№2-3642/2020

УИД77RS0016-01-2020-012717-76

Решение

Именем Российской Федерации

19 ноября 2020 г. г. Улан-Удэ

Железнодорожный районный суд г.Улан-Удэ в составе судьи Гурман З.В., при секретаре Мануевой В.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД») о компенсации морального вреда, оспаривании приказа о включении в группу риска, приказа об отстранении от работы от 30 мая 2017 г., обязании соблюдать режим труда и отдыха в соответствии с законом, 

установил:

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 сослался на то, что с 2005 года состоит в трудовых отношениях с ОАО «РЖД», в настоящее время занимает должность машиниста электровоза. В период с 2010 г. по 2019 г. работодателем систематически нарушался режим его труда и отдыха, превышалось допустимое количество часов сверхурочной работы, сокращалась продолжительность его междусменного отдыха, из-за чего у него появилась усталость, ухудшилось состояние здоровья. Поэтому просил взыскать с ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда в размере 710 314,20 руб., рассчитанную исходя из сведений о его среднем доходе за период с 01 января 2010 г. по 31 декабря 2019 г. Также просил отменить приказ работодателя о его отстранении от работы от 30 мая 2017 г. Кроме того, сослался на то, что приказом работодателя от 14 ноября 2019 г. он был необоснованно включен в группу риска за нарушения, фактически допущенные не им, а его помощником, и своевременно не был выведен из группы риска в марте 2020 г., в связи с чем просил отменить приказ от 14 ноября 2019 г. о его включении в группу риска. Также просил обязать работодателя производить режим труда и отдыха в отношении него в соответствии с Приказом Министерства транспорта РФ №44 от 09 марта 2016 г. 

Истец ФИО1, надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, направив в адрес суда заявление о рассмотрении дела в его отсутствие и о восстановлении срока на обращение в суд. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО2 против удовлетворения иска ФИО1 возражала по доводам, изложенным в письменном отзыве. При этом суду пояснила, что истцом оспариваются действия ответчика, имевшие место в период с 2010 г. по 2019 г., что свидетельствует о пропуске им срока исковой давности. Включение истца в группу риска в ноябре 2019 г. было обусловлено необходимостью повышения уровня безопасности движения поездов, заключалось в проведении учебной и профилактической работы с сотрудниками локомотивных бригад. Как видно из представленного истцом дневника выполнения мероприятий по группе риска, проведение мероприятий началось в декабре 2019 г., следовательно, с этого момента истец знал о его включении в группу риска и мог обратиться в суд с требованиями об оспаривании 

приказа о включении в группу риска в пределах срока исковой давности. В настоящее время истец выведен из группы риска приказом работодателя от 01 июля 2020 г., режим его труда и отдыха ответчиком не нарушается, в связи с чем заявленные им требования безосновательны. 

Обсудив заявленное представителем ответчика ходатайство о применении срока исковой давности, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной 

в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Спор, за разрешением которого ФИО1 обратился в суд 04 июня 2020 г., является индивидуальным трудовым спором. 

Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В обоснование требований о компенсации морального вреда ФИО1 сослался на то, что работодателем систематически нарушался режим его труда и отдыха, превышалось допустимое количество часов сверхурочной работы, сокращалась продолжительность его междусменного отдыха, из-за чего у него появилась усталость, ухудшилось состояние здоровья. Но, как следует из пояснений представителя ответчика ФИО2, подтверждается материалами дела и не опровергнуто истцом ФИО1, в 2019 г. количество отработанных ФИО1 сверхурочно часов (115 часов) не превышало установленного ст. 99 Трудового кодекса РФ норматива (120 часов). Следовательно, доводы истца о нарушении ответчиком его трудовых прав в 2019 г. (связанном с несоблюдением продолжительности сверхурочной работы, нарушением режима его труда и отдыха) подтверждения не нашли. При этом по требованиям о компенсации морального вреда, связанным с нарушением его трудовых прав ответчиком в период с 2010 г. по 2018 г. истцом пропущен срок исковой давности, что является основанием к отказу в удовлетворении его иска в указанной части. 

Также суд отказывает ФИО1 в удовлетворении иска об оспаривании приказа об отстранении от работы от 30 мая 2017 г. по мотиву пропуска срока исковой давности. 

В ходе судебного разбирательства было установлено, что приказом работодателя от 11 ноября 2019 г. «Об организации профилактической работы с группой риска по итогам работы за октябрь 2019 г.» ФИО1 был включен в группу риска. Как видно из дневника выполнения мероприятий по группе риска, профилактическая работа в связи с включением ФИО1 в группу риска была начата 12 декабря 2019 г. с прохождения внеочередной проверки знаний в автоматизированной системе АСПТ, запись о ее прохождении ФИО1 составлена ТЧМИ по обучению ФИО3 По мнению суда, даже если ФИО1 не был своевременно ознакомлен с приказом работодателя о его 

включении в группу риска от 11 ноября 2019 г., с момента его участия в первом профилактическом мероприятии, связанном с его нахождением в группе риска, то есть с 12 декабря 2019 г., началось течение трехмесячного срока исковой давности, во время которого он мог оспорить приказ от 11 ноября 2019. Следовательно, данный срок истек 12 марта 2020 г., до введения на территории РФ карантинных и ограничительных мероприятий, связанных с пандемией новой коронавирусной инфекции, в связи с чем оснований к его восстановлению не имеется, а требование ФИО1 об оспаривании приказа подлежит оставлению без удовлетворения по мотиву пропуска им срока на обращение в суд. 

Не находит суд оснований и к удовлетворению требований истца об обязании работодателя соблюдать режим труда и отдыха в отношении него в соответствии с Приказом Министерства транспорта РФ №44 от 09 марта 2016 г., поскольку обязанность соблюдения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, возложена на работодателя в силу закона (ст. 22 ТК РФ), доказательств о нарушении ответчиком данного Приказа к моменту рассмотрения дела истцом суду не представлено, в связи с чем принятия решения суда о его соблюдении не требуется. 

В силу изложенного, судом принимается решение об отказе в удовлетворении иска ФИО1 в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст. 194 -198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 

Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца с момента его принятия судом в окончательной форме. 

В окончательной форме решение суда принято 26 ноября 2020 г. 

Судья: З.В.Гурман