Дело №2-3310/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 ноября 2018 года Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Казаковой Л.Ю.,

при секретаре Алексеевой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального вреда, причиненного в результате ДТП, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, являясь собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, обратился в суд с иском к ФИО2, как законному представителю несовершеннолетнего ФИО9, о возмещении материального вреда, причиненного в результате ДТП, в виде повреждения указанного транспортного средства, в сумме 62342 руб. 00 коп..

В обоснование исковых требований истец указывает на следующие обстоятельства. 22.04.2017 истец передал принадлежащий ему автомобиль в пользование своего друга ФИО3, который управляя данным автомобилем, совершил наезд на несовершеннолетнего пешехода ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, переходящего проезжую часть у дома №16 по ул.Больничный взвоз, в г.Бийске. В результате ДТП принадлежащий истцу автомобиль получил технические повреждения, для устранения которых потребуется восстановительный ремонт на сумму 62342 руб. 00 коп.. Поскольку данное ДТП произошло по вине пешехода ФИО9, нарушившего п.п.4.3, 4.5 ПДД РФ, истец считает, что указанная сумма подлежит возмещению за счет законного представителя несовершеннолетнего ФИО9 – ФИО2. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом. 

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании представил уточненное исковое заявление, согласно которому к взысканию с ответчика заявлена сумма материального вреда в сумме 27132 руб. 00 коп. (л.д.135) и просил удовлетворить заявленные требования в указанном размере.

Ответчик - законный представитель несовершеннолетнего ФИО9 - ФИО2, в судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на отсутствие вины несовершеннолетнего ФИО9 в указанном ДТП.

Другие лица, участвующие в деле, в том числе, ФИО5, привлеченный судом к участию в деле в качестве соответчика (л.д.____), в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещались в установленном законом порядке.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении заявленных исковых требований.

На основании материалов дела об административном расследовании №

<

адрес> (л.д.78-85) установлено, что ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО3, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, допустил наезд на несовершеннолетнего пешехода ФИО9, переходившего проезжую часть улицы Больничный взвоз справа налево, по ходу движения автомобиля.

В результате указанного ДТП несовершеннолетнему ФИО9 были причинены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, которые в совокупности повлекли причинение легкого вреда здоровью ФИО9, по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Постановлением должностного лица органов ГИБДД МУ МВД России «Бийское» от 21 июля 2017 года (л.д.11) установлено, что в действиях несовершеннолетнего ФИО9 усматривается нарушение требований п.п.4.3, 4.5 ПДД РФ. 

Пунктом 4.3 Правил установлено, что пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

В соответствии с п.4.5 ПДД РФ, на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

В действиях водителя ФИО5 органами ГИБДД каких-либо нарушений ПДД РФ установлено не было, в связи с чем производство по делу об административном правонарушении в отношении водителя ФИО5 было прекращено по ч.1 ст.12.24 КоАП РФ – за отсутствием состава правонарушения. 

Родителями несовершеннолетнего ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются – мать ФИО2, отец ФИО7-о. (л.д.42-44).

По иску ФИО2, заявленному в интересах несовершеннолетнего сына ФИО9, а также по иску прокурора г.Бийска, заявленному в интересах несовершеннолетнего ФИО9 (Дело №2-2318/2018 – л.д.59-77), Бийским городским судом вынесено решение от 24 июля 2018 года, на основании которого с ФИО5 в пользу ФИО9, в лице законного представителя ФИО2, взыскана денежная компенсация морального вреда, причиненного повреждением здоровья в указанном ДТП, в сумме 50000 руб. 00 коп., а также судебные расходы, всего: 61469 руб. 28 коп. (л.д.55-57).

При вынесении решения суд исходил из того, что ФИО5 несет ответственность по возмещению вреда, как владелец источника повышенной опасности, вне зависимости от вины в причинении вреда.

Решение было обжаловано, но на основании определения СК по гражданским делам АКС оставлено без изменения и вступило в законную силу 23 октября 2018 года.

Кроме того, в результате указанного ДТП были причинены механические повреждения транспортному средству - автомобилю 

<

данные изъяты> собственником которого является истец ФИО1, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства, паспортом транспортного средства, справкой о ДТП (л.д.7-10).

Как усматривается из Справки о ДТП и Заключения эксперта-техника ИП ФИО8 от 3 мая 2017 года (л.д.12-17), автомобиль ФИО1 в указанном ДТП получил повреждения переднего бампера, правого переднего крыла, правой фары, передней части капота, бачка омывателя. 

Стоимость восстановительного ремонта ТС, с учетом износа на дату ДТП, по мнению ИП ФИО8, составляет 62342 руб. 00 коп..

Вместе с тем, по ходатайству ответчика по делу была назначена специальная экспертиза, в том числе, на предмет оценки ущерба, причиненного истцу, как собственнику автомобиля, в результате указанного ДТП.

Заключением эксперта №2415-09.18 от 9 октября 2018 года, подготовленного специалистами ООО «Экспресс Оценка», величина ущерба, причиненного собственнику автомобиля, определена в сумме 27132 руб. 00 коп.. 

На этом основании истец уменьшил сумму, подлежащую взысканию, просил взыскать с ответчика 27132 руб. 00 коп..

Принимая во внимание указанные обстоятельства, требования действующих правовых норм, суд приходит к следующим выводам.

На основании ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п.1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2).

Статьей 1080 ГК РФ предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса, то есть, в зависимости от степени вины каждого.

Согласно ст.1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в частности, использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на законном основании. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично, если вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Таким образом, исходя из указанных положений закона, обязанность по возмещению материального вреда, причиненного третьему лицу (в данном случае собственнику автомобиля), в результате взаимодействия движущегося транспортного средства и физического лица, возлагается на владельца транспортного средства, то есть, на лицо, управлявшего транспортным средством на законном основании, независимо от вины, как на владельца источника повышенной опасности.

В то же время, для участника ДТП, не являющегося владельцем источника повышенной опасности солидарная обязанность по возмещению вреда может возникать при наличии общих оснований, предусмотренных для наступления деликтной ответственности: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между ними и вина причинителя вреда, поскольку законом в этом случае не предусмотрено иных специальных условий ответственности.

При этом в силу требований ст.1073 ГК РФ, за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине(п.1). Обязанность родителей (усыновителей), опекунов, образовательных, медицинских организаций или иных организаций по возмещению вреда, причиненного малолетним, не прекращается с достижением малолетним совершеннолетия или получением им имущества, достаточного для возмещения вреда (п.4).

То есть, малолетние – лица, не достигшие 14 лет, являются неделиктоспособными и, следовательно, не могут быть субъектами ответственности, поскольку к ним не применимы категории вины, грубой неосторожности. 

Ответственность за вред, причиненный действиями указанных лиц, возлагается на их законных представителей, если они не докажут, что вред возник не по их вине. Следовательно, ответственность законных представителей - это ответственность за собственную вину. Под виной законных представителей понимается, в частности, неосуществление должного надзора за несовершеннолетним, безответственное отношение к воспитанию, неправомерное использование своих прав по отношению к детям, результатом чего явилось неправильное поведение детей, повлекшее вред.

Установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик, а потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства причинно-следственной связи между действиями ребенка и наступившим вредом.

Недоказанность любого из указанных обстоятельств является основанием для отказа в иске.

Применительно к настоящему спору, исходя из положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, на истце лежит бремя доказывания факта причинения вреда, его размера, а также причинно-следственной связи между действиями несовершеннолетнего ФИО9 и наступившим ущербом.

При этом то обстоятельство, что несовершеннолетний ФИО9 осуществлял переход дороги в неустановленном месте, само по себе, не является основанием для удовлетворения иска, поскольку не доказывает наличия причинно-следственной связи между действиями ребенка и наступившими последствиями, в виде повреждения автомобиля.

В то же время, в данном случае материалы дела не содержат иных доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями несовершеннолетнего и наступлением вредных последствий для истца.

Более того, причинение материального вреда истцу действиями несовершеннолетнего ФИО9 опровергается установленными по делу доказательствами, которые подтверждают наличие вины водителя ФИО5 в причинении вреда. 

В соответствии с п.1.5 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N1090 (ред. от 27.08.2018), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Под «Опасностью для движения» в Правилах понимается ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия –то есть, события, возникшего в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

Пунктом 10.1 ПДД РФ предусмотрено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу требований п.10.2 ПДД РФ, в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Не согласившись с заявленными исковыми требованиями, ответчик ФИО2 в ходе судебного разбирательства заявила ходатайство о назначении по делу специальной авто-технической экспертизы, для определения кто из участников ДТП был виновен в столкновении.

На основании заключения эксперта №2415-09.18 от 9 октября 2018 года, подготовленного ООО «Экспресс Оценка» установлено, что водитель ФИО5 в сложившейся дорожной ситуации должен был руководствоваться указанными выше требованиями ПДД РФ (п.п. п.1.5 (абз.1), 10.1, 10.2 ПДД РФ), но допустил их нарушение, что и явилось причиной ДТП. 

В частности, эксперты установили, что скорость движения автомобиля, которым управлял ФИО5, непосредственно перед ДТП, исходя из величины тормозного пути, зафиксированного на схеме ДТП, составила незначительно менее 77 км.час., что не соответствует требованиям п.10.2 ПДД РФ.

Также эксперты указали, что опасность для движения возникает, в том числе, в тот момент, когда водитель имеет объективную возможность обнаружить на проезжей части или вблизи от нее детей, и в частности, ребенка без сопровождения взрослых, независимо от его поведения, если ребенок находится на таком расстоянии от полосы движения, транспортного средства, на котором не исключается возможность оказаться на этой полосе за время сближения с ним.

В исследуемой ситуации, по мнению экспертов, водитель ФИО5 располагал резервом расстояния для своевременного обнаружения стоящего на обочине ребенка, в пределах неограниченной зоны видимости, и должен был предполагать, что малолетний ребенок, возраст которого определялся визуально, может начать движение через проезжую часть. Соответственно, водитель ФИО5 должен был, в соответствии с п.10.1 ПДД РФ, принять экстренные меры к снижению скорости с момента обнаружения несовершеннолетнего пешехода, стоящего на краю проезжей части, что определяло намеренность его действий, с тем, чтобы иметь возможность контролировать развитие ситуации, в случае неожиданного движения малолетнего пешехода.

При этом эксперты пришли также к выводу, что водитель ФИО5 имел возможность предотвратить ДТП, как при движении с разрешенной скоростью, так и при движении с фактической скоростью, поскольку расстояние, когда он мог установить опасность для движения, превышало тормозной путь автомобиля.

Выводы экспертов не противоречат иным имеющимися в деле доказательства и подтверждаются пояснениями свидетеля ФИО10, допрошенного в судебном заседании от 28 июня 2018 года, по делу №2-2318/2018, который указывал, что непосредственно перед ДТП он проезжал в том же месте, где произошло ДТП, метров за 100 от Больничного взвоза он увидел мальчика, который в неположенном месте пытался перейти дорогу. Поскольку ребенок вел себя неадекватно (метался и не мог определиться, переходить ли ему дорогу), свидетель, ехавший со скоростью 50-60 км.час., сбавил скорость и перестроился с правой крайней полосы движения в левую крайнюю полосу. После того, как он проехал мимо ребенка, увидел в зеркало заднего вида, что ребенка сбила машина (л.д._____).

Из пояснений указанного свидетеля следует, что в сложившейся дорожной ситуации имелась реальная возможность заблаговременно обнаружить на тротуаре малолетнего ребенка, намеревающегося перейти проезжую часть, и принять необходимые меры для того, чтобы избежать на него наезда.

Доказательств обратного, как в рамках данного дела, так и по гражданскому делу №2-2318/2018, а также по административному делу по факту указанного ДТП, не установлено. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что на день ДТП несовершеннолетнему ФИО9 исполнилось только 10 лет, у суда не имеется оснований не согласиться с выводами экспертов, изложенными в указанном заключении.

Соответственно, именно действия водителя транспортного средства, который в силу нарушения требований п.10.1 ПДД РФ, не смог остановить транспортное средство при возникновении опасности для движения, в виде находящегося на проезжей части малолетнего пешехода, которого он был в состоянии обнаружить,однако своевременно не принял меры к снижению скорости транспортного средства, вплоть до его остановки, что стало причиной наезда на пешехода, находятся в прямой причинной связи, как с причинением вреда здоровью несовершеннолетнего, так и с повреждением транспортного средства.

Аналогичные выводы принимались в постановлениях вышестоящих судебных инстанций, принятых по конкретным гражданским делам (АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА от 4 сентября 2015 г. по делу N33-31331; АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВОЛГОГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА от 7 июня 2018 г. по делу N33-8683/2018).

Таким образом, выводы истца и его представителя о том, что ответчик ФИО2 должна возместить истцу ущерб, причиненный указанным ДТП, в связи с тем, что несовершеннолетний ФИО9 совершил переход проезжей части в неустановленном для перехода месте, суд признает не обоснованными, поскольку данный факт, сам по себе, не может служить основанием для привлечения ответчика к материальной ответственности перед истцом.

На основании изложенного, требования истца о взыскании с ответчика материального вреда, не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Разрешая вопрос о распределении между сторонами судебных расходов, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.95 ГПК РФ, эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. 

В данном случае по делу было назначено проведение судебной авто-технической экспертизы, обязанность по оплате услуг экспертов судом возлагалась на ответчика ФИО2, ходатайствовавшую о проведении данной экспертизы.

На основании исследованных судом доказательств, установлено, что оплата за производство экспертизы была произведена ФИО2 в размере 19000 руб. 00 коп. (л.д.105, 136-137).

Оснований не согласиться с заявленной суммой расходов у суда не имеется, поскольку работа по выдаче экспертного заключения фактически выполнена, размер понесенных затрат экспертным учреждением обоснован.

В соответствии с требованиями ст.98 ГПК PФ, стоpоне, в пользу котоpой состоялось pешение суда, суд пpисуждает возместить с дpугойстоpоны все понесенные по делу судебные pасходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При рассмотрении данного дела и внесении решения, суд пришел к выводу о том, что требования истца в данном случае не подлежат удовлетворению, соответственно, ответчик имеет право на возмещение понесенных расходов за счет истца, в соответствии со ст.98 ГПК РФ. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о необходимости взыскания с истца в пользу в пользу ответчика суммы в размере 19 000 руб. 00 коп..

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о возмещении материального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия от 22 апреля 2017 года, в виде стоимости восстановительного ремонта автомобиля, отказать, в связи с необоснованностью заявленных исковых требований.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2, в счет возмещения судебных расходов на оплату услуг экспертной организации, 19000 руб. 00 коп.. 

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья Казакова Л.Ю.