Дело № 2-1399/2019 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 16 декабря 2019 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 декабря 2019 года ЗАТО г. Североморск 

Североморский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Курчак А.Н. 

при секретаре Алещенко О.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к публичному акционерному обществу «Росгосстрах», обществу с ограниченной ответственность «Капитал лайф Страхование жизни» о взыскании страхового возмещения, защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковыми заявлениями, уточненными в ходе рассмотрения дела в порядке ст.39 ГПК РФ, к публичному акционерному обществу «Росгосстрах» (далее по тексту ПАО «Росгосстрах») о взыскании страхового возмещения, защите прав потребителей. 

Определением суда от 21 октября 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственность «Капитал лайф Страхование жизни».

В обоснование заявленных требований указано, что 16 августа 2016 года и 17 августа 2016 года истец заключил с ответчиком договоры страхования от несчастных случаев № ***, *** которыми страховая сумма определена в размере по 300 000 рублей.

31 августа 2016 года ФИО1 обратился в ГБУЗ «Опочецкая межрайонная больница» с жалобами на головную боль, головокружение и рвоту, где ему 29 ноября 2017 года врачебной комиссий установлен диагноз «ЗЧМТ, ушиб головного мозга ***». В соответствии с подпунктом «г» п. 3 Таблицы страховых выплат при травматическом повреждении застрахованного лица в результате несчастного случая при ушибе головного мозга страховое возмещение составляет 10 % от страховой суммы.

Поскольку ответчик ПАО «Росгосстрах», получив 10 апреля 2019 года заявление истца о страховой выплате с приложенным к нему комплектом документов, данную выплату не произвел, ФИО1 с учетом уточнения заявленных требований просил восстановить срок на подачу искового заявления, а также по каждому заключенному договору взыскать с ответчика: страховое возмещение в размере по 30 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере по 3 000 рублей, неустойку в размере 202 500 рублей из расчета: 30 000 руб.*225 дней (с 10.04.2019 по 20.11.2019)*3%/100, судебные расходы в размере по 183,25 рублей, штраф за отказ от добровольного выполнения требований потребителя в размере по 50 % от присужденной суммы.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Указал, что 30 августа 2016 года, или в ночь с 30 на 31 августа 2016 года наступил страховой случай, в результате которого причинен вред его здоровью. Пояснил, что обстоятельств, при которых произошел страховой случай, он не помнит, но все они изложены в его медицинских документах. Настаивал на том, что ответчик необоснованно отказал ему в выплате страхового возмещения, чем нарушил его права как потребителя услуги страхования.

Представитель ответчика ПАО «Росгосстрах» ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований поскольку ПАО «Росгосстрах» является ненадлежащим ответчиком по данному делу, так как договор страхования с истцом указанное общество не заключало, страховую премию от него не получало, страховые полисы № *** и № *** на учете у данного страховщика отсутствуют. 16 и 17 августа 2016 года истец заключил договоры страхования от несчастных случаев с ООО СК «Росгосстрах-Жизнь» (сокращенное наименование – ООО СК «РГС-Жизнь»), с 3 сентября 2018 года изменившим наименование на ООО «Капитал лайф Страхование жизни». Просили отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Капитал лайф Страхование жизни» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, мнения по заявленным требованиям не представил.

Третье лицо ГБУЗ «Опочецкая межрайонная больница» представителя в судебное заедание не направило, просило рассмотреть дело в отсутствие представителя.

Прокурор г. Североморска, привлеченный к участию в деле в порядке ст. 45 ГПК РФ, в судебное заседание не прибыл, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, поскольку предметом спора являются договорные отношения между гражданином и страховой компанией, что не относится в соответствии с действующим ГПК РФ к категории гражданских дел, рассматриваемых с обязательным участием прокурора.

Заслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, листы 139, 140 и 147 гражданского дела № 2-1150/2017 по иску ФИО1 к ЗАО «МАКС» о взыскании страхового возмещения, суд не находит оснований для удовлетворения иска в силу следующего.

Согласно статье 943 пункту 1 Гражданского кодекса РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункт 2 статьи 943).

В силу статьи 942 пункта 1 Гражданского кодекса РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (в ред. Федерального закона от 10.12.2003 №172-ФЗ) страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Таким образом, основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения страхователю является наступление предусмотренного в договоре события.

Судом установлено, что 16 августа 2016 года и 17 августа 2016 года между истцом и ООО «СК «РГС-Жизнь» заключены договоры индивидуального страхования от несчастных случаев на основании программы страхования от несчастных случаев Фортуна «Классика», полис № *** сроком действия 1 год (с 17 августа 2016 года по 16 августа 2017 года), полис № *** сроком действия 1 год (с 18 августа 2016 года по 17 августа 2017 года).

При этом в рамках указанных договоров заявленное истцом событие произошло 31 августа 2016 года, тогда как в суд ФИО1 направил исковые заявления по почте 02 сентября 2019 года, что подтверждается штемпелем на почтовом конверте (31 августа и 01 сентября 2019 года выходные дни), поэтому срок исковой давности для обращения в суд с иском о взыскании страхового возмещения не пропущен, и оснований для его восстановления по ходатайству истца не имеется.

Анализируя доводы сторон, суд исходит из следующего.

По условиям вышеуказанных договоров личного страхования (аналогичных друг другу), застрахованным лицом является ФИО1 Договорами предусмотрены страховые риски: «смерть в результате несчастного случая», «инвалидность I, II, III группы, категория «ребенок-инвалид» в результате несчастного случая», «телесные повреждения», страховая сумма составляет 300 000 рублей, страховая премия – 3203 рублей, которая уплачена истцом, что подтверждается материалами дела.

При заключении каждого договора ФИО1 ознакомился и согласился с условиями и правилами страхования, полис и приложения к нему получил на руки.

Условия страхования по указанным договорам определены в Правилах страхования от несчастных случаев и болезней от 24 мая 2016 года, являющихся неотъемлемой частью договора страхования (далее – Правила страхования).

Таким образом, между сторонами достигнуто соглашение по существенным условиям договора, у суда не вызывает сомнений намерение страхователя (истца) заключить договор страхования от несчастных случаев и болезней на вышеуказанных условиях. Следовательно, при рассмотрении настоящего спора суд руководствуется условиями данного договора в той части, в какой они не противоречат действующему законодательству.

В соответствии с п. 3.2. Правил страхования страховым случаем является свершившееся событие, предусмотренное договором страхования, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату застрахованному лицу (выгодоприобретателю и иным третьим лицам).

Страховыми рисками по Правилам страхования могут являться, в том числе, телесные повреждения (травма, случайное острое повреждение), полученные застрахованным лицом в результате несчастного случая, произошедшего с ним в период действия страхования и предусмотренные соответствующей Таблицей размеров страховых выплат, указанной по соглашению страховщика и страхователя в договоре страхования и предлагающейся к договору страхования (пункт 3.3.17. Правил страхования). 

Следовательно, юридическим значимым для данного дела является установление факта наступления страхового случая.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 31 августа 2016 года, т.е. в период действия договоров страхования от 16 августа 2016 года и 17 августа 2016 года, наступил страховой случай, в результате которого его здоровью причинен вред в виде ЗЧМТ, ушиба головного мозга ***. В связи с данной травмой истец проходил амбулаторное лечение и был госпитализирован.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 пояснил, что получил данные травмы, упав с подоконника второго этажа, не удержав равновесия, ударился головой.

Из представленных в материалы дела листов медицинской карты ФИО1 усматривается, что истец 31 августа 2016 года обращался на прием к психоневрологу с жалобами на головную боль, головокружение, рвоту, боли, слабость левой руки, неустойчивость походки, боли в шейном отделе позвоночника. Причиной обращения указана травма от 31 августа 2016 года.

Как следует из сообщения ГБУЗ «Опочецкая межрайонная больница» от 07 ноября 2019 года № 1815, 27 июля 2016 года ФИО1 обратился на прием к врачу-терапевту с жалобами на головную боль, головокружение, кратковременную потерю сознания, была тошнота, дважды рвота. В этот же день больной был направлен врачом-терапевтом на прием к врачу-хирургу. Со слов больного травма была получена 22 июля 2016 года, упал, ударился головой. В течение 5 дней за медицинской помощью не обращался. Врачом-хирургом состояние истца оценено как относительно удовлетворительное. Больному была предложена госпитализация в хирургическое отделение, от которой он отказался, о чем имеется письменный отказ.

27 июля 2016 года неврологом и окулистом ФИО1 осмотрен не был в связи с отсутствием специалистов в больнице. Выполнены R-граммы черепа, шейного и грудного отдела позвоночника. На амбулаторном лечении находился с 27 июля 2016 года по 26 августа 2016 года.

31 августа 2016 года ФИО1 обращался на прием к психиатру ***, которым назначено консервативное лечение в связи с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга ***. При этом на 31 августа 2016 года психиатр *** сертификата невролога не имел.

С 04 сентября 2016 года по 13 сентября 2016 года истец находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Опочецкая межрайонная больница» с диагнозом: ЗЧМТ, сотрясение головного мозга. Поступил с жалобами на головную боль, головокружение. Со слов больного упал с лестницы 30 августа 2019 года, при ухудшении состояния, т.е. 04 сентября 2016 года обратился в приемное отделение указанной межрайонной больницы, был госпитализирован. При поступлении состояние больного было расценено как удовлетворительное. 

05 сентября 2016 года больной в стационаре осмотрен врачом-неврологом, диагноз: ЗЧМТ, сотрясение головного мозга, острый период. Даны рекомендации по лечению. На R-грамме костей черепа травматических повреждений не выявлено. 

Таким образом, из медицинской документации и протокола врачебной комиссии от 29 августа 2016 года № 296 следует, что первоначальное обращение ФИО1 в медицинское учреждение произошло 27 июля 2016 года по травме от 22 июля 2016 года с диагнозом «ЗЧМТ, ушиб головного мозга?», в тот же день истец отказался от госпитализации, с 27 июля по 26 августа 2016 года находился на амбулаторном лечении. В больницу истец обратился не сразу, а по истечении нескольких дней, обстоятельства причинения вреда здоровью указаны со слов ФИО1

По данному факту ФИО1 назначен план лечения, в котором, в том числе, предусмотрена и консультация невролога. 

Таким образом, из совокупного анализа представленных документов следует, что 31 августа 2016 года истец обращался на прием к врачу психиатру согласно плану лечения и в соответствии с ранее поставленным диагнозом. При этом вновь полученных травм установлено не было. Указание на травму 31 августа 2016 года внесены в медицинскую документацию со слов истца и достоверно наступление отдельного страхового случая не подтверждают.

Кроме того, при поступлении на лечение в хирургическое отделение ГБУЗ «Опочецкая межрайонная больница» 04 сентября 2016 года с жалобами на головную боль, головокружение, указал, что упал с лестницы 30 августа 2019 года.

Относительно точной даты получения травмы в августе и обстоятельств причинения вреда здоровью в результате заявленного страхового события истец пояснить затрудняется.

Вместе с тем бремя доказывания данного обстоятельства возложено на истца.

В соответствии со статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Анализируя представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд ставит под сомнение тот факт, что обращение истца к врачу психиатру от 31 августа 2016 года явилось следствием вновь полученной травмы от 30 (31) августа 2016 года, зафиксированной со слов истца, а не является исключительно последствием ранее полученной 22 июля 2016 года ЗЧМТ, а также следствием несоблюдения рекомендованного лечения.

Вопреки требованиям части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которым каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, истцом суду достаточных доказательств обратного не представлено.

Не представлено ФИО1 и доказательств наличия причинно-следственной связи между травмой, которая со слов истца имела место 30 августа 2016 года или 31 августа 2019 года, и амбулаторным, а впоследствии стационарным лечением, которые проводились в период с 27 июля 2016 года по 13 сентября 2016 года.

Как указано выше, медицинские документы лишь констатируют факты обращения ФИО1 за медицинской помощью и прохождение лечения, однако причины обращений, даты получения травм, их характер и обстоятельства получения, состояние здоровья, были указаны исключительно со слов больного – ФИО1 

С учетом изложенного, принимая во внимание, что сами обстоятельства своего падения 30 или 31 августа 2016 года ФИО1 помнит плохо, свидетели произошедшего отсутствуют, определенные медицинские исследования, которые подтвердили или опровергли бы заявленный истом диагноз, не проведены, госпитализация при наличии опасного для жизни заболевания (ушиб головного мозга) при обращении 31 августа 2016 года не предложена, врач *** имеет высшее образование и специализацию по психиатрии и психиатрии-наркологии, а сертификата невролога или хирурга на момент обращения истца не имел, суд проходит к выводу, что факт получения травмы 30 (31) августа 2016 не доказан.

Кроме того, согласно Таблице размеров страховых выплат (приложение №2А к Правилам страхования от несчастных случаев и болезней ООО СК «Росгосстрах-Жизнь») в результате повреждения головного мозга в виде сотрясения предусмотрена выплата страхового возмещения в размере 3% при условии непрерывного амбулаторного или стационарного лечения длительностью от 07 до 13 дней; 5% при условии непрерывного амбулаторного или стационарного лечения продолжительностью 14 и более дней; 1,5% при первом повторном непрерывном лечении продолжительностью 14 и более дней.

При ушибе головного мозга, в том числе с субарахноидальным кровоизлиянием, предусмотрены выплаты в размере 7% от страховой суммы при непрерывном лечении (амбулаторном в сочетании или без сочетания со стационарным) не менее 14 дней; 10% при общей продолжительности лечения не менее 28 дней (амбулаторного в сочетании со стационарным, длительность которого составила не менее 14 дней); 15% при общей продолжительности лечения не менее 28 дней (амбулаторного в сочетании со стационарным, длительность которого составила не менее 14 дней, при условии, что субарахноидальное кровоизлияние было подтверждено результатами анализа ликвора).

То есть обязательным условием для страховой выплаты является нахождение застрахованного лица на амбулаторном и стационарном лечении, однако ФИО1 31 августа 2019 года ни стационарное, ни амбулаторное лечение предложено не было, что также ставит под сомнение сам факт наступления страхового случая и исключает обязанность страховщика осуществить страховую выплату.

Следовательно, условия для признания события получения указанной истцом травмы (ушиб головного мозга) страховым случаем не наступили.

Анализируя установленные юридически значимые обстоятельства в совокупности с представленными сторонами доказательствами, суд приходит к выводу о недоказанности наступления заявленного страхового случая, в связи с чем основания для возложения на страховую компанию обязанности по выплате истцу страхового возмещения отсутствуют.

Более того, поскольку договоры страхования были заключены ФИО1 с ООО СК «Росгосстрах-Жизнь» (с 03.09.2018 изменило наименование на ООО «Капитал лайф Страхование жизни»), которое и являлось получателем страховой премии, ПАО «Росгосстрах» не может быть признано надлежащим ответчиком по настоящему делу.

Доказательств тому, что между данными юридическими лицами существовали какие-либо договорные отношения, в соответствии с которыми ПАО «Росгосстрах» приняло бы на себя обязанность выплачивать страховое возмещение вместо ООО СК «Росгосстрах-Жизнь» (ООО «Капитал лайф Страхование жизни») в материалы дела не представлено.

При этом ФИО1 в ООО СК «Росгосстрах-Жизнь» (ООО «Капитал лайф Страхование жизни») с заявлением о выплате страхового возмещения не обращался.

Учитывая изложенное, суд отказывает в удовлетворении требований истца о взыскании в его пользу страховой выплаты по риску «телесные повреждения» применительно к дате заявленного истцом страхового случая от 31 августа 2019 года.

Учитывая изложенное, а также то обстоятельство, что нарушений прав истца как потребителя судом не установлено, правовые основания для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчиков неустойки за нарушение сроков выплаты страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, а также понесенных судебных расходов, у суда также отсутствуют. 

При таких обстоятельствах суд отказывает истцу в иске в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Росгосстрах», обществу с ограниченной ответственность «Капитал лайф Страхование жизни» о взыскании страхового возмещения, защите прав потребителей – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Мурманский областной суд через Североморский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий А.Н. Курчак