Дело № 2-658 (2021)

УИД 75RS0008-01-2021-000761-59

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

21 июля 2021 года город Борзя

Борзинский городской суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Дармаевой Б.Д., единолично 

при секретаре судебного заседания Паниловой О.В., 

с участием старшего помощника Борзинского межрайонного прокурора Ивановой А.О., действующей на основании прав по должности, 

истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов ФИО3, действующей на основании надлежащей доверенности и письменного соглашения,

третьих лиц ФИО4, ФИО5, ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к государственному учреждению здравоохранения «Борзинская центральная больница», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Представитель истцов ФИО3 обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением мотивируя его тем, что истцы ФИО7 и ФИО1 приходятся родным сыном и официальной супругой погибшему ФИО14 Истцы просят суд взыскать в пользу каждого компенсацию морального вреда с ГУЗ «Борзинская центральная районная больница» в размере 1.000.000. рублей за смерть отца и супруга, который скончался дома ДД.ММ.ГГГГ от острого инфаркта миокарда при условии неадекватной медицинской помощи, что лишило его возможности на благоприятный исход. Эксперты страховой компании и судебно- медицинские эксперты установили, что надлежащую помощь пациент ФИО14 не получал в течении 4 дней вплоть до дня смерти.

Неквалифицированная медицинская помощь, отсутствие необходимой госпитализации в стационар, отсутствие осмотра врачом-кардиологом, неверные реанимационные действия, ошибочная интерпретация данных ЭКГ-исследований - лишили больного права на жизнь. 

Истцы просят суд учитывать, что в связи со смертью ФИО14 им был причинен моральный вред, который является очевидным, бесспорным и в силу статьи 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании. При определении размера компенсации морального вреда просят суд учитывать требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства дела, степень нравственных и физических страданий, вызванных смертью отца и мужа, что является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие переживания, вызванные утратой близкого человека.

Истцы полагают, что им были причинены глубокие нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях за отца при жизни и его последующую смерть.

Согласно текста искового заявления в качестве третьих лиц указаны ФИО6, ФИО12 Г,Ю., ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО4, ФИО5, государственная страховая медицинская компания «Забайкалмедстрах», Министерство здравоохранения забайкальского края.

Представитель ГУЗ «Борзинская ЦРБ», в судебное заседание не явился, представил ходатайство о рассмотрении гражданского дела в отсутствие представителя ответчика, с исковыми требованиями не согласен, полагает, что заявленная сумма значительно завышена и не соответствует требованиям разумности и справедливости. 

Представитель Департамента государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края ФИО11 в судебное заседание не явилась, представила ходатайство о рассмотрении гражданского дела в отсутствие представителя, в письменном отзыве указала, что субсидиарная ответственность должна быть возложена на Министерство здравоохранения Забайкальского края. 

Третьи лица ФИО12, ФИО8, ФИО9, ФИО10 извещенные о дате рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного заседания или о рассмотрении дела в их отсутствие, не представили.

Министерство здравоохранения Забайкальского края, надлежащим образом извещенное о дате рассмотрения дела, в судебное заседание не направило своего представителя, ходатайств об отложении судебного заседания или о рассмотрении дела в их отсутствие не представил.

Представитель Государственной страховой медицинской компании «Забайкалмедстрах» ФИО13, действующая на основании надлежащей доверенности, в судебное заседание не явилась, направила ходатайство го рассмотрение дела в ее отсутствие.

Суд, с учетом мнения сторон, в порядке ст.167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело при имеющейся явке.

В судебном заседании истцы ФИО2, ФИО1, и их представитель ФИО3 требования, изложенные в исковом заявлении, поддержали в полном объеме.

При этом истец ФИО1 суду пояснила, что прожила с мужем в браке тридцать лет, он на состояние здоровья не жаловался, на учете у врачей не состоял. Она испытала стресс в связи со смертью мужа у нее на глазах, полагает, что медицинские работники должны были оказать квалифицированную медицинскую помощь. После смерти мужа испытывала и испытывает чувство одиночества, горя, потери близкого человека.

Третье лицо ФИО5, фельдшер скорой медицинской помощи, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ поступил вызов от диспетчера, который сказал, что у пациента сердечный приступ. Когда она зашла в квартиру, пациент лежал на диване, жаловался на сильные давящие боли в области сердца. Они измерили давление, сатурацию, пульс, сняли ЭКГ, во время записи ЭКГ она поняла, что есть инфаркт, запись была сделана 36 минут, в 12 часов 37 минут они направили на дистанционную консультацию ЭКГ кардиологу ФИО15, который сразу же направил заключение, что у пациента инфаркт по задней стенке. Она поставила винфлон, ввела морфин согласно стандарту оказанию скорой помощи при инфаркте. Когда начали вводить тромболитик, после введения 2 мл, у пациента начались судороги, остановка дыхания, сердцебиение, они прекратили введения препарата, положили на пол, и начали производить сердечно-легочную реанимацию, но пациент умер. Полагает, что она приняла все необходимые меры по оказанию медицинской помощи.

Третье лицо ФИО6, суду пояснила, что она работает фельдшером, стаж работы в медицине 10 лет, на скорой помощи 7 лет. 18 и ДД.ММ.ГГГГ она приезжала к ФИО16 на вызов, так как пациент жаловался на высокое давление и боли в груди. Они смерили давление, оказали помощь, поставили укол и давление снизилось, боли прошли, сделали ЭКГ, отправили ФИО15 на диагностику, им сказали, что ничего острого нет, рекомендовали обратиться в больницу на прием. 19 апреля в ночь поступил вызов, по приезду они оказали помощь ФИО14, сделали ЭКГ, состояние улучшилось, так же порекомендовали сходить на прием. Пациент жаловался на боли в груди и высокое давление, свое состояние связывал со стрессом, 

Третье лицо ФИО4, фельдшер скорой помощи, суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ поступил вызов от пациента с болями в сердце. Они приехали на вызов, мужчина лежал на диване, держался за грудь, осмотрели, сделали кардиограмму, показания по кардиограмме сразу показали на инфаркт, ЭКГ отправили на консультацию к кардиологу дистанционно, который подтвердил, рекомендовал тромболизис, все остальное делали по стандарту, дали аспирин, каптоприл. В момент проведения тромболизиса, начались мимические судороги у пациента, больше похоже на остановку сердца, они начали сердечно-легочную реанимацию, но безрезультатно. Считает, что мероприятия по оказанию помощи были проведены по стандарту. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, с учетом требований разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, дополнительно представленные письменные доказательства, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого представленного в суд доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему выводу. 

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии с требованиями ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии с ч. 1 ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (Закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

В силу п. 1 ст. 2 Закона здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу п. 2 ст. 2 Закона охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи; качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статьей 4 Закона установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. 3, 9 ст. 2 Закона "Об основах охраны здоровья граждан").

В п. 21 ст. 2 Закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Закона ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Закона формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Закона предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и 3 ст. 98 Закона).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО2, ФИО1 следует, что основанием их обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда явилось некачественное оказание их супругу и отцу ГУЗ "Борзинская ЦРБ" медицинской помощи, а именно неквалифицированная медицинская помощь, отсутствие необходимой госпитализации в стационар, отсутствие осмотра врачом-кардиологом, неверные реанимационные действия, ошибочная интерпретация данных ЭКГ-исследований, что повлекло за собой смерть их близкого человека.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда. При этом, такие требования могут быть заявлены не только самим гражданином, но и родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз. 2 п. 8 Постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК Ф презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом, гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГК РФ.

Поскольку компенсация морального вреда заявлена в связи с некачественным оказанием ответчиком медицинской помощи ФИО14 - близкому истцам человеку, то нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Как установлено материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 вызывала к супругу ФИО14 бригаду медиков скорой помощи в связи с сердечными болями и высоким давлением. Медиками была оказана медицинская помощь.

По рекомендации фельдшера скорой помощи ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 обратился на прием в поликлинику по месту жительства в поселке Шерловая гора Участковую больницу №2 (структурное подразделение ГУЗ «Борзинская ЦРБ») к фельдшеру ФИО9 с прежними жалобами: на непроходящие некупируемые жалобы в области сердца, плохое самочувствие. Фельдшер назначил только медикаментозное лечение без госпитализации в стационар и без осмотра кардиологом.

ДД.ММ.ГГГГ состояние здоровья больного резко ухудшилось. Истец ФИО1 вызвала скорую помощь, прибывшие медики скорой помощи провели ЭКГ-исследование сердца, направили результаты ЭКГ для расшифровки в Читу, которые показали ассистолию - "прямую линию", то есть прекращение деятельности сердца. ФИО14 требовалась срочная госпитализация, но он уже был нетранспортабельный. Дефибриллятора и кислорода у работников скорой помощи не было. Через 40 минут реанимационных мероприятий скончался по адресу проживания: 

<

адрес>. 

Согласно заключению эксперта №77 (экспертиза трупа) от 24 апреля 2020 года Борзинского отделения Забайкальского краевого бюро судебно-медицинской экспертизы, смерть ФИО14 наступила от острого интрамурального инфаркта миокарда передней стенки левого желудочка давностью 4-5 часов.

На основании заявления ФИО2 о ненадлежащем оказании медицинской помощи его отцу ФИО14 было возбуждено уголовное дело N № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса РФ.

Из постановления руководителя второго следственного отделения третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Забайкальскому краю майором юстиции ФИО18 от следует, что следствие пришло к выводу о наличии дефектов в оказании медицинской помощи ФИО14, в то же время уголовное дело в фельдшеров скорой медицинской помощи ГУЗ «Борзинская ЦРБ» ФИО5, ФИО4 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Вместе с тем, согласно акта экспертизы качества медицинской помощи № от 01.06.2020 года, проведенного специалистом-экспертом ФИО19 указано, что при оказании медицинской помощи ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ (фельдшерами СМП ФИО6 и ФИО12 ПО.): нет сведений в анамнезе об имеющихся заболеваниях, какую терапию принимает постоянно, сколько лет беспокоит артериальная гипертензия и стенокардия. Не проведена интерпретация длительности болевого синдрома в грудной клетке, не купирующегося нитроглицерином. Не проведена интерпретация результатов электрокардиографии (подъем VI, V2, V3 сегмента ST выше изолинии более 2 мм).

Выявленные нарушения при оказании медицинской помощи: невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, приведших к ухудшению состояния застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания.

Рекомендовано соблюдать стандарты обследования и лечения, усилить внутриведомственный контроль. 

Из экспертного заключения от 25 мая 2020 года, выполненного экспертом качества медицинской помощи ФИО20, следует, что в диагноз не внесен гипертонический криз, осложненный ангинальными болями, недооценка состояния пациента, ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий на основе клинических рекомендаций, создавших риск прогрессирования заболевания, необходима была госпитализация для исключения ОКС (острого коронарного синдрома).

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи №2196 от 01.06.2020 года, проведенного специалистом-экспертом ФИО19, выявлены дефекты медицинской помощи в период оказания медицинской помощи ФИО16 фельдшером ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ. В заключении указано: не в полном объеме собран анамнез, не проведена интерпретация болей в прекардиальной области, отсутствует детализация болевого синдрома в прекардиальной области, лента электрокардиографического исследования неинформативна - отсутствует запись в Y2 отведениях, не выставлен диагноз ИБС, впервые возникшая стенокардия, пациент не госпитализирован по экстренным показаниям.

Выявленные нарушения при оказании медицинской помощи: невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, приведших к ухудшению состояния застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания.

Из экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертом а качества медицинской помощи ФИО20, следует, что выбрана неверная тактика ведения пациента, требовалась госпитализация пациента в стационар по экстренным показаниям. 

Согласно выводов заключения эксперта №/У-21, комплексной экспертизы, проведенной БУЗ Вологодонской области, «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №9/У-21 от 26.02.2021 года, смерть ФИО14 наступила в результате заболевания – ишемической болезни сердца: острого инфаркта миокарда, осложнившегося острой сердечно-сосудистой недостаточностью. При первичном оказании медицинской помощи бригадой ССМП ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь оказана в полном объеме, в соответствии с жалобами пациента и объективными данными, в том числе результатами ЭКГ. При ретроспективном анализе ЭКГ от ДД.ММ.ГГГГ врачом функциональной диагностики (членом экспертной комиссии) обнаружен небольшой подъем сегмента ST, что может быть как вариантом нормы, так и признаком острой ишемии миокарда.

При повторном обращении за медицинской помощью в ССМП ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь оказана не в полном объеме, с дефектами. На данном вызове у пациента установлена давящая боль в груди, которая должна быть расценена как нестабильная впервые возникшая стенокардия (является одним из вариантов острого коронарного синдрома), в соответствии с Клиническими рекомендациями М3 РФ «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» 2020 год (пункты 1.5. и 1.6.) и с Приказом М3 РФ от 05 июля 2016 года №456н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при остром коронарном синдроме без подъема сегмента ST» (пункт 2) пациента следовало госпитализировать в специализированный стационар даже при отсутствии изменений на ЭКГ. Клиническая картина в виде давящей боли в груди является признаком ишемии миокарда».

Данный дефект (отсутствие госпитализации в специализированный стационар) сам по себе не является причиной смерти пациента (пациента умер от заболевания), но был условием, которое не позволило изменить негативный характер течения патологического процесса, поэтому находится в непрямой (косвенной) причинно- следственной связи с наступлением смерти ФИО14 В случае своевременной госпитализации пациента, проведения необходимого обследования и лечения имелась вероятность благоприятного исхода.

При обращении на амбулаторный прием ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь оказана в полном объеме, в соответствии с жалобами пациента и объективными данными. Показаний для госпитализации пациента в стационар не было.

При оказании медицинской помощи бригадой ССМП ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь оказана не в полном объеме:

во время проведения тромболитической терапии и реанимационного пособия отсутствует ЭКГ мониторирование (постоянная регистрация ЭКГ), что является нарушением Приказа Министерства здравоохранения РФ от 05 июля 2016 года №457н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при остром трансмуральном инфаркте миокарда» (пункт 2); а так же приказа Министерства здравоохранения РФ от 05 июля 2016 года №454н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти» (пункт 2). Отсутствие ЭКГ-мониторирования во время реанимации не позволяет оценить правильность выполнения реанимационного пособия. Для эффективной реанимации, в случае сердечной смерти, необходимо первоначально установить по какому типу в данном случае произошло нарушение функционирования сердца. И далее в зависимости от типа нарушения проводить соответствующие реанимационные мероприятия, так как реанимационное пособие при разных видах сердечной смерти различны.

пациенту не были введены бета-андреноблокаторы (препараты, снижающие зону некроза при инфаркте миокарда) при отсутствии у пациента противопоказаний для их введения, что является нарушением Приказа Министерства здравоохранения РФ от 5 июля 2016 года №457н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при остром трансмуральном инфаркте миокарда (пункт 3).

во время реанимационного пособия пациенту введена неадекватная доза адреналина по 1,0 мг (мл) две инъекции. Согласно рекомендациям по проведению реанимационных мероприятий Европейского совета по реанимации (пересмотр 2015 год) под редакцией член-корр. РАН ФИО21 2016 год (стр.49), пациенту положено введение адреналина по 1,0 мг (мл) внутривенно каждые 3-5 минут, то есть в данном клиническом случае пациенту необходимо было ввести как минимум шесть инъекций (64) мг) за все время реанимации до 12 часов 40 минут;

- в карте вызова скорой медицинской помощи нет указания на катетеризацию периферической вены, что является нарушением Приказа Министерства здравоохранения РФ от 5 июля 2016 года №454н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти».

Данные дефекты оказания медицинской помощи (отсутствие ЭКГ мониторирования, отсутствие введения бета-андреноклокаторов, введение неадекватной дозы адреналина, отсутствие указания в карте вызова СМП на катетеризацию периферической вены сами по себе не являются причиной смерти ФИО14 (пациент умер от заболевания), но в комплексе послужили условиями, которые не позволили изменить негативный характер течения патологического процесса, связанного с усугублением нарушения кровообращения и ишемических изменений в сердце, поэтому находятся в непрямой (косвенной) причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО14

На современном этапе развития медицины не исключается возможность спасения жизни ФИО14 при его госпитализации ДД.ММ.ГГГГ.

Дефекты оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившим неблагополучным исходом.

Из исследованных в суде письменных доказательств следует, что медицинскими работниками ГУЗ «Борзинская ЦРБ» в период с 18 по ДД.ММ.ГГГГ были допущены дефекты при оказании медицинской помощи пациенту ФИО14, в том числе не обеспечили своевременную его госпитализацию на стационарное лечение, была выбрана неверная тактика ведения пациента, что привело к смерти пациента.

Несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между установленными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО14, данное обстоятельство не может свидетельствовать об отсутствии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку выявленные дефекты оказания медицинской помощи привели к неблагоприятному течению заболевания, способствовали наступлению неблагоприятного исхода - смерти ФИО14, и эти нарушения, безусловно, причиняли нравственные страдания истцам, которые вправе были рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь для их отца и супруга.

При этом суд исходит из того, что из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Смерть человека предполагает, что близкие родственники умершего в связи с этим испытывают нравственные и физические страдания, факт причинения нравственных страданий потерей отца и супруга для истцов очевиден.

Принимая во внимание, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь, истцы ФИО2, ФИО1 в связи с дефектами оказания медицинской помощи ФИО14 ответчиком, и с его последующей смертью, безусловно, понесли существенный моральный вред, выразившийся в переживаемых тяжелых нравственных страданиях в виде глубоких переживания, полученного стресса, чувства утраты и горя.

С учетом установленных конкретных обстоятельств по делу, исходя из требований закона о разумности и справедливости возмещения морального вреда, суд считает требования истцов подлежащими удовлетворению и определяет компенсацию морального вреда в размере 1 000 000,00 рублей в пользу истцов.

Разрешая вопрос по выплате истцам взысканных денежных средств суд приходит к следующему:

Пунктом 3 статьи 123.21 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4 - 6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 настоящего Кодекса, несет собственник соответствующего имущества.

Согласно пункту 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

Как установлено Уставом ГУЗ «Борзинская центральная районная больница» является бюджетным учреждением (п.1.3).

Согласно п. 1.4 функции учредителя и собственника имущества учреждения от имени Забайкальского края осуществляет Министерство здравоохранения Забайкальского края и Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края.

Согласно п. 1.5 учреждение является некоммерческой организацией.

Согласно п. 3.2 учреждение является юридическим лицом, имеет самостоятельный баланс, лицевые счета.

Согласно п. 3.3 учреждение от своего имени приобретает и осуществляет гражданские права, несет гражданские обязанности, выступает истцом и ответчиком в суде.

Согласно п. 3.4 учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, как закрепленным за учреждением собственником имущества, так и приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за учреждением собственником этого имущества или приобретенного учреждением за счет выделенных собственником имущества Учреждения средств, а также недвижимого имущества. Собственник имущества учреждения не несет ответственности по обязательствам учреждения.

В соответствии с абз. 2 п. 5 ст. 123.22 ГК РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Согласно Положению о Департаменте государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, утвержденному постановлением Правительства Забайкальского края от 29.12.2017 № 585, Департамент осуществляет полномочия собственника имущества государственных унитарных предприятий, государственных учреждений края в соответствии с федеральным законодательством (пункт 12.3.12 Положения).

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает необходимым при недостаточности имущества у ГУЗ «Борзинская ЦРБ» субсидиарную ответственность по обязательствам перед истцами возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, как на собственника имущества указанного медицинского учреждения.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Согласно подп. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца. Соответственно, с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных издержек, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей в местный бюджет.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковое заявление удовлетворить.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Борзинская центральная районная больница» в пользу истцов ФИО1 и ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей каждому в отдельности.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Борзинская центральная районная больница» в доход бюджета муниципального района «Борзинский район» Забайкальского края государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

При недостаточности имущества у Государственного учреждения здравоохранения «Борзинская центральная районная больница» субсидиарную ответственность по обязательствам перед истцами ФИО1 и ФИО2 возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Борзинский городской суд Забайкальского края.

Председательствующий судья Б.Д. Дармаева 

(решение принято в окончательной форме 02 августа 2021 года )