Дело № 2-771/2018 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

от 19 октября 2018 года 

Северский городской суд Томской области в составе:

председательствующего-судьи Гуслиной Е.Н.

при секретаре Набоковой Н.Э.

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в г. Северске Томской области в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором просила взыскать с последней в свою пользу материальный ущерб в размере 288 354 руб. 62 коп., стоимость отчёта в размере 3500 руб., а также в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 6084 руб. 

В обоснование исковых требований указала, что является собственником автомобиля Peugeot **, идентификационный номер (VIN) **, тип ТС легковой, год выпуска 2009, шасси отсутствует, кузов **, цвет **, г.р.з. **. 27.06.2017 в 07 час. 50 мин. на пр. Коммунистический, д. 59 в г.Северске Томской области водитель ФИО2, управляя автомобилем Hyundai **, г.р.з. **, в нарушение пункта 8.4 Правил дорожного движения РФ при перестроении не уступила дорогу принадлежащему ей (истцу) автомобилю под управлением ФИО5, движущемуся попутно без изменения направления движения, и совершила столкновение с её (истца) автомобилем. Согласно постановлению по делу об административном правонарушении № ** от 27.06.2017 дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО2 За нарушение пункта 8.4 ПДД РФ водитель ФИО2 была привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ в виде штрафа в размере 500 руб. Гражданская ответственность владельца транспортного средства ФИО2 не застрахована. В результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащий истцу автомобиль получил механические повреждения аварийного характера. Согласно отчету от 29.06.2017 №**, составленному ООО «ГОСТ-СТАНДАРТ», стоимость восстановительного ремонта принадлежащего ей автомобиля с учетом износа составила 288354 руб. 62 коп. В связи с тем, что ФИО2 в досудебном порядке не возместила материальный ущерб, она вынуждена обратиться в суд. За проведение оценки ею оплачено 5500 руб., за оказание услуг по нотариальному заверению паспорта транспортного средства – 100 руб., а также 6083 руб. 55 коп. за уплату государственной пошлины.

09.06.2018 истец ФИО4 в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации увеличила размер исковых требований, просит взыскать с ФИО2 в свою пользу материальный ущерб в размере 411977 руб., указав, что в соответствии с действующим законодательством стоимость восстановительного ремонта должна рассчитываться и взыскиваться с ФИО2 исходя из рыночных цен на комплектующие изделия, узлы и агрегаты и т.п. без учета их износа. 

Истец ФИО4, извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась. Ранее в судебном заседании исковые требования с учетом их увеличения поддержала по доводам, изложенных в иске. 

Представитель истца ФИО6, действующий на основании доверенности ** от 17.01.2018, выданной сроком на пять лет (л.д. 43), извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Представитель истца ФИО1, также действующий на основании указанной доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО4 с учетом их увеличения поддержал по доводам, изложенным в иске. Пояснил, что вина ответчика в ДТП доказана полностью, если бы ФИО2 не нарушила ПДД РФ, то водитель ФИО5 не свернул бы с дороги, и автомобиль истца не был поврежден. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что она согласна выплатить истцу в счет возмещения материального ущерба 100000 руб., которые может взять в банке в кредит, но большую сумму она не может отдать, так как находится на пенсии, не работает, оплачивает кредит. Также пояснила, что виновной в ДТП себя не считает, поскольку полагает, что водитель ФИО5, управлявший автомобилем истца, в момент ДТП находился в состоянии алкогольного опьянения. Она заканчивала маневр, когда он свернул и врезался в столб. 

Представитель ответчика ФИО2 ФИО3, действующий в соответствии с ч. 6 ст. 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на основании устного заявления, занесенного в протокол судебного заседания, в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что все повреждения, которые имелись на автомобиле истца, явились следствием того, что водитель ФИО5 решил в случае возникновения опасности не соблюдать ПДД РФ. Оба автомобиля двигались попутно, водителю автомобиля истца при соблюдении ПДД РФ необходимо было нажать на тормоз, и автомобиль бы остановился. ФИО2 никакой опасности ему не создала. Действия ответчика не находятся в причинно-следственной связи с повреждением автомобиля истца, так как повреждения произошли в результате того, что водитель ФИО5 испугался автомобиля ответчика, так как был пьян. В судебное заседание после перерыва не явился.

Третье лицо ФИО5, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

На основании ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Заслушав объяснения представителя истца, ответчика, представителя ответчика, допросив эксперта, изучив письменные материалы дела, материалы дела об административном правонарушении, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью; признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (статья 2); осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 статья 17). 

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

К таким способам защиты гражданских прав относится возмещение убытков (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ). 

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

По смыслу закона основанием гражданско-правовой ответственности, установленной ст. 1064 ГК РФ, является правонарушение – противоправное виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений, при этом необходима совокупность следующих условий – наличие ущерба, виновное и противоправное поведение причинителя вреда и причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и ущербом. 

В судебном заседании установлено, что 27.06.2017 в 07 час. 50 мин. на пр. Коммунистическом, 59 ФИО5, управляя транспортным средством Peugeot **, г.р.з. **, при возникновении опасности для движения совершил маневр вправо, после чего совершил наезд на световую опору № 99, что следует из определения ** №** от 27.06.2017 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. 

Из рапорта инспектора взвода № 2 ОР ДПС ГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск от 27.06.2017 следует, что 27.06.2017 в 07 час. 50 мин. по пр. Коммунистическому, д. 59 в г. Северске водитель ФИО2, управляя транспортным средством Hyundai **, г.р.з. **, при перестроении не уступила дорогу транспортному средству Peugeot ** под управлением ФИО5, в результате чего он совершил наезд на препятствие – световую опору № 99. ФИО5 употребил алкогольные напитки после ДТП.

В результате столкновения автомобиль Peugeot ** получил механические повреждения. Данные обстоятельства в ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривались.

Собственником автомобиля Peugeot ** является ФИО4, что подтверждается паспортом транспортного средства **, свидетельством о регистрации транспортного средства ** № **. 

Судом установлено и подтверждено представленными доказательствами, что автомобиль Hyundai **, принадлежащий ФИО2, по договору об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств не застрахован.

ФИО4 в порядке ст. 14.1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» обратилась с заявлением о прямом возмещении убытков к страховщику, который застраховал ее гражданскую ответственность – ПАО «САК «ЭНЕРГОГАРАНТ», в ответ на такое её обращение последовал отказ страховщика в осуществлении страховой выплаты в связи с отсутствием правовых оснований, что подтверждается письмом Томского филиала САК «ЭНЕРГОГАРАНТ» №** от 22.07.2017, в котором также рекомендовано истцу обратиться за возмещением ущерба непосредственно к причинителю вреда.

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застрахованного лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение. В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера понесенного каждым ущерба (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Соответственно, при причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности вред возмещается их владельцам по принципу ответственности за вину, при наличии обоюдной вины указанных владельцев транспортных средств размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого из них, при невозможности определить степень вины доли признаются равными.

В ходе рассмотрения дела возник спор о виновности сторон в указанном ДТП. По мнению истца ФИО4, ДТП 27.06.2017 произошло по вине ФИО2 в связи с нарушением последней пункта 8.4 ПДД РФ. По мнению ответчика ФИО2, её вины в наезде водителя ФИО5 на световую опору нет, поскольку водитель ФИО5 был пьян и не справился с управлением транспортным средством. 

Разрешая вопрос о виновности участников ДТП, суд исходит из следующего.

Согласно объяснению ФИО2, данному 27.06.2017 инспектору ГИБДД, 27.06.2017 в 07 час. 50 мин. она, управляя своим автомобилем Hyundai **, двигалась по левой полосе движения по пр. Коммунистическому со стороны ул. Крупской в сторону ул. Свердлова. Проехав перекресток по пр. Коммунистическому и ул. Строителей, она с левой полосы движения стала перестраиваться в правую полосу попутного движения, включив правый сигнал поворота. Попутно с ней по правой полосе движения двигался автомобиль Peugeot **, которому она не уступила дорогу, перестраиваясь с левой на правую полосу движения. Автомобиль Peugeot **, пользующийся преимущественным правом движения, пытаясь уйти от столкновения с её автомобилем, повернул вправо и совершил наезд на световую опору в районе дома № 59 по пр. Коммунистическому. Считает, что при перестроении автомобиль Peugeot ** попал в мертвую зону её бокового зеркала заднего вида. С нарушением п. 8.4 ПДД РФ согласна.

Из объяснения ФИО5 от 27.06.2017 следует, что 27.06.2017 около 07.30 час. он двигался на автомобиле, принадлежащем его **, - Peugeot ** в сторону объекта № 1 ЗРИ СХК по пр. Коммунистическому г. Северска в сторону ул. Советской по правой полосе движения, и в момент пересечения пр. Коммунистического с ул. Строителей автомобиль Hyundai **, двигавшийся по левой полосе движения, стал резко перестраиваться в крайний правый ряд, в котором двигался он. Так как расстояния между автомобилями не было, и чтобы избежать столкновения, он резко нажал на тормоз и повернул в правую сторону от автомобиля. Его автомобиль правым передним колесом ударился о бордюр, после чего автомобиль откинуло, и он совершил наезд на световую опору. В результате ДТП на его автомобиле имеются механические повреждения: капота, переднего бампера, передней правой фары, правого переднего крыла, правого переднего колеса с диском, правой передней двери, лобового стекла, в салоне сработали две передние подушки безопасности. После ДТП он расстроился и выпил пиво, он не знал о том, что после ДТП нельзя употреблять алкоголь.

Согласно справке о дорожно-транспортном происшествии от 27.06.2017 ФИО2 нарушила п. 8.4 ПДД РФ, в связи с чем в отношении неё вынесено постановление по делу об административном правонарушении. В результате ДТП автомобиль Hyundai ** повреждений не имеет, у автомобиля Peugeot ** повреждены: передний бампер, капот, правая боковая фара, лобовое стекло, две передние подушки безопасности, правое переднее колесо, правое переднее крыло, передняя правая дверь.

Из справки о дорожно-транспортном происшествии от 27.06.2017 также следует, что в результате ДТП повреждена световая опора № 99, принадлежащая Управлению имущественных отношений Администрации ЗАТО Северск.

Из схемы административного правонарушения от 27.06.2017 усматривается, что в ней отражены точные сведения о расположении транспортных средств, световых опор и др. на дороге, и водители ФИО2 и ФИО5 со схемой и обстоятельствами происшествия согласны, о чем свидетельствуют их подписи. 

В возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО5 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, ч. 5 ст. 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказано, поскольку в его действиях отсутствует состав какого-либо административного правонарушения, что подтверждается определением ** № ** от 27.06.2017 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. 

Из постановления №** по делу об административном правонарушении от 27.06.2017 следует, что 27.06.2017 в 07 час. 50 мин. по пр. Коммунистическому, 59 в г. Северске Томской области водитель ФИО2, управляя автомобилем Hyundai **, при перестроении не уступила дорогу автомобилю Peugeot ** под управлением ФИО5, движущемуся попутно без изменения направления.

Указанным постановлением №** по делу об административном правонарушении от 27.06.2017 ФИО2 привлечена к административной ответственности за нарушение п. 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ). 

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Для разрешения вопроса о технической возможности водителя автомобиля Peugeot ** ФИО5 27.06.2017 избежать столкновение со световой опорой по ходатайству ФИО2 определением Северского городского суда Томской области от 01.11.2017 по делу № ** была назначена судебная автотехническая экспертиза. 

Из заключения судебной автотехнической экспертизы № ** от 15.12.2017, проведенной экспертом ООО Томского экспертно-правового центра «Регион 70» П. по делу **, приобщенного в настоящее гражданское дело, следует: 1) с технической точки зрения возможность избежать ДТП (столкновение с опорой фонаря) определяется последовательностью действий водителя автомобиля Peugeot ** ФИО5 в соответствии с пунктом 8.1 и ч. 2 ст. 10.1 ПДД РФ; 2) в действиях водителя автомобиля Peugeot ** ФИО5 усматривается техническое несоответствие пунктам 8.1 и 10.1 ПДД РФ, которое состоит в причинной связи с произошедшим ДТП и повреждением автомобиля Peugeot **; 3) контакт между транспортными средствами Peugeot ** и Hyundai ** отсутствует. Столкновение автомобиля Peugeot ** с опорой фонаря является производным от последовательности действий водителя ФИО5 

В целях разъяснения заключения в судебном заседании был допрошен эксперт П., который показал, что он имеет неоконченное высшее профессиональное образование. Пункты 8.1 и 10.1 ПДД РФ обязывают водителя выполнять маневр, соблюдая безопасность, т.е. во время движения не должно создаваться помех. Водитель автомобиля Peugeot ** ФИО5 не принял меры для снижения скорости, и возможности избежать ДТП у водителя не имелось. Возможность для перестроения автомобиля Hyundai ** требовала меры для снижения скорости, вместо этого водитель ФИО5 повернул руль вправо и въехал в фонарный столб. Контакта между автомобилями не было. Невозможно сказать о том, на каком расстоянии перестраивалась водитель ФИО2 Водитель ФИО5 сам посчитал для себя, что ФИО2 создала ему помеху при движении.

В связи с тем, что указанное экспертное заключение дано экспертом П., не имеющим высшего образования, возникли сомнения в правильности указанного выше заключения, иск предъявлен к ФИО2 как к виновнику дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 27.06.2017, и в ходе рассмотрения дела судом должна быть установлена вина стороны в ДТП, представителем истца ФИО1 заявлено ходатайство о проведении повторной автотехнической экспертизы.

Определением Северского городского суда Томской области от 27.07.2018 по делу назначена повторная автотехническая эксперта, производство которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения Томской лаборатории судебной экспертизы Министерства Юстиции России (далее ФБУ Томская ЛСЭ Минюста России).

Согласно заключению эксперта №** в ДТП 27.06.2017 дорожно-транспортная ситуация развивалась следующим образом:

1) Автомобили «Peugeot **» и «Hyundai **» двигались в попутном направлении, автомобиль «Peugeot **» двигался по первой, автомобиль «Hyundai **» - по второй полосе движения;

2) Затем автомобиль «Hyundai **» стал перестраиваться на первую полосу, создав опасность для движения автомобилю «Peugeot **»;

3) автомобиль «Peugeot **», пытаясь уйти от столкновения, совершил маневр вправо в сторону края проезжей части;

4) произошел наезд автомобиля «Peugeot **» передней правой угловой частью на световую опору, расположенную справа от проезжей части;

5) произошло отбрасывание автомобиля «Peugeot **» в конечное положение, зафиксированное схемой административного правонарушения от 27.06.2017;

6) автомобиль «Hyundai **» остановился на полосе движения автомобиля «Peugeot **», его конечное положение зафиксировано схемой административного правонарушения от 27.06.2017.

В данной дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля «Hyundai **» с технической точки зрения необходимо было действовать в соответствии с требованиями пп. 8.1, 8.4 ПДД РФ. При выполнении условий, описанных в исследовательской части заключения, действия водителя автомобиля «Hyundai **» не соответствовали требованиям пп. 8.1, 8.4 ПДД РФ. При выполнении условий, описанных в исследовательской части заключения, водитель автомобиля «Hyundai **» в данной дорожно-транспортной ситуации создавал опасность для движения водителю автомобиля «Peugeot **». Относительно возможного столкновения автомобилей «Hyundai **» и «Peugeot **»: по причинам, изложенным в исследовательской части заключения, установить имел ли водитель автомобиля «Peugeot **» техническую возможность избежать возможного столкновения с автомобилем «Hyundai **» путем применения экстренного торможения, не представляется возможным. Относительно наезда автомобиля «Peugeot **» на световую опору: действуя в соответствии с требованиями п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ водитель автомобиля «Peugeot **» располагал бы технической возможностью избежать наезда на световую опору. При выполнении условий, описанных в исследовательской части заключения, действия водителя автомобиля «Hyundai **» не соответствовали требованиям пп. 8.1, 8.4 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля «Peugeot **» не соответствовали требованиями п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ в части совершения маневра вправо. Решение вопроса об основной причине дорожно-транспортного происшествия требует оценки всех доказательств по делу в их совокупности и поэтому выходит за пределы компетенции эксперта. Повреждения автомобиля «Peugeot **» находятся в причинно-следственной связи с действиями его водителя в момент возникновения опасности.

При определении степени вины участников дорожно-транспортного происшествия суд полагает возможным положить в основу решения заключение от 27.08.2018 № **, выполненное ФБУ Томская ЛСЭ Минюста России, поскольку оно полностью соответствует требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Эксперт Б., давший заключение, в силу ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» имеет право на проведение судебной экспертизы, имеет высшее техническое образование по специальности «Инженер-механик», экспертные специальности 13.1 «Исследование обстоятельств ДТП», 13.3 «Исследование следов транспортных средств на месте ДТП (транспортно-трасологическая диагностика)», имеет необходимый стаж по экспертным специальностям с 2013 года и с 2017 года соответственно, предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ; заключение содержит необходимые расчеты, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, при исследовании был реконструирован механизм произошедшего ДТП, учтены технические характеристики автомобилей участников ДТП.

Вина ФИО2 в нарушении пунктов 8.1 и 8.4 ПДД РФ подтверждается не только выводами судебной экспертизы, но и исследованными в судебном заседании доказательствами, описанными выше.

Таким образом, исходя из исследованных судом доказательств, суд приходит к выводу о наличии в действиях ФИО2 вины в данном ДТП. 

При этом довод представителя ответчика ФИО3 о том, что в действиях ФИО2 отсутствует вина в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, поскольку столкновение автомобиля Peugeot ** со световой опорой произошло потому, что его водитель испугался автомобиля ответчика, так как был пьян, несостоятелен, поскольку достоверных доказательств алкогольного опьянения в момент ДТП стороной ответчика суду не представлено. Из исследованных в судебном заседании документов следует, что ФИО5 употребил алкогольные напитки после ДТП. 

Вместе с тем выводы судебной экспертизы от 27.08.2018 № ** содержат также указание на несоответствие в действиях водителя ФИО5 требований Правил дорожного движения Российской Федерации. 

Согласно абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Так, по заключению судебной экспертизы действия водителя автомобиля «Peugeot **» не соответствовали требованиями п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ в части совершения маневра вправо. Действуя в соответствии с требованиями п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ водитель автомобиля «Peugeot **» располагал бы технической возможностью избежать наезда на световую опору.

Нарушение пунктов 8.1, 8.4 и абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ суд рассматривает во взаимной связи с наступившими последствиями. Суд учитывает, что непосредственной причиной ДТП явилось несоблюдение водителем ФИО5 требований абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ, но при этом нарушение водителем ФИО2 положений п. 8.4 ПДД РФ в значительной степени повлияло на исход создавшейся дорожной ситуации, а также на объём механических повреждений и, соответственно, на размер ущерба. 

По мнению суда, причинно-следственная связь имела место между наступившими последствиями и действиями каждого из водителей транспортных средств. 

Таким образом, приведенные выше доказательства в совокупности с объяснениями участников дорожно-транспортного происшествия, заключением судебной экспертизы №**, свидетельствуют о том, что водитель автомобиля Hyundai ** под управлением ФИО2 создала опасность для движения, а именно в момент перестроения автомобиля Hyundai ** на полосу движения автомобиля Peugeot ** в нарушение требований пп. 8.1, 8.4 ПДД РФ не убедилась в безопасности совершаемого маневра, поскольку не должна создавать опасность для движения, не уступила дорогу автомобилю Peugeot **, движущемуся попутно без изменения направления движения, тем самым создала помеху для движения автомобилю Peugeot ** под управлением ФИО5, имеющего в данном случае преимущественное право движения, который в свою очередь в нарушение требований абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ при обнаружении опасности для движения не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства. Указанные виновные действия водителей ФИО2 и ФИО5 явились причиной столкновения автомобиля Peugeot ** со световой опорой и находятся в причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения материального ущерба автомобилю Peugeot **.

С учетом изложенного, учитывая обоюдную вину в действиях обоих участников дорожно-транспортного происшествия, суд считает возможным установить процентное соотношение размера ответственности ФИО2 и ФИО5 исходя из степени вины каждого из участников ДТП, а именно 80% - вина ФИО2, 20% - вина ФИО5 в совершении дорожно-транспортного происшествия, поскольку действия ФИО5 являлись первопричиной ДТП, а действия ФИО2 в значительной степени повлияли на исход создавшейся дорожной ситуации, а также на объем повреждений и, соответственно, на размер ущерба. 

Определяя размер подлежащего возмещению материального ущерба, суд исходит из следующего. 

В силу положений ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Указанный основополагающий принцип осуществления гражданских прав закреплен также и положениями ст. 10 ГК РФ, в силу которых не допускается злоупотреблением правом. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пп. 5, 5.3 постановления Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО7 и других» по смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

Вместе с тем в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьи 55 (часть 3), принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Это означает, что лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении фактического размера причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера подлежащего выплате возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).

Исходя из данной правовой позиции, при определении размера материального ущерба, подлежащего взысканию, суд должен исходить из того, что возмещению подлежат только лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с противоправными действиями лица, причинившего вред. Возмещение потерпевшему реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежных сумм, превышающих стоимость поврежденного имущества, либо стоимость работ по приведению этого имущества в состояние, существовавшее на момент причинения вред, в результате которых произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред. 

Таким образом, защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда, предполагающая право потерпевшего на выбор способа возмещения вреда, должна обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего, но не приводить к неосновательному обогащению последнего.

В обоснование размера причиненного ущерба стороной истца представлено экспертное заключение № **, составленное ООО «ГОСТ-СТАНДАРТ», в соответствии с которым размер материального ущерба (компенсации затрат за проведение восстановительного ремонта) автомобиля PEUGEOT **, учитывая определенный процент износа на детали, подлежащие замене, на 27.06.2017 составляет 288 354 руб. 62 коп.; стоимость восстановительного ремонта этого автомобиля без учета износа на детали, подлежащие замене, на 27.06.2017 - 411 977 руб.

В связи с тем, что ответчик ФИО2 оспаривала размер ущерб, по её ходатайству определением Северского городского суда Томской области от 28.09.2018 назначена автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Независимая оценочная компания».

Согласно экспертному заключению № ** от 10.10.2018, на дату происшествия (27.06.2017) рыночная стоимость транспортного средства PEUGEOT ** составляет 336000 руб.; стоимость восстановительного ремонта указанного транспортного средства составляет без учета износа 454980 руб., с учетом износа 313 132 руб.; стоимость годных остатков транспортного средства - 99892 руб.

Оценив экспертное заключение № ** от 10.10.2018, суд принимает его в качестве надлежащего доказательства размера ущерба и объёма повреждений, поскольку оно содержит подробное описание объекта исследования, объём и этапы проведенного исследования, результаты исследования, ссылку на использованные литературу и правовые акты, расчёты произведены в соответствии с нормативными и методическими документами, указанными в заключении, выводы о стоимости автомобиля до ДТП, а также стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца мотивированы, не противоречат совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, основаны на применяемых стандартах оценочной деятельности и соответствуют изложенным в заключении методам оценки, а также заключение содержит конкретные ответы на поставленные судом вопросы, не допускает неоднозначного толкования, является последовательным, ясным и полным.

Эксперт Ш. до начала производства исследования был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, стаж работы.

Оснований сомневаться в достоверности выводов указанной экспертизы суд также не усматривает, поскольку она отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».

Доказательств, опровергающих выводы эксперта, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлены. 

Принимая во внимание изложенное, при определении размера подлежащего возмещению ущерба судом принимаются данные, содержащиеся в экспертном заключении №** от 10.10.2018. 

Согласно п. 6.1.1 Методических рекомендаций для судебных экспертов «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки», утвержденных Минюстом России, стоимость годных остатков автомототранспортного средства может рассчитываться при полном уничтожении АМТС в результате его повреждения. Под полным уничтожением понимается случай, когда стоимость восстановительного ремонта поврежденного АМТС, с учетом износа заменяемых деталей, узлов, агрегатов, равна или превышает 80% его стоимости на момент повреждения.

Как следует из экспертного заключения, износ запасных частей, подлежащих замене, с учётом срока эксплуатации составляет 41,1%, что истцом не оспаривалось. 

Оценив изложенные выводы экспертов, и учитывая, что автомобиль истца имеет амортизационный износ (41,1%), стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учётом износа заменяемых деталей (313 132 руб.) превышает 80% его рыночной стоимости на момент причинения ущерба (336 000 руб.) и составляет 93%, в связи с чем восстановительный ремонт транспортного средства нецелесообразен, суд приходит к выводу, что для восстановления нарушенного права истца в полном объёме истцу подлежит выплата в размере действительной стоимости его автомобиля до ДТП. В связи с тем, что годные остатки поврежденного транспортного средства находятся у истца, размер ущерба должен быть уменьшен на стоимость годных остатков, находящихся в распоряжении истца. Таким образом, ущерб должен исчисляться как разница между рыночной стоимостью автомобиля и стоимостью годных остатков, что составляет 236108 руб. (336 000 руб. – 99 892 руб.).

При определении суммы, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд считает необходимым определить её размер пропорционально установленной степени вины ФИО2 и ФИО5 в данном ДТП, равной 80% и 20 % соответственно, в связи с чем размер материального ущерба, причиненного истцу повреждением ТС, подлежащий взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО4, составляет 188886 руб. 40 коп. как 80% от суммы ущерба в 236108 руб. 

При изложенных обстоятельствах исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению частично на сумму 188886 руб. 40 коп., а именно на 45,86 % от заявленных исковых требований с учетом их увеличения до 411977 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований следует отказать.

Разрешая требования истца о возмещении судебных расходов, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии с п. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, согласно ст. 94 ГПК РФ относятся, в том числе расходы, признанные судом необходимыми.

Истец ФИО4 по данному делу понесла расходы, связанные с оплатой услуг эксперта по независимой технической экспертизе транспортного средства, проведенной ООО «ГОСТ-СТАНДАРТ» – 5 500 руб., что подтверждается квитанцией серии ** №** от 28.06.2017 (л.д. 41), договором на оказание услуг по экспертизе №** от 28.06.2017 (л.д. 42).

Представленное в материалы дела экспертное заключение ООО «ГОСТ-СТАНДАРТ» об определении рыночной стоимости ремонта автомобиля было использовано для определения цены иска и при направлении искового заявления в суд. 

Суд признаёт расходы истца, связанные с оплатой услуг по экспертизе ООО «ГОСТ-СТАНДАРТ», в размере 5500 руб. необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика в ее пользу пропорционально размеру удовлетворенных требований (45,86 %) в сумме 2 521 руб. 75 коп. 

В ходе рассмотрения дела истец увеличил размер исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ.

Подпунктом 10 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации (далее НК РФ) определено, что при увеличении истцом размера исковых требований недостающая сумма государственной пошлины доплачивается в соответствии с увеличенной ценой иска в срок, установленный подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.18 настоящего Кодекса. 

С учётом заявления об увеличении размера исковых требований до 411 977 руб. государственная пошлина составляет 7319,77 руб. Поскольку при подаче иска истцом уплачена государственная пошлина в размере 6083,55 руб., то недостающая сумма государственной пошлины составляет 1236,22 руб. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, учитывая, что исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению на сумму 188886,40 руб., суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО2 в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным исковым требованиям (45,86 %), а именно в размере 3356 руб. 11 коп., при этом с истца ФИО4 в доход бюджета муниципального образования подлежит взысканию недостающая сумма государственной пошлины в размере 1236,22 руб. 

Как указано выше, определением Северского городского суда Томской области от 01.11.2017 по данному делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ООО «ТЭПЦ «Регион-70». Расходы по проведению экспертизы были возложены судом на ответчика ФИО2

Из уведомления об оплате ООО «ТЭПЦ «Регион-70» стоимость проведенной судебной экспертизы составила 18000 руб. Ответчик ФИО2 произвела оплату экспертизы в полном объеме, что подтверждается штампом «оплачено» 06.11.2017, печатью экспертного учреждения и подписью на указанном уведомлении. 

Учитывая, что данная экспертиза проводилась по ходатайству ответчика, а также частичное удовлетворение требований истца, суд в соответствии со ст. 98 ГПК РФ считает, что в пользу ответчика ФИО2 с истца ФИО4 подлежат взысканию расходы по оплате экспертизы № ** пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано, 9747 руб. (54,14 %).

Кроме того, определением Северского городского суда Томской области от 27.06.2018 по данному делу была назначена повторная судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ФБУ Томская ЛСЭ Минюста России. Расходы по проведению экспертизы были возложены судом на истца ФИО4

Из заявления о возмещении расходов по производству судебной экспертизы ФБУ Томская ЛСЭ Минюста России стоимость проведенной экспертизы составила 18000 руб., однако оплата за производство экспертизы не поступила. Учитывая частичное удовлетворение требований истца, суд в соответствии со ст. 98 ГПК РФ считает, что в пользу ФБУ Томская ЛСЭ Минюста России подлежат взысканию расходы по оплате экспертизы № ** пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, а именно 9 747 руб. (54,14 %) с истца ФИО4, 8 253 руб. (45,86 %) с ответчика ФИО2

Определением Северского городского суда Томской области от 28.09.2018 по данному делу была назначена судебная автотовароведческая экспертиза, производство которой поручено ООО «Томская независимая оценочная компания». Расходы по проведению экспертизы были возложены судом на ответчика ФИО2

Из ходатайства об оплате экспертизы ООО «Томская независимая оценочная компания» стоимость проведенной судебной экспертизы составила 12 000 руб., оплата за производство экспертизы не произведена. Учитывая частичное удовлетворение требований истца, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ в пользу ООО «Томская независимая оценочная компания» подлежат взысканию расходы по оплате экспертизы № ** пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, а именно 6 498 руб. (54,14%) с истца ФИО4, 5502 руб. (45,85%) с ответчика ФИО2 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 188886 руб. 40 коп. в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 расходы по составлению экспертного заключения в размере 2 521 руб. 75 коп., 3356 руб. 11 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

Взыскать с ФИО4 в доход бюджета муниципального образования ЗАТО Северск Томской области государственную пошлину в размере 1236 руб. 22 коп. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 9747 руб. в возмещение расходов по оплате экспертизы № **.

Взыскать в пользу Федерального бюджетного учреждения Томской лаборатории судебных экспертиз Министерства юстиции Российской Федерации с ФИО4 9 747 руб., с ФИО2 - 8 253 руб. в возмещение расходов за проведение экспертизы № **, перечислив указанные суммы Томской лаборатории судебных экспертиз Министерства юстиции Российской Федерации (ФБУ Томская ЛСЭ Минюста России, адрес 634034, 

<

...>, дата регистрации в качестве юр.лица 31.07.2002, л/с 20656Х97560, ИНН 

<

***>, КПП 701701001, ОГРН 

<

***>) на расчётный счет 

<

***>, в отделение Томск г. Томск, БИК 046902001, ОКТМО 69701000, КБК 00000000000000000130.

Взыскать в пользу общества с ограниченной ответственностью «Томская независимая оценочная компания» с ФИО4 6 498 руб., с ФИО2 - 5 502 руб. в возмещение расходов за проведение экспертизы №**, перечислив указанные суммы обществу с ограниченной ответственностью «Томская независимая оценочная компания» (ООО «Томская независимая оценочная компания», ИНН 

<

***>, КПП 701401001) на расчётный счёт 

<

***> в филиал № 5440 ВТБ 24 (ПАО) г. Новосибирск, БИК 045004719. 

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Северский городской суд Томской области.

Председательствующий Е.Н. Гуслина