Дело № 2-537/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ломоносов 19 сентября 2019 года

Ломоносовский районный суд Ленинградской области в составе председательствующего судьи Яковлевой М.В.,

с участием помощника прокурора Ломоносовского района Ленинградской области Тарасовой Э.Н.,

при секретаре Спренгель У.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального и морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в Ломоносовский районный суд Ленинградской области с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО3 о возмещении материального вреда в размере 588501 рубль 00 копеек, из которых стоимость земельной доли (39 баллогектаров) - 545374 рубля 00 копеек и судебные расходы на оплату судебной экспертизы в размере 35020 рублей 00 копеек и по вызову эксперта в размере 7107 рублей 00 копеек, и компенсации морального вреда, причиненного преступлением в размере 3000000 рублей 00 копеек.

В обоснование заявленных требований истец указала, что апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 13 сентября 2017 года по уголовному делу № 1-39/2017, вступившим в законную силу ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в совершении преступлений, а именно: ФИО2, в совершении преступлений предусмотренных статьей 160 частью 3, статьей 30 частью 3, статьей 159 частью 3 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО3, в совершении преступлений предусмотренных статьей 159 частью 4, статьей 160 частью 3, статьей 159 частью 4 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также истец указала, что преступлениями ответчиков ей был причинен материальный ущерб на сумму 588501 рубль 00 копеек, из которой стоимость незаконно отчужденной ФИО2 земельной доли (39 баллогектаров), стоимостью 545374 рубля 00 копеек и судебных расходов в виде расходов на оплату судебной экспертизы в размере 35020 рублей 00 копеек и расходов по вызову эксперта в размере 7107 рублей 00 копеек.

Кроме того, противоправными действиями ответчиков, по мнению истца, ей был причинен моральный вред, то есть нравственные и физические страдания (побои, вред здоровью, угрозы со стороны ответчиков), которые истец оценила на сумму 3000000 рублей 00 копеек.

Учитывая указанные обстоятельства, истец обратилась в суд с названными требованиями.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена судом надлежащим образом, в порядке части 1 статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доверила право представления своих интересов – ФИО4 который в судебном заседании иск поддержал по доводам и основаниям, в нем изложенным, просил об их удовлетворении. 

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела были извещены надлежащим образом, ФИО3 о причинах неявки не сообщил, об отложении рассмотрения дела не просил. 

ФИО2 в порядке части 1 статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доверил право представления своих интересов ФИО5, который в судебном заседании возражал относительно удовлетворения исковых требований в заявленном размере пояснив, что расходы на проведение судебной экспертизы в рамках уголовного дела в размере 35020 рублей 00 копеек и вызова эксперта в размере 7107 рублей 00 копеек не подлежат взысканию, поскольку не относятся к процессуальным издержкам. Относительно требований о взыскании материального вреда, причиненного преступлением пояснил, что в материалах дела отсутствуют доказательства причинения ФИО1 вреда в размере 545374 рубля 00 копеек, поскольку выводы эксперта относительно стоимости отчужденной доли вариативны, и зависят от возможности выделения или не возможности выделения из 39 баллогектаров доли в натуре. На момент заключения договора купли-продажи спорной земельной доли ДД.ММ.ГГГГ её стоимость была указана в размере 5077 рублей 05 копеек, из чего и следует, по мнению представителя ФИО2, исходить суду при установлении материального ущерба. Относительно размера морального вреда представитель ФИО2 указал, что ответчики не обвинялись в совершении преступления против жизни и здоровья, были признаны виновными в совершении преступлений в сфере экономики, данных, объективно подтверждающих наличие угроз со стороны ответчиков в отношении истца представлено не было, в связи с чем, в удовлетворении указанных требований представитель ФИО2 также просил отказать.

Прокурор Тарасова Э.Н. в судебном заседании полагала исковые требования подлежащими удовлетворению частично, а именно в части материального вреда в размере 545374 рублей 00 копеек, в части компенсации морального вреда в размере 100000 рублей 00 копеек.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела и представленные доказательства в их совокупности, выслушав стороны, прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1064, статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что приговором Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 21 апреля 2017 года, оставленным без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 13 сентября 2017 года, ФИО3 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьей 159 частью 4, статьей 30 частью 3, статьей 159 частью 4 и ему назначено наказание в виде шести лет лишения свободы условно с испытательным сроком четыре года без штрафа и ограничения свободы; ФИО2 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьей 160 частью 3, статьей 30 частью 3, статьей 159 частью 3 и ему назначено наказание в виде пяти лет лишения свободы условно с испытательным сроком четыре года без штрафа и ограничения свободы (т.1 л.д.4-19, 40-74).

Из приговора следует: «подсудимые ФИО3 (ранее ФИО7) и ФИО2, совершили растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного им, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а именно: ФИО3 (ранее ФИО7), из корыстных побуждений, с целью хищения земельного участка, принадлежащего ФИО1, вступил в предварительный сговор с ФИО2, совместно с которым разработал преступный план, согласно распределения ролей, во исполнение единого умысла, ФИО3 (ранее ФИО7), являясь генеральным директором ООО «УК «Вертикаль», 09.09.2008, в неустановленное время, находясь в офисе ООО «УК «Вертикаль», расположенного по адресу: 

<

адрес>А, 

<

адрес>, в 

<

адрес>, получил от ФИО1 свидетельство на право собственности на землю…, указав ФИО1 о необходимости составления доверенности для оформления земельного участка, указав ФИО1 о необходимости составления доверенности для оформления земельного участка с правом продажи на имя ФИО2 и сводной сестры ФИО6, после чего полученные от ФИО1 документы: свидетельство на право собственности на землю … передал ФИО2

В продолжение совместного умысла, ФИО2, действуя согласно отведенной ему роли и разработанного ими плана, направленного на хищение вверенного им имущества ФИО1, на основании доверенности …, не согласовывая свои действия с ФИО1, 18 ноября 2008 года, в неустановленное время, находясь в офисе ЗАО «

<

адрес>, произвел отчуждение части земельной доли в размере 39 баллогектар, принадлежащей ФИО1 и вверенной ему последней, в пользу ЗАО «Красносельское» по договору купли-продажи земельной доли от ДД.ММ.ГГГГ по заведомо заниженной цене в 8998 рублей 60 копеек, поскольку рыночная стоимость отчужденной доли, согласно заключения судебной товароведческой экспертизы… составляет 545374 рубля 19 копеек. При этом ФИО1 денежных средств за отчужденный участок не получила. … При этом лично ФИО3 (ранее ФИО7) из корыстных побуждений, с целью хищения путем растраты земельной доли, принадлежащей ФИО1, вступил в предварительный сговор с ФИО2, совместно с которым разработал преступный план, затем под предлогом оказания помощи в оформлении земельного участка, получил от ФИО1 свидетельство о праве собственности на землю… При этом лично ФИО2 из корыстных побуждений, с целью хищения путем растраты земельной доли, принадлежащей ФИО1, вступил в предварительный сговор с ФИО7, совместно с которым разработал преступный план, во исполнение которого получил от ФИО7 документы...» (т.1 л.д.41-42).

По договору купли-продажи земельной доли от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 в лице представителя ФИО2, ФИО8 в лице представителя ФИО9, ФИО10 в лице представителя ФИО11 продали ЗАО «Красносельское» 267,04 баллогектаров, расположенной на сельскохозяйственных угодиях 

<

адрес> 

<

адрес> площадью 19510000 кв.м. (т.1 л.д.110-114).

Ответом Ленинградского областного комитета по управлению государственным имуществом разъяснена возможность образования земельного участка в счет земельной доли (т.1 л.д.122-123).

Между тем, в ответ на адвокатский запрос ЗАО «Красноселькое» (исходящий № от ДД.ММ.ГГГГ) указало на невозможность без изменения разрешенного использования земельного участка (т.1 л.д.192-193).

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В подтверждение размера причиненного ущерба истец ссылается на сумму ущерба, установленную приговором Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 21 апреля 2017 года, представитель ответчика ФИО2, в свою очередь, указывает на то, что согласно имеющимся в деле аналогичным договорам купли-продажи долей земельных участков (т.1 л.д.131-169) стоимость отчужденной доли должна составлять не боле 5077 рублей 05 копеек.

Между тем, доводы представителя ответчика ФИО2 в указанной части суд полагает не состоятельными, поскольку размер причиненного имущественного ущерба является юридически значимым обстоятельством при квалификации преступления по части 3 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, особо крупный размер является квалифицирующим признаком, в связи с чем, его размер подлежит определению для квалификации преступления.

В соответствии со статьей 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

ФИО2 не было представлено суду доказательств о причинении им материального ущерба в меньшем размере, чем заявлено истцом, следовательно, суд руководствовался доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Учитывая, что требования истца в отношении компенсации материального ущерба заявлено только к ФИО2 удовлетворение указанных требований в отношении двух ответчиков являлось бы недопустимым выходом суда за пределы заявленных требований.

Между тем, согласно разъяснениям, указанным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23 марта 1979 года № 1 «О практике применения судами законодательства о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением», солидарную ответственность по возмещению ущерба несут все лица, причинившие ущерб совместными преступными действиями. При этом судам следует иметь в виду, что солидарная материальная ответственность не возлагается на лиц, которые осуждены, хотя и по одному делу, но за самостоятельные преступления, не связанные общим намерением.

Таким образом, поскольку в данном случае приговором суда установлено, что у ответчиков имелось общее намерение совершить преступление, а также то, что ответчики вступили в предварительный сговор, совместно разработали преступный план, компенсация материального ущерба истца является солидарной (ответчики совместно причинили вред, осуществляя совместный преступный умысел, степень вины каждого из ответчиков не определена), и не может быть взыскана в долевом порядке. 

Относительно заявленного материального ущерба в части взыскания расходов на проведение экспертизы и вызова эксперта в судебное заседание по уголовному делу суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 3 статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, согласно требованиям статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» следует, что на основании части 3 статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на проезд, на представителя и другие, согласно требованиям статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с чем, требования о взыскании с ФИО2 вышеуказанных расходов, понесенных в рамках уголовного дела, не подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматриваются в ином судебном порядке, предусмотренном нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая установленные обстоятельства, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 материального ущерба, причиненного преступлением в размере 545374 рубля 00 копеек, с указанием на то, что обязанность такой компенсации является солидарной, а значит, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого (подпункт 1 пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Рассматривая требование истца о компенсации морального вреда в размере 300000 рублей 00 копеек суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации указанное положение сохранено лишь для случаев причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Доказательства нарушения личных неимущественных прав истца, причинения ему физических и нравственных страданий в результате совершения преступления не представлено. Требование о компенсации морального вреда связано с совершением имущественного преступления. В связи с чем, основания для взыскания компенсации морального вреда у суда отсутствуют.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального и морального вреда, причиненного преступлением – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 материальный вред в размере 545374 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ломоносовский районный суд Ленинградской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 23 сентября 2019 года.

Судья М.В.Яковлева