Судья – Марчук Н.Н. Дело № 22-775

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пенза 12 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего – судьи Засориной Т.В.,

с участием прокурора Макеевой М.Н.,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Субочевой Н.Д.,

при секретаре Чижевской О.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного - адвоката Лысовой Н.А на приговор Ленинского районного суда г. Пензы от 24 апреля 2023 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимый:

- 11 августа 2022 года Ленинским районным судом г. Пензы по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 3 года,

осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы;

на основании ч.4 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору Ленинского районного суда г. Пензы от 11 августа 2022 года отменено; в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Ленинского районного суда г. Пензы от 11 августа 2022 года, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима. 

До вступления приговора в законную силу ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 24 апреля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу постановлено зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Решён вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Засориной Т.В., объяснения осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Субочевой Н.Д., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших об отмене приговора, мнение прокурора Макеевой М.Н., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за незаконное хранение без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства, в значительном размере – Конопля Cannabius, общей массой в перерасчете на высушенное состояние 11,65 грамма, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции осужденный ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Лысова Н.А. считает приговор незаконным и необоснованным; указывает, что ФИО1 при даче показаний в судебном заседании не согласился с предъявленным обвинением, ставя под сомнение вмененный вес наркотического средства и наличие уголовно-наказуемого состава преступления в его действиях; излагая обстоятельства изъятия у него частей растения, содержащих наркотические средства, и не отрицая, что выращивал растение и в результате производимой дефолиации собирал листья для собственной надобности, указывал, что в его присутствии и в присутствии понятых изымаемые предметы не упаковывались, не опечатывались и не снабжались пояснительными записками, при этом ФИО1 не делал замечания в протоколе, будучи убежденным, что вес не превышает 6 г, от которого наступает уголовная ответственность, а пакеты вплоть до доставления в отдел по контролю за оборотом наркотиков находились в неопечатанном виде, что не позволяет убедиться в отсутствии каких-либо возможных манипуляций по видоизменению количества содержимого тарелки; обращает внимание на показания ФИО1 о том, что в тарелку был помещен лист, опавший с растения, а кроме этого добавленного листа, крупных листьев (из пяти и семи листиков) на момент осмотра 08.12.2022 в тарелке не было; в заключении же эксперта просматриваются фрагменты крупных листьев. ФИО1 настаивает, что вмененного веса наркотического средства у него быть не могло, а представленные по делу доказательства собраны с нарушением уголовно-процессуального закона. Автор жалобы отмечает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании; анализ доказательственной базы не позволяет со всей достоверностью считать установленной виновность ФИО1 в инкриминируемом преступлении. Отмечает, что суд положил в основу обвинительного приговора показания ФИО1, данные им в ходе дознания, как согласующиеся с другими доказательствами по делу, вместе с тем, полагает, что версия и показания ФИО1 в судебном заседании не были должным образом исследованы и приняты во внимание, при этом в показаниях в ходе дознания ФИО1 не давал пояснений относительно установленного веса наркотического средства, поскольку с экспертизой он был ознакомлен после его допроса в качестве подозреваемого, а сообщил лишь об обстоятельствах выращивания растения и обнаружения его действий сотрудниками правоохранительных органов. При этом ФИО1, хотя и не мог пояснить в судебном заседании, почему подписывал протокол допроса, неоднократно указывал в суде, что он, находясь в обеспокоенном состоянии в связи с болезнью матери, опрометчиво соглашался с обстоятельствами, будучи уверенным, что у него не имеется веса наркотика для уголовного преследования, суд же оставил без должного внимания замечания ФИО1, не опровергнув его доводы изобличающими вину фактами, принял за основу показания ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования. Считает, что судом не дана оценка допущенным при расследовании дела нарушениям уголовно-процессуального закона, более того, по мнению защиты, суд мотивировал приговор доказательствами, добытыми с нарушениями закона и являющимися недопустимыми; полагался на показания понятых, которые не подтвердили показания в ходе дознания; в ходе судебного заседания понятые Г.Г.Н. и К.Г.Н. пояснили, что права и обязанности понятых им не разъяснялись, помещение предметов в упаковку, ее перевязывание и опечатывание им не демонстрировалось, они еще до окончания осмотра покинули место его производства, обе не исключают, что подписывали пустые листы, маленькие бумажки, отдельно от чего-либо; как пояснили обе понятые в судебном заседании, по прошествии некоторого времени с момента осмотра приглашались женщиной в отдел полиции, но явиться не смогли; между тем, в январе 2023 года к каждой из них домой приезжал сотрудник полиции – мужчина, не дознаватель, который привозил для подписания протокол допроса свидетеля, уже полностью содержащий напечатанный текст; каждая из них подписала предоставленные документы, не читая и не вникая в содержание, так как сотрудник пояснил, что документ содержит описание действий, происходивших при осмотре в жилом помещении ФИО1; отдел полиции, в указанные в протоколе дату и время, они не посещали, показания непосредственно дознавателю не давали. Проводя собственный анализ показаний понятых, защита делает вывод, что осмотр места происшествия произведен с нарушением ст.ст.177, 180 УПК РФ, имеющийся протокол осмотра места происшествия является недостоверным и подлежит исключению из числа доказательств; допрос понятых фактически не проводился, протоколы допросов содержат один и тот же текст, в одной и той же последовательности изложения, что невозможно, если бы допросы производились реально и данные свидетели действительно бы давали показания своими словами; представленные доказательства в виде допроса понятых добыты с нарушением требований ст. ст. 189-190 УПК РФ, поэтому являются незаконными, что также влечет недопустимость и вещественных доказательств ввиду допущенных процессуальных нарушений при их изъятии, однако, судом было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исключении таких доказательств. Отмечает, что суд, оценивая показания понятых, ссылается на предоставленную выписку из журнала посещений ОП 

<

данные изъяты> г.Пензы, где имеются сведения о посещении отдела полиции 09.01.2023 года К.Г.Н. и Г.Г.Н., автор жалобы отмечает, что сторона защиты просила истребовать подлинник журнала посещений, чтобы убедиться в достоверности этой весьма сомнительной информации, в чем судом было необоснованно отказано. При этом, относительно показаний понятых судом высказано предположение, что они тем самым могут посодействовать ФИО1 избежать ответственности за содеянное, однако, данный довод ничем не подкреплен и не аргументирован; как установлено в ходе судебного заседания, они знакомы с ФИО1 лишь поверхностно, близко с ним не общаются, знают как соседа, обе пенсионерки, обстоятельно рассказавшие о производстве осмотра, не вдававшиеся в подробности подписания документов из-за состояния своего здоровья. Считает, что суд сослался на показания лиц, которые вели расследование при своей профессиональной заинтересованности; дознаватель Н.Н.Ю. поясняла с демонстрацией, как подписывались пояснительные записки, однако данные пояснения разнятся с показаниями понятых и подсудимого, обозрение надписей на записках и ровный почерк позволяет в этом усомниться. Анализируя показания специалиста К.Е.А., защита отмечает, что, несмотря на то, что К.Е.А. фиксировала ход изъятия частей растений, она подтвердила только лишь факт нахождения в тарелке высушенных сухих лепестков, но не смогла с уверенностью пояснить, как и в какой момент расписывались понятые, не сообщила конкретной информации о том, как упаковывались предметы, однако, суд, ссылаясь в приговоре на ее показания, указывает, что предметы упаковывались и опечатывались. В обоснование виновности ФИО1 суд ссылается на экспертное заключение от 27.12.2022 года №, отмечая, что эксперт З.О.Г. в судебном заседании пояснила, что листья в тарелке были с разных частей куста и разной степени влажности; в остальном дала пояснения по исследовательской части заключения. Адвокат указывает, что юридические дефекты процедуры изъятия остаются таковыми даже в случае последующего признания экспертным заключением изъятого вещества наркотическим средством, запрещенным к обороту, в связи с чем, последующие следственные и иные процессуальные действия с таким веществом являются незаконными и не могут иметь доказательственного значения. Считает, что доказательства, представленные дознанием и положенные в основу приговора, не отвечают принципам достоверности и допустимости. Ссылаясь на принцип презумпции невиновности, в силу которого обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе, отдельных его составляющих, толкуются в пользу подсудимого, просит обвинительный приговор в отношении ФИО1 отменить, постановив оправдательный приговор.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия находит, что вина ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, полно и правильно изложенных в приговоре.

Судебная коллегия находит, что суд дал надлежащую оценку всем доказательствам по делу, в нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Вина ФИО1 подтверждается следующими доказательствами:

- оглашенными в связи с наличием существенных противоречий показаниями ФИО1, данных им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого (л.д.28-31), из которых следует, что обнаруженные в ходе осмотра места происшествия в квартире по месту его жительства пластмассовая тарелка с растительным веществом и горшок с растением зеленого цвета были изъяты в пакеты №№1 и 2, упакованы, опечатаны печатью, снабжены пояснительными записками, где он и все участвующие лица поставили свои подписи, в составленном протоколе осмотра места происшествия, с которым он ознакомился, также расписался (л.д. 28-31).

Надлежащую оценку в приговоре суда получили показания осужденного ФИО1 в судебном заседании относительно несогласия с массой изъятых у него частей растений, содержащих наркотические средства, порядка проведения осмотра места происшествия, к которым суд обоснованно отнесся как к способу защиты от предъявленного обвинения, поскольку данные утверждения опровергается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств; оглашенные показания ФИО1 давал добровольно, в присутствии защитника, перед подписанием протокола ознакомился с его содержанием, подписал протокол допроса; они даны в условиях, исключающих какое-либо воздействие на него со стороны должностных лиц, после разъяснения подозреваемому положений ст. 51 Конституции РФ и других процессуальных прав, оснований для самооговора судом не установлено, с чем судебная коллегия согласна; приведенные показания ФИО1 суд верно положил в основу приговора, поскольку они в существенных деталях согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, а именно с:

- показаниями свидетеля Г.А.Н. – оперуполномоченного УНК УМВД России по Пензенской области, принимавшего участие в осмотре квартиры ФИО1, задержанного у дома по подозрению к незаконному обороту наркотических средств, из которых следует, что дознавателем в присутствии двух понятых, после разъяснения их прав, обнаружены и изъяты тарелка с частями растения конопля и куст конопли, упакованы, снабжены пояснительными записками, на которых все присутствующие расписались, составлен протокол, в котором также все расписались, никаких замечаний не поступало; никто в его присутствии дополнительно не добавлял листья в тарелку с частями растения, по окончанию осмотра оперуполномоченный Г.А.М. отобрал у понятых объяснения;

- показаниями свидетеля Г.А.М. – оперуполномоченного УНК УМВД России по Пензенской области, из которых следует, что после осмотра жилища ФИО1, от сотрудников полиции ему стало известно, что в квартире обнаружены части растения конопля в тарелке и куст конопли, которые были изъяты, по окончанию осмотра он видел два опечатанных пакета с изъятыми предметами, затем у одной или обеих понятых он отобрал объяснения; 

- показаниями свидетеля Н.Н.Ю. и специалиста К.Е.А., являющихся дознавателем и экспертом экспертно-криминалистического отдела УМВД России по г. Пензе соответственно, подробно показавших о процедуре производства осмотра места происшествия в квартире ФИО1 в присутствии двух понятых, об изъятии пластмассовой тарелки с подсушенными листьями растения конопля и куста конопли, которые были упакованы, опечатаны, снабжены пояснительными записками, на которых ФИО1 и понятые расписались, составлен протокол осмотра, в котором все присутствующие расписались; замечаний ни от кого не поступило; из показаний Н.Н.Ю. следует, что никто из сотрудников полиции дополнительно не помещал в тарелку листья с растущего куста конопли; а К.Е.А., обозрев в судебном заседании тарелку с листьями, подтвердила, что с места происшествия была изъята именно эта тарелка, но её содержимое на момент осмотра по объему было больше, поскольку в настоящее время части растения высушены;

- оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетелей К.Г.Н. и Г.Г.Н. (л.д. 36-38, 39-41), которые суд верно положил в основу приговора, как согласующиеся с другими доказательствами по делу, из которых следует, что они принимали участие понятыми в осмотре квартиры ФИО1, в ходе чего, после разъяснения им прав, в шкафу в коридоре квартиры была обнаружена и изъята тарелка пластиковая зеленого цвета с находящимися внутри листьями растения зеленого цвета, частично высушенными, в комнате в шкафу - куст растения зеленого цвета в горшке, все изъято, упаковано, опечатано, снабжено пояснительными записками, на которых они, а также остальные участники расписались, составлен протокол, с которым все участвующие лица ознакомились и расписались;

- протоколом осмотра места происшествия от 08.12.2022 года (л.д. 8-15, 54-57, 58), из которого следует, что в ходе осмотра 

<

адрес> в 

<

адрес>, по месту жительства ФИО1 обнаружены и изъяты: в коридоре под потолком во встроенном шкафу пластмассовая тарелка зеленого цвета с находящимися в ней частично высушенными листьями растения зеленого цвета, в комнате – в шкафу в гроубоксе куст растения зеленого цвета в горшке, упаковано, опечатано; в дальнейшем тарелка с листьями осмотрена, признана вещественными доказательствами, осмотрена в том числе, в судебном заседании;

- заключением эксперта от 27.12.2022 года № (л.д. 49-52), из которого следует, что представленное вещество растительного происхождения является частями растения рода Конопля; масса вещества в пересчете на высушенное состояние составляет 11,65 грамма;

- показаниями эксперта З.О.Г., подтвердившей в судебном заседании выводы экспертизы, из показаний следует, что объект исследования – тарелка с содержащимися в ней частями растений поступила на исследование в упакованном и опечатанном виде, снабженная пояснительной запиской; целостность упаковки не нарушена; части растений были представлены фрагментами верхушечной части со стеблем, а также листьями, в том числе, с различных частей куста; обозрев фототаблицу к протоколу осмотра места происшествия от 08.12.2022 года пояснила, что изображение частей растений на фототаблице соответствует объектам, представленным для производства физико-химической экспертизы. 

Вина ФИО1 подтверждается также другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре, которые суд в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ непосредственно исследовал в судебном заседании, проверил, сопоставив их между собой, и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для постановления обвинительного приговора.

В полной мере исследовав и правильно оценив доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1, верно квалифицировав его действия по ч. 1 ст. 228 УК РФ - как незаконное хранение без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства, в значительном размере. Осужденный осознавал общественную опасность своих действий в виде незаконного хранения указанных частей растений, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал этого. Оснований для иной квалификации действий ФИО1, его оправдания, судебная коллегия не находит.

Доводы, аналогичные тем, которые изложены в апелляционной жалобе защитника о несогласии осужденного с весом изъятых частей растений, содержащих наркотические средства, о нарушениях при производстве осмотра места происшествия – квартиры осужденного в части изъятия, упаковки и опечатывания указанных частей, а поэтому возможном увеличении веса частей растений со стороны должностных лиц, в связи с этим недопустимости доказательств: протокола осмотра места происшествия, заключения эксперта, показаний свидетелей Г.Г.И. и К.Г.Н. – понятых, были предметом исследования и обсуждения суда первой инстанции, обоснованно признаны несостоятельными и получили свою оценку в приговоре.

Доводы стороны защиты о том, что показания ФИО1 на стадии предварительного расследования необоснованно положены судом в основу приговора, являются несостоятельными, поскольку судом тщательно проверены и отвергнуты с приведением мотивов принятого решения показания осужденного в судебном заседании. Суд обоснованно принял во внимание, что ФИО1 перед допросами разъяснялись процессуальные права, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, он предупреждалась о последствиях дачи им показаний, допрос проходил с участием адвоката, с которым осужденный имел возможность обсудить позицию защиты и получить необходимую консультацию, по окончании допроса протокол допроса в качестве подозреваемого ФИО1 и адвокатом подписаны без замечаний.

Экспертиза была назначена и проведена с соблюдением требований ст. 204 УПК РФ и ФЗ N 73 от 31.05.2001 года "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", ее содержание соответствует предъявляемым к ним требованиям, содержит полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе, о разъяснении прав эксперту, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; проведена экспертом, имеющим значительный стаж работы экспертной деятельности, по представленным в упакованном и опечатанном виде объектам, не имеющим нарушений упаковки. При производстве экспертизы нарушений уголовно-процессуального закона, а также иных правил производства экспертизы по уголовным делам, не допущено. Достоверность экспертного заключения сомнений не вызывает, оно получили оценку суда в совокупности с другими доказательствами по делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о недопустимости указанных выше доказательств, судом мотивированно сделан вывод о их относимости, допустимости, достоверности, поскольку следственные и процессуальные действия, их содержание, ход и результаты, зафиксированные в соответствующих протоколах, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона; оценка показаниям свидетелей Г.Г.Н. и К.Г.Н., как оглашенным, положенным в основу приговора, полученных без нарушений требований УПК РФ, так и данным последними в судебном заседании, судом приведена, в том числе и относительно того, что они не приходили к дознавателю, что опровергается представленными и исследованными в судебном заседании сведениями о посещении указанными лицами в день производства их допроса отдела полиции (дознавателя); оснований не соглашаться с ней у судебной коллегии не имеется. 

Как видно из протоколов допроса в качестве подозреваемого, протокола осмотра места происшествия от 08.12.2022, протоколов допросов свидетелей К.Г.Н. и Г.Г.Н. в ходе дознания, законность которых ставится под сомнение защитником и осужденным, при производстве указанных следственных действия осужденным либо его защитником, свидетелями, не делалось заявлений о несоответствии проводимой процедуры и сведений, вносимых в соответствующие протоколы.

Указание защитником об идентичности приведенных в протоколе допросов показаний Г.Г.Н. и К.Г.Н. не свидетельствует о недостоверности изложенных в них сведений и недопустимости доказательств, поскольку указанные свидетели подтвердили наличие своих подписей, им разъяснялись права, они предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ, форма изложения показаний допрашиваемых лиц соответствует предъявляемым к ней требованиям, передает существо событий, относящихся к предмету доказывания по данному уголовному делу. 

Суд выяснил причины изменения показаний осужденным и указанными свидетелями и в приговоре мотивировал выводы о том, по каким основаниям отвергнуты одни их показания и признаны достоверными другие.

Исходя из положений ч. ч. 6 и 7 ст. 166 УПК РФ, ст.ст. 177, 190 УПК РФ отсутствие замечаний со стороны всех лиц, подписавших протокол, свидетельствует о том, что процедура производства следственного действия и его результаты соответствуют изложенным в протоколе.

Поскольку каких-либо нарушений требований УПК РФ при получении доказательств не допущено, что верно установлено и мотивированно судом первой инстанции, утверждения осужденного и изложенные в жалобе о возможном увеличении должностными лицами веса частей растений, содержащих наркотические средства, лишены оснований. 

Доводы апелляционной жалобы о профессиональной заинтересованности лиц, проводивших дознание по уголовному делу, несостоятельны, поскольку дознаватель, оперуполномоченные, специалист и эксперт были допрошены в суде первой инстанции по обстоятельствам производства следственных и процессуальных действий, по произведенной экспертизе соответственно, их показания судом оценены как правдивые, достоверные, поскольку они согласуются как с оглашенными показаниями осужденного, свидетелей Г.Г.Н., К.Г.Н., так и протоколом осмотра места происшествия с отраженными в приложенной к нему фототаблице данными, заключением эксперта, какой-либо личной заинтересованности указанных лиц в исходе дела не установлено, оснований не соглашаться с этим у судебной коллегии не имеется.

Судебное разбирательство проведено объективно и беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, в судебном заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами, все заявленные ходатайства разрешены судом.

Процессуальных нарушений при производстве предварительного расследования, в том числе при проведении следственных действий с участием осужденного, а также данных, указывающих на неполноту судебного следствия, судебной коллегией не установлено.

Назначенное ФИО1 наказание соразмерно содеянному и отвечает принципу справедливости. При этом судом учтены правила ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с достаточной полнотой учтены обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, а также данные о личности осужденного, исследованные с достаточной полнотой, наличие смягчающих обстоятельств, в качестве которых суд обоснованно учел полное признание вины в ходе предварительного расследования, в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ – активное способствование расследованию преступления, выразившееся в предоставлении органу предварительного расследования информации, не известной органу дознания, имеющей значение для расследования преступления, а именно, в даче последовательных показаний относительно обстоятельств совершенного преступления, частичное признание вины в судебном заседании (признание факта незаконного хранения без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства), положительные характеристики, наличие благодарностей, состояние здоровья близкого родственника преклонного возраста – матери после перенесенной травмы; отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

С учетом признания в качестве смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, – активного способствования расследованию преступления, отсутствия отягчающих обстоятельств, судом при назначении наказания ФИО1 верно применены правила, предусмотренные ч.1 ст. 62 УК РФ.

Мотивы разрешения всех вопросов, касающихся назначения наказания, в том числе, о необходимости назначения наказания в виде реального лишения свободы, - в приговоре приведены, и судебная коллегия с ними согласна. Оснований для применения положений ст.73 УК РФ, иного вида наказания, применения ст. 53.1 УК РФ, ст. 64 УК РФ - судом обоснованно не установлено, что мотивировано в приговоре, оснований не соглашаться с этим у судебной коллегии не имеется. 

С учетом данных о личности осужденного, обстоятельств содеянного, суд обоснованно не нашел оснований для сохранения ФИО1 условного осуждения по указанному приговору, отменив его на основании ч.4 ст. 74 УК РФ, верно назначив окончательное наказание по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ; правильно определив вид исправительного учреждения. 

Нарушений норм УПК РФ при расследовании и рассмотрении данного уголовного дела, влекущих отмену приговора, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

Приговор Ленинского районного суда г. Пензы от 24 апреля 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденного - адвоката Лысовой Н.А. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным – в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий –