Гражданское дело № 2-39/2024

55RS0005-01-2023-003436-97

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 февраля 2024 года город Омск

Первомайский районный суд города Омска

под председательством судьи Базыловой А.В.,

при секретаре Корененко А.Б., при помощнике судьи Хаджиевой С.В., осуществлявшей подготовку дела к судебному разбирательству,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИП ФИО1 к ИП ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения и по встречному иску ИП ФИО2 к ИП ФИО1, ФИО3 о взыскании упущенной выгоды, обязании возвратить временное сооружение (павильон), 

установил:

ИП ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, указав в обоснование на то, что 01 января 2021 года между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО1 заключен договор аренды павильона, расположенного на территории ТК Первомайский по адресу: 

<

адрес>.1, площадью 50 кв.м. Павильон использовался для организации розничной торговли.

Согласно пункту 3.1. Договора арендная плата составляла 18800 рублей в месяц.

Дополнительным соглашением к договору аренды установлена дополнительная арендная плата в размере 70000 рублей с 01 января 2021 года.

01 сентября 2022 года договор аренды расторгнут по соглашению сторон с 30 июня 2022 года.

Причиной расторжения договора аренды послужило уведомление о смене собственника арендуемого павильона.

На момент расторжения договора аренды арендатором оплачена арендная плата за июль-август 2022 года в размере 177200 рублей: по платежному поручению № от 24.06.2022 в размере 18600 рублей, по кассовому ордеру от 04.07.2022 в размере 70000 рублей, по платежному поручению № от 15.08.2022 в размере 18600 рублей, по кассовому ордеру от 05.08.2022 в размере 70000 рублей.

В адрес ИП ФИО2 направлена претензия о возврате переплаты по договору аренды, до настоящего времени претензия не удовлетворена, денежные средства не возвращены.

В связи с изложенным просит взыскать с ответчика неосновательное обогащение в сумме 177200 рублей.

Определением Арбитражного суда Омской области от 27.02.2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО3 и ИП ФИО4 (т. 1 л.д. 30-31). 

Кроме того, ИП ФИО2 обратился в суд со встречным иском к ИП ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, обязании возвратить временное сооружение (павильон) (т. 1 л.д. 50-54), указав в обоснование, что 01 января 2021 года между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО1 заключен договор аренды павильона. 

По условиям договора арендодатель передал за плату, а арендатор принял во временное пользование 50 кв.м. временного сооружения (павильон), расположенный на территории ТК Первомайский по адресу, 

<

адрес>. 1.

Как указывалось в отзыве, павильон принадлежит ответчику на основании договора подряда № на изготовление нестационарного торгового павильона от 07.05.2017, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО5.

Согласно пункту 1 дополнительного соглашения к договору от 01.01.2021, ответчик сдал, а истец принял павильон 01.01.2021.

01.09.2022 года между арендодателем и арендатором было заключено Соглашение о расторжении договора, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению считать договор расторгнутым с 30.06.2022.

Несмотря на указание срока расторжения договора в соглашении о расторжении - 30.06.2022, ответчик ФИО1 фактически продолжает использовать принадлежащий истцу на праве собственности павильон с июля 2022 года.

Так, в соответствии с пунктом 2.3.11 Соглашения о расторжении при освобождении павильона по окончании срока аренды, а также при досрочном прекращении действия настоящего договора, ответчик обязан сдать павильон истцу по акту приемки-передачи в исправном состоянии, с учетом нормативного износа.

В нарушение вышеназванного пункта ответчик павильон по акту приемки- передачи не сдал, что не отрицается ответчиком.

Таким образом, ответчик без законных на то оснований продолжает за счет истца пользоваться имуществом истца, извлекая тем самым неосновательное обогащение, истец же несет убытки в виде упущенной выгоды (неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено), а именно в виде неполученной арендной платы за пользование павильоном.

11 ноября 2022 года ИП ФИО2 направил в адрес ИП ФИО1 ответ на досудебную претензию, в котором предъявил встречное требование о взыскании неосновательного обогащения в размере 250002 рублей, а также освободить павильон. До настоящего времени ответа на данное требование не получено. Иные действия, направленные на примирение сторон, не предпринимались..

На основании изложенного, просит суд взыскать с ИП ФИО1 неосновательное обогащение в размере 444000 рублей, обязать ИП ФИО1 вернуть ИП ФИО2 временное сооружение (павильон), расположенный на территории ТК Первомайский по адресу: 

<

адрес> течение 10 рабочих дней со дня вступления в силу решения по настоящему делу.

Протокольным определением Арбитражного суда Омской области от 20.07.2023 года к участию в деле в качестве соответчика по встречному иску привлечен ФИО3 (т. 2 л.д. 137, 140-141).

В последующем, в ходе судебного разбирательства ИП ФИО2 требования уточнил, попросив суд взыскать с ИП ФИО1, ФИО3 в солидарном порядке упущенную выгоду в размере 1154400 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 38030 рублей; обязать ИП ФИО1, ФИО3 вернуть ИП ФИО2 временное сооружение (павильон), расположенный на территории ТК Первомайский по адресу: 

<

адрес> течение 10 рабочих дней со дня вступления в силу решения по настоящему делу.

Согласно окончательной редакции уточненных встречных исковых требований (т. 3 л.д. 63-64), ИП ФИО2 просит суд взыскать с ИП ФИО1, ФИО3 в солидарном порядке упущенную выгоду в размере 1383561,36 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 43522 рублей; обязать ИП ФИО1, ФИО3 вернуть ИП ФИО2 временное сооружение (павильон), расположенный на территории ТК Первомайский по адресу: 

<

адрес> течение 10 рабочих дней со дня вступления в силу решения по настоящему делу.

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ИП ФИО1 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимала. 

Представитель ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании требования первоначального иска поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. В дополнение пояснила, что на момент подписания соглашения о расторжении договора аренды с ИП ФИО2 для истца было очевидно, что ответчик не является собственником павильона, поскольку не мог подтвердить право собственности на спорный павильон документально, в связи с чем он не вправе был получать денежные средства за сдачу данного объекта в аренду. Указанное следовало из поведения ответчика, а именно непредставление документа, подтверждающего права на павильон, последующее подписание соглашения о расторжении. ФИО3 распоряжается данным объектом как своим собственным, представил правоустанавливающие документы на объект, на основании которых с ним заключены договоры на его обслуживание, обеспечение коммунальными ресурсами, вносит плату по данным договорам, незамедлительно представил по запросу ИП ФИО1 данные документы. Недобросовестного поведения ИП ФИО1 по смыслу статьи 10 ГК РФ не имеется. Напротив, предприниматель ФИО1 как добросовестный арендатор вносит в пользу ФИО4 как арендодателя по договору арендные платежи. ИП ФИО2 в свою очередь не устранил разумные сомнения, не предоставил документов, подтверждающих право собственности на спорное имущество. Ненадлежащий арендодатель не может и не должен извлекать выгоду из своего незаконного поведения, выразившегося в совершении сделки по распоряжению имуществом в отсутствие полномочий на совершение такого действия. Просила в удовлетворении встречного иска отказать. 

Ответчик по первоначальному иску и истец по встречному иску ИП ФИО2 в судебном заседании требования первоначального иска не признал, встречный иск поддержал. Пояснил суду, что в начале мая 2017 года у ФИО5 он заказал изготовление павильона, который и изготовил его дня него, что подтверждается представленными фотоматериалами и договором. Они вместе покупали материалы для изготовления: швеллера, сайдинг, профнастил, окна, ДСП, утепление и т.д.. В 2017 году он установил павильон на Первомайском рынке, владел 5 лет открыто. В июне 2022 года ему позвонили и сказали, что необходимо убрать павильон, так как Первомайский рынок расторг с ним договор. После на него вышли ФИО3 и ФИО4 и сообщили ему, что ФИО3 является собственником павильона. 

Представитель ФИО7, действующий на основании доверенности, требования первоначального иска не признал, встречный иск поддержал в полном объеме. В дополнение пояснил суду, что ФИО1 его доверитель никогда не сообщал о том, что павильон не его. Просьбы ФИО1 о предоставлении подтверждающих документов на павильон ФИО2 не помнит, но допускает, что данные пояснения озвучивались в устной форме. При этом он не ответил отказом на данную просьбу, напротив, пообещал представить документы. В дальнейшем он, скорее всего, забыл об этой просьбе, так как она была озвучена устно и у него было много других дел. Утверждение о том, что ФИО2 добровольно отдал павильон ФИО3, не соответствует действительности. ФИО3 добился расторжения договора аренды под павильоном, после чего соответствующий договор был заключен с ФИО4, а после с ФИО1. ФИО2 обратился с заявлением в полицию по факту неправомерных действий ФИО3 с просьбой принять в отношении него установленные законом меры. Именно из-за действий указанных лиц и прежде всего ФИО1 ФИО2 оказался лишен возможности забрать свой павильон, которая не вернула его ФИО2 после расторжения договора аренды с ним. Таким образом, со стороны ФИО2 не имело место недобросовестности ни по отношению к ИП ФИО1, ни по отношению к ФИО3. Недобросовестные действия ФИО1 выразились в том, что она не возвратила павильон, переданный ей ФИО2 в рамках договора аренды, что нарушает условия договора аренды павильона от 01.01.2021 года. Недобросовестные действия ФИО3 выразились в том, что он, зная о возражениях ФИО2, стал фактически распоряжаться им по своему усмотрению, заручившись поддержкой ФИО1. Данные действия явно не соответствуют принципам добросовестности, установленным гражданским законодательством. Фактически сложилась ситуация, когда ФИО3 и ФИО1, действуя недобросовестно, извлекают преимущества из данного поведения, в то время А.В. ФИО2, не нарушая закон и действуя строго в рамках закона, претерпевает убытки. 

Третье лицо по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО3 в судебном заседании требования первоначального иска поддержал в полном объеме, требования встречного иска не признал. Пояснил суду, что данный объект был изготовлен по его заказу ФИО8 по договору подряда от 16.03.2015 года для розничной реализации строительных материалов. В мае 2015 года к нему обратился Ахунов Бахром с просьбой временного пользования его павильоном, предположительно для горячего питания. Объект был вывезен самостоятельно гражданином ФИО9 по адресу: 

<

адрес>. С мая 2015 года по ноябрь 2016 года в нем осуществлялась деятельность. В декабре 2016 года ему по телефону ФИО9 сообщил, что павильон с оборудованием, а также фасадная часть пострадала от пожара, при этом он был готов восстановить павильон. Данный павильон был вывезен на место восстановления, был восстановлен, но уже с изменением облика (фасада). Впоследствии гражданин Ахунов был депортирован из России, передал ему телефон ФИО5, у кого находился восстановленный павильон, который можно было забрать для использования. Когда он приехал в город Омск, он пытался найти павильон. Обнаружил он его по адресу: 

<

адрес>, обратился в Администрацию САО города Омска, но ему информацию не дали, ссылаясь на то, что собственник не установлен. Затем он видел павильон на ул. Дачная, после на остановке на ул. Бархатовой. В 2021 году ему сообщили, что его павильон стоит на территории ТК Первомайский. В администрации ТК Первомайский ему сообщили, с кем заключен договор аренды. Ему удалось связаться с неким ФИО2, произошла встреча возле павильона на территории ТК Первомайский в присутствии свидетеля ФИО10, где ФИО2 пояснил, что павильон не его, а ФИО11, а взял он его у ФИО5. Также ему в администрации ТК Первомайский пояснили, что по аренде обращался некий ФИО5 с просьбой заключить договор аренды на короткий срок, 1-2 месяца. Администрация ТК Первомайский обращалась впоследствии к ФИО5 по расторжению договора, на что ФИО5 говорил, что павильон уже не его, но просил за Белявского по аренде. С ФИО2 он неоднократно встречался на территории ТК Первомайский, где он заявлял, что павильон ФИО11 и что он будет разбираться. После он встретился со ФИО11, который пояснил, что к собственности данного павильона он отношения не имеет. 

Третье лицо по первоначальному иску ИП ФИО4 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал. 

Представитель ФИО10, действующий на основании доверенности, требования первоначального иска поддержал в полном объеме, в удовлетворении встречного иска просил отказать, указав на то, что ИП ФИО2 вводит суд в заблуждение. При встрече ФИО2 пояснял, что спорный павильон ему не принадлежит. Имеется аудиозапись в подтверждение указанных слов ФИО2. ФИО2, считая данный павильон своим, к ИП ФИО4. за истребованием павильона не обращался, документов на павильон не представил, подтверждающих его право собственности.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, экспертов, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, пришел к следующему. 

Как следует из материалов дела, 16 марта 2015 года между ИП ФИО8 (исполнитель) и ФИО3 (заказчик) заключен договор подряда (т. 2 л.д. 107-109), в соответствии с которым исполнитель обязуется выполнить изготовление нестационарного торгового павильона в соответствии с приложением 1 настоящего договора, площадью 45 (4,5х10х3) кв.м.. Эскиз и комплектация объекта определены в Приложении № 1 (2 стр.). 

Стоимость выполняемых работ по договору составляет 350000 рублей, НДС не облагается. Оплата по договору производится заказчиком путем передачи наличных денежных средств в момент заключения договора 70% от суммы договора, оставшиеся 30% в момент передачи объекта заказчику. 

Срок выполнения работ по настоящему договору определяется сторонами в два месяца. 

На основании акта сдачи-приемки выполненных работ от 18.05.2015 года по договору подряда от 16.03.2015 года, исполнитель передал заказчику торговый павильон 45 (4,5х10х3). Качество выполненных работ проверено заказчиком в присутствии исполнителя и соответствует требованиям заказчика и пунктам договора подряда от 16.03.2015 года (т. 2 л.д. 110). 

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля ФИО8, пояснил суду, что знает ФИО3, знакомы с ним длительный период времени. Ранее ФИО3 продавал строительные материалы, а он приобретал их у него. Он лично для ФИО3 строил павильон. Он изготавливал на заказ павильоны разных размеров. Данный киоск типовой, он его изготавливал в Торговом городе, где у него была площадка. В документах, имеющихся у ФИО3, указаны все материалы и размеры, из которых сделан киоск. При строительстве киоска он использовал швеллер 8-ку, это его особенность. Нагрузка не рассчитана на данный швеллер. Конструкция павильона сделана таким образом, что данный киоск можно перевести один раз и больше нельзя перевозить, в противном случае конструкция павильона будет повреждена. Если поднять за верх павильон, то киоск сложится пополам. Он перевозил киоск, положив брус 200. Основа киосков не выполняется из швеллеров, как выполнен у данного киоска. Так как ФИО3 ему продавал строительные материалы, а он иногда задерживал оплату, то в счет долгов он сделал ему киоск. После окончания строительства киоска к нему обратился человек по имени Бахром и поинтересовался, кому принадлежит данный павильон, на что он пояснил, что павильон построен для ФИО3, передал ему контакты ФИО3. ФИО3, договорившись с Бахромом, попросил перевести павильон на 

<

адрес> того, как он отвез его на 

<

адрес>, он не знает о судьбе павильона.

Ссылаясь на вышеуказанный договор подряда, на показания допрошенного свидетеля ФИО8, ФИО3 указывает на принадлежность спорного торгового павильона ему, при этом указывает, что в мае 2015 года к нему обратился Ахунов Бахром с просьбой временного пользования его павильоном, предположительно для горячего питания. Объект был вывезен самостоятельно гражданином ФИО9 по адресу: 

<

адрес>. С мая 2015 года по ноябрь 2016 года в нем осуществлялась деятельность. В декабре 2016 года ему по телефону ФИО9 сообщил, что павильон с оборудованием, а также фасадная часть пострадала от пожара, при этом он был готов восстановить павильон. Данный павильон был вывезен на место восстановления, был восстановлен, но уже с изменением облика (фасада). Впоследствии гражданин Ахунов был депортирован из России, передал ему телефон ФИО5, у кого находился восстановленный павильон, который можно было забрать для использования. Когда он приехал в город Омск, он пытался найти павильон, но дозвониться до ФИО5 он не смог. Обнаружил он его по адресу: 

<

адрес>, обратился в Администрацию САО города Омска, но ему информацию не дали, ссылаясь на то, что собственник не установлен. Затем он видел павильон на 

<

адрес>, после на остановке на 

<

адрес>. В 2021 году ему сообщили, что его павильон стоит на территории ТК Первомайский. В администрации ТК Первомайский ему сообщили, с кем заключен договор аренды. Ему удалось связаться с неким ФИО2, произошла встреча возле павильона на территории ТК Первомайский в присутствии свидетеля ФИО10, где ФИО2 пояснил, что павильон не его, а ФИО11, а взял он его у ФИО5. Также ему в администрации ТК Первомайский пояснили, что по аренде обращался некий ФИО5 с просьбой заключить договор аренды на короткий срок, 1-2 месяца.

В ходе рассмотрения гражданского дела в суде ФИО2 указал на то, что спорный павильон является его собственностью, в начале мая 2017 года у ФИО5 он заказал изготовление павильона, который и изготовил его дня него, что подтверждается представленными фотоматериалами и договором. Они вместе покупали материалы для изготовления: швеллера, сайдинг, профнастил, окна, ДСП, утепление и т.д.. В 2017 году он установил павильон на Первомайском рынке, владел 5 лет открыто. В июне 2022 года ему позвонили и сказали, что необходимо убрать павильон, так как Первомайский рынок расторг с ним договор. После на него вышли ФИО3 и ФИО4 и сообщили ему, что ФИО3 является собственником павильона. 

В обоснование ФИО2 представлен договор подряда № от 07.05.2017 года. 

Согласно договору подряда № от 07.05.2017 года, заключенного между ФИО5 (исполнитель) и ФИО2 (заказчик) (т. 1 л.д. 107-108), исполнитель обязуется выполнить изготовление нестационарного торгового павильона в соответствии с приложением 1 настоящего договора, площадью (40+-5) кв.м..

Стоимость выполняемых работ по договору составляет 400000 рублей, НДС не облагается.

Оплата по договору производится заказчиком наличными денежными средствами.

Дата выполнения работ по настоящему договору определяется сторонами как 25 октября 2017 года. 

09.08.2017 года между сторонами договора подписан акт приема-передачи павильона, в соответствии с которым исполнитель передал, а заказчик принимает торговый павильон площадью 40 (+-5) кв.м.. Заказчик в полном объеме произвел оплату за товар в размере и в порядке, предусмотренном договором подряда № от 07.05.2017 года (т. 1 л.д. 109). 

Допрошенный в качестве свидетеля в Арбитражном суде Омской области ФИО5 пояснил суду, что в начале 2017 году к нему обратился ФИО2, с которым он был знаком с 2011 или с 2012 года с просьбой построить павильон. Договор первоначально не заключался в письменном виде, была устная договоренность. Договор заключили позднее, где-то через полгода или через четыре месяца, так как ему через 4-5 месяцев позвонил ФИО2 и попросил оформить письменный договор, а именно 07 мая 2017 года после того, как павильон был готов. Павильон он возводил за 400000 рублей, с нуля, площадью около 40 кв.м.. Павильон можно было перевозить, он движимый. При строительстве павильона им использовались швеллера, восьмерка. При строительстве им использовались пенопласт, с внутренней стороны он обшивал гипсокартоном, крышу покрыл профлистом. Павильон он изготавливал около девяти месяцев. Павильон ФИО2 забирал на воровайке. ФИО3 он не знает, никогда не видел. 

15.12.2018 года между ИП ФИО2 (принципал) и ООО «Авалон» (агент) заключен агентский договор №з, согласно которому принципал поручает, а агент берет на себя обязательства от своего имени, но за счет принципала, за вознаграждение совершать по поручению принципала юридические и иные действия, а именно: 1) по договору энергоснабжения приобретать у поставщика для принципала электрическую энергию и мощность и передавать их на арендуемый принципалом объект; выступать посредником в расчетах за электрическую энергию и услуги, неразрывно связанные с процессом снабжения электрической энергией, приобретаемые у поставщика для принципала (т. 1 л.д. 110-111). 

Оплата ИП ФИО2 по указанному агентскому договору №з подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями (т. 1 л.д. 112-121, 144-146).

Как следует из представленных по запросу суда документов ООО «Фламинго», в период с 01.01.2021 по 30.06.2022 года арендатором площадки с асфальтобетонным покрытием площадью 50 кв.м. под № пв-77, расположенной на территории ТК «Первомайский» по адресу: 

<

адрес>, корпус 1, являлся ИП ФИО2, с которым 30.06.2022 года подписано соглашение о расторжении договора. 

Между ИП ФИО2 (арендодатель) и ИП ФИО1 (арендатор) 01.01.2021 года заключен договор аренды павильона (т. 2 л.д. 14-19), в соответствии с которым арендодатель передает за плату, а арендатор принимает во временное пользование 50 кв.м. временного сооружения (павильон), расположенный на территории ТК Первомайский по адресу: 

<

адрес>.

Указанное в п. 1.1 временное сооружение передается арендатору для осуществления следующего вида деятельности: розничная торговля. 

Размер арендной платы по договору составляет 18800 рублей. 

Арендная плата уплачивается арендатором предоплатой ежемесячно до 10 числа текущего месяца, путем внесения наличных денежных средств или перечисления денежных средств на банковский счет арендодателя. 

01.09.2022 года между ИП ФИО2 и ИП ФИО1 подписано соглашение о расторжении договора, по условиям которого стороны пришли к соглашению считать договор расторгнутым с 30.06.2022 года (т. 2 л.д. 21).

При этом указанным соглашением определено, что на момент подписания настоящего соглашения по договору имеется переплата по арендой плате в размере 37200 рублей за период с 01.07.2022 по 31.08.2022, а также переплата за оказание услуг по электроснабжению в размере 15304 рублей. 

01.07.2022 года между ФИО3 (арендодатель) и ИП ФИО4 (арендатор) заключен договор аренды торгового павильона (т. 2 л.д. 22-25), по условиям которого арендодатель передает за плату, а арендатор принимает во временное пользование временное сооружение (павильон), расположенное по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 50 кв.м., из них торговая площадь 50 кв.м..

Указанное временное сооружение передается арендатору для осуществления следующего вида деятельности: торговли продовольственными товарами. 

С 01.07.2022 по настоящее время арендатором является ИП ФИО4 (т. 1 л.д. 72-100). 

01.07.2022 года между ООО «Фламинго» и ИП ФИО4 заключен договор №-т субаренды, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает за плату во временное пользование площадку с асфальтобетонным покрытием общей площадью 50 кв.м. под № пв-77, расположенную на территории ТК Первомайский по адресу: 

<

адрес>, корпус 1, в соответствии со схемой размещения. Объект аренды предоставляется для размещения павильона для организации горячего питания и торговли продовольственными товарами (т. 2 л.д. 26-30).

01.07.2022 года между ИП ФИО4 (принципал) и ООО «Авалон» (агент) заключен агентский договор №э, согласно которому принципал поручает, а агент берет на себя обязательства от своего имени, но за счет принципала, за вознаграждение совершать по поручению принципала юридические и иные действия, а именно: 1) по договору энергоснабжения приобретать у поставщика для принципала электрическую энергию и мощность и передавать их на арендуемый принципалом объект; выступать посредником в расчетах за электрическую энергию и услуги, неразрывно связанные с процессом снабжения электрической энергией, приобретаемые у поставщика для принципала (т. 2 л.д. 31-32). 

17.01.2024 года между ИП ФИО4 и ИП ФИО1 заключено соглашение о расторжении договора субаренды от 01.09.2022 года, по которому стороны пришли к соглашению расторгнуть договор с 17.01.2024 года. 

В соответствии с актом приема-передачи (возврата) павильона от 17.01.2024 года субарендатор ИП ФИО1 сдала, арендодатель ИП ФИО4 принял после расторжения договора субаренды павильон (временное сооружение), расположенное на территории ТК Первомайский по адресу: 

<

адрес>. 

19.01.2024 года ФИО3 и ИП ФИО4 подписали соглашение о расторжении договора аренды торгового павильона от 01.07.2022 года с 19.01.2024 года. По условиям соглашения стороны претензий друг к другу не имеют, павильон от имущества освобожден, передан арендодателю. 

ИП ФИО2, ссылаясь на то, что ФИО3, ИП ФИО1 лишили его павильона, а также на то, что в результате указанных действий он лишен права на получение прибыли от использования торгового павильона, принадлежащего ему, заявил требование о взыскании с ответчиков в солидарном порядке упущенной выгоды. 

В соответствии с п. 1, п. 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу ст. 15 ГК РФ лицо, предъявляющее требование о возмещении убытков, в виде упущенной выгоды, должно доказать факт нарушения своего права, наличие и размер убытков, наличие причинной связи между поведением лица, к которому предъявляется такое требование, и наступившими убытками, а также то, что возможность получения прибыли существовала реально, то есть при определении упущенной выгоды должны учитываться предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. При этом основанием для возмещения таких убытков является доказанность стороной по делу всей совокупности перечисленных условий.

В абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7, при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Таким образом из системного толкования вышеприведенных правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход.

В соответствии со статьями 15 и 393 ГК РФ при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Намерение не может быть принято во внимание при рассмотрении дел о взыскании упущенной выгоды.

Из анализа представленных суду документов, пояснений сторон следует, что между ФИО3 и ИП ФИО2 имеется спор относительно принадлежности спорного торгового павильона. 

И ФИО3, и ИП ФИО2 представили суду договоры подряда на строительство торгового павильона, о чем указано выше. 

При этом между сторонами фигурирует третье лицо ФИО5, который получил торговый павильон от ФИО9 Бахрома в декабре 2016 года, что следует из показаний допрошенного свидетеля ФИО8, а также показаний ФИО3. 

Из показаний ФИО2 следует, что ФИО5 построил для него торговый павильон. 

Допрошенный в качестве свидетеля в Арбитражном суде Омской области ФИО5 пояснил суду, что павильон он построил, с нуля, договор на строительство павильона между ним и ИП ФИО2 перед строительством он не заключал, все вопросы разрешались в устном порядке, а впоследствии по просьбе Белявского они составили письменный договор, однако показания относительно периода составления письменного договора им даны суду противоречивые. При этом пояснил, что договор был подписан 07.05.2017 года после окончания строительства павильона, между тем в материалы дела ИП ФИО2 представлены фотоматериалы от 16.05.2017 года, подтверждающие строительство павильона ФИО5, из которых следует, что на 16.05.2017 года павильон был не достроен. 

Указанные разночтения вызывают сомнения в подлинности представленного договора подряда, заключенного между ИП ФИО2 и свидетелем ФИО5, в частности в периоде его изготовления.

При этом свидетель ФИО5 пояснил суду, что павильон можно было перевозить, он движимый.

Допрошенный свидетель ФИО8 пояснил, что торговый павильон, построенный им, имеет ряд особенностей, а именно пояснил, что при строительстве киоска он использовал швеллер 8-ку. Нагрузка не рассчитана на данный швеллер. Конструкция павильона сделана таким образом, что данный киоск можно перевести один раз и больше нельзя перевозить, в противном случае конструкция павильона будет повреждена. Если поднять за верх павильон, то киоск сложится пополам. Он перевозил киоск, положив брус 200. Основа киосков не выполняется из швеллеров, как выполнен у данного киоска.

Заключением судебной экспертизы ООО «Центр судебной экспертизы и оценки» № установлено, что существующая конструкция каркаса торгового павильона не позволяет осуществлять перевозку или перемещение краном павильона по существующим петлям зацепа (без дополнительных крепежей) без ущерба для элементов павильона. 

Допрошенный в ходе судебного заседания эксперт ООО «Центр судебной экспертизы и оценки» ФИО12 пояснил суду, что каркас торгового павильона недостаточен для многократного перемещения. Если его поднять, то каркас павильона сломается, он просто сложится. Его нельзя просто зацепить и поставить на месте. Но после обследования торгового павильона установлено, что его перевозили, что подтверждается тем, что демонтажные петли павильона загнуты, так как перевозили и цепляли за петли буксировочными тросами. 

Таким образом, выводы эксперта ФИО12 согласуются с показаниями допрошенного свидетеля ФИО8, осуществлявшего строительство торгового павильона. При этом показания свидетеля ФИО5 в части того, что павильон можно было перевозить, он движимый, противоречат выводам судебного эксперта, что также вызывает сомнения в подлинности показаний свидетеля ФИО5, который, строя спорный торговый павильон, не мог не знать о его конструктивных особенностях. 

Вместе с тем, доводы ФИО3 о том, что павильон, принадлежащий ему, и который находился в пользовании ФИО2, был подвергнут пожару, также ничем не подтверждены, в том числе и заключением судебной экспертизы. 

Из пояснений эксперта ООО «Центр судебной экспертизы и оценки» ФИО13 следует, что павильон был осмотрен в трех точках, где был произведен разбор до металла, до дерева, но следов пожара им обнаружено не было, хотя следы от возгорания должны были остаться на металле однозначно, исходя из того, что весь павильон состоит из полимеров, при которых пожар быстро распространяется. На металле, на бруске не было ни прогаров, ни окиси.

Заслуживает внимание суда и представленная представителем ФИО10 аудиозапись разговора с ФИО2, прослушанная в ходе судебного заседания судом, из которой прослеживается, что ИП ФИО2 подтвердил факт того, что торговый павильон ему не принадлежит. 

Об указанных обстоятельствах указала в ходе судебного разбирательства и представитель ФИО6, пояснившая, что ИП ФИО1 предложила ИП ФИО2 представить правоустанавливающие документы на торговый павильон, однако ИП ФИО2 пояснил, что павильон не его, документов у него не имеется. 

При этом доводы представителя ФИО7 относительно того, что просьбы ФИО1 о предоставлении подтверждающих документов на павильон ФИО2 не помнит, но допускает, что данные пояснения озвучивались в устной форме, судом отклоняются, так как они опровергаются представленной выше аудиозаписью разговора. 

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля ФИО14, пояснил суду, что работает в ООО «Фламинго» администратором по территории, это территория Первомайского рынка. Он знает спорный павильон. Установлен он в 2017 году ФИО5. ФИО3 он также знает, он обратился к нему в прошлом году и сообщил, что данный павильон принадлежит ему. Он показал договор купли-продажи и еще документы. Белявского он тоже знал, на него был оформлен договор аренды данного павильона, аренда площадки. На его вопрос о предоставлении документов на спорный павильон, документов со стороны Белявского ему не было представлено. Он спрашивал у Белявского, его это павильон или нет. Он сказал, что павильон не его, вследствие чего в одностороннем порядке договор аренды с ИП ФИО2 был расторгнут. 

Таким образом, ИП ФИО2 не доказан факт принадлежности спорного торгового павильона ему, а также факт возведения торгового павильона ФИО5

Факт того, что ИП ФИО2 пользовался павильоном, в подтверждение чего им представлены в материалы дела договоры аренды, не доказывает факт принадлежности павильона именно ему, факт возникновения права на указанное спорное имущество. 

Не являясь собственником торгового павильона, ИП ФИО2 не мог осуществлять права владения и распоряжения в отношении данного имущества, в том числе не мог заключать договоры аренды, о чем свидетельствуют и дальнейшие действия ИП ФИО2, который подписал соглашение о расторжении договора аренды с ИП ФИО1.

Принимая во внимание, что ИП ФИО2, не являясь собственником торгового павильона, не мог осуществлять права владения и распоряжения в отношении данного имущества, в том числе не мог заключать договоры аренды, суд не находит оснований для удовлетворения встречных требований ИП ФИО2 о взыскании упущенной выгоды, в полном объеме. 

Истец ИП ФИО1 просит суд взыскать с ИП ФИО2 неосновательное обогащение в размере 177200 рублей, ссылаясь на то, что в период с июля по август 2022 года ею оплачена арендная плата за торговый павильон ИП ФИО2 по платежным поручениям:

- № от 24.06.2022 в размере 18600 рублей;

- по кассовому ордеру от 04.07.2022 в размере 70000 рублей;

- № от 15.08.2022 в размере 18600 рублей;

- по кассовому ордеру от 05.08.2022 в размере 70000 рублей. 

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

По смыслу приведенных норм права, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

Денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательства.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Учитывая, что ИП ФИО2, не являясь собственником торгового павильона, не мог осуществлять права владения и распоряжения в отношении данного имущества, в том числе не мог заключать договоры аренды и, соответственно, получать за указанное имущество арендную плату, а доказательств обратного им в силу положений ст. 56 ГПК РФ суду не представлено, суд приходит к выводу о наличии на стороне ИП ФИО2 неосновательного обогащения в размере, заявленном истцом за период с июля 2022 года по август 2022 года, - 177200 рублей.

В связи с чем, требования ИП ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ИП ФИО2 указал на то, что 140000 рублей причитаются ответчику в качестве платы за фактическое использование павильона, о чем между истцом и ответчиком была достигнута устная договоренность, так как несмотря на указание срока расторжения договора в соглашении о расторжении – 30.06.2022 года, истец фактически продолжает использовать принадлежащий ответчику павильон с июля 2022 года. 

Вместе с тем, судом отклоняются доводы ответчика ИП ФИО2 в указанной части, так как каких-либо письменных доказательств заключения между сторонами соглашения ответчиком в силу положений ст. 56 ГПК РФ суду не представлено. При этом, согласно представленному расходному кассовому ордеру от 09.09.2022 года, ИП ФИО1 произведена оплата представителю ИП ФИО4 ФИО10 за фактическое пользование торговым местом 160000 рублей, а также 12.09.2022 года и 27.09.2022 года произведена оплата за 2022 года в размере 21631,35 рублей за электроэнергию и 80000 рублей за аренду (т. 2 л.д. 12-13).

Кроме того, ответчик ссылается на то, что 01.09.2022 года между ИП ФИО2 и ИП ФИО1 подписано соглашение о расторжении договора, которым определено, что на момент подписания настоящего соглашения по договору имеется переплата по арендой плате в размере 37200 рублей за период с 01.07.2022 по 31.08.2022, а также переплата за оказание услуг по электроснабжению в размере 15304 рублей. 

Вместе с тем, указанные доводы также не подтверждены какими-либо письменными доказательствами, подтверждающими наличие переплаты, при том, что ИП ФИО2, не владея торговым павильоном на праве собственности, не имел право передавать его в аренду третьим лицам, за что получать арендную плату, в том числе в спорный период в размере 177200 рублей.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199, 234-237 ГПК РФ, суд,-

решил:

Иск ИП ФИО1 к ИП ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить. 

Взыскать с ИП ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН №, в пользу ИП ФИО1 (ИНН №) сумму неосновательного обогащения в размере 177200 (сто семьдесят семь тысяч двести) рублей. 

В удовлетворении встречного иска ИП ФИО2 к ИП ФИО1, ФИО3 о взыскании упущенной выгоды, обязании возвратить временное сооружение (павильон) отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Первомайский районный суд города Омска. 

Судья: Базылова А.В.

Решение изготовлено в окончательной форме 12 февраля 2024 года.