Судья И.А. Усанова N 22-852/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Саратов 9 апреля 2025 года

Саратовский областной суд в составе председательствующего А.К. Аниканова,

при помощнике судьи Д.И. Ильиной,

с участием

старшего прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Саратовской области ФИО2,

обвиняемого ФИО1,

защитника – адвоката коллегии адвокатов Саратовской области «Саратовская специализированная коллегия адвокатов» М.Р. Исламова, предоставившего удостоверение от 24 декабря 2018 года N 2982 и ордер от 9 апреля 2025 года N 444,

рассмотрев в открытом судебном заседании

апелляционную жалобу защитника М.Р. Исламова

на постановление судьи Энгельсского районного суда Саратовской области от 25 марта 2025 года, которым продлен срок содержания под стражей обвиняемого

ФИО1, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>,

у с т а н о в и л :

Постановлением судьи Энгельсского районного суда Саратовской области от 29 ноября 2024 года (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Саратовского областного суда от 11 декабря 2024 года) в отношении ФИО1, задержанного 28 ноября 2024 года, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части первой статьи 213 УК Российской Федерации, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок до 27 декабря 2024 года. 

6 декабря 2024 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части первой статьи 213 УК Российской Федерации.

Постановлением судьи Энгельсского районного суда Саратовской области от 27 декабря 2024 года срок содержания ФИО1 под стражей продлен до 27 февраля 2025 года, а постановлением судьи этого же суда от 25 февраля 2025 года – до 27 марта 2025 года.

25 марта 2025 года по результатам рассмотрения ходатайства старшего следователя следственного управления межмуниципального управления МВД России «Энгельсское» ФИО3, согласованного вмененного исполняющим обязанности начальника указанного следственного управления ФИО4, судьей Энгельсского районного суда Саратовской области принято решение о продлении срока содержания ФИО1 под стражей на один месяц, а всего до пяти месяцев, то есть по 27 апреля 2025 года.

Защитник М.Р. Исламов в апелляционной жалобе находит необходимость продления срока содержания ФИО1 под стражей недоказанной. Обращает внимание, что обвиняемый примирился с потерпевшими, скрыться не пытался, имеет семью, в том числе двоих несовершеннолетних детей, длительное время проживал в 

<

...>, был трудоустроен, является инвалидом. Утверждает, что вплоть до конца февраля 2025 года каких-либо следственных действий по делу не проводилось.

Других апелляционных жалоб и представлений, а равно возражений на поданную жалобу не поступало.

В заседании суда апелляционной инстанции обвиняемый и защитник просили отменить обжалуемое постановление по доводам апелляционной жалобы.

Прокурор просил оставить постановление без изменения.

В свою очередь, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с законоположениями части первой статьи 108 УПК Российской Федерации заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Статьей 7 УПК Российской Федерации установлено, что постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

ФИО1 обвиняется в совершении преступления средней тяжести с применением насилия и угрозой его применения; обоснованность подозрения в причастности к совершению преступления представленными материалами подтверждена.

Вместе с тем решение о продлении срока содержания ФИО1 под стражей принято без исследования каких-либо доказательств, подтверждающих – как указано в обжалуемом постановлении – что подсудимый может воспрепятствовать производству по делу иным путем, нежели скрывшись.

Содержание выделенного из уголовного дела материала, проверенного судом апелляционной инстанции, не подтверждает, что ФИО1 намеревался или пытался оказать какое-либо противодействие расследованию уголовного дела.

Таким образом, в данной части обжалуемое постановление является необоснованным.

В то же время суд апелляционной инстанции не может не согласиться, что обвинение ФИО1 в совершении преступления обусловливает реальную возможность его сокрытия от суда, что в соответствии со статьей 97 УПК Российской Федерации является основанием для применения в отношении ФИО1 одной из предусмотренных законом мер пресечения, среди которых, однако, заключение под стражу является наиболее строгой.

В пункте 3 постановления от 19 декабря 2013 года N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что, рассматривая вопросы об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу.

Следовательно, решение о продлении срока содержания обвиняемого, помещенного под стражу на основаниях, обусловленных тяжестью вмененного ему деяния, может базироваться только на конкретных, фактических обстоятельствах, свидетельствующих о том, что избрание в отношении него любой другой, кроме заключения под стражу, меры пресечения окажется неэффективным.

Суд первой инстанции в подтверждение своих выводов о необходимости оставления ФИО1 под стражей сослался на характер обвинения и данные о личности обвиняемого, однако не учел, что тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок не могут признаваться достаточными для продления срока содержания под стражей (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий»).

Со своей стороны, принимая во внимание, что ФИО1 не судим, имеет прочные социальные связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что даже несмотря на криминологическую характеристику вмененного ему деяния и отсутствие постоянного места жительства на территории Саратовской области, применение к нему в настоящее время меры пресечения в виде заключения под стражу является с позиций разумности избыточным и не соответствует целям уголовного судопроизводства, правилу об уважении свободы личности и презумпции невиновности.

Также заслуживают внимания доводы апеллянта о неэффективной организации расследования уголовного дела – что также может явиться одним из обстоятельств, влекущих отказ в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий»).

Изложенное в соответствии с законоположениями части первой статьи 389.17 УПК Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемого постановления.

Поскольку допущенные нарушения могут быть устранены судом апелляционной инстанции, по поставленному вопросу на основании статьи 389.23 УПК Российской Федерации принимается новое решение.

Как показано выше, содержание предоставленных материалов убеждает суд апелляционной инстанции в наличии достаточных оснований полагать, что ФИО1 может скрыться.

Согласно части первой статьи 107 УПК Российской Федерации домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в полной либо частичной изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля.

Обстоятельства, предусмотренные статьей 99 УПК Российской Федерации, не исключают возможности применения к ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Избрание в отношении обвиняемого более мягкой меры пресечения невозможно, так как это не будет способствовать обеспечению надлежащего хода уголовного судопроизводства: мера пресечения, не связанная с изоляцией от общества, не способна устранить для ФИО1 возможность избежать явки к следователю. Данных о способности ФИО1 или иных лиц внести залог, достаточный для обеспечения надлежащего хода уголовного судопроизводства, также не имеется.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции избирает в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.

Местом содержания ФИО1 под домашним арестом суд определяет 

<

адрес>, предоставленную ему для проживания супругой.

Срок домашнего ареста ФИО1 устанавливается до 27 апреля 2025 года, поскольку именно в этот день истекает пятимесячный срок его содержания под стражей, исчисленный в соответствии с положениями частей второй и десятой статьи 109 УПК Российской Федерации (см. пункт 3.3 Обзора практики рассмотрения судами ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока содержания под стражей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 января 2017 года).

Учитывая степень риска сокрытия ФИО1, на него подлежат возложению все запреты, предусмотренные пунктами 3 – 5 части шестой статьи 105.1 УПК Российской Федерации.

Соответственно, апелляционная жалоба подлежит удовлетворению.

С учетом изложенного и руководствуясь статьей 389.20 УПК Российской Федерации, суд

п о с т а н о в и л :

Апелляционную жалобу защитника М.Р. Исламова удовлетворить.

Постановление судьи Энгельсского районного суда Саратовской области от 25 марта 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого ФИО1 отменить.

Избрать в отношении обвиняемого ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста на срок до 27 апреля 2025 года.

Местом исполнения домашнего ареста определить 

<

адрес>.

На срок домашнего ареста установить ФИО1 следующие запреты:

общаться с участниками уголовного судопроизводства по расследуемому в отношении него уголовному делу, за исключением случаев реализации процессуальных прав и исполнения обязанностей обвиняемого;

отправлять и получать почтово-телеграфные отправления;

использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, следователем и судом.

Освободить ФИО1 из-под стражи.

Апелляционное постановление может быть обжаловано путем подачи кассационных представления или жалобы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий