Дело № 2-536/19 

Санкт-Петербург 10 декабря 2019 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Кронштадтский районный суд города Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Тарновской В.А.,

при секретаре Вороненко В.В.,

с участием прокурора Барсуковой Е.Н.,

истца ФИО1, его представителя адвоката Привалова А.В.,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в 11 часов 40 минут 13 ноября 2018 г. ответчик, управляя принадлежащим ему автомобилем марки «Мицубиси», государственный регистрационный знак 

<

№>, двигаясь у дома 110 по Краснофлотскому шоссе в Санкт-Петербурге, нарушил требования пункта 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно, управляя транспортным средством, выполняя манёвр левого поворота на перекрёстке с Центральной улицей, не уступил дорогу автомобилю марки «РЕНО», государственный регистрационный знак 

<

№> движущемуся со встречного направления прямо, совершил ДТП, в результате которого истцу причинён вред здоровью средней тяжести, что установлено заключением №279 от 30 апреля 2019 г. (закрытый оскольчатый косопоперечный перелом 12 левого ребра по задней пышечной линии с незначительным смещением отломков под углом).

В соответствии с Постановлением Петродворцового районного суда Санкт-Петербурга по делу об административном правонарушении №5-351/19 от 3 июля 2019 г. ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено наказание в виде штрафа в размере 15 000 рублей.

Причинённый ущерб ответчик в добровольном порядке возместить отказался.

Истец указал также, что после ДТП он был доставлен в Ломоносовскую больницу, где ему диагностировали перелом ребра и ушиб грудной клетки, ушиб стопы ноги. От данных травм истец испытывал острую физическую боль и страдания. На следующий день ситуация ухудшилась, всё тело болело, ходить истец мог только на одной ноге из-за ушиба стопы, лежать мог только на спине, дышать было больно, каждый вдох и выдох приносил дополнительную боль в тело. На машине истца отвезли в Пушкинскую поликлинику к травматологу, где ему прописали лекарства и обезболивающие, спать без которых было невозможно. Первую неделю истец только лежал и вставал с посторонней помощью. Всего в лежачем состоянии истец провёл приблизительно две недели, потом начал передвигаться. Ужасно болели грудь, бок и нога, которую придавило, но не сломало; на локте от удара начал развиваться бурсит. В течение второго месяца истец каждые три дня ходил к хирургу для пункции бурсита, а также ежедневно походил курс реабилитации (магнитотерапия и т.д.). Суммарно на больничном истец провёл два месяца, в течение которых испытывал физическую боль и страдания. В результате ДТП истец был лишён возможности исполнять обязанности главы семейства, на иждивении которого находятся двое детей оного и трёх лет, а гражданская супруга истца находится в отпуске по уходу за ребёнком. Истец был лишён возможности помогать супруге в решении бытовых вопросов, вопросах воспитании детей. Истец был лишён возможности ведения обычного образа жизни – посещать спортивный зал и бассейн. Кроме того, в результате ДТП транспортное средство истца пришло в негодность и восстановлению не подлежит. После ДТП и до настоящего времени истец вынужден передвигаться на общественном транспорте, что существенно понижает его мобильность, повышает затраты времени на передвижение с работы домой, что также уменьшает возможность истца больше уделять время своей семье и участию в воспитании и развитии его детей.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО1 просил взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Истец ФИО1, его представитель – адвокат Привалов А.В., действующий на основании ордера, в суд явились, иск поддержали в полном объёме, настаивали на его удовлетворении.

Ответчик ФИО2 в суд явился, иск по праву признал, возражал против его удовлетворения по размеру, поддержал письменные возражения на иск, в которых указывал на завышенный размер взыскиваемой истцом компенсации морального вреда, поскольку длительность лечения истца (с 14 ноября 2018 г. по 28 декабря 2018 г.) была обусловлена не только лечением травм, полученных им в результате ДТП, но и иных заболеваний истца, не связанных с ДТП, имевшем место 13 ноября 2018 г. Ответчик также указывал на то, что при определении размеров подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда не подлежит учёту факт утраты им в ДТП автомобиля, что лишило его мобильности, поскольку автомобиль, управление которым в момент ДТП осуществлял ФИО1, принадлежал не ему, а его сестре, а сам по себе факт того, что в результате ДТП автомобиль пришёл в негодность и восстановлению не подлежит, является основанием для реализации иного способа защиты нарушенного права собственника автомобиля, но никак не компенсации морального вреда. Кроме того, при определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, ответчик просил учесть факт того, что на его иждивении находятся мать – инвалид второй группы, а также нетрудоспособная в силу возраста супруга; истец является единственным трудоспособным членом семьи, несёт все расходы по содержанию своей семьи и занимаемого ими жилого помещения.

Выслушав объяснения сторон, представителя истца, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вступившим в законную силу 23 июля 2019 г. постановлением судьи Петродворцового районного суда Санкт-Петербурга по делу об административном правонарушении №2-351/2019 от 3 июля 2019 г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подвергнут административному штрафу в размере 15 000 рублей.

Данным постановлением установлено, что 11 часов 40 минут 13 ноября 2018 г. ответчик, управляя принадлежащим ему автомобилем марки «Мицубиси», государственный регистрационный знак 

<

№>, двигаясь у дома 110 по Краснофлотскому шоссе в Санкт-Петербурге, нарушил требования пункта 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно, управляя транспортным средством, двигаясь по Краснофлотскому шоссе от КАД, выполняя манёвр левого поворота на перекрёстке с Центральной улицей, не уступил дорогу автомобилю марки «РЕНО», государственный регистрационный знак 

<

№>, движущемуся со встречного направления прямо, имело место ДТП. При ДТП причинён средней тяжести вред здоровью водителю автомобиля марки «РЕНО» ФИО1 

На основании выводов заключения №279 экспертов СПб ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 30 апреля 2019 г., составленного в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении №120/1375, в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении судьёй установлено, что в результате ДТП ФИО1 причинены закрытый оскольчатый перелом левого 12 ребра со смещением костных отломков, что по длительности расстройства здоровья на срок свыше 21 дня квалифицируется как вред здоровью средней тяжести (л.д. 15-16).

В соответствии с частью 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 признал исковые требования ФИО1 по праву. Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО2 выражал несогласие с размером взыскиваемой истцом компенсации морального вреда, ссылалась на то, что при определении размера такой компенсации не подлежит учёту факт утраты истцом в ДТП автомобиля, что лишило его мобильности, поскольку автомобиль, управление которым в момент ДТП осуществлял ФИО1, принадлежал не ему, а его сестре, а сам по себе факт того, что в результате ДТП автомобиль пришёл в негодность и восстановлению не подлежит, является основанием для реализации иного способа защиты нарушенного права, но никак не компенсации морального вреда. Кроме того, при определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, ответчик просил учесть факт того, что на его иждивении находятся мать – инвалид второй группы, а также нетрудоспособная в силу возраста супруга; истец является единственным трудоспособным членом семьи, несёт все расходы по содержанию своей семьи и занимаемого ими жилого помещении.

Суд находит приведённые ответчиком доводы заслуживающими внимания.

Так, в действительности, собственником автомобиля марки «РЕНО», государственный регистрационный знак 

<

№>, находившемуся в момент ДТП под управлением истца, является ФИО3, обратившаяся с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков по договору ОСАГО (л.д. 63-65). 7 августа 2019 г. ей выплачено страховое возмещение в размере 211 000 рублей (л.д. 81). 

Таким образом, доводы истца в обоснование размера взыскиваемой компенсации морального вреда со ссылками на утрату мобильности ввиду того, что в результате ДТП автомобиль, которым он управлял, не подлежит восстановлению, не могут быть приняты во внимание судом.

Кроме того, несмотря на представленные истцом выписку из медицинской карты амбулаторного больного 

<

№>, из содержания которой следует, что ФИО1 в 10 часов 52 минуты 14 ноября 2018 г. обратился в Травматологический пункт СПб ГБУЗ «Городская поликлиника №60 Пушкинского района», тип травмы: дорожно-транспортная, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д. 14), и сопроводительный лист №4151 и талон к нему СПб ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Петродворцового района Санкт-Петербурга», согласно которым, в 13 часов 20 минут 13 ноября 2018 г. ФИО1, по принятому в 12 часов 23 минуты вызову, доставлен в больницу с диагнозом: 

<

данные изъяты>д. 46-47), в ходе судебного разбирательства достоверно нашёл своё подтверждение факт получения в результате ДТП только закрытого 

<

данные изъяты>.

Так, согласно выводам заключения №279 экспертов СПб ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 30 апреля 2019 г., составленного в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении №120/1375, в результате ДТП ФИО1 причинены закрытый оскольчатый перелом левого 12 ребра со смещением костных отломков, что по длительности расстройства здоровья на срок свыше 21 дня квалифицируется как вред здоровью средней тяжести.

Судить о наличии у ФИО1 «Ушиба мягких тканей левой стопы» не представляется возможным, поскольку не имеется объективного подтверждения этого диагноза, что не позволяет дать ему судебно-медицинскую оценку.

Диагноз «Ушиб правого коленного сустава» был установлен ФИО1 только 13 декабря 2018 г., т.е. спустя 30 дней после ДТП. Причем каких-либо повреждений в области правого коленного сустава в этот период времени врачами не отмечено, поэтому указанный диагноз не подтвержден объективными медицинскими данными и судебно-медицинской оценке не подлежит.

Бурсит левого локтевого сустава, диагностированный в травмпункте СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 60», является воспалительным заболеванием суставной сумки и может являться следствием травмирующего воздействия. В этом случае клинические проявления бурсита сустава, обычно появляются на 3-5 сутки после травмы. В данном случае диагноз 

<

данные изъяты> был установлен ФИО1 27 ноября 2018 г., т.е. через 14 дней после ДТП, что не позволяет связать данное заболевание с этим ДТП, следовательно, 

<

данные изъяты> у ФИО1 судебно-медицинской оценке не подлежит. 

Каких-либо допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о получении в результате ДТП, имевшего место 13 ноября 2018 г. по вине ответчика, всех вышеперечисленных травм, истцом в материалы дела не представлено, судом не добыто.

О назначении судебной экспертизы по делу истец не ходатайствовал.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 8 своего Постановления «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20 декабря 1994 г. №10 указал, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд учитывает установленные по делу обстоятельства, индивидуальные особенности пострадавшего, характер причинённого вреда вследствие ДТП, длительность лечения, а также материальное положение ответчика, содержание ответчиком нетрудоспособных в силу возраста матери, являющейся инвалидом 2 группы, и супруги, и приходит к выводу о взыскании такой компенсации с ФИО2 в пользу ФИО1 в размере 50 000 рублей, так как указанная сумма отвечает требованиям разумности и справедливости, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Кроме того, на основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ФИО2 в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Судья В.А. Тарновская

Решение принято судом в окончательной форме 15.01.2020.