Мотивированное 

апелляционное постановление

 вынесено 25 мая 2018 года 

Председательствующий Курец В.В. Дело № 22-3924/2018

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Свердловский областной суд в составе председательствующего Калинина А.В. при секретаре Тихоновой У.Н.

с участием оправданного ФИО1,

его защитника – адвоката Белобородова А.В.,

государственного обвинителя – помощника прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Бабченко Е.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании 25 мая 2018 года в г.Екатеринбурге уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Власовой К.В. на приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19 февраля 2018 года, которым 

ФИО1 ( / / ) ...

оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в деянии составов преступлений. 

Изложив содержание приговора и существо апелляционного представления, суд

установил:

приговором суда ФИО1 оправдан по обвинению в использовании своих служебных полномочий вопреки интересам службы, при этом это деяние совершено из личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, а также в незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств в значительном размере.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в том, что он в период с 12 мая 2014 года по 15 июня 2017 года, являясь участковым уполномоченным полиции, действуя из личной заинтересованности, укрыл от учета 12 тяжких преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228.1 УК РФ.

Кроме того, ФИО1 обвинялся в том, что в период с 22 июня 2014 года по 15 июня 2017 года незаконно хранил наркотические средства в значительном размере, которые являлись вещественными доказательствами по делам об административных правонарушениях.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ВласоваК.В. просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд 1 инстанции. 

Излагая обвинение, предъявленное ФИО1 по ч. 1 ст. 285 УК РФ, заявляет, что из имеющихся в уголовном деле материалов проверок в отношении А., Д., Р. явно усматривается факт сбыта указанным лицам наркотических средств.

Полагает, что органами предварительного следствия доказана личная заинтересованность ФИО1 в совершении данного преступления, в частности, желание улучшить показатели раскрываемости преступлений, избежать ответственности за ненадлежащую профилактику правонарушений, повысить свой личный престиж как квалифицированного сотрудника полиции.

Считает, что укрытие ФИО1 на протяжении длительного периода времени от учета преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, лишило возможности оперативные службы и следственные органы принять меры к раскрытию указанных преступлений и своевременному привлечению виновных лиц к уголовной ответственности, а лицам, совершившим указанные преступления, дало возможность избежать уголовной ответственности, что причинило существенный вред охраняемым законом интересам общества и государства по охране граждан от преступных посягательств в сфере незаконного оборота наркотиков.

Со ссылкой на показания свидетелей обвинения П. и В. указывает, что камера хранения вещественных доказательств в УМВД России по г. Екатеринбургу работала ежедневно, без каких-либо нарушений; каких-либо жалоб от сотрудников по поводу ненадлежащей организации работы камеры хранения не поступало; единственным основанием, препятствующим сдать наркотическое средство в камеру хранения, являлись нарушения, допущенные при составлении процессуальных документов.

Отмечает, что возможность хранения наркотических средств в специально выделенном для этого сейфе предусмотрена в исключительных случаях с разрешения руководства.

Обращает внимание, что ФИО1 около 3 лет незаконно хранил наркотические средства, с целью создания видимости законности своих действий оформил и предоставил в мировой суд процессуальные документы, свидетельствующие о передаче наркотических средств в камеру хранения. Данное обстоятельство, по мнению государственного обвинителя, свидетельствует об умысле ФИО1 на незаконное хранение наркотических средств в значительном размере.

В возражении на апелляционное представление государственного обвинителя Власовой К.В. адвокат Белобородов А.В. просит оставить приговор без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Бабченко Е.В. поддержала апелляционное представление, оправданный ФИО1, его защитник – адвокат Белобородов А.В. полагали необходимым оставить приговор без изменения.

Заслушав выступления сторон, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены оправдательного приговора.

Вывод суда об отсутствии в действиях ФИО1 состава злоупотребления должностными полномочиями основан на правильном применении судом уголовного закона и подтверждается фактическими обстоятельствами, установленными в судебном заседании.

Из показаний оправданного ФИО1, данных как на предварительном следствии, так и в ходе судебного разбирательства, следует что в инкриминируемый период он работал участковым уполномоченным отдела полиции № 15 УМВД России по г. Екатеринбургу. Оперативным дежурным ему для принятия процессуальных решений передавались материалы проверок по фактам задержания лиц с наркотическими средствами. Он выносил постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и составлял протоколы по делам об административных правонарушениях по ст. 6.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В случае, если из объяснений задержанного было видно, что наркотическое средство ему было каким-либо образом сбыто, ФИО1 составлялись рапорты о выявлении признаков состава преступления, предусматривающего ответственность за сбыт наркотических средств. По материалам проверок, указанным в обвинительном заключении, оснований для выделения уголовных дел по факту сбыта не имелось.

Допрошенные в судебном заседании свидетели – сотрудники службы участковых уполномоченных отдела полиции № 15 УМВД России по г.Екатеринбургу Е., Г., Ш., М., Ю., К., О. пояснили, что выделяли материалы по факту сбыта только в тех случаях, если задержанными сообщалось, что наркотики они приобрели через сеть «Интернет» или непосредственно у каких-либо лиц. Аналогичные показания даны и другими участковыми уполномоченными. 

В материалах проверок КУСП № 15623 от 12 мая 2014 года в отношении Ч. и У., КУСП № 12424 от 27 апреля 2015 года в отношении Б., КУСП № 13659 от 08 мая 2015 года в отношении Щ., КУСП № 16551 от 02 июня 2015 года в отношении Ц., КУСП № 16602 от 02 июня 2015 года в отношении Ж., КУСП № 20276 в отношении З., КУСП № 25139 от 20 августа 2015 года в отношении И., КУСП № 27733 от 15сентября 2015 года в отношении Т., КУСП № 90897 от 15октября 2015 года в отношении Ф. каких-либо данных, свидетельствующих о сбыте наркотических средств, не содержится.

В ходе судебного следствия судом было установлено, что сведения о фактах сбыта наркотических средств имелись только в 3 материалах в отношении А., Д., Р.

При этом суд пришел к обоснованному выводу о том, что неисполнение ФИО1 в данных 3 случаях обязанности по составлению рапортов об обнаружении признаков составов преступлений, объективно не противоречило тем целям и задачам, для достижения которых ФИО1 был наделен должностными полномочиями. Указанные материалы передавались ему оперативным дежурным для привлечения лиц, незаконно хранивших наркотические средства, к административной ответственности, и в них не содержались конкретные сведения о лицах, сбывших наркотические средства. Такое бездействие не повлекло существенного нарушения охраняемых законом интересов общества или государства. В деле не имеется каких-либо доказательств того, что неисполнение обязанности по составлению рапортов об обнаружении признаков преступления в данных 3 случаях было совершено умышленно и было связано с желанием ФИО1 улучшить показатели раскрываемости преступлений, избежать ответственности за ненадлежащую профилактику правонарушений, повысить свой личный престиж как квалифицированного сотрудника. 

Правильным является и вывод суда об отсутствии в действиях ФИО1 состава незаконного хранения наркотических средств.

Согласно показаниям оправданного ФИО1 он готовил пакеты документов для сдачи вещественных доказательств в камеру хранения вещественных доказательств УМВД России по г. Екатеринбургу, куда неоднократно ездил, пытался сдать вещественные доказательства. По причине описок и ошибок, допущенных им в постановлении о сдаче вещественных доказательств в камеру хранения, вещественные доказательства у него не принимали, возвращали обратно для исправления ошибок в постановлении. Прокуратурой Орджоникидзевского района г.Екатеринбурга 15июня 2017 года была проведена проверка опорного пункта № 6 ОП № 15УМВД России по г.Екатеринбургу, в ходе которой в его портфеле были обнаружены вещественные доказательства. При изъятии портфеля ФИО1 не присутствовал в связи с нахождением в отпуске. Все вещественные доказательства были сданы им примерно в течение месяца после выхода из отпуска, конверты им не вскрывались, целостность конвертов нарушена не была, наркотические средства он сам не употреблял и третьим лицам не передавал.

Об организационных трудностях, возникавших при сдаче вещественных доказательств – наркотических средств в камеру хранения сообщили суду свидетели – участковые уполномоченные, в частности Е., Ш., М., О., Л.

Показания свидетелей П. и В. о порядке сдачи вещественных доказательств в камеру хранения и о работе камеры хранения не противоречат другим доказательствам, имеющимся в материалах дела, и не свидетельствуют о незаконности хранения ФИО1 вещественных доказательств.

Наркотические средства ФИО1 были переданы с материалами проверок в соответствии с требованиями законодательства, хранились у него в силу исполнения им должностных обязанностей. 

Из протокола выемки конвертов с вещественными доказательствами от 28 октября 2017 года и протокола осмотра вещественных доказательств от 28октября 2017 года, в том числе из иллюстраций к указанному протоколу, следует, что все вещественные доказательства были упакованы надлежащим образом, целостность конвертов нарушена не была. 

В соответствии с п. 13 Инструкции о порядке изъятия из незаконного оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, инструментов и оборудования, находящихся под специальным контролем и используемых для производства и изготовления наркотических средств и психотропных веществ, а также их учета, хранения, передачи, использования и уничтожения от 09 ноября 1999 года после проведения экспертизы наркотики в течение суток передаются в камеру хранения наркотических средств.

Вместе с тем истечение установленного указанной инструкцией суточного срока передачи должностным лицом наркотических средств в соответствующую камеру хранения не влечет признание последующего хранения наркотических средств незаконным и не является достаточным основанием для привлечения должностного лица, допустившего нарушение инструкции, к уголовной ответственности по ст. 228 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, какие-либо документы, свидетельствующие о сдаче наркотических средств в камеру хранения, до их фактической сдачи ФИО1 не составлялись. Постановления о сдаче в камеру хранения вещественного доказательства такими документами не являются, поскольку не содержат сведений об их исполнении.

Руководствуясь ст. 389.13, п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК Российской Федерации, суд

постановил:

приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19февраля 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Власовой К.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья А.В. Калинин