Дело №2-2928/2020

УИД №26RS0029-01-2020-007163-58

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«26» ноября 2020г. г.Пятигорск

Пятигорский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Беликова А.С.,

при секретаре Капесс И.Э.,

с участием:

истца: ФИО1,

представителя истца адвоката Бобарева И.М.

ФИО1: (по ордеру, доверенности),

представителя ответчика ФИО2

АО «Тандер»: (по доверенности),

представителя ответчика ФИО4

АО «Тандер»: (по доверенности),

прокурора: помощника прокурора

г.Пятигорска Кобыляцкой М.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале Пятигорского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Тандер» о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, убытков, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к АО «Тандер», указав, что 11.03.2011г. между ним и ЗАО «Тандер» был заключен трудовой договор и он принят на работу в указанную организацию в должности продавца магазина «Магнит» в г.Ессентуки.

Приказом от 17.05.2019г. он был переведен на другую работу в АО «Тандер» на должность директора филиала в г.Пятигорске.

17.05.2019г. между ним и работодателем было заключено дополнительное соглашение об изменении сторонами условий трудового договора от 11.03.2011г.

Приказом от 20.08.2020г., подписанным директором департамента управления персоналом округа АО «Тандер», трудовой договор с ним был прекращен по инициативе работодателя на основании п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ.

Согласно текста приказа основанием для его увольнения явилась служебная проверка, распоряжение о проведении которой издано 06.07.2020г.

По результатам служебной проверки установлено следующее: «ФИО1 совершил дисциплинарный проступок – нарушение должностных обязанностей, предусмотренных п.п. 4.1.14, 4.1.22, 4.1.64 должностной инструкции директора филиала, выразившееся в неосуществлении контроля выполнения контрагентом условий заключенного договора, организации и контроля планово и систематически качественного выполнения обязанностей сотрудниками филиала, контроля предоставленной информации в функциональном подразделении, повлекшее причинение материального ущерба в размере 819 102,68 рублей, вследствие того, что действие договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», заключенного 01.08.2019г. истекло 31.12.2019г., по данному контрагенту в 2020 году акты выполненных работ подписывались, несмотря на отсутствие договора и без удостоверения в факте выполненных работ, производилась оплата по данным актам выполненных работ, но фактически ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» данные работы не производил». 

Приказ о расторжении с ним трудового договора по п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ, считает незаконным и необоснованным по следующим основаниям.

Согласной должностной инструкции директора филиала, в его обязанности входит: п.4.1.14 – контролировать выполнение контрагентами условия заключенных договоров, участвовать в переговорах с контрагентами, предпринимать действия, направленные на защиту интересов компании и улучшение условий работы с контрагентами; п.4.1.22 – организовывать и контролировать планово и систематически качественное выполнение обязанностей всеми сотрудниками филиала, знание и выполнение ими своих должностных обязанностей, в соответствии с должностными инструкциями, а также всех стандартов компании; п.4.1.64 – контролировать своевременное заключение договоров по всем направлениям работы филиала, в том числе аренда, коммунальные услуги, связь, охрана, закупки ТМЦ и предоставление информации по ним в функциональное подразделение.

01.08.2019г. был заключен договор с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» на проведение работ по дезинфекции помещений магазинов, входящих в сферу деятельности Пятигорского филиала (168 объектов). Договор был заключен сроком до 31.12.2019г., без условия автоматической пролонгации.

По принятым в филиале правилам, и в соответствии с должностными инструкциями, оплата услуг данного контрагента производилась на основании акта выполненных услуг, которые сначала подписывал инженер филиала по данному направлению (на указанный период – ФИО5), после чего приносила их на утверждение ему, а он направлял акты выполненных услуг в финансовый департамент для оплаты. 

Основанием для проведения служебной проверки в отношении него послужил тот факт, что договор с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» после декабря 2019 года продлен не был, и данный контрагент продолжал осуществлять свою деятельность без договора с АО «Тандер». Кроме того, в ходе проверки выяснилось, что услуги, оказанные ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» в период с января по апрель 2020 года, были ненадлежащего качества, а именно, дезинфекция проводилась не на всех объектах Пятигорского филиала. 

Ущерб, как указал работодатель в приказе, составил 819 102,68 рублей, т.е. данный ущерб исчислен из оплаты услуг ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» за период с января по апрель 2020 года (включительно). 

Таким образом, по мнению работодателя, ущерб был причинен из-за того, что услуги данным контрагентом осуществлялись без подписания с ним договора, а также по причине того, что он подписывал акты выполненных услуг, не проконтролировав как наличие договора с данным контрагентом, так и фактическое выполнение услуг в указанный период.

Однако, указанные выводы работодателя неправильно отражают ситуацию по работе с данным контрагентом.

Во-первых, заключение 01.08.2019г. указанного договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» позволило сэкономить для компании более 75 000 рублей в месяц, поскольку стоимость услуг ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» составляла 204 775 рублей в месяц, тогда как прежний поставщик данных услуг – ИП ФИО20 оказывал данные услуги по цене 288 133 рубля в месяц

Во-вторых, в его обязанности действительно входит контроль за заключением договоров с контрагентами, а также контроль за исполнением данных договоров. Однако, в данном частном случае, он как директор филиала в г.Пятигорске, в который входит около 220 магазинов, не мог лично проконтролировать исполнение контрагентом условий договора по оказанию услуг по дезинфекции и другим направлениям. По общему правилу и в соответствии с должностными инструкциями, выполнение условий договоров с контрагентами на начальном этапе контролируется директорами магазинов, входящих в Пятигорский филиал. В случае невыполнения условий договоров, директора магазинов сообщают о данном факте ему, как директору филиала, или же иным сотрудникам, в ведение которых входит осуществление контроля за исполнением договоров.

Однако, ему в указанный период времени, т.е. с января по апрель 2020 года, никаких жалоб от директоров магазинов не поступало, в связи с чем, он подписывал акты выполненных услуг, обоснованно считая, что как и ранее, услуги данным контрагентом выполняются в полном объеме.

В-третьих, он подписывал акты выполненных услуг после визирования их инженером ФИО5, в обязанности которой входит непосредственный контроль за выполнением услуг по дезинфекции. От нее также не поступало каких-либо сообщений о невыполнении поставщиком услуг своих обязательств. 

Кроме того, об отсутствии договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» было известно финансовому департаменту, который производит оплату услуг контрагентов только при наличии подписанного им акта выполненных услуг и действующего договора. 

Таким образом, работодатель, при расторжении трудового договора с ним, формально подошел к вопросу оценки исполнения им должностных инструкций в части контроля за заключением договоров с контрагентами, поскольку отсутствие договора само по себе не может причинить ущерба компании и не может служить основанием для увольнения по п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ.

Указанный ущерб в размере 819 102,68 рублей, якобы причиненный компании тем, что с контрагентом не был заключен договор, не соответствует действительности, поскольку ущерб, как было сказано выше, исчислен исходя из договорной стоимости оказания услуг ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» за 4 месяца, без учета фактически выполненной контрагентом работы. 

В приказе от 20.08.2020г. звучит: «несмотря на отсутствие договора и без удостоверения в факте выполненных работ, производилась оплата по данным актам выполненных работ, фактически ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» данные работы не производил».

Вместе с тем, в ходе проведения служебной проверки, в своем объяснении он указал, что о фактах невыполнения или неполного выполнения обязательств ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» ему ничего известно не было и он сообщил руководству компании, что назначена встреча с руководством ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», для урегулирования проблемы.

В ходе переговоров и письменной претензионной работы, а именно претензия в адрес контрагента направлена 12.08.2020г., ответ на претензию поступил 17.08.2020г., поставщик услуг – ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» частично признало наличие заложенности по объемам услуг выполненных в 2020 году, и согласилось погасить задолженность на сумму 231 578,86 рублей (работами) и 175 572 рублей (взаимозачетом по ранее сложившейся задолженности).

Однако, указанные документы, и признание контрагентом наличия задолженности, обязательство погасить ее, не было принято во внимание при проведении служебной проверки. 

Не отрицая некоторых нарушений должностных инструкций, считает, что примененное работодателем к нему взыскание в виде расторжения трудового договора в связи с однократным грубым нарушением трудовых обязанностей явилось чрезмерным при изложенных обстоятельствах, поскольку работодателю не причинен имущественный ущерб, так как контрагент по договору – ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» признало наличие задолженности и готово ее погасить путем зачета и выполнения дополнительного объема услуг.

Как видно из карточки по учету кадров, ранее к нему работодателем не применялось никаких дисциплинарный взысканий, более того, имеются поощрения.

Таким образом, при расторжении с ним трудового договора на основании п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ работодателем не доказан факт однократного грубого нарушения трудовых обязанностей, в связи с чем, считает его увольнение по указанному основанию незаконным. 

Из приказа о его увольнении следует, что работодателем служебная проверка начата распоряжением от 06.07.2020г., т.е. проступок, за который он впоследствии был уволен, выявлен работодателем 06.07.2020г., поскольку распоряжение о проведении служебной проверки издано руководителем департамента по округу, т.е. его непосредственным руководителем. 

Таким образом, месячный срок для привлечения к дисциплинарной ответственности, предусмотренный ч.3 ст.193 Трудового кодекса РФ, начал течь 06.07.2020г.

Однако, приказ о его увольнении издан работодателем 20.08.2020г., т.е. с нарушением указанного в ст.193 ТК РФ срока, в связи с чем данный приказ является незаконным и подлежит отмене.

При этом, отсутствуют обстоятельства, указанные в ст.193 ТК РФ, увеличивающие указанный срок, а именно: болезнь работника, пребывание его в отпуске, а также время необходимое на учет мнения представительного органа работников.

Местом исполнения его трудового договора является г.Пятигорск, филиал АО «Тандер», директором которого он являлся, также расположен в г.Пятигорске.

С учетом заявления об уточнении исковых требований просил признать незаконным приказ от 20.08.2020г. о расторжении с ФИО1 трудового договора с АО «Тандер».

Восстановить ФИО1 в прежней должности директора филиала в г.Пятигорске АО «Тандер». 

Взыскать с АО «Тандер» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула с момента незаконного увольнения по день вынесения решения суда, убытки по оплате аренды квартиры в размере 70 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, пояснила, что исковые требования, заявленные им по данному гражданскому делу к АО «Тандер» о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, убытков, компенсации морального вреда, полностью поддерживает по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также заявлении об уточнении исковых требований и просил удовлетворить их в полном объеме.

Также пояснил, что его должность была директор филиала в г.Пятигорске, в связи с чем, он не мог физически лично проверить наличие заключенного договора, так как этим занимается финансовый департамент округа в г.Ставрополе. Это должен был контролировать инженер. При заключении первоначального договора, ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» не было в списке запрещенных контрагентов. 16.07.2020г. он писал письменные объяснения по требованию начальника безопасности. ФИО6 является директором округа. 21.08.2020г. он обращался к своему работодателю посредством электронной почты. С результатами служебной проверки его не ознакомили. Служебная проверка была окончена и составлено заключение 20.08.2020г.

С результатами служебной проверки его не ознакомили, а ознакомили только с приказом о расторжении трудового договора. Виновных лиц он привлек к дисциплинарной ответственности. Вел претензионную работу. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующий на основании ордера, доверенности – адвокат ФИО7, пояснил, что исковые требования ФИО1 к АО «Тандер» о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, убытков, компенсации морального вреда, заявленные по данному гражданскому делу, полностью поддерживает по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также заявлении об уточнении исковых требований и просил удовлетворить их в полном объеме. 

Также пояснил, что в филиал г.Пятигорска АО «Тандер» входят магазины, расположенные на территории Ставропольского края и Карачаево-Черкесской Республике. Также при увольнении ФИО1 был нарушен порядок увольнения, а также нарушен срок, предусмотренный ст.193 ТК РФ, составляющий 1 месяц. 

При увольнении ФИО1 была нарушена процедура увольнения. Основания для применения дисциплинарного наказания не настолько серьезны, чтобы увольнять за это. Истца просто пытаются «съесть». Ранее к дисциплинарной ответственности истец никогда не привлекался, а наоборот имеются поощрения. 

В судебном заседании представители ответчика АО «Тандер», действующие на основании доверенностей – ФИО8, ФИО3, пояснили, что исковые требования ФИО1 к АО «Тандер» о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, убытков, компенсации морального вреда, заявленные по данному гражданскому делу, ответчик не признает и возражает против их удовлетворения по основаниям, изложенным в представленных письменных возражениях, в которых указала, что вина истца в дисциплинарном проступке полностью доказана материалами настоящего дела.

Распоряжением директора Кавказского округа №№ от 06.07.2020г. назначена служебная проверка в отношении сотрудников инженерного отдела Пятигорского филиала, на предмет аффилированности ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», ООО «Городской Дезотдел», ООО НПО «ДезАгромед» между собой, направившими коммерческое предложение для заключения договора на оказание услуг дезинфекции и дератизации на торговых объектах филиала.

По результатам проверки истцом, как директором филиала, к дисциплинарной ответственности за нарушение должностной инструкции и требований тендерной политики некоммерческих закупок АО «Тандер», привлечены сотрудники инженерного отдела филиала ФИО9 и ФИО10, к ним применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

В ходе вышеуказанной служебной проверки, отделом безопасности филиала выявлены факты нарушения истцом должностной инструкции, повлекшие причинение материального ущерба АО «Тандер» в размере 819 102,68 рублей. Причины и обстоятельства нарушения должностной инструкции истцом были изложены в объяснительной от 16.07.2020г., которая в дальнейшем была предоставлена 24.07.2020г. непосредственному руководителю истца, директору Кавказского округа ФИО6 для принятия соответствующего решения. Факты, изложенные истцом в своей объяснительной, касающиеся ненадлежащего исполнения им лично и сотрудниками инженерного отдела своих должностных обязанностей, нашли свое подтверждение при проведении служебной проверки, легли в основу заключения службы безопасности Кавказского округа от 14.08.2020г. и послужили основанием к увольнению истца по п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ.

Вина истца в дисциплинарном проступке полностью доказана материалами служебной проверки, проведенной в рамках распоряжения № от 06.07.2020г., заключением по результатам служебной проверки от 14.08.2020г., объяснениями ФИО1 от 16.07.2020г., объяснительной запиской ФИО5 от 13.08.2020г., должностной инструкцией директора филиала от 17.05.2019г., объяснительными ФИО11 от 10.07.2020г., ФИО12 от 11.07.2020г., ФИО13 10.07.2020г., ФИО14 от 10.07.2020г., ФИО15 от 11.07.2020г., ФИО21. от 10.07.2020г. и многих других директоров магазинов, ФИО10 от 09.07.2020г., ФИО16 от 09.07.2020г., ФИО17 от 15.07.2020г., ФИО9 от 06.07.2020 г., 09.07.2020г., актами выполненных работ, платежными поручениями, актом сверки расчетов от 27.07.2020г.

Устранить допущенные нарушения путем погашения ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» задолженности на сумму 231 578,86 рублей (работами) и 175 572 рублей (взаимозачетом по ранее сложившейся задолженности), как это указано истцом в исковом заявлении, не представляется возможным, поскольку данный контрагент признан АО «Тандер» неблагонадежным, включен в соответствующий реестр, следовательно, заключение с таким контрагентом новых договоров и дополнительных соглашений к уже действующим договорам запрещено, что подтверждается справкой директора финансового департамента Кавказского округа ФИО18

О приведенных выше обстоятельствах истец не мог не знать, так как указанные правила регламентированы положением о порядке проверки контрагентов на благонадежность и требованиями тендерной политики некоммерческих закупок ПАО «Магнит» и его дочерних обществ, имеющие свое прямое распространение на обособленные подразделения компании, которые выступают инициаторами заключения хозяйственных или коммерческих договоров. Указанные локальные акты общества размещены на официальном информационном портале АО «Тандер», подлежат обязательному ознакомлению и применению в работе сотрудниками компании, вовлеченными в процессы закупочной деятельности. Обязанность соблюдения стандартов, принятых в компании и регламентирующих работу сотрудников филиала, также возложена на истца п.4.1.3. его должностной инструкции.

Согласно п.п. 4.1.18-4.1.19 должностной инструкции директора филиала, истец, наряду с другими должностными обязанностями, должен руководить работой филиала и офисных сотрудников в соответствии с федеральным (в том числе антимонопольным), региональным и местным законодательством РФ, а также в соответствии с локальными нормативными актами и принятыми компанией стандартами. Как указано в исковом заявлении истец не отрицает нарушение своих должностных обязанностей, в частности п.4.1.64 должностной инструкции, возлагающего на него обязанность контролировать своевременное заключение договоров по всем направлениям работы филиала, в том числе аренды, коммунальные услуги, связь, охрана, закупка ТМЦ и предоставление информации по ним в функциональное подразделение. Но, при этом ФИО1 не обращает внимание суда на иные немаловажные должностные обязанности, отраженные в его инструкции, а именно: осуществление эффективного расходования денежных средств компании (п.4.1.55), оценка и учет рисков по заключённым договорам (п.4.1.67), обязанность контролировать и нести ответственность за работу подчиненных ему сотрудников (п.4.2.9). Согласно разделу 5 должностной инструкции истец несет материальную, уголовную, административную и дисциплинарную ответственность за: ненадлежащее выполнение своих должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией (п.5.1), несоблюдение приказов, распоряжений, правил и др. документов, регулирующих его работу, причинение материального ущерба компании (п.5.3), неправомерное использование предоставленных служебных полномочий, а также их неграмотное использование (п.5.4). Согласно примечанию: «настоящая должностная инструкция является локальным нормативным актом и предусматривает принцип однозначной ответственности работника за выполнение возложенных на него обязанностей и правильное использование предоставленных ему прав, не является исчерпывающей и не может служить основанием для отказа/обсуждения с руководителем или коллегами обязанности выполнить ту или иную задачу». С указанными выше положениями инструкции истец был ознакомлен, что подтверждается его подписью.

Утверждение истца о прямой должностной обязанности директоров магазинов контролировать на начальном этапе выполнение условий договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», не может быть принято во внимание, поскольку договор на оказание услуг дезинсекции и дератизации на объектах Пятигорского филиала в спорный период заключен не был, следовательно, оснований к организации и контролю проведения дезинсекции и дератизации на магазинах филиала не имелось. Исходя из вышеизложенного, ответчик приходит к выводу о том, что истец признает факт невозможности исполнения возложенных на него должностных обязанной в той степени, на которую работодатель рассчитывал при заключении с ним трудового договора.

Допущенное истцом грубое нарушение трудовых обязанностей, повлекшее причинение АО «Тандер» материального ущерба на сумму 819 102,68 рублей, стало следствием: неоднократного невыполнения истцом локальных нормативных актов общества; полного отсутствия контроля за работой офисных сотрудников филиала; отсутствия надлежащего контроля за расходованием денежных средств компании; неоднократного неправомерного, неграмотного использования предоставленных ему широких служебных полномочий.

Таким образом, ответчик считает, что истцом совершено грубое нарушение своих трудовых обязанностей, которое, как было установлено в результате служебной проверки, носило систематический, а не разовый характер.

Таким образом, ответчик считает, что факт совершения истцом дисциплинарного проступка доказан в полном объеме и примененная работодателем мера дисциплинарного воздействия в виде увольнения соответствует тяжести совершенного истцом проступка.

Установленная Трудовым кодексом РФ процедура применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения ответчиком соблюдена.

При вынесении дисциплинарного взыскания ответчик учитывал тяжесть совершенного истцом проступка и обстоятельства, при которых оно было совершено, а также последствия принятия истцом необоснованного решения, выразившегося в безосновательной оплате ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» услуг по дератизации и дезинфекции на объектах Пятигорского филиала за период с января по апрель 2020 года включительно на общую сумму 819 102,68 рублей. Фактические оплаченные работы на торговых объектах не проводились, договор с данным контрагентом заключен не был. При этом акты выполненных работ, а также счета на оплату за указанные периоды были подписаны и направлены истцом в оплату в полном объеме. В следствии грубого нарушения своих должностных обязанностей, а также локальных правовых актов ПАО «Магнит» и АО «Тандер», истцом причинен материальный ущерб компании на сумму 819 102,68 рублей

До применения дисциплинарного взыскания с ответчика затребовано письменное объяснение, таким образом, каких-либо нарушений порядка наложения дисциплинарного взыскания со стороны ответчика не установлено, все требования действующего трудового законодательства по применению дисциплинарного наказания выполнены.

При вышеуказанных обстоятельствах, учитывая, что ответчиком нарушений порядка применения дисциплинарного взыскания, влекущего признание приказа о расторжении трудового договора от 20.08.2020г. № не допущено, основания для его признания незаконным отсутствуют.

Требования истца о компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей являются необоснованными и явно завышенными, не подтвержденными документально, следовательно, не подлежащей удовлетворению. Ответчик считает сумму заявленного истцом морального вреда недоказанной, чрезмерной. Истцом не представлены суду и ответчику доказательства позволяющие определить степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Поскольку, по мнению ответчика нарушения трудовых прав истца отсутствуют, а применение дисциплинарного взыскания соответствуют требованиям ст.ст. 192-193 ТК РФ, основания предусмотренные ст.ст. 394, 237 ТК РФ, для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей отсутствуют.

Поскольку истцом заявлено требование о возмещение морального вреда вследствие ухудшения его состояния здоровья в связи с расторжением с ним трудового договора, нахождения на его иждивении безработной супруги, ухаживающей за их малолетней дочерью ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющейся инвалидом, а также в связи с невозможностью проведения обследования и возможной операции в г.Москве дочери истца, именно на нем в силу положений ст.56 ГПК РФ лежит обязанность представить доказательства в подтверждение своих исковых требований. В материалах дела отсутствуют доказательства причинно-следственной связи между заболеванием истца и расторжением с ним трудового договора, а также доказательства необходимости проведения обследования и возможной операции дочери истца, запланированной и впоследствии отмененной поездки в г.Москва, стоимости обследования и возможной операции и т.п.

Согласно расчетному листку за август 2020 года истцу была выплачены: заработная плата за август 2020 года, компенсация отпуска при увольнении, компенсация расходов за найм жилого помещения и премия за июнь, июль 2020 года на общую сумму 1 076 649,61 рублей. Данные выплаты были осуществлены в день увольнения сотрудника в рамках требований ст.140 ТК РФ и по мнению ответчика, могли быть использованы истцом для обследования своего ребенка в г.Москве.

Требования истца о возмещении убытков, связанных с незаконным увольнением – оплата аренды квартиры в сумме 70 000 рублей являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку истец имеет юридическую и фактическую возможность проживать с членами своей семьи по месту своей регистрации.

Также представитель ответчика АО «Тандер» - ФИО2, пояснила, что список неблагонадежных контрагентов находится в электронном виде на их сервере, к которому у истца был доступ. Истец был ознакомлен с заключением служебной проверки, что подтверждается его подписью об ознакомлении с приказом о расторжении с ним трудового договора. 

Истцом допущено однократное грубое нарушение. 

Также представитель ответчика АО «Тандер» - ФИО4, пояснила, что истец был уведомлен о проведении служебной проверки, так как 20.07.2020г. он привлек к дисциплинарной ответственности инженеров. 

Истец признает, что допустил нарушение должностной инструкции. 

В судебном заседании помощник прокурора г.Пятигорска – Кобыляцкая М.М., пояснила, что изучив материалы дела, считает, что исковые требования ФИО1 к АО «Тандер» о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, убытков, компенсации морального вреда, заявленные по данному гражданскому делу не подлежат удовлетворению, процедура увольнения соблюдена. Оснований для отмены приказа не имеется. 

Выслушав объяснения сторон, заключение помощника прокурора, исследовав представленные письменные доказательства и оценив эти доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности как в отдельности, так и в совокупности, а установленные судом обстоятельства, с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд считает, что истец частично доказал законность и обоснованность своих требований в силу следующих причин.

Согласно ст.18 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельности законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются судом.

Свобода труда, предусмотренная ч.1 ст.37 Конституции Российской Федерации проявляется, в частности, в имеющейся у гражданина возможности свободно распорядиться своими способностями к труду, то есть выбрать как род занятий, так и порядок оформления соответствующих отношений, заключить трудовой договор либо выполнять работы (оказывать услуги) на основании гражданско-правового договора.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены способы защиты субъективных гражданских прав и охраняемых законом интересов, которые осуществляются в установленном законом порядке, а также иным способом предусмотренным законом. В соответствии с ч.1 ст.10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а так же злоупотребление правом в иных формах.

В силу ст.5 ТК РФ, регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда) и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, настоящим Кодексом, иными федеральными законами, указами Президента Российской Федерации, Постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти.

В соответствии со ст.352 ТК РФ, каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно ч.1 ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что 11.03.2011г. между ЗАО «Тандер» филиал в г.Пятигорске и ФИО1 заключен трудовой договор № о принятии истца на работу на должность – «продавец», в котором указан предмет договора, права и обязанности сторон, условия, режим труда и отдыха, ответственность сторон и размер оплаты труда.

Согласно приказа от 11.03.2011г. №№ ЗАО «Тандер» филиал в г.Пятигорске, ФИО1 принят на работу в структурное подразделение – магазин «Магнит» г.Ессентуки, на должность – «продавец». 

В соответствии с представленным соглашением сторон от 17.05.2019г. №, заключенного между работодателем АО «Тандер» и работником ФИО1, изменены определенные сторонами условия трудового договора от 11.03.2011г. №, пунктом 2 которого предусмотрено, что работник ФИО1 переводится с должности «директор филиала подразделения филиал в г.Астрахань Астраханской области» на должность «директор филиала в подразделение филиал в г.Пятигорск Ставропольского края». Дата перевода – 18.05.2019г. (п.3 соглашения). 

Согласно приказа о переводе работника на другую работу от 17.05.2019г. №лд АО «Тандер» филиал в г.Пятигорске, с 18.05.2019г. ФИО1 переведен с должности директора филиала в г.Астрахань Астраханской области на должность директор филиала в подразделение филиал в г.Пятигорск Ставропольского края.

При этом, 17.05.2019г. ФИО1 также был ознакомлен с должностной инструкцией директора филиала АО «Тандер». 

Вместе с тем, согласно приказа АО «Тандер» филиал в г.Пятигорске Ставропольского края о прекращении трудового договора с работником от 20.08.2020г. №№, с 21.08.2020г. прекращено действие трудового договора от 11.03.2011г. № и ФИО1 уволен с должности директора филиала в г.Пятигорске, в связи с однократным грубым нарушением руководителем организации (филиала, представительства) его заместителя своих трудовых обязанностей по п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ, с которым ФИО1 был ознакомлен 21.08.2020г., о чем имеется соответствующая отметка в представленной копии приказа. 

Разрешая требования ФИО1 о признании приказа об увольнении незаконным, суд исходит из того, что обязанность доказать наличие законных оснований для увольнения работника по инициативе работодателя, а также соблюдения порядка и сроков применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения лежит на работодателе (п.34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №2 от 17.03.2004г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ»).

Согласно ст.22 ТК РФ, работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, выплачивать в ном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами, знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью.

В соответствии с п.10 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения руководителем организации (филиала, представительства), его заместителями своих трудовых обязанностей.

Из материалов дела следует, что в приказе о прекращении трудового договора с работником от 20.08.2020г. № в качестве оснований увольнения указано: распоряжение о проведении служебной проверки от 06.07.2020г.; объяснительная записка ФИО1 от 16.07.2020г.; объяснительная записка ФИО5 от 13.08.2020г.; должностная инструкция директора филиала от 17.05.2019г.; заключение служебной проверки в отношении директора филиала АО «Тандер» в г.Пятигорске от 14.08.2020г., подтверждающие, что ФИО1 совершил дисциплинарный проступок – нарушение должностных обязанностей, предусмотренных п.п. 4.1.14, 4.1.22, 4.1.64 должностной инструкции директора филиала, выразившееся в неосуществлении контроля выполнения контрагентом условий заключенного договора, организации и контроля планово и систематически качественного выполнения обязанностей сотрудниками филиала, контроля предоставленной информации в функциональном подразделении, повлекшее причинение материального ущерба в размере 819 102,68 рублей, вследствие того, что действие договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», заключенного 01.08.2019г. истекло 31.12.2019г., по данному контрагенту в 2020 году акты выполненных работ подписывались, несмотря на отсутствие договора и без удостоверения в факте выполненных работ, производилась оплата по данным актам выполненных работ, но фактически ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» данные работы не производил». 

Согласно распоряжения директора округа АО «Тандер» от 06.07.2020г. № о проведении служебной проверки, на начальника отдела безопасности возложена обязанность провести служебную проверку в отношении ФИО9, инженера по инвестиционным ремонтам АО «Тандер» филиал в г.Пятигорске, в связи с тем, что при проверке на благонадежность контрагентов для № «Санитарная обработка» была выявлена аффилированность КА ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», ООО «Городской Дезотдел», ООО НПО «ДезАгромед» в филиале АО «Тандер» г.Пятигорска. 

Приказом директора филиала АО «Тандер» в г.Пятигорске о применении дисциплинарного взыскания от 20.07.2020г. №-а, за нарушение п.п. 4.1.3, 4.2.1, 2.3.4 должностной инструкции инженера по эксплуатации Тендерной политики некоммерческих закупок АО «Тандер» и его дочерних обществ, объявлен выговор – инженеру по технологическому и торговому оборудованию инженерного отдела ФИО10 При этом, в качестве основания в данном приказе указано: распоряжение о проведении служебной проверки от 06.07.2020г.; объяснительная инженера по технологическому и торговому оборудованию ФИО10 от 09.07.2020г.; заключение по результатам служебной проверки от 15.07.2020г.

Также, приказом директора филиала АО «Тандер» в г.Пятигорске о применении дисциплинарного взыскания от 20.07.2020г. №-а, за нарушение п.п. 4.1.3, 4.2.1, 2.3.4 должностной инструкции инженера по эксплуатации Тендерной политики некоммерческих закупок АО «Тандер» и его дочерних обществ, объявлен выговор – инженеру по инвестиционном ремонтам инженерного отдела ФИО9 При этом, в качестве основания в данном приказе указано: распоряжение о проведении служебной проверки от 06.07.2020г.; объяснительная инженера по инвестиционным ремонтам ФИО9 от 09.07.2020г.; заключение по результатам служебной проверки от 15.07.2020г.

При этом, в материалы дела ответчиком представлено заключение начальника безопасности Пятигорского филиала АО «Тандер» от 14.08.2020г. по результатам служебной проверки в отношении директора филиала АО «Тандер» в г.Пятигорск, в соответствии с которым полагал бы за нарушение должностной инструкции диревтора филиала, а именно: п.4.1.14 – контролировать выполнение контрагентами условия заключенных договоров, участвовать в переговорах с контрагентами, предпринимать действия, направленные на защиту интересов компании и улучшение условий работы с контрагентами; п.4.1.22 – организовывать и контролировать планово и систематически качественное выполнение обязанностей всеми сотрудниками филиала, знание и выполнение ими своих должностных обязанностей, в соответствии с должностными инструкциями, а также всех стандартов компании; п.4.1.64 – контролировать своевременное заключение договоров по всем направлениям работы филиала, в том числе аренда, коммунальные услуги, связь, охрана, закупки ТМЦ и предоставление информации по ним в функциональное подразделение, привлечь ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Однако, сведений о том, что ФИО1 был в установленном законом порядке ознакомлен с указанным заключением по результатам служебной проверки от 14.08.2020г., в материалы дела ответчиком не представлено, что также указывает о допущении ответчиком в данном случае процедуры увольнения. 

Вместе с тем, в обоснование заявленных истцом указано, что в его обязанности действительно входил контроль за заключением договоров с контрагентами, а также контроль за исполнением данных договоров. Однако, в данном частном случае, он, как директор филиала в г. Пятигорске, в который входит около 220 магазинов, не мог лично проконтролировать исполнение контрагентом условий договора по оказанию услуг по дезинфекции и другим направлениям. По общему правилу и в соответствии с должностными инструкциями, выполнение условий договоров с контрагентами на начальном этапе контролируется директорами магазинов, входящих в Пятигорский филиал. В случае невыполнения условий договоров, директора магазинов сообщают о данном факте ему, как директору филиала, или же иным сотрудникам, в ведение которых входит осуществление контроля за исполнением договоров.

Однако, ему в указанный период времени, т.е. с января по апрель 2020 года, никаких жалоб от директоров магазинов не поступало, в связи с чем, он подписывал акты выполненных услуг, обоснованно считая, что как и ранее, услуги данным контрагентом выполняются в полном объеме. 

Кроме того, акты выполненных работ он подписывал после визирования их инженером ФИО5, в обязанности которой входит непосредственный контроль за выполнением услуг по дезинфекции. От нее также не поступало каких-либо сообщений о невыполнении поставщиком услуг своих обязательств.

Об отсутствии договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» было известно финансовому департаменту, который производит оплату услуг контрагентов только при наличии подписанного им акта выполненных услуг и действующего договора. 

В соответствии с п.49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ с руководителем организации (филиала, представительства) или его заместителями, если ими было допущено однократное грубое нарушение своих трудовых обязанностей.

Вопрос о том, являлось ли допущенное нарушение грубым, решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела. При этом обязанность доказать, что такое нарушение в действительности имело место и носило грубый характер, лежит на работодателе.

В качестве грубого нарушения трудовых обязанностей руководителем организации (филиала, представительства), его заместителями следует, в частности, расценивать неисполнение возложенных на этих лиц трудовым договором обязанностей, которое могло повлечь причинение вреда здоровью работников либо причинение имущественного ущерба организации.»

В соответствии с приказом о расторжении трудового договора, основанием для применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде расторжения трудового договора послужило нарушение должностной инструкции директора филиала, а именно следующих пунктов:

п.4.1.14 – контролировать выполнение контрагентами условия заключенных договоров, участвовать в переговорах с контрагентами, предпринимать действия, направленные на защиту интересов компании и улучшение условий работы с контрагентами;

п.4.1.22 – организовывать и контролировать планово и систематически качественное выполнение обязанностей всеми сотрудниками филиала, знание и выполнение ими своих должностных обязанностей, в соответствии с должностными инструкциями, а также всех стандартов компании;

п.4.1.64 – контролировать своевременное заключение договоров по всем направлениям работы филиала, в т.ч. аренда, коммунальные услуги, связь, охрана, закупки ТМЦ и предоставление информации по ним в функциональное подразделение.

Обязанность доказывания вины работника, тяжести совершенного дисциплинарного проступка и соразмерности примененного к нему дисциплинарного взыскания возложена на работодателя.

Вместе с тем, в подтверждение представленных возражений ответчика в материалы дела не представлено каких-либо надлежащих и достоверных доказательств того, что реестр недобросовестных контрагентов существует и что ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» включено в данный реестр, а также, что ФИО1 был ознакомлен с данным реестром. 

Напротив, истцом ФИО1 приобщены письменные доказательства, а именно акты выполненных работ по договору между АО «Тандер» и ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» за период с мая по июнь 2019 года, из которых следует, что договорные отношения между АО «Тандер» и ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» существовали непосредственно перед заключением ФИО1 договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» от 01.08.2019г. и никаких претензий у АО «Тандер» к данному поставщику ранее не было. 

Также истцом в судебном заседании приобщено претензионное письмо в адрес ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» и ответ на него, из которого следует, что ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» в основной части признает факт неполного выполнения работ по дезинфекции в период с января по апрель 2020 года и готово произвести частичный взаимный зачет, поскольку у АО «Тандер» также имеется задолженность перед ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» по оказанным услугам в части гипермаркетов.

Таким образом, утверждения представителей ответчика, что причиненный предприятию ущерб в размере 819 102,68 рублей, фактически невозместим на данный момент, являются необоснованными, поскольку доказательств данного факта ответчиком не представлено. 

Вопрос о том, является ли нарушение, допущенное работником грубым, решается судом с учетом всех обстоятельств дела.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом ФИО1 действительно были допущены нарушения должностных инструкций, в части контроля за исполнением заключаемых с контрагентами договоров на выполнение работ и услуг, что не отрицается истцом и следует из его письменного объяснения в ходе служебной проверки.

Вместе с тем, допущенные истцом нарушения, а именно отсутствие нового договора с ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», подписание актов выполненных работ без контроля за фактическим их выполнением, нельзя признать грубым нарушением по следующим основаниям.

В ходе служебной проверки от 06.07.2020г. проверялась аффилированность нескольких контрагентов ответчика, договора с которыми заключены директором филиала в г.Пятигорске ФИО1 Лишь в одном случае выявлены нарушения трудовой дисциплины, в иных случаях истцом полностью соблюдались условия трудового договора, должностных инструкции и локальных нормативных актов, что свидетельствует о добросовестном отношении истца к исполнению трудовых обязанностей и единичности выявленного нарушения.

Контроль за исполнением договоров со стороны поставщиков работ и услуг входит не только в обязанности ФИО1, но и других подчиненных ему работников, в частности, директоров магазинов, которые по своим должностным инструкциям должны сообщать директору филиала о недобросовестном выполнении контрагентами работ или услуг. Представителями ответчика в судебное заседание представлены объяснения директоров магазинов, из которых следует, что им было известно, что со стороны ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция» работы по дезинфекции помещений выполнялись не в полном объеме или не выполнялись совсем, однако, директору филиала в г.Пятигорске ФИО1 они об указанных фактах не сообщали. 

Ответчиком не представлено доказательств того, что допущенный ФИО1 дисциплинарный проступок причинил реальный ущерб организации.

В судебном заседании ответчиком также не представлено доказательств соразмерности примененного к истцу дисциплинарного взыскания в виде расторжения трудового договора по основанию однократного грубого нарушения трудовых обязанностей.

При этом, ранее к ФИО1 никаких дисциплинарных взысканий не применялось. 

Кроме того, судом установлено, что назначенная судебная проверка от 06.07.2020г. проводилась не в отношении истца, а по подозрению на аффилированность некоторых поставщиков АО «Тандер». В ходе проверки от директора филиала ФИО1 было затребовано объяснение, которое было написано им и передано в службу безопасности. К непосредственному руководителю ФИО1 – ФИО6 оно было доставлено 24.07.2020г.

Также, истцом представлен скриншот страницы служебной электронной почты истца, из которого следует, что объяснение на имя своего непосредственного руководителя ФИО6 им было отправлено 16.07.2020г. Представителями ответчика факт направления объяснения от 16.07.2020г. по электронной почте не оспаривался. 

В п.23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Разрешая спор, оценив по правилам ст.67 ГПК РФ доказательства в совокупности, учитывая, что бремя доказанности законности увольнения возлагается на работодателя, суд обоснованно пришел к выводу, что ответчиком не представлено допустимых и достаточных доказательств законности увольнения истца, в том числе отсутствия нарушений процедуры увольнения. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что при обнаружении в действиях ФИО1 дисциплинарного проступка, в данном случае отсутствовали достаточные основания, которые могли послужить применение дисциплинарного взыскания в виде прекращения трудового договора и увольнения с должности истца по п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ, а потому увольнение истца по данному основанию является незаконным, в связи с чем, исковые требования о признании незаконным приказа ответчика от 20.08.2020г. № о расторжении трудового договора с ФИО1 по основаниям предусмотренным п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ и восстановлении его на работе на прежней должности, подлежат удовлетворению (ч.1 ст.394 ТК РФ).

Вместе с тем, доводы истца о пропуске ответчиком месячного срока для привлечения его к дисциплинарной ответственности, суд считает не состоятельными, поскольку в соответствии с ч.3. ст.193 ТК РФ, п.п. 34, 52 Постановления Пленума Верховного суда РФ №2 от 17.03.2004г., увольнение по п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ допускается не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания работника в отпуске, а также времени, необходимого на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работника. Днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий. 

Суд считает установленным, что директору Кавказского округа ФИО6 о нарушении истцом своих должностных обязанностей стало известно 24.07.2020г., о чем свидетельствует его резолюция, сделанная в письменном виде на объяснительной истца от 16.07.2020г.

Поскольку факт совершения данного должностного проступка мог быть установлен только при проведении служебного расследования, требующего дополнительного изучения и анализа первичных и иных распорядительных документов, послуживших основанием к оплате не оказанных услуг ООО НПО «Кавказ-Дезинфекция», в целях установления факта совершения истцом дисциплинарного проступка, определения степени его вины, причины и условий, способствовавших его совершению, характера и размера вреда, причиненного в результате дисциплинарного проступка, по результатам служебного расследования составлено заключение, утверждённое директором Кавказского округа 14.08.2020г. Таким образом, датой обнаружения проступка применительно к данному случаю является дата утверждения заключения по служебному расследованию, а именно 14.08.2020г. 

Также, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула с момента незаконного увольнения по день вынесения решения суда, которые подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Взыскивая с АО «Тандер» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 21.08.2020г. по день принятия решения по данному делу, суд исходит из положений ст.234 ТК РФ, устанавливающей материальную ответственность работодателя перед работником в виде обязанности работодателя возместить работнику материальный ущерб, а именно, не полученный заработок, во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, и такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника, а также основывается на положениях ч.ч. 2, 7 ст.394 ТК РФ, которые устанавливают, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

При указанных обстоятельствах с ответчика подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула с 21.08.2020г. по 26.11.2020г., с учетом размера среднедневного заработка в размере 14 393,54 рублей, сведения о котором предоставлены ответчиком. Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула в размере 993 154,26 рублей.

Необходимый для расчета оплаты вынужденного прогула среднедневной заработок судом исчислен по правилам ст.139 ТК РФ.

Вместе с тем, как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.05.2013г. №769-О, ст.396 ТК РФ, абз.4 ст.211 ГПК РФ, ч.1 ст.106 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусматривают немедленное исполнение судебных решений по делам о восстановлении на работе, которые считаются фактически исполненными, если взыскатель допущен к исполнению прежних трудовых обязанностей и отменен приказ (распоряжение) об увольнении или о переводе взыскателя. Данные законоположения, таким образом, направлены на защиту и скорейшее восстановление прав работников, нарушенных незаконным увольнением, не предполагают окончание исполнительного производства при неисполнении работодателем решения суда о восстановлении на работе.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с ч.4 ст.3 и ч.9 ст.394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Кроме того, в силу требований ст.211 ГПК РФ немедленному исполнению также подлежит судебный приказ или решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев.

Таким образом, с учетом требований ст.211 ГПК РФ, суд считает необходимым обратить решение суда в части восстановления истца ФИО1 на работе в должности директора филиала АО «Тандер» в г.Пятигорске Ставропольского края, а также взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за три месяца в размере 935 580,10 рублей, к немедленному исполнению

В случаях увольнения без законного основания суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом (ч.9 ст394 ТК РФ).

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством или трудовым договором.

При этом ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случае нарушения любых трудовых прав работника, а не только неимущественных.

Аналогичные разъяснения содержатся в п.63 Постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004г. №2 «О применении судами РФ Трудового Кодекса РФ», согласно которым суд праве удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Суд считает установленным, что в результате нарушения ответчиком норм трудового законодательства, связанных с изданием незаконного приказа об увольнении истца, ФИО1 претерпел нравственные страдания. 

Установленные судом фактические обстоятельства дела свидетельствуют о нарушении неимущественных прав истца – ущемление достоинства его личности, тогда как обеспечение права работника на защиту своего достоинства в период трудовой деятельности относится к основным принципам трудового права (ст.2 ТК РФ), а ст.21 Конституции РФ предусмотрено, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Вместе с тем, суд при определении размера компенсации учитывает, что компенсация морального вреда – это способ восстановления прав и свобод лица и возмещение причиненного ему вреда, устранение вредных последствий. Лишь получение достойной компенсации позволяет испытать положительные эмоции, соразмерные перенесенным нравственным страданиям, а, следовательно, восстановить психологическое благополучие, нарушенное этими страданиями. 

Суд учитывает, что нравственные страдания истца явились следствием виновных действий ответчика, связанных с нарушением основных прав и свобод человека, в том числе и неимущественных, гарантированных Конституцией РФ, а также длительность нарушения этих прав.

Признав незаконным увольнение истца, суд полагает установленным факт нарушения работодателем трудовых прав ФИО1, в связи с чем, имеются основания и для взыскания в его пользу компенсации морального вреда в соответствии со ст.237 ТК РФ. С учетом конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, продолжительности нарушения трудовых прав ФИО1, суд определяет размер денежной компенсации причиненного ответчиком морального вреда в размере 10 000 рублей, в связи с чем, в удовлетворении остальной части иска о взыскании компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей, надлежит отказать, в связи с необоснованностью.

Также, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика убытков по оплате аренды квартиры в размере 70 000 рублей, которые являются необоснованными и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Истцом заявлены требования по оплате понесенных им убытков в сумме аренды квартиры в размере 70 000 рублей, в которой он проживает по настоящее время со своей семьей, расположенной по адресу: СК, 

<

адрес>.

При этом, согласно п.7 соглашения сторон от 17.05.2019г. № об изменении определенных сторонами условий трудового договора от 11.03.2011г. №, работодатель гарантирует работнику выплату до 40 230 рублей на аренду квартиры в г.Пятигорск, из которых в порядке и размерах, установленных действующим законодательством РФ, работодатель будет удерживать НДФЛ. 

Однако, истцом заключен договор найма жилого помещения, расположенного по адресу: СК, 

<

адрес>.

Кроме того, суд не может согласиться с доводами истца об отсутствии у него иного жилья для переезда в него со своей семьей. Согласно соглашения сторон от 17.05.2019г. № об изменении определенных сторонами условий трудового договора от 11.03.2011г. №, указан адрес регистрации истца: 

<

адрес>, в копии медицинской карты предоставленной суду в качестве адреса регистрации указан адрес: СК, 

<

адрес>, который совпадает с адресом регистрации указанном в трудовом договоре от 11.03.2011г. №, следовательно, требования о взыскании убытков по оплате аренды квартиры в размере 70 000 рублей, не подлежат удовлетворению, поскольку истец не лишен возможности проживать с членами своей семьи по месту своей регистрации.

Согласно ст.333.36 НК РФ, от уплаты госпошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о взыскании заработной платы и другим требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно п.8 ч.1 ст.333.20 НК РФ, ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Таким образом, с учетом изложенного, а также требований ст.103 ГПК РФ, ст.ст. 40, 41, 50, 61.1 Бюджетного Кодекса РФ, в связи с тем, что заявленные исковые требования имущественного характера к АО «Тандер» подлежат удовлетворению, а именно подлежит взысканию денежная сумма в размере 993 154,26 рублей, а также с учетом, что удовлетворению подлежат требования о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным; взыскании компенсации морального вреда, которые являются требованиями неимущественного характера, каждое из которых в соответствии с требованиями п.п.3 п.1 ст.333.19 НК РФ, подлежит оплате государственной пошлиной в размере 300 рублей (2 х 300 = 600), то с ответчика АО «Тандер» в соответствии с ч.1 ст.98, ч.1 ст.103 ГПК РФ и п.п.3 п.1 ст.333.19 НК РФ подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, которая в данном случае составляет 13 731,54 рублей (13 131,54 + 600 = 13 731,54).

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Тандер» о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, убытков, компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Признать незаконным приказ Акционерного общества «Тандер» от 20.08.2020г. № о расторжении трудового договора с ФИО1 по основаниям предусмотренным п.10 ч.1 ст.81 ТК РФ. 

Восстановить ФИО1 на работе в должности директора филиала Акционерного общества «Тандер» в г.Пятигорске Ставропольского края. 

Взыскать с Акционерного общества «Тандер» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 21.08.2020г. по 26.11.2020г. в размере 993 154,26 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Тандер» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей. 

В удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Тандер» о взыскании убытков по оплате аренды квартиры в размере 70 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей, отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Тандер» в бюджет муниципального образования г.Пятигорска Ставропольского края государственную пошлину в размере 13 731,54 рублей.

Решение суда в части восстановлении ФИО1 на работе в должности директора филиала Акционерного общества «Тандер» в г.Пятигорске Ставропольского края, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за три месяца в размере 935 580,10 рублей, обратить к немедленному исполнению. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Пятигорский городской суд Ставропольского края.

Судья А.С. Беликов