дело № 2-4889/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 октября 2018 года г. Уфа

Октябрьский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Шариповой Г.М.,

при секретаре Сафиной Ю.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО1 - ФИО2 /доверенность от ДД.ММ.ГГГГ за №-н№/, представителя ответчика ФИО3 - ФИО4 /доверенность от ДД.ММ.ГГГГ за № помощника прокурора Октябрьского района г.Уфы Республики Башкортостан Гайсиной Г.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО3 о признании недействительными и незаконными соглашение и приказ о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО3 о признании недействительными и незаконными соглашение и приказ о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. 

В обоснование иска указано, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 была принята на должность офис-менеджера нового магазина «Планета», который был открыт ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>. В соответствии с должностной инструкцией офис-менеджера, с которой истец ФИО1 была ознакомлена в феврале 2018 года, в должностные обязанности входила работа на компьютере в программе 1С (приход и расход товара, перемещение товара, распечатка документов и ценников на товар и др.). Но по устным распоряжениям директора магазина ФИО5, ФИО1 ежедневно выполняла также работу, не предусмотренную должностной инструкцией офис-менеджера, а именно консультирование покупателей в торговом зале магазина и расчеты на ККМ, что занимало значительную часть ее рабочего времени. Примерно через месяц после начала трудовой деятельности ФИО1 стала подвергаться дискриминации и психологическому давлению со стороны директора магазина ФИО5 и ее заместителя ФИО6, что выражалось в упреках, устных замечаниях о ее нерасторопности, неприязненном отношении к ФИО1 За период работы в магазине ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекалась, факты нарушения ею трудовой дисциплины либо неисполнения трудовых обязанностей зафиксированы не были. При заключении трудового договора испытательный срок в соответствии со ст.70 ТК РФ ФИО1 не устанавливался. Работодателем не проводилась аттестация работника ФИО1 на соответствие занимаемой должности или проверка профессионального уровня ФИО1 С ДД.ММ.ГГГГ начались попытки ответчика к принуждению истца ФИО1 написать заявление об увольнении по собственному желанию (директор магазина ФИО5 - ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 - ДД.ММ.ГГГГ), впоследствии - написать заявление о расторжении трудового договора по соглашению сторон и подписать соглашение о расторжении трудового договора (инспектор отдела кадров ФИО8 - ДД.ММ.ГГГГ). Все это время ФИО1 просила дать пояснения о причинах и основаниях расторжения трудового договора, состоялось несколько телефонных разговоров ФИО2, матери А., с ФИО3 и ФИО7, на что ей был дан ответ, что это личное желание директора магазина ФИО5 Истец ФИО1 отказалась написать заявление об увольнении по собственному желанию либо заявление о расторжении трудового договора по соглашению сторон, поскольку у нее не было намерения увольняться, работа ей нравилась. ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика ФИО7 принуждал истца к увольнению по собственному желанию. После ее отказа пригрозил уволить по статье ТК РФ и безосновательно, с нарушением норм ст. 76 ТК РФ, около 15.30 часов, насильно отстранил ее от работы, применив физическую силу, выгнал ФИО1 из магазина. В этот день ФИО1 фактически отработала 6 часов (с 9.30 до 15.30). ДД.ММ.ГГГГ инспектор отдела кадров ответчика ФИО8, приехав из г.Уфы, пригласила истца ФИО1 к 13.00 часам в магазин «Планета», представила истцу на подпись заранее подготовленные и подписанные ИП ФИО3 приказ от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора по соглашению сторон, соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора по соглашению сторон, сказав при этом, что вопрос об увольнении решен, документы готовы, в случае отказа подписать документы о расторжении трудового договора по соглашению сторон ФИО1 будет уволена за прогул (отсутствие на работе более 4 часов). Ознакомившись с соглашением о расторжении трудового договора, истец и присутствовавшая при этом разговоре ФИО2 отметили, что инициатором расторжения трудового договора по соглашению сторон является работодатель, никаких заявлений и согласий со стороны ФИО1 не было, письменно работодатель не уведомил ФИО1 о своей инициативе расторгнуть трудовой договор с ней. Более того, в соглашении нарушена нумерация пунктов, имеются 2 пункта с одинаковым номером, но различным содержанием, при этом в пункте 4 указана ссылка на пункт 2 о том, что размер компенсации окончательный и изменению не подлежит, т.е. речь идет о выплате выходного пособия, но размер его не указан. Созвонившись с руководством предприятия, ФИО8 выплатила выходное пособие в размере 5 000 рублей, с чем истец не согласилась. Свое несогласие с условиями соглашения о расторжении трудового договора ФИО1 указала при подписании первого экземпляра соглашения (момент зафиксирован фотосъемкой), во втором экземпляре ФИО8 не разрешила сделать такую запись. При этом ФИО1 написала заявление на имя ИП ФИО3 о своем несогласии с условиями соглашения и просьбой выплатить выходное пособие в размере двух среднемесячных заработков, заявление было передано ФИО8 Сразу после подписания соглашения ФИО9 выдала ФИО1 подготовленные и подписанные ИП ФИО3 справки (справка о доходах физического лица, справка по форме 182н и справка по форме 83п), а также экземпляр соглашения о расторжении трудового договора и трудовую книжку. При этом истцу не были выданы копии приказа о приеме на работу, приказа о расторжении трудового договора, должностная инструкция, расчетные листки по заработной плате за февраль-март 2018 года. Истец был вынужден подписать соглашение, поскольку со стороны работодателя было оказано давление под угрозой увольнения за прогул (отсутствие на рабочем месте более 4 часов). Таким образом, подписание данного соглашения истцом носило вынужденный характер и не являлось его добровольным волеизъявлением, в связи с чем, соглашение является незаконным.

Истцом ФИО1 предпринимались попытки мирного урегулирования трудового спора с ответчиком. Так ДД.ММ.ГГГГ на эл. адрес № и посредством факсимильной связи направлена претензия, в которой ФИО1 указывала, что не намерена увольняться, и что должностными работниками на нее оказывается давление с принуждением написать заявление об увольнении; официальный ответ руководителя ИП ФИО3 на претензию до настоящего времени не получен, лишь получен ответ директора магазина ФИО5 Состоялись телефонные разговоры матери истца- ФИО2, с руководством предприятия, а именно с ИП ФИО3 и ФИО7 15, 16, и ДД.ММ.ГГГГ. При разговоре ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО3 сообщил по телефону, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 будет переведена на должность продавца-консультанта торгового зала, а через месяц после работы в этой должности им будет принято окончательное решение. ФИО1 отработала в предложенной должности 4 рабочих дня, при этом в нарушение ст.ст. 72, 72.1, 72.2 перевод на должность продавца-консультанта не был соответствующим образом оформлен (не внесены изменения в трудовой договор, не издан приказ). ДД.ММ.ГГГГ (за 1 день до увольнения) директор магазина ФИО5 отказалась принять заявление ФИО1 о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы сроком на 3 дня. ДД.ММ.ГГГГ лично передано в офис предприятия заявление. ДД.ММ.ГГГГ на эл. адрес №.ru и посредством факсимильной связи направлено заявление о выдаче копий документов. Копия приказа о расторжении трудового договора получена только в мае 2018 года, а ответ на заявление ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ о несогласии с условиями соглашения и копия должностной инструкции до настоящего времени не получены. 24 и 25 апреля на е-mail № по т/факсу и ДД.ММ.ГГГГ почтовым письмом с уведомлением ФИО1 отправила заявление о выдаче справки о средней заработной плате, а также копии приказа о приеме на работу, расчетных листков заработной платы за февраль-март 2018 года и повторно о выдаче копии приказа о расторжении трудового договора и ответа руководителя ФИО3 на заявление ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. Ответы ИП ФИО3 на претензию и на заявления истца ФИО1 до настоящего времени не получены.

На основании изложенных обстоятельств, с учетом неоднократных представленных уточнений и дополнений, истец просит:

- восстановить срок для обращения в суд по трудовым спорам;

- признать приказ от ДД.ММ.ГГГГ № о расторжении трудового договора и соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 недействительными и незаконными;

- обязать ответчика восстановить истца ФИО1 на работе в должности офис-менеджера;

- взыскать с ответчика в пользу истца ФИО1 заработную плату за период вынужденного прогула в связи с незаконным увольнением, начиная с ДД.ММ.ГГГГ до момента вынесения судебного решения, в размере 108 531 рубль 72 копейки, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные уточненные и дополнительные исковые требования, просят удовлетворить их в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения предъявленных исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях на иск.

Представитель Государственной инспекции труда Республики Башкортостан, ИП ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени, месте, дате рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Об уважительных причинах неявки суду не сообщили.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц. 

Заслушав участников процесса, мнение прокурора, исследовав и оценив материалы дела в пределах заявленных исковых требований и представленных доказательств, суд приходит к следующему выводу. 

Согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса).

Согласно ст.78 ТК РФ трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года, при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Согласно пункту 22 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 13 октября 2009 года N 1091-О-О, свобода договора, закрепленная в части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации, предполагает возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение, как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника.

Таким образом, из правового смысла приведенных выше норм закона следует, что при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. При этом такая договоренность в соответствии со статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации должна быть оформлена в письменном виде и порождает для обеих сторон трудового договора юридически значимые последствия. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Для прекращения трудового договора по соглашению сторон недостаточно волеизъявления одной стороны работодателя или работника, а необходимо взаимное волеизъявление обеих сторон.

В ходе рассмотрения дела установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО3, что подтверждается трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ за № и записью в трудовой книжке.

Как следует из материалов дела, приказом от ДД.ММ.ГГГГ за № истец был уволен с должности офис-менеджера по пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, т.е. по соглашению сторон.

Основанием для издания приказа явилось соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ за №, согласно которому трудовые отношения между ИП ФИО3 и ФИО1 прекращены ДД.ММ.ГГГГ по взаимному согласию. 

В соответствии с п.2 данного соглашения работодатель обязуется выплатить работнику заработную плату за отработанное время в размере 10 750 рублей. 

Обратившись в суд с данным иском, истец ФИО1 указала, что соглашение о расторжении трудового договора подписала в результате оказанного на нее давления со стороны ответчика.

Для выяснения данных обстоятельств в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО7, ФИО5, ФИО6

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО7 пояснил, что он является партнером ИП ФИО3 В связи с нездоровой обстановкой, сложившейся в коллективе, по просьбе ФИО3 он прибыл в магазин «Планета». Когда он приехал, он поговорил с каждым сотрудником, в том числе и самой ФИО1 В ходе разговора он попросил ФИО1 не устраивать скандалы, после чего она вышла из кабинета. Впоследствии ему сообщили, что она покинула рабочее место. Какой- либо угрозы и применение физической силы в отношении ФИО1 им не осуществлялось. Дополнительно сообщил, что ФИО1 в период исполнения трудовых обязанностей в его подчинении не находилась. 

Из пояснений свидетеля ФИО5 следует, что в магазин «Планета» приезжал ФИО7, сначала он поговорил с ней, а потом попросил позвать ФИО1 После разговора с ФИО7, ФИО1 вышла из кабинета и вела себя неадекватно. В обязанности А. входила работа с компьютером. Конфликтных отношений в коллективе не было, но иногда А. срывалась на девочках. О том, что А. ушла с работы в рабочее время ей сказали девочки. Об этом она сообщила ФИО3 На следующий день А. вышла на работу только в обеденное время. 

Согласно пояснениям свидетеля ФИО6 конфликтов в коллективе с А. не было. Она работала в зале, за компьютером, консультировала клиентов. После обеда она А. не видела, как уходила она с работы тоже не видела. Дополнительно сообщила, что с работой А. не справлялась, ей трудно было работать с программой 1С, клиенты жаловались на нее. 

При этом показания свидетелей ФИО7, ФИО5, ФИО6 согласовываются с заявленными требованиями и не противоречат представленным в суд документам, не доверять их показаниям у суда оснований не имеется, так как сведения в заинтересованности данных свидетелей в исходе дела у суда отсутствуют. 

Данные свидетели предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст.ст. 307, 308 УК РФ, по ст. 51 Конституции РФ, о чем отобрана соответствующая подписка.

Представленные истцом распечатки телефонных переговоров, аудиозаписи, приобщенные в материалы дела, сами по себе не подтверждают того, что непосредственно работодатель - ИП ФИО3, а также иные сотрудники оказывали давление на истца. При обращении в суд истец в качестве оказания на него воздействия указывал на обстоятельства его общения с иными сотрудниками работодателя, в частности ФИО7, ФИО5, ФИО6 Однако в компетенцию этих лиц принятие решения о непосредственном увольнении истца не входит, что подтверждается их должностными обязанностями.

Таким образом, представленными по делу доказательствами, установлено, что между сторонами достигнута договоренность относительно основания увольнения истца ФИО1- соглашение сторон.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания факта наличия порока воли при увольнении возлагается на истца. Однако достаточных доказательств, которые позволили бы согласиться с доводами истца о том, что подписание соглашения о расторжении трудового договора носило вынужденный характер, поскольку были конфликтные отношения между работником и работодателем не представлено, судом не установлено. 

Также стороной истца ФИО1 не представлено в соответствии со ст. 56 ГПК РФ бесспорных доказательств, свидетельствующих об оказании на нее давления и угроз со стороны работодателя и иных сотрудников, направленных на понуждение ее к подписанию соглашения о расторжении трудового договора при отсутствии ее волеизъявления. Каких-либо письменных обращений в правоохранительные органы по вышеизложенным фактам ФИО1 также не имеется. 

Из материалов дела следует, что ФИО1 собственноручно подписано соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ за №, истец ознакомлен под роспись с приказом об увольнении без каких-либо замечаний, что свидетельствует о намерении истца расторгнуть трудовые отношения с ответчиком, то есть об отсутствии порока воли при заключении оспариваемого соглашения. Кроме того, в соглашении о расторжении трудового договора указана дата, с которой стороны желают прекратить трудовые отношения, что подтверждает добровольный характер действий и наличие волеизъявления сторон на прекращение трудовых отношений.

Таким образом, доводы истица ФИО1 о том, что соглашение о расторжении трудового договора подписала в результате оказанного на нее давления со стороны ответчика, суд считает необоснованными, поскольку они ничем не подтверждаются и опровергаются собранными по делу доказательствами.

Поскольку на момент увольнения между истцом и ответчиком договоренность относительно срока и основания увольнения не была аннулирована по взаимному согласию работодателя и работника, то работодатель вправе был уволить ФИО1 по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Проанализировав изложенные обстоятельства, а также представленные доказательства, показания допрошенных свидетелей в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для восстановления истца на работе, поскольку каких-либо доказательств того, что истец ФИО1 не была согласна на увольнение по соглашению сторон, в связи с тем, что таковое не было достигнуто, не представлено. Истец имел возможность при ознакомлении с приказом об увольнении, а также в момент подписания соглашения о расторжении трудового договора сделать записи о своем несогласии либо не подписывать указанное соглашение. 

Таким образом, соглашение об увольнении было достигнуто, что подтверждается совокупностью представленных доказательств, в том числе подписанным приказом об увольнении, получением истцом соответствующего расчета при увольнении.

Ссылка истца в дополнительных исковых требованиях о том, что соглашение о расторжении трудового договора подписано не самим ответчиком ИП ФИО3, а иным лицом, не может принята судом во внимание, поскольку сам факт увольнения истца ФИО1 по соглашению сторон ответчиком не отрицается. Более того, как установлено в судебном заседании, решение вопросов о принятии и об увольнении сотрудников относятся исключительно к компетенции работодателя ИП ФИО3 

Поскольку в удовлетворении требований ФИО1 К. о признании недействительными и незаконными соглашение и приказ о расторжении трудового договора, а также о восстановлении на работе отказано, то остальные требования истца также удовлетворению не подлежат, так как производны от основного требования.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ИП ФИО3 о признании недействительными и незаконными соглашение и приказ о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме через Октябрьский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 10 октября 2018 года.

Судья Г.М. Шарипова