Решение

 в окончательной форме принято 17 октября 2023 года. 

УИД 04RS0021-01-2023-002784-55

Гр.дело №2-3075/2023

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

10 октября 2023 года гор. Улан-Удэ 

Советский районный суд г.Улан-Удэ в составе председательствующего судьи Наумовой А.В., при секретаре судебного заседания Цырендоржиевой О.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО7 к Якир ФИО8, индивидуальному предпринимателю ФИО3 ФИО9 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, взыскании расходов на приобретение спецодежды, взыскании оплаты труда, установлении факта трудовых отношений, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением, требуя привлечь к ответственности ФИО2 не недопустимое поведение, а именно оскорбление личности истца, унижающее ее честь и достоинство, угрозу причинения вреда здоровью, что причинило вред здоровью и нравственные страдания, требовала компенсировать ей моральный вред в сумме 500000 руб. 

Кроме того, истец требовала взыскать расходы на приобретение специальной одежды в сумме 2881 руб., взыскать оплату за стажировку в сумме 20 000 руб., установить факт трудовых отношений с 01 мая 2023 года. 

В обоснование требований в иске указано, что с 01 мая 2023 года истец посещала Оптику Айкрафт по адресу: ... в целях подготовки к будущей деятельности оптометриста – продавца (оптик консультант), за указанный период была обещана оплата. Интересы работодателя представляла ФИО2 15 мая 2023 года истцом и иными стажерами было написано заявление о приеме на работу, переданы документы (паспорт, дипломы, ИНН), документы возвращены 17 мая 2023 года, они находились в открытом доступе на окне склада. Затем 23 мая 2023 года снова было написано заявление о приеме на работу, трудовой договор до настоящего времени не представлен. 

28 мая 2023 года состоялось открытие нового салона Оптики Айкрафт по ... С 09 час.00 мин. до 20 час. 00 мин. истец выполняла трудовую функцию стоя. В кабинете оптометрии отсутствовала вентиляция, кондиционирование, при наличии пластиковой двери, было нечем дышать. К концу дня начались головные боли, которые не проходили у истца и в последующие дни. 

Через день ФИО1 должна была выйти на смену, но не смогла по состоянию здоровья, обратилась за медицинской помощью, о чем известила руководство в лице ФИО2, которая ее оскорбила, высказала угрозы причинения вреда здоровью. После оскорблений и угроз на телефон истца звонили с неизвестных номеров. Через подчиненных ФИО2 передала, что истца уволят, отказалась возмещать расходы за спецодежду, при этом первоначально разъясняла, что эти расходы будут возмещены по правилам (Айкрафт Оптики). ФИО2 заказала брюки на Валдберис, стоимостью 1081 руб., 2 костюма, которые пришлось вернуть за дополнительную плату (300 руб.), расходы составили 1381 руб., денежные средства переданы ФИО2 Отказано в отплате стажировки, договор на которую не составлялся. По факту угроз и оскорблений подано заявление в полицию и прокуратуру Октябрьского района г. Улан-Удэ. 

Оскорбления и угрозы причинили моральные страдания и вред здоровью, истцу потребовался длительный период восстановления, поскольку после угроз ФИО2 поступило множество звонков с неизвестных номеров, в том числе из-за границы, в 23 час. 20 мин., что привело к большему ухудшению состояния здоровья. Головные боли не прекращались 2 недели, поднималось артериальное давление, была тошнота, рвота, диарея, боли в области сердца, в области спины.

Определением суда от 05 сентября 2023 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен индивидуальный предприниматель ФИО3 

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала, пояснила, что в результате оскорблений, которые имели место 29 мая 2023 года у нее возник гипертонический криз, ФИО2 не понравилось, что она негативно оценила ее как руководителя, она предупредила ФИО2, что не сможет выйти на работу, 28 мая 2023 года она отработала, оказалась, что это была стажировка, при том, что стажировка была в течение мая, 15 мая 2023 года она писала заявление о приеме на работу, затем 23 мая 2023 года, с 24 мая 2023 года была официально трудоустроена, ФИО2 распоряжалась всеми вопросами, с работающим, со стажерами она проводила собеседование, она принимала документы, вела табель учета рабочего времени, расставляла по местам, давала указания. По поводу отплаты в первый день ничего не было сказано, 02 мая 2023 года она была приглашена на собеседование по объявлению, которое провела ФИО4, потом 4 мая 2023 года приходила на собеседование, на котором присутствовала ФИО2, было разъяснено, как будет проводиться обучение, о подготовке к работе, планировалось открытие нового офиса, по итогам собеседования была предложена стажировка, обучение, ФИО2 выступала как представитель работодателя, по оплате было сказано, что оклад составляет 20000 руб., исходя из указанной суммы будет оплачиваться стажировка, другим стажерам были озвучены другие суммы, должность была у всех одна. Первый день вышла на работу 07 мая 2023 года по адресу: ..., мыла окна, двери, протирала очки, 8 мая 2023 года ходили выкупать костюмы, обучение проводилось ФИО2, требовалась специальная одежда, денежные средства для приобретения специальной одежды были переданы ФИО2, 9 мая 2023 года работала с ФИО4, 10 мая 2023 года проходило обучение, в какие-то дни отдыхали, график был плавающий, каждый день она на работу не ходила, было 3-4 занятия, не подготовились к открытию нового офиса, до конца мая она рассчитывала на получение 20000 руб., стажировка оплачена не была. С 28 мая 2023 года истец испытывала головные боли, стресс привел к высокому давлению, плохому самочувствию, от того, что принимала лекарственные средства начала болеть поджелудочная железа, пошла рвота, была сильно расстроена. 

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена судом надлежащим образом по правилам ст. 113 ГПК РФ, доказательств уважительности причин неявки суду не представлено. 

В судебное заседание ответчик индивидуальный предприниматель ФИО3 не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки суду не представлено, имеется письменный отзыв о несогласии с заявленными требованиями. 

С согласия стороны истца дело рассмотрено судом по правилам главы 22 ГПК РФ в отсутствие ответчиков. 

Выслушав истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на защиту своей части и доброго имени; нематериальные блага согласно ГК РФ защищаются в порядке, предусмотренном кодексом и другими законами, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ). Гражданский кодекс РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда. 

Из обстоятельств дела следует, что 29 мая 2023 года в мессенджере «WhatsApp» истцу ФИО1 пришло голосовое сообщение от ФИО2, содержащие высказывания оскорбительного характера в неприличной форме. Суду представлена видеозапись, на которой зафиксировано содержание голосовых сообщений. 

Суд полагает возможным принять видеозапись в качестве доказательства. 

В материалы дела представлено определение прокурора Октябрьского района г. Улан-Удэ от 29 сентября 2023 года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, то есть в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. 

Из определения следует, что ФИО2 было дано объяснение, согласно которому ФИО2 переписывалась по рабочим вопросам в мессенджере «WhatsApp» с ФИО1, которая проходила стажировку в ООО «Айкрафт». В ходе переписки ФИО1 написала, что не сможет выйти на работу, отчего она рассердилась, при этом не оскорбляла. Согласно выводам лингвистической экспертизы от 20 сентября 2023 года, в высказываниях ФИО2 содержится значение унизительной оценки личности ФИО1 Действия ФИО2 направлены на унижение чести и достоинства другого лица, выражены в неприличной форме. 

Поскольку оскорбления выражены в неприличной форме с употреблением нецензурных выражений, что нарушило личные неимущественные права истицы и причинило моральный вред.

Как разъяснено в абз. 6 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 151 ГК РФ в случае причинения гражданину морального вреда (физических и нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, на нарушителя может быть возложена обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Учитывая, что размер компенсации подлежащего взысканию морального вреда является оценочной категорией, только суд вправе дать оценку указанным в приведенных выше нормах критериям для определения размера компенсации, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Суд находит установленным факт того, что ФИО2 оскорбила истца ФИО1 29 мая 2023 года. 

Представлена справка ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» согласно которой ФИО1 находилась на амбулаторном лечении с открытием листков нетрудоспособности с 30 мая 2023 года по 07 августа 2023 года с диагнозом: 

В материалах дела имеются сведения об открытии листков нетрудоспособности ФИО1 с 30 мая 2023 года по 31 июля 2023 года. 

Истцом заявлены требования о привлечении ФИО2 к ответственности. При рассмотрении гражданского дела суд наделен полномочиями по привлечению только к гражданско – правовой ответственности путем компенсации морального вреда. 

Оценив представленные суду доказательства относительно нарушения нематериальных прав истца, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования, предъявленного к ФИО2, взыскании с нее компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из конкретных обстоятельств дела, характера причиненных истцу нравственных страданий, учитывает, что в результате оскорбления истец испытала стресс, 2 месяца была нетрудоспособна. Также судом учитывается принцип разумности и справедливости, степень вины ответчика, продолжительность ее противоправных действий, полагает, что взысканию с ответчика в пользу истца полежит 20 000 руб. в качестве компенсации морального вреда. Оснований для взыскания суммы в размере 500 000 руб. суд не усматривает.

Доводы относительно того, что были высказаны угрозы причинения вреда суд не учитывает, поскольку Гражданский кодекс РФ не предусматривает возможность компенсации морального вреда за угрозу нарушения права. 

Таким образом, требования истца о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 20000 руб. 

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в порядке ст. 1068 ГК РФ суд не усматривает. 

Рассматривая требование об установлении факта трудовых отношении, взыскании денежных средств, суд приходит к следующему. 

Согласно ст.15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с ч. 1 и 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ч. 1 ст. 1, ст. ст. 2, 7 Конституции РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом (абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 ГК РФ). 

Работник в связи с его зависимым правовым положением не может нести ответственность за действия работодателя, на котором на основании прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений (ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции. 

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (абзац пятый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель, в связи с чем необходимо исходить не только из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Как следует из пояснений истца, с 07 мая 2023 года она приступила к осуществлению трудовой деятельности, принимала участие в подготовке к открытию офиса, проходила обучение. 

По данным индивидуального лицевого счета истца ФИО1 24 мая 2023 года она была принята на работу к индивидуальному предпринимателю ФИО3 на должность оптик – консультант. 

ИП ФИО3 представлено заявление ФИО1 от 23 мая 2023 года о принятии ее на работу с 23 мая 2023 года сроком на 3 месяца, имеется заявление ФИО1 об увольнении ее по собственному желанию с 01 августа 2023 года. 

24 мая 2023 года индивидуальным предпринимателем ФИО3 издан приказ ...-п, которым ФИО1 принята на работу на должность октик-консультант с тарифной ставкой (окладом) 15285 руб., районным коэффициентом 1,3 с испытательным сроком 3 месяца. Основанием указан трудовой договор от 24 мая 2023 года, при этом как следует из пояснений ФИО1, трудовой договор с нею не заключался. С учетом районного коэффициента, размер заработной платы составляет 19870, 5 руб. 

01 августа 2023 года индивидуальным предпринимателем издан приказ ...-у о расторжении трудового договора с ФИО1 

Как следует из пояснений истца ФИО1, 04 мая 2023 года она прошла собеседование, которое проводила ФИО2, из обстановки явствовало, что она является представителем работодателя, с 07 мая 2023 года была допущена к работе, при этом никаких договоров с ней не заключалось. 

В трудовом законодательстве под понятием "стажировка" понимаетсяпрохождение обучения безопасным методам и приемам выполнения работ в рамках охраны труда.

В данном случае следует говорить об ученическом договоре (гл. 32 Трудового кодекса РФ). Ученический договор - это взаимоотношение между организацией и лицом, ищущим работу, или с работником данной организации на получение образования без отрыва или с отрывом от работы.

Стажировка является формой трудовых отношений, поэтому должна оплачиваться работодателем (ст. 21, 22 Трудового кодекса РФ).

Размер оплаты стажировки определяется по соглашению между работником и работодателем в срочном трудовом договоре.

В письменных возражениях ИП ФИО3 указывает, что ФИО2 в ИП ФИО3 занимала должность медицинского оптика–оптометриста, ФИО1 занимала должность оптик-консультант. ИП ФИО3 не уполномочивал ФИО2 быть его представителем и осуществлять функции работодателя по отношению к работникам ИП ФИО3 

Указанные доводы не принимаются судом во внимание, поскольку они объективно не подтверждены, а из пояснений истца следует, что ФИО2 выступала в качестве представителя работодателя. 

09 июня 2023 года индивидуальным предпринимателем ФИО3 произведена оплата ФИО1 денежных средств в сумме 14654, 60 руб. – заработная плата за май согласно платежного поручения от 09 июня 2023 года .... Факт получения указанных денежных средств истцом не оспаривался. Расчет указанной суммы работодателем не представлен. 

При сопоставлении размера заработной платы, установленного приказом от 24 мая 2023 года и размера выплаченной заработной платы, суд приходит к выводу, что выплаченная заработная плата превышает количество отработанных дней с момента официального приема на работу. 

При таких обстоятельствах, учитывая пояснения истца, суд приходит к выводу, что ФИО1 была допущена к работе с 07 мая 2023 года, доказательств обратному ответчиком суду не представлено. 

Требования истца об установлении факта трудовых отношений подлежит удовлетворению, однако оснований для установления трудовых отношений с 01 мая 2023 года суд не усматривает. Как пояснила ФИО1 в судебном заседании, после проведенного собеседования она была допущена к работе 07 мая 2023 года. При определении даты возникновения трудовых отношений суд исходит из даты – 07 мая 2023 года. 

Требование о взыскании оплаты за стажировку суд находит не подлежащим удовлетворению, учитывая, что за май истцу произведена оплата в размере 14654,60 руб., истец отработала неполный месяц с 07 мая 2023 года по 28 мая 2023 года, при этом как следует из ее пояснений, работала не каждый день. С 29 мая 2023 года ФИО1 трудовую деятельность не осуществляла. 

Доказательств наличия задолженности по оплате труда за май 2023 года истцом не представлено вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ. 

Рассматривая требование о взыскании расходов на приобретение спецодежды, суд приходит к следующему. 

Обязанность по обеспечению работников средствами индивидуальной защиты возлагается на работодателей - юридических и физических лиц независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности (абз. 7 ч. 2 ст. 212, ч. 3 ст. 221 ТК РФ). 

Как следует из пояснений истца, она не была обеспечена средствами индивидуальной защиты, вынуждена была затратить собственные средства на их приобретение. 

Суду представлен товарный и кассовый чек о приобретении ФИО1 23 мая 2023 года костюма медицинского, стоимостью 1500 руб.

Так как для осуществления трудовой деятельности истцу требовалась спецодежда, которой она не была обеспечена, суд расценивает указанные расходы в качестве убытков истца, на основании ст. 235 ТК РФ, 1500 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Доказательств тому, что ФИО1 были понесены расходы на приобретение спецодежды на сумму 2881 руб. суду не представлены, требования на сумму 1381 руб. суд оставляет без удовлетворения. 

Ссылка ответчика ИП ФИО3 о возможности ФИО1 обратиться с заявлением о возмещении расходов к работодателю не принимается судом во внимание, учитывая, что в ходе рассмотрения настоящего спора работодатель имел возможность рассмотреть вопрос о выплате денежных средств, однако возмещение расходов не произведено. 

Поскольку по трудовому спору ФИО1 освобождена от оплаты государственной пошлины, в силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход муниципального образования подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в сумме 700 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198, 233-237 ГПК Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО10 удовлетворить частично. 

Взыскать с Якир ФИО11 (идентификатор ) в пользу ФИО1 ФИО12 (идентификатор ) компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 ФИО13 (ОГРНИП ) в пользу ФИО1 ФИО14 (идентификатор ) денежные средства в сумме 1500 руб.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО3 ФИО17 (ОГРНИП ) и ФИО1 ФИО18 (идентификатор ) с 07 мая 2023 года. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 ФИО19 (ОГРНИП ) в доход муниципального образования г. Улан-Удэ государственную пошлину в сумме 700 руб. 

Ответчики вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения им копии этого решения.

Ответчиками заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья А.В. Наумова