РЕШЕНИЕ

ИФИО1

13 июля 2021 года г.Мытищи Московская область

Мытищинский городской суд Московской области в составе судьи Наумовой С.Ю., при секретаре Лозовенко Л.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2540/2021 по исковому заявлению ФИО13 к ПОУ «ФИО17» о признании незаконными действий работодателя, об обязании внести изменения в приказы, отмене приказа, о взыскании компенсации за моральный вред, о взыскании невыплаченной заработной платы и процентов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО11 обратился в суд с иском к ответчику ПОУ «ФИО18» о признании незаконным действий ответчика, связанные с отказом о предоставлении отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста 3-х лет; о признании действия ответчика, связанные с изданием и предоставлении работнику основного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 28 суток незаконным; об обязании ответчика внести изменение в приказ №к от ДД.ММ.ГГГГ и указать в нём отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет; об обязании ответчика внести изменение в приказ №к от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении отпуска по уходу за ребёнком, указав дату начала отпуска ДД.ММ.ГГГГ; об отмене приказа изданного работодателем от ДД.ММ.ГГГГ №к о предоставлении основного отпуска работнику ФИО11 с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 28 суток.

Одновременно с этим, истец просил суд взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере № руб., невыплаченную заработную плату в размере № руб., проценты (денежную компенсацию) за невыплаченную заработную плату в полном объёме в сумме № руб. (за период с апреля по ДД.ММ.ГГГГ). 

Истец свои требования мотивировал тем, что в период ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, согласно трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа №-К от ДД.ММ.ГГГГ, он осуществляет трудовую деятельность ПОУ «ФИО19», в должности заместителя начальника учреждения по учебно-производственной части.

ДД.ММ.ГГГГ у истца родился сын - ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении У-ИК №, которое выдано ДД.ММ.ГГГГ Отделом № Мытищинского управления ЗАГС Главного управления ЗАГС ФИО2 

<

адрес>. Несмотря на то, что супруга истца не работает, фактический уход за сыном осуществляет истец.

ДД.ММ.ГГГГ истец направил работодателю заявление о предоставлении ему отпуска по уходу за ребёнком. ДД.ММ.ГГГГ, в связи с игнорированием указанного заявления со стороны работодателя, истцом повторно было подано аналогичное заявление. Указанные заявления были зарегистрированы секретарем за входящими № и № только ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ на указанных заявлениях начальником ПОУ «ФИО20» ФИО7 были поставлены письменные резолюции об отказе в предоставлении отпуска с мотивировкой, что Трудовой кодекс Российской Федерации не предусматривает право отпуска по уходу за ребёнком для мужчин.

На что ДД.ММ.ГГГГ истцом было подано третье аналогичное заявление с ссылкой на ст.256 ТК РФ. В этот же день, работодателем истцу были вручены два уведомления. Первое за исходящим № от ДД.ММ.ГГГГ о сокращении его должности и введении нового штатного расписания ДД.ММ.ГГГГ с предложением его перевода на нижестоящие должности с меньшими окладами и надбавками за интенсивность (мастер производственного обучения вождению, преподаватель, секретарь учебной части, рабочий по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, уборщик служебных помещений и дворник). Второе за исходящим № от ДД.ММ.ГГГГ о необходимости предоставления дополнительных документов для принятия решения по третьему заявлению истца о предоставлении отпуска по уходу за ребёнком, а именно работодателем были затребованы: справка о неполучении матерью пособия по уходу за ребёнком, документ о невозможности осуществления ухода за ребёнком матерью и копия свидетельства о рождении ребёнка.

ДД.ММ.ГГГГ указанные работодателем документы, за исключением документа о невозможности осуществления ухода за ребёнком матерью, в связи с тем, что супруга истца не работает, истцом были предоставлены.

Кроме этого, ДД.ММ.ГГГГ за исходящим № истцу было вручено уведомление о времени начала отпуска, согласно которого, дата начала его ежегодного основного оплачиваемого отпуска, установленного графиком отпусков № от ДД.ММ.ГГГГ, приходится на ДД.ММ.ГГГГ. а окончание на ДД.ММ.ГГГГ.

Не согласившись с работодателем, истец направил досудебную претензию, однако досудебная претензия была оставлена без удовлетворения, в связи с чем, истец обратился в суд с данным иском для разрешения данного спора.

Представитель истца ФИО11 по доверенности ФИО6 в судебном заседании иск поддержал и просил суд его удовлетворить по основаниям, указанным в иске.

Представители ответчика ПОУ «ФИО21» ген.директор ФИО7, и по доверенности ФИО8 и ФИО9 в судебном заседании иск не признали, по мотивам представленного письменного отзыва на иск, приобщённого к материалам дела.

Проверив материалы дела, выслушав истца, представителей ответчика, суд находит, что исковые требования ФИО11 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, согласно трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа №-К от ДД.ММ.ГГГГ, истец осуществляет трудовую деятельность ПОУ «Мытищинская школа РО ФИО2 

<

адрес>», в должности заместителя начальника учреждения по учебно-производственной части.

ДД.ММ.ГГГГ у истца родился сын ФИО3 (свидетельство о рождении У-ИК № выдано ДД.ММ.ГГГГ Отделом № Мытищинского управления ЗАГС Главного управления ЗАГС ФИО2 

<

адрес>). Несмотря на то, что супруга истца не работает, фактический уход за сыном осуществляет истец.

В соответствии с ч.ч.1, 2 ст. 256 ТК РФ по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет. Отпуска по уходу за ребёнком могут быть использованы полностью или по частям также отцом ребёнка, бабушкой, дедом, другим родственником или опекуном, фактически осуществляющим уход за ребёнком. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяются федеральными законами.

Согласно абз.1 ч.1, ч.7 ст.13 Федерального закона от 19.05.1995 N 81-ФЗ "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей" право на ежемесячное пособие по уходу за ребёнком имеют: матери либо отцы, другие родственники, опекуны, фактически осуществляющие уход за ребёнком, подлежащие обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.

В случае, если уход за ребёнком осуществляется одновременно несколькими лицами, право на получение ежемесячного пособия по уходу за ребёнком предоставляется одному из указанных лиц.

Аналогичные нормы содержатся в ст.11.1 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

Таким образом, в силу приведённых нормативных положений предоставление отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста 1,5 и 3-х лет, а также назначение и выплата ежемесячного пособия по уходу за ребёнком носят заявительный характер и зависят от волеизъявления гражданина.

Истец обратился к работодателю с заявлением о предоставлении ему отпуска по уходу за ребёнком. К указанному заявлению была приложена лишь копия свидетельства о рождении ребёнка.

Ответчик уведомлением от 28.10.2020г. сообщил письменно истцу о необходимых документах для принятия решения о предоставлении отпуска. На уведомлении имеется отметка истца об ознакомлении.

12.11.2020г. истец ответчику представил пакет документов в котором отсутствовали документы, подтверждающие невозможность ухода за ребёнком вторым родителем, о недостатках истец был письменно уведомлён, что подтверждается материалами дела.

В связи с неясностью ситуации, ответчиком был направлен запрос в ФСС от 16.11.20г. о предоставлении письменных разъяснений о законности предоставления отпуска по уходу за ребёнком ФИО11, при указанных в запросе обстоятельствах. Ответ был предоставлен только 21.12.2020г. Из ответа на запрос практических разъяснений следует, что пособие по уходу за ребёнком выплачивается лицам, фактически осуществляющим уход за ребёнком, и, находящимся в отпуске по уходу за ребёнком. Об основаниях и подтверждающих данные основания документах информация предоставлена не была.

Однако, до получения ответа, по согласованию с ответчиком, истцу был предоставлен основной отпуск. До начала основного отпуска истец 26.11.2020г. письменно попросил дополнительно дать ему три дня к основному отпуску. С приказом ДД.ММ.ГГГГ №-к о предоставлении отпуска с 30.11.2020г. по 27.12.2020г. сроком на 28 суток, 24.11.20г. истец был ознакомлен, претензий не имел.

Истец получил отпускные денежные средства в сумме 45 277,60 руб. из кассы учреждения (кассовый ордер 194 от 24.11.20г.), зная, что отпуск заканчивается и 27.12.20г. направил заявление о предоставлении дополнительных дней отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по 31.12.2020г.

С 30.11.2020г. по 27.12.2020г истец находился в отпуске, на работу не выходил, претензий по данному факту не заявлял.

Данные обстоятельства подтверждаются табелем учёта рабочего времени, приказом, графиком отпусков, кассовым ордером о получении отпускных денег, заявлениями самого истца.

20.11.2021г. истцом была предоставлена ответчику претензия в порядке досудебного урегулирования, в которой истец изложил требования о предоставлении отпуска по уходу за ребёнком и предоставлении после выхода из отпуска основного ежегодного оплачиваемого отпуска, сохранении за истцом, до выхода из отпуска должности заместителя начальника учреждения по учебно-производственной части. На претензию истцу был предоставлен ответ о том, что с учётом нестандартности ситуации отправлен запрос в ФСС, и при получении ответа будут приняты решения по существу вопросов с учётом рекомендаций. С ответом истец был ознакомлен письменно 24.11.2020г.

Несмотря на ранее полученные разъяснения, истцом было предоставлено заявление от 14.12.2020г. (вх. 101 от ДД.ММ.ГГГГ.) о предоставлении отпуска по уходу за ребёнком до достижения возраста 3-х лет с 28.12.2020г., то есть после окончания основного отпуска. В момент предоставления заявления истец находился в основном отпуске.

Истец указал в своём заявлении, что оно повторное. Однако первичного заявления с требованием о предоставлении отпуска до достижения ребёнком 3-х лет не было, а было требование о предоставлении отпуска до достижения ребёнком 1,5 лет. Указанное заявление было удовлетворено Приказом №-к от 24.12.20г., а Приказом №-к от 11.01.21г. внесены изменения в части указания срока достижения возраста ребёнка не 1,5 лет как указано в первичном заявлении истца, о предоставлении отпуска до достижения ребёнка 3-х лет указано было во втором заявлении истца.

Кроме того, из положений ст.236 ТК РФ, ст.13 Федерального закона "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей" следует, что законодатель связывает право на получение пособия с фактическим уходом за ребёнком.

Об этом указано и в п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних", согласно которому, при разрешении спора об отказе в предоставлении отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет отцу, деду (бабушке) либо другому лицу суду необходимо проверять, осуществляет ли данное лицо фактический уход за ребёнком и не предоставлен ли этот отпуск матери ребенка.

Согласно положениям ст.ст.55, 56, 67 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Недоказанность обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований о признании действия ответчика, связанные с отказом о предоставлении отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста 3-х лет незаконным; признании действия ответчика, связанные с изданием и предоставлении работнику основного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 28 суток незаконным; об обязании ответчика внести изменение в приказ №к от ДД.ММ.ГГГГ и указать в нём отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет; об обязании ответчика внести изменение в приказ №к от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении отпуска по уходу за ребёнком, указав дату начала отпуска ДД.ММ.ГГГГ; об отмене приказа изданного работодателем от ДД.ММ.ГГГГ №к о предоставлении основного отпуска работнику ФИО11 с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 28 суток, следует отказать, поскольку доводы, изложенные в иске в данном деле не доказаны, совокупность предусмотренных законом и указанных выше условий, необходимых для удовлетворения иска, в данном деле не установлена, обратного в материалы дела истцом не представлено.

В соответствии со ст.12 ГК РФ предусмотрено, что защита гражданских прав осуществляется путём: пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; присуждения к исполнению обязанности в натуре; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объёме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка организации, трудовыми договорами.

Как указывалось выше, истец заявил требование о взыскании невыплаченной зарплаты в размере № рублей.

Невыплата зарплаты - выплата в меньшем размере, ответчиком обоснована изданием Указа Президента в связи с объявлением нерабочих дней с 30.03.2020г. по 30.04.2020г., ввиду пандемии, а также распоряжением вышестоящей инстанции об установлении в целях социальной поддержки работников выплаты в нерабочие дни в размере МРОТ - № рублей.

Как усматривается из материалов дела, фактически образовательный процесс учреждение прекратило. Финансовые средства поступать перестали. Какие-либо дотации законодательством не предусмотрены. Сотрудникам предоставлены нерабочие дни. С учётом изложенного были изданы приказы №, №к и бк от 27.04.2020г. об установлении выплат в размере МРОТ и об отмене надбавок за интенсивность и высокие результаты и качество выполняемой работы в соответствии п.8.2 Положения об оплате труда от 01.11.2012г., что подтверждается табелем за апрель и май месяц 2021г.

С момента возобновления деятельности учреждения в июне 2020г. и приступлении ФИО11 к выполнению обязанностей в полном объёме, последний стал получать зарплату в полном объёме, в том числе с надбавкой за интенсивность в сумме № рублей.

Таким образом, разрешая спор, суд, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и с учётом требований закона, пришёл к выводу об отказе истцу в удовлетворении исковых требований, поскольку в данном случае действия ответчика нормам трудового законодательства не противоречат.

Таким образом, требования истца о взыскании невыплаченной зарплаты в размере № рублей подлежат отклонению, поскольку они не нашли своего подтверждения.

В своем исковом заявлении истец так же просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере № рублей.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку увольнение истца было произведено в полном соответствии с требованиями действующего трудового законодательства РФ и исковые требования истца оставлены судом без удовлетворения, то у суда отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда.

Более того, в соответствии с п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причинённых работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований. Между тем, истцом не представлено суду доказательств причинения ему физических и нравственных страданий ответчиком. Более того, истец в своём исковом заявлении не указал, в чём выражались причиненные ему страдания.

Исковые требования о взыскании процентов, являются производными требованиями от основного и также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО12 ФИО27 ФИО4 к ПОУ «ФИО25 ФИО26» о признании незаконными действий работодателя, об обязании внести изменения в приказы, отмене приказа, о взыскании компенсации за моральный вред, о взыскании невыплаченной заработной платы и процентов – отказать в полном объёме.

Решение суда может быть обжаловано в Московский областной суд через Мытищинский городской суд путём подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме — 24 сентября 2021 года.

Судья С.Ю. Наумова