ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 марта 2017 года город Иркутск

Иркутский гарнизонный военный суд под председательством судьи Титенкова В.В., при секретаре Ленхобоевой Н.В., с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора Иркутского гарнизона лейтенанта юстиции ФИО1, представителя потерпевшего, общества с ограниченной ответственностью «

<

...>», ФИО2, подсудимого ФИО3, защитника – адвоката Шипицыной Н.В., представившей удостоверение адвоката № и ордер № от 21 февраля 2017 года адвокатского кабинета «

<

...>» Адвокатской палаты Иркутской области, в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев материалы уголовного дела в отношении военнослужащего войсковой части 

<

...> 

<

...> 

ФИО3, 

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ),

установил:

Согласно обвинительному заключению, примерно в 17 часов 30 октября 2016 года ФИО3 по приглашению ФИО2 был в квартире по месту её жительства – 

<

адрес>, реализуя корыстный мотив, направленный на безвозмездное обращение в свою пользу чужого имущества – мобильного телефона «

<

...>» (

<

...>), который был собственностью ООО «

<

...>» и был выдан ФИО2 для пользования, используя сложившиеся между ним и Кваосовй доверительные отношения, обманывая последнюю относительно желания противоправно завладеть данным телефоном, после того, как ФИО2 удовлетворила его просьбу совершить звонок, получив этот телефон, вышел из квартиры и скрылся с места совершения преступления, распорядившись похищенным по своему усмотрению, причинив ООО «

<

...>» материальный ущерб в размере 

<

...> руб.

Органами предварительного следствия преступные действия ФИО3 расценены как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием и квалифицированы по ч.1 ст.159 УК РФ.

В ходе судебного заседания ФИО3 заявил о своём согласии с предъявленным ему обвинением и подтвердил своё ходатайство, заявленное на предварительном следствии, о применении особого порядка судебного разбирательства по делу.

Кроме этого, суд удостоверился, что подсудимый осознал характер и правовые последствия заявленного ходатайства, а само ходатайство ФИО3 заявил добровольно, после проведения консультаций с защитником и этих консультаций было достаточно.

Одновременно суд установил, что государственный обвинитель и представитель потерпевшего согласились на удовлетворение заявленного ходатайства.

При этом представитель потерпевшего заявила, что ей понятны разъяснения суда о порядке и правовых последствиях постановления приговора без проведения судебного разбирательства.

Санкция преступления, в совершении которого обвиняется ФИО3, соответствует требованиям, указанным в ч.1 ст.314 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ).

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

В судебном заседании представитель потерпевшего ФИО2, используя полномочия, предоставленные ей доверенностью, выданной Генеральным директором ООО «

<

...>» ФИО4, устно и письменно заявила о том, что она и подсудимый ФИО3 примирились и просила уголовное дело прекратить. Уплаченных ей близким родственником подсудимого 

<

...> руб. достаточно, на примирение она согласилась добровольно.

Подсудимый ФИО3 ходатайствовал о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, так как по его просьбе его близкий родственник уплатил ФИО2 указанную денежную сумму.

Защитник Шипицына просила ходатайство её подзащитного удовлетворить, поскольку все правовые основания, предусмотренные статьями 76 УК РФ и 25 УПК РФ, имеются. 

Государственный обвинитель просил ходатайства представителя потерпевшей и подсудимого удовлетворить.

Оценив вышеприведенные ходатайства подсудимого ФИО3 и представителя потерпевшего ФИО2, а также позиции государственного обвинителя и защитника, исходя из того, что для разрешения этих ходатайств в исследовании материалов уголовного дела процессуальной необходимости нет, суд находит следующее.

Статья 76 УК РФ установила основания освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, - лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года №19 (в ред. от 29 ноября 2016 года №56) «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», пунктом 9 установлено, что в соответствии со статьёй 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности необходимо учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Пункт 10 этого же Постановления установил, что под заглаживанием вреда для целей статьи 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего, перечисленные в пункте 2.1 настоящего постановления Пленума. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Исходя из положений ст. 76 УК РФ и руководящих разъяснений Пленума, суд считает, что в материалах уголовного дела имеются доказательства о наличии правовых и фактических оснований для освобождения подсудимого ФИО3 от уголовной ответственности в связи с примирением сторон, поскольку к уголовной ответственности он привлекается впервые, преступление, предусмотренное ч.1 ст.159 УК РФ, статьёй 15 этого же Кодекса отнесено к преступлениям небольшой тяжести.

Кроме того, конкретные обстоятельства уголовного дела указывают на то, что в результате преступного деяния имущественный ущерб причинен исключительно имуществу, находящегося в собственности коммерческого общества «

<

...>».

Также суд констатирует, что ФИО2 активно, свободно и без всякого принуждения высказала свою волю на примирение с ФИО3, степень общественной опасности подсудимого существенно снизилась в связи с тем, что он вину в содеянном признал, сумма денежного возмещения превышает размер причиненного собственнику материального ущерба.

В отношении избранного подсудимым ФИО3 способа заглаживания причиненного потерпевшему ущерба, суд считает, что, исходя из мнения ФИО2 о том, что она полностью удовлетворена размером уплаченной ей денежной суммы, о чем представила в суд расписку, избранный способ признает достаточным для констатации факта о заглаживании ущерба.

Оценивая личность подсудимого ФИО3, суд исходит из того, что в период военной службе по контракту он командирами характеризовался в целом удовлетворительно.

Что касается обвинительного приговора Иркутского гарнизонного военного суда от 13 февраля 2017 года о совершении ФИО3 преступления, предусмотренного ч.1 ст.338 УК РФ, и назначения наказания в виде реального лишения свободы, то в силу п.2 названного постановления Пленума, учитывая, что данный приговор обжалован в апелляционном порядке, считает, что ФИО3 совершил преступление впервые.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает и учитывает нахождение на иждивении ФИО3 малолетнего ребенка, явку с повинной, поскольку уголовное дело возбуждено 23 ноября 2016 года в 19 часов 00 минут по факту совершения неустановленным лицом преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, и в 20 часов 15 минут этих же суток ФИО3 в присутствии защитника-адвоката дал признательные показания, признание вины и заглаживание причиненного материального ущерба.

Отягчающие наказание обстоятельства в материалах уголовного дела отсутствуют. 

Согласно статье 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст.76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред. 

Оценив вышеизложенные обстоятельства, то, что глава 40 УПК РФ не запрещает при особом порядке принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением прекращать уголовное дело в связи с примирением сторон, суд находит необходимым на основании ст. 25 УПК РФ прекратить настоящее уголовное дело в отношении ФИО3.

Вещественные доказательства по делу – расписка о продаже сотового телефона и бланк договора купли-продажи от **/**/**** хранить при уголовном деле.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 25 и 316 УПК РФ, суд

постановил:

ходатайство подсудимого ФИО3 о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон удовлетворить. 

Прекратить уголовное дело в отношение рядового ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.159 УК РФ, на основании ст.25 УПК РФ – в связи с примирением сторон.

Вещественные доказательства по делу – расписка о продаже сотового телефона и бланк договора купли-продажи от **/**/**** хранить при уголовном деле.

Настоящее постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд, через Иркутский гарнизонный военный суд, в течение 10 суток со дня его вынесения, а ФИО3, содержащимся под стражей по приговору суда от 13 февраля 2017 года, в тот же срок со дня вручения ему копии постановления.

Председательствующий В.В. Титенков