Дело № 12-603/2019

Санкт-Петербург 16 сентября 2019 года

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

Извлечение для размещения на интернет сайте суда 

Судья Калининского районного суда Санкт-Петербурга ФИО1 в зале 106 Калининского районного суда Санкт-Петербурга (Санкт-Петербург, ул. Бобруйска яд.4), 

в отсутствие: ФИО2, извещенного о времени и месте рассмотрения жалобы,

с участием: защитника ФИО2 – Мартынова Ю.А., действующего на основании доверенности «..» от 11.04.2019 года со сроком действия 2 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО2 на постановление мирового судьи судебного участка № 55 Санкт-Петербурга от 07.08.2019 года по делу об административном правонарушении, в соответствии с которым:

ФИО2 «..»

признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок на 1 год 6 месяцев,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 55 Санкт-Петербурга от 07.08.2019 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

ФИО2 в Калининский районный суд Санкт-Петербурга была подана жалоба на вышеуказанное постановление мирового судьи, в которой он просит его отменить, производство по делу прекратить. В жалобе указано на то, что постановление вынесено с нарушением требований, установленных ст.ст.24.1, 26.1, 26.11 КоАП РФ, дело рассмотрено не полно и не всесторонне. Надлежащих доказательств вины не представлено, обвинение является надуманным и ничем не подтверждено. Тем самым, постановление вынесено с нарушением принципа установленного ст.1.5 КоАП РФ.

В судебное заседание ФИО2 не явился. О времени и месте рассмотрения жалобы извещен надлежащим образом. Не сообщил суду об уважительных причинах неявки, не просил суд отложить рассмотрение жалобы. Поскольку до начала судебного заседания от него никаких ходатайств не поступило, судом принято решение о рассмотрении жалобы в его отсутствие.

Защитник ФИО2 – Мартынов Ю.А. в судебное заседание явился, доводы жалобы поддержал в полном объеме. Также указал, что протокол об АП является недопустимым доказательством по делу об АП, поскольку содержат исправления в части указания места совершения правонарушения. При этом, ФИО2 не был ознакомлен с внесенными в протокол об АП исправлениями. Кроме того, при составлении протокола об АП ему не были разъяснены права, предусмотренные ст.25.1 КоАП РФ. Также нарушена процедура отстранения ФИО2 от управления ТС, поскольку в протоколе об отстранении от управления отсутствует подпись ФИО2, кроме того, фактическое отстранение от управления произошло до того как были приглашены понятые. Понятым не были разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ст.25.7 КоАП РФ, что также является грубым нарушением.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд приходит к выводу о том, что постановление мирового судьи является законным и обоснованным, а потому не подлежит отмене или изменению, а жалоба удовлетворению по следующим основаниям.

В ходе рассмотрения дела мировым судьей установлено, что ФИО2 30.03.2019 года в 20 час. 05 мин., управляя ТС «Р» г.р.з. «..», с признаками опьянения, двигался в Санкт-Петербурге по пр. Энгельса, где у д.27 по пр. Энгельса был остановлен сотрудниками ГИБДД, направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в СПБ ГБУЗ «ГНБ» ОМО на состояние опьянения по адресу: Санкт-Петербург, Светлановский пр., д.58 кор.3, где 30.03.2019 года в 21 час. 30 мин. от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения отказался, не выполнив законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п.2.3.2 Правил дорожного движения РФ, при этом, его действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, тем самым совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст.12.26 КоАП РФ.

В ходе рассмотрения дела мировым судьей были исследованы следующие доказательства:

- показания свидетеля – инспектора ГИБДД «Д» об обстоятельствах выявления, пресечения, оформления процессуальных документов по факту выявления административного правонарушения, совершенного ФИО2 ;

- показания свидетеля «К» об обстоятельствах проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО2 и даче заключения «отказ от прохождения медицинского освидетельствования» и об обстоятельствах отказа ФИО2 от прохождения медицинского освидетельствования;

- показания свидетеля «Г» о том, что он принимал участие в качестве понятого при проведении процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и направления на медицинское освидетельствование ранее незнакомого водителя ФИО2;

- протокол об административном правонарушении от 30.03.2019 года, (л.д.7);

- протокол об отстранении от управления транспортным средством от 30.03.2019 года, (л.д.8);

- акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 30.03.2019 года, согласно которому у ФИО2 установлено состояние алкогольного опьянения, показания технического средства измерения – 0,435 мг/л (л.д.11);

- чек – распечатка на бумажном носителе показаний технического средства измерения, где указано в графе Тест – 0,435 мг/л (л.д.9-10);

- протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 30.03.2019 года, согласно которому основанием для направления на медицинское освидетельствование ФИО2 является: несогласие с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; пройти медицинское освидетельствование в ГНБ ФИО2 согласился в присутствии понятых, о чем сделал соответствующую запись в указанном протоколе (л.д.12);

- Акт медицинского освидетельствования, из которого следует, что пройти медицинское освидетельствование в медицинском учреждении по адресу: Санкт-Петербург, Светлановский пр., д.58 кор.3 ФИО2 отказался, данный отказ удостоверен подписью врача-нарколога и печатью медицинского экспертного учреждения, (л.д.13);

- протокол о задержании ТС, Акт о помещении ТС на спец.стоянку (л.д.14-15);

- копия свидетельства о поверке технического средства измерения – алкотектора (л.д.17)

- справка ИЦ УГИБДД, из которой следует, что в течение года ФИО2 привлекался к административной ответственности в области дорожного движения; по ст.ст.12.18, 12.26 КоАП РФ – не привлекался, ранее не судим (л.д.18-25);

- иные материалы дела.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что в постановлении мирового судьи сделан обоснованный вывод о виновности ФИО2 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ и его действия мировым судьей квалифицированы правильно.

При рассмотрении дела суд оценивает собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст.26.11 КоАП РФ и с позиции соблюдения требований закона при их получении, т.е. ст.26.2 ч.3 КоАП РФ. Противоречий в имеющихся доказательствах, которые могли бы поставить под сомнение достоверность изложенных в них обстоятельств, не имеется. Сведения, содержащиеся в протоколе об административном правонарушении и иных документах, принимаются в качестве доказательств вины, т.к. они составлены компетентным лицом, с соблюдением требований ст.ст.28.2, 28.3 КоАП РФ.

В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении мировым судьей были исследованы указанные доказательства, каждому была дана оценка. 

Неустранимых противоречий в представленных суду доказательствах как при рассмотрении данного дела мировым судьей, так и районным судом, не имеется.

Суд считает, что мировым судьей обоснованно принят в качестве допустимого доказательства по делу – протокол об административном правонарушении, поскольку он полностью соответствует требованиям ст.28.2 КоАП РФ, составлен уполномоченным должностным лицом, в нем сформулировано: в чем выражено нарушение, указаны дата, место, фамилия и должность лица, составившего протокол, указано время, место и событие правонарушения, квалификация действий ФИО2 в соответствии с КоАП РФ. 

ФИО2 с протоколом об административном правонарушении, как и с остальными процессуальными документами, был ознакомлен, права, предусмотренные ст.25.1 КоАП РФ и положения ст.51 Конституции РФ, ему были разъяснены, право на дачу пояснений при составлении протокола об АП ему предоставлено, ФИО2 пояснил, что «препятствовали свободному передвижению, посещению туалета» (л.д.7)..

Утверждение о том, что при составлении протокола об административном правонарушении инспектор дорожно-патрульной службы не разъяснил права ФИО2, предусмотренные статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушения, положения статьи 51 Конституции Российской Федерации, что следует из записи ФИО2 в протоколе об АП о том, что ему не разъяснены права, не может повлечь отмену состоявшегося по делу судебного акта.

Действительно, при написании письменных объяснений по факту вменяемого ему в вину правонарушения при составлении протокола об АП, ФИО2 сделал запись о том, что ему не разъяснены права, предусмотренные ст.25.1 КоАП РФ.

Вместе с тем, из этого же протокола об АП следует, что копия протокола об АП ФИО2 вручена, он сам указал, что копию протокола об АП получил (л.д.7). При этом, суд учитывает, что названный протокол составлен на типовом бланке, рекомендованном к использованию Приказом МВД России от 23.08.2017 N 664 (ред. от 21.12.2017), согласно которому на оборотной стороне копии протокола об административном правонарушении воспроизводятся положения ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ.

Тем самым, получив копию протокола, ознакомившись с его текстом, ФИО2 был знаком с содержанием ст.25.1 КоАП РФ, то есть тем объемом прав, которыми обладает.

При этом, ни Кодексом РФ об административных правонарушениях, ни иными нормативно-правовыми актами, не установлен порядок ознакомления с правами: письменно, устно, путем прочтения лицом самостоятельно или оглашения должностным лицом, составляющим протокол соответствующей нормы КоАП РФ.

Доводы жалобы о том, что в протокол об АП внесены изменения в части указания места совершения правонарушения, при этом, ФИО2 не был ознакомлен с внесенными исправлениями, суд признает несостоятельными.

Так, в протоколе об АП инспектором ДПС исправлено место совершения административного правонарушения. Внесенные исправления заверены должностным лицом ГИБДД, копия протокола об АП вручена ФИО2 Из рапорта сотрудника ГИБДД «Д» и его показаний, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что исправления внесены им в момент составления протокола об АП, который составлялся с участием ФИО2. При таких обстоятельствах, суд считает, что существенных нарушений при составлении протокола об АП и внесении в него исправлений не допущено.

Довод о том, что протокол об отстранении не подписан самим ФИО2 суд не принимает во внимание в силу следующего.

Отсутствие подписи ФИО2 в протоколе об отстранении от управления ТС не свидетельствует о том, что копия данного протокола ему не была вручена, так из показаний инспектора ДПС «Д» следует, что он ознакомил ФИО2 с протоколом об отстранении от управления ТС, вручил ему копию указанного протокола, не увидел, что ФИО2 не расписался в данном документе.

Суд считает, что при оценке данного документа необходимо учесть, что лицо само определяет объем своих прав и реализует их по своему усмотрению. Отказ лица, в отношении которого ведется производство по делу, в силу личного волеизъявления от дачи объяснения, от подписания составленных в отношении него процессуальных документов и получения их копий является способом реализации по своему усмотрению процессуальных прав гражданина. Нежелание давать объяснение, расписываться в процессуальных документах и получать их копии не относится к процессуальным нарушениям, допущенным при производстве по делу об административном правонарушении, и не может служить основанием для признания протоколов в качестве недопустимых доказательств и отмены судебных постановлений.

Довод ФИО2, указанный им в объяснении о том, что от прохождения медицинского освидетельствования не отказывался, а ожидал возле кабинета врача, куда зашел инспектор, вызова для прохождения освидетельствования, однако его в кабинет не пригласили, суд считает несостоятельным в силу следующего. 

Согласно положениям Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного Приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 года N 933н (далее - Порядок) проведение медицинского освидетельствования во всех случаях начинается с исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя.

Из Акта медицинского освидетельствования и из показаний врача, проводившего медицинское освидетельствование, «К» следует, что ФИО2 от проведения медицинского освидетельствования (до начала его проведения) отказался.

В соответствии с п.14 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного Приказом Минздрава России от 18.12.2015 N 933н, на основании результатов проведенных в рамках медицинского освидетельствования осмотров и инструментальных и лабораторных исследований, указанных пункте 4 настоящего Порядка, выносится одно из следующих медицинских заключений о состоянии освидетельствуемого на момент проведения медицинского освидетельствования (далее - медицинское заключение):

1) установлено состояние опьянения;

2) состояние опьянения не установлено;

3) от медицинского освидетельствования освидетельствуемый (законный представитель освидетельствуемого) отказался.

При этом медицинское заключение "от медицинского освидетельствования отказался" выносится в случаях:

1) отказа освидетельствуемого от проведения медицинского освидетельствования (до начала его проведения);

2) отказа освидетельствуемого при проведении медицинского освидетельствования от осмотра врачом-специалистом (фельдшером), от любого инструментального или лабораторных исследований, предусмотренных пунктом 4 настоящего Порядка;

3) фальсификации выдоха;

4) фальсификации пробы биологического объекта (мочи).

В этих случаях медицинское освидетельствование и заполнение Акта прекращаются, в Журнале и в п. 17 Акта делается запись "от медицинского освидетельствования отказался".

В Акте медицинского освидетельствования от 30.03.2019 года № 162/4 врачом психиатром-наркологом в графе 15 указано: от медицинского освидетельствования отказался до начала проведения.

В связи с чем, врачом дано заключение: от медицинского освидетельствования отказался. (л.д.13 оборот).

Принимая во внимание установленные обстоятельства и приведенные выше нормы, мировой судья пришел к правильному выводу о том, что оснований для признания акта медицинского заключения составленным с нарушением установленного порядка не имеется, поскольку ФИО2 отказался от медицинского освидетельствования до начала проведения, что также подтверждено показаниями свидетеля «К»

Медицинское освидетельствование проведено компетентным лицом, что подтверждается записью в Акте медицинского освидетельствования о прохождении врачом «К» подготовки по "Программе подготовки врачей (фельдшеров) по вопросам проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения лиц, которые управляют транспортными средствами", утвержденной Приказом Минздрава России от 14.07.2003 г. N 308 "О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения".

Довод о том, что понятым не разъяснялись права, предусмотренные ст.25.7 КоАП РФ, противоречит материалам дела об АП.

Так, из показаний понятого «Г» следует, что его и еще одного мужчину сотрудник ГИБДД просил принять участие в качестве понятого при проведении процедуры освидетельствования водителя ФИО2 Он своей подпись в составленных инспектором ГИБДД документах подтвердил правильность проведения процедуры, и содержание составленных документов.

То обстоятельство, что инспектор ГИБДД дословно не приводил положения ст.25.7 КоАП РФ не свидетельствует о не разъяснении положений указанной нормы, поскольку «Г» понимал и осознавал цель с которой он присутствует в качестве понятого.

Отсутствие в процессуальных документах строки с разъяснением прав предусмотренных ст. 25.7 КоАП РФ, не свидетельствует о том, что права понятым не разъяснялись.

При этом сам ФИО2 не был лишен возможности выразить свое отношение к производимым в отношении него процессуальным действиям, однако никаких замечаний и возражений в этой части не сделал.

Как установлено из протокола об отстранении от управления транспортным средством, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, при проведении всех процессуальных действий были привлечены двое понятых: «Г» и «Н» которые своими подписями подтвердили факт проведения в их присутствии процессуальных действий. Кроме того, при проведении процессуальных действий понятыми какие-либо замечания в порядке ч. 4 ст. 25.7 КоАП РФ заявлены не были.

Довод о том, что фактическое отстранение от управления ТС состоялось ранее, чем был составлен протокол об отстранении от управления ТС и приглашены понятые, суд не принимает во внимание в силу следующего.

Факт составления протокола об отстранении от управления транспортным средством после остановки ТС и фактического отстранения от управления ТС не влияет на правильность установления фактических обстоятельств дела и на допустимость этого протокола как доказательства. Указанные процессуальные действия проведены в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ. При этом КоАП РФ не предусматривает обязательное составление протокола об отстранении от управления транспортным средством на месте остановки транспортного средства в момент его остановки, поскольку основания для отстранения возникают только после того, как инспектор ГИБДД установит у водителя наличие признаков опьянения. Только после установления наличия указанных признаков возникают основания для применения меры обеспечения – отстранения от управления ТС и привлечения к этому действию понятых..

Каких-либо сомнений в достоверности сведений, изложенных в составленных инспектором ГИБДД документах, у суда не имеется, его заинтересованности в искажении фактических обстоятельств дела судом не установлено и сторонами не представлено. 

В ходе рассмотрения дела об АП, мировым судьей установлено, что ФИО2 являлся водителем, инспектор ГИБДД ФИО3 выявил у водителя ФИО2 признаки опьянения, что и явилось основанием для начала процедуры освидетельствования и направления на медицинское освидетельствование.

При этом, инспектор «Д» подробно и последовательно пояснял об обстоятельствах выявления правонарушения и составления процессуальных документов.

Из материалов дела следует, что протоколы, отражающие применение мер обеспечения производства по делу составлены последовательно уполномоченным должностным лицом, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в протоколах отражены правильно.

Оснований сомневаться в наличии понятых при составлении инспектором ГИБДД процессуальных документах у мирового судьи не имелось.

Как следует из материалов дела об АП, водитель ФИО2 был выявлен с признаками опьянения. Для прохождения медицинского освидетельствования был доставлен в отделение медицинского освидетельствования на состояние опьянения СПб ГБУЗ ГНБ по адресу: Санкт-Петербург, Светлановский пр., д.58 кор.3.

Из Акта медицинского освидетельствования следует, что он отказался от прохождения медицинского освидетельствования, отказ удостоверен врачом медицинского учреждения.

Не доверять сведениям, указанным врачом при заполнении Акта у суда не имеется.

В силу п.2.3.2 ПДД РФ водитель обязан выполнить требование сотрудника ГИБДД, чего ФИО2 выполнено не было.

В соответствии со ст.27.12 ч.1.1 КоАП РФ, лицо которое управляет транспортным средством и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в порядке, предусмотренном ч.6 ст.27.12 КоАП РФ. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии данного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Основанием полагать, что водитель транспортного средства ФИО2 находится в состоянии алкогольного опьянения, явилось наличие у него признака алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта, нарушение речи.

Именно эти признаки указаны, как в протоколе об отстранении от управления транспортными средством, так и в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что полностью согласуется с п.3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 г. № 475.

Поскольку у ФИО2 имелись признаки опьянения, тем самым имелись достаточные основания полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, при этом водитель не согласился с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, то инспектор ДПС имел законные основания для направления ФИО2 на медицинское освидетельствование согласно п.10 вышеуказанных Правил.

Протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения оформлен в соответствии с требованиями действующих нормативных документов в присутствии двух понятых, с указанием основания для направления – несогласие с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, действия сотрудника ДПС соответствуют требованиям п.11 Правил.

Следовательно, требование сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения является законным.

Вместе с тем, ФИО2 не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, о чем в Акте врачом сделана запись: «от медицинского освидетельствования отказался» (л.д. 13 оборот).

Согласно ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, административным правонарушением признается невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия не содержат признаков уголовно-наказуемого деяния.

Как указал Верховный суд РФ в п.9 Постановления Пленума ВС РФ от 24.10.2006 года № 18, основанием привлечения к административной ответственности по ст.12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный, как непосредственно должностному лицу Государственной инспекции безопасности дорожного движения (далее - ГИБДД), так и медицинскому работнику. В качестве отказа от освидетельствования, заявленного медицинскому работнику, следует рассматривать не только отказ от медицинского освидетельствования в целом, но и отказ от того или иного вида исследования в рамках медицинского освидетельствования.

Отказ ФИО2 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявлен медицинскому работнику и зафиксирован в протоколе об административном правонарушении.

Тем самым, доводы жалобы о том, что постановление мирового судьи является незаконным и необоснованным, поскольку в его действиях отсутствует состав административного правонарушения, противоречат материалам дела.

Объективных причин, по которым ФИО2 затруднительно было пройти медицинское освидетельствование в медицинском учреждении, ни при рассмотрении дела мировым судьей, ни районным судом не установлено.

Постановление мирового судьи вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленных ч.1 ст.4.5 КоАП РФ; квалификация содеянного является верной, а назначенное наказание соответствует характеру совершенного правонарушения, личности виновного, назначено в пределах санкции ч.1 ст.12.26 КоАП РФ с учетом требований ст.ст.4.1-4.3 КоАП РФ, является соразмеренным и справедливым, при этом, наказание назначено в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч.1 ст.12.26 КоАП РФ..

Существенных нарушений требований закона, прав правонарушителя как при составлении процессуальных документов должностным лицом, так и при рассмотрении данного дела мировым судьей не допущено, а потому оснований для отмены или изменения постановления мирового судьи не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.30.7 ч.1 п.1 КоАП РФ, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 55 Санкт-Петербурга от 07.08.2019 года в отношении ФИО2 которым он был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев, оставить без изменения, жалобу ФИО2 оставить без удовлетворения.

Решение вступает в силу с момента вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном ст.ст.30.12-30.14 КоАП РФ, в Санкт-Петербургский городской суд.

Судья: