Дело № 2-208/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 мая 2019 года г. Ялта

Ялтинский городской суд Республики Крым в составе председательствующего судьи Дацюка В.П., при секретаре Власенко О.А., 

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, её представителя ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО2, ФИО7 о признании договоров купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделки, третьи лица: Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Отдел судебных приставов по г. Ялты Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Крым, ФИО8, ФИО9,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, действуя через своего представителя, обратилась в Ялтинский городской суд Республики Крым с настоящим исковым заявлением, в котором увеличив свои требования просит признать признать недействительным договор купли-продажи от 07 июля 2016 года, заключенный между ФИО6, действующим от имени ФИО5, и ФИО7, земельного участка площадью 0,01 га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №; признать недействительным договор купли-продажи от 07 июля 2016 года, заключенный между ФИО6, действующим от имени ФИО5, и ФИО7, нежилого здания – гаража, площадью 228,6 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №; признать недействительными договора купли-продажи этого же имущества от 26 сентября 2019 года, заключенные между ФИО7 и ФИО9, действующим от имени ФИО2; применить последствия недействительности сделок в виде прекращения права собственности ФИО2 на спорные объекты недвижимого имущества с признанием права собственности за ФИО5

Требования мотивированы тем, что решением Апелляционного суда Запорожской области от 02 октября 2013 года по гражданскому делу №22ц/778/2489/13 взысканы с ФИО5 в пользу ФИО4 безосновательно полученные денежные средства в размере 279534,50 украинских гривен и сумма судебного сбора в размере 2795,35 украинских гривен. Определением Верховного Суда Республики Крым от 14 марта 2016 года удовлетворено ходатайство ФИО4, признано и разрешено принудительное исполнение на территории Российской Федерации вышеуказанного решения Апелляционного суда Запорожской области. Во избежание наложения ареста на имущество должника и обращения на него взыскания 07 июля 2016 года между ФИО5 в лице представителя ФИО6 и ФИО7 заключен договор купли-продажи приведенного недвижимого имущества. 26 сентября 2016 года между ФИО7 и ФИО9, действующим от имени ФИО2 также были заключены договора купли-продажи указанного недвижимого имущества. Указанные сделки, по мнению истца, являются недействительными и ничтожными, поскольку направлены были на препятствование исполнительному производству, возбужденному в отношении ФИО5, при этом контроль продавца был сохранен за спорным имуществом.

В судебное заседание истец не явилась, обеспечила явку представителя, которая исковые требования поддержала, просила удовлетворить по изложенным основаниям с учетом заявления об увеличении исковых требований.

Ответчик ФИО2, её представитель в судебном заседании исковые требования не признали, просили отказать в полном объеме по основаниям, указанным в письменных возражениях, указывали, что ответчик ФИО2 является добросовестным приобретателем, несет бремя содержания имущества, проживает в нем и постоянно пользуется. О наличии претензий ФИО4 к ФИО5 ей не известно.

Ответчики ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, причин неявки суду не предоставили, почтовая корреспонденция, направленная в их адрес неоднократно возвращалась за истечением срока хранения.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, почтовая корреспонденция, направленная по адресу его регистрации, возвращена за истечением срока хранения.

Третьи лица Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Отдел судебных приставов по г. Ялты Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Крым, ФИО8, ФИО9 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом и заблаговременно. Почтовая корреспонденция, направленная в адрес третьих лиц ФИО9 и ФИО8 по адресу их регистрации, возвращена за истечением срока хранения.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) и с учетом мнения лиц, явившихся в судебное заседание, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, их представителей.

Выслушав пояснения лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, представленные доказательства и оценив эти доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности как в отдельности, так и их взаимной связи в совокупности, а установленные судом обстоятельства с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что решением Апелляционного суда Запорожской области от 02 октября 2013 года по гражданскому делу №22ц/778/2489/13 взысканы с ФИО5 в пользу ФИО4 безосновательно полученные денежные средства в размере 279534,50 украинских гривен и сумма судебного сбора в размере 2795,35 украинских гривен.

Определением Верховного Суда Республики Крым от 14 марта 2016 года удовлетворено ходатайство ФИО4, признано и разрешено принудительное исполнение на территории Российской Федерации вышеуказанного решения Апелляционного суда Запорожской области.

Основанием для рассмотрения и принятия указанного определения послужило наличие на территории Российской Федерации недвижимого имущества в собственности ФИО5 - земельного участка площадью 0,01 га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №; гаража, площадью 228,6 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

08 апреля 2016 года взыскателю выдан исполнительный лист на принудительное исполнение приведенного определения Верховного Суда Республики Крым.

11 июля 2016 года постановлением судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов по г. Ялте УФССП России по Республике Крым возбуждено исполнительное производство №.

Как следует из представленных суду материалов, решение суда в настоящее время не исполнено.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 21 декабря 2017 года исполнительное производство окончено, поскольку в ходе исполнения установлено, что невозможно установить местонахождения имущества должника, его самого, иного имущества, на которое могло бы быть обращено взыскание. Исполнительный документ возвращен взыскателю.

07 июля 2016 года между ФИО5 в лице представителя ФИО6 и ФИО7 заключен договор купли-продажи приведенного недвижимого имущества.

26 сентября 2016 года между ФИО7 и ФИО9, действующим от имени ФИО2 также были заключены договора купли-продажи указанного недвижимого имущества.

Право собственности ФИО2 зарегистрировано 07 октября 2016 года на спорный гараж, запись №, на земельный участок – также 07 октября 2016 года, запись №.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Как следует из ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму.

В силу ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанная правовая позиция нашла своё отображение в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, 04.03.2015.

Кроме того, в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отмечалось, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из смысла п. 1 ст. 170 ГК РФ, при рассмотрении возражений о мнимости заключенной сделки следует исходить из того, что сделкой являются действия, направленные на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, то есть на достижение определенного правового результата.

При совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие правовые последствия. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей, а направлена на создание у третьих лиц ложного представления о намерениях участников сделки. 

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

В соответствии с п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В настоящем случае установлено, что в судебном заседании 14 марта 2016 года, в котором Верховный Судом рассматривалось ходатайство ФИО4 о признании и принудительном исполнении на территории Российской Федерации решения Апелляционного суда Запорожской области присутствовал представитель должника ФИО5 – ФИО6, в котором было и оглашено данное определение.

Указанным представителем подавались возражения на ходатайство, 14 марта 2016 года подавалось ходатайство о получении копии определения Верховного Суда Республики Крым от 14 марта 2016 года.

Как уже указывалось выше, основанием для рассмотрения и принятия указанного определения послужило наличие на территории Российской Федерации недвижимого имущества в собственности ФИО5 - земельного участка площадью 0,01 га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №; гаража, площадью 228,6 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

Таким образом, ответчику ФИО5 должно было быть и достоверно было известно о состоявшемся судебном акте Верховного Суда Республики Крым от 14 марта 2016 года.

Как уже указывалось выше, 07 июля 2016 года между ФИО5 в лице представителя ФИО6 и ФИО7 заключен договор купли-продажи приведенного недвижимого имущества.

При этом сведений о погашении задолженности перед ФИО4 не имеется.

При указанных обстоятельствах с очевидностью следует, что ФИО10 и её представитель ФИО6 действовали недобросовестно при отчуждении спорного недвижимого имущества, преследуя намерение сокрыть указанное имущество от обращения взыскания на него, вследствие чего и была осуществлена сделка по отчуждению имущества ФИО7

С учетом изложенного, учитывая, что задолженность перед истцом не погашена, а имущество, наличие которого послужило основанием для признания и разрешения принудительного исполнения решения Апелляционного суда Запорожской области, то предъявляя требования о признании договоров купли-продажи недействительными, истец имеет охраняемый законом интерес в признании этих сделок недействительными.

При указанных обстоятельствах суд полагает, что подлежат признанию недействительными договор купли-продажи от 07 июля 2016 года, заключенный между ФИО6, действующим от имени ФИО5, и ФИО7, земельного участка площадью 0,01 га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №; договор купли-продажи от 07 июля 2016 года, заключенный между ФИО6, действующим от имени ФИО5, и ФИО7, нежилого здания – гаража, площадью 228,6 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

Разрешая в остальной части исковые требования суд исходит из следующего.

В п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление Пленума № 10/22) разъяснено, что в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. ст. 301, 302 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Пунктом 1 статьи 302 того же Кодекса установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 35 постановления Пленума N 10/22 указано, что если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ); когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Из указанных разъяснений постановления Пленума N 10/22, а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.04.2003 N 6-П о соотношении положений статей 167 и 301, 301 ГК РФ, о применении последствий недействительности сделки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ; такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

В пунктах 37, 38 и 39 постановления Пленума N 10/22 разъяснено следующее: в соответствии со статьей 301 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель); ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества; по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика относительно того, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.06.2017 N 16-П указано, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Судом установлено, что 26 сентября 2016 года между ФИО7 и ФИО9, действующим от имени ФИО2 были заключены договора купли-продажи указанного недвижимого имущества.

Право собственности ФИО2 зарегистрировано 07 октября 2016 года на спорный гараж, запись №, на земельный участок – также 07 октября 2016 года, запись №.

Как следует из материалов регистрационного дела и установлено судом, на момент заключения указанных сделок право собственности продавца ФИО7 было зарегистрировано в установленном порядке и не оспаривалось.

В материалах регистрационного дела отсутствуют обременения (ареста, запреты и ограничения) в отношении указанных объектов недвижимого имущества, которые препятствовали бы переходу право собственности к ФИО2 и отчуждению объектов ФИО7

Из материалов исполнительного производства следует, что арест на спорный гараж был наложен судебным приставом исполнителем лишь 22 мая 2017 года, то есть уже после перехода права собственности к ФИО2

При этом, спорное имущество приобретено ФИО2 по возмездной сделке: гараж за 800000 рублей, земельный участок – 200000 рублей.

В п. 38 постановления Пленума № 10/22 разъяснено, что истец вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Доказательств того, что ФИО7, ФИО2 действовали недобросовестно при заключении договоров купли-продажи от 26 сентября 2016 года не представлено, судом не установлено, равно как не имеется и доказательств того, что приобретатель ФИО2 и отчуждатель ФИО7 были осведомлены о денежном обязательстве ФИО5 перед ФИО4 

Доказательств мнимости сделок также не имеется, суду не представлено.

Представленная распечатка интернет-сайта с поданным объявлением относительно аренды спорного гаража не может быть принята во внимание, поскольку не является допустимым доказательством того, что ФИО6 либо ФИО5 до сих пор являются собственником спорного имущества, указанное лицо может быть размещено любым лицом, имеющим доступ к информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В тоже время, судом установлено, что договора купли-продажи между ФИО7 и ФИО2 были исполнены реально, спорное имущество передано приобретателю, который приступил к его владению и использованию.

Так, истцом заключен 24 октября 2017 года договор № на монтаж и установку окон, дверей; покупалась и устанавливалась система отопления, о чем представлены соответствующие квитанции о покупке материалов и газового котла; истцом оплачивался земельный налог за 2017 года на спорный земельный участок; 09 июля 2018 года истцом заключен договор холодного водоснабжения и водоотведения №; у истца отсутствует хаодолженность по газу, что подтверждается соответствующей справкой ГУП РК «Крымгазсети» от 20 марта 2019 года. При этом из представленных материалов следует, что ФИО2 проживает в спорном гараже, ею пройден инструктаж по технике безопасности при пользовании газовыми приборами; сын ФИО2 с 01 сентября 2017 года обучается в МБОУ «Кореизская средняя школа».

Таким образом, с очевидностью следует, что ФИО2 является добросовестным приобретателем спорных объектов недвижимого имущества, поскольку отчуждение произошло по воле его предыдущего собственника ФИО7, сделка реально исполнена сторонами, направлена на наступление преследуемой цели – получение имущества в собственность, ФИО2, приступила к владению и использованию имуществом, не знала и не могла знать о притязаниях ФИО4, спорное имущество в момент заключения сделки не находилось под арестом, в свою очередь недобросовестное поведение первоначального собственника ФИО5 не имеет значения для признания оспариваемых договоров, заключенных между ФИО7 и ФИО2

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО2, ФИО7 о признании договоров купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделки – удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи от 07 июля 2016 года, заключенный между ФИО6, действующим от имени ФИО5, и ФИО7, земельного участка площадью 0,01 га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

Признать недействительным договор купли-продажи от 07 июля 2016 года, заключенный между ФИО6, действующим от имени ФИО5, и ФИО7, нежилого здания – гаража, площадью 228,6 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ялтинский городской суд Республики Крым.

Председательствующий судья В.П. Дацюк 

Мотивированное решение составлено в окончательной форме 20 мая 2019 года.