Дело № 1-123/17

П Р И Г О В О Р

 Именем Российской Федерации 

30 октября 2017 года г.о. Тольятти

Ставропольский районный суд Самарской области в составе

председательствующего – судьи Микшевич М.И., 

государственного обвинителя – помощника прокурора Ставропольского района Самарской области – Шнейдера Е.А., 

подсудимого – ФИО3,

защитника – Задорожной А.Ю., предъявившей удостоверение адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшей – Потерпевший №1,

специалиста-педагога – ФИО4,

при секретаре судебного заседания – Булатовой А.Х.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца 

<

адрес>; гражданина РФ; с высшим образованием, вдовца, имеющего трех несовершеннолетних детей, ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ рождения; военнообязанного; работавшего участковым инспектором 

<

данные изъяты>», а также охранником в 

<

данные изъяты> зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>; не судимого, –

– обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО3 совершил незаконные приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов (за исключением гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, его основных частей и патронов к нему, огнестрельного оружия ограниченного поражения, его основных частей и патронов к нему).

Он же совершил убийство, умышленно причинив смерть другому человеку – своей жене ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения. 

Преступления совершены на территории Ставропольского муниципального района Самарской области при следующих обстоятельствах.

В период после ДД.ММ.ГГГГ, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ (более точное время предварительным и судебным следствием не установлено) ФИО3, работая инспектором охраны Национального парка «Самарская Лука», расположенного в 

<

адрес>, на территории данного парка при неустановленных обстоятельствах обнаружил и незаконно – в нарушение требований ст. ст. 5, 6, 13 Федерального Закона РФ «Об оружии» № 150-ФЗ от 13.12.1996 года, не имея соответствующего разрешения, присвоил: а) автомат АКМ системы ФИО5 №, образца 1959 года, калибром 7,62?39 мм, являющийся пригодным для стрельбы боевым огнестрельным нарезным оружием заводского изготовления; б) не менее 25 охотничьих патронов калибром 7,62?39 мм заводского изготовления, являющихся пригодными для производства выстрелов штатными боеприпасами к указанному выше автомату АКМ, а также к другим видам нарезного огнестрельного оружия с аналогичными размерами патронников; в) однозарядный карабин ТОЗ-16 № 19073, 1959 года выпуска, калибром 5,6 мм, являющийся пригодным для стрельбы гражданским спортивно-охотничьим нарезным огнестрельным оружием заводского изготовления; г) не менее 300 малокалиберных спортивно-охотничьих патронов кольцевого воспламенения калибром 5,6 мм заводского изготовления, являющихся пригодными для производства выстрелов штатными боеприпасами к указанному выше карабину ТОЗ-16 и иным видам гражданского спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия аналогичного калибра. 

После незаконного приобретения указанного выше огнестрельного оружия и боеприпасов ФИО3 неустановленным способом переместил эти предметы к месту своего проживания – в дом 

<

адрес> где впоследствии умышленно и незаконно хранил их в различных местах указанного домовладения вплоть до их обнаружения и изъятия сотрудниками полиции ДД.ММ.ГГГГ в процессе задержания ФИО3 после совершенного им убийства жены – ФИО2 

Как следует из описательной части постановления о привлечении ФИО3 в качестве обвиняемого и обвинительного заключения (см. Т. 2 л.д. 20-21, 43), определяющих пределы судебного разбирательства в силу требований ст. 252 УПК РФ, обвинение в незаконном ношении огнестрельного оружия и боеприпасов, в том числе, на месте и во время убийства ФИО2, подсудимому органами уголовного преследования не предъявлялось.

В период с 19 часов до 21 часа ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, находясь на улице неподалеку от своего дома 

<

адрес> в отсутствие и без участия других лиц распивал крепкие спиртные напитки (ром), обдумывая при этом обстоятельства очередного ухудшения своих взаимоотношений с женой в апреле 2017 года. Под влиянием нарастающего алкогольного опьянения ФИО3 постепенно привел себя к убеждению в том, что причиной такого ухудшения могла являться супружеская неверность жены, в связи с чем стал испытывать по отношению к последней усиливающееся чувство ревности. Продолжая распивать спиртное, ФИО1 решил путем демонстративного сообщения о своей готовности совершить самоубийство привлечь к себе внимание жены и дочерей, заведомо для него находившихся внутри указанного выше дома. Однако вскоре после соответствующего телефонного разговора с одной из дочерей, нетрезвый ФИО3 убедился, что ожидаемой им реакции сочувствия в ответ на его слова о самоубийстве не последовало. В этой ситуации ФИО3, действуя под влиянием возникшего у него на почве алкогольного опьянения чувства ревности и личной неприязни по отношению к жене, зашел в сарай на территории домовладения, где взял снаряженный патронами автомат АКМ, который ранее незаконно хранил в данном помещении. Непосредственно после этого – в период с 20 часов 30 минут до 21 часа 20 минут ДД.ММ.ГГГГ (более точное время предварительным и судебным следствием не установлено) – вооруженный автоматом ФИО3 через незапертую дверь вошел в дом по указанному выше адресу, имея при этом цель и прямой умысел на совершение убийства своей жены – ФИО2 Находясь в доме, ФИО3 прошел на кухню, где увидел двух своих дочерей, а также жену – ФИО2, которая в это же время, направляясь к выходу из кухни и не ожидая встречи с ним, шла ему навстречу. В этой ситуации ФИО3 направил на ФИО2 автомат АКМ, заранее – ещё у крыльца дома – приведенный им в боевую готовность, и умышленно с целью убийства жены из ревности произвел в неё в помещении кухни четыре выстрела очередью. Одним из этих выстрелов попытавшейся уклониться от линии стрельбы потерпевшей было причинено опасное для жизни и имеющее признаки тяжкого вреда здоровью повреждение в виде проникающего сквозного огнестрельного ранения живота с множественными повреждениями петель тонкого и толстого кишечника, сопровождавшегося развитием травматического шока тяжелой степени. Благодаря вмешательству находившейся на месте происшествия дочери пострадавшей – Потерпевший №1, а затем и сожителя последней, вернувшегося в дом с улицы и сумевшего обезоружить нетрезвого ФИО3, возможность производства последним дополнительных выстрелов в потерпевшую была пресечена. Вскоре после этого ФИО3 был задержан прибывшими на место происшествия сотрудниками полиции, а находившаяся в тяжелом состоянии раненая ФИО2 – отправлена в лечебное учреждение, где в 22 часа 30 минут ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на предпринятые медицинские и реанимационные меры, скончалась от указанного выше опасного для жизни огнестрельного ранения брюшной полости и связанного с ним травматического шока тяжелой степени, повлекшего остановку сердечной деятельности, дыхания и прекращение функций центральной нервной системы.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании заявил о признании вины в убийстве жены, а также в совершении незаконных действий с огнестрельным оружием и боеприпасами, однако фактически признал себя виновным частично, указав, что в процессе убийства он находился в состоянии сильного душевного волнения и свои действия контролировал не в полном объеме.

Относительно фактических обстоятельств совершения незаконных действий с огнестрельным оружием и боеприпасами подсудимый ФИО3 в начале судебного заседания, подтверждая свои показания, данные им при допросах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в стадии предварительного расследования (Т. 1 л.д. 236-239; Т. 2 л.д. 23-27), пояснил, что примерно в марте-апреле 2012 года, во время его работы в ФГБУ Национальный парк «Самарская Лука», он при обходе территории в районе села 

<

адрес> случайно заметил частично прикопанный в земле предмет, напоминающий ствол оружия. Он раскопал землю в этом месте и обнаружил автомат АКМ с глушителем, малокалиберный карабин ТОЗ, 25 патронов для автомата, 300 патронов для карабина и два взрывпакета. Все указанные предметы он не сдал в правоохранительные органы, а перевез на территорию своего домовладения в селе Севрюкаево, где хранил в доме и в сарае. Один из взрывпакетов и часть малокалиберных патронов он использовал. Остальное оружие и патроны он продолжал хранить на территории домовладения вплоть до состоявшегося ДД.ММ.ГГГГ задержания его сотрудниками полиции после производства им выстрелов в жену из автомата.

После возобновления судебного следствия на заключительном этапе судебного разбирательства ФИО3 показал, что, на самом деле, в указанный выше период времени он не нашел автомат АКМ с патронами и глушителем «закопанным в землю», а подобрал и присвоил на территории парка Самарского Лука после того, как это оружие было выброшено жителем села Осиновка ФИО6 во время его преследования подсудимым по подозрению в браконьерстве на территории парка.

Суд отмечает, что в стадии предварительного расследования и, в частности, при допросах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (Т. 1 л.д. 60, 93) ФИО3 давал и иные показания об обстоятельствах приобретения им огнестрельного оружия и боеприпасов, обнаруженного в его незаконном владении при его задержании по подозрению в причинении огнестрельного ранения жене. Подробное изложение и анализ этих показаний приводятся ниже – в мотивировочной части настоящего приговора. 

Из показаний подсудимого ФИО3 в судебном заседании об обстоятельствах инкриминируемого ему убийства ФИО2 следует, что в браке с потерпевшей он состоял более 25 лет, от брака они имели пять дочерей, три из которых на момент происшествия являлись несовершеннолетними. В период брака жена, имевшая «психические» отклонения, часто уходила из дома и, по его мнению, изменяла ему, употребляла спиртные напитки, расходуя при этом заработанные им деньги. На почве этого и испытываемой им ревности между ним и женой часто происходили ссоры, которые ранее во всех случаях заканчивались примирением. За несколько дней до ДД.ММ.ГГГГ между ним и женой состоялся очередной разговор о необходимости расторжения их брака, после чего он без скандала ушел из дома и поселился отдельно. В вечернее время ДД.ММ.ГГГГ под влиянием чувства ревности по отношению к жене и прошлых «обид» на последнюю он решил покончить жизнь самоубийством. Он купил бутылку рома, приехал к своему дому, неподалеку от которого стал распивать спиртное, обдумывая свои отношения с женой и возможные способы самоубийства. В какой-то момент ему захотелось привлечь к себе внимание находившихся в доме жены и дочерей, для чего он по телефону связался с несовершеннолетней дочерью ФИО9 и сообщил ей о намерении совершить самоубийство. При этом он предполагал, что жена и дочери «прибегут» к нему, а жена помирится с ним. Однако к нему никто не пришел, после чего он допил ром, взял в сарае заряженный автомат АКМ, подошел с ним к дому и хотел произвести демонстративный выстрел, чтобы привлечь к себе внимание, однако автомат дал осечку. Передернув затвор, он выбросил возле крыльца давший осечку патрон. В это время он с улицы через окно увидел находившуюся в комнате спокойную, улыбающуюся и, по его мнению, нетрезвую жену, после чего утратил над собой контроль и почти не помнит, как вошел в дом и произвел там выстрелы из автомата в направлении жены. Помнит, что его совершеннолетняя дочь ФИО8, вцепившись в автомат, пыталась ему помешать. Окончательно пришел в себя во время схватки с сожителем старшей дочери, которого просил застрелить его. Затем участвовал в вызове врачей «Скорой помощи» для раненой жены, а вскоре после этого был задержан прибывшими сотрудниками полиции. Полагает, что во время стрельбы находился в состоянии аффекта либо сильного душевного волнения, ограничивающего его способность отдавать отчет своим действиям и руководить ими. Вместе с тем вину в причинении огнестрельного ранения жене не отрицает, признавая, что «никто, кроме него, не мог этого сделать». 

При допросах в стадии предварительного следствия ФИО3 давал иные показания об обстоятельствах причинения огнестрельного ранения жене.

Так, из показаний ФИО3 при его допросе в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ следует, что в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ, распивая ром неподалеку от своего дома в селе Севрюкаево, он решил «напугать» находившихся в доме жену и дочерей, которые не вышли к нему на улицу после его телефонного сообщения дочери о готовности совершить самоубийство. С этой целью он прошел в сарай, вооружился там автоматом АКМ и направился к дому, испытывая при этом сильную «злость» на жену. Возле крыльца он с целью проверки автомата попытался произвести из него выстрел, однако автомат дал осечку. Он передернул затвор, выбросив патрон, давший осечку, и дослав в ствол новый патрон. После этого он сразу же через незапертую дверь вошел внутрь дома и прошел на кухню. В данном помещении он увидел свою жену ФИО2 и, продолжая испытывать по отношению к ней «сильную злость», направил автомат в область её туловища и произвел несколько выстрелов. В этот момент на кухне, кроме его жены, находились также его дочери ФИО8, Свидетель №4 и ФИО9. ФИО8 подбежала к нему и стала пытаться отнять у него автомат. Во время этой борьбы произошел ещё один выстрел, после чего он отсоединил от автомата магазин и бросил его на пол. В это время в дом с улицы забежал сожитель старшей дочери Свидетель №1 (Свидетель №1), который сразу же вступил в драку с ним. Через непродолжительное время на место происшествия прибыли сотрудники полиции, которые задержали его.

(Т. 1 л.д. 60-61)

Из показаний ФИО3 при его допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ следует, что в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ, распивая ром неподалеку от своего дома в селе Севрюкаево, он испытывал чувство ревности по отношению к жене. Желая привлечь внимание жены, он позвонил по телефону дочери ФИО9 и сообщил ей о том, что якобы желает покончить жизнь самоубийством. Однако после этого жена на улицу не вышла и «мириться» к нему не пришла. В этой ситуации он обиделся, разозлился и решил «наказать» жену, для чего вооружился взятым в сарае автоматом и привел его в боевую готовность. Сразу же после этого он вошел в дом, прошел на кухню, где увидел свою жену, дочь ФИО8 и ещё кого-то. Он сразу же произвел из автомата несколько выстрелов очередью в помещении кухни, после чего направил автомат в туловище жены и выстрелил в последнюю, причинив ей ранение, от которого она осела на пол. Ещё одного выстрела он произвести не смог, так как автомат дал осечку. Дочь ФИО8 сразу же подбежала к нему и, «вцепившись» в ствол автомата, стала бороться с ним, не давая ему возможности продолжать стрельбу в жену. В процессе этой борьбы магазин с патронами отсоединился от автомата и упал на пол. В это же время раненая жена вышла или выползла из кухни в зал дома. Он поднял с пола автоматный магазин и вышел из кухни вслед за женой, однако дочь ФИО8 встала между ними, в связи с чем он не смог «ничего больше сделать с супругой» и вышел на улицу. Неподалеку от дома он вставил магазин в автомат и, передернув затвор, выбросил негодный патрон и дослал в ствол новый. Сразу же после этого он вновь вошел внутрь дома, однако в коридоре столкнулся с сожителем старшей дочери Свидетель №1, который сразу же вступил с ним в борьбу и драку. В процессе борьбы Свидетель №1 сумел отнять у него автомат и отбросить в сторону. После этого Свидетель №1 повалил его на пол и удерживал вплоть до приезда сотрудников полиции, которые надели на него наручники.

(Т. 1 л.д. 93-95)

Из показаний ФИО3 при его допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ следует, что в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ он приехал к своему дому в селе Севрюкаево, рассчитывая помириться с женой, которая за несколько дней до этого высказала намерение 

расторгнуть их брак. Подъехав к дому, он не стал заходить в него, а расположившись неподалеку, стал распивать купленную им бутылку рома. Через некоторое время он позвонил находившейся в доме дочери и сообщил ей о том, что якобы хочет покончить жизнь самоубийством. Таким способом он хотел привлечь к себе внимание жены и в дальнейшем помириться и продолжать жить с ней. Однако никакой реакции на его сообщение о готовности к самоубийству не последовало. Тогда он решил взять в сарае автомат и с его помощью на глазах у жены наглядно инсценировать свою готовность к самоубийству. Он, действительно, взял автомат, подошел с ним к дому и хотел произвести выстрел на крыльце, однако автомат дал осечку. Передернув затвор, он дослал в ствол другой патрон, после чего вошёл в дом. Подойдя к проему кухонной двери, он увидел свою жену, которая в это время направлялась ему навстречу к выходу из кухни. Испытывая «раздражение» по поводу того, что жена не вышла к нему на улицу после его телефонного сообщения о самоубийстве, он направил автомат на жену и произвел в помещении кухни несколько выстрелов, одним из которых ранил жену в живот. При этом на кухне присутствовали его дочери ФИО9, ФИО8 и, возможно, ещё кто-то. Дочь ФИО8 вступила с ним в борьбу, пытаясь отнять у него автомат. В это же время раненая жена вышла из кухни в зал. Он вышел вслед за ней, однако забежавший в дом сожитель дочери Свидетель №1 вступил с ним в борьбу, во время которой отнял у него автомат. Прибывшие через непродолжительное время сотрудники полиции задержали его и надели на него наручники. 

(Т. 2 л.д. 25-26)

Все изложенные выше показания, данные подсудимым ФИО3 в стадии досудебного производства получены с соблюдением требований закона и процессуальных прав подозреваемого и обвиняемого, являются допустимыми и подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами на общих основаниях.

Помимо изложенных выше показаний подсудимого ФИО3, суд при установлении фактических обстоятельств и разрешении уголовного дела учитывает и иные исследованные в судебном заседании доказательства.

Так, в 21 час 30 минут ДД.ММ.ГГГГ Отделом МВД РФ по Ставропольскому району Самарской области было принято и зарегистрировано сообщение жителя дома 

<

адрес> о том, что в соседнем 

<

адрес> гр-н ФИО3 выстрелил в свою жену – ФИО2

(Т. 1 л.д. 38)

Рапортом сотрудника ОДПС ОГИБДД ОМВД РФ по Ставропольскому району Самарской области установлено, что в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ, вскоре после получения указанного выше сообщения, дежурный патруль ДПС прибыл в 

<

адрес>, где произвел задержание гр-на ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, находившегося на месте преступления с автоматом ФИО5.

(Т. 1 л.д. 43)

Из свидетельских показаний начальника ОРТППЛ ОМВД РФ по Ставропольскому району Свидетель №3 в стадии следствия (Т. 1 л.д. 197-199) и в судебном заседании следует, что в дежурную смену ДД.ММ.ГГГГ он являлся ответственным от руководства ОМВД РФ по Ставропольскому району. После того, как примерно в 21 час 40 минут было получено сообщение о покушении на жизнь гр-ки ФИО2 в 

<

адрес>, он лично выехал на место происшествия, куда прибыл примерно в 22 часа 40 минут, незадолго до приезда туда же основной следственной группы. К моменту прибытия свидетеля раненая ФИО2 уже была отправлена в Центральную городскую больницу 

<

адрес>, а её муж ФИО3, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, был задержан сотрудниками ДПС, приехавшими на место происшествия раньше. Автомат ФИО5, являвшийся орудием преступления, в это время лежал на полу в помещении 

<

адрес>, под лестницей перед входом на кухню. В ответ на соответствующие вопросы свидетеля задержанный ФИО3 сообщил, что, действительно, стрелял из автомата в свою жену на почве ревности; автомат ФИО5 он ранее нашел «где-то в поле»; кроме автомата, он незаконно хранил в доме также и иное огнестрельное оружие и боеприпасы, и в частности, нарезной карабин калибром 5,6 мм («мелкашку»), прибор для бесшумной стрельбы для автомата, взрывпакет, патроны калибром 5,6 мм и 7,62 мм. Указанные предметы вооружения хранились задержанным ФИО3 в одной из комнат его дома, а также в сарае по адресу: 

<

адрес>. Данные предметы были изъяты свидетелем с мест их хранения, сложены на полу в доме для последующей передачи в распоряжение следственных органов, а через непродолжительное время были изъяты прибывшей на место следственной группой.

Свидетель Свидетель №3, кроме того, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ, после доставления задержанного ФИО3 в орган внутренних дел в 

<

адрес>, он в процессе одного из оперативных опросов задержанного узнал от последнего, что автомат АКМ был приобретен им у жителя 

<

адрес> ФИО15 в качестве подарка за несоставление в отношении последнего протокола о браконьерстве на территории парка «Самарская Лука». Насколько свидетелю известно, указанная оперативная информация в дальнейшем проверялась следственным путем, однако ФИО15 факт передачи автомата подсудимому ФИО3 отрицал. 

Из медицинской справки МУЗ ЦГБ г. Жигулевска Самарской области видно, что в 23 часа 10 минут ДД.ММ.ГГГГ гр-ка ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, была доставлена и госпитализирована в указанном медицинском учреждении с диагнозом: проникающее огнестрельное пулевое ранение брюшной полости с множественными повреждениями кишечника; травматический шок III степени; забрюшинная гематома.

(Т. 1 л.д. 32).

ДД.ММ.ГГГГ, в 00 часов 40 минут, Следственным отделом СУ СК РФ по г. Жигулевску получено сообщение о наступлении смерти ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в ГБОУ СО «Городская больница № 1 г. Тольятти».

(Т. 1 л.д. 106)

Как следует из подлинных медицинских документов ГБОУ СО «Городская больница № 1 г. Тольятти», представленных для производства судебно-медицинской экспертизы, ФИО2 поступила в указанное медицинское учреждение из МУЗ ЦГБ г. Жигулевска в 18 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния после полученного огнестрельного пулевого ранения брюшной полости. Смерть ФИО2 констатирована в 22 часа 30 минут ДД.ММ.ГГГГ. Заключительный клинический диагноз: огнестрельное ранение брюшной полости с множественными повреждениями тонкого и толстого кишечника. Травматический пневмоторакс справа. Травматический инфекционно-токсический шок. Полиорганная недостаточность.

(Т. 1 л.д. 116 об.-117)

Заключением судебно-медицинской экспертизы трупа установлено, что незадолго до доставления в лечебное учреждение вечером ДД.ММ.ГГГГ потерпевшей ФИО2 было причинено опасное для жизни и имеющее признаки тяжкого вреда здоровью прижизненное повреждение, вероятно, являющееся сквозным проникающим огнестрельным ранением брюшной полости (более точное определение характера повреждения средствами судебно-медицинской экспертизы невозможно в связи с хирургической обработкой и ушиванием внутренних повреждений, входной и выходной ран в период стационарного лечения пострадавшей). 

Входная рана округлой формы диаметром около 0,7 см располагалась на животе справа по передней подмышечной линии; выходная рана размером 6?3 см с выпадавшей из неё петлей тонкой кишки располагалась в области живота слева по задней подмышечной линии. Обе раны соединены между собой раневым каналом, по ходу которого были повреждены петли тонкого и толстого кишечника. 

В связи с хирургическим вмешательством, предшествующим экспертизе, ответы на вопросы о дистанции выстрела, о типе используемого оружия, о взаимном расположении пострадавшей и нападавшего, о количестве произведенных выстрелов и количестве полученных ранений, а также о типе травмирующего снаряда (пуля, дробь, осколки и т.п.) не могут быть получены путем судебно-медицинского исследования.

Смерть потерпевшей ФИО2 наступила в 22 часа 30 минут ДД.ММ.ГГГГ от проникающего сквозного и, вероятно, огнестрельного ранения живота с множественным повреждением петель тонкого и толстого кишечника по ходу раневого канала, сопровождавшегося развитием травматического шока тяжелой степени, остановкой сердечной деятельности и дыхания, прекращением функций центральной нервной системы.

(Т. 1 л.д. 115-121)

Протоколом осмотра места происшествия, проведенного в период с 23 часов 55 минут ДД.ММ.ГГГГ до 02 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что доме 

<

адрес> был обнаружен автомат ФИО5 калибром 7,62 мм с маркировкой «1975 401794», лежавший на полу в помещении зала под лестницей, ведущей на второй этаж. Металлические части автомата повреждены коррозией. Автомат снаряжен стандартным магазином, патроны в магазине и в патроннике автомата отсутствуют. Рядом с автоматом обнаружены две стреляные гильзы от патронов калибром 7,62?39 мм. Аналогичная стреляная гильза обнаружена также под первой ступенью лестницы. На полу и некоторых предметах в том же помещении имеются следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, в виде полос и наслоений. На ступенях лестницы, ведущей на второй этаж, обнаружено лежавшее на покрывале незаряженное ружье (карабин) с маркировкой «1959 19073». Рядом с лестницей обнаружены также: предмет, похожий на прибор для бесшумной стрельбы; предмет, похожий на цилиндрическую тротиловую шашку, 3 упаковки, в которых находились патроны калибром 5,6 мм в количестве 108 шт.; коробка с 24-ю патронами без маркировки; коробка и полиэтиленовые пакеты, в которых находились 20 патронов 16 калибра и 4 патрона 12 калибра для охотничьих ружей (как следует из приведенных выше показаний свидетеля Свидетель №3, карабин, глушитель, взрывпакет и патроны были сложены им в указанном месте после фактического изъятия этих предметов у задержанного ФИО3, но до начала осмотра места происшествия следственной группой). В помещении кухни была обнаружена лежавшие на полу деформированная пуля и стреляная гильза от патрона калибром 7,62 мм. В окне кухни обнаружены два сквозных повреждения стекол с осколками, обращенными изнутри помещения наружу, а также повреждение обоев на левой от входа стене. На улице перед входом в дом обнаружен снаряженный пулей патрон калибром 7,62 мм со следами удара бойка на капсюле, лежавший на асфальте в 1,5 метрах левее входной двери и на расстоянии 1 метра от стены дома.

(Т. 1 л.д. 3 – 31)

В ходе дополнительного осмотра того же места происшествия, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, в отопительной батарее, расположенной под окном на кухне дома 

<

адрес>, было обнаружено сквозное повреждение металла, в проекции которого за батареей было также обнаружено несквозное повреждение стены. Из указанного повреждения, с глубины 3,5 см извлечена деформированная пуля.

(Т. 1 л.д. 217-226)

ДД.ММ.ГГГГ потерпевшая Потерпевший №1 добровольно выдала сотрудникам органов внутренних дел принадлежащие задержанному ФИО3 и хранящиеся в доме 

<

адрес> двуствольное гладкоствольное курковое ружье с маркировкой «6884» на стволах; 4 патрона 16 калибра для охотничьих ружей; двадцать патронов калибром 7,62?39 мм с различными маркировками на донце гильз.

(Т. 1 л.д. 66-71)

Заключением комплексной судебно-баллистической и дактилоскопической экспертизы установлено, что изъятый при осмотре места происшествия автомат АКМ системы ФИО5 образца 1959 года №, с предусмотренной возможностью установки на нем прибора для бесшумной стрельбы, изготовлен заводским способом и является пригодным для стрельбы нарезным огнестрельным оружием калибром 7,62?39 мм.

Представленное на исследование двуствольное курковое ружье ТОЗ БМ № изготовлено заводским способом и является пригодным для стрельбы гладкоствольным охотничьим огнестрельным оружием 16 калибра. В конструкцию ружья внесены изменения в виде замены заводского цевья на цевье от аналогичного оружия.

Изъятый при осмотре места происшествия однозарядный карабин ТОЗ-16 № изготовлен заводским способом под патрон кольцевого воспламенения калибром 5,6 мм и является пригодным для стрельбы спортивно-охотничьим нарезным огнестрельным оружием калибром 5,6 мм. В конструкцию карабина внесены изменения в виде дополнительного крепления для установки прицельного приспособления.

Изъятые при осмотре места происшествия 24 патрона (обозначенные в протоколе осмотра как патроны без маркировки) являются строительными патронами калибром 6,9?22 мм, изготовлены заводским способом, предназначены для использования со строительным пистолетом ПЦ-84 и боеприпасами не являются.

Один патрон, изъятый на улице при входе в дом 

<

адрес> в ходе осмотра места происшествия, и 20 аналогичных патронов, переданных органам следствия потерпевшей Потерпевший №1 ДД.ММ.ГГГГ, изготовлены заводским способом, являются охотничьими патронами калибром 7,62?39 мм, штатными к нарезному оружию соответствующего калибра, включая автоматы АКМ системы ФИО5, и относятся к категории боеприпасов. При этом патрон, изъятый при осмотре места происшествия возле входа в дом обвиняемого, для производства выстрела не пригоден. Остальные 20 патронов для производства выстрелов пригодны.

108 малокалиберных патронов, изъятых при осмотре места происшествия, изготовлены заводским способом, являются пригодными для стрельбы спортивно-охотничьими патронами кольцевого воспламенения калибром 5,6 мм, штатными к нарезному огнестрельному оружию соответствующего калибра и относятся к категории боеприпасов.

Четыре стреляных гильзы, изъятых при осмотре места происшествия, являются частями боеприпасов - охотничьих патронов калибром 7,62?39 мм заводского изготовления, штатных к нарезному огнестрельному оружию соответствующего калибра, включая автоматы АКМ системы ФИО5. Все указанные гильзы стреляны из изъятого на месте происшествия автомата АКМ №.

Деформированная пуля, изъятая при осмотре места происшествия, является частью патрона калибром 7,62 мм и стреляна из изъятого там же автомата АКМ №. 

Изъятый при осмотре места происшествия съемный прибор для бесшумной стрельбы изготовлен самодельным способом и может быть установлен на изъятый там же автомат АКМ №.

На представленных на исследование объектах следов рук, пригодных для идентификации личности, не обнаружено.

(Т. 1 л.д. 129-142)

Заключением судебной взрывотехнической экспертизы установлено, что изъятый при осмотре места происшествия предмет, похожий на цилиндрическую тротиловую шашку, является пригодным для использования цилиндрическим взрывпакетом промышленного изготовления, предназначен для имитации взрыва ручных гранат и к числу боеприпасов не относится.

(Т. 2 л.д. 3-4)

Из совокупности показаний потерпевшей Потерпевший №1 в стадии следствия (Т. 1 л.д. 72-74, 168-169) и в судебном заседании следует, что вечером ДД.ММ.ГГГГ она вместе с двумя своими детьми и сожителем Свидетель №1 находилась в доме своей матери по адресу: 

<

адрес>. Кроме потерпевшей и её семьи, в том же доме находились: мать – ФИО2; младшие сестры потерпевшей – ФИО9, Свидетель №4, Доминика, а также знакомый сестры Свидетель №4 – Свидетель №5. Отца потерпевшей – ФИО3 – в это время дома не было, так как ещё до ДД.ММ.ГГГГ он обсудил с матерью потерпевшей вопрос о подготовке к расторжению брака, собрал свои вещи и спокойно, без скандала, ушел. В 19 часов 41 минуту ДД.ММ.ГГГГ (время звонка зафиксировалось в её телефоне) отец позвонил потерпевшей по телефону и в достаточно спокойном тоне стал расспрашивать её, есть ли у него шансы помириться с матерью. Потерпевшая ответила ему, что в своих проблемах им следует разбираться самим, после чего ФИО1 попросил позвать к телефону несовершеннолетнюю дочь Свидетель №2 и стал о чем-то разговаривать с ней. Затем выяснилось, что ФИО3 говорил ФИО9 о том, что хочет «повеситься» и что ему «без матери жизни нет». После этого, примерно в 21 час, Свидетель №1 с сестрой потерпевшей Доминикой ушел в магазин. В это время сама потерпевшая, её мать и сестра ФИО9 сидели на кухне, а сестра Свидетель №4 с Свидетель №5 и детьми потерпевшей находились в соседней комнате. Мать попросила ФИО9 завести в дом собаку. ФИО9 вышла из дома, но через некоторое время вернулась с улицы, не закрыв входную дверь, и сообщила, что не может привести собаку. После этого мать сама встала и пошла к выходу из кухни, намереваясь затем выйти на улицу за собакой. В этот же момент от порога кухни раздалась серия из нескольких – примерно трех-четырех – очень быстрых выстрелов, почти слившихся в один звук. Потерпевшая от неожиданности вначале ничего не поняла, но увидела, что мать резко отскочила от двери кухни в сторону. После этого потерпевшая увидела на пороге кухни отца – ФИО3 – с автоматом в руках. Именно отец стрелял из автомата в мать и ранил её. Раненая мать стала оседать на пол, а сама потерпевшая в это же время подбежала к отцу и, схватившись за ствол автомата, стала удерживать оружие, не давая отцу направить его на мать. Отец оказывал ей в этом сопротивление, а также пытался ногой приблизить голову упавшей матери к линии автоматного ствола. В процессе борьбы обойма отсоединилась от автомата и упала на пол. В это время раненая мать стала выползать из кухни в зал, куда также направился и отец. Потерпевшая, не давая отцу подойти к матери, встала между ними, а затем и легла на пол рядом с матерью, заслонив её своим телом. При этом она кричала на отца, просила его успокоиться и не стрелять в мать. После этого отец вышел из дома на улицу, а потерпевшая по телефону позвонила Свидетель №1 и попросила его срочно вернуться домой. Свидетель №1 забежал в дом через несколько минут и спросил, где находится ФИО3 В этот же момент в дом с улицы вновь вошел отец с автоматом в руках. Свидетель №1 стал драться с ФИО3, а потерпевшая вызвала на место происшествия сотрудников полиции, которые вскоре приехали и надели на отца наручники. После случившегося потерпевшая видела сквозное ранение в животе матери, из которого выпала петля кишечника. Бригада «Скорой помощи» увезла мать в больницу 

<

адрес>. Затем мать перевели в тольяттинскую больницу, где ДД.ММ.ГГГГ она от полученного ранения умерла. Характеризуя отношения родителей, потерпевшая сообщила, что между ними часто происходили ссоры, инициаторами которых поочередно являлись оба. Однако ранее ссоры заканчивались примирением родителей. Незадолго до ДД.ММ.ГГГГ - примерно ДД.ММ.ГГГГ – мать по телефону сообщила проживавшей в Самаре потерпевшей, что хочет расторгнуть брак с отцом. Мать также просила потерпевшую приехать и пожить с ней в селе Севрюкаево, сообщив, что отец ушел из дома и что она его опасается. С этого времени и вплоть до событий ДД.ММ.ГГГГ потерпевшая и её сожитель Свидетель №1, приехав в Севрюкаево из Самары, проживали совместно с матерью в 

<

адрес>. 

Несовершеннолетний свидетель Свидетель №2 в стадии следствия и в судебном заседании дала показания, не противоречащие изложенным выше объяснениям своей сестры – потерпевшей Потерпевший №1 При этом свидетель дополнительно сообщила, что в тот момент, когда её старшая сестра ФИО8, находясь в кухне и схватившись за ствол автомата, пыталась помешать отцу стрелять в уже раненую маму, отец, сопротивляясь, старался поднести ствол оружия к голове последней и совершить новый выстрел. Когда ФИО8 кричала отцу, чтобы он не стрелял в мать, отец отвечал, что «та всё равно уже подстреленная». Свидетель также просила отца не стрелять в маму, а затем стала кричать находившейся в соседней комнате сестре Свидетель №4, чтобы та убегала из дома вместе со своим другом и племянниками через окно. Сама свидетель в это же время, выбежав на улицу, помогла сестре и племянникам выбраться из окна, а затем побежала к соседям, чтобы с их помощью вызвать на место происшествия сотрудников полиции и врачей. Вернувшись домой, свидетель увидела, что сожитель её сестры Свидетель №1, «скрутив» отца, удерживает его лежащим на полу. Раненая в живот мама лежала на полу. Через некоторое время маму увезли в больницу, а отца задержали сотрудники полиции.

Несовершеннолетний свидетель Свидетель №4 в стадии следствия и в судебном заседании показала, что во время нападения отца на мать вечером ДД.ММ.ГГГГ она вместе со своим другом Свидетель №5 и двумя малолетними племянниками находилась не на кухне, а в другой комнате дома и поэтому не видела, а только слышала хлопок входной двери, а затем через несколько секунд – звуки нескольких очень быстрых выстрелов на кухне. Выглянув из комнаты, она увидела отца с автоматом в руках. Сестра ФИО8 в это время «висела» на автомате, схватившись за ствол и пытаясь опустить его вниз, к полу. Свидетель сразу же вновь скрылась в комнате, так как там находились малолетние племянники, которых необходимо было вывести из дома. Свидетель, её друг Свидетель №5 и племянники покинули дом через окно, а затем вместе с уже находившейся на улице сестрой ФИО9 прибежали к соседям, которым рассказали о случившемся, попросив вызвать сотрудников полиции и врачей.

Несовершеннолетний свидетель Свидетель №5 в стадии следствия и в судебном заседании подтвердил изложенные выше показания Свидетель №4

Из показаний свидетеля Свидетель №1 в стадии следствия (Т. 1 л.д. 76-77), исследованных в судебном заседании с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что после ДД.ММ.ГГГГ он вместе со своей сожительницей Потерпевший №1 и малолетними детьми проживал в селе Севрюкаево, куда они приехали из Самары по просьбе матери сожительницы – ФИО2 Вызывая их в 

<

адрес>, ФИО2 сообщила, что хочет спокойно, без скандалов, расторгнуть брак с мужем – ФИО3, однако опасается последнего в связи с его «неадекватностью» и агрессивностью. После приезда свидетеля и его семьи в 

<

адрес> выяснилось, что ФИО3 дома не проживает, однако иногда заходит туда и затевает кофликты с женой. Примерно в 21 час ДД.ММ.ГГГГ свидетель вместе с младшей сестрой своей сожительницы – Доминикой – ушел из дома в магазин, однако через некоторое время ему по телефону позвонила ФИО8 или Свидетель №2, сообщив о том, что ФИО3 вошел в дом с автоматом и застрелил свою жену. После этого свидетель прибежал домой, где обнаружил раненую в живот ФИО2 и сидевшую рядом с ней свою сожительницу ФИО8. Самого ФИО1 в это время в доме не было. Сожительница ФИО8 стала рассказывать свидетелю об обстоятельствах случившегося, но в это время они услышали хлопок входной двери. Повернувшись к этой двери, свидетель увидел вошедшего в дом ФИО3 с автоматом в руках. Магазин (обойма) в этот момент был присоединен к автомату, а ФИО3 сделал движение, как будто желая передернуть затвор. Свидетель не дал ему сделать это, а, схватив автомат за ствол, опустил его вниз, к полу, после чего сразу же ударил ФИО3 кулаком в грудь. В завязавшейся борьбе свидетелю удалось отнять у ФИО3 автомат и отбросить в сторону. ФИО3 оказывал свидетелю активное сопротивление, выкрикивая при этом в нецензурной форме фразу «Всё равно застрелю!». Свидетелю удалось повалить ФИО3 на пол и удерживать его в этом положении. ФИО3 пытался вырваться, крича: «Я всё равно её добью!». Вскоре на место происшествия прибыли сотрудники ДПС, которые задержали ФИО3 По мнению свидетеля, поведение ФИО3 на месте происшествия свидетельствовало о наличии у последнего явного желания убить уже раненую жену.

Оценивая изложенные выше показания потерпевшей Потерпевший №1 и свидетелей, суд отмечает, что они являются последовательными, не противоречат друг другу и совокупности иных доказательств, включая приведенные выше показания самого ФИО3 при его допросе ДД.ММ.ГГГГ в качестве обвиняемого. Оснований не доверять показаниям очевидцев об обстоятельствах причинения подсудимым огнестрельного ранения жене судом не установлено.

В целом, оценивая все изложенные выше допустимые и относимые доказательства, исследованные в судебном заседании, суд считает их совокупность достаточной для вывода о совершении подсудимым ФИО3 преступлений при фактических обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора.

Вместе с тем, обвинение, предъявленное подсудимому по ч. 1 ст. 222 УК РФ, подлежит изменению в соответствии с полученными в ходе предварительного и судебного следствия доказательствами.

Как следует из исследованных судом материалов дела, изложенные в обвинительном заключении выводы органов предварительного расследования о том, что незаконно присвоенные ФИО3 автомат АКМ, карабин ТОЗ-16 и боеприпасы к этим видам нарезного огнестрельного оружия были единовременно и случайно обнаружены подсудимым, будучи «закопанными в землю» в одном и том же месте недалеко от 

<

адрес>, - основаны исключительно на противоречивых показаниях самого обвиняемого ФИО16, не подтвержденных какими-либо иными достоверными доказательствами, и уже в силу этого имеют характер заведомого предположения.

Так, в частности, как указывалось выше, при допросе ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в условиях соблюдения его процессуальных и конституционных прав подозреваемого, в присутствии защитника сообщил о том, что закопанные в землю автомат АКМ и патроны к нему он нашел в лесу возле села 

<

адрес> и незаконно присвоил примерно в мае 2012 или 2013 года. Малокалиберный нарезной карабин ТОЗ и патроны к нему, сброшенные в воду «уходящими от преследования браконьерами», он нашел на дне протоки Воложка (объективно – ФИО7 Воложка) в районе дач у села 

<

адрес> и незаконно присвоил примерно в октябре 2016 года (Т. 1 л.д. 60).

Аналогичные показания были даны ФИО3 и при его допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ (Т. 1 л.д. 93).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в присутствии защитника свои первоначальные показания изменил без приведения каких-либо заслуживающих внимания доводов (со ссылкой на общую подавленность и состояние «похмелья» при первом допросе, проведенном ДД.ММ.ГГГГ) и пояснил, что автомат АКМ, карабин ТОЗ-16, а также все патроны к этому оружию он нашел закопанными в землю в одном и том же месте в окрестностях села Севрюкаево и незаконно присвоил в марте-апреле 2012 года (Т. 1 л.д. 237-238). 

Эту же версию подсудимый ФИО3 поддерживал и при первоначальной даче объяснений по существу предъявленного обвинения в судебном заседании.

Между тем после возобновления судебного следствия судом в качестве свидетеля был допрошен сотрудник полиции Свидетель №3, который, в частности, сообщил, что в ходе первоначального оперативного опроса задержанного ФИО3 ему со слов последнего стало известно, что автомат АКМ вместе с боеприпасами был передан подсудимому жителем 

<

адрес> ФИО15 в качестве «подарка» за непривлечение последнего к ответственности за браконьерство на территории Национального парка «Самарская Лука».

В связи с этим подсудимый ФИО3 после возобновления судебного следствия вновь изменил ранее данные им показания, пояснив, что автомат АКМ и боеприпасы к нему ранее, действительно, принадлежали ФИО15, однако были выброшены последним во время его преследования подсудимым по подозрению в браконьерстве на территории парка «Самарская Лука». Он же, ФИО3, лишь подобрал и незаконно присвоил выброшенное ФИО6 оружие и патроны к нему.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ материалы уголовного дела в отношении ФИО15, который в стадии следствия отрицал факт личной передачи автомата АКМ и боеприпасов обвиняемому ФИО3, выделены в отдельное производство (Т. 1 л.д. 163, 213) и не являются предметом настоящего судебного разбирательства.

При проведении в ходе судебного разбирательства судебной психолого-психиатрической экспертизы подсудимый ФИО3 сообщал комиссии экспертов о том, что обнаруженное у него ДД.ММ.ГГГГ огнестрельное оружие и боеприпасы он «собирал в лесу» и «приносил домой», «охотники, убегая от него, бросали оружие, а он подбирал».

Кроме противоречивых показаний самого ФИО3, каких-либо иных доказательств по вопросу о действительных обстоятельствах приобретения подсудимым огнестрельного оружия и боеприпасов, обнаруженных в его фактическом незаконном владении по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (в частности, о точном конкретном месте либо местах приобретения предметов преступления, о единичности либо множественности эпизодов такого приобретения) в материалах уголовного дела не имеется. 

Вместе с тем из совокупности всех показаний ФИО3, принимаемых судом в их не противоречащей друг другу части, следует, что незаконное приобретение подсудимым всего обнаруженного в его незаконном владении огнестрельного оружия и боеприпасов (автомата АКМ, карабина ТОЗ-16 и патронов к этому оружию) было в полном объеме завершено подсудимым в период после ДД.ММ.ГГГГ и не позднее чем до ДД.ММ.ГГГГ на территории, входящей в состав Национального парка «Самарская Лука» в 

<

адрес> (включающей в себя, в частности, такие упомянутые выше села, как Севрюкаево, Мордово, Осиновка), где подсудимый работал инспектором охраны. Последовательными и не опровергнутыми являются также и те утверждения ФИО3, согласно которым во всех случаях незаконное приобретение им огнестрельного оружия и боеприпасов осуществлялось в форме присвоения этих предметов. 

При таких обстоятельствах суд считает необходимым и возможным привести фабулу обвинения, предъявленного ФИО3 по ч. 1 ст. 222 УК РФ, в соответствие именно с указанными выше и не опровергнутыми другими материалами уголовного дела показаниями подсудимого об общих территориальных границах и временны?х пределах незаконного приобретения (присвоения) им предметов преступления.

С учетом изменений, внесенных судом в обвинение, действия ФИО3 правильно квалифицированы органами следствия по ч. 1 ст. 222 УК РФ, поскольку подсудимый незаконно – в нарушение требований ст. ст. 5, 6, 13 Федерального Закона РФ «Об оружии» № 150-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ (в действ. ред.) – приобрел боевое огнестрельное нарезное оружие (автомат АКМ), гражданское спортивно-охотничье нарезное огнестрельное оружие (карабин ТОЗ-16), а также боеприпасы (патроны соответствующих калибров) к указанным видам нарезного огнестрельного оружия, после чего незаконно хранил эти предметы по месту своего проживания вплоть до их изъятия сотрудниками полиции ДД.ММ.ГГГГ. 

Оснований к применению примечания к ст. 222 УК РФ суд не устанавливает, поскольку огнестрельное оружие и боеприпасы, находящиеся в незаконном владении ФИО3, были изъяты при задержании последнего на месте происшествия после применения им автомата АКМ в процессе убийства гр-ки ФИО2, а равно при производстве следственного действия по обнаружению и изъятию указанных предметов (в частности, в ходе осмотра места убийства, совершенного с применением огнестрельного оружия).

Действия ФИО3 также правильно квалифицированы органами следствия по ч. 1 ст. 105 УК РФ, поскольку подсудимый совершил убийство, то есть умышленно причинил смерть своей жене ФИО2, действуя при этом по личным мотивам, основным из которых являлось чувство ревности по отношению к потерпевшей, усиленное – согласно выводам судебной психолого-психиатрической экспертизы – воздействием алкоголя.

О наличии у подсудимого прямого умысла на совершение убийства ФИО2 свидетельствуют вид и заведомо очевидные поражающие свойства использованного им орудия преступления – боевого автомата АКМ калибром 7,62 мм; факт производства подсудимым в направлении жизненно-важных органов потерпевшей стрельбы из автомата очередью с незначительного расстояния; принятые судом свидетельские показания очевидцев случившегося, из которых следует, что непосредственно на месте и во время происшествия нетрезвый ФИО3, заведомо осознавая факт уже состоявшегося причинения им огнестрельного ранения потерпевшей, предпринимал неоднократные попытки произвести в последнюю дополнительные выстрелы из автомата, сопровождая их выкриками о том, что «всё равно её застрелит». Попытки подсудимого приблизиться к раненой потерпевшей и произвести в неё дополнительные выстрелы были пресечены лишь благодаря вмешательству присутствующих на месте происшествия лиц, а именно: - Потерпевший №1 (дочери подсудимого), которая после первых же выстрелов схватила автомат, находившийся в руках ФИО3, за ствол и, преодолевая сопротивление подсудимого, стала отводить оружие от упавшей на пол раненой потерпевшей; - сожителя Потерпевший №1 – Свидетель №1, который, оказавшись на месте происшествия после возвращения с улицы, вступил в борьбу с ФИО3, в процессе которой сумел отнять у последнего автомат АКМ и отбросить его в сторону, после чего удерживал подсудимого до прибытия сотрудников полиции. Оснований не доверять показаниям очевидцев в изложенной выше части суд не имеет.

Устанавливая наличие у нетрезвого ФИО3 на месте и во время происшествия прямого умысла на убийство жены, суд считает, что факт причинения последней лишь одного огнестрельного ранения, а равно факт наступления смерти потерпевшей на 11-е сутки со дня получения ею указанного ранения, не влияют на квалификацию содеянного и, в частности, не дают оснований к переквалификации действий подсудимого по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Так, умышленно причиняя потерпевшей опасное для жизни и имеющее признаки тяжкого вреда здоровью огнестрельное ранение живота, подсудимый не только предвидел возможность наступления смерти ФИО2, но и – с учетом его поведения на месте происшествия –заведомо желал этого. Смерть потерпевшей стала реальным фактическим последствием умышленных действий ФИО3 Наличие прямой причинно-следственной связи между причиненным потерпевшей ранением и наступлением её смерти материалами дела установлено.

При таких обстоятельствах действия ФИО3 содержат все необходимые юридические признаки убийства другого человека, предусмотренного ст. 105 УК РФ.

Доводы ФИО3 и его защитника о том, что убийство жены было совершено подсудимым в состоянии сильного душевного волнения (аффекта), влекущего необходимость переквалификации содеянного по ст. 107 УК РФ, проверены в судебном заседании и подлежат отклонению как заведомо необоснованные. 

Так, заключением назначенной судом психолого-психиатрической экспертизы подсудимого необходимых медицинских признаков, указывающих на пребывание последнего на месте и во время происшествия в состоянии аффекта, не установлено. При этом экспертами не было выявлено ни одной из трех обязательных фаз развития аффекта (аффективной суженности сознания перед совершением противоправных действий; утраты способности к целостному восприятию ситуации и волевому контролю над ней во время совершения противоправных действий; повышенной утомляемости и астении после совершения противоправных действий). Совершение убийства потерпевшей было обусловлено не аффектом подсудимого, а исключительно его собственными личностными качествами (склонность к демонстративному поведению, импульсивность, возбудимость, нетерпимость к критике, чужому мнению и поведению, агрессивность, склонность к межличностным конфликтам, особенно в контактах узкого круга, индивидуализм, эгоцентризм и т.д.), которые были усилены до состояния психопатической вспышки под воздействием крепкого алкоголя, употребленного подсудимым непосредственно перед совершением убийства.

Констатируя отсутствие объективных медицинских признаков аффективного состояния ФИО3 на месте и во время убийства им потерпевшей, суд также отмечает отсутствие и юридических обстоятельств, с которыми закон связывает квалификацию совершенных убийств по ст. 107 УК РФ.

Так, никакого физического насилия, издевательств, тяжких оскорблений, иных противоправных или аморальных действий (бездействия) в отношении подсудимого потерпевшая ФИО2 не допускала ни непосредственно перед убийством, ни задолго до этого (из материалов дела следует, что в течение нескольких дней перед убийством подсудимый, самостоятельно решивший покинуть дом, вообще не встречался с женой и не общался с ней ни лично, ни по телефону). Признаков «длительной психотравмирующей ситуации», которая могла бы возникнуть для подсудимого в связи с систематическим противоправным либо аморальным поведением потерпевшей, судом также не установлено. Ссоры, периодически возникавшие между подсудимым и его женой в течение их многолетнего брака, иногда, действительно, завершались их поочередными временными уходами из дома, однако во всех случаях заканчивались примирением. От брака имеется пять детей. Не доказанная, однако предполагаемая подсудимым периодическая супружеская неверность его жены – даже в случае её подтверждения – не свидетельствует о систематическом «одностороннем» аморальном поведении потерпевшей, поскольку в течение брака супружеская неверность ранее проявлялась и самим подсудимым (см., например, показания ФИО3 о его уходе к другой женщине в период брака с ФИО2 – Т. 1 л.д. 60). Отсутствие признаков аффективного состояния ФИО3 под влиянием длительной психотравмирующей ситуации подтверждается и самим поведением подсудимого в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ. Так, в указанное время после многодневного отсутствия в своем 

<

адрес>, ФИО3 вновь приехал к этому дому. Заведомо зная, что его жена находится в доме, ФИО3, тем не менее, не проявил какого-либо «аффективного» стремления незамедлительно встретиться с ней в целях расправы. Вместо этого он расположился поблизости от дома для почти двухчасового единоличного распития спиртных напитков и обдумывания своих действий. В течение этого времени нетрезвый ФИО3, не раскрывая своего местонахождения, вел телефонные переговоры с дочерями, намеренно стремясь вызвать их сочувствие к себе ложными заявлениями о намерении покончить жизнь самоубийством и заведомо рассчитывая на то, что эти заявления будут переданы детьми его жене. Не обнаружив какой-либо реакции на эти заявления, нетрезвый ФИО3, не теряя способности к правильной оценке окружающей обстановки, проследовал к сараю, где вооружился автоматом АКМ, привел его в боевую готовность, после чего вошел в дом и причинил жене смертельное огнестрельное ранение. Суд согласен с выводами судебной психолого-психиатрической экспертизы о том, что описанное выше поведение ФИО3 перед совершением им убийства заведомо не является «аффективным», а обусловлено его собственными личностными качествами, общим негативным отношением к потерпевшей и чувством ревности, которое было усилено незадолго до случившегося под воздействием сознательно употребленного подсудимым крепкого алкоголя. 

Виновность ФИО3 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, суд считает доказанной.

На основании мотивированного заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы суд устанавливает, что ФИО3, проявляющий признаки расстройства личности истеро-возбудимого типа, во время совершения инкриминируемых ему преступлений не находился в состоянии аффекта, патологического опьянения, какого-либо иного временного психического расстройства, а равно не страдал и не страдает какими-либо хроническими психическими заболеваниями, слабоумием или иным болезненным состоянием психики; мог в полном объеме отдавать отчет своим действиям и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается, инкриминируемое ему убийство гр-ки ФИО2 совершил в состоянии и под заведомым влиянием простого алкогольного опьянения.

В связи с этим, а равно с учетом данных о личности, уровне образования, характере выполняемой до ареста работы и о поведении подсудимого в ходе судопроизводства по настоящему уголовному делу, суд признает подсудимого ФИО3 вменяемым в отношении содеянного. 

Гражданский иск в уголовном деле не заявлен.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных подсудимым двух умышленных преступлений, одно из которых относится к категории особо тяжких преступлений против жизни, а второе, являясь преступлением средней тяжести, связано с незаконным оборотом огнестрельного оружия и боеприпасов. 

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3 по ч. 1 ст. 105 УК РФ, факт совершения им указанного преступления в состоянии и под заведомым влиянием опьянения, вызванного сознательным предварительным употреблением крепкого алкоголя. Признавая данное обстоятельство отягчающим наказание, суд учитывает как установленные фактические обстоятельства дела, так и соответствующие выводы судебной психолого-психиатрической экспертизы, из которых следует, что именно сознательное употребление крепкого алкоголя в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ, по существу, явилось одним из основных условий, способствовавших совершению достаточно образованным и вменяемым подсудимым убийства жены, поскольку заведомо усилило как его ревность и связанную с этим неприязнь по отношению к потерпевшей, так и его собственные негативные личностные свойства. 

Иных обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого как по ч. 1 ст. 105, так и по ч. 1 ст. 222 УК РФ, судом не установлено.

К числу обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого по ч. 1 ст. 222 УК РФ, суд относит: - активное способствование ФИО3 раскрытию данного преступления, что, в частности, проявилось в том, что в момент задержания ФИО3 указал сотрудникам полиции места хранения в доме незаконно находящегося в его владении огнестрельного оружия и боеприпасов, а также в установлении в дальнейшем на основании именно его показаний времени и места незаконного приобретения им этих предметов (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ); - наличие на иждивении подсудимого трех несовершеннолетних дочерей (п. «г» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ). 

К числу обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого по ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд относит: - наличие на его иждивении трех несовершеннолетних дочерей (п. «г» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ); - проявление подсудимым признаков искреннего раскаяния в причинении смерти жене, последовательное признание им своей фактической вины в совершении указанного преступления, несмотря на необоснованные ссылки на «состояние аффекта» как на обстоятельство, уменьшающее степень общественной опасности содеянного и влекущее, по мнению стороны защиты, возможность применения менее строгого уголовного закона (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Признавая смягчающим обстоятельством последовательное признание подсудимым вины в причинении смертельного огнестрельного ранения потерпевшей ФИО2, суд, тем не менее, не признает имеющийся в материалах дела протокол от ДД.ММ.ГГГГ, содержащий письменное заявление подсудимого о его «явке с повинной» (см. Т. 1 л.д. 44-45), самостоятельным и отдельным обстоятельством, дополнительно смягчающим наказание подсудимого за совершенное им убийство жены в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ. 

Так, причинение тяжкого огнестрельного ранения гр-ке ФИО2 с применением автомата АКМ было совершено подсудимым в условиях полной очевидности данного преступления как для присутствовавших на месте происшествия лиц (родственников подсудимого), так и для вызванных ими же с помощью соседей сотрудников правоохранительных органов. Сам ФИО3 после производства выстрелов в жену из автомата был обезоружен одним из очевидцев случившегося, после чего принудительно удерживался последним непосредственно на месте происшествия вплоть до прибытия туда же первых сотрудников полиции. Обстановка на месте происшествия, находящееся там же орудие преступления (автомат АКМ), а также иные следы преступления (кровь, места попадания пуль в предметы обстановки дома и т.п.) являлись очевидными и для прибывших через непродолжительное время сотрудников дежурной оперативно-следственной группы. Информацию о ФИО3 как о лице, причинившем огнестрельное ранение пострадавшей ФИО2, правоохранительные органы впервые получили не от самого подсудимого, а от жителей 

<

адрес> и от очевидцев преступления (см. Т. 1 л.д. 38). При таких обстоятельствах ошибочно именуемое «явкой с повинной» заявление задержанного ФИО3, который ДД.ММ.ГГГГ подтвердил обстоятельства, ставшие известными правоохранительным органам уже в 21 час 30 минут ДД.ММ.ГГГГ, не отвечает критериям добровольности и первичности сообщения о преступлении, предусмотренным ст. 142 УПК РФ и п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ. По тем же изложенным выше основаниям, а именно, ввиду заведомой очевидности обстоятельств причинения подсудимым огнестрельного ранения потерпевшей, суд не устанавливает и признаков активного способствования ФИО3 раскрытию совершенного им убийства жены в том смысле, как это предусмотрено п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Совершенное ФИО3 преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, было раскрыто следственным путем и, в первую очередь, на основании показаний очевидцев этого преступления, а не благодаря какому-либо способствованию со стороны подсудимого.

Помимо вышеизложенного, суд при разрешении дела учитывает возможное влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, а равно данные, характеризующие личность ФИО3, привлеченного к уголовной ответственности впервые, занимавшегося до ареста общественно полезным трудом, положительно характеризуемого по месту работы в ФГБУ «Национальный парк «Самарская Лука» (Т. 2 л.д. 28), удовлетворительно характеризуемого по месту жительства и в быту свидетельскими показаниями своих дочерей, отрицательно характеризуемого по месту жительства службой участковых уполномоченных Ставропольского ОВД Самарской области (Т. 2 л.д. 30), ранее состоявшего на учете как неблагополучный родитель и привлекавшегося к административной ответственности за нарушение спокойствия граждан и за неисполнение родительских обязанностей по содержанию и воспитанию несовершеннолетних детей, не состоявшего на диспасерных учетах в психоневрологических и наркологических учреждениях, являющегося участником боевых действий в зоне вооруженного конфликта на территории Северо-Кавказского региона, имеющего статус ветерана боевых действий (удостоверение РМ № от ДД.ММ.ГГГГ) и награды за отличие в службе.

Учитывая повышенную общественную опасность совершенных ФИО3 умышленных действий, связанных с незаконным оборотом огнестрельного оружия и боеприпасов, а также особую общественную опасность совершенного им убийства другого человека при наличии обстоятельства, отягчающего наказание, суд исключает возможность применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ при разрешении настоящего уголовного дела и считает, что установленные законом цели наказания могут быть достигнуты лишь в условиях реальной изоляции подсудимого от общества в местах лишения свободы.

Вместе с тем, учитывая данные, положительно характеризующие подсудимого, а равно принимая во внимание совокупность установленных судом обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3, суд считает возможным не назначать последнему дополнительных наказаний, предусмотренных санкциями ч. 1 ст. 105 УК РФ (в виде ограничения свободы) и ч. 1 ст. 222 УК РФ (в виде штрафа).

При определении размера наказания, подлежащего назначению подсудимому по ч. 1 ст. 222 УК РФ, судом принимаются во внимание положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Как следует из материалов уголовного дела (рапорта сотрудника ДПС, прибывшего на место происшествия первым для задержания подозреваемого, от ДД.ММ.ГГГГ – Т. 1 л.д. 43; свидетельских показаний сотрудника О МВД РФ по Ставропольскому району Свидетель №3), фактическое задержание ФИО3 состоялось непосредственно на месте происшествия не позднее 22 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ, то есть до возбуждения настоящего уголовного дела и оформления процессуального протокола задержания подозреваемого в порядке ст. 91-92 УПК РФ. В связи с этим срок отбывания наказания, назначаемого подсудимому ФИО3 по совокупности совершенных преступлений, подлежит исчислению со дня его фактического задержания – с ДД.ММ.ГГГГ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ, и назначить наказание:

- по ч. 1 ст. 105 УК РФ – в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы без ограничения свободы;

- по ч. 1 ст. 222 УК РФ – в виде 1 года лишения свободы без штрафа.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ наказание по совокупности совершенных преступлений назначить ФИО3 путем частичного сложения указанных выше наказаний окончательно в виде 10 (десяти) лет лишения свободы без ограничения свободы, без штрафа.

На основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания наказания в виде лишения свободы назначить ФИО3 исправительную колонию строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – в виде содержания осужденного под стражей.

Срок наказания с зачетом предварительного заключения исчислять осужденному ФИО3 со дня его фактического задержания – с ДД.ММ.ГГГГ.

Вещественные доказательства: - автомат АКМ № калибром 7,62?39 мм; однозарядный карабин ТОЗ-16 № калибром 5,6 мм; деформированную пулю; 1 патрон калибром 7,62?39 мм; 24 гильзы от патронов калибром 7,62?39 мм; 108 гильз от патронов калибром 5, 6 мм, хранящиеся в камере вещественных доказательств О МВД РФ по Ставропольскому муниципальному району Самарской области по квитанциям №№ от ДД.ММ.ГГГГ, - по вступлении приговора в законную силу оставить в распоряжении начальника О МВД РФ по Ставропольскому муниципальному району Самарской области для организации их уничтожения либо иного использования в соответствии с нормативными актами МВД РФ.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Ставропольский районный суд Самарской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а содержащимся под стражей осужденным ФИО3 – в том же порядке и в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб или представления осужденный ФИО3 вправе ходатайствовать о своем личном участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий /подпись/ М.И. Микшевич 

Копия верна: 

на основании апелляционной коллегии Самарского областного суда от 24.01.2018г. приговор Ставропольского районного суда Самарской области от 30 отктября 2017 года в отношении ФИО3, изменить:

- исключить из осуждения ФИО3 по ч. 1 ст. 222 УК РФ незаконное приобретение и хранение не менее 25 охотничьих патронов калибром 7,62-39 мм, однозарядного карабина ТОЗ-16 № калибром 5,6 мм, не менее 300 малокалиберных спортивно-охотничьих патронов калибром 5,6 мм, освободив его от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 222 УК РФ в этой часи;

- признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, участие ФИО3 в боевых действиях в зоне вооруженного конфликта на территории Северо-Кавказского региона, ветераном которого он является, наличие наград за отличие в службе в органах внутренних дел;

- снизить назначенное ФИО3 по ч. 1 ст. 222 УК РФ наказание до 8 месяцев лишения свободы, по ч. 1 ст. 105 УК РФ до 9 лет 3 месяцев лишения свободы.

По совокупности преступлений, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 30 октября 2017 года, зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей со дня его фактического задержания, то есть с 22.04.2017г. по 29.10.2017г. включительно.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу адвоката Задорожной А.Ю. удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47-1 УПК РФ.

Судья -