дело № 2-361/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Енисейск 24 сентября 2018 г.

Енисейский районный суд Красноярского края в составе 

председательствующего судьи Ларионовой Н.М. 

при секретаре Черноусовой О.А. 

с участием истца - ФИО1, её представителя ФИО2, представителя ответчика ООО «Берег» - ФИО3 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Римша ФИО20 к ООО «Берег» об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за дни неиспользованного отпуска, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, возложении обязанности предоставить сведения и произвести отчисления в Пенсионный фонд, внести записи в трудовую книжку, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда. 

Свои требования мотивировала тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работала в качестве заведующей в магазине ООО «Берег», расположенном в 

<

адрес>. Директором данного магазина является Бадоян ФИО21, а фактически директором является Бадоян ФИО22. Факт осуществления истцом трудовых обязанностей по вышеуказанной должности может быть подтвержден показаниями свидетелей, в том числе торговыми представителями, а также кассовыми книгами, счет-фактурами и иными документами. За весь период работы истцу не предоставлялся ежегодный оплачиваемый отпуск, в связи с чем, задолженность по оплате 88 календарных дней неиспользованного отпуска составляет 109316 руб. 60 коп. Кроме того, в указанный период истцом отработано сверх установленной продолжительности 344 часа в 2015 г., 499 ч. в 2016 г. и 628 ч. в 2017 г., которые не были оплачены работодателем, задолженность составляет 684199 рублей 50 копеек, исходя из заработной платы в 2015 г. в размере 25000 рублей в месяц, в 2016 г. - 28000 рублей, в 2017 г. - 18000 рублей, при этом учетным периодом является месяц, поскольку иного периода работодателем не установлено. О том, что заработная плата за сверхурочную работу не выплачивалась, а также не были выплачены отпускные истцу стало известно при подготовке искового заявления, в связи с чем, срок исковой давности для обращения с иском в суд, предусмотренный положениями ст. 392 ТК РФ, необходимо исчислять с 15 декабря 2017 г. Неправомерными действиями работодателя, выразившимися в нарушении права на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы, обеспечивающей достойное существование человека, истцу причинен моральный вред, компенсацию которого она оценивает в 40000 рублей. 

Определением суда по ходатайству истца была произведена замена ненадлежащего ответчика на ООО "Берег". 

Представителем ответчика - ООО "Берег" - ФИО3 был представлен отзыв на исковое заявление, в котором просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать ввиду следующего. ФИО1 в апреле 2015 г. обратилась в ООО «Берег» в поисках подходящей работы. При этом пояснила, что является пенсионером и официально устраиваться не желает, так как имеет льготы, которые хочет сохранить. С ФИО1 был заключен устный гражданско-правовой договор, об оказании последней требуемых ООО «Берег» услуг. Официального оформления на работу ФИО1 не производилось, трудовой договор с ней не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, ФИО1 как работник ООО «Берег» не табелировалась, заработную плату не получала. Деятельность по оказанию ООО «Берег» услуг гражданско-правового характера осуществлялась ФИО1 в 

<

адрес>, в здании магазина по 

<

адрес>, при этом ФИО1 выполняла поручаемую ей руководством ООО «Берег» работу различной направленности (в основном делала заявки, принимала поставляемый товар, рассчитывалась с поставщиками, осуществляла реализацию товара как продавец и т.д.), то есть каждый раз ФИО1 выполняла именно ту работу, которая ей была поручена. Графика работы у ФИО1 не было, работала не постоянно (не ежедневно), например, предоставляя услуги продавца товаров, оказывала услуги с периодичностью один день через три. То есть установленного режима рабочего времени и времени отдыха у ФИО1 не было, а период предоставления услуг гражданско-правового характера оговаривался в индивидуальном порядке (в удобное для обеих сторон время). Заработная плата ФИО1 не выплачивалась, оплачивались лишь оказанные последней услуги гражданско-правового характера с периодичностью один раз в две недели. Оплата услуг по заключенному устному договору всегда была разной в зависимости от выполненной последней работой. В апреле 2017 г. ФИО1, не желая осуществлять оказание услуг гражданско-правового характера в устной форме, уведомила ООО «Берег» об отказе в предоставлении данных услуг и больше в ООО «Берег» не появлялась. Задолженности по оплате за оказанные услуги у ООО «Берег» перед ФИО1 не имеется. В обоснование своих требований ФИО1 не представляет никаких доказательств, свидетельствующих о наличии между ней и ООО «Берег» трудовых отношений, так как имеющие место правоотношения между сторонами носили сугубо гражданско-правовой характер. Кроме того, именно на указанных правоотношениях настаивала сама истица при обращении в ООО «Берег», поясняя, что является пенсионером, имеет льготы, которые хочет сохранить, что свидетельствует о нежелании ФИО1 вступать в трудовые отношения с ООО «Берег». Фактического допущения ФИО1 к работе в рамках трудовых отношений не происходило. Кадровых решений в отношении истца не принималось, ФИО1 на протяжении двух лет с заявлением о приеме на работу к ООО «Берег» не обращалась, трудовую книжку не передавала, приказа о приеме её на работу не издавалось, трудовой договор с нею не заключался, отсутствуют сведения, подтверждающие её фактическое допущение к работе с ведома или по поручению работодателя, определения круга должностных обязанностей и выполнения ею на постоянной основе определенной трудовой функции в условиях подчинения правилам внутреннего трудового распорядка, режима рабочего времени, установления размера заработной платы. Вышеуказанные обстоятельства подтверждают наличие между сторонами гражданско-правовых отношений, в условиях которых ФИО1 оказывала ООО «Берег» услуги, получая за это денежные средства. То есть, истец получала вознаграждение не за труд, что характерно для трудовых отношений, а именно за результат. Таким образом, ФИО1 не представлено бесспорных и достоверных доказательств, подтверждающих, что между ней и ООО «Берег» достигнуты необходимые для трудовых отношений обязательные условия: определено место работы, трудовая функция, дата начала работы, условия оплаты труда, режим рабочего времени и времени отдыха, условия труда на рабочем месте. В своих исковых требованиях ФИО1 просит взыскать оплату сверхурочной работы в размере 684193,50 рублей за период 2015 - 2017 гг. при этом доказательств осуществления сверхурочной работы не приводит. Приложенный к иску расчет продолжительности сверхурочных работ за 2015 - 2017 гг. ничем не подтверждается, является голословным и надуманным. Вся выполняемая ФИО1 работа гражданско-правового характера была ООО «Берег» ей оплачена полностью. К исковым требованиям ФИО1 прилагает расчет отпускных на сумму 109316 рублей за период 2015 - 2016 г., взыскать которые не просит. Кроме того, истцом пропущен предусмотренный положениями ст. 392 ТК РФ срок исковой давности, при этом доводы истца об исчислении срока давности с 15.12.2017 г. являются несостоятельными и основаны на неправильном понимании норм действующего законодательства, регламентирующего применение исковой давности, доказательств наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности не представлено, в связи с чем, просили применить к заявленным требованиям срок исковой давности, отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В ходе рассмотрения дела истец уточнила исковые требования, окончательно просила установить факт наличия трудовых отношений между ней и ООО «Берег» с 03.04.2015 г. по 17.04.2017 г.; обязать ООО «Берег» направить сведения о периоде её трудовой деятельности с 03.04.2015 г. по 17.04.2017 г. в ООО «Берег», а также произвести необходимые отчисления в Пенсионный фонд Российской Федерации; обязать ООО «Берег» внести соответствующие записи в трудовую книжку о приеме на работу с 03.04.2015 г. в ООО «Берег», а также об увольнении по собственному желанию с 17.04.2017 г.; взыскать задолженность по заработной плате за период работы с 03.04.2015 г. по 17.04.2017 г. в сумме 684199,50 рублей; компенсацию занеиспользованный отпуск в сумме 109316 рублей; задолженность за нарушениеработодателем установленного срока выплаты заработной платы и иныхвыплат в сумме 115641,67 рублей; компенсацию морального вреда 40000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме. Дополнительно суду пояснила, что в газете она увидела объявление о том, что в ломбард требуется сотрудник, позвонила, договорилась о встрече с ФИО5 в ломбарде в 

<

адрес>. При встрече ФИО5 представилась индивидуальным предпринимателем, предложила ей работу приемщика золота, также сообщила, то у нее еще есть магазин в 

<

адрес>. В ломбарде она проработала около месяца - четырех, позже ФИО5 предложила набрать коллектив продавцов и перейти работать в магазин на должность заведующей, при этом устно заработная плата была оговорена в размере 25000 руб. Заявление о приеме на работу истец не писала, но трудовую книжку передала ФИО5 уже в магазине в 

<

адрес>, которая после увольнения была ей возвращена без каких-либо записей о трудоустройстве в ООО "Берег". Сверхурочно отработанные часы образовались в результате того, что она должна была работать 8 часов в день с 10ч. 00м. до 18ч.30м. с понедельника по пятницу, выходные дни – суббота и воскресенье, но фактически работала больше, поскольку её рабочий день начинался в 09ч.00 м., так как в это время приходил автобус из 

<

адрес>, кроме того, по указанию ФИО5 она также работала каждую субботу полный день. Часть заработной платы выдавалась продуктами питания, а за полученные наличные денежные средства она не расписывалась, ФИО5 заносила все данные в компьютер. При трудоустройстве в магазин она обращалась к ФИО5, просила, чтобы с ней заключили трудовой договор, поскольку она является материально ответственным лицом, однако ни она, ни иные работники не были оформлены официально. Факт осуществления трудовых обязанностей также подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении, в котором отражено, что представитель ФИО6 ударил её, когда она находилась на своем рабочем месте. При выполнении трудовых обязанностей она также табелировала себя и других работников, табеля сдавала ФИО5, которая все данные переносила на компьютер, о том, что имеется переработка не знала, так как не обращала внимания на количество отработанных часов. Учредителя ООО «Берег» ФИО4 она видела дважды, он приезжал в магазин, когда ему нужны были деньги от Терезы О том, что он является учредителем ООО «Берег» она узнала от Терезы, когда пришли проверяющие, и нужно было оформить стенд. ФИО5 она воспринимала как директора, поскольку ее брат ФИО4 ничего не решал. Также пояснила, что выполняла трудовые обязанности как заведующей магазина, так и продавца. Полагала, что срок исковой давности не пропущен, поскольку после увольнения обратилась с заявлением в прокуратуру, которое было направлено в трудовую инспекцию, из ответа которой следует, что она имеет права обратиться с иском в суд за взысканием заработной платы в течение года с момента увольнения. Ранее с иском в суд не обращалась, так как работа нравилась, была хорошая заработная плата. Просила удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

Представитель истца ФИО1 - ФИО2, действующий на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования истца поддержал в полном объеме, дополнительно суду пояснил, что пропуск срока исковой давности за обращением с иском в суд был пропущен ввиду того, что истец, не имея специальных познаний в юриспруденции, первоначально обратилась за защитой трудовых прав в прокуратуру, которая перенаправила её заявление в трудовую инспекцию, разъяснившую, что истец может обратиться в суд в течение года. Полагает, что доводы ответной стороны об отсутствии у истца намерения оформления трудовых отношений в целях избежания отмены льгот, предоставляемых истцу как пенсионеру, являются несостоятельными, поскольку те льготы, которыми пользуется истец, никак не зависят от осуществления последней трудовой деятельности. Просил удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

Представитель ответчика ООО "Берег" - ФИО3 исковые требования не признал, поддержал доводы, приведенные в отзыве на исковое заявление, настаивал на применении срока исковой давности. 

Третье лицо - Федеральная служба по труду и занятости Государственная инспекция труда в Красноярском крае, надлежащим образом извещенная о дате и времени слушания дела, в судебное заседание представителя не направило, представило заявление о рассмотрении дела в отсутствие такового. 

Суд, с учетом положения ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело при данной явке. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в том числе показания свидетелей по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу от отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 ввиду следующего. 

Как установлено судом, ООО "Берег" является действующим юридическим лицом, основным видом деятельности которого является торговля розничная алкогольными напитками, кроме пива, в специализированных магазинах. Учредителем - генеральным директором данного юридического лица является Бадоян ФИО23. Согласно выписке из ЕГРЮЛ лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица является Бадоян ФИО24, иных лиц не указано. 

Факт осуществления ООО "Берег" торговой деятельности в магазине, расположенном по адресу: 

<

адрес>, сторонами в судебном заседании не оспаривался. 

Обращаясь с иском в суд, истец просит установить факт трудовых отношений с ООО "Берег" с 03 апреля 2015 г. по 17 апреля 2017 г., указывая, что в данный период времени она исполняла трудовые обязанности заведующей магазина, а также продавца. 

Разрешая требования истца в данной части, суд не усматривает правовых оснований для их удовлетворения. 

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Как следует из пояснений истца, при трудоустройстве в ООО «Берег» на должность заведующей магазина, трудовой договор с ней не заключался, но она фактически была допущена к исполнению трудовых обязанностей по вышеуказанной должности Бадоян ФИО25, в устной форме была достигнута договоренность о размере заработной платы, продолжительности рабочего времени. При этом истцу было известно, что директором ООО «Берег» является не ФИО5, а её брат ФИО4, к которому она по вопросу трудоустройства не обращалась, поскольку фактически управлением занималась ФИО5, которую истец воспринимала в качестве работодателя. 

Вместе с тем, из пояснений представителя ответной стороны следует, что ФИО5 не является лицом, уполномоченным на прием работников в ООО «Берег», поскольку не является его учредителем, и не наделялась ФИО4 соответствующими полномочиями.

С учетом изложенного, суд соглашается с доводами представителя ответчика о том, что в данном случае отсутствуют основания для установление факта трудовых отношений между ООО «Берег» и истцом ФИО1 по основанию фактического допуска работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя (ст. 16 ТК РФ), поскольку не доказан факт того, что истец приступила к исполнению обязанностей с разрешения уполномоченного должностного лица – ФИО4, при этом истец не отрицала факт того, что ей было известно, что директором ООО «Берег» является ФИО4, а не ФИО5 

Каких-либо доказательств того, что ФИО5 являлся представителем работодателя, уполномоченным на прием на работу в ООО "Берег", в материалы дела не представлено, равно как и не представлено доказательств наличия между ООО «Берег» и истцом соглашения о выполнении ею трудовых обязанностей по должности заведующей магазина, продавца с выплатой заработной платы и подчинении истца правилам внутреннего трудового распорядка.

К характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

В судебном заседании представитель ответчика не отрицал факт выполнения истцом работы в интересах ООО «Берег», при этом настаивал, что данные отношения носили гражданско-правовой характер, поскольку истец выполняла поручаемую ей ООО «Берег» работу различной направленности (в основном делала заявки, принимала поставляемый товар, рассчитывалась с поставщиками, осуществляла реализацию товара как продавец и т.д.), то есть каждый раз выполняла именно ту работу, которая ей была поручена, при этом графика работы у ФИО1 не было, работала не постоянно (не ежедневно). 

Согласно части 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В силу части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика заявлено о применении последствий пропуска исковой давности, и отказе в удовлетворении исковых требований в том числе и по данному основанию. 

Из объяснений истца, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что после начала осуществления трудовой деятельности в магазине, примерно в течение месяца, она обратилась к ФИО5 с просьбой надлежащим образом оформить трудовые отношения, а именно заключить с ней трудовой договор, в чем ей было отказано. Таким образом, уже в 2015 г. истцу было известно о нарушении своих прав в части надлежащего оформления трудовых отношений. Кроме того, ФИО1 поясняла, что при увольнении, а именно ДД.ММ.ГГГГ ей была выдана трудовая книжка, в которой отсутствовали сведения о периоде её трудовой деятельности в ООО «Берег», что также свидетельствует о том, что истец знала о том, что трудовые отношения с ней не оформлялись. Факт того, что истцу было известно о нарушении своих прав подтверждается, в том числе и заявлением, поданным ФИО1 в прокуратуру 

<

адрес> края. 

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась с заявлением к прокурору 

<

адрес>, приведя доводы о нарушении со стороны ООО «Берег» её трудовых прав, аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении, за исключение доводов о наличии переработки. Данное заявление ДД.ММ.ГГГГ было направлено для разрешения по существу в прокуратуру 

<

адрес>, которой оно было перенаправлено в Федеральную службу по труду и занятости Государственную инспекцию труда в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ трудовой инспекцией ФИО1 был дан ответ, из содержания которого следует, что ввиду непредставления ООО «Берег» запрашиваемых инспекцией документов, проверка по обращению ФИО1 о нарушении её трудовых прав не была проведена, в связи с чем, решается вопрос о привлечении юридического лица к административной ответственности. Дополнительно ФИО1 было разъяснено право на обращение с иском в суд о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате, с разъяснением срока исковой давности по данным требованиям, а именно положений ч. 2 ст. 392 ТК РФ, предусматривающей, что работник имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм. 

Вместе с тем, на требования истца об установлении факта трудовых отношений не распространяются положения ч. 2 ст. 392 ТК РФ, а применяется срок исковой давности, установленный положением ч. 1 данной статьи, согласно которой работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В силу абз. 4 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям об установлении факта трудовых отношений составляет 3 месяца со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

Из пояснений истца следует, что в 2015 г. она обращалась к ответчику с заявлением о заключении с ней трудового договора, при увольнении 17 апреля 2017 г. также было известно, что трудовые отношения надлежащим образом с ней не оформлялись, трудовая книжка была возвращена без записей о приеме на работу и увольнении. Из вышеизложенного следует, что о нарушении своего права истице было достоверно известно 17 апреля 2017 г. 

С иском в суд истец обратилась 15 февраля 2018 г., то есть по истечении 10 месяцев, наличия уважительных причин, препятствующих истцу своевременно обратиться за разрешением индивидуального трудового спора судом не установлено. 

В п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" дано разъяснения, о том что суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке. 

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для восстановления срока обращения с иском в суд ввиду обращения истца в органы прокуратуры и ожидания ответа на обращение, поскольку из материалов дела следует, что ответ на данное обращение был дан истцу 03 июля 2017 г., доказательств получения ответа из инспекции труда позже 15 декабря 2017 г. (трех месячный срок исковой давности) истцом не представлено, судом не установлено. 

Доводы истца о наличии у неё заболеваний, таких как сахарный диабет 2 типа, повышение артериального давления, в данном случае не могут служить достаточным основанием для восстановления срока для обращения в суд, поскольку данные заболевания безусловно не свидетельствуют о невозможности своевременного обращения ФИО1 с иском.

Также суд находит несостоятельными доводы истца о том, что о наличии переработки ей стало известно лишь при подготовке иска в суд за взысканием компенсации за дни неиспользованного отпуска, в связи с чем, срок исковой давности необходимо исчислять с 15 декабря 2017 г., поскольку, как поясняла сама истец, она ежемесячно составляла табеля учета рабочего времени как на себя, так и на других работников, с указанием фактически отработанных часов. 

С учетом изложенного, требования ФИО1 об установлении факта трудовых отношений с ООО «Берег» не подлежат удовлетворению ввиду отсутствия доказательств её допуска к работе с ведома или по поручению работодателя – ФИО4, либо уполномоченного на это представителя, а также ввиду пропуска срока исковой давности для обращения с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренного положениями ст. 392 ТК РФ, о применении которого было заявлено ответной стороной в ходе рассмотрения дела. 

Поскольку требования истца о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочно отработанное время, компенсации за дни неиспользованного отпуска, компенсации за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности на ООО «Берег» направить сведения о периоде трудовой деятельности с 03.04.2015 г. по 17.04.2017 г. в ООО «Берег», произвести необходимые отчисления в Пенсионный фонд Российской Федерации; внести соответствующие записи в трудовую книжку о приеме на работу с 03.04.2015 г. в ООО «Берег», а также об увольнении по собственному желанию с 17.04.2017 г. являются производными от требований об установлении факта трудовых отношений, то срок обращения на указанные требования следует исчислять с момента установления факта трудовых отношений в судебном порядке. Однако первоначальным требованием истца является установление факта трудовых отношений, на который распространяется трехмесячный срок обращения в суд, предусмотренный частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, который истцом пропущен, в связи с чем, правовых оснований для удовлетворения данных требований также не имеется. 

В ходе рассмотрения дела судом по ходатайству истца были допрошены свидетели ФИО10, ФИО11 ФИО12, ФИО13, ФИО14, которые поясняли, что ФИО1 работала в магазине по 

<

адрес> в качестве заведующей и продавца, вместе с тем, данные пояснения свидетелей не могут служить основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку истцом пропущен срок исковой давности для обращения с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора. 

Руководствуясь положениями ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Римша ФИО26 к ООО «Берег» об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за дни неиспользованного отпуска, компенсации за нарушения срока выплаты заработной платы, возложении обязанности предоставить сведения и произвести отчисления в пенсионный фонд, внести записи в трудовую книжку, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, через Енисейский районный суд Красноярского края путем подачи апелляционной жалобы. 

Председательствующий Н.М. Ларионова

мотивированное решение изготовлено 03 октября 2018 г. 

Судья Н.М. Ларионова