Дело № 2-719/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июля 2020 года г. Чебаркуль Челябинской области

Чебаркульский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Устьянцева Н.С., 

при секретаре Куликовой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием прокурора Зыкиной И.С., истца ФИО1 и её представителя ФИО3, представителей ответчика ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» - ФИО4 и ФИО5, гражданское дело по иску Гибадуллиной ФИО13 к ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» о признании приказов об увольнении незаконными, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» (далее - ГБУЗ «ОСПНБ №») о признании незаконными приказов ГБУЗ «ОСПНБ №» №-ЛС от 19 мая 2020 года «О применении дисциплинарного взыскания», №-ЛС от 20 мая 2020 года «О прекращении (расторжении) трудового договора № от 21 декабря 2018 года на основании подпункта «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ, № 156-ЛС от 20 мая 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора № от 21 декабря 2018 года на основании подпункта «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ, восстановлении на работе в должности сестры хозяйки 2 психоневрологического отделения ГБУЗ «ОСПНБ №» (основная работа) и должности санитарки 2 психоневрологического отделения ГБУЗ «ОСПНБ №» (внутреннее совместительство) с 21 мая 2020 года, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 69595 рублей 24 копейки, компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, а также расходов по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей.

В обоснование иска указала, что с 02 августа 2003 года состояла в трудовых отношениях с ГБУЗ «ОСПНБ №». С 11 января 2016 года занимала должность сестры-хозяйки 2-психоневрологического отделения. 21 декабря 2018 года с ней был заключен трудовой договор, которым предусмотрено совместительство на должности санитарки 9 психоневрологического отделения. Приказом №-ЛС «О применении дисциплинарного взыскания» от 19 мая 2020 года она была уволена за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей. Полагает что увольнение является незаконным, поскольку работодателем нарушена процедура увольнения, в приказах об увольнении и трудовой книжке не указано в чем именно выразилось однократное грубое нарушение трудовых обязанностей. В трудовой книжке не указаны причины прекращения трудовых договоров в точном соответствии с формулировками трудового законодательства. Работодателем не учтены обстоятельства, при которых был совершен проступок, а также тяжесть проступка. Указывает на то, что незаконное увольнение причинило ей моральный вред, который она оценивает в 10000 рублей.

Истец ФИО1 и её представитель ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям указанным в иске.

Представители ответчика ГБУЗ «ОСПНБ №» - ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании возражали относительно заявленных требований, ссылаясь на их необоснованность. Указали на то, что процедура увольнения соблюдена в полном объеме, при наложении дисциплинарного взыскания была учтена тяжесть последствий, наступивших в результате грубого нарушения ФИО1 трудовых обязанностей.

Суд, выслушав истца ФИО1 и её представителя ФИО3, представителей ответчика ГБУЗ «ОСПНБ №» - ФИО4 и ФИО5, показания свидетеля ФИО14 заслушав заключение прокурора Зыкиной И.С., полагавшей иск подлежащим удовлетворению приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Из материалов дела следует, что на основании приказа №-ЛС от 21 июля 2003 года ФИО1 была принята на должность санитарки 9 отделения ГБУЗ «ОСПНБ №». ДД.ММ.ГГГГ была переведена на должность санитарки во 2 отделение (приказ №-ЛС от 24 декабря 2012 года). Приказом № от 31 декабря 2015 года ФИО1 переведена на должность сестры хозяйки 2 отделения (л.д. 9, 10, 16,177).

21 декабря 2018 года между ФИО1 и ГБУЗ «ОСПНБ №» на неопределенный срок был заключен трудовой договор №, по условиям которого работник принят на работу в ГБУЗ «ОСПНБ №» в 9 психоневрологическое отделение на должность «Санитарка» с 02 августа 2003 года. С 01 января 2013 года переведена во 2 психоневрологическое отделение санитаркой. С 11 января 2016 года переведена на должность «Сестра-хозяйка 2 психоневрологического отделения». Данный договор заключен по основному месту работы (л.д. 59-60).

Дополнительным соглашением к трудовому договору № 80 от 21 декабря 2018 года раздел IV Трудового договора изложен в следующей редакции:

За выполнение трудовых обязанностей устанавливается заработная плата в размере:

а) Должностной оклад 9716 рублей в месяц;

б) Выплаты компенсационного характера:

- Надбавка за работу во вредных и (или) опасных условиях труда 30% должностного оклада;

в) Выплаты стимулирующего характера:

- Стимулирующая надбавка по критериям оценки эффективности деятельности сотрудника;

- Стимулирующая надбавка за счет внебюджетных средств (л.д. 62).

Также 21 декабря 2018 года между ФИО1 и ГБУЗ «ОСПНБ №» на неопределенный срок был заключен трудовой договор №, по условиям которого ФИО1 принята на работу в ГБУЗ «ОСПНБ №» во 2 психоневрологическое отделение на должность «Санитарка» по совместительству до 1 штатной единицы (л.д. 63-64).

Дополнительным соглашением к трудовому договору № от 21 декабря 2018 года раздел IV Трудового договора изложен в следующей редакции:

За выполнение трудовых обязанностей устанавливается заработная плата в размере:

а) Должностной оклад 9716 рублей в месяц;

б) Выплаты компенсационного характера:

- Надбавка за работу во вредных и (или) опасных условиях труда 30% должностного оклада;

- Доплаты за работу в ночное время 25% должного оклада;

- Уральский коэффициент 15% к месячной заработной плате.

в) Выплаты стимулирующего характера:

- Стимулирующая надбавка по критериям оценки эффективности деятельности сотрудника;

- Стимулирующая надбавка за счет внебюджетных средств (л.д. 66).

При подписании трудовых договоров ФИО1 была ознакомлена с «Правилами внутреннего распорядка», «Коллективным договором», «Положением об оплате труда», «Должностной инструкцией сестры-хозяйки» и «Должностной инструкцией санитарки», подтверждается отметками на листе ознакомления (л.д. 61, 65).

Правилами внутреннего трудового распорядка ГБУЗ «ОСПНБ №», утвержденными 28 сентября 2016 года установлено, что работник обязан:

- При осуществлении своей трудовой деятельности и принятии решений руководствоваться интересами Работодателя;

- Добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором;

- Соблюдать настоящие Правила, коллективный договор, другие локальные нормативные акты Работодателя;

- Выполнять распоряжения Работодателя и непосредственного руководителя в полном объеме и в установленные сроки;

- Соблюдать трудовую, производственную и технологическую дисциплину, своевременно и точно исполнять распоряжения вышестоящего руководства, использовать все рабочее время для производительного и качественного труда;

- Незамедлительно сообщать о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества, принимать меры по устранению причин и условий, препятствующих нормальному выполнению работы;

- Поддерживать свое рабочее место, оборудование и приспособления в исправном состоянии, порядке и чистоте;

- Все работники обязаны соблюдать требования по охране труда, технике безопасности, промышленной безопасности, пожарной безопасности, электробезопасности и производственной санитарии, предусмотренные действующим законодательством и нормативными правовыми актами РФ. Все Работники обязаны работать в положенной по нормам спецодежде, спецобуви, пользоваться необходимыми средствами индивидуальной и коллективной защиты (л.д. 67-80).

Инструкцией по охране труда для сестры-хозяйки № 23, утвержденной 10 декабря 2015 года установлено, что сестра-хозяйка обязана:

- Соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, режимы труда и отдыха;

- Знать и выполнять правила пожарной безопасности;

- Знать и соблюдать правила электробезопасности в объеме I группы;

- Выполнять правила личной гигиены и санитарно-эпидемиологического режима (л.д. 154-157).

Согласно должностной инструкции сестры-хозяйки, утвержденной 14 ноября 2019 года сестра-хозяйка обязана соблюдать правила внутреннего распорядка, противопожарной безопасности и техники безопасности, санитарно-эпидемиологического режима. Оперативно принимать меры, включая своевременное информирование руководства, по устрананию нарушений техники безопасности, противопожарных и санитарных правил, создающих угрозу деятельности учреждения здравоохранения, его работникам, пациентам и посетителям (л.д. 185). С данной инструкцией ФИО1 ознакомилась 18 ноября 2018 года.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО8 пояснила, что с младшим персоналом каждую неделю проводятся инструктажи и учеба, в том числе по технике безопасности. Указала на то, что ФИО1 является материально ответственным лицом, кроме того, у неё в кабинете имеются опасные предметы (иголки, ножницы и прочее).

В связи с тем, что 13 мая 2020 года больной ФИО9 совершил побег из ГБУЗ «ОСПНБ №», Главным врачом ГБУЗ «ОСПНБ №» 15 мая 2020 года был издан приказ №-ОД «Об организации и проведении служебного расследования по факту побега пациента и недобросовестного выполнения служебных обязанностей с/х отделения №» (л.д. 131).

Из протокола заседания комиссии по служебному расследования факта побега из 2-го отделения ГБУЗ «ОСПНБ №» пациента ФИО9 от 19 мая 2020 года следует, что 13 мая 2020 года, в 09 часов 46 минут ФИО9 совершил побег из отделения через окно незапертого складского помещения сестры-хозяйки отделения № ФИО1 В результате прыжка из окна второго этажа ФИО9 получил перелом пяточной кости. В результате мероприятий по розыску ФИО9 по истечении 20 минут был обнаружен в роще за территорией больницы и возвращён в отделение. Травматологическая помощь ему была оказана в ГБУЗ «Областная больница 

<

адрес>» (л.д. 132).

В своей объяснительной ФИО1 указала на то, что вышла из своего кабинета на короткое время для того, чтобы раздать больным маски. Во время её отсутствия больной ФИО9 проник в кабинет. Когда она вернулась в кабинет, то обнаружила что окно открыто, на полу лежали разбитое блюдце и горшок с цветами Кабинет в это время был закрыт, но не на ключ (л.д. 134).

По итогам рассмотрения комиссия пришла к выводу о том, что совершению побега пациента ФИО9 способствовало нарушение сестрой-хозяйкой 2-го отделения ФИО1 должностных обязанностей по соблюдению правил охранительного режима психиатрического стационара. При этом комиссия решила, что в отношении сестры-хозяйки 2-го отделения ФИО1 необходимо принять меры дисциплинарного характера.

19 мая 2020 года был издан приказ №-ЛС «О применении дисциплинарного взыскания», которым действия сестры-хозяйки 2 психоневрологического отделения ФИО1 признаны грубым нарушением трудовых обязанностей. За однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей расторгнуть трудовой договор с сестрой-хозяйкой 2 психоневрологического отделения ФИО1 по инициативе работодателя (л.д. 110).

20 мая 2020 года были вынесены приказы №-ЛС и №-ЛС, которыми на основании пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ были расторгнуты трудовые договоры № от ДД.ММ.ГГГГ и № от 21 декабря 2018 года заключенные с ФИО1 как с сестрой-хозяйкой 2 психоневрологического отделения и санитаркой 2 психоневрологического отделения. С указанными приказами работник был ознакомлен 20 мая 2020 года, о чем свидетельствуют соответствующие отметки (л.д. 11-12).

Полагая приказы о применении дисциплинарного взыскания и прекращении (расторжении) трудовых договоров незаконными, ФИО1 обратилась с настоящим иском в суд.

В силу пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, в том числе установленного комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушения работником требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создавало реальную угрозу наступления таких последствий.

При этом как разъяснено в п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Из толкования положений пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ следует, что расторжение трудового договора по данному основанию правомерно в случае совокупности следующих обстоятельств: нарушения работником требований охраны труда, установленного комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда, и наличия тяжких последствий таких нарушений либо заведомого создания угрозы наступления подобных последствий и причинно-следственная связь между допущенным нарушением и указанными последствиями.

Прекращение трудового договора по пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ возможно при условии, если действия работника стали причиной наступления тяжких последствий либо заведомо создавали реальную угрозу их наступления. Следовательно, работодателем должно быть установлено, а в случае возникновения спора доказано наличие неправомерных действий работника, тяжких последствий, причинно-следственной связи между действиями работника и наступившими последствиями. При этом наличие таких обстоятельств устанавливается комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда в соответствии с установленными правилами и подтверждено соответствующими документами (актом о несчастном случае, экспертным заключением, постановлением федерального инспектора по охране труда и др.).

Согласно п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя, при этом согласно п. 53 указанного Постановления суд не вправе заменить увольнение другой мерой взыскания, поскольку в соответствии со ст. 192 Трудового кодекса РФ наложение на работника дисциплинарного взыскания является компетенцией работодателя.

В приказе о применении дисциплинарного взыскания и о прекращении трудовых договоров не указано, какие конкретно требования по охране труда (пункт правил охран труда) был нарушен истцом.

Как было указано ранее, увольнение по пп. «д» п. 6 ч. 1. ст. 81 Трудового кодекса РФ допускается только в том случае, если нарушение работником требований охраны труда, повлекшее за собой тяжкие последствия, установлено именно комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда. В данном случае комиссия по охране труда не создавалась. При этом «Комиссия по служебному расследованию» не тождественна «Комиссии по охране труда».

Представители ответчика в судебном заседании пояснили, что на момент совершения работником проступка в ГБУЗ «ОСПНБ №» имелся уполномоченный по охране труда, однако какой-либо акт о нарушении ФИО1 требований охраны труда им не выносился.

Поскольку в рассматриваемом случае приказы о применении дисциплинарного взыскания и о прекращении трудовых договоров не содержат указаний на то, какие конкретно требования по охране труда (пункт правил охран труда) был нарушен ФИО1, при этом ГБУЗ «ОСПНБ №» также нарушило порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, то соответственно приказы №-ЛС от 19 мая 2020 года «О применении дисциплинарного взыскания» в отношении ФИО1, №-ЛС от 20 мая 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора № от 21 декабря 2018 года на основании пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ и №-ЛС от 20 мая 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора № от 21 декабря 2018 года на основании пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ являются незаконными и подлежат отмене.

Исходя из требований ст. 394 Трудового кодекса РФ, в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Поскольку днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы (ч. 3 ст. 84.1 Трудового кодекса РФ), ФИО1 подлежит восстановлению на работе с даты, следующей за последним днем работы, то есть с 21 мая 2020 года.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о восстановлении ФИО1 в должности сестры хозяйки 2 психоневрологического отделения ГБУЗ «ОСПНБ №» (основная работа) и должности санитарки 2 психоневрологического отделения ГБУЗ «ОСПНБ №» (внутреннее совместительство) с 21 мая 2020 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 234 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан возместить работнику неполученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения работника.

В силу ст. 394 Трудового кодекса РФ орган, рассматривающий трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Учитывая изложенное, в пользу ФИО1 подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с 21 мая 2020 года по 21 июля 2020 года.

Согласно ст. 139 Трудового кодекса РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок её исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно представленному ГБУЗ «ОСПНБ №» расчету, среднедневной заработок ФИО1 по основному месту работы за период с 01 мая 2019 года по 30 апреля 2020 года составляет 1087 рублей 51 копейка (л.д. 186-187), а по совместительству за данный период - 642 рубля 32 копейки (л.д. 188-189).

Представленный истцом расчет среднедневного заработка является несостоятельным, поскольку не соответствует требованиям Постановления Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

При указанных обстоятельствах с ГБУЗ «ОСПНБ №» в пользу ФИО1 подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с 21 мая 2020 года по 21 июля 2020 года в размере 49974 рублей 53 копейки (46762 рубля 93 копейки (основное место работы) (1087 рублей 51 копейка (среднедневной заработок) * 44 дня (количество дней с учетом сокращенного дня)) + 3211 рублей 60 копеек (работа по совместительству) (642 рубля 32 копейки (среднедневной заработок) * 5 дней (количество дней))).

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» указано, что в соответствии с ч. 4 ст. 3 и ч. 9 ст. 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в судебном заседании был установлен факт нарушения трудовых прав истца, связанных с незаконным привлечением её к дисциплинарной ответственности на основании приказа №-ЛС от 19 мая 2020 года и увольнении, то суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывает приведенные выше обстоятельства дела, степень нравственных страданий истца, отсутствие тяжких необратимых последствий для него, а также исходя из требований разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ГБУЗ «ОСПНБ №» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Положениями ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 Арбитражного процессуального кодекса РФ, ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса РФ, ч. 4 ст. 2 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст.ст. 3, 45 Кодекса административного судопроизводства РФ, ст.ст. 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 112 Кодекса административного судопроизводства РФ, ч. 2 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Стороной истца в материалы дела представлено соглашение об оказании юридической помощи заключенное между ФИО1 и адвокатским кабинетом ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого адвокат приняла на себя обязательства подготовить исковое заявление и представлять интересы ФИО1 в суде по иску ФИО1 к ГБУЗ «ОСПНБ №» о восстановлении на работе. Стоимость услуг составляет 25000 рублей (5000 рублей (составление искового заявления) + 20000 рублей (представительство в суде первой инстанции)).

Факт оплаты услуг подтверждается квитанцией серии АО № от 06 июня 2020 года, согласно которой ФИО1 оплатила сумму в размере 25000 рублей по соглашению об оказании юридической помощи.

Из материалов дела усматривается, что ФИО3 провела работу по подготовке и составлению искового заявления, а также принимала участие в судебных заседаниях.

При определении суммы, подлежащей взысканию в счет оплаты услуг представителя, суд, принимая во внимание соотношение понесенных расходов на оплату услуг представителя, с объемом защищенного права, проведенной представителями работы, количества судебных заседаний и их продолжительностью, учитывая степень участия представителя в рассмотрении дела, суд считает, что сумма в размере 12000 рублей за оплату услуг ФИО3 в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, соответствует категории спора, фактическим обстоятельствам дела.

Поскольку в судебном заседании было установлено, что в связи с рассмотрением гражданского дела по иску ФИО1 к ГБУЗ «ОСПНБ №» о признании приказов об увольнении незаконными, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, ФИО1 понесла расходы по оплате юридических услуг, при этом суд пришел к выводу о том, что разумными в данном случае являются расходы по оплате юридических услуг в размере 12000 рублей, суд полагает необходимым взыскать с ГБУЗ «ОСПНБ №»в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 12000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку при подаче иска ФИО1 в силу пп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ была освобождена от уплаты государственной пошлины, при этом её исковые требования частично удовлетворены, то соответственно с ГБУЗ «ОСПНБ №» подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 1699 рублей 24 копейки.

В соответствии с установленными в процессуальном законодательстве общими правилами исполнения судебных решений решение суда приводится в исполнение после вступления его в законную силу в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (ст. 210 Гражданского процессуального кодекса РФ). В статье 211 Гражданского процессуального кодекса РФ перечислены решения суда (в том числе о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев и о восстановлении на работе), для которых предусмотрен специальный порядок исполнения - немедленно после принятия. Данные нормативные положения направлены на обеспечение работнику возможности немедленно после принятия судебного акта получить невыплаченную заработную плату за три месяца, а также на полное восстановление прав работника, нарушенных незаконным увольнением.

Учитывая изложенное, решение суда в части восстановления ФИО1 на работе, а также взыскании в её пользу среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 21 мая 2020 года по 21 июля 2020 года в размере 49974 рублей 53 копейки подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Гибадуллиной ФИО15 к ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» о признании приказов об увольнении незаконными, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать незаконными и отменить приказы ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №»:

- №-ЛС от 19 мая 2020 года «О применении дисциплинарного взыскания» в отношении ФИО2;

- №-ЛС от 20 мая 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ на основании подпункта «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ;

- №-ЛС от 20 мая 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ на основании подпункта «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ.

Восстановить Гибадуллину ФИО16 в должности сестры хозяйки 2 психоневрологического отделения ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» (основная работа) и должности санитарки 2 психоневрологического отделения ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» (внутреннее совместительство) с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» в пользу Гибадуллиной ФИО17 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 21 мая 2020 года по 21 июля 2020 года в размере 49974 рублей 53 копейки.

Взыскать с ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» в пользу Гибадуллиной ФИО18 расходы по оплате услуг представителя в размере 12000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» в пользу Гибадуллиной ФИО19 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований Гибадуллиной ФИО20 - отказать.

Взыскать с ГБУЗ «Областная специализированная психоневрологическая больница №» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1699 рублей 24 копейки.

Решение в части восстановления Гибадуллиной ФИО21 на работе, а также взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 21 мая 2020 года по 21 июля 2020 года в размере 49974 рублей 53 копейки подлежит немедленному исполнению.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором может быть принесено апелляционное представление в Челябинский областной суд через Чебаркульский городской суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 06 августа 2020 года

Судья Н.С. Устьянцев