Дело № 

РЕШЕНИЕ

 СУДА

Именем Российской Федерации

01 декабря 2017 года

Дубненский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Федорчук Е.В.,

при секретаре ФИО,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску МСИ к КГА о взыскании убытков, упущенной выгоды, доходов от использования имущества,

УСТАНОВИЛ:

МСИ обратился в Дубненский городской суд с иском к КГА о взыскании убытков, упущенной выгоды, доходов от использования имущества – автомоечного комплекса, расположенного по адресу: 

<

адрес>, вблизи 

<

адрес>, в размере 

<

данные изъяты>, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты>.

В обоснование своих требований истец ссылается не те обстоятельства, что 03 февраля 2015 г. было зарегистрировано право общей долевой собственности истца МСИ и ответчика КГА на автомоечный комплекс, расположенный по адресу: 

<

адрес>, вблизи 

<

адрес>, кадастровый №, по 1/2 доли за каждым.

Между истцом и ответчиком какого-либо соглашения по распоряжению общей долевой собственностью не заключалось. При этом, ответчик КГА 30.03.2016 г. самовольно, без согласия истца МСИ, предоставила здание атомоечного комплекса для осуществления предпринимательской деятельности ААА 01.04.2016 г. на имя начальника 2-го ОП УМВД России по г.о. Химки подано заявление о незаконном занятии неизвестными лицами принадлежащего на праве собственности МСИ здания – автомоечного комплекса, что подтверждается талоном-уведомлением №, Указанное заявление зарегистрировано за номером КУПС-3738 от 01.04.2016 г. Однако до настоящего времени процессуальное решение по указанному заявлению истцом не получено. Кроме того, факт незаконности нахождения ИП ААА в здании автомоечного комплекса подтверждается решением Химкинского городского суда 

<

адрес> от 02.03.2017 г., вступившим в законную силу 14.06.2017 г. Таким образом, истец МСИ ссылаясь на ст. 15 ГК РФ, ст. 248 ГК РФ, считает, что поскольку с 30.03.2016 г. по 01.08.2017 г. не могла использовать указанное здание находящееся в общей долевой собственности и получать доходы от использования имущества, в ее пользу с ответчика подлежит взысканию неполученный доход от его использования. Согласно отчету об оценке №, рыночная стоимость аренды здания автомоечного комплекса за период с 01.04.2016 г. по 01.08.2017 г. определена в размере 

<

данные изъяты>. В связи с чем, истец просила суд взыскать с ответчика в ее пользу неполученный доход от использования указанного здания в размере 

<

данные изъяты>, что соразмерно 1/2 доли в праве общей долевой собственности.

Истец МСИ в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, в ее интересах на основании доверенности, выступал КАВ, который исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что передача ответчиком ИП ААА в безвозмездное пользование помещения (ий) в здании, находящемся в общей долевой собственности, представляет собой предоставление прав владения и пользования не отдельным объектом, а лишь частью общего имущества и, соответственно, требует выражения согласия на совершение такой сделки всеми участниками долевой собственности. 02.03.2017 Химкинским городским судом 

<

адрес> от 02.03.2017 (дело №) сделка совершенная виновным собственником КГА по передаче общего имущества ИП ААА признана ничтожной. Соответственно истцом МСИ доказан факт вины КГА и нарушения прав истца МСИ, которые подтверждаются решением суда вступившим в законную силу. При этом, никакого фактически сложившегося порядка пользования имуществом между КГА и МСИ не существуют, что также подтверждается вступившим в законную силу решением Химкинского городского суда от 02.03.2017 (дело №). Если таковое имело место быть, тогда суд изучивший обстоятельства дела №, не признал бы сделку ничтожной. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Таким образом, ответчик КГА не предоставила ни одного документа, свидетельствующего о ее невиновности при передаче общего имущества третьему лицу, прибыль от использования имущества между участниками общедолевой собственности не распределяла. Причинно-следственная связь между незаконной передачей общего имущества и неполучением доходов от использования этого имущества собственником МСИ, в том числе упущенной выгоды, заключается в невозможности использования всего спорного объекта при обычных условиях гражданского оборота. Размер убытков (упущенной выгоды) установлен экспертом в этой области и подтверждён отчётом об оценке №, приложенном к исковому заявлению. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Истец МСИ для извлечения прибыли принимала меры по строительству общего имущества, приобрела оборудование для той части здания, где располагается автомоечный комплекс на общую сумму 

<

данные изъяты>, обращалась с заявлениями о нарушении своих прав как собственника в органы внутренних дел, прокуратуру, суд. Таким образом, истец МСИ предприняла все действия для использования объекта и получения прибыли при обычных условиях гражданского оборота. Кроме того, в судебном заседании представитель истца не отрицал, что в период с 01.04.2016 г. по 01.08.2017 г. согласие от ответчика о сдаче в аренду автомоечного комплекса истцом не имелось, и истец МСИ к ответчику КГА за таким согласием не обращалась. 

Ответчик КГА в судебное заседание не явилась, в ее интересах на основании доверенности, выступала ШЕВ, которая исковые требования не признала, представила письменный отзыв на исковое заявление, в котором ссылалась на то, что для взыскания убытков нужно установить факт нарушения прав и законных интересов истца, наличие причинно-следственной связи между нарушением и убытками, виновность причинителя вреда, размер убытков. Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. Возникновение у лица права требовать возмещения убытков обусловлено нарушением его прав. При этом, истцом не представлено доказательств того, что действия ответчика привели к тому, что истец был лишен права на получение дохода от сдачи автомоечного комплекса в аренду. Здание автомоечного комплекса общей площадью 1495 кв.м, изначально было запроектировано и построено как комплекс помещений, представляющий собою два изолированных друг от друга двухэтажных помещений с отдельными входами. Договором безвозмездного пользования от 30 марта 2016 года, на который ссылается истец как на доказательство невозможности использования им принадлежащего ему на праве долевой собственности имущества, в безвозмездное пользование ИП ААА были переданы только часть помещений площадью 747,5 кв.м., о чем указано в пункте 1.1. указанного договора. Вторая часть здания автомоечного комплекса соразмерной площади (шиномонтаж и офисные помещения) никем не использовались с самого момента оформления долевой собственности сторонами. Таким образом, даже несмотря на то. что заключение в одностороннем порядке ответчиком договора безвозмездного пользования частью помещений было судом признано незаконным. Сам факт передачи в пользование ИП ААА части помещений, в которых располагалась непосредственно автомойка, никак не препятствовало истцу использовать вторую часть здания по его назначению. Более того, фактически сложившийся порядок использования здания послужил основанием для обращения КГА в суд с иском о разделе указанного нежилого строения и прекращении права обшей долевой собственности. Решением Химкинского городского суда 

<

адрес> по делу № от 23 марта 2017 года исковые заявления КГА были удовлетворены. В рамках данного дела проводилась судебная экспертиза. Заключением экспертов ООО «СЭР» также был подтвержден тот факт, что здание автомоечного комплекса возможно разделить на две равноценные части ввиду наличия всех технических возможностей для этого. При вынесении судебного решения по делу № от 23.03.017г. суд принял за основы вариант № раздела, предложенного судебной экспертизой, в соответствии с которым за истцом были оставлены помещения площадью 730,23 кв.м, (как раз та часть, которая изначально ни одной из сторон фактически не использовалась), а за ответчиком КГА признана собственность на помещения площадью 729.73 кв.м., состоящая из помещений, которые фактически использовалась как автомойка. Таким образом, с 10 июля 2017 года право долевой собственности на здание автомоечного комплекса прекращено и за сторонами признано право индивидуальной собственности на конкретные помещения, что также подтверждает тот факт, что истцу МСИ изначально ничего не препятствовало использовать вторую часть здания автомоечного комплекса. Вместе с тем, основной упор в Отчете оценщика, представленного стороной истца, делается именно на часть здания, в котором расположена функционирующая мойка. вторая же часть - под торгово-офисные помещения не описана.Таким образом, представитель ответчика считает, что ориентировочная рыночная стоимость аренды здания, рассчитанная оценщиком, является лишь предположением «идеальной, абстрактной стоимостью» аренды. Доказательств того, что МСИ пыталась их использовать, но не имела на то фактической возможности, истцом не представлено в материалы дела. Кроме того, истцом не представлено доказательств нарушений прав истца, несение реальных финансовых потерь, причинно-следственную связь между негативными последствиями и нарушением ответчиком прав истца, как не представлено доказательств принятия мер и приготовлений для получения выгоды, а также доказательства возможности ее извлечения. В связи с чем, просила суд в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо ААА в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, причины неявки не сообщил.

Суд, с учетом положения ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав объяснения представителей истца и ответчика, исследовав письменные доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

При этом, согласно п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

В силу ст. 248 ГК РФ плоды, продукция и доходы от использования имущества, находящегося в долевой собственности, поступают в состав общего имущества и распределяются между участниками долевой собственности соразмерно их долям, если иное не предусмотрено соглашением между ними.

Судом установлено, что решением Химкинского городского суда 

<

адрес> от 02 марта 2017 г. был признан недействительной сделкой договор № безвозмездного пользования недвижимым имуществом от 30.03.2016 г., заключенного между КГА и ИП ААА в отношении автомоечного комплекса, расположенного по адресу: 

<

адрес>, вблизи 

<

адрес>. ИП ААА данным решением был обязан освободить указанный автомоечный комплекс. Апелляционным определением Судебной коллегией по гражданским делам Московского областного суда данное решение оставлено без изменений. Решение суда вступило в законную силу 14 июня 2017 г.

Данным решением установлено, что МСИ и КГА являются участниками общей долевой собственности (в равных долях) на недвижимое имущество - автомоечный комплекс, расположенный по адресу: 

<

адрес>, ш.Вашутинское, вблизи 

<

адрес>.

Между МСИ и КГА какого либо соглашения по распоряжению общей долевой собственностью не заключалось. КГА 30.03.2016 г. самовольно, без согласия истца МСИ, предоставила в безвозмездное пользование ИП ААА здание автомоечного комплекса, что является нарушением действующего законодательства (п.1 ст.247 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ, Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Как установлено судом, на основании договора № безвозмездного пользования недвижимым имуществом от 30.03.2016 г., КГА передала в безвозмездное пользование ИП ААА здание автомоечного комплекса, расположенного по адресу: 

<

адрес>, вблизи 

<

адрес>

Согласно п. 1 ст. 689 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

При заключении договора безвозмездного пользования у передающей стороны отсутствует цель получить ту или иную экономическую выгоду.

Таким образом, договор № безвозмездного пользования недвижимым имуществом от 30.03.2016 г., заключенный между КГА и ИП ААА не предполагал получения прибыли КГА Доказательств того, что данный договор носил возмездный характер, то есть в период действия указанного договора КГА получила какой-либо доход от ИП ААА стороной истца не представлено. 

Факт признания договора № безвозмездного пользования недвижимым имуществом от 30.03.2016 г., заключенного между КГА и ИП ААА в отношении автомоечного комплекса, расположенного по адресу: 

<

адрес>, вблизи 

<

адрес>, недействительной сделкой, сам по себе не является основанием полагать наличие у истца убытков в виде упущенной выгоды, так как доказательств получения КГА дохода на основании действия данного договора не установлено.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ", по смыслу ст. 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Истцом был представлен отчет об оценке №, согласно которому рыночная стоимость аренды здания автомоечного комплекса за период с 01.04.2016 г. по 01.08.2017 г. определена в размере 

<

данные изъяты>, то есть 1/2 доля в размере 

<

данные изъяты>. Оценка упущенной выгоды в рамках данного отчета фактически сводится к определению предполагаемого дохода, который мог бы быть получен истцом при сдаче автомоечного комплекса в аренду.

В силу положений статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в Контексте пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Пункт 4 статьи 393 ГК РФ специально предусматривает дополнительные условия для подтверждения расходов по возмещению упущенной выгоды: при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Причем наличие таких подтверждений в виде доказательств является обязательным.

При этом, стороной истца не предоставлено суду достаточных доказательств того, что истец имела реальную возможность получения выгоды, в частности, предприняла необходимые действия для получения выгоды и сделала с этой целью необходимые приготовления. Представленные истцом документы о покупке оборудования в часть автомоечного комплекса, документы, подтверждающие ее обращения в органы внутренних дел и прокуратуру с заявлениями по факту незаконного завладения спорного здания, а также с иском в суд, такими доказательствами не являются. 

То есть сделать вывод, что МСИ совершила приготовления для сдачи в аренду части автомоечного комплекса не представляется возможным.

Согласно разъяснению, данному в абзаце четвертом пункта 14 Постановления от 23.06.2015 N 25, при рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 ГК РФ, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

При исчислении размера неполученных доходов первостепенное значение имеет определение достоверности (реальности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При определении размера упущенной выгоды должны учитываться данные, которые бесспорно подтверждают реальную возможность получения денежных сумм или иного имущества. При этом, ничем не подтвержденные расчеты о предполагаемых доходах не могут быть приняты во внимание.

Следовательно, при предъявлении исковых требований о взыскании упущенной выгоды истцу необходимо представить доказательства реальности получения дохода (наличия условий для извлечения дохода, проведения приготовлений, достижения договоренностей с контрагентами и пр.).

В судебном заседании установлено, что соглашение о порядке пользования имуществом не заключалось. Согласие ответчика КГА на передачу имущества в аренду суду не представлено, как не представлено доказательств того, что МСИ обращалась к КГА за таким согласием. Истцом данный факт не оспаривался. При таких обстоятельствах, суд считает, что истцом не представлено доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, реальности получения дохода от сдачи в аренду автомоечного комплекса.

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков возможно лишь при наличии условий гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия), наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение.

В этой связи лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие перечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков.

Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении ущерба.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что факты причинения ответчиком вреда истцу, наличия у истца убытков и наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновения у истца ущерба (неполученного дохода (упущенной выгоды)) истцом не доказаны, в связи с чем требование истца о взыскании с ответчика, убытков, упущенной выгоды, доходов от использования имущества не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований МСИ к КГА о взыскании убытков, упущенной выгоды, доходов от использования имущества – отказать.

Решения суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Дубненский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: подпись

Решение изготовлено в окончательном виде 22 декабря 2017 г.

Судья: подпись