РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 мая 2020 года Санкт-Петербург

Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Шкаликова Р.Э., 

при секретаре судебного заседания Коваленко В.О.,

с участием представителя командира войсковой части 3727 – ФИО1, ответчика ФИО2, его представителя ФИО3, –., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части 3727 к 

<

данные изъяты> ФИО2 о привлечении к материальной ответственности и взыскании суммы материального ущерба в размере 15 000 рублей, -

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части 3727 через представителя обратился в суд с исковым заявлением, в котором просит привлечь ФИО2 к материальной ответственности, взыскав с него в счёт материального ущерба, причинённого недостачей имущества, 15000 рублей.

Из содержания иска следует, что после проведения аудиторской проверки воинской части в феврале 2019 года установлено отсутствие 15 светильников. В ходе проведённого разбирательства по факту отсутствия указанных материальных ценностей командование пришло к выводу, что ущерб образовался в результате ненадлежащего исполнение своих должностных обязанностей начальником службы КЭС ФИО2, а именно ввиду неудовлетворительного обеспечения последним выполнения договорных обязательств после подписания государственного контракта при отсутствии претензионной работы. В письменных пояснениях представителя истца также указано, что ущерб ФИО2 причинён по неосторожности, ввиду ненадлежащего исполнения последним служебных обязанностей, в связи с чем последний подлежит привлечению к ограниченной материальной ответственности. По мнению представителя истца, именно невыполнение ответчиком обязанностей, предусмотренных пп. 16, 80.21 Положения о войсковом хозяйстве внутренних войск МВД России, п. 1.10 должностных обязанностей начальника службы КЭС и ст.119 Устава внутренней службы Вооружённых Сил РФ привели к образованию ущерба.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержала заявленные требования по изложенным в иске основаниям, с учётом дополнений изложенных ею в письменных объяснениях по делу.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3, каждый в отдельности, возражали против удовлетворения заявленных требований, настаивая на том, что действия ФИО2 не повлекли образования ущерба.

Заслушав объяснения представителя истца, ответчика и его представителя, а также исследовав письменные доказательства, суд считает установленными следующие обстоятельства.

В соответствии с государственными контрактами № 72 от 2 ноября 2017 года и № 2512/87 от 25 декабря 2017 года между войсковой части 3723 и ООО «МАККОР» заключены государственные контракты на поставку материальных ценностей, в том числе светильников светодиодных ЭРА: по первому контракту 35 штук, стоимостью 800 рублей каждый, а по второму контракту 30 штук, стоимостью 1000 рублей каждый, а всего светильников в количестве 65 штук.

Указанные светильники в полном объёме были получены в воинской части и учтены в книге учёта материальных ценностей склада КЭС, что следует из содержания соответствующей книги.

Затем последовательно 64 светильника выдано и установлено в различных помещениях воинской части, в том числе в различных подразделениях, а также ряд передано в другую воинскую часть. При этом 64 светильника списано с учёта в качестве материальных запасов:

- по накладной от 25 января 2018 года К. со склада КЭС выдано 4 светильника стоимостью 1000 рублей каждый, они же 6 апреля 2018 года установлены на стационарном узле связи, что зафиксировано в акте выполнения работ и списаны по акту от 11 апреля 2018 года. При этом в последнем акте материально ответственным лицом указан ФИО4;

- по накладной от 31 января 2018 года И. со склада КЭС выдано 4 светильника стоимостью 1000 рублей каждый, они же 13 февраля 2018 года установлены в канцелярии стационарного узла связи, что зафиксировано в акте выполнения работ и списаны по акту от 14 февраля 2018 года. При этом в последнем акте материально ответственным лицом указан именно И.

- по накладной от 2 февраля 2018 года в войсковую часть 6716 Т.. со склада КЭС выдано 6 светильников стоимостью 1000 рублей каждый;

- непосредственно ответчик по накладной от 18 сентября 2018 года получил 14 светильников стоимостью по 1000 рублей каждый, они же по акту от 15 сентября 2018 года были установлены в солдатской столовой и списаны в качестве материальных запасов по накладной от 18 сентября 2018 года;

- по накладной от 7 мая 2018 года 1 светильник стоимостью 1000 рублей выдан С. и один светильник из 30 полученных стоимостью по 1000 рублей остался на складе КЭС, что соответствует записям в карточке количественно-суммарного учёта материальных средств.

По итогам инвентаризации за 2018 год отсутствие светильников не установлено, что следует из содержания приказа командира войсковой части 3727 от 26 декабря 2018 года № 350 по результатам годовой инвентаризации.

В феврале 2019 года в воинской части проведена аудиторская проверка с составлением 15 марта того же года акта проверки, согласно которому из 64 светильников списанных с учёта и ранее полученных по государственным контрактам, 15 светильников не представлены к проверке по причине их демонтажа с мест установки. Вместе с тем гарантийный срок на указанную продукцию составляет 12 месяцев с момента начала её эксплуатации, тогда как претензионная работа по сгоревшим лампам не велась.

Вместе с тем ни в иске, ни в акте аудиторской проверки не указано, в каких подразделениях отсутствовали вышеуказанные светильники, при поверки их наличия аудитором. 

Не следует это и из материалов разбирательств с заключениями от 5 апреля 2019 года и 18 декабря 2019 года, где констатируется исключительно факт недостачи 15 светильников, а конкретно их отсутствие в местах установки. Во втором разбирательстве сделан вывод, что ненадлежащее исполнение ФИО2 своих обязанностей повлекло возникновение ущерба. По итогам первого разбирательства ФИО2 приказом командира войсковой части 3727 от 5 апреля 2019 года № 59 объявлен выговор за неудовлетворительное обеспечение выполнения договорных обязательств после подписания государственного контракта, а также отсутствие претензионной работы в отношении поставщика.

Кроме того в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившим в законную силу решением Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 3 июня 2019 года установлена законность наложения на ФИО2 вышеуказанного взыскания за неудовлетворительное обеспечение выполнения договорных обязательств после подписания государственного контракта, а также отсутствие претензионной работы в отношении поставщика. Кроме того, в том же решении установлено, что 15 перегоревших ламп были демонтированы с места установки и выброшены.

Исключительно из объяснений ФИО2 в ходе разбирательства следует, что при проверке отсутствовало 7 светильников в столовой. Таким образом, где отсутствовали иные светильники и кто являлся за них ответственным достоверно вовсе установить не представляется возможным, равно как и определить лиц, ответственных за их демонтаж и утилизацию. Более того из объяснений ФИО2, данных в судебном заседании следует, что отсутствовало 4 светильника, выданных со склада КЭС ФИО5 и переданных в последствии ФИО4, установленных в комнате бытового обслуживания и канцелярии узла связи, а также отсутствовали светильники выданные Кеде, установленные в канцелярии узла связи. При этом ФИО2 также пояснил, что отсутствующие светильники не демонтировал, об их отсутствии не знал, так как в декабре 2018 года они были в наличии.

Оценив указанные обстоятельства, суд исходит из следующего.

В соответствии с п 1 ст. 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих», военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине ущерб.

Согласно ст. 4 того же Закона за ущерб, причиненный по неосторожности при исполнении обязанностей военной службы, военнослужащие, проходящие военную службу по контракту несут материальную в размере причиненного ими ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет. Размер оклада по воинской должности ФИО2 на момент его увольнения составлял 21840 рублей.

Таким образом, суду необходимо установить причинную связь между действиями (бездействием) ФИО2 и наступившими последствиями в виде ущерба при наличии реальности такового, то есть установить его виновность в возникновении соответствующего ущерба.

В соответствии с п. 80.21 главы 9 Положения о войсковом хозяйстве Внутренних войск МВД России, утверждённого приказом Министерства Внутренних дел РФ от 19 июня 2006 года № 465 (далее - Положение) начальник КЭС в числе прочего обязан обеспечить выполнение договорных обязательств, вести претензионную работу по своей службе. При этом за отсутствие претензионной работы, которую ФИО2 предписывалось провести до 15 апреля 2019 года, в соответствии с разбирательством от 5 апреля того же года, ему в установленном по рядке объявлено дисциплинарное взыскание за невыполнение соответствующей обязанности.

Однако, в данном конкретном случае само по себе отсутствие претензионной работы в отсутствии светильников, демонтированных и утилизированных в подразделениях, где они были установлены, не влечёт возникновение ущерба. Так ремонт, либо замена светильников в рамках гарантийного срока возможны исключительно при их наличии, что в том числе следует из содержания письма ООО «МАККОР» от 28 октября 2019 года исх. № 1058.

Фактический и реальный мог ущерб образоваться исключительно ввиду демонтажа и утилизации светильников в подразделениях, где они были установлены. Доказательств того, что такой демонтаж и утилизацию проводил ФИО2, суду не представлено. Где конкретно отсутствовали светильники и кто являлся за них ответственным, достоверно командованием не установлено, равно как не установлены командованием лица, демонтировавшие светильники и утилизировавшие их.

Также командование воинской части при проведении разбирательств не учло, что светильники поступили в воинскую часть 31 декабря 2017 года с принятием на склад, часть из них выдана в подразделения и установлена 13 февраля 2018 года, тогда как гарантийный срок на поставляемую продукцию устанавливается в технической документации, однако не может быть менее 12 месяцев. При таких данных на момент проведения аудиторской проверки и выявления отсутствия светильников такой срок мог и вовсе истечь.

Кроме того, согласно представленным актам о списании материальных запасов кроме светильника, выданного Скидану и одного оставшегося на складе все другие светильники списаны с учёта в качестве материальных запасов по их установке, тогда как согласно справке начальника службы КЭС и помощника командира воинской части по финансово-экономической работе – главного бухгалтера 15000 составляет ущерб, который образовался в результате ненадлежащего списания 14 светильников, полученных ФИО2 и отсутствия списания светильника, полученного Скиданом. При этом командованием не оспаривался факт установки в столовой воинской части светильников, полученных ФИО2.

Действительно в соответствии с п. 16 Положения ФИО2, как должностное лицо воинской части, осуществляющее хозяйственную деятельность, обязан организовать работу по экономному, рациональному расходованию материальных средств, указанная обязанность также закреплена в ст. 119 Устава внутренней службы Вооружённых Сил РФ, утверждённом Указом Президента РФ от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – УВС ВС РФ).

Согласно п. 1.10 должностных обязанностей начальника службы КЭС войсковой части 3727 ФИО2 обязан проверять наличие, учёт, хранение материальных ценностей в подразделениях и на складах.

Вместе с тем в той же ст. 119 УВС ВС РФ указано, что начальник службы КЭС обязан проверять не реже одного раза в три месяца наличие и состояние имущества квартирно-эксплуатационной службы в подразделениях и на складе. Аналогичные обязанности по указанной должности предусмотрены и п 79.20 Положения, согласно которому начальник службы КЭС не реже одного раза в три месяца обязан проверять наличие, состояние, учёт, хранение квартирного имущества на складе, а также не реже одного раза в два месяца в одной из частей соединения обязан проверять состояние, учёт, хранение, правильность расходования квартирного имущества.

Таким образом, поскольку на декабрь 2018 года светильники, ущерб причинённый недостачей которых вменяется ответчику, были в наличии, что усматривается из инвентаризационных документов, а уже в феврале 2019 года проводилась аудиторская проверка, в том числе имущества воинской части, ФИО2 не допустил нарушения возложенных на него вышеуказанных обязанностей, предписывающих один раз в 2-3 месяца проверять наличие имущества службы КЭС, поскольку проверял такое имущество совместно с аудитором в феврале 2019 года, что не отрицалось истцом.

При таких данных суд приходит к выводу, что реальный ущерб, причинённый недостачей светильников, образовался не по вине ФИО2, в связи с чем в удовлетворении иска командира войсковой части 3727 надлежит отказать.

Руководствуясь ст. 103, 173, 194-198 ГПК РФ, военный суд, -

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении искового заявления командира войсковой части 3727 к 

<

данные изъяты> ФИО2 о привлечении к материальной ответственности и взыскании суммы материального ущерба в размере 15 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-й Западный окружной военный суд через Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Р.Э. Шкаликов