Дело № 2-438/2018

66RS0061-01-2018-000444-27

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«29» ноября 2018 года г.Заречный

Заречный районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Осокина М.В., при секретаре судебного заседания Лысенко А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Администрации городского округа Заречный о признании договора приватизации жилого помещения недействительным, применении последствий его недействительности и возложении обязанности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением, в котором указал, что приходится 

<

данные изъяты> ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Их семье в составе четырех человек, включая 

<

данные изъяты> истца ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ решением исполкома 

<

адрес> была предоставлена квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается ордером № от ДД.ММ.ГГГГ. Указанная квартира была приватизирована родителями истца на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ. В момент выдачи ордера на квартиру и ее приватизации истец проживал в 

<

адрес>, своего жилого помещения не имел. В ДД.ММ.ГГГГ переехал в 

<

адрес> вместе с со своей семьей и стал проживать у родителей. После 

<

данные изъяты> истца ДД.ММ.ГГГГ указанная квартира перешла в порядке 

<

данные изъяты>, который, в последующем второй раз женившись, ДД.ММ.ГГГГ подарил квартиру своей 

<

данные изъяты> ФИО9. 

<

данные изъяты> отца, ФИО9 потребовала освободить квартиру. ФИО10, наведя справки, узнал, что квартира предоставлялась на четырех человек, в связи с чем он имел право участвовать в приватизации, однако, его согласия на приватизация никто не спрашивал. С учетом изложенных обстоятельств истец просил признать недействительным договор о передаче жилья в собственность от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Администрацией городского округа Заречный и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, применить последствия недействительности сделки, обязать Администрацию городского округа Заречный заключить с жильцом ФИО4 договор социального найма на указанное жилое помещение.

В судебном заседании истец ФИО4 и его представитель ФИО11 исковые требования поддержали, указав, что о наличии права участвовать в приватизации узнали только в ходе судебного разбирательства по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО9 о признании семьи С-вых утратившими право пользования жилым помещением в ДД.ММ.ГГГГ, когда в их распоряжение попал ордер на квартиру. Родители истца переехали в 

<

адрес> вместе в ДД.ММ.ГГГГ и получили по ордеру спорную квартиру, в дальнейшем для расширения им дополнительно была выделена однокомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>, которую в последующем приватизировал ФИО3. В 

<

адрес> истец вместе с семьей переехал из 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ и поселился в спорной квартире с согласия родителей. О том, что квартира приватизирована на родителей, он узнал ДД.ММ.ГГГГ после 

<

данные изъяты>, когда решался вопрос о принятии наследства. По утверждению стороны истца, наличие права собственности ФИО9 не препятствует рассмотрению указанного иска, поскольку при удовлетворении исковых требований в последующем будет возможно заявление иска о признании ее права отсутствующим.

Представитель ответчика - администрации городского округа Заречный в суд не явился, был извещен надлежащим образом, о причинах неявки не известил, об отложении не ходатайствовал, ранее в отзыве на иск просил рассмотреть дело в его отсутствие, оставив разрешения поставленных вопросов на усмотрение суда.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО9, а также ее представитель - адвокат Воробьев И.А. возражали против удовлетворения исковых требований, полагая, что исходя из действовавших на момент приватизации спорной квартиры требований законодательства, истец не имел права принимать участия в ней, так как квартиру не занимал, так и не требовалось получения его согласия на приватизацию, поскольку он не являлся на тот момент совместно проживающим членом семьи С-вых, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. Одновременно с этим, стороной ответчика подано заявление о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку о приватизации квартиры истец должен был узнать еще при первоначальном постановке на учет по месту жительства в ДД.ММ.ГГГГ году.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО4 также возражал против удовлетворения требований истца, поддержав позицию ФИО9, а также подтвердив, что квартира по адресу: 

<

адрес> была приватизирована им единолично, предоставлялась в качестве дополнительной жилой площади на семью его отца.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - Управление Росреестра по 

<

адрес> просило дело рассмотреть в отсутствие своего представителя, в отзыве на иск указало, что в пакете документов, представленных С-выми для целей государственной регистрации договора приватизации, имелся Ордер на жилое помещения № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный ФИО6 на семью из четырех человек, а также справка паспортного стола, согласно которой в квартире были прописаны ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ в связи с чем при проведении правовой экспертизы был сделан вывод о том, что не все лица, получившие право вселения в квартиру по ордеру, реализовали указанное право и стали пользоваться жилым помещением, в связи с чем препятствий проведению государственной регистрации права не имелось.

Суд, выслушав позиции сторон, исследовав письменные доказательства, полагает необходимым отметить следующие обстоятельства.

Исследованным в судебном заседании ордером на жилое помещение от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, по решению исполкома Заречного поселкового совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ предоставлена ФИО6 в составе семьи: 

<

данные изъяты> ФИО8, 

<

данные изъяты> ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13).

Указанное родство ФИО4 с ФИО6 (

<

данные изъяты>), ФИО8 (

<

данные изъяты>), ФИО4 (

<

данные изъяты> подтверждено свидетельствами о рождении и не оспаривается участниками судебного заседания (л.д.14, 45).

Согласно договору передачи квартиры в собственность от ДД.ММ.ГГГГ спорная квартира была приватизирована ФИО6 и ФИО8. Иных лиц в качестве членов семьи, не принимавших участие в приватизации, в соответствующем разделе договора не указано (л.д.11, 43).

В соответствии со справкой паспортного стола ЗМУП «ПО ЖКХ» от ДД.ММ.ГГГГ в квартире зарегистрированы ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., иных лиц, зарегистрированных и снявшихся с регистрационного учета не значится (л.д.44).

По данным паспортного стола ООО «ДЕЗ», ФИО4, зарегистрированы в указанной квартире по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ, члены его семьи – в более поздний период (л.д.18)

На основании объяснений истца ФИО4 , третьего лица ФИО4 , данных о регистрации в жилом помещении, а также сведений из паспорта гражданина СССР о временной регистрации, копий документов о получении образования истцом, суд приходит к выводу о подтверждении сведений о его вселении в спорную квартиру не ране ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, согласно частью 1 ст.2 Закон Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в действующей редакции) граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Тогда как, исходя из положений части 1 ст. 2 названного закона в редакции Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 4199-1; Федеральных законов от ДД.ММ.ГГГГ N 26-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ N 50-ФЗ, действовавшей на момент заключения договора приватизации от ДД.ММ.ГГГГ, а также ст. 54-1 Жилищного кодекса РСФСР, следовало, что граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность (совместную или долевую) либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

В соответствии с п.1 ст.2 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В этой связи, при оценке соответствия договора приватизации требованиям закона суд полагает необходимым руководствоваться законом, действовавшим в момент приватизации квартиры ДД.ММ.ГГГГ, который предполагал необходимым для приватизации квартиры получение согласия всех совместно проживающих членов семьи, к числу которых истец ФИО4 не относился, так как в квартиру вселился только в ДД.ММ.ГГГГ. Наличие у него права на вселение, в связи с указанием его в ордере на жилое помещение, не соответствует приведенным выше формулировкам закона для утверждения о его нарушении.

С учетом данных обстоятельств суд находит обоснованным позицию Управления Росреестра по 

<

адрес>, по своему смыслу заключающуюся в необходимости не только указания лица в ордере, но и фактического вселения в жилое помещение, как это указано в законе того времени, для участия в приватизации либо получения согласия на нее соответствующего лица.

Аналогичный вывод следует и из анализа требований ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", согласно которым действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации (утрата права пользования жилым помещением) не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Указанные нормы права в приведенном содержании действовали одновременно, однако, применительно к праву на приватизацию указано было на необходимость занимать помещение и получить согласие совместно проживающих членов семьи, а для сохранения права проживания при прекращении семейных отношений достаточным было обладать равными правами пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Приведенные обстоятельства позволяют суду прийти к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований по заявленным основаниям, поскольку сведений о нарушении части 1 ст.2 Закон Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в редакции, действовавшей ДД.ММ.ГГГГ, не имеется.

Кроме того, представителем третьего лица ФИО9 подано заявление о пропуске истцом срока исковой давности для оспаривания соответствующего договора приватизации, поскольку о договоре приватизации жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 должен был узнать в ДД.ММ.ГГГГ года, когда обратился в паспортный стол для постановки на учет по месту жительства, в связи с чем с указанного момента по дату обращения в суд с настоящим исковым заявлением – ДД.ММ.ГГГГ истекло ДД.ММ.ГГГГ лет, а значит, истек предусмотренный ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности о признании недействительности сделки.

В этой связи, следует отметить, что в соответствии с положениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. Соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

С учетом приведенным положений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, с учетом установленных по настоящему делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что ФИО9 хоть и является по настоящему делу третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований, поскольку к ней материально-правовых требований не заявлено и стороной оспариваемой сделки она не была, однако, имеет непосредственный интерес к рассмотрению указанного вопроса, поскольку право собственности ею приобретено на основании 

<

данные изъяты> квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, чему предшествовало приобретение права собственности дарителем ФИО6 в порядке наследования за умершей супругой ФИО8 и приватизации ими квартиры ДД.ММ.ГГГГ.

Признание указанного договора приватизации недействительным может повлечь, о чем прямо указано стороной истца, обращение с иском о признании права отсутствующим, как приобретенного ФИО9 от лица (ФИО6), который данным правом не обладал.

Исходя из указанного положения вещей, а также смысла требований законодательства, приведенного в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, суд приходит к выводу о наличии у ФИО9 права на подачу заявления о пропуске срока исковой давности истцом, так как в противном случае пропадает смысл ее участия в деле, так как при подаче уже к ней иска о признании права отсутствующим либо с иными аналогичными по правовым последствиям требованиями настоящее решение приобретет для нее преюдициальной значение, а самостоятельной возможности заявить о пропуске срока давности не будет, так как по существу не будет и рассматриваться вопрос о недействительности данного договора приватизации.

Применительно к рассмотрению вопроса о пропуске срока давности по существу следует отметить, что сторона истца указала факт того, что о наличии договора приватизации ФИО4 узнал после 

<

данные изъяты>, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, при решении вопроса о вступлении в наследство либо отказа от него.

Доводы стороны третьего лица ФИО12 о том, что данный договор должен был быть ему известен при оформлении регистрации по месту жительства, проведенной ДД.ММ.ГГГГ, своего подтверждения не нашли, поскольку на запрос суда ООО «ДЕЗ» сообщило, что документы, предоставляемые для регистрации у них не хранятся, а возвращаются заявителю, ФИО4 при этом указал, что его регистрацией занимался отец – ФИО6

Однако, при этом следует отметить, что в соответствии с п.1 ст.199 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Таким образом, в отличие от положения ст.200 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагающей начало течение срока давности со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, если иное не установлено законом, начало отсчета срока давности по рассматриваемому иску начинается с момента, когда ФИО4 узнал об указанной сделке, так как исполнена она была сразу при заключении.

Так, в определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О, ссылающегося в свою очередь, на ряд других определений, указано, что положение п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации является исключением из общего правила о начале течения срока исковой давности по требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок. В соответствии с этой специальной нормой течение указанного срока по данным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленность заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, связанными с началом исполнения сделки.

В это связи являются несостоятельными доводы истца ФИО8 о том, что о наличии у него права на участие в приватизации квартиры, он узнал только в ДД.ММ.ГГГГ года при рассмотрении иного дела, а значит и исчислении указанного срока давности с ДД.ММ.ГГГГ года.

С учетом наступления смерти матери истца ДД.ММ.ГГГГ, необходимости решения вопроса о принятии наследства в течение шести месяцев с момента смерти, пояснений истца о получении достоверной информации о договоре приватизации при принятии решения об отказе от наследства, что также подтвердил его брат ФИО4 , суд приходит к выводу о том, что о наличии указанного договора истец должен был узнать не позднее ДД.ММ.ГГГГ (в пределах шести месяцев с момента смерти матери).

С указанного времени до момента обращения в суд с настоящим исковым заявлением ДД.ММ.ГГГГ прошло более трех лет, ходатайства о восстановлении указанного срока истцом не заявлялось, обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для его восстановления судом не установлено, а потому суд приходит к выводу о пропуске срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении искового заявления ФИО4 к Администрации городского округа Заречный о признании договора приватизации жилого помещения недействительным, применении последствий его недействительности и возложении обязанности отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в Свердловский областной суд через Заречный районный суд 

<

адрес>.

СУДЬЯ /подпись/

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Копия верна

Судья М.В.Осокин

Секретарь А.Ю.Лысенко