, несвоевременного оказания первой медицинской помощи, несвоевременного информирования компетентных органов о произошедшем несчастном случае на производстве.

Истец и его представитель в судебном заседании доводы иска поддержали в полном объеме, настаивали на удовлетворении заявленных требований, дали соответствующие пояснения. 

Представители ответчика в судебном заседании исковые требования признали в части, полагали, что заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда чрезмерно завышен, дали пояснения, согласно письменному отзыву.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетеля, исследовав представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования подлежат удовлетворению частично, приходит к следующим выводам.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ работал в АО «СИБЭКО» (ранее – ОАО «Новосибирскэнерго») в подразделении Барабинской ТЭЦ в должности слесаря по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов 5 разряда (л.д.41-46).

Как указывает истец и не оспаривает ответчик, с июля 2018 года трудовые отношения между сторонами прекращены.

ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 получил проникающее роговично-склеральное ранение левого глаза с внутренним инородным телом металлической плотности, произошел частичный гемофтальм левого глаза, что подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств.

Актом о расследовании несчастного случая, проведенного в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, установлены следующие обстоятельства: ДД.ММ.ГГГГ в 08:50 для выполнения работ по наряду-допуску №К (устранение свища на питательном трубопроводе конденсатора впрыска котла № с применением огневых работ) был произведен допуск бригады в составе руководителя работ – старшего мастера по ремонту оборудования ФИО5, производителей работ – слесаря по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов 5 разряда ФИО6 и членов бригады – слесаря по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов 5 разряда ФИО1, слесарей по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов 4 разряда ФИО7, ФИО8, электрогазосварщика 6 разряда ФИО9 По прибытию на рабочее место старший мастер по ремонту оборудования (котельного) ФИО5 провел целевой инструктаж производителю работ и членам бригады, принимая во внимание требования «особых условий» наряда. Во время инструктажа было отмечено о необходимости применения средств индивидуальной защиты. После инструктажа производитель работ ФИО6 распределил обязанности между членами бригады. С 9:00 до 9:30 бригада провела демонтаж дефектного участка трубопровода. Затем слесарь по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов 4 разряда ФИО8 приступил к зачистке стыков под сварку, а слесари по ремонту оборудования котельных и пылеприготовительных цехов 5 разряда ФИО1 и 4 разряда ФИО7 приступили к торцовке труб при помощи переносного электрического трубореза. После установки трубореза на трубу, ФИО1, не надев защитные очки, включил труборез и начал работу по торцовке трубы. Примерно в 10:10 произошел скол режущего резца трубореза, осколок которого отлетел и попал в левый глаз ФИО1 (л.д.47-51).

Аналогичные выводы содержатся в акте № о несчастном случае на производстве, составленном ДД.ММ.ГГГГ (л.д.52-55а).

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим ФЗ случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Эта позиция подтверждается разъяснениями в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Часть 1 статьи 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусматривает, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности (статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

По смыслу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред.

Согласно пункту 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В результате полученной травмы, истцу была проведена операция, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на больничном, что подтверждается листками нетрудоспособности (л.д.12-13).

Истцом понесены расходы на приобретение лекарственных препаратов и посещение специалистов, связанных с полученной травмой, в размере 12534 рубля, что подтверждается соответствующими товарными чеками, квитанциями и назначениями врачей (л.д.14-22).

Ответчик не оспаривал, что данные расходы подлежат возмещению за счет работодателя.

С учетом изложенного, суд полагает требования истца о взыскании расходов на лечение в размере 12534 рублей обоснованным и подлежащим удовлетворению. 

Согласно пункту 3 статьи 8 ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации также предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

В силу статьи 1100 Гражданского Кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно Постановлению Пленума Верховного суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГг. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права в соответствии с законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности либо наущающими имущественные права гражданина. 

Как видно из разъяснений, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует учитывать, что потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения морального вреда предполагается. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с частью 1 и 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Отсутствие грубой неосторожности в действиях ФИО1 было установлено актом о несчастном случае (л.д.5-8). 

Исходя из вышеизложенного, принципа разумности и справедливости, приняв во внимание характер физических и нравственных страданий, то, что полученная истцом травма привела к утрате зрения одним глазом, что истцу установлена частичная утрата трудоспособности, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 120 000 рублей.

При этом, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд также учитывает степень вины ответчика. Так, материалами дела установлено, что ФИО1 был допущен до работы работодателем без использования специальных защитных очков, которые ФИО1 выдавались (л.д.80-81); о необходимости использовании защитных очков во время работ ФИО1 был проинструктирован непосредственно перед допуском работ ДД.ММ.ГГГГ (л.д.76-78). Таким образом, суд учитвает, что работодателем ФИО1 был допущен к работам без применения защитных очков, однако, о необходимости их применения ФИО1 было достоверно известно. Доводы стороны истца относительно того, что ФИО1 выдавались только темные очки, суд полагает несостоятельными, поскольку из материалов дела следует, что истцу в 2017 были выданы именно защитные очки, что подтверждается пояснениями самого истца, данными в ходе расследования несчастного случая на производстве (л.д.85). 

Таким образом, требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в объеме, определенном судом.

При этом суд полагает доводы истца относительно нарушения АО «СИБЭКО» о нарушении требований статей 228, 229 Трудового кодекса Российской Федерации необоснованными. 

В силу части первой статьи 228 Трудового кодекса Российской Федерации при несчастных случаях работодатель (его представитель) обязан немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в Трудовом кодексе Российской Федерации, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 названного Кодекса.

Представитель истца указывает, что работодателем не была своевременно оказана медицинская помощь работнику, АО «СИБЭКО» пыталось скрыть факт произошедшего несчастного случая на производстве. Данные доводы опровергаются материалами дела.

Так, из представленных материалов дела следует, что работодатель, согласно требованиям статьи 228 Трудового кодекса Российской Федерации организовал доставку ФИО1 в ГБУЗ НСО «

<

адрес> больница». Данное обстоятельство подтверждается пояснениями истца, актом расследования о несчастном случае, а также медицинской картой ФИО1, из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 00 минут он был осмотре врачом-офтальмологом, в связи с производственной травмой, произошедшей около 30 минут назад. Таким образом, работодатель своевременно осуществил доставку работника в медицинское учреждение. То обстоятельство, что в больнице было не сразу принято решение о необходимости транспортировки истца в ГБУЗ «Государственная новосибирская областная клиническая больница» не может служить основанием для признания факта нарушения АО «СИБЭКО» обязанностей, предусмотренных статьей 228 Трудового кодекса Российской Федерации.

Что касается доводов истца о нарушении сроков и порядка проведения расследования по факту несчастного случая, то суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы).

Сроки расследования несчастных случаев установлены ст. 229.1 ТК РФ, где указано, что расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили легкие повреждения здоровья, проводится комиссией в течение трех дней. Расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 дней.

Несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.

При необходимости проведения дополнительной проверки обстоятельств несчастного случая, получения соответствующих медицинских и иных заключений указанные в настоящей статье сроки могут быть продлены председателем комиссии, но не более чем на 15 дней. Если завершить расследование несчастного случая в установленные сроки не представляется возможным в связи с необходимостью рассмотрения его обстоятельств в организациях, осуществляющих экспертизу, органах дознания, органах следствия или в суде, то решение о продлении срока расследования несчастного случая принимается по согласованию с этими организациями, органами либо с учетом принятых ими решений.

Как следует из акта о расследовании несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, расследование было начато ДД.ММ.ГГГГ на основании листка нетрудоспособности на имя ФИО1, представленного его супругой ДД.ММ.ГГГГ. До данного момента работодатель не мог начать расследование, поскольку ему не было достоверно известно относительно вида полученной травмы и степени утраты нетрудоспособности. 

Таким образом, нарушений сроков проведения расследования не было.

Статьей 229.2 Трудового Кодекса Российской Федерации установлено, что при расследовании каждого несчастного случая комиссия выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Из материалов дела усматривается, что все необходимые действия, предусмотренные законодательством при проведении расследования несчастного случая и при составлении акта о несчастном случае, были произведены.

Доводы истца о том, что АО «СИБЭКО» было нарушено требование абзаца 10 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с отказом в удовлетворении заявления супруги ФИО1 о включении ее в состав комиссии по расследованию несчастного случая, суд полагает необоснованными и противоречащими действующему законодательству. 

При таких обстоятельствах, суд полагает необоснованным требование истца о взыскании компенсации морального вреда, в связи с нарушением его трудовых прав, выраженных в несвоевременном оказании первой медицинской помощи, нарушении сроков и порядка осуществления расследования несчастного случая.

С учетом изложенного, требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда и взыскании расходов на лечение подлежат удовлетворению в объеме, определенном судом. 

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию в доход государства в силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Сибирская энергетическая компания» о взыскании расходов на лечение, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Сибирская энергетическая компания» в пользу ФИО1 расходы на лечение в размере 12534 рубля, компенсацию морального вреда в размере 120000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Сибирская энергетическая компания» в доход государства государственную пошлину в сумме 700 рублей.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд вынесший решение. 

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья Н.Н. Топчилова