Дело №1-208/19 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Пенза 29 ноября 2019 года

Ленинский районный суд г. Пензы

в составе председательствующего судьи Шубиной С.А., 

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Ленинского района г. Пензы, ФИО1, ФИО2, 

подсудимого ФИО3,

защитника – адвоката Храмцова В.И., представившего удостоверение №790 и ордер №34 от 1 октября 2019 года, 

потерпевшей В.А.., представителя потерпевшей защитника Григоряна М.Г., представившего удостоверение №613 и ордер 343 от 7 октября 2019 года, 

при секретаре судебного заседания Липиной Т.С., помощнике судьи Будниковой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО3, Данные изъяты, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО3 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

13 апреля 2019 года в период времени примерно с 22 часов 00 минут до 23 часов 24 минуты, ФИО3, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в прихожей (тамбуре), пристроенной к Адрес , в ходе конфликта, произошедшего на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений с женой В.А., действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, повалил В.А. на пол, а затем нанес руками и ногами по голове не менее одного удара, после чего используя в качестве оружия щетку, найденную на месте преступления, нанес ею В.А. не менее одного удара в область правого глаза, причинив ей тем самым следующие телесные повреждения: оскольчатый перелом глазничной пластинки решетчатой кости справа с переходом на нижний край правой орбиты, гематому мягких тканей орбитальной области справа, гематосинус ячеек решетчатой кости справа, правой верхне-челюстной пазухи, контузию тяжелой степени правого глаза, ушитую рану правой бровной дуги, ушитую рану ресничного края верхнего века, внутреннего угла и внутренней спайки век, конъюнктивы, роговицы, субконъюнктивальное кровоизлияние, повлекшие за собой утрату зрения на правый глаз (до светоощущения) на 35 (тридцать пять) процентов, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, в соответствии с п. 24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.08г. № 194н. 

Подсудимый ФИО3 виновным себя не признал и показал, что 13 апреля 2019 года в вечернее время он и его супруга находились по месту жительства в Адрес , в Адрес . Около 17 часов к ним домой пришли гости, с которыми они отмечали его уезд в г. Москву, распивали спиртные напитки. Около 20 часов часть гостей разошлась, осталась Н.Н., с которой супруга В.А. продолжала распивать спиртные напитки. Около 22 часов он пошел укладывать ребенка спать, а его супруга и Н.Н. стояли в тамбуре курили. Через некоторое время он вышел к ним, увидел супругу в верхней одежде и обуви, решил, что она куда-то собралась уйти, чтобы продолжить распивать спиртные напитки. Он взял жену за руку и стал затаскивать домой, а Н.Н. вытолкнул за дверь. В. сопротивлялась, пыталась вырваться, схватилась за ручку раздвижной двери тамбура, споткнулась и упала на правую сторону. Он схватил щетку для мытья автомобиля и нанес В.А. около 2-3 ударов по левой стороне, после чего выкинул щетку и зашел домой. Через некоторое время уехал к маме. На следующий день от брата В.Е. ему стало известно, что у жены поврежден глаз. Удары по голове, лицу, а также руками и ногами В.А. не наносил. Телесные повреждения потерпевшая получила в результате падения, на мешки с камнями, которые в ходе предварительного следствия не исследовались и не изымались. Возможно, своими действиями спровоцировал падение В.А.., но действовал неосознанно, не предвидел, не желал наступления последствий в виде причинения тяжких телесных повреждений, произошел несчастный случай. 

Явку с повинной написал в результате оказанного на него психологического воздействия со стороны сотрудников полиции. Считает, что проведение следственных действий основано только на версии следователя К.А., по убеждению которого он избил жену. 

Потерпевшая В.А. в судебном заседании показала, что она оговорила своего супруга, рассчитывая на то, что его привлекут к административной ответственности. На момент написания заявления 14 апреля 2019 года была обижена, поэтому показала, что муж повалил её и затем наносил удары ногами по голове и телу, а также нанес удары палкой в область головы и правого глаза. 

13 апреля 2019 года она с мужем ФИО3 и сыновьями находились дома. Около 17 часов к ним приехали гости В.П. с сожительницей Н.Н., Н., распивали спиртные напитки, жарили шашлык. Около 20 часов В.П. ушел спать, затем домой уехали Н., а она и Н.Н., продолжили распивать спиртные напитки. Около 22 часов муж ушел укладывать ребенка. Она одела верхнюю одежду и вышла с Н.Н. в тамбур, покурить. Через несколько минут в тамбур вышел муж, выпроводил Н.Н., а её пытался затащить домой, они стали ругаться. При открытии двери на улицу, она не удержалась и упала на мешки, в которых находились гранитные камни, на правый боку, муж нанес ей щеткой для мытья автомобилей 2- 3 удар по левому боку. Руками и ногами муж её не бил, травму правого глаза получила в результате падения на мешок с камнями. После этого она пошла к Н.Н., которая вызвала скорую медицинскую помощь, её госпитализировали в больницу. В больницу её сопровождал брат мужа В.П. После осмотра ей стало известно, что правый глаз видеть не будет. 

Свои показания подтвердила при проверке показаний на месте происшествия 10 июня 2019 года.

Несмотря на полное непризнание своей вины подсудимым, позицию потерпевшей об оговоре подсудимого, вина ФИО3 в совершении описанного выше преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Свидетель В.П. родной брат подсудимого, показал, что 13 апреля 2019 года после обеда он с сожительницей Н.Н. и детьми приехали в гости к брату ФИО3, по адресу: Адрес где распивали спиртные напитки, жарили шашлыки. Около 22 часов он ушел укладывать детей спать, Н.Н. осталась с В.А.. Около 23 часов его разбудила Н.Н., она искала ключи от калитки. Он увидел потерпевшую В.А.., на лице у неё была кровь, область глаз, особенно с правой стороны были сильно опухшие. Н.Н. вызвала скорую помощь, которая госпитализировала В.Д. в больницу, при этом он её сопровождал. Со слов Н.Н. ему стало известно, что между В.Д.. и ФИО3 произошел конфликт, после которого В.А.. пришла к ним с телесными повреждениями на лице. В тамбуре, при входе в квартиру ФИО4. он после мойки своего автомобиля положил алюминиевую щетку, также в тамбуре лежали мешки с мусором, газовый баллон и 2 белых мешка с граничными камнями. Охарактеризовал брата как спокойного, адекватного, мирного человека. 

Свидетель Н.Н. показала, что 13 апреля 2019 года в вечернее время они с сожителем В.П., детьми находились в гостях у брата В.Д. по адресу: Адрес , где распивали спиртные напитки. Около 22 часов В.П. пошел укладывать детей спать. Она с В.А. вышли покурить в тамбур. Через некоторое время в тамбур вышел ФИО3, подумав, что они решили уйти, начал кричать на В.А. хватать за одежду. Она попыталась защитить В.А., но ФИО3 вытолкнул её из тамбура на улицу, закрыв дверь. Она ушла в другую часть дома к сожителю В.П., куда через 3-5 минут забежала В.А. сказала, что её избил муж. Оба глаза у А. были заплывшие, рассечена правая бровь, она жаловалась на тошноту и головокружение. Она помогла В.А. умыться, уложила на диван, вызвала бригаду скорой помощи. По приезду скорой помощи она не могла найти ключи от калитки, чтобы впустить их, заходила к ФИО3, чтобы взять куртку В.П.. Куртку ФИО6 ей не отдал. После этого она разбудила В.П., он открыл калитку и В.А. была госпитализировала в больницу. Вместе с В.А.. в больницу поехал В.П., вернулись они около 6 час.. Затем приезжали работники полиции, которые осмотрели тамбур, взяли с неё и В.А.. объяснения. В.А. поясняла, что её избил муж. В тамбуре лежали мешки с мусором, щетка для мойки автомашины. С подсудимым и потерпевшей нормальные, дружеские отношения. 

Свидетель Н.А. в судебном заседании показал, что 13 апреля 2019 года в вечернее время он совместно с супругой Н.Т. и их сыном находились в гостях у В-вых по адресу: Адрес где распивали спиртные напитки. Около 21 часа они уехали домой. На следующий день, со слов ФИО6 ему стало известно, что В.А. потеряла глаз. Обстоятельства получения 13 апреля 2019 года телесных повреждений В.А. ему не известны. Охарактеризовал подсудимого с положительной стороны, как спокойного, уравновешенного человека.

Свидетель Н.Т. в судебном заседании дала показания аналогичные показаниям свидетеля Н.А., дополнив, что никаких конфликтов между супругами В-выми никогда не было. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель В.Е. показал, что от младшего брата В.П. ему стало известно о травме глаза В.А., а также то, что В.П. сопровождал её по больницам. Охарактеризовал ФИО6 как тихого, стеснительного, конфликтов в их семье не было. 

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей, фельдшеры скорой медицинской помощи, Ф.С. и К.А., показали, что 13 апреля 2019 года около 23 часов от диспетчера поступил вызов по адресу: Адрес , где была избита В.. Прибыв по указанному адресу, их встретила Н.Н., проводила в квартиру, пояснив, что потерпевшую избил муж. Пройдя в дом, они увидели лежащую на диване В. с телесными повреждениями на лице, у нее был отек мягких тканей головы и лица, ссадины, параорбитальная гематома правого глаза. Потерпевшая ничего не говорила. После осмотра В. была госпитализирована в ГБУЗ «Городская больница №6». Телесные повреждения и обстоятельства их получения, зафиксированы в карте вызова скорой медицинской помощи. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, врач ГБУЗ «Пензенская областная офтальмологическая больница», М.Т. показала, что 14 апреля 2019 года ночью из ГБУЗ «Городская больница №6» в приемное отделение поступила В.А., которая находилась в состоянии алкогольного опьянения, на ее лице имелись гематомы, веки правого глаза были отекшими. Со слов В. об обстоятельствах получения травмы, ей стало известно, что 13 апреля 2019 года около 22 часов 30 минут по месту ее жительства её избил муж. В ходе осмотра В.А. была установлена тяжелая травма правого глаза, рваные раны роговицы, век, субконъюктивальный разрыв склеры с выпадением и частичной потерей внутренних оболочек, перелом нижней стенки орбиты правого глаза. Гематома век левого глаза. 

Допрошенный в судебном заседании несовершеннолетний свидетель В.Д. показал, что 13 апреля 2019 года около 10 часов он ушел из дома гулять и вернулся около 24 часов, лег спать. Проснувшись, около 9 часов 14 апреля 2019 года он увидел, что у его матери на правом глазе имеется повязка. Со слов матери ему стало известно, что она упала. Об обстоятельствах получения травмы ему не известно, так как его не было дома. При этом пояснил, что в тамбуре у них хранились газовый баллон и лежали какие-то камни в мешке. 

Допрошенная в судебном заседании следователь отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ОП №1 СУ УМВД России по г. Пензе А.Т. показала, что 14 апреля 2019 года около 8 часов от дежурного поступило сообщение об избиении В.А. мужем по адресу: Адрес Прибыв по указанному адресу с ФИО5, их встретила В.А. с повязкой на правом глазе и Н.Н.. При опросе В.А. об обстоятельствах произошедшего стало известно, что 13 апреля 2019 года в вечернее время она со своим мужем В. Д.М. и гостями распивали спиртные напитки у них дома. После того, как гости разошлись, остались она с мужем и Н.Н.. Около 23 часов она с Н.Н. вышла в тамбур покурить. Через несколько минут пришел ФИО3, который стал кричать, ругаться, выгнал Н.Н., после чего стал её бить, несколько раз по лицу ударил щеткой. В ходе осмотра места происшествия, в тамбуре, на полу была обнаружена сломанная щетка. В.А. подтвердила, что именно этой щеткой муж наносил ей удары по лицу и голове, повредив правый глаз. Данная щетка была изъята с места происшествия, следов крови обнаружено не было, проводилась фотосъемка.

Допрошенный в качестве свидетеля ОУР ОП №1 УМВД России по г. Пензе Х.М. подтвердил показания следователя А.Т., об обстоятельствах получения В.А. травмы глаза. В.А. в ходе дачи объяснений поясняла, что её избил супруг. Никаких камней, следов крови на месте происшествия не было, как орудие преступления была изъята щетка.

Кроме того, свидетель описал состояние потерпевшей, которая находилась в шоковом состоянии.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля участковый уполномоченный полиции ОП №1 УМВД России по г. Пензе К.С. показал, что 15 апреля 2019 года ему был передан материал доследственной проверки по факту причинения 13 апреля 2019 года около 23 часов по адресу: Адрес телесных повреждений В.А. Из объяснений В.А. и других лиц следовало, что телесные повреждения ей причинил ее муж ФИО3, который наносил ей удары руками и ногами, а также несколько раз ударил ее щеткой, попав по глазу, повредил его. 15 апреля 2019 года он с ФИО3 проследовал в ОП №1 УМВД России по г. Пензе, где ФИО3 дал объяснения по поводу произошедшего, пояснив, что 13 апреля 2019 года в вечернее время он вместе с супругой В.А. и родственниками употребляли спиртные напитки, жарили шашлыки. Около 23 часов В.А. с Н.Н. вышли на улицу покурить, при этом его супруга была в верхней одежде, он решил, что она куда-то собралась. На этой почве между ними произошел словестный конфликт, в ходе которого он ударил В.А. щеткой два раза по лицу, после этого уехал к матери. Явку с повинной ФИО3 писал собственноручно, добровольно. 

Следователь К.А., допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля пояснил, что осуществлял предварительное расследование по уголовному делу в отношении ФИО3. В июне 2019 года с согласия потерпевшей проводил проверку её показаний на месте. У него сложилось мнение, что супруги инсценировали происшедшие события, подложив мешки с камнями после случившегося. 

Наряду с показаниями участников судопроизводства вина подсудимого ФИО3 подтверждена объективными сведениями из протоколов следственных действий.

Устное заявление потерпевшей В.А. о совершенном в отношении неё преступлении зафиксировано в протоколе принятия заявления от 14 апреля 2019 года, о привлечении к уголовной ответственности своего супруга ФИО3, который 13 апреля 2019 года около 23 часов по месту жительства причинил ей телесные повреждения ( том 1 л.д. 22).

Протоколом осмотра места происшествия - пристройки к дому Данные изъяты от 14 апреля 2019 года и фототаблицей к нему. Размер помещения пристройки 1х3 м, закрывается раздвижной дверью без запорных устройств. На полу обнаружена сломанная алюминиевая швабра-щека для мытья машин, с черными пластмассовыми деталями и ручкой. Ручка от швабры погнута, щетка лежит рядом. В помещении газовый баллон, столешница, доски, свернутый палас, мешки с мусором. С места происшествия изъяты щетка для мытья машины и ручка от неё ( том 1 л.д. 23-24, 25-28).

В заявлении о явке с повинной от 15 апреля 2019 года ФИО3 собственноручно сообщил, что 13 апреля 2019 года около 23 часов он, находясь по месту своего жительства по адресу: Адрес в ходе конфликта с супругой В.А. причинил ей телесные повреждения, а именно шваброй – щеткой нанес около 2-3 ударов в область головы по лицу с правой стороны. Указал, что показания давал добровольно, без какого-либо давления со стороны сотрудников полиции (том 1 л.д. 34).

Согласно протоколу осмотра предметов от 27 июня 2019 года с фототаблицей были осмотрены щетка и ручка от нее, Основание щетки выполнено из полимерного материала черного и оранжевого цвета с щетиной светлого цвета. В месте крепления щетки имеется слом крепления.Длина корпуса щетки 195 мм, ширина 68 мм, ручка изготовлена из металлической трубки светлого цвета длиной 950 мм, в средней части ручка изогнута. На одном конце ручки имеется материал оранжевого цвета для твердого удержания и штуцер из полимерного материала для подачи воды. На другом конце наконечник из полимерного материала для крепления щетки, в месте резьбы наконечник щетки имеет следы перелома, а затем признаны вещественным доказательством и приобщены к материалам уголовного дела ( том 1 л.д.183, 184-185, 186).

Согласно протоколу осмотра предметов от 6 июля 2019 года с фототаблицей были осмотрены два мешка из полимерного материала светлого цвета на поверхности которых имеются следы бурого цвета, а затем признаны вещественным доказательством и приобщены к материалам уголовного дела (том 1 л.д.189, 190, 191).

Согласно заключению дактилоскопической экспертизы № 178 от 30 апреля 2019 года на представленных объектах (щетке, складной рукоятки от щетки) следов рук, пригодных для идентификации личности не обнаружено (том 1 л.д. 127-128).

Согласно заключению экспертизы вещественных доказательств № 567 от 13.06.2019 года на щетке, ручке от щетки для мытья автомобиля, изъятых в ходе осмотра места происшествия, кровь не обнаружена. (том 1 л.д. 143-144)

Из заключения эксперта №632 от 28 июня 2019 года следует, что кровь потерпевшей В.А. относится к группе А? ( том 1 л.д. 150-152). 

Согласно заключению эксперта №582 от 24.06.2019 года: «на двух мешках из полимерного материала, изъятых 10 июня 2019 года в прихожей (тамбуре) Адрес , - обнаружена кровь человека группы А?», что не исключает ее происхождение от потерпевшей В.А. (том 1 л.д. 160-161).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №1621 от 17 мая 2019 года у В.А. имеются следующие телесные повреждения: оскольчатый перелом глазничной пластинки решетчатой кости справа с переходом на нижний край правой орбиты, гематома мягких тканей орбитальной области справа, гематосинус ячеек решетчатой кости справа, правой верхне-челюстной пазухи, контузия тяжелой степени правого глаза, ушитая рана правой бровной дуги, ушитая рана ресничного края верхнего века, внутреннего угла и внутренней спайки век, конъюнктивы, роговицы, субконъюнктивальное кровоизлияние. 

Данная травма могла образоваться от не менее одного ударного воздействия тупым твердым предметом. 

Давность образования повреждений не исключается 13 апреля 2019 года, о чем свидетельствуют данные обстоятельства дела, изложенные в постановлении, данные медицинских документов. 

Образование повреждений при падении с высоты роста исключается. 

Выяснение возможности причинения телесных повреждений конкретным лицом – «самим потерпевшим» выходит за пределы компетенции судебно-медицинского эксперта. 

Руководствуясь «Таблицей процентов утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин», прилагаемой к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденными Министерством здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года №194н», указанные и выше перечисленные повреждения правого глаза у В.А. повлекли за собой утрату зрения на правый глаз (до светоощущения) на 35 (тридцать пять) процентов, согласно п. 24, следовательно они квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (том 1 л.д. 134-137).

Из заключения медико-криминалистической судебной экспертизы №482мк от 26 июля 2019 года следует, что образование телесных повреждений, в виде оскольчатого перелома глазничной пластинки решетчатой кости справа с переходом на нижний край правой орбиты, гематомы мягких тканей орбитальной области справа, гематосинуса ячеек решетчатой кости справа, правой верхнее-челюстной пазухи, контузии тяжелой степени правого глаза, ушитой раны правой бровной дуги, ушитой раны ресничного края верхнего века, внутреннего угла и внутренней спайки век, коньюктивы, роговицы, субконъюнктивального кровоизлияния, обнаруженных у В.А.., согласно заключению эксперта №1621 от 17.05.2019 года, не исключено в результате не менее одного ударного травматического воздействия тупым твердым предметом с ограниченной контактирующей поверхностью (к числу которых относится как щетка, предоставленная для экспертизы, так и обутая (необутая) нога и кисть руки, сжатая в кулак).

Индивидуальные признаки травмирующего предмета в указанных повреждениях не отобразились, поэтому эксперт лишен возможности судить о действии конкретного предмета. 

Образование телесных повреждений, в виде оскольчатого перелома глазничной пластинки решетчатой кости справа с переходом на нижний край правой орбиты, гематомы мягких тканей орбитальной области справа, гематосинуса ячеек решетчатой кости справа, правой верхнее-челюстной пазухи, контузии тяжелой степени правого глаза, ушитой раны правой бровной дуги, ушитой раны ресничного края верхнего века, внутреннего угла и внутренней спайки век, коньюктивы, роговицы, субконъюнктивального кровоизлияния, обнаруженных у В.А.., согласно заключению эксперта №1621 от 17.05.2019 года, исключено как в результате падения тела потерпевшей из вертикального положения в горизонтальное и соударением о тупой твердый предмет с неограниченной контактирующей поверхностью, так и при падении тела потерпевшей их вертикального положения в горизонтальное и соударением правой орбитальной областью о тупой(-ые) твердый(-ые) предмет(-ы) с ограниченной поверхностью соударения (камни (фрагмента) от гранитной плитки»), по причинам, указанным в аналитической части (отсутствие признаком «травмы ускорения»). 

Допрошенная в судебном заседании эксперт Л.И. подтвердила выводы, изложенные в заключении экспертизы №482мк от 26 июля 2019 года, категорично исключила получение В.А.. травмы глаза при падении, поскольку согласно данных МСКТ отсутствуют все признаки «травмы ускорения», локализация телесных повреждений для падения не характерна. 

Кроме этого, вина подсудимого в совершении преступления подтверждается сообщением о происшествии, зарегистрированным в КУСП за № 9873 от 13 апреля 2019 года, поступившим 13 апреля 2019 года, в котором сообщается о том, что по адресу Адрес муж избил жену( том № 1л.д. 15);

листом осмотра врача офтальмолога ГБУЗ «Пензенская областная офтальмологическая больница», из которого следует, что В.А. поступила 14 апреля 2019 г. в 03.28 с жалобой на слепоту, боль, кровотечение из правого глаза, гематому век обоих глаз. Со слов больной 13 апреля 2019 г. около 22 час. 30 мин. была избита мужем по месту жительства Адрес ( том 1 л.д. 42-43);

копией карты вызова скорой помощи, вызов скорой помощи на Адрес поступил 13 апреля 2019 года в 23 часа 24 мин. потерпевшая госпитализирована в медицинское учреждение в 00 час. 20 мин. Со слов потерпевшей В.А. ее избил муж, пинал по голове и лицу ногами (том 1 л.д. 89-90).

Все перечисленные выше доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, являются допустимыми, поэтому учитываются судом в качестве доказательств вины подсудимого.

Показания свидетелей Н.Н., А.Т., К.С., Ф.С., К.А., М.Т., Х.М., эксперта Л.И. являются последовательными, согласуются друг с другом и другими доказательствами по делу, оснований сомневаться в их достоверности и правдивости у суда не имеется. Оснований для оговора подсудимого ФИО3 со стороны указанных свидетелей не установлено.

К показания свидетелей В.П.., В.Д. о том, что 13 апреля 2019г. в тамбуре находились мешки с камнями, суд относится критически, так как считает их лицами заинтересованными в исходе дела в пользу подсудимого, поскольку они являются родственниками подсудимого. 

Анализируя материалы дела, сопоставляя фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия от 14 апреля 2019 года, то есть сделанную сразу после случившегося, с фототаблицей к протоколу проверки показаний на месте с участием потерпевшей от 10 июня 2019 г., сделанную спустя два месяца после совершения преступления, суд приходит к выводу о недостоверности показаний потерпевшей, подсудимого, свидетелей В.П., В.Д.. о нахождении в тамбуре в день совершения преступления мешков из белого полимерного материала с камнями. Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей А.Т. и Х.М. также подтвердили их отсутствие при осмотре места происшествия 14 апреля 2019 года. 

Протоколы следственных действий и экспертные заключения получены с соблюдением требований законодательства, выводы экспертов основаны на объективном и тщательном исследовании материалов уголовного дела с использованием и применением научно-обоснованных методик экспертного исследования, являются обоснованными и мотивированными. Оснований сомневаться в объективности выводов экспертов у суда не имеется.

Заявления защитника Храмцова В.И., подсудимого ФИО3 о недопустимости заявления о явке с повинной, как полученного в результате оказанного на него давления и нарушений уголовно-процессуального закона, суд находит несостоятельными. 

Как следует из заявления о явке с повинной, перед написанием заявления ФИО3 с учетом требований части 1.1. статьи 144 УПК РФ разъяснены права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном главой 16 УПК РФ. Заявление составлено с соблюдением требований ст. 142 УПК РФ. 

Допрошенный в качестве свидетеля участковый уполномоченный полиции ОП №1 УМВД России по г. Пензе К.С. подтвердил в судебном заседании, что явку с повинной ФИО6 писал добровольно, без какого-либо воздействия и постороннего вмешательства, подробно изложил об обстоятельствах нанесения телесных повреждений потерпевшей. 

Никаких жалоб по поводу оказания на него давления с чьей-либо стороны в период предварительного следствия ФИО6 не подавалось. Как следует из текса явки с повинной написана она Викуловым добровольно, без какого- либо на него давления.

Показания ФИО6, изложенные в явке с повинной объективно подтверждаются совокупностью других доказательств, поэтому суд признает их достоверными. 

В связи с заявлением ФИО3 об оказании на него в ходе предварительного следствия психологического давления проведена проверка, в результате которой факты применения недозволенных методов со стороны сотрудников полиции не подтвердились, о чем 19 ноября 2019 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления. 

Оснований для признания заявления о явке с повинной недопустимым доказательством не имеется.

К показаниям подсудимого ФИО3 в свою защиту суд относится критически, рассматривает как избранный подсудимым способ защиты, обусловленный желанием избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств. 

Подвергая сомнению выводы медико-криминалистической экспертизы о механизме образования телесных повреждений, обращая внимание на не изъятие камней и то, что они не являлись предметом исследования, аналогично подвергая сомнению выводы о характеристике травмирующего оружия, сторона защиты ссылается в судебном заседании на заключение и допрос специалиста К.А., который подверг сомнению правильность выводов экспертов о получении телесных повреждений потерпевшей В.А. 

Суд, оценивая указанное доказательство, считает выводы специалиста К.А. профессиональным суждением, основанным на предположениях о возможности образования повреждения правого глаза В.А.. в результате падения на камни (фрагменты) гранитной плиты. Заключение специалиста фактически представляет собой исключительно субъективное мнение специалиста и в силу положений ст. ст. 58,74,195,204 УПК РФ не может быть рассмотрено в качестве доказательств по делу.

Заключения же экспертных исследований соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертизы проведены на основании постановлений следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов, которым разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, с предупреждением их об уголовной ответственности, полнота и объективность проведенных экспертных заключений, так же как и профессиональная квалификация экспертов у суда сомнений не вызывает. Объективных оснований для сомнений в правильности установления получения телесных повреждений потерпевшей В.А.., давности, характере, тяжести и механизме образования причиненных ей телесных повреждений, не имеется. 

Указанное заключение судебной экспертизы является доказательством причинения В.А. тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, подтверждает изначальные показания потерпевшей, свидетелей Н.Н., А.Т., Х.М., К.С., Ф.С., К.А., М.Т., эксперта Л.И., признательные показания ФИО3, изложенные в явке с повинной о времени совершения преступления, количестве нанесенных ударов, характере, механизме образования телесного повреждения, причиненных потерпевшей В.А. подсудимым ФИО3, о предмете, используемого в качестве оружия.

Утверждение защиты о том, что щетка была надломана, ей невозможно нанести мощный удар с учетом небольшого размера помещения тамбура, является субъективным мнением защиты, противоречащим, представленным доказательствам.

Оценивая показания потерпевшей В.А. об обстоятельствах получения травмы правого глаза, то есть в результате падения на гранитные камни, находящиеся в мешках, тамбуре, суд, сопоставляя их с другими доказательствами, в том числе показаниями свидетелей Н.Н., А.Т., Х.М. К.С., Ф.С., К.А., М.Т., заключениями экспертиз, приходит к выводу о том, что потерпевшая в силу супружеских отношений с подсудимым пытается помочь избежать ему уголовной ответственности, а потому не принимает их во внимание. 

Не могут быть признаны обоснованными доводы о неполноте, предвзятости и небрежности предварительного следствия.

Оценка доказательств, а также разрешение вопроса о достаточности или недостаточности доказательств на предварительном следствии отнесены к компетенции следователя ( ст. ст. 17,87, ч. 1 ст. 88 УПК РФ).

Следователь уполномочен в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. При этом он вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа (ст. 38 УПК РФ).

ФИО3 и его защитник имели возможность, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании оспаривать действия следователя, а также заявлять ходатайства о признании доказательств недопустимыми, приводить свои доводы относительно инкриминированного деяния и представлять суду свои доказательства. Право стороны защиты представлять суду доказательства, выдвигать свои версии и требовать их проверки, не нарушено. 

Суд, оценивая исследованные в судебном заседании доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь правилами оценки доказательств с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности, приходит к выводу, что вина подсудимого ФИО7 в совершении инкриминируемого ему деяния полностью подтвердилась их совокупностью и считает его вину доказанной, квалифицирует его действия по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В судебном заседании установлено, что В.А.. был причинен оскольчатый перелом глазничной пластинки решетчатой кости справа с переходом на нижний край правой орбиты, гематому мягких тканей орбитальной области справа, гематосинус ячеек решетчатой кости справа, правой верхне-челюстной пазухи, контузию тяжелой степени правого глаза, ушитую рану правой бровной дуги, ушитую рану ресничного края верхнего века, внутреннего угла и внутренней спайки век, конъюнктивы, роговицы, субконъюнктивальное кровоизлияние, повлекшие за собой утрату зрения на правый глаз (до светоощущения) на 35 (тридцать пять) процентов.

Данное телесное повреждение квалифицируется как тяжкий вред здоровью человека, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть и были причинены подсудимым ФИО3 потерпевшей В.А.., в момент ссоры, когда ФИО3 испытывал личную неприязнь, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, нанес В.А. руками и ногами по голове не менее одного удара и не менее одного удара щеткой в область правого глаза, то есть в расположение жизненно важных органов- голову, лицо потерпевшей. 

Степень тяжести телесных повреждений, причиненных потерпевшей, а также условия и механизм их образования, определенные судебно-медицинским экспертом, у суда сомнений не вызывают, поскольку исследование проведено квалифицированным специалистом в соответствии с предусмотренной законом процедурой с учетом данных медицинской документации, клинической картины на момент госпитализации потерпевшей и данных оперативного вмешательства, выводы эксперта мотивированы и научно обоснованы.

В судебном заседании нашло объективное подтверждение наличие причинной связи между действиями подсудимого и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью В.А.., вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Мотивом преступления явился конфликт, произошедший на почве личных неприязненных отношений.

Вопреки доводам защиты, оснований для квалификации действий ФИО7 по ч. 1 ст. 118 УК РФ как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, не имеется. 

Анализ показаний свидетелей и самого ФИО7 свидетельствует об отсутствии в действиях подсудимого признаков необходимой обороны либо превышения её пределов. 

В момент совершения преступления какого-либо общественно-опасного посягательства, сопряженного с насилием, а равно реальной, непосредственной угрозы осуществления такого посягательства со стороны потерпевшей в отношении подсудимого не имелось. Каких-либо иных неправомерных действий В.А.. по отношению к подсудимому, а именно: насилия, издевательства, тяжкого оскорбления, иных противоправных или аморальных действий, которые могли стать причиной внезапного возникновения у последнего сильного душевного волнения, обусловившего его желание причинить потерпевшей тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, судом не установлено.

Квалифицирующий признак совершения ФИО3 умышленного причинения потерпевшей тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, с применением предмета, используемого в качестве оружия, доказан в судебном заседании, поскольку при совершении преступления ФИО3 использовал щетку в качестве оружия.

В соответствии с заключением комиссии экспертов №1029 от 2 июля 2019 года ФИО3 на период инкриминируемого ему деяния не обнаруживал и не обнаруживает в настоящее время признаков хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, лишавших и лишающих его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. ФИО3 по своему психическому состоянию может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания, как равно он по своему психическому состоянию может самостоятельно осуществлять свое право на защиту. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО3 не нуждается. Психолог считает необходимым отметить следующее: психологический анализ материалов уголовного дела, ретроспективное исследование эмоциональных и поведенческих реакций ФИО3 в момент совершения противоправных действий, данные целенаправленной беседы с подэкспертным не выявляют признаков, указывающих на развитие у ФИО3 в исследуемом эпизоде каких-либо экспертно-значимых особых эмоциональных состояний – аффекта, стресса, фрустрации и др., которые могли бы оказывать существенное (ограничивающее) влияние на поведение ФИО3 в момент совершения правонарушения, а также на его сознание и деятельность. Об этом свидетельствует отсутствие характерной трехфазной динамики развития эмоциональных реакций, многоэтапность действий ФИО3 в исследуемой ситуации, отсутствие других феноменологических признаков особых эмоциональных состояний (л.д. 167-169).

Суд находит выводы комиссии экспертов обоснованными, поскольку они даны на основе конкретных исследований, с учетом полных данных о личности и поведении подсудимого ФИО3, убедительно мотивированы, и каких-либо оснований сомневаться в их правильности у суда не имеется.

Исходя из совокупности конкретных обстоятельств дела, тщательно исследованных в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что в момент совершения преступления ФИО3 не находился в состоянии аффекта либо иного болезненного состояния психики, лишавших его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

С учетом изложенного и фактических обстоятельств дела, поведения в ходе судебного заседания суд признает ФИО3 вменяемым и способным нести ответственность за содеянное. 

При назначении вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, мотив, цель, способ совершения преступления, данные о личности подсудимого, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

Как смягчающие обстоятельства суд учитывает явку с повинной, наличие на иждивении малолетнего ребенка, оказание помощи в воспитании и содержании несовершеннолетнего сына жены.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ в отношении ФИО3, суд не усматривает.

ФИО3 совершил тяжкое преступление, не судим, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, свидетелями В., Н., Г. положительно, как спокойный человек, хороший семьянин ( том 1 л.д. 207-208, 209-210, 212, 214, 216, 217, 218).

Учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности, данные о личности подсудимого, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, что и учитывает суд.

Поскольку наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, исходя из интересов общества, суд учитывая личность виновного, мнение потерпевшей, приходит к выводу о возможности назначения ФИО3 наказания, не связанного с изоляцией об общества, то есть с применением ст. 73 УК РФ. 

Наказание назначается с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.

С учетом данных о личности подсудимого, суд считает возможным не применять в отношении ФИО3 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного ФИО3 преступления, его ролью и поведением во время или после совершения преступления, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, которые могли бы явиться основанием для смягчения наказания с применением правил ст. 64 УК РФ, не имеется.

Иск прокурора Ленинского района г. Пензы о взыскании с ФИО3 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Пензенской области 35950 рублей 99 копеек в возмещение затрат федерального бюджета на лечение потерпевшей по уголовному делу, на основании ст. 1064 ГК РФ подлежит удовлетворению в полном объеме. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на три года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО3 наказание считать условным и приговор не приводить в исполнение, если в течение трех лет испытательного срока осужденный не совершит нового преступления и своим поведением докажет свое исправление.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ обязать осужденного не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного в установленные последним дни. 

Меру пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения. 

На основании ст. 1064 ГК РФ взыскать с ФИО3 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Пензенской области в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба 35950 рублей 99 копеек (тридцать пять тысяч девятьсот пятьдесят) рублей 99 коп., затраченных на лечение потерпевшей.

Вещественные доказательства: щетку и ручку от нее, два мешка, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОП №1 УМВД России по г. Пензе, вернуть по принадлежности ФИО4

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пензенский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения. 

Председательствующий С.А. Шубина