УИД № 38RS0019-01-2025-001553-29

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 ноября 2025 года г. Братск

Падунский районный суд города Братска Иркутской области в составе

председательствующего судьи Ковалевой И.С.,

при секретаре Никитиной Е.С.,

с участием истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, ее представителя Алексы А.В., действующего на основании доверенности,

ответчиков по первоначальному иску ФИО2, ФИО3,

представителя ответчика (истца по встречному иску) администрации МО (адрес) ФИО4, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к администрации муниципального образования (адрес), ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8 ФИО5 о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности,

по встречному исковому заявлению администрации муниципального образования (адрес) к ФИО1 о признании жилого помещения выморочным имуществом, признании наследником по закону, передаче в собственность жилого помещения в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к администрации (адрес), ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО3, в котором с учетом уточнения требований просит признать за ней право собственности на квартиру, расположенную по адресу: Российская Федерация, (адрес), в порядке приобретательской давности.

Заявленные требование мотивированы тем, что с (дата) по (дата) ФИО1 была зарегистрирована по месту жительства по адресу: (адрес).

Квартира № в вышеуказанном доме принадлежала ФИО11, умершей (дата).

После смерти ФИО11 в права наследования в отношении квартиры, расположенной по адресу: (адрес), вступил ФИО10

В 2000 году ФИО10 предложил ФИО1 приобрести вышеуказанную квартиру, так как он сам проживал в другом жилом помещении и в сохранении права собственности в отношении унаследованной квартиры заинтересованности не имел.

Поскольку ФИО1 не имела в собственности жилых помещений, она согласилась приобрести у ФИО10 данное имущество.

(дата) ФИО10 получил в БТИ КУМИ (адрес) технический паспорт спорной квартиры и летом 2000 года заключил с истцом договор купли-продажи.

Однако в виду юридической неграмотности обеих сторон сделки, договор купли-продажи квартиры в письменном виде ими составлен не был, переход права собственности к истцу в установленном законом порядке не зарегистрирован. ФИО10 передал ФИО1 ключи от дверей, технический паспорт на квартиру, свидетельство о смерти матери ФИО11, ФИО1 передала ФИО10 денежные средства в размере стоимости квартиры, в виду чего они полагали, что сделка между ними совершена и какого-либо её оформления не требуется. Стоимость квартиры по соглашению сторон составила 35 000 руб. ФИО1 также приняла на себя обязательство по погашению суммы задолженности по коммунальным услугам в размере примерно 10 000 руб.

С лета 2000 года и до настоящего времени истец ФИО1 проживает в квартире по указанному выше адресу, поддерживает её в надлежащем санитарном и техническом состоянии, производит в ней ремонт за счёт собственных денежных средств, производит оплату услуг за содержание жилого помещения, а также осуществляет иные права и обязанности собственника в отношении спорного недвижимого имущества.

В приложенных к иску квитанциях плательщиком указана прежний собственник ФИО11 и ФИО12 - мать ФИО1

(дата) между ООО «Падунский коммунальный комплекс-один» и ФИО1 заключен договор управления многоквартирным домом.

(дата) между ООО «Иркутскэнергосбыт» и ФИО1 заключен договор энергоснабжения граждан, проживающих в жилом помещении многоквартирного дома.

Обосновывая доводы уточненного искового заявления, истец указывает, что (дата) между администрацией (адрес) с одной стороны и ФИО11 (Собственник) с другой стороны заключен договор на передачу квартир в собственность граждан, по условиям которого администрация (адрес) передала в собственность, а Собственник получил квартиру, состоящую из одной комнаты, общей площадью 31,2 кв.м., в том числе жилой 18,4 кв.м., по адресу: (адрес), с учетом количества членов семьи один человек.

После смерти ФИО11 в права наследования вступил ФИО10

Согласно свидетельству о праве на наследство по завещанию, выданному (дата) нотариусом Падунской государственной нотариальной конторы Иркутской области ФИО13, наследником указанного в завещании имущества ФИО11, является ФИО10, проживающий по адресу: (адрес). Наследственное имущество состоит из квартиры, находящейся по адресу: (адрес).

В сообщении областного государственного бюджетного учреждения «Центр государственной кадастровой оценки объектов недвижимости» от (дата) указано, что собственником вышеуказанной квартиры на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от (дата) является ФИО10, о чем в БТИ (дата) составлена соответствующая запись под №.

Как следует из сообщения центра хранения документации нотариальной палаты Иркутской области от (дата), наследственное дело к имуществу ФИО10, умершего (дата), не заводилось.

Ответчики по первоначальному иску, являющиеся детьми ФИО10, после достижения совершеннолетия не предпринимали мер к установлению состава наследства, открывшегося со смертью ФИО10, принятию наследства.

ФИО1 на протяжении более 25 лет открыто, непрерывно и добросовестно владеет спорной квартирой. Правопритязания в отношении данного имущества со стороны иных лиц отсутствуют. Кроме истца на квартиру никто никогда не претендовал и не обращался с требованием о её освобождении, в судебном или в ином порядке вопрос о приобретении права собственности на указанное недвижимое имущество иными лицами не ставился.

Единственной причиной, по которой не состоялся переход права собственности от ФИО10 к ФИО1, является несоблюдение сторонами требований к форме сделки.

Администрация (адрес) обратилась в суд с встречным исковым заявлением к ФИО1, в котором просит признать спорное жилое помещение, принадлежащее на праве собственности ФИО10, умершему (дата), выморочным имуществом; признать МО (адрес) наследником по закону на указанное имущество и передать его в собственность МО (адрес) в порядке наследования по закону.

В обоснование встречных исковых требований и, возражая против первоначального иска, сторона ссылается на то, что ФИО1 не представила ни устных, ни письменных доказательств наличия намерения ФИО10 в 2000 году распорядиться спорной квартирой. Напротив, из пояснений свидетелей и ответчиков (детей ФИО10) ФИО10 в спорный период времени являлся тяжело больным человеком (рак почек 4 стадии). Принимал сильнодействующие обезболивающие медицинские препараты. В спорной квартире с марта 2000 года ФИО10 не проживал, так как для осуществления ухода его к себе забрала бывшая сожительница ФИО14 в марте 2000 года в состоянии глубокой болезни, и отвезла к себе домой по адресу: г Братск, (адрес), а уже в сентябре 2000 года ФИО10 умер. ФИО9 показала, что ни о какой квартире ФИО10 не рассказывал, намерения совершать какие-либо сделки не высказывал.

Как указала сама ФИО1, письменная форма сделки сторонами не соблюдена, договор купли-продажи не заключался. Доказательств передачи продавцу денежных средств в счет оплаты приобретаемого имущества не имеется.

ФИО1 представила квитанции об оплате за жилое помещение (ФИО17, 24-24), самая ранняя из которых датирована (дата). При этом по всем платежным квитанциям плательщиком указаны ФИО11 (бабушка ФИО10), либо ФИО12 Сведений о том кто осуществлял оплату за жилое помещение в период с лета 2000 года и до (дата) не имеется.

С момента смерти ФИО10 в сентябре 2000 и до марта 2003 была жива его мать ФИО15, а также родная сестра ФИО16, что может косвенно свидетельствовать о том, что оплату за квартиру производили родственники ФИО10,, в частности, его мать вплоть до своей смерти в марте 2003 года.

Представленные ФИО1 в материалы дела свидетельство о смерти ФИО11, и технический паспорт за спорное жилое помещение не имеют определяющего значения, поскольку ни доказывают, ни опровергают ее доводы.

Довод ФИО1 о юридической безграмотности обеих сторон сделки голословен.

ФИО10, являясь наследником спорной квартиры в апреле 1999 года (т. е. за 1 год до предполагаемой сделки с ФИО1), осуществлял юридическую процедуру оформления наследства в виде спорной квартиры после смерти своей бабушки ФИО11, посредством получения у нотариуса свидетельства о праве на наследство по завещанию, а также регистрации права на квартиру в БТИ.

ФИО1 не зарегистрирована в спорном жилом помещении. Близким или дальним родственником по отношению к ФИО10 не приходится. Наследником к имуществу ФИО10 ни по закону, ни завещанию не является.

Правовые основания для проживания в спорном жилом помещении у ФИО1 отсутствуют.

(дата) в адрес истца поступила информация от Управления по Падунскому округу администрации города Братска (посредством служебной записки начальника управления) о том, что правообладатель квартиры по адресу: (адрес), ФИО10 умер. Открытых наследственных дел не имеется. Имущество обладает признаками выморочности.

В ходе проведения работы по указанной информации установлено, что (дата) умер ФИО10, являвшийся собственником спорной квартиры.

Согласно реестру наследственных дел, размещенному на официальном сайте Федеральной нотариальной палаты в сети Интернет, наследственное дело к имуществу ФИО10 не заводилось.

До настоящего времени о праве на наследство на спорное жилое помещение никто не заявил.

Поскольку с момента открытия наследства ((дата)) и до настоящего времени никто не принял наследство ФИО10, это имущество является выморочным. 

Признание МО (адрес) наследником по закону на спорное имущество необходимо для оформления права собственности МО (адрес) на данное жилое помещение с последующим включением в соответствующий жилищный фонд социального использования.

В виду того, что нотариус не может самостоятельно установить факт выморочности имущества в силу недостаточности для этого полномочий, факт выморочности имущества может быть установлен судом.

Удовлетворение встречного иска полностью исключит удовлетворение требований первоначального иска. 

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 в судебном заседании первоначальные исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске с учетом его уточнения, встречные исковые требования не признала. Ранее суду пояснила, что о продаже ФИО10 спорной квартиры она узнала от общих знакомых. При совершении сделки каких-либо документов они не оформляли, она передала ФИО10 денежные средства в оговоренном размере, а он ей ключи от квартиры, документы на нее и свидетельство о смерти ФИО11 С момента приобретения ею квартиры никто никогда не оспаривал ее права на нее. Некоторое время расходы на содержание квартиры ей помогала нести ее мать – ФИО12, поэтому в некоторых платежных документах она указана плательщиком. Квитанции на оплату коммунальных услуг выставлялись на имя ФИО11 до момента переоформления договоров с ресурсоснабжающими организациями. Необходимость обращения в суд за защитой своих прав возникла в настоящее время в связи с тем, что администрацией (адрес) была инициирована проверка оснований ее проживания в спорной квартире. 

Представитель истца (ответчика по встречному иску) Алекса А.В., действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования по первоначальному иску с учетом его уточнения поддержал, суду пояснил, что с момента приобретения ФИО1 спорной квартиры никаких претензий от кого-либо, в том числе от администрации и наследников ФИО10 не было; встречные исковые требования не признал по доводам, указанным в письменных возражениях, из которых следует, что предусмотренный законом срок для принятия наследства, открывшегося со смертью ФИО10 ((дата)) истек (дата). Таким образом, принадлежавшее ФИО10 жилое помещение после его смерти являлось выморочным имуществом и должно было перейти в порядке наследования по закону в собственность публично-правового образования, на территории которого оно расположено. Однако свои права на наследство в отношении квартиры, расположенной по адресу: (адрес), администрация (адрес) не оформила, каких-либо действий по владению и пользованию этим имуществом не осуществляла, что свидетельствует об отказе от права собственности в отношении данной квартиры. После смерти собственника истец пользовалась всей квартирой, оплачивала коммунальные услуги в полном объеме и осуществляла содержание всей квартиры. Регистрация собственности на выморочное имущество является обязанностью публичного субъекта, неисполнение которой должно влечь отказ в защите прав. Соблюдение установленного порядка выявления выморочного имущества, проверка информации об умерших гражданах и ее сопоставления с информацией о собственниках, чьи права отражены в реестре недвижимости, а также своевременное оформление администрацией (адрес) перехода титула собственника, позволило бы избежать спора, являющегося предметом рассмотрения по данному гражданскому делу. Действия истца по встречному иску нельзя признать добросовестными и осмотрительными.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) администрации (адрес) – ФИО4, действующий на основании доверенности, исковые требования ФИО1 не признал, ссылаясь на недоказанность факта приобретения ею спорного жилого помещения, встречные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении.

Протокольным определением суда от (дата) к участию в деле в качестве соответчиков по первоначальному иску привлечены ФИО7, ФИО6, ФИО2, ФИО25

Ответчики по первоначальному иску (третьи лица по встречному иску) ФИО3, ФИО2, в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признали, просили отказать в их удовлетворении.

Ранее в судебном заседании ФИО3 пояснила, что на момент смерти ее отца – ФИО10, ей было 17 лет, она ничего не знала о наследстве, в том числе в виде спорной квартиры, на тот момент была зарегистрирована и проживала по другому адресу. Её отец в указанной квартире на момент смерти также не проживал. При этом она знала о существовании данного жилого помещения, поскольку оно принадлежало ее прабабушке – ФИО11, кроме того, она ранее там проживала с отцом на протяжении четырех лет, примерно с 1995 года. После того, как отец разошелся со своей гражданской супругой, ее отдали на воспитание бабушке по материнской линии. Так как семья была неблагополучная, спросить что-либо о квартире она ни у кого не могла. Самостоятельно каких-либо мер к тому, чтобы узнать состав наследственного имущества после смерти отца, она не принимала. Родственники поясняли, что ничего не знают об этой квартире, не знают, как отец распорядился ей. О сделке купли-продажи между ее отцом и ФИО1 ей ничего неизвестно. После смерти отца никто из его детей в наследство не вступал.

Ранее в судебном заседании ФИО2 пояснила, что на момент смерти ее отца она была несовершеннолетним ребенком (15 лет), что случилось со спорной квартирой, она не знала, все родственники, которые могли бы что-то рассказать о ней, все по очереди умерли от тяжелых заболеваний. Её мать лишили родительских прав, она находилась под опекой сожительницы ее отца, и проживала совместно с ними по другому адресу. По достижении совершеннолетнего возраста она стала проживать совместно с матерью в общежитии. О том, что после смерти отца оставалось какое-то имущество она не знала, в наследство не вступала, долги отца не выплачивала. Похоронами отца занималась ее опекун Наталья Безотечество.

В судебное заседание ответчики по первоначальному иску (третьи лица по встречному иску) ФИО7, ФИО6, будучи надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела, не явились, ФИО7 представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, указав на отсутствие какой-либо заинтересованности в исходе дела. ФИО6 ранее в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, просила отказать в их удовлетворении.

Заслушав пояснения сторон, исследовав письменные доказательства, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 8 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (здесь и далее в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) было предусмотрено, что граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации.

На основании ст. 7 указанного Закона передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. Право собственности на приобретенное жилье возникает с момента регистрации договора в исполнительном органе местного Совета народных депутатов.

Судом установлено и из материалов дела следует, что (дата) между администрацией (адрес) с одной стороны и ФИО11 (Собственник) с другой стороны заключен договор на передачу квартир в собственность граждан, по условиям которого администрация (адрес) передала в собственность, а Собственник получил квартиру, состоящую из одной комнаты, общей площадью 31,2 кв.м., в том числе жилой 18,4 кв.м. по адресу: (адрес), с учетом количества членов семьи один человек (л.д. 56).

Согласно адресной справке РИЦ ООО «БКС» от (дата) в указанном жилом помещении отсутствуют зарегистрированные лица, в качестве собственника указана ФИО11 (л.д. 65).

Аналогичные сведения об отсутствии зарегистрированных по месту жительства (пребывания) лиц по адресу местонахождения квартиры представлены ГУ МВД России по Иркутской области (л.д. 82).

(дата) ФИО11 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти I-СТ № от (дата) (л.д. 14), записью акта о смерти № от (дата) (л.д. 54).

Согласно свидетельству о праве на наследство по завещанию, удостоверенному и зарегистрированному (дата) нотариусом Падунской государственной нотариальной конторы (адрес) ФИО13, наследником указанного в завещании имущества ФИО11 является ФИО10, проживающий по адресу: (адрес). Наследственное имущество состоит из квартиры, находящейся по адресу: (адрес) (л.д. 49).

Согласно записи акта о смерти № от (дата), ФИО10 умер (дата) (л.д. 103).

В силу п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости. Государственная регистрация таких прав в Едином государственном реестре недвижимости проводится по желанию их обладателей.

Квартира поставлена на государственный кадастровый учет (дата), имеет кадастровый №, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (далее - ЕГРН). На момент рассмотрения дела сведения о правообладателях в ЕГРН не внесены (л.д. 41).

Вместе с тем, по сведениям ОГБУ «Центр государственной кадастровой оценки объектов недвижимости» от (дата), собственником вышеуказанной квартиры на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от (дата) является ФИО10, о чем в БТИ (дата) составлена соответствующая запись под № (л.д. 48).

Таким образом, право ФИО10 на спорную квартиру достоверно подтверждено и никем не оспаривается.

Обращаясь в суд с исковым заявлением, ФИО1 указывает, что после вступления в права наследования, ФИО10 летом 2000 года заключил с ней договор купли-продажи, в связи с чем, передал ей ключи и документы от квартиры, а она ему - денежные средства в сумме 35 000 руб. Договор купли-продажи квартиры в письменном виде ими составлен не был, переход права собственности к истцу в установленном законом порядке не зарегистрирован.

Пунктом 3 ст. 218 ГК РФ установлено, что в случаях и в порядке, предусмотренных данным Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Статьей 234 ГК РФ предусмотрено, что лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1).

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 4).

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (п. 3 ст. 234 ГК РФ); владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине ст. 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16 указанного выше постановления Пленума, по смыслу ст.ст. 225 и 234 ГК РФ, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Абзацем первым п. 19 этого же постановления установлено, что возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из ст.ст. 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений ст. 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

Сторонами не отрицается, что с 2000 года и по настоящее время в спорной квартире проживает ФИО1, несет бремя ее содержания, поддерживает в надлежащем санитарном и техническом состоянии.

В качестве доказательств несения истцом бремени содержания спорного жилого помещения представлены квитанции об оплате коммунальных услуг (л.д. 24-37), договор управления многоквартирным домом от (дата) (л.д. 19-20), платежные документы (л.д. 104-119).

Указание в части платежных документов в качестве плательщика коммунальных услуг ФИО12, матери ФИО1, степень родства которых подтверждается свидетельством о рождении ФИО26 (л.д. 69), справкой о заключении брака (л.д. 70), а также указание в качестве потребителя коммунальных услуг ФИО11 не является основанием к оспариванию несения ФИО1 бремени содержания спорной квартиры, поскольку доказательств обратного суду не представлено. 

Из показаний допрошенных ранее свидетелей ФИО18, ФИО19, проживающих по адресу: (адрес) соответственно, установлено, что ФИО1 действительно проживает в спорной квартире с 2000 года, содержит ее, там находятся ее личные вещи. Иных жильцов, как и других владельцев, свидетели никогда там не видели.

Оснований не доверять показаниям указанных свыше свидетелей у суда не имеется, поскольку свидетель ФИО18 зарегистрирована по месту жительства в (адрес) 2016 года, свидетель ФИО19 зарегистрирована по месту жительства в (адрес) 2001 года

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО20 суду показала, что с ФИО1 она знакома с 2004 года в связи с совместной деятельностью по подготовке собак для выставок, постоянно приезжает к ней домой, квартира в (адрес). ФИО1 несет бремя по содержанию данной квартиры, делает косметический ремонт. Иного места жительства у ФИО1 нет, в квартире находятся только ее вещи.

Показаниями свидетеля ФИО21, также подтверждается факт проживания и фактического владения спорной квартирой именно ФИО1 Кроме того, свидетель показал суду, что раньше он проживал по соседству с ФИО10, часто его видел - он жил по (адрес), со своей дочерью Екатериной, с которой они дружили. Примерно в 2000-х годах они съехали в другую квартиру по (адрес), разменяли квартиру по (адрес). В последнее время, в данной квартире он видел только ФИО1, понял, что там живет другой человек. Пока он не переехал, то есть до 2019 года, ФИО1 продолжала жить там же со своими детьми.

Ответчик ФИО3 подтвердила показания свидетеля ФИО21, пояснив, что действительно ранее проживала со своим отцом ФИО10 в спорной квартире.

Свидетель ФИО22 суду пояснила, что в период с 1993 по 2000 годы она сожительствовала с ФИО10 в спорной квартире, ранее принадлежавшей его бабушке – ФИО11 В период с января до июня 2000 года они с ФИО10 совместно не проживали, она переехала к своим родителям. В этот период ФИО10 заболел, проживал сначала со своей матерью по месту ее жительства, но когда его состояние ухудшилось, ФИО22 забрала его к себе, где он и проживал до момента своей смерти. После смерти ФИО10 она не интересовалась никаким его имуществом, ничего о нем не знала, его на тот момент несовершеннолетние дети ФИО27 – 14 лет, Ирина – 12 лет и Екатерина – 16 лет находились у нее под временной опекой, пока их не забрали родные со стороны матери, только ФИО27 осталась проживать с ней до 18 лет. О том, что ФИО10 продал спорную квартиру ей известно не было, он ей об этом ничего не говорил. ФИО22 полагала, что вопросами наследства занималась мать ФИО29.

Как указано в абз. 2 п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

На основании ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Как следует из сообщения центра хранения документации нотариальной палаты Иркутской области от (дата), наследственное дело к имуществу ФИО10 не заводилось (л.д. 94).

По сведениям службы ЗАГС родителями ФИО7, (дата) года рождения, являются ФИО10, ФИО15 На момент смерти отца ФИО7 исполнилось 18 лет; ФИО10 и ФИО15 являются родителями ФИО29 (ФИО8) Е.А., (дата) года рождения, ФИО2, (дата) года рождения. Родителями ФИО6, (дата) года рождения, являются ФИО10 и ФИО23 На момент смерти отца ФИО24, ФИО2 и ФИО6 были несовершеннолетними.

ФИО29 (ФИО8) Е.А. достигла совершеннолетия (дата), ФИО2 – (дата), ФИО6 – (дата), однако доказательств того, что после достижения совершеннолетия они предпринимали какие-либо меры к установлению состава наследства, открывшегося со смертью ФИО10, принятию данного наследства, в материалы дела не представлено.

Согласно ст. 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.

В порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо муниципального, городского округа переходит в том числе и жилое помещение, находящееся на соответствующей территории и принадлежащее наследодателю ко дню его смерти.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.п. 49, 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей, в частности, выплаты долгов наследодателя. Выморочное имущество со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность публично-правового образования: Российской Федерации (любое выморочное имущество, в том числе невостребованная земельная доля, за исключением расположенных на территории Российской Федерации жилых помещений), муниципального образования, города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга выморочное имущество в виде расположенного на соответствующей территории жилого помещения в силу фактов, указанных в пункте 1 статьи 1151 ГК РФ, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и государственной регистрации.

Согласно положениям ст. 215 ГК РФ имущество, принадлежащее на праве собственности городским и сельским поселениям, а также другим муниципальным образованиям, является муниципальной собственностью.

В соответствии со ст. 14 Жилищного кодекса Российской Федерации к полномочиям органов местного самоуправления в области жилищных отношений относятся, в том числе, учет муниципального жилищного фонда и осуществление контроля за использованием и сохранностью муниципального жилищного фонда.

Согласно ст. 16 Федерального закона от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» к вопросам местного значения городского округа относятся, в том числе, владение, пользование и распоряжение имуществом, находящимся в муниципальной собственности городского округа и организация содержания муниципального жилищного фонда.

В силу ст.ст. 124 и 125 ГК РФ муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами, К муниципальным образованиям применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством. От имени муниципальных образований своими действиями могут приобретать и осуществлять, права и обязанности, органы местного самоуправления в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Поскольку никто из наследников ФИО10 о своих наследственных правах в установленный законом шестимесячный срок, каких-либо правопритязаний на него не заявил, принадлежавшее ФИО10 жилое помещение после его смерти являлось выморочным имуществом и в соответствии с положениями гражданского законодательства должно было перейти в порядке наследования по закону в собственность публично-правового образования, на территории которого оно расположено, то есть в собственность (адрес).

Однако свои права на наследство в отношении квартиры, расположенной по адресу: (адрес), администрация (адрес) не оформила, каких-либо действий по владению и пользованию этим имуществом не осуществляла. Наличия объективных препятствий для осуществления администрацией (адрес) своих полномочий по выявлению выморочного имущества судом не установлено, что свидетельствует об отказе истца по встречному иску от права собственности в отношении данной квартиры.

Тот факт, что спорная квартира является выморочным имуществом и в силу закона признается принадлежащей муниципальному образованию, сам по себе не является препятствием для применения ст. 234 ГК РФ.

Судом установлено, что после смерти собственника ФИО1 открыто владела и пользовалась всей квартирой, производила оплату коммунальных услуг в полном объеме и осуществляла ее содержание на протяжении более 20 лет.

При таких обстоятельствах, а также в связи с длительным бездействием публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности на названное имущество, для физического лица не должна исключаться возможность приобретения такого имущества по основанию, предусмотренному ст. 234 ГК РФ.

Согласно позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 22 июня 2017 года № 16-П, переход выморочного имущества в собственность публично-правового образования независимо от государственной регистрации права собственности и совершения публично-правовым образованием каких-либо действий, направленных на принятие наследства (пункт 1 статьи 1151 ГК Российской Федерации в истолковании постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании»), не отменяет требования о государственной регистрации права собственности. Собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 ГК Российской Федерации), что предполагает и регистрацию им своего права, законодательное закрепление необходимости которой, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу (постановления от 26 мая 2011 года № 10-П, от 24 марта 2015 года № 5-П и др.). Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате, в том числе посредством выбытия соответствующего имущества из владения данного публичного собственника в результате противоправных действий третьих лиц.

При регулировании гражданско-правовых отношений между собственником выморочного имущества и его добросовестным приобретателем справедливым было бы переложение неблагоприятных последствий в виде утраты такого имущества на публично-правовое образование, которое могло и должно было предпринимать меры по его установлению и надлежащему оформлению своего права. В правовом демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, пренебрежение требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом со стороны собственника - публично-правового образования в лице компетентных органов не должно влиять на имущественные и неимущественные права граждан, в частности добросовестных приобретателей жилых помещений.

Принцип добросовестности в гражданском праве заключается в необходимости для его субъектов, действующих в своих интересах, учитывать интересы других лиц, исключить действия, основанные на намерении причинить вред другим участникам гражданских правоотношений, не допускать легкомыслия и небрежности во избежание причинения вреда, а также соотносить свои действия с правами, свободами и законными интересами других лиц, общества и государства.

Такое толкование добросовестности коррелирует с правовыми позициями Конституционного Суда РФ. Так в Постановлении от 13 февраля 2018 г. № 8-П Конституционным Судом РФ было разъяснено, что конституционное требование действовать добросовестно и не злоупотреблять своими правами равным образом адресовано всем участникам гражданских правоотношений. Конституционный Суд РФ неоднократно обращал внимание и на взаимосвязь добросовестного поведения с надлежащей заботливостью и разумной осмотрительностью участников гражданского оборота (Постановления от 27 октября 2015 г. № 28-П, от 22 июня 2017 г. № 16-П и др.).

Материалами дела подтверждается, что с момента смерти ФИО10 притязаний со стороны каких-либо иных лиц в отношении спорного имущества не заявлено, интереса к нему как к своему собственному, в том числе как наследственному либо выморочному никем не проявлено.

Судом также установлено, что ФИО1 принимает меры по сохранности спорного недвижимого имущества и несет бремя его содержания, что подтверждается материалами гражданского дела, в частности представленными сведениями об оплате коммунальных платежей, расходов на ремонт, показаниями допрошенных свидетелей.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 как давностный владелец, не скрывающая факта нахождения спорного имущества в ее владении, но при этом принимающая меры к его сохранности, открыто, добросовестно и непрерывного владеет спорным имуществом как своим собственным в течение всего срока приобретательной давности, что свидетельствует о законном характере владения.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд находит исковые требования ФИО28 о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: (адрес) порядке приобретательной давности по существу обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В этой связи, в удовлетворении встречных исковых требований надлежит отказать.

Согласно п. 2 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются, в том числе вступившие в законную силу судебные акты.

Также согласно п. 21 Постановления Пленума верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного суда № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что судебный акт об удовлетворении иска о признании права собственности в силу приобретательной давности является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (СНИЛС №) к администрации муниципального образования (адрес) (ИНН 

<

***>), ФИО6 (ИНН №), ФИО2 (ИНН №), ФИО7 (ИНН №), ФИО8 ФИО5 (ИНН №) удовлетворить. 

Признать за ФИО1 (СНИЛС №) право собственности на квартиру, расположенную по адресу: (адрес), в порядке приобретательной давности.

Решение суда о признании права собственности в порядке приобретательной давности является основанием для государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество в силу положений Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

В удовлетворении встречных исковых требований администрации муниципального образования (адрес) к ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами и другими лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Иркутский областной суд через Падунский районный суд г. Братска Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.С. Ковалева

Решение в окончательной форме изготовлено 19 ноября 2025 года.

Судья И.С. Ковалева