Судья Андрейкина М.А. 

<

данные изъяты>

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего Юрасовой О.С.,

судей Елычева М.Н., Забродиной Н.М.,

при секретарях Трубникове А.В., Батяевой М.А., Алексуткине А.С., Амбалове М.А., 

с участием прокурора Родиной Т.С.,

осужденного ФИО1, его защитников – адвокатов Баламутова К.А., Иванова А.В.,

представителей потерпевшего А.Ю.М. – адвокатов Дьячкова Р.Ю., Жорина С.В.

рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвокатов Баламутова К.А., Иванова А.В., представителя потерпевшего А.Ю.М. – адвоката Дьячкова Р.Ю. на приговор Красногорского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ст. 165 ч. 2 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии – поселении.

Постановлено исковые требования гражданского истца А.Ю.М. в возмещение материального ущерба направить для разрешения в порядке гражданского судопроизводства.

В удовлетворении заявленного потерпевшим А.Ю.М. гражданского иска в счет компенсации морального вреда отказано.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Также принято решение о сохранении ареста на автомобиль ФИО1 до разрешения исковых требований в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав доклад судьи Юрасовой О.С., объяснения представителей потерпевшего А.Ю.М. – адвокатов Дьячкова Р.Ю., Жорина С.В., просивших приговор изменить по доводам жалобы адвоката Дьячкова Р.Ю. и полагавших апелляционные жалобы осужденного и его защитников оставить без удовлетворения; выступления осужденного ФИО1, адвокатов Баламутова К.А., Иванова А.В. в его защиту, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, возражавших доводам жалобы представителя потерпевшего; мнение прокурора Родиной Т.С., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

органом предварительного расследования ФИО1 обвинялся в присвоении, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, в особо крупном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст. 160 ч. 4 УК РФ.

Не согласивших с квалификацией действий ФИО1, данной органом расследования, суд, с учетом установленных обстоятельств, действия виновного переквалифицировал на ст. 165 ч. 2 УК РФ, указав на то, что в действиях ФИО1 признаки хищения отсутствуют, поскольку денежные средства им у А.Ю.М. не изымались, он ввел потерпевшего в заблуждение, то есть, обманывая его, использовал заведомо поддельное платежное поручение о перечислении последнему денежных средств.

Таким образом, согласно приговору ФИО1 признан виновным и осужден за причинение имущественного ущерба потерпевшему А.Ю.М. путем обмана при отсутствии признаков хищения, с особо крупным ущербом.

Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционных жалобах:

- представитель потерпевшего А.Ю.М. – адвоката Дьячков Р.Ю. считает приговор подлежащим изменению в части назначенного К.М.В. наказания и разрешения гражданского иска. Соглашаясь с назначенным осужденному наказанием в виде лишения свободы, полагает, что вид исправительного учреждения судом был избран чрезмерно мягким, не соответствующим совершенному ФИО1 преступлению, его личности и действиям последнего после совершения противоправного деяния. Кроме того, считает, что у суда не было оснований исковые требования гражданского истца А.Ю.М. в возмещение материального ущерба направлять на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, как и не было оснований отказывать в удовлетворении иска о компенсации морального вреда. Просит приговор изменить, осужденному ФИО1 назначить отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима, удовлетворить гражданский иск потерпевшего в полном объеме;

- осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором суда, считает его ангажированным, противозаконным, несправедливым и неправосудным. Полагает, что доказательств его вины в приговоре не приведено, судебное решение построено на домыслах и догадках, в ходе судебного разбирательства допущены многочисленные существенные нарушения закона. Просит приговор отменить. 

В дополнениях к жалобе осужденный указывает на предвзятость суда и несправедливость приговора. Считает, что суд дал неверную оценку показаниям свидетелей ФИО2, ФИО3, Полуда, ФИО4, ФИО5, ФИО6; кроме того, не всем доказательствам дана оценка в приговоре. Судом необоснованно установлено, что ущерб, причиненный потерпевшему, это выручка, полученная в кассах ДК «Подмосковье» и ДК «Яуза». Утверждает, что его вина в совершении преступления представленными материалами дела не доказана. Квалификация его действиям в приговоре дана с нарушением закона, без указания пункта ч. 2 ст. 165 УК РФ; кроме того, переквалификация его действий нарушает его право на защиту, так как существенно изменено обвинение, от которого он не защищался; а также суд лишил стороны возможности примирения. В приговоре не указано, какому имуществу, находящемуся в собственности или владении А.Ю.М., он причинил ущерб своими действиями; утверждает, что денежные средства, указанные в обвинительном заключении, собственностью А.Ю.М. не были, о чем подтвердил и сам потерпевший А.Ю.М.; считает, что между ним и потерпевшим имеется гражданско-правовой спор. Также утверждает, что происхождение платежного поручения ему не известно; отрицает свою причастность к изготовлению данного платежного поручения и передаче его А.Ю.М.; платежное поручение было представлено в материалы дела потерпевшим с нарушением закона. Кроме того, указывает на нарушение судом 

<

данные изъяты> совещательной комнаты. Просит приговор отменить, постановить в отношении него оправдательный приговор;

- адвокат Баламутов К.А. в защиту интересов осужденного ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела (суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда), в частности наличие у него на иждивении двух несовершеннолетних детей. Просит состоявшийся приговор отменить, по делу постановить оправдательный приговор.

В дополнениях к апелляционной жалобе автор жалобы указывает на отсутствие доказательств в причастности ФИО1 к совершению преступления. По мнению защиты, отраженными в приговоре доказательствами подтверждается наличие между ФИО1 и А.Ю.М. гражданско-правовых отношений, основанных на договорных обязательствах; судом не исследовался вопрос целевого назначения тех денежных средств, которые ФИО1 передал А.Ю.М., считает, что оглашенные и изученные в ходе судебного заседания договора между потерпевшим и осужденным свидетельствуют, что оплата производилась за неделю до проведения концертов, однако данному обстоятельству судом оценка не дана, также считает, что исследованными доказательствами не подтверждена непричастность ФИО1 к изготовлению платежного поручения, при помощи которого, якобы, ФИО1 обманул А.Ю.М.; кроме того, указанное платежное поручение в судебном заседании не исследовалось, а поэтому суд не вправе был ссылаться в подтверждение своих выводом на данное доказательство. Суд не дал оценку доказательствам, представленным стороной защиты; неверно истолковал показания свидетелей С.А.В. и А.Е.В., подтвердившие передачу ФИО1 денежных средств А.Ю.М.; существенно нарушил право ФИО1 на защиту, переквалифицировав, в нарушение ч. 1 ст. 252 УПК РФ, действия осужденного со ст. 160 ч. 4 УК РФ на ст. 165 ч. 2 УК РФ; между тем, ФИО1 не совершал действий, предусмотренных ч. 2 ст. 165 УК РФ. В жалобе утверждается, что протокол судебного заседания не велся, поскольку в приговоре отсутствует информация о государственном обвинителе Фадеевой М.А., представителе потерпевшего – адвоката Жорина С.В., сведений о гражданском истце, различных секретарях судебного заседания. Также защита полагает, что приговор является несправедливым вследствие чрезмерной суровости, ФИО1 назначено наказание, не соответствующее его личности; кроме того, суд в нарушение закона назначил наказание ФИО1 в виде реального лишения свободы ввиду наличия мнения потерпевшего об этом. Ставит вопрос об оправдании ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Помимо изложенного, адвокат в дополнениях указывает на нарушение судьей 

<

данные изъяты> совещательной комнаты;

- адвокат Иванов А.В., не приведя каких-либо доводов, считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

В дополнениях к апелляционной жалобе он указывает на то, что суд в нарушение уголовно-процессуального закона в приговоре не указал пункт части 2 ст. 165 УК РФ, по преступлению, за которое подсудимый признан виновным. Считает вину ФИО1 в совершении какого-либо преступления в отношении А.Ю.М. не установленной и не доказанной. Полагает, что между ФИО1 и А.Ю.М. существовали гражданско-правовые отношения, вытекающие из договоров возмездного оказания услуг. Считает недостоверным то обстоятельство, что концерты 12 и 

<

данные изъяты> состоялись только ввиду того, что ФИО1, якобы, предоставил А.Ю.М. подложное платежное поручение. Считает, что в приговоре необоснованно указано, что на ФИО1 лежала обязанность произвести отчисления в сумме 107000 рублей в несуществующее российское авторское право; а также необоснованно указано, что ФИО1 должен был перечислить А.Ю.М. денежные средства от реализации билетов за концерты, поскольку из исследованных в судебном заседании доказательств следует, что эти денежные средства на основании договорных отношений принадлежали ФИО1; ссылается на нарушение ст. 240 ч. 1 и ч. 3 УПК РФ в силу того, что платежное поручение, изложенное в приговоре, в судебном заседании не исследовалось. Объективная сторона преступления в приговоре не раскрыта, умысел и мотив преступления не установлены. Утверждает, что ФИО1 осуществил необходимые выплаты А.Ю.М.; свидетели обвинения Б.Т.В. и Д.О.М. оговорили ФИО1 Также ссылается в жалобе на то, что во вводной части приговора не указаны все участники процесса; не всем участникам процесса разъяснялось право отвода, имя осужденного в приговоре изложено неверно, отсутствует протокол судебного заседания от 

<

данные изъяты>, председательствующим по делу оглашался не приговор, а его черновик. Не учтено, что ФИО1 имеет на иждивении двух малолетних детей, страдает рядом хронических заболеваний. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления.

В возражениях на жалобы осужденного ФИО1 и представителя потерпевшего А.Ю.М. – адвоката Дьячкова Р.Ю. государственный обвинитель Чеснокова М.Н. считает доводы жалоб несостоятельными, в связи с чем просит оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела и имеющиеся в них доказательства, судебная коллегия полагает, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене с постановлением по делу нового обвинительного приговора.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены судебного решения в апелляционном порядке является, в частности, неправильное применение уголовного закона.

Исходя из положений п. 3 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны пункт, часть, статья Уголовного кодекса РФ, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого подсудимый признан виновным.

Данное требование закона судом первой инстанции не соблюдено, поскольку, описав преступное деяние и квалифицировав в описательно-мотивировочной части приговора действия ФИО1 как причинение имущественного ущерба потерпевшему путем обмана при отсутствии признаков хищения, с особо крупным ущербом, суд ни в описательно-мотивировочной, ни в резолютивной частях приговора не указал пункт этой части статьи, что повлекло отмену приговора.

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 совершил причинение имущественного ущерба потерпевшему А.Ю.М. путем обмана при отсутствии признаков хищения, с особо крупным ущербом.

<

данные изъяты> ФИО1, являясь «ИП ФИО1», осуществляя деятельность по организации проведения концертов исполнителя А.Ю.М., находясь в 

<

данные изъяты>, заключил с А.Ю.М. договора на организацию проведения концертов А.Ю.М., согласно которым исполнитель А.Ю.М. 12 и 

<

данные изъяты> должен был провести концерты в ДК «Яуза» 

<

данные изъяты> и ДК «Подмосковье» 

<

данные изъяты>, соответственно, а он (ФИО1) – организовать проведение этих концертов и передать оговоренную в договорах сумму по 1284000 рублей за каждый концерт, а всего денежную сумму в размере 2675000 рублей (с учетом обязательств для отчисления в российское авторское право суммы в размере 107000 рублей).

<

данные изъяты> ФИО1 с целью обмана А.Ю.М. о выполнении условий вышеуказанных договоров передал А.Ю.М. изготовленное заведомо ложное платежное поручение 29403216 от 

<

данные изъяты> о перечислении на счет А.Ю.М. денежных средств в размере 2675000 рублей, в результате чего концерты в городах Красногорске и Мытищи были проведены, однако вышеуказанная сумма потерпевшему А.Ю.М. перечислена не была, как и не была выплачена денежная сумма, полученная ФИО1 от реализации билетов на концерт А.Ю.М. в ДК «Подмосковье» в размере 1200000 рублей, а также суммы в размере 100000 рублей и 1058300 рублей, полученные ФИО1 от администрации ДК «Яуза», в результате чего потерпевшему А.Ю.М. был причинен особо крупный имущественный ущерб на общую сумму 2358300 рублей.

В судебном заседании суда первой инстанции, а также суда апелляционной инстанции ФИО1 виновным себя не признал, утверждал, что с его стороны условия договоров, заключенных с А.Ю.М., были выполнены в полном объеме; деньги за проведенные концерты 12 и 

<

данные изъяты> им были переданы исполнителю А.Ю.М.; платежное поручение, имеющееся в материалах дела, им А.Ю.М. не передавалось.

Несмотря на непризнание ФИО1 своей вины, его вина в причинении имущественного ущерба потерпевшему А.Ю.М. путем обмана при отсутствии признаков хищения, с особо крупным ущербом подтверждается следующими доказательствами.

Так, допрошенный в судебном заседании потерпевший А.Ю.М. суду сообщил, что с ФИО1 были заключены договора на проведение концертов 12 и 

<

данные изъяты> в городах Мытищи и Красногорске, соответственно. Согласно данным договорам, он должен был выступать на соответствующих концертах, а ФИО1 – оплатить их проведение, при этом в соответствии с названными договорами предусматривалась полная предоплата; однако ФИО1 предоплату не представил, а представил ему платежное поручение, по которому он в понедельник, после проведения концертов, должен был получить деньги. Поскольку платежное поручение оказалось поддельным, то деньги за проведенные концерты он не получил.

Давая оценку показаниям потерпевшего, судебная коллегия отмечает, что его показания подтверждены и другими доказательствами по делу, поэтому являются достоверными. Каких-либо оснований оговаривать осужденного ФИО1 у потерпевшего А.Ю.М. не имеется. 

Наличие соглашения между А.Ю.М. и ФИО1 на проведение 12 и 

<

данные изъяты> концертов А.Ю.М. и на оплату ФИО1 за эти концерты А.Ю.М. подтверждено копиями договоров от 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 191-192, 193-194).

Согласно показаниям свидетеля Д.О.М., 

<

данные изъяты> в его присутствии ФИО1 передал А.Ю.М. платежное поручение в подтверждение оплаты за концерты, которые должны били состояться 12 и 

<

данные изъяты> в городах Мытищи и Красногорске. В указанные даты концерты состоялись, однако оплата за них по платежному поручению произведена не была, поскольку платежное поручение оказалось поддельным.

Из показаний свидетеля Х.Р.А. следует, что в сентябре 2014 года между ДК «Подмосковье» в его лице и ИП «ФИО1» в лице ФИО1 был заключен договор о проведении концерта исполнителя А.Ю.М., оплата за концерт должна быть произведена не позднее даты проведения концерта. Билеты на концерт реализовывались сотрудниками ДК «Подмосковье» Ч.Н.Н. и П.Т.Б.; концерт состоялся 

<

данные изъяты>. Денежные средства в сумме 1200000 рублей, полученные от продажи билетов на концерт, были переданы ФИО1 наличными, при этом окончательный расчет был произведен непосредственно в день концерта.

Свидетели П.Т.Б. и Ч.Н.Н. дали показания о том, что между ними и ФИО1 были заключены договора на распространение билетов на концерт А.Ю.М., который состоялся 

<

данные изъяты> в ДК «Подмосковье» в 

<

данные изъяты>. В день концерта в присутствии Ф.Т.П. деньги от продажи билетов на концерт под расписки были переданы ФИО1: Ч.Н.Н. в сумме 600-620 тысяч рублей; П.Т.Б. – 600 тысяч рублей. Впоследствии расписки по просьбе ФИО1 были уничтожены.

Свидетель Ф.Т.П. показала, что расчеты с ФИО1 за концерт, состоявшийся 

<

данные изъяты> в ДК «Подмосковье», производились в ее присутствии, деньги ФИО1 передавались под расписки, которые впоследствии были уничтожены. Также сообщила, что проведение концерта А.Ю.М. в ДК «Подмосковье» планировалось 

<

данные изъяты>, однако ФИО1 просил о переносе этого концерта, так как не было достаточно денег, чтобы заплатить артисту. Кроме того, свидетель указала на то, что после проведения концерта ей звонила Б.Т.В. – директор А.Ю.М. и выясняла, были ли выплачены ФИО1 деньги за проведенный 

<

данные изъяты> концерт.

Свидетель Б.Т.В. подтвердила, что ФИО1 какие-либо денежные средства за проведенные концерты в г.

<

данные изъяты> и Мытищах до настоящего времени А.Ю.М. не переданы. Также сообщила, что, согласно договорам между ФИО1 и А.Ю.М. деньги за концерты в Красногорске и Мытищах должны быть переданы артисту наличными до проведения этих концертов. Однако ФИО1 этого не сделал, сообщил, что нет наличных средств, пообещав заблаговременно перевести денежную сумму А.Ю.М., подтвердив свои обязательства платежным поручением, что А.Ю.М. было расценено как плата за концерты, которые состоялись 12 и 

<

данные изъяты>. Платежное поручение А.Ю.М. было передано ФИО1 накануне концерта в 

<

данные изъяты>, об этом ей стало известно от самого ФИО1, а также от А.Ю.М., впоследствии ей стало известно, что представленное ФИО1 платежное поручение оказалось поддельным.

Из оглашенных в судебном заседании суда первой инстанции показаний свидетеля В.А.Н. следует, что за концерт, проведенный исполнителем А.Ю.М. в декабре 2014 года в ДК «Яуза» 

<

данные изъяты>, ФИО1 были перечислены на расчетный счет вырученные от реализации билетов денежные средства в сумме 1058300, а также ФИО1 в кассе ДК «Яуза» было получено наличными 100 тысяч рублей (т.2, л.д. 148-151).

Виновность ФИО1 в совершении указанного преступления подтверждается также заявлением А.Ю.М. в правоохранительные органы о принятии мер к ФИО1 за невыплату гонорара за два концерта в городах Мытищи и Красногорске (т.1, л.д. 4); платежным поручением 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, в котором указано о перечислении денежных средств в сумме 267500 рублей А.Ю.М. (т.1, л.д. 195); протоколом обыска об обнаружении в жилище ФИО1 многофункционального устройства (т.1, л.д. 205-206), которое в ходе следствия было осмотрено (т.1, л.д. 242-251) и, согласно заключению эксперта, является оборудованием типа «струйный»; согласно тому же заключению представленное на исследование платежное поручение 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> о перечислении денежных средств на счет А.Ю.М. выполнено способом струйной печати (т.1, л.д. 236-238).

Вопреки утверждениям стороны защиты, согласно протоколу судебного заседания (т.5, л.д. 151), судом первой инстанции исследовалось платежное поручение 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, со штампом синего цвета, на котором указаны к/с и БИК Связной Банк (ЗАО), а также дата 

<

данные изъяты>, фамилия исполнителя – П.Н.Е. и ее подпись (т.1, л.д. 195). Указание следователя на данном платежном поручении, что это копия - носит ошибочный характер. В ходе всего следствия именно данное платежное поручение было предметом исследования; в ходе осмотра данного платежного поручения производилось его ксерокопирование, что соответствует протоколу осмотра предмета и приложенной к нему копии платежного поручения (т.1, л.д. 252, 253).

Таким образом, обстоятельств, которые лишали бы данный документ доказательственного значения, не имеется.

Кроме того, вина осужденного ФИО1 также подтверждается справкой из ЗАО «Связной банк» о том, что платежное поручение 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> о перечислении денежных средств А.Ю.М. в сумме 2675000 рублей данным банком не обрабатывалось, платежных поручений с указанным номером в базах банка не найдено, расчетный счет плательщика, указанный в платежном поручении открыт на имя К.Т.В.; среди действующих сотрудников банка, сотрудница П.Н.Е., указанная в платежном поручении, не найдена (т. 1, л.д. 14), сведениями, зафиксированными в выписке по счету К.Т.В., выписке из ЕГРЮЛ (т. 1, л.д. 15, 127-130), данными, содержащимися в протоколах выемки и осмотра; справке из ДК «Подмосковье; копиях договоров, копиях актов приемки от 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>; копиях платежного поручения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>; расходно-кассового ордера 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 229-230, 252-253, 143, 144, 145, 147-150, 153-154, 155-156, т. 2, л.д. 154-164, 165, 166, 168). 

Нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств не выявлено. Все представленные суду первой инстанции доказательства были исследованы в ходе судебного заседания всесторонне, полно и объективно.

Судебная коллегия полагает возможным постановить приговор на основании исследованных судом первой инстанции доказательств, совокупность которых находит достаточной для разрешения настоящего уголовного дела по существу. Необходимости в исследовании доказательств по делу в суде апелляционной инстанции судебная коллегия не усматривает.

Содержащиеся в материалах уголовного дела и исследованные в заседании суда первой инстанции доказательства свидетельствуют о том, что ФИО1 совершил причинение имущественного ущерба потерпевшему путем обмана при отсутствии признаков хищения, с особо крупным ущербом.

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в присвоении, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, совершенное в особо крупном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст. 160 ч. 4 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении.

Однако с данной органами следствия квалификацией судебная коллегия согласиться не может.

Из установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств следует, что в действиях ФИО1 признаки хищения отсутствуют, так как ущерб потерпевшему А.Ю.М. причинен не путем уменьшения массы имущества, находящегося в собственности у потерпевшего, а в результате неполучения должного – не перечисления причитающихся А.Ю.М. платежей за проведенные им концерты, при этом ФИО1 ввел потерпевшего в заблуждение, то есть, обманывая его, использовал заведомо поддельное платежное поручение о перечислении А.Ю.М. денежных средств за состоявшиеся 12 и 14 декабря концерты.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 судебная коллегия квалифицирует по ст. 165 ч. 2 п. «б» УК РФ, как причинение имущественного ущерба потерпевшему путем обмана при отсутствии признаков хищения, с особо крупным ущербом.

Ущерб, причиненный преступлением, определен исходя из его фактической стоимости на момент совершения преступления.

В соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ особо крупным размером в статьях главы 21 УК РФ признается стоимость имущества, превышающая один миллион рублей.

Таким образом, причиненный имущественный ущерб составляет сумму, превышающую установленную примечанием к ст. 158 УК РФ в один миллион рублей, необходимую для квалификации действий ФИО1 по признаку особо крупного ущерба.

Изменение квалификации действий ФИО1 со ст. 160 УК РФ на ст. 165 УК РФ не ухудшает его положение и не нарушает его право на защиту, поскольку оба преступления посягают на один и тот же объект уголовно-правовой охраны, совершаются с умышленной формы вины, схожи по основным признакам объективной стороны, отличаясь лишь некоторыми элементами действий (формой); действия ФИО1, квалифицируемые по новой статье закона, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения.

Проверив и проанализировав исследованные судом доказательства, в их совокупности, судебная коллегия считает, что не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей Д.О.М., Б.Т.В., Х.Р.А., П.Т.Б., Ч.Н.Н., Ф.Т.П., В.А.Н. оснований не имеется, поскольку они объективно подтверждаются исследованными в суде первой инстанции материалами дела, взаимодополняют друг друга.

Версия стороны защиты об иных обстоятельствах произошедшего, а также доводы осужденного ФИО1 о непричастности к совершению преступления судом первой инстанции проверялась; в судебном заседании исследовались доказательства защиты.

Следователь А.Ю.М. пояснила о соблюдении законности при расследовании данного уголовного дела (т.4, л.д. 131-150).

Из показаний свидетеля С.А.В. в ходе следствия следует, что он с ФИО1 в 20-х числах ноября 2014 года был дома у А.Ю.М., где в его присутствии ФИО1 передавал А.Ю.М. денежные средства в размере 3 миллионов рублей. Что за деньги передавал ФИО1 А.Ю.М., он не знает, сам ФИО1 ему об этом не говорил (т. 2, л.д. 186-188).

Согласно показаниям С.А.В., данных им в судебном заседании 

<

данные изъяты>, усматривается, что С.А.В. работал с ФИО1, по указанию последнего расклеивал афиши на концерты А.Ю.М. в городах Красногорск, Мытищи, Подольск, ФИО7. Пояснил, что с ФИО1 ездил к А.Ю.М., в его присутствии ФИО1 передал А.Ю.М. 3 миллиона рублей, при этом он слышал, что деньги ФИО1 передал А.Ю.М. за концерты, но о каких концертах шла речь, он не слышал (т. 4, л.д. 41-49).

По показаниям свидетеля А.Е.М., данных в ходе следствия, она 

<

данные изъяты> присутствовала на концерте А.Ю.М. в 

<

данные изъяты>, после концерта ФИО1 в ее присутствии передал А.Ю.М. денежные средства в сумме 100 тысяч евро за предстоящие концерты. За какие конкретно концерты она не знает, они об этом не говорили, ей ФИО1 также не говорил (т.2, л.д. 193-195).

Данные показания свидетель А.Е.М. подтвердила на очной ставке с потерпевшим А.Ю.М. (т.2, л.д. 200-205).

Свидетель А.Е.В. в судебном заседании 

<

данные изъяты> подтвердила передачу ФИО1 А.Ю.М. денежной суммы в размере 100 тысяч евро, этими деньгами ФИО1 рассчитался с А.Ю.М. за концерты, за какие конкретно, она не знает (т.3, л.д. 232-238).

Анализируя изложенные показания свидетелей С.А.В. и А.Е.М., судебная коллегия считает, что они не свидетельствуют об отсутствии вины ФИО1 в совершении указанного преступления; сообщенные ими сведения о передаче ФИО1 денег А.Ю.М. не подтверждают, что деньги артисту передавались за концерты, проведенные им 12 и 

<

данные изъяты> в городах Мытищи и Красногорске, соответственно.

Заключение технико-криминалистической судебной экспертизы документов 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> (т.1, л.д. 236-238), на которое ссылаются участники процесса со стороны защиты, не опровергает вывод суда апелляционной инстанции о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления. 

Как таковые суд апелляционной инстанции не расценивает и представленные стороной защиты заключение специалистов о проведении почерковедческого исследования, а также психофизиологического исследования (т.4, л.д. 88-100, 114-127), поскольку они не могут расцениваться в отдельности от проверенных апелляционной инстанцией взаимосвязанных доказательств, с достаточной убедительностью изобличающих ФИО1 в совершении преступления.

На основании изложенного судебная коллегия находит доводы апелляционных жалоб стороны защиты о непричастности ФИО1 к содеянному, отсутствии доказательств его вины в совершении вышеуказанного преступления, а также о том, что между ФИО1 и А.Ю.М. имеются только гражданско-правовые отношения, необоснованными. С учетом установленных фактических обстоятельств дела судебная коллегия считает доказанной вину ФИО1 в им содеянном.

При таких данных оснований для удовлетворения апелляционных жалоб осужденного и его защитников об отмене приговора и оправдании ФИО1 за отсутствием в его действиях состава преступления судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом не допущено; сведения, изложенные осужденным ФИО1 и его адвокатами в жалобах, а также высказанные в суде апелляционной инстанции, о нарушении судьей 

<

данные изъяты> совещательной комнаты, были предметом проверки суда апелляционной инстанции, они своего подтверждения не нашли, а поэтому являются несостоятельными; ссылка стороны защиты на то, что протокол судебного заседания в суде первой инстанции не велся, поскольку он не был изготовлен на момент удаления суда в совещательную комнату, противоречит материалам дела. Замечания осужденного ФИО1 на протокол судебного заседания рассмотрены судьей Красногорского городского суда 

<

данные изъяты> в соответствии с требованиями закона. Оснований для отмены постановления судьи об отклонении указанных замечаний не имеется.

При назначении наказания ФИО1 судебная коллегия в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступных действий, отнесенных законом к категории преступлений средней тяжести, данные о его личности, его возраст, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Отягчающих наказание обстоятельств судебной коллегией не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденного, являются отсутствие судимостей, наличие на иждивении двух малолетних детей, жены, находящейся в отпуске по уходу за ребенком, и престарелых родителей, хронические заболевания у самого ФИО1, положительные характеристики с места жительства и учебы, рекомендательные письма.

Вместе с тем, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, судебная коллегия не находит оснований для применения при назначении ФИО1 наказания правил, предусмотренных ст. ст. 15 ч. 6, 73 УК РФ. Цели наказания могут быть достигнуты лишь при реальном отбывании осужденным наказания в виде лишения свободы и в соответствии с положениями, предусмотренными п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, – в колонии-поселении.

С учетом личности ФИО1, характеризующейся с положительной стороны, наличия смягчающих обстоятельств, судебная коллегия находит возможным не назначать ему дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего – адвоката Дьячкова Р.Ю. о несправедливости приговора вследствие избрания судом для ФИО1 чрезмерно мягкого вида исправительного учреждения, судебная коллегия находит необоснованными, поскольку оснований для направления ФИО1 отбывать лишение свободы в исправительной колонии общего режима, о чем просит представитель потерпевшего, не имеется. 

Потерпевшим А.Ю.М. заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда с ФИО1 в сумме 1500000 рублей, а также о взыскании с ФИО1 в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением, 2358300 рублей; в счет неисполненных обязательств по договорам, свыше похищенных в результате совершенного преступления, в сумме 316700 рублей; проценты, подлежащие уплате за пользованием чужими деньгами, в размере 220687 рублей 50 копеек.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции потерпевший свои исковые требования поддержал в полном объеме и просил взыскать с виновного лица указанные суммы.

В суде апелляционной инстанции представитель потерпевшего исковые требования поддержал в полном объеме; осужденный ФИО1 исковые требования потерпевшего А.Ю.М. не признал в полном объеме, не признавая своей вины в совершении этого преступления.

В соответствии с действующим законодательством основаниями для заявления гражданского иска являются – наличие ущерба, вред причинен непосредственно преступлением. 

Гражданский истец вправе требовать возмещение материального ущерба, причиненного непосредственно преступлением, ставшим предметом судебного рассмотрения. Размер гражданского иска подлежит доказыванию.

Согласно установленных судом обстоятельств, ФИО1 причинил преступлением потерпевшему А.Ю.М. имущественный ущерб на общую сумму 2358300 рублей.

Предъявленные потерпевшим А.Ю.М. исковые требования о возмещении материального ущерба в сумме 2358300 рублей подлежат удовлетворению и взысканию с осужденного ФИО1, поскольку в судебном заседании материальный ущерб, причиненный потерпевшему в результате совершенного ФИО1 преступления, нашел свое полное подтверждение документами, представленными суду, показаниями потерпевшего и свидетелей.

В удовлетворении гражданского иска потерпевшего о возмещении неисполненных обязательств по договорам, свыше похищенных в результате совершенного преступления, в сумме 316700 рублей; процентов, подлежащих уплате за пользованием чужими деньгами, в сумме 220687 рублей 50 копеек следует отказать.

Также судебная коллегия отказывает в удовлетворении гражданского иска о компенсации морального вреда.

Отказывая в удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из того, что ФИО1 причинен преступлением потерпевшему А.Ю.М. только имущественный ущерб, в то время как в соответствии со ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда присуждается лишь в случае нарушения личных неимущественных прав либо в случаях, предусмотренных законом. Кроме того, потерпевшим А.Ю.М. не представлены доказательства причинения ему ФИО1 физических или нравственных страданий, законом компенсация морального вреда в данном случае не предусмотрена.

В связи с изложенным доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего – адвоката Дьячкова Р.Ю. о необоснованном отказе в удовлетворении иска о компенсации морального вреда являются несостоятельными.

Судьба вещественных доказательств определяется в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Красногорского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в отношении ФИО1 отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 165 ч. 2 п. «б» УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 11 (одиннадцать) месяцев в колонии-поселении.

Меру пресечения ФИО1 – подписку о невыезде и надлежащем поведении - отменить по прибытии его к месту отбывания наказания.

В соответствии со ст. 75.1 УИК РФ определить порядок следования осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания самостоятельно, для чего по вступлении приговора в законную силу он обязан явиться в УФСИН России по 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты> поля, 

<

данные изъяты> для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания.

Разъяснить ФИО1 положения ч. 6 ст. 75.1 УИК РФ, что в случае уклонения осужденного от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию на 48 часов, и на основании ч. 7 ст. 75.1 УИК РФ подлежит заключению под стражу и направлению в колонию-поселение под конвоем.

Срок наказания ФИО1 исчислять с момента его прибытия к месту отбывания наказания.

Зачесть в срок отбытого наказания время нахождения ФИО1 под стражей с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и под домашним арестом с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, а также время следования осужденного к месту отбывания наказания из расчета один день за один день.

Гражданский иск потерпевшего А.Ю.М. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу А.Ю.М. 2358300 (два миллиона триста пятьдесят восемь тысяч триста) рублей в счет возмещения материального ущерба.

В остальной части о возмещении материального ущерба, а также о компенсации морального вреда потерпевшему А.Ю.М. отказать.

Арест, наложенный на имущество ФИО1, - автомобиль марки «Lifan 215800» 2013 года выпуска, сохранить в порядке обеспечения удовлетворенных исковых требований.

Вещественные доказательства по делу: платежное поручение 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> – хранить при уголовном деле; МФУ (многофункциональное устройство) «НР» С4683 черного цвета – возвратить осужденному ФИО1 либо его родственникам.

Апелляционный приговор может быть обжалован в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Председательствующий:

Судьи: