№ 44-г-11

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 11 ноября 2019 г.

Президиум Курганского областного суда в составе: 

председательствующего Роота А.В.,

членов президиума: Литвиновой И.В., Софиной И.М., Толмачева О.Л., рассмотрел гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества на основании кассационной жалобы ФИО1 и определения судьи Курганского областного суда Аврамовой Н.В. от 28 октября 2019 г. о передаче кассационной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. Заслушав доклад судьи областного суда Аврамовой Н.В. об обстоятельствах дела, пояснения ответчика ФИО2, возражавшего против доводов кассационной жалобы, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрации г. Кургана по доверенности ФИО3, оставившей рассмотрение кассационной жалобы на усмотрение президиума, президиум 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества. В обоснование иска указывала, что заочным решением мирового судьи судебного участка № 35 г. Кургана от 16 февраля 2010 г. расторгнут брак между ФИО2 и ФИО1, зарегистрированный 

<

...> Решение вступило в законную силу 6 марта 2010 г. В период брака ответчику на состав семьи, включая истца, безвозмездно был предоставлен земельный участок № по адресу: 

<

адрес>., кадастровый номер №, категория земель: земли населенных пунктов - для садоводства. В декабре 2017 г. она обратилась к ответчику с просьбой оформить надлежащим образом раздел совместно нажитого имущества в виде указанного земельного участка, определив в собственность каждой из сторон по 1/2 его доли. Однако ответчик на ее просьбу не отреагировал, что и послужило в силу положений ст. ст. 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК Российской Федерации), п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК Российской Федерации), п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» основанием для обращения в суд с требованиями о разделе земельного участка как общего имущества супругов, признании за ней и ответчиком права общей долевой собственности на 1/2 долю земельного участка за каждым.

Решением мирового судьи судебного участка № 42 судебного района г. Кургана Курганской области от 28 мая 2019 г. ФИО1 отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества. 

Апелляционным определением Курганского городского суда Курганской области от 8 августа 2019 г. вышеуказанное решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения. 

В кассационной жалобе, поступившей 5 сентября 2019 г., ФИО1 просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты, удовлетворив заявленные ею исковые требования, ссылаясь в обоснование жалобы на нарушение судами норм материального права, регулирующих вопросы применения сроков исковой давности, утверждая, что о нарушении своего права ей стало известно в 2018 г. после неполучения от бывшего супруга ответа на ее просьбу об оформлении надлежащим образом прав на земельный участок с целью его последующего раздела. Также указывала, что не считала свое право на земельный участок до указанного периода времени нарушенным, поскольку на момент ее обращения к ответчику с просьбой о разделе участка право собственности на него ни за кем из бывших супругов еще не было зарегистрировано.

Гражданское дело истребовано в Курганский областной суд 10 сентября 2019 г., поступило – 18 сентября 2019 г. 

Определением судьи Курганского областного суда от 28 октября 2019 г. дело передано для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – президиума Курганского областного суда.

В соответствии со ст. 387 ГПК Российской Федерации (здесь и далее в редакции Федерального закона от 09.12.2010 № 353-ФЗ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав пояснения ответчика ФИО2, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрации г. Кургана по доверенности ФИО3, президиум приходит к выводу о том, что такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права, являющиеся основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, были допущены судами первой и апелляционной инстанций.

Из материалов дела следует, что 

<

...> ФИО2 и ФИО1 зарегистрировали брак, который заочным решением мирового судьи судебного участка № 35 г. Кургана от 16 февраля 2010 г., вступившим в законную силу 6 марта 2010 г., расторгнут.

В период брака в 1989 г. ФИО2 для ведения садоводства был предоставлен земельный участок № в 

<

адрес>, площадью 497 кв.м., кадастровый номер №

Согласно справке № 5 от 23 марта 2019 г., выданной председателем СНТ «Виктория» ФИО4, ответчик ФИО2 является членом СНТ «Виктория» с 1989 г., владеет земельным участком №, проживает в СНТ «Виктория» с 2012 г.

24 января 2018 г. ФИО1 обратилась к ФИО2 с предложением о разделе между ними (по 1/2 доли каждому) совместно нажитого имущества в виде земельного участка № в СНТ «Виктория» по адресу: 

<

адрес> площадью 497 кв.м., кадастровый номер №, и расположенного на нем садового дома. Ответа на данное предложение от ФИО2 не последовало. 

Постановлением Администрации г. Кургана № 1017 от 18 февраля 2019 г. в соответствии с Федеральным законом от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» указанный земельный участок с разрешенным видом использования – для садоводства предоставлен ФИО2 в собственность бесплатно. 

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 38, 39 СК Российской Федерации, ст. 200 п. 1 ГК Российской Федерации, п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», приняв во внимание заявление ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований в связи с пропуском трехлетнего срока исковой давности для обращения в суд за разделом имущества супругов. При этом суд сослался на то, что о нарушении своего права истец узнала в 2012 г., когда на земельном участке стал постоянно проживать ответчик, поскольку с указанного времени истец была осведомлена о невозможности пользоваться земельным участком.

Суд апелляционной инстанции согласился с указанным выводом суда первой инстанции.

Согласно п. 1 ст. 33 СК Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии с п. 1 ст. 38 СК Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

К требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности (п. 7 указанной статьи).

При этом течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут, следует исчислять со дня, когда супруг узнал или должен был узнать о нарушении своего права на общее имущество (п. 2 ст. 9 СК Российской Федерации, п. 1 ст. 200 ГК Российской Федерации).

Аналогичные разъяснения содержатся в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», в котором указано, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, исчисляется с момента, когда бывшему супругу должно было стать или стало известно о нарушении своего права на общее имущество, а не с момента возникновения иных обстоятельств (регистрация права собственности на имущество за одним из супругов, прекращение брака, и т.п.).

Исчисляя срок исковой давности с 2012 г. (начало периода постоянного проживания ФИО2 в доме, расположенном на спорном земельном участке), суды сослались на осведомленность истца с указанного времени о невозможности пользоваться земельным участком, на отсутствие обращения истца в суд с требованиями о разделе имущества вплоть до 2018 г., что, по мнению судов, свидетельствует о пропуске срока исковой давности для предъявления соответствующих требований. 

При этом суды установили, что ответчиком ФИО2 на протяжении всего периода времени, начиная с 2012 г., препятствий истцу в пользовании земельным участком не чинилось.

С выводами судов нижестоящих инстанций о пропуске ФИО1 срока исковой давности для обращения в суд с требованиями о разделе земельного участка президиум Курганского областного суда согласиться не может, поскольку в нарушение вышеуказанных норм материального права, суды неверно определили юридически значимое для дела обстоятельство (момент, свидетельствующий о начале нарушения прав ФИО1 в отношении земельного участка как совместно нажитого супругами в период брака имущества), что привело к неправильному определению начала течения срока исковой давности по требованиям истца о разделе земельного участка.

Суды не учли того, что факт постоянного с 2012 г. проживания ответчика в доме, расположенном на земельном участке, неиспользование истцом земельного участка при установлении судами неприязненных отношений между сторонами после расторжения брака, отсутствие до 2018 г. судебных споров о разделе земельного участка, отсутствие со стороны ответчика действий, направленных на создание препятствий истцу в пользовании земельным участком, не свидетельствуют о нарушении с 2012 г. права истца на земельный участок как на объект совместно нажитого супругами имущества.

От своего права собственности на земельный участок ФИО1 не отказывалась и, как поясняла истец при рассмотрении судами дела, о нарушении своего права на земельный участок узнала после того, как не получила от бывшего супруга ответ на врученное ему 24 января 2018 г. письменное предложение о разделе земельного участка.

Кроме того, материалами дела установлено, что ни в период брака, ни после его расторжения, вплоть до 2019 г., право собственности на спорный земельный участок в установленном законом порядке ни за кем из сторон не регистрировалось. О том, что ответчик оформляет право единоличной собственности на спорный земельный участок, ФИО1 стало известно в ходе рассмотрения ее исковых требований о разделе имущества. 

Помимо допущенного судами первой и апелляционной инстанций существенного нарушения норм материального права, повлиявшего на исход дела, президиум полагает необходимым указать на существенное нарушение судами и норм процессуального права (ст. ст. 67, 71 ГПК Российской Федерации), регламентирующих правила оценки доказательств на критерии их допустимости и достоверности. 

Так, в соответствии с представленной в материалы дела незаверенной надлежащим образом копией выписки из ЕГРН, по состоянию на 25.02.2019 собственником земельного участка № по адресу: 

<

адрес>», площадью 497 кв.м., кадастровый номер № категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – для садоводства, на основании постановления Администрации г. Кургана от 18.02.2019 указан ответчик П.А.НБ. (л.д. 47).

Между тем, согласно заверенной мировым судьей копии адресованного ответчику уведомления Росреестра по Курганской области от 15.03.2019 о приостановлении государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав, по сведениям ЕГРН земельный участок с кадастровым номером №, на котором расположен заявленный ответчиком к регистрации жилой дом, находится в общей долевой собственности (по 1/2 доли) у ФИО2 и ФИО1 Обращение только ФИО2 за оформлением единоличной собственности на весь жилой дом признано государственным регистратором противоречащим действующему законодательству, в связи с чем ФИО2 разъяснено о необходимости одновременного обращения и ФИО1 и ФИО2 за государственным кадастровым учетом и государственной регистрацией права общей долевой собственности на жилой дом (л.д. 80-81). 

Согласно ч. 1 ст. 71 ГПК Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом.

Частью 2 указанной процессуальной нормы предусмотрено предоставление суду письменных доказательств в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

В соответствии с ч. ч. 3, 6 ст. 67 ГПК Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

Между тем, как усматривается из материалов дела, имеющая значение для установления юридически значимых обстоятельств выписка из ЕГРН по состоянию на 25.02.2019, согласно которой единоличным собственником земельного участка указан ответчик П.А.НБ., представлена в копии, не отвечающей требованиям ст. 71 ГПК Российской Федерации. 

Суд апелляционной инстанции, на который процессуальным законом (абз. 2 ч. 1 ст. 327.1 ГПК Российской Федерации) возложена обязанность оценки имеющихся в деле доказательств, не устранил допущенные судом первой инстанции нарушения норм процессуального права, лишив себя возможности, как то предусмотрено положениями ч. 3 ст. 67 ГПК Российской Федерации, оценить относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Устранить данные нарушения президиум неправомочен, поскольку в силу абз. 2 ч. 2 ст. 390 ГПК Российской Федерации (здесь и далее в редакции Федерального закона от 09.12.2010 № 353-ФЗ) суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, что исключает возможность суда кассационной инстанции, констатировав нарушение в применении и (или) толковании судами норм материального права, при отмене судебных постановлений нижестоящих инстанций принять новое судебное постановление, не передавая дело на новое рассмотрение в соответствующие суды.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 390 ГПК Российской Федерации суд кассационной инстанции, рассмотрев кассационные жалобу, представление с делом, вправе отменить постановление суда первой и апелляционной инстанции полностью и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий суд. 

При установленных обстоятельствах президиум рассматривает допущенные мировым судьей и судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права существенными, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление нарушенных прав и законных интересов истца, в связи с чем решение мирового судьи судебного участка № 42 судебного района г. Кургана Курганской области от 28 мая 2019 г., апелляционное определение Курганского городского суда Курганской области от 8 августа 2019 г. подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение мировому судье судебного участка № 42 судебного района г. Кургана Курганской области.

При новом рассмотрении дела мировому судье следует учесть изложенные выше обстоятельства, правильно применить нормы материального и процессуального права, разрешив по существу заявленные ФИО1 исковые требования. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

постановил:

решение мирового судьи судебного участка № 42 судебного района г. Кургана Курганской области от 28 мая 2019 г., апелляционное определение Курганского городского суда Курганской области от 8 августа 2019 г. по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества отменить.

Дело направить мировому судье судебного участка № 42 судебного района г. Кургана Курганской области на новое рассмотрение.

Председательствующий Роот А.В.