П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

11 февраля 2020 года село Икряное

Икрянинский районный суд Астраханской области в составе председательствующего судьи Кузнецова В.А., 

с участием государственного обвинителя Ибрагимовой У.К., 

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Ольховской Т.Г., представившей ордер 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята> и удостоверение 

<

номер изъят>, 

при секретаре судебного заседания Давыдовой О.О., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

дата изъята> в 

<

адрес>, проживающего в 

<

адрес>, имеющего 

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 5 статьи 290 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту УК РФ), 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, являясь должностным лицом, получил лично взятку в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя в крупном размере при следующих обстоятельствах.

ФИО1 в соответствии с приказом начальника Управления Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации по Астраханской области В.А. № 307-лс от 03.08.2018 занимал должность начальника Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 10» Управления Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации по Астраханской области.

Будучи обязанным руководствоваться в своей деятельности Конституцией Российской Федерации, Уголовным кодексом Российской Федерации, Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации по вопросам выполняемой службы, в соответствии с должностной инструкцией начальника учреждения, утвержденной 16.08.2018 начальником Управления Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации по Астраханской области, являясь должностным лицом уголовно-исполнительной системы Российской Федерации ФИО1 был наделен следующими полномочиями: 

осуществлять текущее руководство деятельностью Учреждения, обеспечивать выполнение задач, возложенных на учреждение, нести персональную ответственность за их выполнение, соблюдать законодательство Российской Федерации, издавать приказы по вопросам организации работы учреждения, осуществлять контроль за деятельностью структурных подразделений и комиссий Учреждения: организационно-аналитической группы, канцелярии, юридической группы, комиссии по выявлению, изучению и распространению передового опыта, комиссии по соблюдению законности, дисциплинарной комиссии, административной комиссии, организовывать оперативно-розыскную деятельность в учреждении, принимать меры по их совершенствованию и взаимодействовать с оперативными следственными и другими аппаратами облрайорганов внутренних дел в предупреждении, выявлении и раскрытии преступлений, принимать по отношению к нарушителям порядка отбывания наказания предусмотренные законом меры воздействия, организовывать надзор за поведением осужденных, их изоляцию, проведение мероприятий по предупреждению побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания, выявлению каналов проникновения на объекты запрещенных вещей, обеспечивать организацию профилактического учета лиц, склонных к совершению правонарушений, а также уведомлять представителя органа прокуратуры или другие государственные органы обо всех случаях обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения его к совершению коррупционных правонарушений, принимать решения по распределению осужденных по отрядам, как руководитель администрации Учреждения в соответствии со ст. 175 Уголовно – исполнительного кодекса Российской Федерации, в случае поступления от осужденного ходатайства об условно – досрочном освобождении, адресованного в суд, не позднее 15 дней с даты его поступления направить его вместе с характеристикой на осужденного с указанием данных о поведении осужденного, его отношении к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, об отношении осужденного к совершенному деянию, о возмещении причиненного преступлением вреда, а также заключением администрации о целесообразности условно-досрочного освобождения, и будучи одновременно председателем дисциплинарной комиссии Учреждения, созданной в целях обеспечения реализации требований и задач Уголовно-исполнительного законодательства Российской федерации, в том числе, для эффективного регулирования порядка и условий исполнения отбывания наказаний осужденными, стимулирования у них правопослушного поведения, рассматривающей материалы в отношении осужденных по вопросам поощрения или принятия дисциплинарных мер в отношении осужденных, допустивших нарушения режима содержания, имел право согласно ст. 117 Уголовно – исполнительного кодекса Российской Федерации подписывать постановления о наложении взыскания на осужденных.

Приговором Икрянинского районного суда Астраханской области от 11.10.2017 Т осужден по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима, исполнение которого согласно письменному указанию начальника УФСИН России по Астраханской области за № исх-30/ТО/6-589 от 17.01.2018 было возложено на Учреждение.

ФИО1, на которого должностной инструкцией, Уголовно-исполнительным кодексом Российской федерации возложены обязанности по осуществлению контроля и надзора за осужденным Т, отбывающим наказание во вверенном ему учреждении, являясь должностным лицом, обладающий организационно-распорядительными функциями, имея в силу занимаемого им должностного положения и его служебных полномочий возможность способствовать принятию решения судом об условно-досрочном освобождении Т путем содействия в получении положительной характеристики с указанием заключения администрации о целесообразности условно-досрочного освобождения для предоставления в суд вместе с ходатайством последнего, в том числе посредством применения к нему дополнительных поощрений и не наложения дисциплинарных взысканий в случае совершения осужденным нарушений установленного порядка отбывания наказания, в конце декабря 2018 года, более точное время установлено не было, решил получить от осужденного Т взятку в виде денег в размере 700000 рублей за способствование им, как председателем дисциплинарной комиссии и должностным лицом, в получении Т положительной характеристики для представления в суд вместе с ходатайством о условно-досрочном освобождении последнего, которая в силу ч. 4.1 ст. 79 УК РФ и постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.04.2009 № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания», должна учитываться судом при рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении.

В целях получения взятки от осужденного Т, ФИО1 в период с декабря 2018 года по 23.07.2019, более точное время установлено не было, на территории возглавляемого им учреждения по ул. Фунтовское шоссе, 25 в г. Астрахань, используя своё служебное положением и распорядительные функции в отношении осужденных лиц, будучи при исполнении своих должностных обязанностей, действуя вопреки интересам службы, с корыстной целью, неоднократно выдвигал осужденному Т требования и убеждал последнего о необходимости передачи ему лично взятки в размере 700000 рублей, в связи с наличием у него как у начальника исправительного учреждения возможности способствовать принятию судом решения об условно – досрочном освобождении Т, путем его содействия в получении последним положительной характеристики с указанием в заключении администрации о целесообразности условно-досрочного освобождения для предоставления в суд вместе с ходатайством последнего, в том числе посредством применения к нему дополнительных поощрений и не наложения дисциплинарных взысканий в случае совершения последним нарушений установленного порядка отбывания наказания.

В свою очередь Т, желая получения указанных снисхождений, на предложение ФИО1 передать ему взятку согласился, при этом сообщил последнему, что часть указанной суммы взятки в размере 400000 рублей, то есть в крупном размере, ему передаст 

<

данные изъяты> Т.О.

23.07.2019 в период с 19 часов до 20 часов ФИО1, находясь в служебном автомобиле марки ВАЗ-2114 с регистрационным знаком 

<

номер изъят> у дома по ул. Волжская, 148 в р.п. Ильинка Икрянинского района Астраханской области с целью получения взятки в крупном размере получил лично от 

<

данные изъяты> осужденного Т, - Т.О., действующей под контролем сотрудников УФСБ России по Астраханской области, часть взятки в виде денег в размере 400000 рублей, что является крупным размером, за способствование им принятию судом решения об условно-досрочном освобождении Т путем его содействия в получении осужденным положительной характеристики с указанием заключения администрации о целесообразности условно-досрочного освобождения для предоставления в суд вместе с ходатайством последнего, в том числе посредством применения к нему дополнительных поощрений и не наложения дисциплинарных взысканий в случае совершения последним нарушений установленного порядка отбывания наказания, и после получения взятки ФИО1 был задержан сотрудниками УФСБ России по Астраханской области. 

В судебном заседании ФИО1 виновным себя в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, не признал. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании показал, что 3 августа 2018 года он был назначен на должность начальника ФКУ ИК-10. 

В 2018 году был заключен контракт на поставку в УФСИН пяти тонн замороженного мяса уток. Они приступили к выращиванию этих уток на подсобном хозяйстве, которое располагалось в промышленной зоне учреждения, в два этапа - лето и осень 2018 года. Срок закрытия контракта - 31 декабря 2018 года. 

Т, который ранее руководил предприятием по выращиванию птицы, изъявил желание и был трудоустроен на подсобное хозяйство. Первую партию уток они летом вырастили, сдали. 8 ноября 2018 года они приняли последнюю партию уток в 2018 году с целью закрытия контракта, рассчитывая сдать каждую голову в пределах двух килограммов, чтобы закрыть контракт. 

По факту утка, а её было 1400 штук, после убоя имела вес менее килограмма. Им не хватило более двух с половиной тонн мяса для закрытия контракта. 

Вопрос поставки мяса и закрытия контракта в УФСИН очень серьезен, держится на контроле аппарата управления и ФСИН г. Москвы. За недопоставку были служебные проверки, вплоть до увольнения начальника колонии. Они в 2018 году уже не выполнили план по поставке объема свинины. Им было озвучено, что речи о снижении объемов в 2018 году не будет. Он знал, что если не выполнит государственный заказ, он будет уволен. Он был заинтересован в том, чтобы остаться на работе. 

Т, работая на данном подсобном хозяйстве, был в курсе ситуации, тот сказал: «А.Г., не переживайте, я помогу. Если надо деньгами помогу, купите». Он ему ответил, что эти деньги он в любом случае вынужден будет вернуть. Тот предложил в течении полутора, двух лет вернуть, подбадривал, поддержал его, предлагал не переживать, говорил, что если необходимы деньги, он их ему займет. Он согласился только с учетом возврата на долговременной основе. Джентльменское соглашение заключалось в займе ему трехсот пятидесяти тысяч рублей для того, чтобы покрыть затраты на приобретение уток.

В фирме «Бизнес-партнер» нашли уток, чтобы закрыть контракт, на сумму 350 тысяч рублей. Когда он сказал об этом Т, что ему необходимо рассчитываться, тот соглашался, предлагал не переживать.

Мясо уток было сдано на базу УФСИН, контракт был закрыт в полном объеме. Т сказал, что у него проблемы со счетами. Заняв деньги у знакомых на два месяца, он рассчитался с фирмой «Бизнес-партнер». 

Где-то в начале февраля Т дал телефон и сказал, что человек в Астрахани будет заниматься деньгами и привезет их ему. Как потом оказалось это был телефон 

<

данные изъяты>. Когда в конце февраля нужно было отдавать деньги, он звонил на этот номер 22 февраля, предложил подъехать, тот сказал, что он не в Астрахани. Он направил ему два сообщения, ответы на них не пришли. Тогда в Сбербанке он получил кредит и рассчитался с ребятами. Он взял кредит, не поставив в известность семью. С 13 февраля по 23 марта он находился в отпуске, служебной машиной не пользовался, в комнату для длительных свиданий не приходил, телефон Т не давал. 

Когда он был в отпуске, ему сообщили, что Т водворили в ШИЗО. Со слов М ему принесли документы, он подписал, позвонил полковник, сказал, что хочешь делай, но водворяй. Т он (ФИО1 ) объяснил, что им заинтересовались из аппарата управления. 

В середине апреля начальник оперативного отдела Л сообщил, что из аппарата управления требуют заключение о переводе Т в ИК-8, а через два дня тот входит в кабинет уже с подписанным заключением, говорит, что звонили из аппарата управления, требовали привезти заключение через час, он его подписал. Т убыл в ИК-8 в конце апреля и в начале июля прибыл в ИК-10.

21-22 июля у него был разговор с Т, он был вынужден попросить Т по возможности добавить 50 тысяч рублей к тремстам пятидесяти, поскольку до 31 июля начальником управления был поставлен срок для доставки в Москву индивидуальных рационов питания, а бухгалтерия для её оплаты денежных средств не имела. С июля Т стал спрашивать его, не поможет ли он по УДО. Он был вынужден, поставленный в такую ситуацию, он его обманывал, вынужден был говорить ему о том, что войдет в его положение, что направит документы, входить к нему в еще большее доверие, чтобы он все-таки выполнил свое джентльменское соглашение. Он не мог уже платить по 12000, был вынужден обмануть Т, чтобы наконец-то рассчитаться с кредитом.

Примерно с осени 2018 года в отношении него со стороны начальника УФСИН начались гонения, в первом полугодии за четыре месяца он был четыре раза привлечен к дисциплинарной ответственности. Ему было предложено написать рапорт на увольнение, он отказался. 

Т на момент 2019 года имел четыре поощрения, чего более чем достаточно для обращения в суд, он был положительно характеризующимся осужденным. Никаких привилегий не было. Представление на изменение вида на колонию-поселение он не подписывал. Возможности способствовать принятию решения судом об условно-досрочном освобождении Т он не имел. 

22 числа они определились на сумме 400 тысяч рублей, Т ему сообщил, что передачей денег будет заниматься 

<

данные изъяты>, назначил встречу, и 23-го числа он прибыл к дому Т. 

Т подъехала, вышла из машины, прошла к нему, села на переднее сиденье, сама открыла бардачок, положила в него деньги, сказав, что там всё, что он сказал. На её вопрос, когда она его увидит, может быть в сентябре, он сказал, что нет, в октябре, поскольку в среднем месяц уходит на рассмотрение ходатайства в суде. Расписку он Т не писал. 

Положив деньги, она вышла, после чего в 19:30 к нему подошли сотрудники ФСБ. Его спросили понесет ли он дальше, он сказал, что никуда эти деньги не понесет. Вызвали следователя.

Он разговаривал с Т по сотовому телефону, в том числе общался по мессенджеру WhatsApp, поскольку Т был одним из главных подозреваемых, который организовывал каналы поступления телефонов. Целью общения с ним по сотовому телефону было получение информации о тех процессах, которые происходят в колонии. 

Решение о поощрении или о наложении взыскания принимает не начальник колонии, а члены комиссии. Характеристику готовит начальник отряда, она подписывается руководителями ведущих отделов и служб, утверждает начальник учреждения. 

Суд, допросив подсудимого, свидетелей, исследовав протоколы следственных действий, заключения экспертов, вещественные и иные доказательства, пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. 

Суд приходит к такому выводу исходя из следующего.

Вина ФИО1 в получении лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя в крупном размере подтверждается следующей совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Согласно приказу начальника УФСИН России по Астраханской области от 03.08.2018 № 307-лс полковник внутренней службы ФИО1 назначен на должность начальника ФКУ «Исправительная колония № 10 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Астраханской области». (л.д. 144-145 том № 6) 

Согласно справке-объективке полковник внутренней службы ФИО1 с 01.08.2018 занимал должность начальника колонии ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области. (л. д. 96-97 том № 1) 

17.12.2018 с ФИО1, начальником ФКУ «Исправительная колония № 10 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Астраханской области», заключен контракт о службе в уголовно-исполнительной системе на срок три года. (л.д. 163-164 том № 6) 

Согласно должностной инструкции начальника ФКУ «Исправительная колония № 10» УФСИН России по Астраханской области полковника внутренней службы ФИО1 начальник колонии в своей деятельности должен руководствоваться Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, законами Астраханской области, указами и распоряжениями Президента Российской Федерации, нормативными актами, приказами Минюста России, ФСИН России (ГУИН Минюста России) и УФСИН России по Астраханской области, регламентирующих служебную деятельность. 

Начальник колонии обязан:

осуществлять текущее руководство деятельностью Учреждения, обеспечивать выполнение задач, возложенных на учреждение, нести персональную ответственность за их выполнение, соблюдать законодательство Российской Федерации, издавать приказы по вопросам организации работы учреждения;

осуществлять контроль за деятельностью структурных подразделений и комиссий ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области: организационно-аналитической группы, канцелярии, юридической группы, комиссии по выявлению, изучению и распространению передового опыта, комиссии по соблюдению законности, дисциплинарной комиссии, административной комиссии;

организовывать оперативно-розыскную деятельность в учреждении, принимать меры по их совершенствованию и взаимодействовать с оперативными, следственными и другими аппаратами облрайорганов внутренних дел в предупреждении, выявлении и раскрытии преступлений;

принимать по отношению к правонарушителям порядка отбывания наказания предусмотренные законом меры воздействия;

организовывать надзор за поведением осужденных, их изоляцию, проведение мероприятий по предупреждению побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания, выявлению каналов проникновения на объекты запрещенных вещей;

обеспечивать организацию профилактического учета лиц, склонных к совершению правонарушений;

принимать решения по распределению осужденных по отрядам,

уведомлять представителя органа прокуратуры или другие государственные органы обо всех случаях обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения его к совершению коррупционных правонарушений. (л.д. 98-110 том № 1, л.д. 146-158 том № 6) 

Согласно Уставу федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 10 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Астраханской области», располагающегося в 

<

...>, учредителем которого является Российская Федерация, Учреждение является учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим уголовные наказания в виде лишения свободы. 

Непосредственное управление Учреждением осуществляет начальник Учреждения, который назначается на должность начальником УФСИН России по Астраханской области. Начальник учреждения принимает на службу (работу), заключает контракты (трудовые договоры), назначает на должность, перемещает, освобождает от должности и увольняет работников Учреждения. (л.д. 197-203 том № 6) 

Согласно приказу начальника ФКУ ИК-10 ФИО1 от 12.02.2019 утверждены положение о дисциплинарной комиссии и состав дисциплинарной комиссии ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области. (л.д. 213 том № 6)

Согласно положению о дисциплинарной комиссии ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области от 12.02.2019 указанная комиссия создана в целях обеспечения реализации требований и задач уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, для эффективного регулирования порядка и условий исполнения отбывания наказаний осужденными, применения средств исправления осужденных, стимулирования правопослушного поведения у осужденных и рассматривает материалы в отношении осужденных, допустивших нарушение режима содержания, перевод в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, о поощрении осужденных. 

Дисциплинарная комиссия ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области состоит из председателя, которым является начальник исправительной колонии или лицо его замещающее, трех заместителей, секретаря и членов комиссии. Председатель и члены комиссии несут персональную ответственность за принятые решения. (л.д. 214-215 том № 6) 

В соответствии с ч. 2 ст. 117 УИК РФ взыскание на осужденного налагается постановлением начальника исправительного учреждения или лица, его замещающего.

В соответствии с ч. 2 ст. 175 УИК РФ администрация учреждения, исполняющего наказание, в котором осужденный отбывает наказание, не позднее чем через 15 дней после подачи ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания направляет в суд указанное ходатайство вместе с характеристикой на осужденного. В характеристике должны содержаться данные о поведении осужденного, его отношении к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, об отношении осужденного к совершенному деянию, о возмещении причиненного преступлением вреда, а также заключение администрации о целесообразности условно-досрочного освобождения. 

В соответствии с ч. 4.1 ст. 79 УК РФ при рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания суд учитывает поведение осужденного, его отношение к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, в том числе имеющиеся поощрения и взыскания, отношение осужденного к совершенному деянию и то, что осужденный частично или полностью возместил причиненный ущерб или иным образом загладил вред, причиненный в результате преступления, а также заключение администрации исправительного учреждения о целесообразности его условно-досрочного освобождения. 

В соответствии с приказом директора ФСИН России от 23.08.2019 № 665-лс расторгнут контракт о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и уволен со службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации полковник внутренней службы ФИО1 (л.д. 25 том № 7) 

Указанные фактические данные подтверждают, что в указанное в обвинении время при совершении преступления против государственной власти и интересов государственной службы, ФИО1 являлся должностным лицом уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, осуществлял функции представителя власти и выполнял организационно-распорядительные функции в государственном учреждении. Указанные доказательства также подтверждают, что ФИО1 в силу своего должностного положения как исходя из его властных правомочий, так и авторитета, мог способствовать условно-досрочному освобождению осужденных. 

Согласно приговору Икрянинского районного суда Астраханской области от 11.10.2017, вступившему в законную силу 21.12.2017, Т осужден по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4. ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 1000000 рублей. (л.д. 74-79, 87-158, 167-193 том № 2)

Согласно протоколу выемки от 24.07.2019 в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области изъяты лично дело осужденного Т, приговор и апелляционное определение от 21.12.2017, паспорт, полис, справочная карточка, документы о личности Т, характеристика на Т (л.д. 11-18 том № 2) 

Согласно сведениям о заключенном Т прибыл в ИК-10 г. Астрахани 16.01.2018, 25.04.2019 переведен в ИК-8 г. Астрахани и 03.07.2019 возращен в ИК-10 г. Астрахани. 

С учетом постановления Советского районного суда г. Астрахани от 18.10.2018 срок для колонии-поселения 13.12.2017, для условно-досрочного освобождения – 12.09.2019. (л.д. 70, 71, 206-297 том № 2) 

В соответствии с приказами начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области (врио начальника) о поощрении № 5 от 23.05.2018, № 15 от 29.10.2018, № 3 от 16.08.2018, № 2 от 19.02.2019 осуждённому Т предоставлены дополнительные длительные свидания. (л.д. 169-171, 172-173, 174, 175-190 том № 6)

Согласно ходатайству Т от 22.02.2019 осужденный обратился в Советский районный суд г. Астрахани с ходатайством об изменении колонии общего режима на колонию-поселение. (л.д. 168-172 том № 3) 

Согласно представлению об изменении вида исправительного учреждения, направленного 25.02.2019 в суд Врио начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области М администрация ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области поддерживает ходатайство осужденного Т о переводе из ИК общего режима в колонию-поселение. (л.д. 209-210 том № 2) 

Согласно справке о поощрениях и взысканиях на осужденного Т до 19.02.2019 при наличии четырех поощрений в виде дополнительного длительного свидания он взысканий не имел. (л.д. 160 том № 3)

Согласно справке о поощрениях и взысканиях на осужденного Т 01.03.2019 на него наложены взыскания в виде выговора и водворения в ШИЗО. (л.д. 201 том № 3)

Согласно протоколу дисциплинарной комиссии № 66 от 01.03.2019, утвержденному председателем комиссии М, к осужденному Т применены дисциплинарные взыскания в виде выговора и водворения в ШИЗО сроком на 7 суток. (л.д. 181 том № 6) 

Согласно протоколу дисциплинарной комиссии № 69 от 07.03.2019, утвержденному председателем комиссии М к осужденному Т применено дисциплинарное взыскание в виде водворения в ШИЗО сроком на 15 суток. (л.д. 182 том № 6) 

Согласно постановлению врио начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области М от 07.03.2019 осужденный Т водворен в штрафной изолятор на 15 суток. (л.д. 196 том № 3) 

Постановлением Советского районного суда г. Астрахани от 08.04.2019 производство по ходатайству осужденного Т об изменении вида исправительного учреждения в связи с его отзывом Т прекращено. (л.д. 212 том № 2) 

Согласно заключению начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области ФИО1 от 23.04.2019 в связи с наличием в оперативном отделе ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области информации о поступающих Т угрозах физической расправы необходимо направление Т для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Астраханской области. (л.д. 219-220 том № 2) 

Согласно постановлениям прокурора по надзору за соблюдением закона в исполнительных учреждениях Астраханской области от 17.05.2019 отменены как противоречащие законодательству постановления врио начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области от 01.03.2019 и от 08.03.2019 в применении к Т взысканий в виде водворения в штрафной изолятор соответственно сроком на 7 и 15 суток. (л.д. 222-223, 224-226 том № 2) 

Согласно заключению начальника ФКУ ИК-8 УФСИН России по Астраханской области от 02.07.2019 в связи с наличием в оперативном отделе ФКУ ИК-8 УФСИН России по Астраханской области информации о поступающих Т угрозах физической расправы от отрицательно настроенной части осуждённых необходимо направление Т для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области. (л.д. 229-230 том № 2) 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Т, отбывающий наказание в ИК-10 УФСИН России по Астраханской области с января 2018 года, показал, что с ФИО1 он познакомился практически в первый день, так как был трудоустроен на промышленную зону в центр трудовой адаптации осужденных. С лета 2018 года он был переведен на облегченные условия отбытия наказания. 

На него возложили обязанности по реконструкции цеха по разведению птицы, по свинокомплексу, по теплице. С первых дней у них (с ФИО1) сложились доверительные отношения, он по всем вопросам обращался к нему.

К июню 2018 месяцу была завезена птица и непосредственное участие по её разведению он принимал в тесном сотрудничестве с начальником колонии. 

В конце 2018 года, после сдачи очередной партии птицы, а было сдано меньше того, что было заявлено в государственном контракте, ФИО1 сказал, что образуется небольшая недостача, ему нужно было покрывать её из собственных средств, как негласно принято у них в УФСИНе, что ему необходимо в этом помочь и есть ли у него такая возможность помочь ему в этом. Сумму, необходимую для приобретения объема недостающего мяса, они не обсуждали. 

Он (ФИО1) изначально попросил взаймы денежные средства, они договорились с ним, что к этому вопросу вернутся где-то в январе 2019 года. После этого он (ФИО1) попросил денежные средства, он ему сказал, чуть попозже, он соберет и предоставит. Потом от ФИО1 последовало предложение, что деньги тот не возвращает, взамен он пообещал ему помочь в изменении вида исправительного учреждения, что поможет уйти с общего режима на колонию-поселение. После Нового года про долг они уже не обсуждали. Вначале был вопрос о помощи в смене вида исправительного учреждения и обсуждалась первая сумма 350000 рублей. Общая договоренность была на 700000 рублей, то есть 350000 и 350000.

В конце февраля, в период с 21 по 24 февраля 2019 года, когда он 

<

данные изъяты> находились в комнате длительных свиданий, он (ФИО1) пришел туда, сказал, что уходит в отпуск, что ему срочно нужны деньги, потому что у него поджимают сроки. ФИО1 предоставил связь, чтобы он связался с 

<

данные изъяты>, Т.Н., для перевода. 

Он объяснил А, который отбывает с ним наказание, ситуацию, что А.Г. (ФИО1) попросил положить в багажник его служебного автомобиля, попросил А найти человека, который сможет это сделать и обналичить деньги переводом на карту одного из родственников. 

Его (Т) 

<

данные изъяты> – Т.Н., 25 февраля 2019 года перевел 300000 рублей на карту 

<

данные изъяты> А, его 

<

данные изъяты>, как он тогда считал, снял эти деньги и положил в багажник автомобиля А.Г..

В конце февраля он обращался в суд с ходатайством об изменении вида исправительного учреждения, подав его в воспитательный отдел с открытой датой. Колония представила положительную характеристику, начальник колонии внёс представление. Как он понял, деньги должны были быть перечислены до рассмотрения судом его ходатайства, которое состоялось 08.04.2019. 

28 февраля было составлено два акта о том, что он не поприветствовал сотрудника и у него не было нагрудного знака. После этого вынесли выговор, 1 марта он был помещен в штрафной изолятор на 7 суток. В штрафной изолятор к нему пришли исполняющий обязанности начальника колонии М и начальник оперативного отдела Л, который сказал, что таково указание полковника, что в дальнейшем к нему будут применены самые строгие меры. Причину не объяснили, фамилию не назвали, сказали, что полковник дал указание и после того, как 28 марта 2019 года ФИО1 выйдет из отпуска, он должен будет с ним разбираться, что их это не касается, они выполняют волю начальника. Ему повторно выписали 15 суток штрафного изолятора. 

На момент рассмотрения в судебном заседании его ходатайства он уже характеризовался с отрицательной стороны, и ему пришлось отозвать ходатайство. Затем его этапировали в ИК-8 для дальнейшего отбытия наказания, где он находился до 05.07.2019. Перед отъездом (в ИК-8), ФИО1 сказал, что это личное указание начальника управления, что он не знает причину перевода, а позднее сообщил, что ему, якобы, угрожали расправой, в связи с чем его и перевели. Угроз с чьей-либо стороны не было. Впоследствии прокуратура признала выдворение в штрафной изолятор и вынесение выговора незаконными.

Где-то в мае, ему позвонил А, сказал, что с ним пытается связаться ФИО1, что остались нерешенные вопросы по их джентльменскому соглашению, что нужно «дорешать». В ходе телефонного разговора они договорились, что необходимо оставшуюся сумму, а общая сумма договоренности была 700000 рублей, либо он ему переведет, либо тот ему поможет перевестись из ИК-8 назад в ИК-10, где они сориентируются. Так как необходимость в изменении вида исправительного учреждения отпала и подходило к осени условно-досрочное освобождение, он попросил его за эти деньги содействия в условно-досрочном освобождении. Тот согласился, но сказал, что у него горит и необходимо это джентльменское соглашение до конца «дорешать».

Переговоры они вели при помощи сотовой связи, он это сохранял. Связь доставлялась через начальника колонии ФИО1 Записывал на телефон, сохранял на микро-CD, в последующем у него изъяли и телефон, и микро-CD сотрудники правоохранительных органов. В последующем он прослушивал эти записи в ходе расследования, опознавал голоса.

В июле 2019 года его перевели из ИК-8 в ИК-10, А.Г. (ФИО1) его вновь трудоустроил на тот же объект. В ходе двух или трех посещений до конца июля, а ФИО1 приходил в цех, в центр трудовой адаптации на промышленную зону, он обращался с вопросом об условно-досрочном освобождении, срок для которого подходил 12.09.2019. Они с ним договорились об оставшейся сумме, как передать и что за эти оставшиеся денежные средства он ему поможет сделать. Разговор был о том, что ему необходимо было 350000 изначально на условно-досрочное освобождение, он пообещал ему помочь. При последнем разговоре, где-то в конце июля, он сказал, что еще 50000 ему понадобилось, что ещё 400000 ему нужно срочно, и он уже провел переговоры с заинтересованными лицами и вопрос решит. Общая сумма была 700000 рублей, она обговаривалась изначально. ФИО1 знал, что все взыскания с него были сняты. 

Изначально вопрос стоял об изменении вида исправительного учреждения, то есть переводе в колонию-поселение, потом этот вопрос снялся и вопрос стоял только об условно-досрочном освобождении.

Где-то в конце июля он (ФИО1) поехал к 

<

данные изъяты> домой и при получении оставшейся суммы был задержан. Он написал 

<

данные изъяты>, сказал, что необходимо еще 400000 рублей и А.Г. вопрос закрывает. Рассматривали два варианта, либо 

<

данные изъяты>, либо багажник машины, иного они не обсуждали. Деньги были переданы за положительную характеристику, представление, необходимое количество поощрений для удовлетворения ходатайства, за то, чтобы договориться с прокуратурой. 

Согласно акту от 23.07.2019 в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области у осужденного Т изъята флеш-карта «MicroSD». (л.д. 55 том № 1)

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 24.07.2019, проведенного на территории ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, со слов участвующего в следственном действии Т предложение о передаче 600000 рублей за помощь в условно-досрочном освобождении поступило от ФИО1 в кабинете подсобного хозяйства (птичника).

По словам Т предложение о срочной передаче 350000 рублей для начала решения вопроса о переводе на участок колонии-поселения и последующем условно-досрочном освобождении поступило от ФИО1 в комнате длительных свиданий № 8. 

Встреча Т с ФИО1, пояснившим, что для решения вопроса по условно-досрочному освобождению необходимо будет заплатить 400000 рублей, произошла 23.07.2019 в первой половине дня у входа в задние подсобного хозяйства (птичник). (л.д. 234-241 том № 1) 

Суд считает ошибочным, а потому отвергает указание в протоколе осмотра места происшествия от 24.07.2019 (л.д. 234-241 том № 1) на 600000 рублей, как на сумму, предназначавшуюся для передачи ФИО1 за помощь Т в условно-досрочном освобождении, поскольку исходя из показаний Т, Т.О., Т.Н., А.М., размера денежных сумм, переведенных Т.Н. и переданных ФИО1 Т.О. предметом взятки является денежная сумма в 700000 рублей. 

Оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от 24.07.2019 (л.д. 234-241 том № 1) не имеется, поскольку следственное действие проведено и его результаты оформлены в полном соответствии с требованиями ст.ст. 166, 176, 177, 180 УПК РФ, в то время как содержащиеся в нём сведения, с учетом данной судом оценки, являются достоверными.

По указанной причине ходатайство стороны защиты о признании протокола осмотра места происшествия от 24.07.2019 недопустимым доказательством является необоснованным и не подлежит удовлетворению. 

Согласно постановлению Врио начальника УФСИН России по Астраханской области о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору, в суд от 12.08.2019 принято решение о передаче в СК РФ по Астраханской области в том числе Disc(а) CD-R 1 ед., флеш-карты MicroSD 1 ед., сотового телефона «Samsung» SM-J250F/DS. (л.д. 138 том № 5) 

Согласно протоколам осмотра предметов (документов) от 12.08.2019, от 20.08.2019 и от 24.09.2019 аудиофайл «AUD-20190528-WA0003» на лазерном диске белого цвета содержит монолог мужчины, который сообщает собеседнику, что на 17-е число есть у него перспектива, предлагает двинуться по его просьбе, а то у него край, предлагает сделать, по возможности, по такой же схеме, говорит, что та схема была нормальная, там только он. 

Участвующий в следственном действии Т заявил, что во время разговора, происходившего в пожарной части ФКУ ИК-10, ФИО1 говорил о вопросах, связанных с ранее обещанным им условно-досрочным освобождением, о передаче ему по той же схеме денежных средств в багажник автомобиля. 

Участвующий в осмотрах 20.08.2019 и 24.09.2019 ФИО1 заявил, что голоса, в том числе и свой, он не узнает. 

Флеш-карта «MicroSDHC» с надписью «Smartbuy» содержит шесть аудиофайлов. 

Аудиофайл с названием «1» с датой создания 27.05.2019 содержит монолог мужчины (Т), который сообщает собеседнику, которого называет А.Г., что ШИЗО сняли, остался один выговор, что суд на 17 июня назначен, спрашивает такой же объем документов, или нужно дополнить.

Участвующий в следственном действии Т заявил, что это его монолог при разговоре с ФИО1 

Участвующий в осмотрах 20.08.2019 и 24.09.2019 ФИО1 заявил, что голоса, в том числе и свой, он не узнает. 

Аудиофайл с названием «2» с датой создания 30.05.2019 содержит диалог двух лиц (Т и ФИО1 ), одно из которых называет второго другом, спрашивает, как тот, говорит, что он на работе, а его собеседник говорит о том, что человек работает до восьми и сможет только после двадцати ноль ноль. 

Участвующий в следственном действии Т заявил, что когда он находился в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Астраханской области, во время разговора с ФИО1, говоря, что человек сможет только после 8, он имел ввиду, что деньги ему сможет привезти по той же схеме, путем помещения в багажник. 

Участвующий в осмотрах 20.08.2019 и 24.09.2019 ФИО1 заявил, что голоса, в том числе и свой, он не узнает. 

Аудиофайл с названием «3» с датой создания 30.05.2019 содержится диалог двух лиц (Т и ФИО1 ), одно из которых, сообщая, что будет допоздна, предлагает нести постепенно, а собеседник, называя его А.Г., говорит о том, что у него 2 с копейками пока, завтра остальные могут быть, спрашивает поддержит ли тот его. 

Участвующий в следственном осмотре Т заявил, что, находясь ФКУ ИК-8 УФСИН России по Астраханской области, и разговаривая с ФИО1, он имел ввиду, что собрал всего 200 тысяч рублей, ФИО1 же предложил передавать их частями. 

Участвующий в осмотрах 20.08.2019 и 24.09.2019 ФИО1 заявил, что голоса, в том числе и свой, он не узнает. 

Аудиофайл с названием «4» с датой создания 05.07.2019 содержит диалог двух лиц (Т и ФИО1 ), одно из которых, которого собеседник называет А.Г., спрашивает, общался ли тот с ОСБ, с ФСБ, спрашивает, насколько он быстро выполнит их джентльменское соглашение, говорит о том, что помощь нужна, потому что все другие резервы уже исчерпаны, что всё также, а собеседник, отрицая общение с ОСБ, с ФСБ, говорит, что не знает (по поводу джентльменского соглашения), спрашивает в каких объемах, так же и реально, этот вариант. 

Участвующий в следственном осмотре Т заявил, что запись сделана им, в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, на записи его и ФИО1 голоса. 

Участвующий в осмотре 24.09.2019 ФИО1 заявил, что этот разговор с Т у него произошел в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области. Он вернулся к разговору, состоявшемуся в декабре 2018 года, о том, чтобы Т оказал ему содействие в погашении финансовой задолженности колонии за мясо уток в размере 350000 рублей с возвратом денег на долгосрочной основе. 

Аудиофайл с названием «5» с датой создания 08.07.2019 содержит, помимо прочего, диалог двух лиц (Т и ФИО1), одно из которых, называя собеседника Д.Б., обещает вопрос порешать, что поможет, но чтобы не были против кураторство, прокуратура, без которых он никак, что нужно решать, сегодня, завтра, спрашивает есть ли у него дома камера, а собеседник говорит о соглашении, о том, что говорили о 300 или 600, что он не помнит, сообщает об УДО, которое подходит 12 сентября. 

Участвующий в следственном действии Т заявил, что в его диалоге с ФИО1, который состоялся накануне 22.07.2019, он (Т) спрашивает сможет ли тот решить вопрос с его УДО, тот подтверждает, интересуется, есть ли у него дома камеры наружного наблюдения, так как намеревался съездить к нему домой и получить деньги у 

<

данные изъяты> за решение вопроса по УДО. 

Участвующий в осмотре 24.09.2019 ФИО1 заявил, что узнает голоса, в том числе и Т, что разговор был в июле 2019 года перед его отпуском, что Т говорил, что 12.09.2019 у него подходит УДО, спрашивает у него о том, реально ли помочь, он ответил, что «за него вопрос порешаем», но «чтобы не были против с прокуратуры», хотя осознавал, что не имел намерений и реальной возможности выполнить и повлиять на решение суда. Он спрашивал, стоят ли у него камеры дома из-за любопытства. 

Аудиофайл с названием «6» с датой создания 22.07.2019 содержит, помимо прочего, диалог двух лиц (Т и ФИО1 ), одно из которых, предлагает закрыть вопрос, если готов, спрашивает 

<

данные изъяты> ли будет заниматься этим вопросом, в Ильинке ли она, на машине ли, где тот живет в Ильинке, говорит, что по УДО надо дождаться, что разговор был, что говорил, что желание у человека освободиться, предлагает предупредить человека, что позвонят, только без имен, без всего, что он напишет ей, и если есть возможность, добавить полтинник. При этом собеседник говорит, что он готов, называет номер 

<

номер изъят>, что он (собеседник) выбрал такой механизм, спрашивает, рано ли сделать ему поощрение, о перспективе по УДО, про четыреста, после предложения добавить полтинник. 

Участвующий в следственном осмотре Т заявил, что голоса на записи принадлежат ему и ФИО1 Они обсуждают адрес его проживания, чтобы тот сам съездил за деньгами, он рассказывал, где проживает, они обсуждали его условно-досрочное освобождение. 

Участвующий в осмотре 24.09.2019 ФИО1 заявил, что разговор между ним и Т происходит на территории двора ведомственной пожарной части ИК-10 22.07.2019. На его вопрос, кто будет заниматься этим вопросом, имея ввиду привезти ему деньги, Т ответил, что 

<

данные изъяты>, назвал номер её мобильного телефона, сказал, что она сможет подъехать, подробно объяснил, где находится его дом. Он спрашивал у Т есть ли возможность добавить к ранее договоренным 350000 полтинник, тот спрашивает про 400000, он подтверждает. 

На лазерном диске с надписью «секретно несекретно по пост. № 83/32в-2423 от 23.07.19 г 83/32-421/CD-R от 23.07.19 г» содержатся видеофайл с названием «Видеозапись» с датой создания 23 июля 2019 года и аудиофайл с названием «Аудиозапись» с датой создания 23.07.2019 года. 

Видеофайл содержит изображение водителя, предположительно женщины, которая, взяв камеру, выходит из машины, направляется к автомобилю ВАЗ-2114, в котором находится мужчина в синей защитной форме, садится в машину, сообщает, что здесь всё, что он сказал, спрашивает, увидит ли его в сентябре, предлагает сентябрь. Собеседник говорит про октябрь, что месяц нужен для разгона, не ускоряя, что всё вроде как нормально. После этого человек, осуществляющий видеосъемку, выходит из автомобиля и направляется в свой автомобиль.

Аудиофайл содержит диалог, полностью соответствующий содержанию видеозаписи. 

Участвующий в следственных действиях 20.08.2019 и 24.09.2019 ФИО1 заявил, что это встреча в момент, предшествующий его задержанию 23.07.2019. 

(л.д. 153-179 том № 5, л.д. 184-208 том № 5, л.д. 1-25 том № 5, л.д. 79-104 том № 7) 

Оснований для признания недопустимыми доказательствами физических носителей информации - лазерного диска белого цвета с аудиофайлом «AUD-20190528-WA0003», флеш-карты «MicroSDHC» с надписью «Smartbuy» с шестью аудиофайлами, лазерного диска с видеофайлом с названием «Видеозапись»и аудиофайлом, признанных в качестве вещественных доказательств, не имеется поскольку наличие шумов, прерывание разговоров, отсутствие сведений о марке аппаратуры, с помощью которой осуществлялись аудио и видеозаписи, основанием для этого не являются. При этом сам факт применения в ходе оперативного эксперимента указанной аппаратуры, равно как и относимость этих материалов к уголовному делу сомнений у суда не вызывает. 

По указанной причине соответствующее ходатайство стороны защиты о признании названных доказательств недопустимыми является необоснованным и не подлежит удовлетворению. 

Согласно протоколу обыска от 24.07.2019 в служебном кабинете ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области по ул. Фунтовское Шоссе, 25 в г. Астрахань на письменном столе обнаружены три листа формата А4: Справка о задолженности заемщика, заявление о досрочном погашении кредита, график платежей, на обороте последнего из которых имеется рукописная запись: «О В 

<

адрес>». 

В выдвижном ящике по центру стола обнаружен тетрадный лист с рукописной записью «Птичник 

<

номер изъят>». В выдвижном ящике стола справа обнаружена бумажная салфетка с рукописными записями «

<

номер изъят> Т. 

<

номер изъят> О» и флеш-карта «QUMO Micro 32 GB». (л.д. 203-217 том № 1) 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 23 июля 2019 года у дома по ул. Волжская, 148 в р.п. Ильинка Икрянинского района Астраханской области располагается автомобиль марки ВАЗ-2114 с регистрационным знаком 

<

номер изъят>. Рядом с автомобилем находится начальник ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области ФИО1 

ФИО1, со слов которого он находится в этом месте для получения от Т в качестве займа около 400 тысяч рублей, выдал находившийся под сиденьем автомобиля пакет сиреневого цвета, в котором обнаружены 80 купюр билетов Банка России номиналом 5000 рублей, с одинаковым серийным номером 

<

номер изъят> каждая. 

В портфеле, обнаруженном в автомобиле, изъяты служебное удостоверение на имя полковника внутренней службы ФИО1, мобильные телефоны марки «Samsung» (imei 

<

номер изъят>; 

<

номер изъят>) и «MOTOROLA». (л.д. 143-179 том № 1)

Указанное доказательство является относимым, допустимым и достоверным, а потому суд основывает на нём свои выводы в отношении подсудимого.

Суд исходит из того, что следственное действие было проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 166,176,177, 180 УПК РФ, до возбуждения уголовного дела и до задержания ФИО1 в порядке ст. 92 УПК РФ, участие адвоката с учетом требований ст. 51 УПК РФ не являлось в данном случае обязательным, а отсутствие адвоката при производстве следственного осмотра, не указание в протоколе осмотра сведений о всех присутствующих на месте происшествия лицах, не являющихся его участниками, не влечет за собой признание протокола следственного действия недопустимым доказательством. При этом согласно протоколу осмотра места происшествия видеозапись в ходе следственного действия не проводилась, а потому доводы подсудимого о необходимости приобщения к нему видеозаписи являются необоснованными. Также необоснованными являются доводы подсудимого о том, что рукописный текст протокола неразборчив и затрудняет его прочтение, поскольку это не соответствует действительности. 

По указанной причине соответствующее ходатайство стороны защиты о признании названного доказательства недопустимым является необоснованным и не подлежит удовлетворению. 

В соответствии с приказом врио начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области от 18.07.2018 № 281 и приложением к нему служебным автотранспортом указанного учреждения является автомобиль ВАЗ 2114 с государственным номером 

<

номер изъят>. (л.д. 5,6 том № 5) 

Согласно протоколу осмотра предметов и документов от 08.08.2019 осмотрен изъятый в ходе осмотра места происшествия 23.07.2019 у дома по ул. Волжская, 148 п. Ильинка мобильный телефон марки «Motorola» (

<

***>

<

номер изъят> IMEI 2: 

<

номер изъят>) с двумя сим-картами «Билайн». 

При осмотре обнаружена переписка с использованием приложения «WhatsApp» с контактами «О Ацкк», «Ацкк», «+

<

номер изъят> 

Согласно переписке с контактом «О Ацкк» (телефонный 

<

номер изъят>) 23.07.2019 указанный контакт в 13:11 сообщает, что он дома, ждет звонка, в 19:20 ФИО1 сообщает, что минут через 10-15, магазинчики на повороте на объездную у Т. Жигули 14 модели, 

<

номер изъят>, а в 19:24 контакт «О Ацкк» сообщает, что подъедет на машине. 

Согласно переписке с контактом «Ацкк» (телефонный 

<

номер изъят>) 01.06.2019 ФИО1 сообщает, что по словам людей нужно будет двигаться на счет перевода, 04.06.2019 он же сообщает, что 17 числа суд по отмене выговора, предварительно позиция суда – отменить, что идет работа по доведению позиции по возврату на ик10 и работа на перспективу, чтобы было понимание на удо, 80 УИК. 

Согласно переписке с контактом «+

<

номер изъят>» указанный контакт 22.07.2019 сообщает, что завтра она планирует выехать в город, предлагает звонить, 23.07.2019 в 12:03 сообщает, что выехать в город не получается, будет дома и сможет выехать, куда скажет, в 13:00 сообщает о том, что он ей скинул цифры, предупредил (13:00), а ФИО1 в 19:20 отправил сообщение: «минут через 10-15. Магазинчики на повороте на объездную у Т. Жигули 14 модели, 

<

номер изъят>. (л.д. 18-97 том № 5)

Согласно протоколу осмотра предметов от 24.09.2019 при осмотре мобильного телефона марки «Motorola» (

<

***>: 

<

номер изъят> IMEI 2: 

<

номер изъят>) установлены номера сим-карт «

<

номер изъят>» и «

<

номер изъят>». 

В ходе осмотра мобильного телефона марки «Samsung» (

<

***>: 

<

номер изъят>, IMEI 2: 

<

номер изъят>) установлены номера сим-карт: «

<

номер изъят>», «

<

номер изъят>». (л.д. 70-78 том № 7) 

Оснований для признания протокола осмотра предметов и документов от 08.08.2019 (л.д. 18-97 том № 5), постановления о признании вещественных доказательств ( л.д. 98-99 том № 5) равно как и двух мобильных телефонов, изъятых у ФИО1, недопустимыми доказательствами, не имеется, поскольку указанные предметы изъяты в ходе следственного действия с соблюдением установленной законом процедуры, вопреки доводам стороны защиты, для осмотра мобильных телефонов, проведенного в порядке ст. ст. 166, 176, 177 УПК РФ судебного решения в соответствии со ст. 29 УПК РФ не требуется, а постановление следователя в данном случае доказательством не является. 

По указанной причине соответствующее ходатайство стороны защиты о признании названных доказательств недопустимыми является необоснованным и не подлежит удовлетворению. 

Согласно выводам заключения эксперта № 333 от 02.08.2019 один денежный билет Банка России номиналом 5000 рублей образца 1997 года (модификация 2010) с серийным номером 

<

номер изъят> изготовлен производством АО «Гознак». 

Семьдесят девять денежных билетов Банка России каждый номиналом 5000 рублей образца 1997 года (модификация 2010) с одинаковым серийным номером НЕ 4127843 изготовлен не производством АО «Гознак». Изображения с лицевой и оборотной сторон указанных билетов выполнены способом цветной струйной печати с использованием струйного копировально-множительного устройства. (л.д. 134-140 том № 4) 

Оснований для признания недопустимыми доказательствами банкнот номиналом 5000 рублей билета Банка России с одинаковыми серийными номерами 

<

номер изъят> в количестве 80 штук не имеется, поскольку указанные предметы относимы к делу, изъяты, осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств в соответствии с установленной ст.ст. 176, 177, 180, 81 УПК РФ, а потому являются допустимыми доказательствами. То обстоятельство, что 79 банкнот не являются средством платежа, не влечет признание этих доказательств недопустимыми. 

По указанной причине соответствующее ходатайство стороны защиты о признании названных вещественных доказательств недопустимыми является необоснованным и не подлежит удовлетворению. 

Допрошенная в суде в качестве свидетеля Т.О., 

<

данные изъяты> Т, показала, что ФИО1 говорил 

<

данные изъяты>, отбывающему с января 2018 года наказание в ИК-10, что может посодействовать побыстрее выйти из колонии. 

В колонии 

<

данные изъяты> строил курятник за свои деньги. Сначала ему сказали, что если он хочет побыстрее выйти, нужно помогать. Об этом ей стало известно от 

<

данные изъяты> Сначала говорили начать строительство и завоз стройматериалов. Они начали покупать стройматериалы. В январе 2019 года, когда были на свидании, 

<

данные изъяты> сказал, что А.Г. (ФИО1 ) ему предложил подумать об УДО (условно-досрочное освобождение). Они подумали. В феврале начали требовать 350 тысяч, они перевели 300. На какую карту были переведены деньги, ей не известно. 

В феврале, 23 февраля, когда они были на свидании, она слышала, как начальник колонии ФИО1, который приходил в КДС (комната длительных свиданий) по два раза в день и говорил, что нужно перевести быстрее, что люди ждут, поскольку они должны были перевести деньги до того, как пошли на свидание, но они их не перевели. Он предлагал телефон, чтобы они позвонили, чтобы перевели деньги. Она звонила 

<

данные изъяты> тот сказал, что в понедельник, вторник переведет. 

<

данные изъяты> отправлял цифры карты 

<

данные изъяты> а тот переводил. 

ФИО1 сказал, что уходит в отпуск и будет конкретно заниматься его вопросом. 

<

данные изъяты> потом сказал, что деньги дошли, что получили, что они были положены в багажник машины ФИО1, что ФИО1 сказал, что всё пришло, и через три дня 

<

данные изъяты> закрыли в ШИЗО (штрафной изолятор) почти на месяц. В то время ФИО1 был в отпуске, исполнял обязанности начальника М 

В апреле на свидании 

<

данные изъяты> сказал, что по словам ФИО1 будет всё нормально. Затем 

<

данные изъяты> перевели в ИК-8, тот говорил, что ему говорили, что нужно подождать. В июне она приезжала к ФИО1 в ИК-10, когда 

<

данные изъяты> отбывал наказание на восьмерке (ИК-8), узнать, нельзя ли его перевести обратно, так как в ИК-8 ему не очень хорошо. 

В июне 

<

данные изъяты> (Т) сказал, что ФИО1 сказал ему, что нужно заплатить ещё 400 тысяч, чтобы решить его вопрос, за условно-досрочное освобождение, потому что в сентябре у него подходила половина срока. Они пытались их найти, но таких денег не было. А ФИО1, со слов 

<

данные изъяты>, собирался приехать к ней домой за деньгами, она обратилась в ОСБ УФСИН и в ФСБ. 

ФИО1 приехал 23.07.2019. Он написал на её телефон СМС: «минут через 10, 15 в магазинчике, на повороте на объездную у «Т» «Жигули» четырнадцатой модели 

<

номер изъят>». Она написала, что подъедет на машине. 

Предварительно она была снабжена записывающей аппаратурой. Когда она подъехала, тот стоял не где «Т», а это кафе, а не доезжая их дома. Она села к нему в машину, после нескольких фраз он открыл бардачок, показал положить туда деньги, она положила пакет с деньгами, 400000, пятитысячными купюрами, который ей выдали в ФСБ, тот закрыл бардачок, она спросила, увидит ли 

<

данные изъяты> в сентябре, ФИО1 сказал, что чуть позже, они попрощались, она вышла и уехала. Задержание ФИО1 она не видела. 

Вопрос о передаче денежных средств они обсуждали со старшим 

<

данные изъяты> Никакой суммы они ФИО1 не занимали, в долг не давали, они их дали на условно-досрочное освобождение. 

Согласно заявлению Т.О. от 23.07.2019 она дала согласие на участие в проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области. (л.д. 32 том № 1) 

Согласно постановлению на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» от 23.07.2019 заместителем начальника УФСБ России по Астраханской области дано разрешение на проведение указанного ОРМ в отношении ФИО1 (л.д. 33 том № 1) 

Согласно постановлению на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» с использованием негласной аудио- и видеозаписи от 23.07.2019 заместителем начальника УФСБ России по Астраханской области дано разрешение на проведение указанного ОРМ в отношении ФИО1 (л.д. 34 том № 1) 

Согласно акту осмотра и передачи денежных средств от 23.07.2019 Т.О. переданы для проведения оперативно-розыскного мероприятия купюра достоинством 5000 рублей Банка России № НЕ 4127843 и 79 её копий, которые помещены в полимерный пакет. (л.д. 35-38 том № 1)

Согласно акту от 23.07.2019 произведено ксерокопирование денежных знаков билетов Банка России достоинством 5000 рублей НЕ 

<

номер изъят> в количестве 79 копий. (л.д. 40 том № 1) 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Т.Н., 

<

данные изъяты> Т, показал, что о ФИО1 он узнал от 

<

данные изъяты>, отбывающего наказание в исправительном учреждении ИК-10. 

19 или 20 февраля 2019 года ему позвонил 

<

данные изъяты>, в то время тот находился на длительном свидании, и сказал, что нужны деньги, 300000 рублей, в качестве аванса, что их нужно будет перевести для того, чтобы его вопрос о переводе в колонию-поселение начали поскорее решать. 

<

данные изъяты> ему сказал, что если будет звонить кто-то с номера, который принадлежит ФИО1, не брать трубку. Но перезвонили с номера +

<

номер изъят> буквально через 10 минут, он взял трубку, и ему сказали следующее: «тебе 

<

данные изъяты> звонил, сказал всё», он сказал: «да, сказал», «ну, кто из твоих людей в Астрахани подвезет, либо перевод сделай». 

22 февраля в 17:02 поступило СМС-сообщение «Н, скажи, человеку в Астрахани пусть на этот номер перезвонит», потом поступает сообщение через полтора часа «Ты с 

<

данные изъяты> говорил же в обед?. Сказали же пусть позвонить на этот номер. Пусть человек в Астрахани позвонит на этот телефон». Звонили на протяжении двух дней. Он уже не брал трубку.

Он был в командировке, не мог эту сумму перевести, ему указали, чтобы он до понедельника перевел эти деньги. По возвращении в Екатеринбург 25.02.2019 он перевел с его личной карты 300000 рублей по реквизитам Сбербанка, ему пришло сообщение, что это карта Н ФИО2 карты ему прислал 

<

данные изъяты> с номера +

<

номер изъят> с сообщением: «Привет. (Номер карты) Н Р, сюда необходимо перевести, если конечно, у тебя получится».

В июле 2019 года он в Астрахани не был, примерно в июле сотрудники из Астрахани допрашивали его по видеосвязи.

Согласно детализации телефонных соединений абонентского номера, находящегося в пользовании Т.Н. (

<

номер изъят>) осуществлялось соединение с указанным номером абонентского номера 

<

номер изъят> 22.02.2019 в 13:42, в 15:02 и в 16:42 поступило по два SMS сообщения. (л.д. 74-75 том № 1) 

Согласно истории операций по дебетовой карте Т.Н. 25.02.2019 осуществлен перевод 300000 рублей на карту А.Н.Р. (л.д. 77-78 том № 1) 

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 01.10.2019 на оптическом диске, представленном ПАО «СБЕРБАНК», на одном из файлов папки А.Н. имеются сведения о поступлении 25.02.2019 в 16:09 на банковскую карту А.Н. (

<

номер изъят>) от Т.Н. 300000 рублей. В период с 25.02.2019 по 17.04.2019 с указанной банковской карты осуществлены денежные переводы, в том числе и на банковские карты разных лиц, на общую сумму 312000 рублей. 

На один из расчетных счетов, открытых на ФИО1 (

<

номер изъят>), 25.02.2019 поступили 350000 рублей (выдача кредита «СБРЕБАНК РОССИИ», а 26.02.2019 деньги в размере 150000 и 200000 рублей были получены наличными.

На оптическом диске, представленном ГИБДД УМВД России по Астраханской области, при осмотре файла «передвижение тс гн О680ММ30 с 01.01.2019 по 24.07.2019» содержится информация о том, что автомобиль марки ВАЗ-2114 с регистрационным знаком 

<

данные изъяты> 23.07.2019 был зафиксирован видеокамерами в 18:50 (г. Астрахань, старый мост ч-з р. Волга, городская сторона), в 19:23 (Икрянинский р-н п. Ильинка а/д «Астрахань – Ильинка - Красные Баррикады, км 17+400). (л.д. 135-146 том № 7) 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля А.М., отбывающий наказание в ФКУ ИК-10 ФИО3 России по Астраханской области, показал, что с Т, с которым у них приятельские отношения, он познакомился в июле 2018 года.

Зимой с 2018 на 2019 год, начальник ИК-10 ФИО1 чаще стал посещать объект «птичник» в промышленной зоне, приходить к Т, они часто общались. Это могло быть и вечером, и днем, тот заходил часто. На его вопрос, что он так часто ходит, Т ему сказал, что есть взаимовыгодные предложения, что начальник предложил ему «джентльменское соглашение» по поводу того, что Т поможет ему финансово, а начальник поможет ему с выходом за 700000 рублей либо на колонию-поселение, либо на условно-досрочное (освобождение). О «джентльменском соглашении» он слышал и от ФИО1

Когда Т был на длительном свидании с 

<

данные изъяты>, ФИО1 подошел к нему на промышленную зону, поинтересовался, знает ли он о каком-то курьере. На тот момент он не знал. Т рассказал ему, что приходил начальник и просил у него денег, 300 или 350 тысяч. 

Т спросил его, можно ли передать деньги, он обратился к 

<

данные изъяты>, та согласилась, он пообещал сделать. 

<

данные изъяты> Т перевел 300000 на счет его (А.М.) 

<

данные изъяты>. Т попросил, чтобы эти деньги согласно джентльменскому соглашению положили в машину, назвал марку, ВАЗ 2114, и номер. Это машина начальника колонии ФИО1 В итоге этого не произошло.

На первоначальном этапе следствия он давал показания о том, что ФИО1 в феврале были получены 300000 рублей, потому что должен был сделать это, выполнить то, о чём его просил Т. О том, чтобы они давали такие же показания, он просил 

<

данные изъяты>. О том, куда нужно положить деньги, он сообщил своему 

<

данные изъяты> И.Р., сообщил ему номер автомобиля, 680, которым пользовался ФИО1 , что автомобиль должен был находиться около ИК-10. Т он сказал, что это было сделано. 

По сотовой связи, когда Т был на восьмерке (ИК-8), начальник колонии ФИО1 приходил к нему, просил с ним связаться, он дал мобильный телефон, они пообщались. Перед тем, как передать телефон ФИО1, он включил диктофон. Запись он отослал Т. Запись была на телефоне, который изъят в июне 2019 года на объекте пожарной части. Ему давали прослушать запись, он узнал голоса ФИО1 и Т. 

В июне, или в июле, их вызвал ФИО1 на промышленную зону, на «птичник», где ФИО1 с Т остались беседовать. Когда возвращались, Т сказал, что в сентябре-октябре он будет подавать, либо изменение режима, либо условно-досрочное освобождение, что все нормально, соглашение в силе.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 13.08.2019 аудиофайл «AUD-20190528-WA0003» с датой создания 22.07.2019 на лазерном диске белого цвета содержит монолог мужчины, который сообщает собеседнику о посещении суда, что на 17-е число есть у него перспектива, что он о нём не забыл, предлагает «двинуться» по его просьбе, поскольку у него тоже «край», предлагает сделать, по возможности, по такой же схеме, говорит, что та схема была нормальная, там только он, обещает, что передаст цифры, 

Участвующий в следственном действии А.М. заявил, что голос принадлежит ФИО1, разговор происходил в пожарной части ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, куда ФИО1 пришел его навестить и был записан им на диктофон мобильного телефона, изъятого сотрудниками ОСБ. В то время Т находился в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Астраханской области. (л.д. 219-223 том № 5)

В судебном заседании свидетель А.М. подтвердил, что разговаривал с Т по «Вотсапу» именно ФИО1 

Согласно акту от 07.06.2019 в ВПО ФКУ ИК-10 обнаружен сотовый телефон марки «Samsung» с идентификационными номерами: imel - 

<

номер изъят>, imel 

<

номер изъят>. ( л.д. 214 том № 7) 

Аналогичные сведения содержатся в донесении начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области ФИО1 от 07.06.2019. (л.д. 215 том № 7) 

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 12.08.2019 осматриваемый телефон марки «Samsung» SM-J250F/DS имеет следующие идентификационные номера: 

<

***>: 359661/09/928401/6, IMEI 2: 359662/09/928401/4. (л.д. 153-179 том № 5) 

Свидетель А.Б. в суде показал, что его 

<

данные изъяты>, А.М., отбывает наказания в колонии № 10. Тот с Т работал вместе. В феврале 2019 года 

<

данные изъяты> сказал, назвав сумму 300000 рублей, что переведут деньги на карточку 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, и что эти деньги нужно было передать. На карточку 

<

данные изъяты> были переведены 300 тысяч рублей. Тогда они не знали от кого эти деньги. В ходе следствия стало известно, что переводил деньги 

<

данные изъяты> Т. Эти деньги нужно было передать 

<

данные изъяты> - И.Р., который должен был ими распорядиться. 

Эти деньги, по просьбе 

<

данные изъяты>, переводились им и 

<

данные изъяты> частями через Киви-кошельки, на номера телефонов, на карточки до мая месяца. Кому перечислялись деньги, 

<

данные изъяты> не говорил. Деньги И не передавались. 

При первом допросе, по просьбе 

<

данные изъяты>, он говорил, что деньги передавали И. 

Свидетель А.Н. в суде показала, что в конце февраля 2019 года 

<

данные изъяты>, А.М., находясь в ИК-10, попросив номер её карты, сказал ей, что на её счет поступят деньги - 300 тысяч, что потом объяснит, что с ними делать. Он сказал, что это не его деньги, а деньги его товарища. Она дала номер своей карты, поступили деньги, 300000 рублей, она сообщила об этом 

<

данные изъяты> по телефону. В течение двух месяцев 

<

данные изъяты> по телефону говорил, куда и сколько перечислять, она и 

<

данные изъяты> переводили эти деньги через Сбербанк – Онлайн или через киви-кошелек. Никакой части из этих денег она И.Р. не передавала.

Когда к маю деньги закончились, она сказала об этом 

<

данные изъяты> 

В июле 

<

данные изъяты> сказал, что придут люди, что нужно обмануть и сказать, что эти деньги они отдали 

<

данные изъяты> Р (И). 

Свидетель И.Р. в суде показал, что А.М., 

<

данные изъяты>, отбывающий наказание в ИК-10, звонил ему один раз, как он полагает, в августе 2019 года, попросил сказать, что он, якобы, получил от А.Н. 300000 рублей и положил в багажник машины четырнадцатой модели на территории, прилегающей к исправительной колонии № 10. Он хотел помочь и сообщил об этом на первом допросе следователю. 

Фактически он ничего не получал и ничего не передавал. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Д.Р., ранее состоявший в должности начальника отрядов № 1 и № 2 ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что Т отбывал наказание во 2-м отряде. 

В колонии существуют административная и дисциплинарная комиссии, председателем которых является начальник колонии, либо лицо, его заменяющее. Окончательное решение принимает начальник колонии - ФИО1 

Колония вправе, независимо от ходатайства осужденного, выйти с представлением об условно-досрочном освобождении, о переводе из колонии в колонию, характеристика, представление и сопроводительное письмо в суд подписываются начальником исправительной колонии, либо лицом, его заменяющим. Характеристика согласовывается со службами. Все члены комиссии принимают участие в обсуждении характеристики на осужденного, но решение принимает начальник колонии. 

В представляемых колонией в суд документах содержится вывод считает ли исправительная колония целесообразным, либо нецелесообразным условно-досрочное освобождение. В суде интересы исправительного учреждения при рассмотрении ходатайств осужденного об УДО и на колонию-поселение представляет по доверенности начальник отряда, который излагает мнение, которое указано в характеристике. 

Начальники отрядов представляют осужденных на данных комиссиях и готовят на них документы. 

Т был трудоустроен в промышленную зону подсобным рабочим, получал поощрения, был переведен на облегченные условия отбывания наказания, где также получал поощрения, а в феврале-марте у него был выговор и водворение в ШИЗО, после этого опять он был водворен в ШИЗО, его увезли в ИК-2, потом он прибыл в ИК-10, в дальнейшем был этапирован в ИК-8, где отбывал наказание, и летом прибыл в ИК-10. 

По поводу водворения в ШИЗО Т заявил, что не понимает, почему его водворили в ШИЗО. 

Когда содержание в ШИЗО заканчивалось, ему позвонили из дежурной части и сказали, что составлен акт, что необходимо подготовить материалы на Т на ШИЗО. На его вопрос чья это команда, ему сказали - руководства колонии. Акт был составлен по поводу того, что Т в ШИЗО подошел к форточке и переговаривался с соседними камерами. Т заявил, что подошел, чтобы открыть форточку. 

Им (Д.Р.) был составлен материал на дисциплинарную комиссию. В то время Врио начальника был М Было принято решение о водворении Т в ШИЗО. 

В представленных ему на следствии рапорте и акте за его фамилией о проведенной с Т беседе и о том, что тот отказался от письменного объяснения за его фамилией, которые были составлены в период его отсутствия, были не его подписи. 

Согласно показаниям Д.Р. на предварительном следствии, оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, перед тем, как Т был помещен в ШИЗО, им было написано ходатайство в Советский районный суд г. Астрахани об изменении вида исправительного учреждения с колонии общего режима на колонию-поселение. Впоследствии оно был отозвано Т, поскольку его не удовлетворили бы, так как он получил до его рассмотрения несколько дисциплинарных взысканий. 

Ходатайство Т было поддержано руководством учреждения и была направлена в суд положительная характеристика и представление о возможности изменения вида исправительного учреждения с колонии общего режима на колонию-поселение. (л.д. 151-157 том № 4) 

Эти показания свидетель Д.Р. в суде подтвердил. 

Согласно акту от 07.03.2019, составившими который указаны Б.А.С., Х.Р. и Д.Р., осуждённый Т отказался от письменного объяснения по факту допущенного 07.03.2019 нарушения. (л.д. 199 том № 3) 

Согласно рапорту от 07.03.2019, составившим который указан Д.Р., осуждённый Т отказался от письменного объяснения по факту допущенного 07.03.2019 нарушения. (л.д. 200 том № 3) 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Я.Н., начальник отряда № 4 ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что ему на предварительном следствии следователь показывал материал о переводе осужденного Т на облегченные условия работы, в котором есть его подписи. Он дал положительную характеристику на осуждённого, тот был трудоустроен, имел поощрения. Этот материал передается на рассмотрение комиссии. 

По результатам заседания дисциплинарной комиссии, которую возглавляет начальник исправительного учреждения, либо лицо, его заменяющее, решение принимается коллегиально, а окончательное решение принимает начальник учреждения. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Б.А.С., начальник отряда № 6 ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что Т, который не является его подопечным, был водворен в штрафной изолятор, как он полагает, в марте 2019 года. Осуждённому предлагалось дать письменные объяснения, он отказался их давать. Начальником отряда был составлен акт, он (свидетель) его подписывал. 

В колонии существуют административная и дисциплинарная комиссии. Вопросы о постановке осуждённых на профилактический учёт, изменения условий содержания, изменения вида режима, условно-досрочного освобождения рассматриваются административной комиссией. Председателем комиссии является начальник колонии, либо лицо, его заменяющее. Окончательное решение принимает и подписывает документы только председатель комиссии, который несет ответственность за решение. Характеристика на осужденных составляется начальником отряда, она согласовывается со всеми службами и отделами, и подписывается начальником учреждения. Она прикладывается к документам в суд. 

Согласно показаниям Б.А.С. на предварительном следствии, оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в представленном ему акте о том, что 07.03.2019 Т отказался давать объяснения по факту совершенного им правонарушения подпись его, он не направлялся к Т для получения объяснений, а потому не может сказать соответствуют ли указанные в нём сведения действительности. Подписал, наверное, потому что попросили уже на самой дисциплинарной комиссии. (л.д. 111-115 том № 6) 

Эти показания на предварительном следствии свидетель Б.А.С. в суде подтвердил. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Х.Р., начальник отряда № 3 ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что Т числился во втором отряде, отбывал на облегченных условиях отбывания наказания, характеризовался положительно, работал в промышленной зоне учреждения, в птичнике. 

Он должен был представлять Т в суде по переводу в колонию-поселение, но тот, находясь в ШИЗО, отозвал своё ходатайство, понимая, что ему будет судом отказано. Характеристика сначала была положительная, а после наложения взыскания, в суд была направлена новая характеристика о том, что он характеризуется отрицательно. 

Он же составлял постановление о водворении в ШИЗО и применении мер взыскания в виде выговора. Из дежурной части поступил звонок о том, что есть акт о двух нарушениях Т. Акт нарушения составил М.М.. Было указание руководства учреждения, что будет дисциплинарная комиссия. Указание прийти на комиссию с проектом постановления о водворении в ШИЗО ему дал М Это был февраль 2019 года. Т нарушения не признавал. По одному из нарушений Т дали выговор, по второму – ШИЗО. Решение принимает начальник учреждения. По окончании ШИЗО ему (Т) дали еще ШИЗО. 

Наложенные на Т взыскания были отменены прокуратурой по надзору. 

Пользоваться сотовым телефоном осуждённым запрещается, никто не может это разрешить, это является злостным нарушением установленного порядка отбывания наказания. За это, как правило, перевод в строгие условия с водворением в штрафной изолятор. 

Согласно показаниям Х.Р. на предварительном следствии, оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтвержденным в суде, в середине февраля 2019 года он готовил документы на Т, а именно положительную характеристику и представление администрации колонии о переводе осуждённого из ИК общего режима в колонию-поселение. В характеристиках и в представлении он указал, что администрация исправительного учреждения не возражает против перевода Т в колонию-поселение. Их подписал врио начальника колонии М, который интересовался, как характеризуется осуждённый Т, он пояснил, что положительно, имеет ряд поощрений. (л.д. 93-99 том № 6) 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Щ, инспектор группы воспитательной и социальной работы с осужденными УФСИН России по Астраханской области, показал, что после обращения осужденного с ходатайством в суд (о переводе с общего режима в колонию-поселение, об условно-досрочном освобождении) администрация исправительного учреждения готовит соответствующие документы и направляет их в судебную инстанцию. 

Для изменения режима общего на колонию-поселение, для условно-досрочного освобождения осужденный пишет ходатайство в суд, ходатайство передается в спецчасть, этот вопрос рассматривается на административной комиссии. Характеристику на осуждённого готовит начальник отряда, она согласовывается со всеми заинтересованными отделами служб. После согласования окончательное решение принимает начальник учреждения, он может не согласиться с мнением комиссии. Начальник учреждения в силу занимаемой должности может дать указание начальнику отряда написать характеристику на осужденного. Начальник учреждения подписывает характеристику и сопроводительное письмо в суд. Окончательное решение по утверждению положительной характеристики и какую характеристику утвердить для направления в суд принимает руководство колонии. В характеристике указывается, поддерживает, либо не поддерживает администрация данного осуждённого. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля М, заместитель начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что в марте 2019 года, в связи с нахождением начальника колонии ФИО1 в очередном отпуске он исполнял обязанности начальника ИК-10, участвовал в заседаниях дисциплинарной комиссии, в том числе и в отношении Т. Комиссией по материалу, составленному воспитательным отделом, было принято решение о его водворении в штрафной изолятор. Решение принимается комиссионно, а начальник лишь подписывает. Ответственность за принятое комиссией решение несёт председатель – начальник колонии, который, выслушав членов комиссии, принимает решение о наложении дисциплинарного взыскания. Указаний на подготовку материалов в отношении Т он не давал, поскольку он был откомандирован и осужденного Т не знал. 

Он подписывал документы на перевод с общего режима в колонию-поселение, но он осужденного не знал. Указаний на это ему никто не давал. ФИО1 ему никаких указаний в отношении Т не давал.

После того, как на осужденного Т было наложено взыскание в виде водворения в штрафной изолятор, ему звонил ФИО1, спросил: «выдворил?», но причину не выяснял. 

Сотрудник, составляющий характеристику, находится в непосредственном подчинении заместителя начальника по воспитательной работе, а начальник исправительной колонии является начальником для всех сотрудников учреждения. 

Согласно показаниям свидетеля М на предварительном следствии, оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, подтвержденным в суде, в начале марта 2019 года, после того, как он подписал документы о водворении Т в ШИЗО, ночью, в этот же день, либо на следующий день, ему посредством приложения «Ват Сап» позвонил ФИО1, который в этот период находился отпуске. В ходе разговора он спросил, почему «я закрыл Т». Он ответил, что ему принесли документы, которые он подписал. ФИО1 сказал: «ладно, давай» и положил трубку. (л.д. 161-166 том № 7) 

Согласно постановлению Врио начальника ФКУ ИК-10 М от 07.03.2019 осуждённый Т, который 07.03.2019 в камере № 2 ШИЗО ПКТ через оконную решетку общался с другими осуждёнными, водворен в штрафной изолятор на 15 суток. (л.д. 196 том № 3) 

Согласно письму УФСИН России по Астраханской области от 14.08.2019 начальнику ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области ФИО1 были предоставлены отпуска в период с 13.02.2019 по 24.03.2019, с 08.07.2019 по 17.07.2019. (л.д. 193 том № 5) 

Согласно приказу начальника УФСИН России по Астраханской области от 15.02.2019 № 38-к в связи с убытием ФИО1 в отпуск временное исполнение обязанностей начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области возложено на период с 13 февраля по 24 марта 2019 года на М (л.д. 220 том № 6) 

Согласно приказу Врио начальника ФКУ ИК-10 М от 28.02.2019 утверждены положение об административной комиссии и состав административной комиссии ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области. (л.д. 111-112 том № 1, л.д. 207-208 том № 6)

Согласно положению об административной комиссии ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области она состоит из председателя, которым является начальник исправительной колонии или лицо его замещающее, двух заместителей, секретаря и членов комиссии. Председатель комиссии несет персональную ответственность за принятые решения. (л.д. 113-114 том № 1, л.д. 209-210 том № 6) 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля К.Ф., заместитель начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что поощрить осужденных имеет право только начальник колонии. Членом дисциплинарной комиссии он не являлся и на заседаниях комиссии в то время, когда ФИО1 был начальником колонии, не присутствовал. 

Осуждённый Т работал в производственной зоне на участке «птичник» подсобным рабочим на облегченных условиях содержания. Он характеризовался положительно. 

В конце 2018 года ИК-10 должна была поставить на базу УФСИН мясо утки, контракт этот был закрыт. Полагает, что в конце декабря 2018 года на склад ИК-10 поставлялось замороженное мясо птицы. 

У колонии не было возможности произвести оплату транспортной компании, стоимость до г. Зеленоград составляла от 50 до 100 тысяч. За 2018 год контрактные обязательства перед УФСИН выполнены не были, поскольку не хватало товарного поголовья свиней.

В июле 2019 года им с участием Т, Б.О., ФИО1 на участке «птичник» обсуждались только производственные вопросы. При нем ФИО1 встречался с Т один раз. Руководитель исправительного учреждения имеет право беспрепятственного доступа на все объекты исправительной колонии. 

Для отправки ИРП в Москву в обмен на некачественный товар руководством УФСИН были установлены очень сжатые сроки. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Ж.А., начальник отряда участка колонии-поселения ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что ему приходится писать рапорта о поощрении, о наложении взыскания на осужденных. От начальника колонии ФИО1 никогда не поступало указаний писать рапорт о поощрении, о наложении взыскания на осужденного. 

Осужденного Т он не знает. 

Согласно показаниям свидетеля Ж.А. на предварительном следствии, оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, от начальника колонии ФИО1 через одного из сотрудников колонии, ему поступило указание поощрить осужденного А.А. (л.д. 125-128 том № 6) 

Свидетель Ж.Р. заявил, что в 2019 году указания поступали от одного сотрудника, тот говорил, что это указание руководства ИК-10, в то время руководителем был ФИО1 От ФИО1 лично таких указаний не поступало. 

Свидетель Д.Э., работавшая в группе специального учета ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области с 17.07.2019, в суде показала, что 22 или 23 июля 2019 года около 16 часов по внутреннему телефону учреждения поступил звонок, предложили занести дело Т в кабинет начальника. Через одну, две минуты перезвонили и сказали, что не надо, уже разобрались. Она предположила, что это был начальник.

Свидетель Д.Э. подтвердила показания на предварительном следствии, оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым звонок на стационарный телефон поступил 23.07.2019 примерно в 17 часов 30 минут, а мужской голос сообщил: «занесите личное дело осуждённого Т» (л.д. 124-126 том № 4) 

Свидетель М.Р., дежурный помощник начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал в суде, что примерно в феврале в дежурную часть из оперативного отдела поступил звонок о том, чтобы усилить надзор и обратить внимание на поведение осужденного Т, отбывающего наказание в колонии. ФИО4 было зафиксировано нарушение осужденным Т правил внутреннего распорядка. Осужденного Т водворили в штрафной изолятор. В начале марта позвонили из оперативного отдела, предложили усилить контроль за осужденным Т. Инспектор ФИО159 выявил нарушение. Т водворили повторно.

Окончательное решение по мере взыскания принимает либо начальник колонии, либо лицо, его замещающее. 

Т положительно характеризующийся осужденный, трудоустроен, вежлив, корректен.

Свидетель М.Р. подтвердил показания на предварительном следствии, оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым начальник учреждения ФИО1 по неизвестной ему причине проводил продолжительное время на «птичнике», где работал Т

28.02.2019 ему в дежурную часть позвонили (либо врио начальника М, либо кто-то из сотрудников оперативного отдела) и пояснили, что необходимо более внимательно осуществлять контроль и надзор за осуждённым Т, а в случае нарушений, незамедлительно выводить рапорт для принятия к нему мер дисциплинарного взыскания.

Инспектор группы надзора М.М., которому он дал это указание, выявил нарушение со стороны осужденного Т, который не поприветствовал его и был без куртки с нагрудными отличительными знаками. Врио начальника колонии М было принято решение о применении Т взысканий в виде выговора и водворения в ШИЗО. 

07.03.2019 ему в дежурную часть позвонил кто-то из должностных лиц исправительного учреждения и пояснил, что необходимо более внимательно осуществлять контроль и надзор за осуждённым Т, который отбывал наказание в ШИЗО, а в случае нарушений, незамедлительно выводить рапорт для принятия к нему мер дисциплинарного взыскания.

Оператор Б.А., которому он дал это указание, выявил нарушение со стороны осужденного Т, который в ШИЗО встал на какой-то предмет возле окна, предположительно разговаривал с кем-то из осужденных. По результатам дисциплинарной комиссии врио начальника колонии М принял решение о применении к Т взысканий в виде выговора и водворения в штрафной изолятор. 

В последствии все решения были отменены по протестам прокуратуры по надзору. (л.д. 120-124 том № 6) 

Свидетель Б.О., работавший до августа 2019 года начальником пожарной части ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал в суде, что осуждённый Т, который был трудоустроен на хозяйственном дворе, выращивал уток. Когда ожидался привоз цыплят, начальник колонии ФИО1 вызвал его и сказал, чтобы была связь с Т, который отвечал за их содержание, чтобы поддерживал связь, и, если понадобится, привлекал осужденных в помощь Т.

ФИО1 с осуждённым Т общались по внутреннему телефону.

В пожарной части, куда имели доступ и Т, и А, и часто заходил Т, четвертого или пятого июля были обнаружены мобильные телефоны. 

Т находился на ставке пожарного, это была инициатива начальника колонии ФИО1 Т не был трудоустроен в птичнике, так как не было свободных должностей.

Он прослушивал на следствии аудиозапись разговора на хозяйственном дворе, в котором участвовали он, ФИО1, Т и К.А.

Свидетель А.Р., работавший ранее до июля 2019 года начальником отдела по воспитательной работе с осужденными ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, в суде показал, что он, являясь членом дисциплинарной комиссии, присутствовал на комиссиях. Им, либо начальником отряда готовились проекты приказов о поощрениях, с начальниками отрядов готовились документы на дисциплинарную комиссию о наложении взыскания.

На комиссии начальник колонии, выслушав мнение всех присутствующих, принимает окончательное решение о поощрении, о виде поощрения, также о наказании и о виде наказания. 

Начальник колонии мог дать указание составить акт нарушения, в случае нарушения, подготовить документы, усилить бдительность за осужденным, а в случае нарушения правил внутреннего распорядка составить соответствующий акт.

Осужденного Т, у которого всегда было примерное поведение, поощряли. Тот работал в промышленной зоне. 

Все характеристики, которые направлялись на осужденных в суд, утверждал непосредственно начальник колонии, он мог с ними не согласиться. Начальник колонии мог повлиять на количество поощрений. Мог исключить осужденного из проекта приказа о поощрении, поскольку решение о поощрении, либо не поощрении, это его право.

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Л, ранее работавший до апреля 2019 года начальником оперативного отдела ФКУ ИК-10 УФСИН России по Астраханской области, показал, что осужденный Т отбывал наказание в ИК-10, работал на промзоне на подсобном хозяйстве учреждения. Охарактеризовать его может только с отрицательной стороны, у того постоянно возникали всякие неурядицы со спец.контингентом (осужденными). Имелась информация относительно канала доставки Т на территорию жилой зоны средств сотовой связи. 

Тот водворялся в штрафной изолятор. В то время ФИО1 был в отпуске, начальником колонии был М

В отношении Т со стороны ФИО1 указаний не было. 

Т из колонии № 10 перевели в колонию № 8 в целях обеспечения безопасности осужденного. У него лично не было такой информации, что ему конкретно может кто-то угрожать, вплоть до физического устранения. Ему звонил начальник отдела УФСИН П, который согласовывал заключение, у них была информация, что ему угрожают осужденные. 

Председателем комиссии (административной, дисциплинарной) согласно приказу является начальник учреждения, либо лицо, которое его замещает на момент его отсутствия. Окончательное решение, учитывая мнение всех членов комиссии, как правило, принимает председательствующий. Он и подписывает документы.

На предварительном следствии ему предоставлялись сообщения по мессенджеру «Ватсап» по поводу проведения в отношении Т технического мероприятия в комнате длительных свиданий (КДС), о котором говорил ФИО1

Указанные доказательства, которые являются относимыми, допустимыми и с учетом их оценки судом достоверными, а в своей совокупности достаточными для правильного разрешения уголовного дела, подтверждают причастность ФИО1 к преступлению и его виновность в его совершении. 

Указанные доказательства подтверждают и цель ФИО1 получить в качестве взятки 700000 рублей за совершение входящих в его полномочия действий в пользу осужденного Т, и получение им от Т.О. части взятки в размере 400000 рублей, и наличие самой возможности как в силу своего должностного положения, так и авторитета совершить в пользу Т действия по способствованию его условно-досрочному освобождению. 

Указанные доказательства подтверждают также наличие между осужденным Т и ФИО1 неслужебных отношений, осведомленность подсудимого о наличии у осужденного мобильного телефона, использование данного вида связи для общения с осужденным, что также косвенно подтверждает вину подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления. 

При этом показания свидетелей Т, Т.О., А.М. и Т.Н. опровергают показания подсудимого ФИО1 о том, что деньги, и только 400 тысяч рублей, предназначались для передачи в займы. 

Эти показания подсудимого ФИО1, показания подсудимого о том, что он не мог способствовать Т в условно-досрочном освобождении суд отвергает как недостоверные, обусловленные желанием изменить квалификацию на менее тяжкое преступление и смягчить наказание. 

В свою очередь причины, по которым ФИО1 стал нуждаться в деньгах, юридического значения, в том числе и для квалификации преступления, не имеют. 

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов по уголовному делу, исключающих возможность постановления судом приговора и влекущих признание доказательств недопустимыми, не допущено.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов осмотра предметов (документов) от 12.08.2019, от 20.08.2019 и от 24.09.2019(л.д. 153-179 том № 5, л.д. 184-208 том № 5, л.д. 1-25 том № 5, л.д. 79-104 том № 7), равно как и постановлений о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств не имеется, поскольку вопреки доводам стороны защиты при изъятии, осмотре и приобщении к уголовному делу физических носителей, включая выданный Т, соблюдены установленные законом процедуры, их происхождение установлено, в то время как постановления следователя являются не доказательствами, а процессуальными документами. 

Оперативно-розыскные мероприятия по уголовному делу проводились с соблюдением требований федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», что подтверждается соответствующими постановлениями от 23.07.2019 о проведении оперативно-розыскных мероприятий «Оперативный эксперимент» и «Наблюдение с использованием негласной уадио - и видеозаписи», вынесенными уполномоченным на то должностным лицом. (л.д. 33, 34 том № 1)

При этом вопреки доводам стороны защиты для проведения указанных оперативно-розыскных мероприятий заявлений Т и Т.О. не требовалось, в то время как участие в ОРМ сотрудников УФСБ России по Астраханской области не противоречит федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности». 

При этом результаты оперативно-розыскной деятельности представлены следователю в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» на основании постановлений руководителей органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. (л.д. 27, 50 том № 1, л.д. 138 том № 5) 

Оснований для признания недопустимыми доказательствами результатов оперативно-розыскной деятельности УФСБ России по Астраханской области (л.д. 13-23 том № 1) не имеется, поскольку они представлены следователю в соответствии со ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а доводы подсудимого о необходимости заявления для проведения оперативно-розыскных мероприятий не основаны на законе. 

Не имеется оснований для признания недопустимыми доказательствами результатов оперативно-розыскной деятельности УФСБ России по Астраханской области (л.д. 26-44 том № 1), поскольку порядок их представления следователю и приобщения к уголовному делу не был нарушен. При этом доводы подсудимого о том, что постановление на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» с использованием негласной аудио- и видеозаписи (л.д. 34 том № 1) подписано не заместителем начальника УФСБ России по Астраханской области В являются необоснованным суждением, а потому отвергаются судом.

При этом указание руководителя органа следствия о приобщении исполненного поручения к материалам проверки, датированное 24.07.2019 (л.д. 26 том № 1), не влечет за собой недопустимость ни протокола осмотра места происшествия от 23.07.2019, ни результатов ОРД. 

Не является основанием для признания недопустимыми доказательствами результатов оперативно-розыскной деятельности не указание в постановлениях заместителя начальника УФСБ России по Астраханской области о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю и в суд и о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от 23.07.2019 на наличие на диске CD-R видеозаписи ОРМ «Наблюдение», при том что указанная видеозапись на этом физическом носителе имеется, что было установлено при его воспроизведении на предварительном следствии и в суде, в то время как сам физический носитель признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства. 

Не имеется оснований для признания недопустимыми доказательствами и результатов оперативно-розыскной деятельности ОСБ УФСИН (л.д. 47-122 том № 10), поскольку опросы судом не исследовались, отсутствие в акте изъятия времени, незаинтересованных лиц, сведений о количестве и продолжительности аудиозаписей, идентификационных признаков носителя информации не свидетельствует о не относимости и недостоверности содержащихся в документе сведений. При этом доводы стороны защиты о том, что в судебном заседании было установлено иное время создания файлов являются необоснованными, поскольку при исследовании вещественного доказательства в судебном заседании была озвучена дата изменения, а не создания файлов. 

Поскольку показания свидетеля А.М. на предварительном следствии (том № 5 л.д. 214-218, том № 7 л.д. 123-128), свидетеля Т.О. на предварительном следствии (том № 1 л.д. 184-189, том № 5 л.д. 111-119), свидетеля Т на предварительном следствии ( том № 1 л.д. 218-223, том № 5 л.д. 209-213, том № 7 л.д. 156-160, том № 8 л.д. 206-209) в судебном заседании не исследовались, суд в соответствии с ч. 3 ст. 240 УПК РФ не вправе давать им оценку, а потому не имеется правовых оснований для признания названных доказательств недопустимыми. 

По указанной причине соответствующие ходатайства стороны защиты о признании названных доказательств недопустимыми являются необоснованными и не подлежат удовлетворению. 

Поскольку доказательства при проведении оперативно-розыскных мероприятий получены и представлены органу следствия в соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ, они являются допустимыми, а потому принимаются судом и оцениваются наряду с другими доказательствами по делу.

При этом результаты оперативно-розыскной деятельности, наряду со всей совокупностью доказательств стороны обвинения, свидетельствуют о наличии у ФИО1 умысла на получение взятки, сформировавшегося независимо от деятельности оперативных сотрудников.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по пункту «в» части 5 статьи 290 УК РФ как получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, совершенное в крупном размере. 

Указанная квалификация преступления является юридически точной.

Квалификация преступления по признаку «в крупном размере» также является обоснованной, поскольку размер взятки в 700000 рублей превышает 150000 рублей. (примечание к ст. 290 УК РФ)

Суд исходит из того, что по смыслу закона, получение взятки, считается оконченным с момента принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему ценностей. При этом не имеет значения, получило ли указанное лицо реальную возможность пользоваться или распоряжаться переданными ему ценностями по своему усмотрению.

По смыслу закона, если должностное лицо намеревалось получить взятку в значительном или крупном либо в особо крупном размере, однако фактически принятое должностным лицом незаконное вознаграждение не составило указанного размера, содеянное надлежит квалифицировать как оконченное получение взятки соответственно в значительном, крупном или особо крупном размере. 

При этом получение взятки, если указанное действие осуществлялось в условиях оперативно-розыскного мероприятия, должно квалифицироваться как оконченное преступление в том числе и в случае, когда ценности были изъяты сотрудниками правоохранительных органов сразу после их принятия должностным лицом. 

В свою очередь для квалификации действий ФИО1 не имеет значение то обстоятельство, что часть полученных им в качестве взятки денежных средств являлись муляжами.

Определяя вид и размер наказания, суд, руководствуясь ст.ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории особо тяжких, личность виновного который ранее не судим, награждался почетными грамотами начальника УВД Астраханской области и Губернатора Астраханской области, благодарностью директора ФСИН, юбилейными и памятными медалями ФСИН России и УФСИН России по Астраханской области, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61, ч. 2 ст. 61 УК РФ признает наличие малолетнего ребенка у виновного, наличие у подсудимого заболеваний сердечно-сосудистой и нервной систем. 

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

С учетом указанных обстоятельств суд считает, что справедливым наказанием для ФИО1, обеспечивающим достижение его целей, является реальное лишение свободы, поскольку менее строгий вид наказания не обеспечит достижение целей наказания.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, непосредственно связанного с занимаемой должностью виновного, с учетом личности подсудимого суд признает невозможным сохранение за ним права занимать должности на государственной и муниципальной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, или организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а потому и назначает ему указанное дополнительное наказание.

С учетом тех же обстоятельств суд считает, что ФИО1 заслуживает дополнительного наказания в виде штрафа. Определяя размер дополнительного наказания в виде штрафа, суд в соответствии с ч. 3 ст. 46 УК РФ учитывает тяжесть совершенного преступления, имущественное положение осужденного, возможность получения заработной платы или иного дохода.

Оснований для применения к ФИО1 положений ст. 64 УК РФ не имеется, поскольку по делу отсутствуют исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие общественную опасность совершенного преступления. 

В соответствии с правилами п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы ФИО1 надлежит отбывать в колонии строгого режима. 

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам, возмещаемым за счет средств федерального бюджета, относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание юридической помощи в случае его участия в уголовном судопроизводстве по назначению.

С учетом выплаченного адвокату Проскурякову В.Г. вознаграждения за его участие на в ходе судебного разбирательства размер процессуальных издержек составляет 2660 рублей.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. При этом процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного. 

Подсудимый ФИО1 предложил возмещать процессуальные издержки за счет федерального бюджета в связи со сложным материальным положением. 

С учетом имущественного положения подсудимого, его возраста, возможности получать доход, оснований считать ФИО1 имущественно несостоятельным не имеется, а потому обязанность возместить процессуальные издержки должна быть возложена на осужденного. 

Вопрос о вещественных доказательствах подлежит разрешению в соответствии с правилами ч. 3 ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать виновным ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 5 статьи 290 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок восемь лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере десятикратной суммы взятки в сумме семь миллионов (7000000) рублей с лишением права занимать должности на государственной и муниципальной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, или организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях сроком на три года.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 24 июля 2019 года по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения в виде заключения под стражу оставить в отношении осужденного ФИО1 до вступления приговора в законную силу без изменения.

Вещественные доказательства по делу: 

- два бумажных конверта со смывами, изъятыми с рук ФИО1, полиэтиленовый пакет, резинку, в которые были упакованы денежные средства, 79 билетов номиналом 5000 рублей с серийным номером НЕ 4127843, изготовленные не производством АО «Гознак», три листа бумаги формата А-4, один тетрадный лист с рукописным текстом, одну бумажную салфетку светло-синего цвета с рукописным текстом, мобильный телефон марки «Samsung» SM-J250F/DS (

<

***>: 

<

номер изъят>, IMEI 2: 

<

номер изъят>), изъятый в ИК-10, уничтожить;

- мобильные телефоны марки «Motorola», «Samsung», с сим картами, flash – карту Micro SD передать названному ФИО1 лицу, а при отказе в получении, уничтожить;

- один билет Банка России номиналом 5000 рублей образца 1997 года (модификация 2010) с серийным номером НЕ 4127843, изготовленный производством АО «Гознак», возвратить в УФСБ России по Астрахснкой области; 

- два оптических диска, флеш - карту «MicroSDHC», два оптических диска, содержащие сведения о движении денежных средств с банковских карт и по счетам, сведения о передвижениях автомобилей, об их собственниках, о совершении административных правонарушений хранить при уголовном деле;

- личное дело осужденного Т оставить на хранение в УФСИН России по Астраханской области. 

Взыскать с осужденного ФИО1 в федеральный бюджет в возмещение процессуальных издержек 2660 (две тысячи шестьсот шестьдесят) рублей. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, находящимся под стражей, со дня вручения копии приговора, в судебную коллегию по уголовным делам Астраханского областного суда.

Осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговор постановлен и отпечатан в совещательной комнате.

Судья В.А. Кузнецов