Дело № 2-3771/2025 

УИД 65RS0001-01-2025-004506-82

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 ноября 2025 года город Южно-Сахалинск

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Ли Э.В.,

при секретаре судебного заседания Панковой М.А.,

с участием представителя истца ФИО1, представителей ответчиков ФИО2 и ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Дё Е.Х., ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда и судебных расходов,

у с т а н о в и л:

22 апреля 2025 года истец ФИО4 обратился в суд с данным исковым заявлением к ответчикам Дё Е.Х., ФИО5, указав, что 02 апреля 2025 года в районе 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием транспортного средства «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5 и транспортного средства «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4 В результате ДТП принадлежащий истцу автомобиль «

<

данные изъяты>» получил механические повреждения. Постановлением по делу об административном правонарушении ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ). Ответственность обоих водителей застрахована в АО «СОГАЗ», которым выплачено истцу 400 000 рублей с учетом стоимости восстановительного ремонта в сумме 2 255 336 рублей. В связи с чем, ФИО4 просит суд взыскать с Дё Е.Х., ФИО5 материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 904 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате услуг экспертизы в размере 25 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 100 000 рублей и расходы на уплату государственной пошлины в размере 33 080 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО6, действующая на основании доверенности, на исковых требованиях настаивала по изложенным в исковом заявлении и дополнениях основаниям, просила суд удовлетворить требования. 

Представители ответчиков ФИО2 и ФИО3, действующие на основании доверенностей, по исковым требованиям возражали по изложенным в возражениях основаниям, пояснили, что скорость движения транспортного средства «

<

данные изъяты>» не соответствовала требованиям дорожных знаков, устанавливающих ограничение в 30 км/ч, в том числе, с учетом приближения к пешеходному переходу, тогда как истец имел реальную возможность избежать столкновение. В свою очередь, ФИО5 осуществлял маневр поворота в отсутствие каких-либо препятствий, а столкновение произошло при завершении маневра. Требование о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат по причине отсутствия доказательств причинения истцу нравственных и физических страданий, а расходы на оплату услуг представителя доказательствами необходимости их несения и фактической оплаты с учетом родственных отношений истца и его представителя не подтверждены. В связи с чем, просили отказать в удовлетворении требований.

Стороны в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, истец просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд находит возможным, приступить к рассмотрению дела в отсутствие сторон.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

На основании п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из административного материала следует, что 02 апреля 2025 года в районе 

<

адрес> водитель транспортного средства «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО5 двигался по дворовой территории, выехал на 

<

адрес>, где не уступил дорогу транспортному средству «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, пользующимся преимуществом. В результате ДТП автомобили получили механические повреждения.

Вышеуказанные обстоятельства ДТП подтверждаются объяснениями ФИО5 и ФИО4 от 04 апреля 2025 года, где ФИО5 указал, что не уступил дорогу, вследствие чего произошло ДТП, извещением о ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, где имеется схема ДТП и ФИО4 описаны обстоятельства ДТП, подписанная ФИО5 без разногласий.

Постановлениями ОГИБДД УМВД России по 

<

адрес> ФИО5 привлечен к административной ответственности по ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ за нарушение ПДД РФ.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО5 пояснял, что двигался по 

<

адрес> с юга на север, остановился перед стоп-линией у перекрестка с 

<

адрес>, намереваясь повернуть на запад. Автомобиль, двигавшийся по 

<

адрес> с востока на запад предоставил преимущество движения, после чего посмотрел налево, убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств, выехал на нерегулируемый перекресток, где, будучи на правой полосе движения 

<

адрес> (при движении с запада на восток), в левый бок автомобиля въехало транспортное средство «

<

данные изъяты>», двигавшееся со скоростью примерно 60-70 км/ч.

По ходатайству стороны ответчика судом назначена судебная автотехническая экспертиза.

По заключению ФБУ «Сахалинская ЛСЭ» Минюста России от 15 сентября 2025 года эксперт пришел к выводу о том, что:

«В исследуемой дорожной обстановке водителю автомобиля «

<

данные изъяты>» г/н № в своих действиях по управлению ТС для обеспечения безопасности дорожного движения необходимо было руководствоваться требованиями пункта 10.1 ПДД РФ.

Водителю автомобиля «

<

данные изъяты>» г/н № в своих действиях по управлению ТС для обеспечения безопасности дорожного движения необходимо было руководствоваться требованиями пункта 13.9 ПДД РФ.

По причине малоинформативности представленных на исследование материалов установить экспертным путем имелась ли у водителя 

<

данные изъяты>» г/н № техническая возможность избежать ДТП, а соответственно по результатам чего дать техническую экспертную оценку действиям обоих водителей на предмет соответствия требованиям ПДД и, наличия в них технической причиной связи с ДТП, не представляется возможным».

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта ФБУ «Сахалинское ЛСЭ». Данное заключение является подробным и мотивированным. В связи с чем, суд принимает данное экспертное заключение в качестве относимого и допустимого доказательства.

В соответствии с п.10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу п. 13.9 ПДД РФ на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что ДТП произошло вследствие того, что водитель автомобиля «

<

данные изъяты>», двигаясь на второстепенной дороге, не уступил дорогу транспортному средству «

<

данные изъяты>», двигавшемуся по главной дороге, о чем ФИО5 указал в своих объяснениях, а также согласился с обстоятельствами ДТП, приведенными в извещении, за что впоследствии был привлечен к административной ответственности.

Ссылка стороны ответчика на превышение водителем транспортного средства «

<

данные изъяты>» допустимой скорости движения на данном участке дороги каким-либо доказательствами не подтверждена, исходя их пояснений представителей ответчиков подтверждается лишь пояснениями ФИО5, а также подлежит установлению заключением судебной автотехнической экспертизой, проведенной ООО «Дальневосточный экспертно-правовой центр», эксперт которой может установить скорость движения транспортного средства «

<

данные изъяты>» путем моделирования обстоятельств ДТП.

На основании ч.2 ст.87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Между тем, оснований для назначения повторной судебной автотехнической экспертизы, указанных в ч.3 ст.87 ГПК РФ, суд не усматривает с учетом вывода эксперта ФБУ «Сахалинская ЛСЭ» о малоинформативности представленных на исследование материалов, что влечет невозможность дачи ответа на третий вопрос.

Возможность дачи объективного заключения путем моделирования обстоятельств ДТП с учетом имеющегося объема материалов по ДТП, продажи автомобиля истцом и выводов эксперта ФБУ «Сахалинская ЛСЭ» судом исключается, расценивается, как субъективное видение экспертом условий столкновения.

Кроме того, суд находит, что соблюдение ФИО5 п.13.9 ПДД РФ полностью исключило бы столкновение транспортных средств, тогда как возможное нарушение скоростного режима ФИО4, безусловно, об этом не свидетельствует. 

Таким образом, водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» явился виновником ДТП, произошедшего 02 апреля 2025 года, в результате которого автомобиль «

<

данные изъяты>», получил механические повреждения.

Согласно карточкам учета транспортного средства собственником автомобиля «

<

данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по 13 апреля 2025 года является ФИО4, автомобиля «

<

данные изъяты>» – Де Е.Х. (с ДД.ММ.ГГГГ).

05 июля 2024 года между Де Е.Х. и ФИО5 заключен договор аренды транспортного средства без экипажа, по условиям которого автомобиль «

<

данные изъяты>» передан Де Е.Х. во временное владение и пользование ФИО5 сроком до ДД.ММ.ГГГГ.

По пунктам 3.3.2, 3.3.3. договора арендатор обязан своими силами осуществлять управлением транспортным средством и его техническую эксплуатацию, нести расходы на содержание автомобиля, в том числе страхование своей ответственности.

В этот же день между сторонами составлен акт приема-передачи движимого имущества.

В материалах дела имеется полис №, выданный АО «СОГАЗ» ДД.ММ.ГГГГ, где страхователем и застрахованным лицом в отношении автомобиля «

<

данные изъяты>» значится ФИО5.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Возражая против заявленных исковых требований, представители Де Е.Х. полагают последнюю ненадлежащим ответчиком с учетом передачи права владения и пользования транспортным средством ФИО5. 

Факт заключения договора аренды и получения транспортного средства с ключами и документами ФИО5 не оспаривал.

Таким образом, принимая во внимание, что ФИО5 владел автомобилем на основании договора аренды, действительность которого в ходе рассмотрения дела не оспаривалась, данный ответчик включен в ограниченный круг лиц, допущенных к управлению транспортным средством, тогда как Де Е.Х. в данный перечень не внесена, в связи с чем, на момент ДТП законным владельцем транспортного средства автомобиля «

<

данные изъяты>» выступал ФИО5, который и является надлежащим ответчиком по заявленным ФИО4 требованиям.

В подтверждение стоимости восстановительного ремонта автомобиля «

<

данные изъяты>» истцом представлено экспертное заключение ИП ФИО от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составляет 1 013 700 рублей, без учета износа – 1 304 000 рублей, а стоимость транспортного средства – 1 880 000 рублей.

Ввиду несогласия стороны ответчика с результатами оценки, полагая, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля превышает рыночную стоимость транспортного средства, судом назначена судебная автотовароведческая экспертиза.

По заключению АО «ГАКС» от 20 августа 2025 года № 353 рыночная стоимость транспортного средства «

<

данные изъяты>» на момент ДТП составляет 1 475 000 рублей, стоимость годных остатков – 344 000 рублей.

В силу положений ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В п.5.3 Постановления Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 года № 6-П приведено, что лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера подлежащего выплате возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта АО «ГАКС». Данное заключение является подробным, содержит сведения о стоимости деталей и аналогичных товаров на рынке. В связи с чем, суд принимает данное экспертное заключение в качестве относимого и допустимого доказательства стоимости транспортного средства истца.

Как разъяснено во втором абзаце пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора, с причинителя вреда может быть взыскана разница между стоимостью такого транспортного средства и надлежащим размером страхового возмещения с учетом стоимости годных остатков.

В силу пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – ФЗ «Об ОСАГО») размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется:

а) в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость;

б) в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

По смыслу приведенных положений закона установление (признание) факта полной гибели имущества потерпевшего исключает проведение восстановительного ремонта.

Согласно пункту 3.8.2 Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Банка России от 04 марта 2021 года № 755-П, подлежащей применению при определении размера расходов на восстановительный ремонт транспортных средств в связи с ДТП, имевшими место после 20 сентября 2021 года, стоимость устранения повреждений и дефектов путем ремонтных воздействий (например, рихтовки, сварки) при восстановлении кузова транспортного средства не может превышать суммарной стоимости новых запасных частей (без учета износа) и стоимости комплекса работ по замене деталей кузова или стоимости замены кузова в сборе. Аналогичное правило действует в отношении ремонтных воздействий в отношении комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). В целом величина затрат на проведение восстановительного ремонта не должна превышать стоимости транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия или аналогичного ему транспортного средства.

По материалам выплатного дела ФИО4 выплачено АО «СОГАЗ» страховое возмещение в размере 400 000 рублей, что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ №.

При этом экспертным заключением ООО «РАВТ Эксперт» от 08 апреля 2025 года определена стоимость ремонта транспортного средства в размере 2 255 336 рублей, а стоимость восстановительного ремонта с учетом износа – 1 599 800 рублей.

В соответствии со ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

Оценивая экспертное заключение ООО «РАВТ Эксперт» от 08 апреля 2025 года и экспертное заключение ИП ФИО от 21 апреля 2025 года, суд определяет стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «

<

данные изъяты>» по выводам эксперта-техника ФИО без учета износа, поскольку данная экспертиза осуществлена страховщиком во исполнение обязанности осуществить страховое возмещение, тогда как ИП ФИО дано заключение по заказу истца без уведомления ответчиков о дате, времени и месте осмотра транспортного средства.

Учитывая, что стоимость ремонта транспортного средства «

<

данные изъяты>» превышает его рыночную стоимость, размер причиненного ФИО5 ущерба подлежит исчислению в виде разницы между рыночной стоимостью транспортного средства, размером осуществленного страхового возмещения и стоимостью годных остатков в сумме 731 000 рублей (1 475 000 – 400 000 – 344 000).

Определяя данный размер возмещения, суд руководствуется экономической нецелесообразностью осуществления восстановительного ремонта, соблюдением баланса интересов потерпевшего и причинителя вреда путем ограничения размера подлежащего возмещению ущерба стоимостью поврежденного имущества.

Довод представителя истца об отсутствии доказательств полной гибели транспортного средства об обратном не свидетельствует, поскольку под полной гибелью законодатель подразумевает не физическое уничтожение автомобиля, а превышение стоимости ремонта поврежденного имущества над стоимостью имущества на дату наступления страхового случая, о чем указано в подпункта «а» пункта 18 статьи 12 ФЗ «Об ОСАГО», и установлено в ходе судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах с ФИО5 в пользу ФИО4 подлежит взысканию материальный ущерб в размере 731 000 рублей.

В свою очередь, в удовлетворении исковых требований ФИО4 к Де Е.Х. суд отказывает, как к ненадлежащему ответчику.

Требование истца о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит в силу следующего. 

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда») разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 2 ст.1099 ГК РФ установлено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

По смыслу вышеприведенных норм следует, что право на компенсацию морального вреда возникает, по общему правилу, при нарушении личных неимущественных прав гражданина или посягательстве на иные принадлежащие ему нематериальные блага; взыскание компенсации морального вреда, причиненного при нарушении имущественных прав граждан, возможно только, если это прямо предусмотрено законом. 

Учитывая, что действующее законодательство не устанавливает ответственность в виде компенсации морального вреда за имущественный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, суд отказывает в удовлетворении требования ФИО4 в данной части.

Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов на оплату услуг оценщика, расходов по уплате государственной пошлины и расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к следующему.

На основании ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом в связи с рассмотрением настоящего дела понесены судебные расходы по оплате услуг оценщика в сумме 25 000 рублей, что подтверждается договором от ДД.ММ.ГГГГ №, актом сдачи-приемки работ, квитанцией к приходному кассовому ордеру от 03 апреля 2025 года, и расходы по уплате государственной пошлины в размере 33 080 рублей, что подтверждается платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ №№. 

В соответствии со ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно постановлению Пленума Верховный Суд Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимость, допустимости. 

Требования истца о взыскании расходов на оплату экспертного заключения по оценке ущерба и расходов по уплате государственной пошлины являются обоснованными, поскольку оценка ущерба была необходима истцу в целях определения цены иска и уплаты пошлины для обращения в суд с данным исковым заявлением и заявлением об обеспечении иска.

На основании ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Судом установлено, что 02 апреля 2025 года между ФИО, как исполнителем, и ФИО4, как заказчиком, заключен договор на оказание юридических услуг, по условиям которого исполнитель обязался оказать услуги по представлению интересов клиента, общей стоимостью 100 000 рублей, оплаченной заказчиком до подписания договора, при этом содержание, объем и стоимость услуг определена в приложение № 1 к договору.

Согласно приложению № 1 к договору в стоимость услуг включена: консультация – 5000 рублей, составление искового заявления о взыскании ущерба с приложениями – 50 000 рублей, направление копии искового материала – 5000 рублей, подготовка заявления об обеспечительных мерах – 10 000 рублей, участие в одном судебном заседании – 10 000 рублей.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ч.3 ст.17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Суд не вправе уменьшать размер взыскиваемой суммы произвольно, но суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле, поскольку на это указано в ч.1 ст.100 ГПК РФ.

Из материалов гражданского дела следует, что ФИО в рамках исполнения обязательств по договору были оказаны следующие юридические услуг: подготовлено исковое заявление и направлено ответчикам, заявление о принятии обеспечительных мер. 

Представитель истца участвовала в пяти судебных заседаниях – 27 мая 2025 года, 17 июня 2025 года с перерывами до 24 июня 2025 года и до 27 июня 2025 года, а также в настоящем процессе, общей продолжительностью 147 минут. 

Как разъяснено в п. 11, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

При таких обстоятельствах, учитывая объем выполненной юридической работы, количество и продолжительность проведенных по делу судебных заседаний, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу о разумном размере понесенных истцом расходов по оплате юридических услуг в сумме 50 000 рублей.

Довод стороны ответчика о наличии родственной связи между истцом и его доверителем основанием для отказа в возмещении расходов на оплату юридических услуг не является, поскольку запрет на заключение гражданско-правовых договоров между родственниками действующим законодательством не предусмотрен и при доказанности наличия гражданско-правовых отношений по договорам об оказании юридических услуг и оплаты юридических услуг по таким договорам правового значения не имеет. 

Истец реализовал свое процессуальное право на участие в рассмотрении дела с участием представителя, факт несения расходов на реализацию процессуальных действий подтвержден допустимыми доказательствами.

В пункте 20 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 указано, что при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ).

При таких обстоятельствах, с учетом применения принципа пропорциональности распределения судебных расходов, когда ФИО4 заявлена цена иска в 904 000 рублей, при этом требования суда удовлетворены частично на 81% (731 000 х 100% : 904 000), в связи с чем, с ФИО5 в пользу ФИО4 подлежат взысканию судебные расходы в размере 87 544 рубля 80 копеек ((25 000 + 33 080 + 55 000) х 80%).

Согласно ч.1 ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Исходя из положений абзаца 2 части 2 статьи 85 ГПК РФ, эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от производства экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта, за счет средств, внесенных на счет, указанный в части первой статьи 96 настоящего Кодекса (ч.3 ст.97 ГПК РФ).

Из материалов дела следует, что определением суда от 27 июня 2025 года по делу назначены судебные автотехническая и автотовароведческая экспертизы, производство которой поручено ФБУ «Сахалинская ЛСЭ» и АО «ГАКС» соответственно. 

Расходы по проведению экспертизы возложены на ответчика ФИО5.

В целях своевременной оплаты расходов эксперта, на депозитный счет Управления Судебного департамента в Сахалинской области ФИО5 внесены денежные средства в сумме 56 320 рублей (чеки от 16 и 25 июня 2025 года).

Общая стоимость работ по проведению экспертиз составила 49 900 рублей.

В связи с чем, ФИО5 подлежит возврату с депозита 6420 рублей, тогда как 19% от стоимости услуг экспертов подлежит взысканию с ФИО4 в пользу ФИО5 в той части, в удовлетворении которых истцу отказано, что составит 9481 рубль (49 900 х 19%).

Путем зачета взысканных с ФИО5 в пользу ФИО4 суммы ущерба и судебных расходов, с ФИО4 в пользу ФИО5 расходов на оплату услуг эксперта, с ФИО5 в итоге подлежат взысканию в пользу ФИО4 денежные средства в размере 809 063 рубля 70 копеек.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО4 к Дё Е.Х., ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда и судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 (№) в пользу ФИО4 (паспорт серии 

<

данные изъяты>) материальный ущерб в размере 731 000 рублей и судебные расходы в размере 87 544 рубля 80 копеек, всего 818 544 рубля 80 копеек.

Взыскать с ФИО4 (паспорт серии 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО5 (№) расходы на оплату услуг экспертов в размере 9481 рубль. 

Путем сложения взысканных сумм взыскать в итоге с ФИО5 (№) в пользу ФИО4 (паспорт серии 

<

данные изъяты>) 809 063 рубля 70 копеек.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения. 

Председательствующий судья Э.В. Ли

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья Э.В. Ли