11RS0003-01-2020-000306-72 

2-402/20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Инта

02 октября 2020 года

Интинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Матюшенко Ю.Ф., при секретаре Яковлевой О.Ю., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Инте Республики Коми о взыскании индексации в связи с несвоевременной выплатой пенсии, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 с учетом уточнений обратился в суд с иском к УПФР в г.Инте Республики Коми о взыскании индексации в связи с несвоевременной выплатой пенсии за период с 12.01.2020 по 31.01.2020 в размере 228 руб. 26 коп., компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что является получателем пенсии по инвалидности с детства. Однако ответчиком пенсия за январь 2020 года не была выплачена своевременно, что является основанием для её индексации с целью возмещения потерь в связи с инфляционными процессами в государстве, а также для взыскания компенсации морального вреда, выразившегося в эмоциональном и психическом напряжении, унижении чувства достоинства, связанных с необходимостью защищать свои права, обсуждения состояния здоровья на фоне чрезвычайной усталости, сильнейшего изнеможения и слабости, поскольку ответчик лишил его единственного источника дохода.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик в письменных отзывах ссылался на законность приостановления выплаты истцу пенсии, а также на отсутствие оснований для её индексации и взыскании компенсации морального вреда. 

В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях настаивала, поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении и его письменных дополнениях.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных отзывах. 

Истец в заседании суда отсутствовал, извещен надлежаще, об отложении рассмотрения дела не просил, на основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие.

Заслушав участников, исследовав материалы дела, обозрев материалы пенсионного дела истца, материалы гражданского дела № 2-304/2020, суд приходит к следующему. 

Установлено, что ФИО3 является получателем социальной пенсии в УПФР в г.Инте Республики Коми, назначенной в соответствии со ст.11 Федерального закона от 15.12.2001 №166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" и ежемесячной денежной выплаты по категории инвалид 1 группы, назначенной в соответствии со ст.28.1 Федерального закона от 24.11.1995 №181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации". 

Согласно ч.4 ст.24 Закона "О государственном пенсионном обеспечении" выплата и доставка социальных пенсий производится в порядке, предусмотренном для выплаты и доставки пенсий, назначаемых в соответствии с Федеральным законом от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (далее – Закон "О страховых пенсиях").

В связи с неподтверждением лично ФИО3 факта регистрации или фактического проживания по месту получения пенсии, с 01.08.2019 истцу было приостановлено формирование доставочных документов на основании подпункта "ж" п.32 Правил выплаты пенсии, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 17.11.2014 №885н.

В последующем, в связи с неполучением ФИО3 пенсии в течение шести месяцев, с 01.02.2020 выплата пенсии истцу в УПФР в г.Инте Республики Коми была приостановлена.

Вступившим в законную силу 13.08.2020 решением Интинского городского суда от 26.05.2020 по делу № 2-304/2020 признаны незаконными решения УПФР в г.Инте Республики Коми от 28.11.2019 №373361/19 о приостановлении ФИО3 доставки пенсии с 01 августа 2019 года и выплаты пенсии с 01 февраля 2020 года; на УПФР в г.Инте Республики Коми возложена обязанность возобновить ФИО3 выплату пенсии и ЕДВ с 01.08.2019 и выплатить недополученную пенсию с 01.08.2019 по настоящее время. Также указанным решением ФИО3 отказано в удовлетворении требований к УПФР в г.Инте Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда.

Согласно сведениям ответчика пенсия по инвалидности за период с 01.08.2019 по 30.09.2020 с учетом произведенной индексации с 01.04.2020 выплачена ФИО3 14.09.2020.

Таким образом, в судебном заседании факт несвоевременной выплаты истцу пенсии по инвалидности за январь 2020 года нашел свое подтверждение.

Размеры социальных пенсий и основания для их увеличения установлены статьей 18 Закона "О государственном пенсионном обеспечении".

В силу ст.25 Закона "О государственном пенсионном обеспечении" социальные пенсии, предусмотренные настоящим Федеральным законом, индексируются ежегодно с 1 апреля с учетом темпов роста прожиточного минимума пенсионера в Российской Федерации за прошедший год. Коэффициент индексации социальных пенсий определяется Правительством Российской Федерации.

Из приведенных нормативных положений следует, что порядок увеличения (индексации), повышения и перерасчета размера пенсий, в том числе и социальной пенсии по инвалидности, законом урегулирован. При этом установленный законом механизм и порядок индексации пенсий не предусматривает увеличение их размера в связи с ростом индекса потребительских цен в субъекте Российской Федерации по месту жительства пенсионера.

Ссылка истца на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в определении от 20.03.2008 № 244-О-П, согласно которой индексация, предусмотренная ст. 208 ГПК РФ, является механизмом, позволяющим полностью возместить потери взыскателя от длительного неисполнения судебного решения в условиях инфляционных процессов в государстве, к данным правоотношениям не применима, поскольку длительного неисполнения решения суда ответчиком допущено не было.

На основании изложенного, с учетом, что пенсионное законодательство не предусматривает возможности индексации несвоевременно выплаченных сумм социальных пенсий, суд отказывает в исковых требованиях о взыскании индексации недополученной суммы пенсии за период с 12 января 2020 года по 31 января 2020 года в размере 228 руб. 26 коп.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч.1 ст.151 ГК РФ).

В соответствии с п.п.1, 2 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

На основании ст. 1100 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом. 

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

Таким образом, такой способ защиты права как денежная компенсация морального вреда предусмотрен законом не для всех случаев причинения гражданину физических или нравственных страданий, а только для защиты от таких действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место лишь при наличии прямого указания об этом в законе. 

Правовое регулирование отношений, связанных с основаниями возникновения и порядка реализации прав граждан на пенсионное обеспечение осуществляется на основании Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях", Федерального закона от 17.12.2001 №173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", а также Федерального закона от 15.12.2001 №166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", нормами которых ответственность пенсионного органа в виде компенсации морального вреда за несвоевременную выплату пенсии (либо невыплату в полном объеме) не предусмотрена.

Из разъяснений, данных в п.31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 №30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии", следует, что поскольку нарушения пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан, требования о компенсации морального вреда исходя из положений пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ не подлежат удовлетворению, так как специального закона, допускающего в указанном случае возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к такой ответственности, не имеется.

Таким образом, действующее законодательство не содержит нормы, позволяющей компенсировать истцу моральный вред, причиненный невыплатой пенсии.

Из разъяснений в п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" следует, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Как следует из определений Конституционного Суда РФ от 06.06.2016 №1171-О, от 16.10.2001 №252-О современное правовое регулирование не исключает возможности компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Вместе с тем, поскольку компенсации морального вреда является одним из видов гражданско-правовой ответственности, при разрешении спора о взыскании компенсации морального вреда подлежит установлению совокупность таких обстоятельств, как: наличие вреда; причинно-следственная связь между действиями (бездействием) государственных органов либо должностных лиц этих органов и наступившими последствиями; противоправность деяния причинителя вреда (незаконные действия, бездействие государственных органов, либо должностных лиц этих органов); вина причинителя вреда.

При этом истец был обязан доказать факт наступления тех или иных негативных последствий, признаваемых вредом, их объем, а также причинную связь между действиями лиц, указанных им в качестве причинителей вреда, и этими последствиями.

Вопреки доводам истца ст.1069 ГК РФ не содержит презумпцию причинения морального вреда при совершении должностными лицами Пенсионного фонда незаконных действий.

Как указано в письменных объяснениях и пояснил представитель истца в судебном заседании ФИО3 испытывал боль без лекарств, голодал, не имел специализированной еды и средств гигиены. Вместе с тем допустимых доказательств причинения неправомерными действиями ответчика вреда здоровью истца, на нарушение семейных связей в связи с невозможностью проживать совместно с отцом, а также наличия прямой причинно-следственной связи между указанными обстоятельствами, истцом не представлено, в связи с чем, подлежат отклонению как несостоятельные. Каких-либо действий ответчика, непосредственно направленных на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающих на принадлежащие ему нематериальные блага, в том числе на унижение достоинства истца, судом не установлено. 

Сам факт, что истец является инвалидом 1 группы с детства и получает социальную пенсию по инвалидности, а не страховую пенсию, не свидетельствует, что приостановкой выплаты пенсии за январь 2020 года ответчиком нарушены не имущественные (материальные), а личные неимущественные права. 

Учитывая, что причинение морального вреда истец обосновывает незаконной приостановкой выплаты пенсии, т.е. связывает с нарушением его имущественных интересов, тогда как действующим пенсионным законодательством, регулирующим вопросы пенсионного обеспечения граждан РФ, ответственность пенсионного органа в виде компенсации морального вреда за несвоевременную выплату не предусмотрена, довод о нарушении личных неимущественных прав истца своего подтверждения не нашел, положения ст.ст. 151, 1099 ГК РФ к спорным правоотношениям применению не подлежат. 

На основании изложенного, суд оставляет исковые требования ФИО3 к УПФР в г.Инте РК о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО3 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Инте Республики Коми о взыскании индексации в связи с несвоевременной выплатой пенсии за период с 12 января 2020 года по 31 января 2020 года в размере 228 руб. 26 коп., компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. – оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Интинский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий

подпись

Мотивированное решение составлено 16 октября 2020 года.

Копия верна:

судья 

Ю.Ф. Матюшенко