УИД: ***

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Иркутск 19 сентября 2019 года

Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Шандрук А.И., при секретаре Крыгиной Н.В., с участием прокурора Зуева А.О., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело *** по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, в связи с реабилитацией в размере 3000000 рублей.

В обоснование иска указано, что *** Свердловским районным судом г. Иркутска вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст.228.1 УК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от поддержания обвинения, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, то есть по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Уголовное дело в отношении ФИО1 было возбуждено ***. В рамках проведенного предварительного следствия он был задержан в порядке ст.91 УПК РФ *** и помещен в ИВС, откуда был освобождён ***, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. Фактически он был задержан сотрудниками полиции *** и более суток незаконно находился в отделе полиции, прикован наручниками к мебели. Обстоятельства его задержания за сутки до возбуждения уголовного дела подтверждаются материалами уголовного дела и постановлением оперуполномоченного ОП-2 ФИО4 о передаче материалов в ОПС-2 для принятия решения о возбуждении уголовного дела. Всё это время он не спал, не ел и не имел возможности двигаться. В отношении него фиктивно, для прикрытия незаконного его содержания в отделе полиции в течение суток, был составлен протокол об административном правонарушении, решение по которому не принято и в спецприемник он не помещался. В связи с его физическим состоянием и постоянным давлением со стороны сотрудников полиции он был вынужден оговорить себя. В ходе проведения предварительного следствия сотрудниками полиции были подделаны подписи понятых и его, что подтвердила проведенная судом почерковедческая экспертиза. Сам факт незаконного уголовного преследования в отношении него является основанием для возмещения морального вреда. Поскольку моральный вред был причинен ему в результате уголовного преследования, осуществлявшегося органами, финансируемыми из федерального бюджета, обязанность по возмещению причиненного истцу морального вреда должна быть возложена на Министерство финансов РФ за счет казны РФ. Исходя из фактических обстоятельств дела, приняв во внимание продолжительность уголовного преследования (около 6 месяцев), а также отсутствие доказательств причинения ему вреда здоровью незаконным уголовным преследование руководствуясь требованиями разумности и справедливости, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 3 000 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании предъявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, указав, что *** в вечернее время он был со своим другом, к ним подъехали сотрудники полиции, предложили выпить пиво. Он отказался, на него надели наручники, заставили выпить пиво, отвезли на освидетельствование, после чего отвезли его в отдел полиции. В отделе полиции он находился на лавочке в наручниках, его время от времени заводили в кабинет, говорили что-то подписать, потом рвали то, что было написано, снова заставляли подписывать. При этом на него оказывали психологическое и физическое давление. Потом его ночью повели на допрос к следователю, где он дал показания, которые ему сказали оперуполномоченные, то есть оговорил себя, потому что оперуполномоченный оказывал на него давление. Затем его отвезли в ИВС, на следующий день *** его из ИВС доставили снова к следователю, допросили и избрали меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Меру пресечения в виде заключения под сражу ему не избирали, в суд с данным ходатайством следователь не выходил. По факту незаконных действий оперуполномоченных он обращался с заявлением в Следственный комитет Свердловского района, но ответ на жалобу не получил, в суд с жалобой не обращался. Уголовное дело в отношении него было направлено в суд в августе 2018 года, в суде дело рассматривалось около 3 месяцев, он все это время находился на подписке о невыезде и надлежащем поведении. Он считает, что сам факт нахождения в наручниках, подтверждает причиненный ему физический вред. У него были моральные страдания из-за того, что он находился на подписке о невыезде, поскольку никуда не мог уехать. Кроме того, о его привлечении т к уголовной ответственности стало известно на работе, в связи с чем, отношения с руководством ухудшились.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании предъявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании предъявленные требования признала частично, пояснив, что у истца действительно имеются основания для возмещения морального вреда, однако считает, что сумма исковых требований очень завышена, поскольку истцом не представлено доказательств причинения морального вреда, возмещение которого оценено в размере 3000000 руб. В связи с чем, полагала, что исходя из принципов разумности и справедливости размер компенсации морального вреда подлежит снижению. 

Прокурор Зуев А.О. в судебном заседании доводы искового заявления ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 3 000 000 рублей, считает несостоятельными. В соответствии со ст. 133 УПК РФ ФИО1 имеет право на реабилитацию в части. Не оспаривая право на реабилитацию истца, полагает, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей, является чрезмерно завышенной. Истцом в обоснование указанных в исковом заявлении моральных страданий достоверных доказательств не представлено. Процедура расследования в целом по делу с проведением соответствующих следственных действий, являлась процессуальной необходимостью для установления истины по делу. Доказательств подрыва репутации истцом не представлено. В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ истец должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований, то есть должен доказать какой именно моральный вред был причинен ему незаконными действиями. В силу общих положений о компенсации морального вреда, истцом должна быть также доказана причинно-следственная связь между неправомерными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Для решения вопроса о размере денежной компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием необходимо учесть положения действующего законодательства и подробно проанализировать материалы уголовного дела. Стоит отметить, что в обоснование заявленных требований истец не представил объективных доказательств, подтверждающих его доводы и наличие причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности и описанными им неблагоприятными последствиями. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу реабилитированного, необходимо принять во внимание фактические обстоятельства дела, возраст истца, степень и глубину его нравственных переживаний, физических страданий, объем негативных последствий для него в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности. Также необходимо учесть обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости, обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда ФИО1 не нарушала права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. Необходимо исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. Полагает, что размер компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей подлежит существенному снижению, поскольку является чрезмерно завышенным, необоснованным и не отвечающим требованиям разумности и справедливости.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2), вместе с тем гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53); права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

Применительно к отношениям, складывающимся в связи с осуществлением уголовного судопроизводства, данное право получило конкретизацию и развитие в главе 18 «Реабилитация» (статьи 133 - 139) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

В силу п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 ГК РФ.

На правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 ГК РФ, и для возложения ответственности за причинение морального вреда необходимо установление состава правонарушения, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 1100 ГК РФ).

Таким образом, требование о возмещении вреда, в том числе и морального, должно предъявляться и разрешаться с учетом положений ст. ст. 16, 1064, 1069 ГК РФ. Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность возмещения морального вреда в соответствии с приведенными нормами права связывается с необходимостью представления истцом доказательств причинения вреда, а также с наличием причинно-следственной связи между незаконными (виновными) действиями (бездействием) государственных органов либо должностных лиц этих органов и наступившим вредом.

Согласно положениям ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в том числе, подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

В иных случаях вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 5 ст. 133 УПК РФ), и в том же порядке, согласно части второй статьи 136 УПК РФ, подлежат разрешению иски о компенсации в денежном выражении за причиненный реабилитированному моральный вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 и абзацами 3 и 5 ст. 1100 ГК РФ моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, а также в иных случаях, предусмотренных законом, возмещается в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Судом установлено и подтверждено материалами дела ***, что *** было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (т. 1 л.д. 1).

*** ФИО1 задержан по подозрению в совершении преступления (т. 1 л.д. 34-35) и допрошен в качестве подозреваемого (т. 1 л.д. 52-56).

*** ФИО1 освобожден из-под стражи (т. 1 л.д. 91-92) и ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т. 1 л.д. 93-94, 95, 171-172, 173)

*** прокурором Свердловского района г. Иркутска утверждено обвинительное заключение в отношении ФИО1 по обвинению ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (т. 1 л.д. 217-233).

*** уголовное дело в отношении ФИО1 поступило в Свердловский районный суд г. Иркутска

Постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от *** судом принят отказ государственного обвинителя от поддержания обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, то есть по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Уголовное преследование и уголовное дело в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ прекращено, по основанию, предусмотренному ч. 2 ст. 254 УПК РФ, то есть в связи с отказом обвинителя от обвинения. За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Таким образом, установлено, что в отношении ФИО1 имело место прекращение уголовного преследования и уголовного дела в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. 

На этом основании, ФИО1 имеет право на реабилитацию, которая включает в себя, в том числе, право на компенсацию морального вреда. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В разъяснениях, содержащихся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В обоснование заявленных требований, истец указывает, что он испытывал физические и нравственные страдания, поскольку на него оказывали психологическое и физическое давление, держали его в наручниках, не давали есть, он был вынужден в течении суток находиться в ИВС, из-за давления, оказываемого на него сотрудниками полиции он был вынужден оговорить себя, следствие по делу составило 6 месяцев, он все это время находился на подписке о невыезде и надлежащем поведении, не мог никуда выехать. Кроме того, из-за его процессуального статуса у него испортились отношения с работодателем.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства уголовного дела, основания, послужившие прекращению уголовного дела, категорию преступления, в котором он обвинялся, степень и характер нравственных страданий, причиненных ему уголовным преследованием, а также требования разумности и справедливости, соблюдение которых должны обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Суд учитывает, что ФИО1 был задержан в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ, содержался в течение суток в ИВС, нахождение его на мере пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении в течение 6 месяцев.

Доводы стороны истца об оказании на него сотрудниками полиции физического и психологического давления, опровергаются материалами дела, в частности тем, что ФИО1 обращался в правоохранительные органы с жалобой на действия оперативных сотрудников, производивших его задержание, в материалах уголовного дела имеются постановления от *** и *** об отказе в возбуждении уголовных дел в отношении сотрудников полиции, которые ФИО1 не обжаловались.

Кроме того, материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 в ходе предварительного следствия обжаловал действия сотрудников полиции в судебном порядке, в порядке ст. 125 УПК РФ, в связи с чем, доводы об оказании на него физического и психологического давления сотрудниками полиции являются голословным. 

Учитывая вышеизложенное, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в 20000 руб., во взыскании морального вреда в большем размере, истцу надлежит отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежные средства в размере 20 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца с момента его вынесения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено ***.

Судья А.И. Шандрук