КОПИЯ

Судья Носко М.И. 

Р Е Ш Е Н И Е

 

№ 7-81/2017

31 августа 2017 г.

г. Москва

Судья Московского окружного военного суда Краснов Вадим Владимирович, при секретаре Реутовой И.И. рассмотрел в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении по жалобе ФИО1 на постановление судьи Нижегородского гарнизонного военного суда от 19 июля 2017 года, согласно которому 

<

данные изъяты> 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ранее привлекавшийся к административной ответственности, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, фактически проживающий по адресу: 

<

адрес>, 

признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев. 

Исследовав представленные материалы,

установил:

ФИО1 признан виновным в управлении транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния. 

В жалобе и дополнениях к ней ФИО1, выражая несогласие с постановлением судьи, считает его незаконным, нарушающим его права и законные интересы по следующим основаниям.

Обращает внимание, что резолютивная часть постановления была оглашена судьёй 17 июля 2017 г., однако в обжалуемом постановлении от 19 июля 2017 г. упоминание об этом отсутствует.

Раскрывая содержание статей КоАП РФ и Конституции РФ, указывает, что протокол об административном правонарушении от 11 июня 2017 г. № 52 МБ 154315 составлен с грубым нарушением указанных норм, нарушает его право на защиту, в связи с чем не может быть использован в качестве доказательства по делу об административном правонарушении.

Анализируя положения, изложенные в гл. 28 КоАП РФ, автор жалобы приходит к выводу, что инспекторы ГИБДД при осуществлении своих должностных полномочий не могут совмещать в себе прав лица, уполномоченного составлять протоколы об административных правонарушениях и свидетеля, в связи с чем составленный протокол об административном правонарушении не может являться доказательством его виновности.

Утверждает, что вопреки ч.ч. 3 и 7 ст. 26.1 КоАП РФ, его виновность в совершении административного правонарушения, а также причины и условия совершения административного правонарушения инспектором ГИБДД не установлены.

Суд не принял во внимание показания свидетеля ФИО5 о том, что свидетель ФИО6 в её присутствии, в присутствии его (ФИО1), а также сотрудников ГИБДД и ОМОН пояснил, что за рулем автомобиля находился именно он (ФИО2).

Показания сотрудников ГИБДД и ОМОН ФИО7, ФИО8, ФИО9 некорректно изложены в постановлении судьи, так как они поясняли в суде, что свидетель ФИО6 подтверждал, что за рулем автомобиля был именно он (ФИО6), но они ему не поверили, так как он (ФИО1) вышел с водительского сиденья автомобиля.

Суд не дал оценки объяснениям сотрудников ОМОН и ГИБДД ФИО8 и ФИО7, которые были получены в рамках служебной проверки, проведённой сотрудниками СК РФ по Западному военному округу.

Обращает внимание, что о наличии каких-либо видеоматериалов, поступивших из ГИБДД, в протоколе об административном правонарушении ничего не указано. При этом видеозапись не свидетельствует об управлении транспортным средством именно им (ФИО1). 

Ссылка суда на аудиозапись, представленную свидетелем ФИО6, является несостоятельной, так как источник этой записи неизвестен, получена в непроцессуальном порядке, а установить, чьи голоса присутствуют на ней не представляется возможным. При этом вывод суда о том, что он (ФИО1) оказывал давление на свидетеля ФИО6, некорректен, так как ФИО6 не указан в протоколе об административном правонарушении как свидетель, а был признан таковым только в судебном заседании.

Суд не дал оценки доводу защитника-адвоката Шараповой о наличии заинтересованности сотрудников ГИБДД в привлечении ФИО1 к административной ответственности.

Далее автор жалобы, раскрывая определение «состава административного правонарушения», утверждает, что представленные в суд материалы подтверждают лишь то, что он (ФИО1) сидел, свесив обе ноги на землю, боком к рулевому колесу, не касаясь органов управления автомобилем, при этом автомобиль находился в неподвижном состоянии, в связи с чем, делает вывод, что водителем он не являлся.

ФИО1 также обращает внимание на некорректность изложения показаний свидетелей, изложенных в протоколе судебного заседания.

При таких обстоятельствах автор жалобы полагает, что к показаниям свидетелей ФИО6, ФИО9 и понятых ФИО19 и ФИО20 в части его обвинения следует отнестись критически и трактовать их в его пользу.

В заключение жалобы ФИО1 просит постановление Нижегородского гарнизонного военного суда от 19 июля 2017 г. отменить, а производство по делу прекратить.

Изучив доводы жалобы, проверив материалы дела, прихожу к следующим выводам. 

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В соответствии с требованиями п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ) водителю запрещается управление транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием, в том числе лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения. 

Как установлено судьей Нижегородского гарнизонного военного суда, около 3 часов 11 июня 2017 года в районе д. № 17а, корп. 8, по проспекту Гагарина г. Нижнего Новгорода, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в нарушение требований п. 2.7 ПДД РФ управлял автомобилем «Chevrolet Captiva» с государственным регистрационным знаком №.

Указанные обстоятельства подтверждены совокупностью доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, а именно: протоколами об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, о задержании транспортного средства; актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с бумажным носителем с результатом исследования; показаниями свидетелей ФИО6, ФИО8, в том числе инспекторов ДПС ФИО7 и ФИО9.

Представленные материалы свидетельствует о том, что все доказательства по делу, в том числе объяснения и показания ФИО1, были оценены судьей гарнизонного военного суда всесторонне, полно и объективно по правилам, установленным в ст. 26.11 КоАП РФ.

В судебном постановлении приведены надлежащие и убедительные мотивы по которым приняты одни доказательства, в том числе документы, составленные сотрудниками ДПС, показания свидетелей ФИО6 и ФИО8, а также сотрудников ДПС ФИО7 и ФИО9, а объяснения ФИО1 и показания свидетеля ФИО5 отвергнуты. 

Таким образом, суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемом деянии и правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Доводы ФИО1 о том, что он не управлял транспортным средством, а протокол об административном правонарушении составлен с нарушением требованием КоАП РФ, были предметом проверки при рассмотрении дела судьей Нижегородского гарнизонного военного суда, которые обоснованно отвергнуты по основаниям, приведенным в соответствующем постановлении.

Так, заявление автора жалобы о том, что автомобилем он не управлял полностью опровергается показаниями свидетеля ФИО6, который, будучи предупреждённым об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в ходе судебного заседания подтвердил, что именно ФИО1 находился за рулём автомобиля до его остановки, после чего в агрессивной форме просил его (ФИО6) сказать сотрудникам ДПС, что за рулём был он (ФИО6). Испугавшись, первоначально, он, ФИО6, ввёл в заблуждение сотрудников ДПС, но после, посоветовавшись с родственниками и сделав аудиозапись разговора с ФИО1, который вновь просил его взять вину на себя, дал в суде правдивые показания. 

Вопреки утверждениям об обратном, суд обоснованно отнёсся критически к показаниям свидетеля ФИО5, так как очевидцем указанных событий она не являлась. Более того, в суде установлено, что между указанным свидетелем и ФИО1 фактически сложились семейные отношения, что объективно свидетельствует о её заинтересованности в исходе дела. 

Управление автомобилем именно ФИО1 также подтверждается показаниями свидетеля ФИО3, который являлся очевидцем движения автомобиля под управлением ФИО1, на пассажирском сидении которого находился ФИО2. При этом других лиц в автомобиле не было. Данные показания полностью подтвердили инспекторы ДПС ФИО4 и ФИО10.

Утверждение заявителя о заинтересованности сотрудников ДПС в исходе данного административного дела надумано, голословно и полностью противоречит совокупности исследованных судом материалов, которыми подтверждается виновность ФИО1 в содеянном. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих об обратном, суду не представлено.

Указание в жалобе на отсутствие в протоколе об административном правонарушении записи о наличии видеозаписи с видеорегистратора, установленного в патрульном автомобиле ДПС, не ставит под сомнение законность принятого судьёй решения, поскольку имеющихся в материалах дела доказательств достаточно для вывода о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Все иные доводы жалобы заявителя не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств.

При этом имеющиеся в деле материалы ведомственной проверки СК России не противоречат материалам дела об административном правонарушении и не могут ставить под сомнение законность и обоснованность обжалуемого решения.

Вопреки утверждению автора жалобы об обратном, КоАП РФ не содержит норм, устанавливающих запрет на вызов в судебное заседание в качестве свидетеля должностного лица административного органа. Свидетелем по делу об административном правонарушении может являться любое лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению. В свою очередь, согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, в случае необходимости, не исключается возможность вызова в суд должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, для выяснения возникших вопросов.

Заявление ФИО1 об обязательном указании в окончательном постановлении судьи на оглашение им вводной и резолютивной части постановления об административном правонарушении не основан на Законе.

Принцип презумпции невиновности, а также состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, вопреки утверждению ФИО1 об обратном, как при составлении материалов, так и при рассмотрении дела об административном правонарушении не нарушен. Бремя доказывания распределено правильно, с учетом требований ст. 1.5 КоАП РФ. Каких-либо неустранимых сомнений по делу не усматривается.

Принимая во внимание доводы ФИО1, касающиеся хода судебного заседания и изложения показаний свидетелей в протоколе судебного заседания, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО1 о прекращении производства по делу, так как совокупность всех представленных доказательств исследованных судьёй объективно свидетельствует о том, что управлял автомобилем именно ФИО1, находящийся в состоянии алкогольного опьянения. При этом как следует из телефонограммы от 7 августа 2017 года, замечаний к протоколу судебного заседания у ФИО1 не имеется.

Нарушений процессуального и материального права при рассмотрении материалов дела об административном правонарушении, которые могли повлиять на законность и обоснованность принятого судьёй решения, не установлено.

Наказание назначено в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с требованиями ст. 4.1 КоАП РФ и является справедливым.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены. 

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

постановление судьи Нижегородского гарнизонного военного суда от 19 июля 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а его жалобу - без удовлетворения.

Судья подпись

Верно.

Судья