Дело № 2-43/2018

Кизеловского городского суда

Пермского края

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кизел 27 февраля 2018 года

Кизеловский городской суд Пермского края в составе: 

председательствующего судьи Коваль А.А.,

при секретаре судебного заседания Горн Н.Л., 

<

...>представителя ответчика ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО1, представителя ответчика ГУФСИН России по Пермскому краю, ФИО1, представителя ответчика ФСИН России, ФИО1, представителя Министерства финансов РФ ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ФИО13 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству финансов РФ и ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда, установил: ФИО3 ФИО14 (Далее – истец) обратился в Кизеловский городской суд с исковым заявлением к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству финансов РФ и ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда. Определением Кизеловского городского суда от 25 января 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний, наделенная полномочиями выступать от имени Российской Федерации по заявленному истцом требованию. В судебное заседание истец не явился, поскольку отбывает наказание в виде лишения свободы. О времени и месте рассмотрения дела истец извещен надлежащим образом. При подготовке дела к рассмотрению в судебном заседании, ему были разъяснены права, предусмотренные ГПК РФ, направлены письменные отзывы ответчиков на исковое заявление и истребованы письменные доказательства. Учитывая изложенное и то обстоятельство, что у истца имеется представитель по доверенности (Т.1 л.д.8), суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца. В исковом заявлении истец указал, что был осужден приговорами Лысьвенского городского суда от 16.06.2016 г. и 25.05.2017 г. с отбыванием наказания в колонии общего режима на срок 7 лет. В период с 17.06.2016 г. по 15.09.2016 г. и с декабря 2016 г. по сентябрь 2017 г. он находился в ФКУ СИЗО-3 г.Кизел, где содержался в невыносимых условиях, не соответствующих требованиям закона. Камеры СИЗО не соответствовали надлежащим условиям содержания. В камере № нормы санитарной площади на одного человека не соблюдались. Во всех камерах полы были из бетона. Постельные принадлежности выдавались не в полном объеме (только 1 простынь). При неоднократных этапированиях из СИЗО-З в ИВС г. Лысьвы, сухой паек не выдавался. С момента убытия из ИВС по прибытию в СИЗО питанием не обеспечивался. По прибытию в СИЗО-З в камерах сборного отделения содержали по 6-12 часов, при этом питание не предоставлялось. Питание предоставляли после распределения по камерам. Камеры сборного отделения туалетом оснащены не были. Во всех камерах отсутствовала горячая водопроводная вода, водонагревательных приборов не было, кипяченая вода не выдавалась. Горячую воду получал только с помощью своего кипятильника. Хотя в соответствии с пунктом 25.2 Европейских пенитенциарных Правил каждый подозреваемый и обвиняемый должен иметь постоянный доступ к питьевой воде. В мае 2017 г. не выдавался инвентарь для уборки камеры (веник и совок). Освещение в камерах было плохое, тусклое, из-за чего были проблемы с подготовкой к судебным заседаниям, написанию апелляционных жалоб, чтением портилось зрение. В дни, когда выводили на помывку, прогулка отменялась. При отказе хотя бы одного человека в камере от прогулок, не выводили всю камеру. В одиночной камере №№ в 2016 г. не соблюдалась приватность, поскольку камера видеонаблюдения висела над унитазом. Это лишало какого-либо уединения, поскольку он вынужден был находиться на виду у надзирателей. При возвращении из ИВС в СИЗО сотрудники при обыске заставляли раздеваться догола, шторку для переодевания убрали, также все это осуществлялось перед камерой. Питание было плохое, пища однообразна, качество ее приготовления низкое, фрукты и овощи, молоко, мясо не выдавались. Питание не соответствовало требованиям приказа Минюста России «Минимальные нормы питания подозреваемых, обвиняемых, осужденных, содержащихся в следственных изоляторах в мирное время». Вентиляция в камерах была установлена неправильно. Вместо вытяжки холодный воздух задувало в камеру. Камера не проветривалась. С 07.09.16 г. по 15.09.16 г. содержался в одиночной камере №№ более одних суток без объяснения причин. В 2017 г. также неоднократно находился в одиночных камерах по несколько дней. Администрация СИЗО не извещала родственников о том, куда направляюсь для отбывания наказания – ни в 2016 году, ни в 2017 году. Неоднократно переводили из камеры в камеру без объяснения причин. Данные обстоятельства принесли моральный вред, выражающийся в унижении моего человеческого достоинства, причинении нравственных страданий и переживаний, что способствовало депрессивному состоянию, нервному перенапряжению, постоянным головным болям. Из-за постоянных головных болей неоднократно обращался за медицинской помощью к врачу. Представитель истца, ФИО4 (Т.1 л.д.8) в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения извещена надлежащим образом. В письменном ходатайстве просит о рассмотрении дела в её отсутствии (Т.1 л.д. 228). Представитель ответчика ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России ФИО1 с исковыми требованиями не согласна. Поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях. Считает, что истец привел доводы, а не доказательства, не предоставил реальных доказательств, которые доказывают неблагоприятные последствия его психического и физического здоровья. Перенесение душевных переживаний и проявление отрицательных эмоций носят общий характер. Доказательства причинения морального вреда истцом не представлены. Представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО2 с исковыми требованиями не согласен. Представил суду письменные возражения по делу. Указал, что обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, вопреки статье 56 ГПК РФ не доказаны. Извещенный о времени и месте рассмотрения дела прокурор, Кизеловской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, в судебное заседание не явился Суд, обсудив возможность рассмотрения дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, признав в соответствии со ст.167 и ст.45 ГПК РФ возможным рассмотрения дела при данной явке, изучив представленные доказательства, выслушав стороны по делу, изучив представленные доказательства, пришел к следующему. В соответствии со 

<

...> ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Согласно 

<

...> статье 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являютс

представителя ответчика ГУФСИН России по Пермскому краю, ФИО1,

представителя ответчика ФСИН России, ФИО1, 

представителя Министерства финансов РФ ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ФИО15 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству финансов РФ и ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 ФИО16 (Далее – истец) обратился в Кизеловский городской суд с исковым заявлением к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству финансов РФ и ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Определением Кизеловского городского суда от 25 января 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний, наделенная полномочиями выступать от имени Российской Федерации по заявленному истцом требованию.

В судебное заседание истец не явился, поскольку отбывает наказание в виде лишения свободы. О времени и месте рассмотрения дела истец извещен надлежащим образом. При подготовке дела к рассмотрению в судебном заседании, ему были разъяснены права, предусмотренные ГПК РФ, направлены письменные отзывы ответчиков на исковое заявление и истребованы письменные доказательства. Учитывая изложенное и то обстоятельство, что у истца имеется представитель по доверенности (Т.1 л.д.8), суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

В исковом заявлении истец указал, что был осужден приговорами Лысьвенского городского суда от 16.06.2016 г. и 25.05.2017 г. с отбыванием наказания в колонии общего режима на срок 7 лет. В период с 17.06.2016 г. по 15.09.2016 г. и с декабря 2016 г. по сентябрь 2017 г. он находился в ФКУ СИЗО-3 г.Кизел, где содержался в невыносимых условиях, не соответствующих требованиям закона. Камеры СИЗО не соответствовали надлежащим условиям содержания. В камере №№ нормы санитарной площади на одного человека не соблюдались. Во всех камерах полы были из бетона. Постельные принадлежности выдавались не в полном объеме (только 1 простынь). При неоднократных этапированиях из СИЗО-З в ИВС г. Лысьвы, сухой паек не выдавался. С момента убытия из ИВС по прибытию в СИЗО питанием не обеспечивался. По прибытию в СИЗО-З в камерах сборного отделения содержали по 6-12 часов, при этом питание не предоставлялось. Питание предоставляли после распределения по камерам. Камеры сборного отделения туалетом оснащены не были. Во всех камерах отсутствовала горячая водопроводная вода, водонагревательных приборов не было, кипяченая вода не выдавалась. Горячую воду получал только с помощью своего кипятильника. Хотя в соответствии с пунктом 25.2 Европейских пенитенциарных Правил каждый подозреваемый и обвиняемый должен иметь постоянный доступ к питьевой воде. В мае 2017 г. не выдавался инвентарь для уборки камеры (веник и совок). Освещение в камерах было плохое, тусклое, из-за чего были проблемы с подготовкой к судебным заседаниям, написанию апелляционных жалоб, чтением портилось зрение. В дни, когда выводили на помывку, прогулка отменялась. При отказе хотя бы одного человека в камере от прогулок, не выводили всю камеру. В одиночной камере № в 2016 г. не соблюдалась приватность, поскольку камера видеонаблюдения висела над унитазом. Это лишало какого-либо уединения, поскольку он вынужден был находиться на виду у надзирателей. При возвращении из ИВС в СИЗО сотрудники при обыске заставляли раздеваться догола, шторку для переодевания убрали, также все это осуществлялось перед камерой. Питание было плохое, пища однообразна, качество ее приготовления низкое, фрукты и овощи, молоко, мясо не выдавались. Питание не соответствовало требованиям приказа Минюста России «Минимальные нормы питания подозреваемых, обвиняемых, осужденных, содержащихся в следственных изоляторах в мирное время». Вентиляция в камерах была установлена неправильно. Вместо вытяжки холодный воздух задувало в камеру. Камера не проветривалась. С 07.09.16 г. по 15.09.16 г. содержался в одиночной камере №№ более одних суток без объяснения причин. В 2017 г. также неоднократно находился в одиночных камерах по несколько дней. Администрация СИЗО не извещала родственников о том, куда направляюсь для отбывания наказания – ни в 2016 году, ни в 2017 году. Неоднократно переводили из камеры в камеру без объяснения причин. Данные обстоятельства принесли моральный вред, выражающийся в унижении моего человеческого достоинства, причинении нравственных страданий и переживаний, что способствовало депрессивному состоянию, нервному перенапряжению, постоянным головным болям. Из-за постоянных головных болей неоднократно обращался за медицинской помощью к врачу.

Представитель истца, ФИО4 (Т.1 л.д.8) в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения извещена надлежащим образом. В письменном ходатайстве просит о рассмотрении дела в её отсутствии (Т.1 л.д. 228).

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России ФИО1 с исковыми требованиями не согласна. Поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях. Считает, что истец привел доводы, а не доказательства, не предоставил реальных доказательств, которые доказывают неблагоприятные последствия его психического и физического здоровья. Перенесение душевных переживаний и проявление отрицательных эмоций носят общий характер. Доказательства причинения морального вреда истцом не представлены. 

Представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО2 с исковыми требованиями не согласен. Представил суду письменные возражения по делу. Указал, что обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, вопреки статье 56 ГПК РФ не доказаны. 

Извещенный о времени и месте рассмотрения дела прокурор, Кизеловской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, в судебное заседание не явился 

Суд, обсудив возможность рассмотрения дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, признав в соответствии со ст.167 и ст.45 ГПК РФ возможным рассмотрения дела при данной явке, изучив представленные доказательства, выслушав стороны по делу, изучив представленные доказательства, пришел к следующему.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По тем же правилам возмещается причиненный моральный вред - физические и нравственные страдания.

При этом следует отменить, что возмещение морального вреда за счет казны Российской Федерации по указанной норме права возможно только в случае доказанности виновных незаконных действий должностных лиц, повлекших за собой причинение такого вреда.

Истец просит суд признать факт причинения ему морального вреда причиненного в результате создания ответчиком СИЗО-3 не надлежащих условий содержания в СИЗО-3, за что, просит взыскать в свою пользу с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

Установлено, что истец содержался в ФКУ СИЗО-3 (Т.1 л.д.102-103)в статусе обвиняемого и осужденного в периоды:

с 17 июня по 15 июля 2016 г.; 

с 22 июля по 17 сентября 2016 г.

с 20 по 23 декабря 2016 г;

с 29 декабря 2016 г. по 10 января 2017 г.;

с 13 по 20 января 2017 г.;

с 03 по 17 февраля 2017 г;

с 22 февраля по 03 марта 2017 г.;

с 10 по 14 марта 2017 г.;

с 24 марта по 07 апреля 2017.;

с 14 по 21 апреля 2017 г.;

с 28 апреля по 16 мая 2017 г.;

с 19 по 25 мая 2017 г.;

с 26 мая по 02 июня 2017 г.;

с 09 по 16 июня 2017 г.;

с 07 июля по 07 сентября 2017 года. 

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

Данным законом установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23); лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

В соответствии с частью 2 статьи 77.1 УИК РФ при необходимости участия в судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, обвиняемого осужденные могут быть по определению суда или постановлению судьи оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы. При этом, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"), и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда. 

Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189 утверждены "Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" (Далее - Правила), которыми установлен порядок материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых.

По доводам искового заявления.

1. В судебном заседании не нашли своего подтверждения доводы истца о том, что в спорный период он содержался в камере № СИЗО-3 с превышением лимита заключенных лиц.

Согласно справке отдела КБИиХО ФКУ СИЗО-3 камера № площадью 20 кв.м., оборудована 5 спальными местами.

Согласно камерной карточке в камере № истец содержался в периоды с 15.04.2017 г. по 25.05.2017 г., и с 26.05.2017 г. по 09.08.2017 г. (Т.1 л.д.77).

В судебном заседании были обозрены книги количественных проверок лиц, содержащихся в СИЗО-3 (книга №26 и 69), из которых усматривается, что в периоды содержания истца в камере № количество заключенных в ней лиц, не превышало пяти человек (Т.1 л.д.172-179).

2. Из пояснений представителя ответчиков, показаний свидетеля ФИО24., справки отдела КБИиХО СИЗО-3 (Т.1 л.д.121) установлено, что в камерах №, в которых содержался истец в спорный период, полы были выполнены из кафельной плитки, а в камере №, в которой истец содержался в период с 23.02.2017 г. по 03.03.2017 года, пол залит бетоном.

В данном случае, суд считает доказанным, что условия содержания истца во всех камерах не соответствовало положениям, установленным Нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России СП 15-01 от 2001 года.

В целях обеспечения условий содержания лиц, заключенных под стражу, в соответствии с требованиями вышеуказанного Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлении" и обязательствами, принятыми Российской Федерацией при вступлении в Совет Европы, приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.05.2001 N 161-дсп утверждены Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России).

Нормами проектирования (п. 9.10) предусмотрено оборудование пола камер деревянным настилом, чего в рассматриваемом деле установлено не было.

3. Доводы истца о нарушении его прав на получение в полном объеме постельных принадлежностей не нашли своего подтверждения.

Так согласно камерной карточке (Т.1 л.д., 76, 77) истцу при поступлениях в СИЗО-3 в спорные периоды времени в полном объеме выдавалось необходимые постельные принадлежности, в соответствии с требованиями, о чем истец собственноручно ставил свои подписи в камерной карточке при получении.

4. Доводы истца о нарушении его прав на получение сухого пайка при этапировании из СИЗО-3 в ИВС г.Лысьвы с декабря 2016 года по июнь 2017 года, также не нашли своего подтверждения.

В соответствии с пунктом 130 Приказа ФСИН России от 02.09.2016 N 696, при конвоировании из одного учреждения УИС в другое, с пребыванием в пути более шести часов, осужденные, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются учреждением-отправителем на путь следования индивидуальными рационами питания по установленным нормам, а при задержке караула в пути - учреждением УИС, расположенным на маршруте конвоирования.

В соответствии с распорядком дня подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в режимных камерах СИЗО-3 (Т.2 л.д.69, 72) время ужина установлено с 17.00 до 18.00 часов.

Справка отдела КБИиХО СИЗО-3 (Т.1 л.д.112) и сведения ОМВД России по Лысьвенскому району ИВС г.Лысьва (Т.2 л.д.192, 193), свидетельствуют о том, что в указанные в исковом заявлении периоды времени истец направлялся из СИЗО-3 в ИВС г.Лысьва после ужина. 

В период содержания в СИЗО-3 истец обеспечивался ежедневно бесплатным 3-разовым горячим питанием по установленным нормам. У ответчика не имелось основания для выдачи истцу сухого продовольственного пайка при направлении его в ИВС г.Лысьва в спорный период, так как он был этапирован после ужина. Жалоб на невыдачу сухого пайка от истца не поступало.

Причем согласно вышеуказанных сведений (Т.2 л.д.192,193) время следования из СИЗО-3 в ИВС г.Лысьва, не превышало 3 часов.

Требования же истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с не выдачей ему сухого пайка при этапировании из ИВС г.Лысьва в СИЗО-3, подлежат отклонению, как заявленные к ненадлежащим ответчикам.

Доводы искового о длительном содержании истца в камерах сборного отделения (от 6 до 12 часов) при поступлении в СИЗО-3 опровергаются обозреваемыми ведомостями по накопительному отделению и журналу учета по движению подозреваемых в накопительном отделении (копии Т.1 л.д. 180-215, т.2 л.д.28-35).

Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189 утверждены "Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" (Далее - Правила), которыми установлен порядок материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых.

Согласно п.15 указанных Правил при прибытии в СИЗО на период оформления учетных документов подозреваемые и обвиняемые размещаются в камерах сборного отделения на срок не более одних суток с соблюдением требований изоляции либо на срок не более двух часов в одноместные боксы сборного отделения, оборудованные местами для сидения и искусственным освещением. Время помещения подозреваемых и обвиняемых в одноместные боксы и время их перевода в другие помещения фиксируется в Книге дежурств по корпусному отделению.

Пунктом 42 Правил предусмотрено, что камеры СИЗО оборудуются, в том числе, напольной чашей (унитазом), умывальником.

Из объяснений представителя ответчика, показаний свидетелей ФИО17., ФИО18. установлено, что по прибытию истца в СИЗО-3 в спорные периоды времени до двух часов, его помещали с другими заключенными в камеры сборного отделения. В камерах сборного отделения не предусмотрены санитарные узлы. Некоторые заключенные справляют нужду в мусорные бачки, находящиеся в камерах сборного отделения, не дожидаясь их вывода в находящийся в 4-5 метрах от камер туалет. Вызов постового заключенными производится по звонку, кнопка вызова которого находится в камерах сборного отделения. 

Доводы представителей ответчиков, что отправление естественных надобностей лицами, содержащимися в камерах сборного отделения, предусмотрено в отдельно стоящем санузле, куда по просьбе заключенных дежурный мог их препроводить, в рассматриваемом случае не свидетельствуют об обеспечении истцу надлежащих условий содержания в камере сборного отделения в виду следующего.

Как следует из пояснений свидетеля ФИО8 установлено, что при поступлении значительного количества заключенных в СИЗО-3 сопроводить всех желающих в отдельно стоящее помещение санузла одновременно не возможно, поскольку в сборном отделении имеется один постовой, а другие сотрудники дежурной смены производят мероприятия в отношении выбывающих и прибывающих в СИЗО лиц.

Поэтому отсутствие в камерах сборного отделения санитарного узла с условиями приватности, учитывая периодичность помещений истца в СИЗО-3 в камеры сборного отделения, при указанных обстоятельствах, является нарушением администрацией СИЗО-3 требований закона по созданию бытовых условий, отвечающих требованиям гигиены, санитарии.

5. Согласно п. 48 этого же приказа, при отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности. Таким образом, отсутствие горячей воды в камере допускается, но при этом она выдается по мере надобности.

Как следует из показаний свидетеля ФИО8, сотрудника СИЗО-3, во всех камерах, в которых содержался истец в спорный период, действительно отсутствовало горячее водоснабжение, однако все камеры были обеспечены холодным водоснабжение и бачком с кипяченой питьевой водой. Горячая вода, а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности.

Из книг регистрации жалоб и предложений следует, что к администрации СИЗО-3 с жалобами на не предоставление горячей воды, а также кипяченой воды для питья, истец не обращался.

6. Доводы истца об отсутствие в мае 2017 года веника и совка, плохого освещения в камерах не нашли своего подтверждения, и опровергаются показаниями свидетеля ФИО7, а также справками отдела КБИиХО СИЗО-3 (Т.1 л.д.113, 117, 119),

7. Согласно пункту 134 Правил, подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние - не менее двух часов. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Продолжительность прогулок беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, не ограничивается. 

В соответствии с распорядком дня подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в режимных камерах (Т.2 л.д.69, 72), проведение ежедневной прогулки предусмотрено с 7.30 до 13.00 часов, и с 14.00 до 17.00 часов.

Анализируя исследованные камерные карточки (Т.1 л.д.76, 77), копи журналов учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных СИЗО-3 (Т.1 л.д.141-171, Т.2 л.д.37-66), справку Врио начальника СИЗО-3 Т.1 л.д.123), справку начальника здравпункта ТБ1 (Т.1 л.д.101), копии журналов санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных СИЗО-3 (Т.2 л.д.97-125) суд отвергает доводы истца о не предоставлении ему ежедневных прогулок, в том числе в дни помывки.

Указанными письменными доказательствами установлено, что в период содержания истца в СИЗО-3, право истца на ежедневную прогулку нарушено не было.

8. Согласно ст. 34 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ (в ред. от 22.12.2014) "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором и передвигаются по территориям этих мест под конвоем либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей. В целях осуществления надзора может использоваться аудио- и видеотехника.

Из показаний свидетеля ФИО19., ФИО20., справки (Т.1 л.д.73), а также фототаблице изображения с видеокамеры размещенной в камере № (Т.2 л.д.165) установлено, что во исполнение предписания вышеуказанного Закона в камере № установлена система видеонаблюдения, при чем таким образом, что расположение камеры не позволяет вести наблюдение за туалетом. 

Данное обстоятельство опровергает доводы истца о нарушении в камере № условий приватности при посещении им туалета при установленной в камерном помещении видеокамеры. 

9. В исковом заявлении оспаривается обстоятельства проведения полного обыска истца при поступлении в СИЗО-3.

В соответствии с пунктами 23-26 Правил… подозреваемые и обвиняемые, поступившие в СИЗО, подвергаются полному личному обыску, дактилоскопированию и фотографированию, а их личные вещи - досмотру.

Личный обыск подозреваемых и обвиняемых и досмотр вещей производятся с целью обнаружения и изъятия у них предметов, веществ и продуктов питания, запрещенных к хранению и использованию либо не принадлежащих данному лицу.

Личный обыск может быть полным и неполным. Полному обыску подвергаются подозреваемые и обвиняемые при поступлении в СИЗО, перед отправкой за его пределы, при водворении в карцер, а также при наличии оснований полагать, что эти лица имеют предметы или вещества, запрещенные к хранению и использованию. В последнем случае обыск проводится по указанию начальника СИЗО либо лица, его замещающего, при их отсутствии - дежурного помощника.

Полный обыск сопровождается тщательным осмотром тела обыскиваемого, его одежды, обуви, а также протезов.

Подозреваемым и обвиняемым предлагается полностью раздеться. Пластырные наклейки, гипсовые и другие повязки проверяются под контролем медицинского работника.

Часть 1 статьи 34 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" предусматривает, что в целях осуществления надзора за подозреваемыми и обвиняемыми может использоваться аудио- и видеотехника.

Анализируя указанные норм действующего законодательства, оценив представленные сторонами доказательства, суд считает, что ответчик был вправе при поступлении истца в СИЗО-3 производить полные личные обыски истца при видеонаблюдении, что не противоречит закону и не может быть признано нарушающим его права.

Обстоятельств нарушения прав истца при проведении личного обыска производятся при видеонаблюдении, которое осуществляли бы сотрудники противоположного пола, не установлено.

10. Доводы искового заявления по не обеспечению истца питанием, надлежащего качества и в полном объеме, не нашли своего подтверждения, и опровергается показаниями свидетеля ФИО7, справкой ОКБИиХО СИЗО-3 (Т.1 л.д.115), копиями оборотных ведомостей (Т.2 л.д.126-160), копиями результатов санитарно-микробиологического испытания пищевых продуктов (Т.2 л.д.166-167), а также обозренными в судебном заседании: журналам закладки продуктов, журналами учета контроля за качеством приготовления пищи, первичными делами по учету материалов (продуктов питания), оригиналов раскладок продуктов вкладываемых в котел на 1 человека в сутки за 2016 -2017 годы, журналы замены продуктов питания на пищеблоке для спец.контингента с 07.11.2014 г. по наст. время.

Указанные доказательства свидетельствуют о том, что в период содержания истца в СИЗО-3, последний был обеспечен горячим питанием, согласно приказа № 125 МЮ РФ от 02.08.2005 года и СаНПиН 2.3.3.1079-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям общественного питания, изготовлению и оборотоспособности в них пищевых продуктов и продовольственного сырья», питание организовано согласно приложениям № 1 и 2 к Приказу МЮ РФ от 02.08.2005 года № 125, ежедневно медицинскими работниками проверяется качество приготовленной пищи на пищеблоке, результаты проверки и разрешение на реализацию готовой продукции заносятся в книгу учета контроля за качеством приготовления пищи, перед выпуском на раздачу готовая пища осматривается и проверяется медицинскими работниками. Закладка продуктов питания в котел производится в присутствии дежурного помощника учреждения строго по весу, указанному в котловом ордере. Для раздачи пищи по камерам имеется отдельная санитарная одежда, готовая пища из пищеблока доставляется в термосах. У всех работников пищеблока, включая и раздатчиков пищи имеются медицинские книжки.

10. Из показаний свидетеля ФИО7, справок отдела КБИ и ХО СИЗО-3 (Т.1 л.д.117, 119, Т.2 л.д.27), актов приема-передачи (Т.2 л.д.81оборотот, 82) усматривается, что камерные помещения, в которых содержался истец в спорные периоды, были оборудованы приточной вентиляцией с механическим побуждением и вытяжная вентиляция с естественным побуждением через открывающиеся форточки, вентиляция включается регулярно. 

Справкой здравпункта филила «ТБ 1» (Т.1 л.д.87), копией журнала контроля температурного режима камер режимных корпусов в СИЗО-3 (Т.1 л.д.89-100), следует, что в спорный период температурный режим в камерах отвечал санитарно-эпидемиологическим требованиям. 

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, истцом не представлено.

Таким образом доводы искового заявления об отсутствии вытяжной вентиляции, не правильной установки вентиляции в камерах, и не проветривании камер, не нашли своего подтверждения.

11. В соответствии со ст. 32 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ, подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона.

Размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток допускается по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, санкционированному прокурором. Не требуется санкции прокурора на размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в следующих случаях: при отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона; в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых; при наличии письменного заявления подозреваемого или обвиняемого об одиночном содержании; при размещении подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в ночное время, если днем они содержатся в общих камерах.

Из показаний свидетеля ФИО9, письменных доказательств: камерных карточек (Т.1 л.д.76, 77), копий дел связанных размещением подозреваемых, обвиняемых и осужденных (рапорта, справки, талоны перемещения, списки перемещения (Т.1 л.д.124-140), справок отдела КБИ и ХО СИЗО-3 (Т.1 л.д.117, 119, Т.2 л.д.27), актов приема-передачи (Т.2 л.д.81оборотот, 82), справку начальника здравпункта ТБ1 (Т.1 л.д.101), копии журналов санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных СИЗО-3 (Т.2 л.д.97-125), справок отдела КБИиХО СИЗО-3 (Т.1 л.д.113, 117, 119), в одиночной камере N12 истец с 09 по 17 сентября 2016 года содержался в обычных условиях исходя из своего статуса, в надлежащих условиях: норма санитарной площади на одного человека соответствовала требованиям закона; был обеспечен индивидуальным спальным местом, которое ни в дневное, ни в ночное время не пристегивалось; был обеспечен постельными принадлежностями; освещенность в камере соответствовала нормативным требованиям; уровень искусственного освещения в камерах СИЗО-2 соответствует требованиям СП 15-01; проветривание камеры обеспечивалось; санузел находился в исправном состоянии. Истец был обеспечен как питанием, так и горячей водой, в том числе для выполнения гигиенических процедур.

Размещение истца в одиночной камере было произведено для соблюдения требований ФЗ от 15.07.1995 г. N 103, по причине отсутствия другой возможности обеспечить соблюдение положений раздельного размещения, что не требовало личного заявления от истца. 

12. Доводы искового заявления о нарушении администрацией СИЗО-3 требований ч.2 ст.75 УИК РФ по не извещению родственников истца о месте направления истца для отбывания наказания в 2016 г. и 2017 г., опровергаются, справкой по ОСУ (Т.1 л.д.78), копией из журнала регистрации исходящей корреспонденции отдела специального учета (Т.1 л.д.79-81), копиями сопроводительных писем (Т.1 л.д.82-84).

13. В соответствии с пунктом 18 Правил, в редакции от 25.11.2005 года, размещение по камерам осуществляется в соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником СИЗО. Подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу размещаются раздельно. Администрацией СИЗО принимаются меры по исключению контактов между ними.

Подозреваемые и обвиняемые размещаются по камерам дежурным помощником или его заместителем по согласованию с работником оперативной службы, а несовершеннолетние, кроме того, - по согласованию с инспектором по воспитательной работе и психологом.

Размещение больных производится по указанию медицинского работника. Лица, у которых имеются признаки психического расстройства, в том числе склонность к агрессии и аутоагрессии, размещаются по камерам с учетом рекомендаций психиатра и психолога. Лица с признаками инфекционных или паразитарных заболеваний размещаются в камерах, выделяемых под карантин. Срок карантина определяется медицинскими показаниями.

В соответствии с пунктом 18 Правил ( в редакции введенной Приказом Минюста РФ от 27.12.2010 N 410) в течение всего срока нахождения в следственном изоляторе подозреваемые и обвиняемые содержатся, как правило, в одной камере. Перевод подозреваемых и обвиняемых из одной камеры в другую допускается в следующих случаях:

а) необходимости обеспечения соблюдения требований раздельного размещения подозреваемых и обвиняемых, предусмотренных статьей 33 Федерального закона, либо при изменении плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных;

б) необходимости обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого, обвиняемого или осужденного либо других подозреваемых, обвиняемых или осужденных;

в) необходимости оказания медицинской помощи подозреваемому, обвиняемому или осужденному в условиях стационара;

г) наличия достоверной информации о готовящемся преступлении либо ином правонарушении.

Перевод осуществляется по письменному разрешению начальника СИЗО либо лица, исполняющего его обязанности.

Перемещение подозреваемых, обвиняемых и осужденных из одной камеры в другую при проведении ремонтных работ в камерах, а также при ликвидации аварий систем водо-, электроснабжения и канализации осуществляется по письменному разрешению начальника СИЗО либо лица, его замещающего. При невозможности перемещения всех лиц из одной камеры в другую вопрос о размещении в разных камерах каждого подозреваемого, обвиняемого или осужденного решается индивидуально.

(абзац введен Приказом Минюста РФ от 27.12.2010 N 410)

Судом не установлено нарушений указанных требований в период содержания истца в СИЗО-3. 

Доводы искового заявления о допущенном в отношении него нарушении правил перевода опровергаются показаниями свидетелей ФИО25., камерными карточками (Т.1 л.д.76, 77), копиям из дел связанным с размещением подозреваемых, обвиняемых и осужденных (рапорта, справки, талоны перемещения, списки перемещения (Т.1 л.д.124-140), из которых следует, что все перемещения истца в спорном периоде из камер были связаны обоснованы необходимостью обеспечения соблюдения требований раздельного размещения подозреваемых и обвиняемых.

Доводы искового заявления о том, что за время содержания в СИЗО-3 в отношении него применялись пытки, намеренное бесчеловечное обращение, не нашли своего подтверждения. 

Поскольку судом установлены факты содержания истца в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекшие за собой причинение страданий и переживаний истцу в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, поэтому суд считает, что действиями администрации СИЗО-3 истцу был причинен моральный вред, подлежащий компенсации в силу ст. ст. 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ за счет средств казны РФ.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, а именно причинение истцу нравственных страданий действиями администрации СИЗО-3, на которое в соответствии с ч. 1 ст. 10 УИК РФ возложены обязанности уважения и охраны прав, свобод и законных интересов подозреваемых, обвиняемых и осужденных, отсутствие негативных последствий для истца, принцип разумности и справедливости, и считает возможным определить денежную компенсацию морального вреда истцу в размере 12 000 рублей. При этом суд принимает во внимание как совокупное влияние этих условий, так и время, и периодичность нахождения заявителя в указанных условиях.

Учитывая, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации входят в состав территориальных органов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, в данном случае ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, в соответствии с подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказания, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 12 000 руб. с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

В удовлетворении остальной части исковых требований к ФСИН России надлежит отказать.

Поскольку надлежащим ответчиком по делу является ФСИН России, в иске ФИО5 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству финансов РФ и ГУФСИН России по Пермскому краю, надлежит отказать. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Иск ФИО3 ФИО21 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО3 ФИО22 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации 12 000 рублей в счет компенсации морального вреда. В удовлетворении остальной части иска отказать.

В иске ФИО3 ФИО23 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству финансов Российской Федерации и ГУФСИН России по Пермскому краю отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кизеловский городской суд Пермского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме 05 марта 2018 года.

Судья: подпись.

Верно. Судья А.А.Коваль 

Секретарь Н.Л.Горн