РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 июля 2017 г. г. Усть-Кут

Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Морозовой А.Р. при секретаре судебного заседания Лебедевой И.В., с участием помощника прокурора г. Усть-Кута Барс В.О., истца ФИО1, представителя истца Аминовой Г.В., рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-569 по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда.

В обоснование заявления указала, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 причинил ее мужу ФИО3 тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением оружия, в результате чего он скончался. Приговором Усть-Кутского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

В связи с потерей мужа истцу причинен моральный вред, который истец просит взыскать на основании ст.ст. 1064, 1079, 151, 1100, 1001 ГК РФ, оценив в 1000000 руб. 

ФИО1, ее представитель адвокат Аминова Г.В., действующая по ордеру, в судебном заседании иск поддержали по мотивам, указанным в заявлении.

ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, отбывает наказание в ИК-19, допрошен по судебному поручению Иркутским районным судом, из протокола судебного заседания и возражения, приложенного ответчиком, следует, что ФИО2 иск о компенсации морального вреда не признает, согласен возместить истцу затраты, понесенные ею по организации похорон.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Всеобщая декларация прав человека провозглашает право каждого на жизнь (статья 3). Обязательность установления такого жизненного уровня, который необходим для поддержания здоровья его самого и его семьи, и обеспечения в случае болезни, инвалидности или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам предусмотрена в статье 25 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.

Положения названных международных актов отражены и в Конституции Российской Федерации.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (статья 7). Здоровье человека - высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личными неимущественными права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может наложить обязанность на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» разъяснено, что в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и детьми.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. При этом согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Разрешая возникший спор, суд, руководствуется приведенными выше нормами материального права и разъяснениями по их применению и исходит из того, что в связи с гибелью ФИО3 его супруге ФИО1 причинен моральный вред, обязанность по возмещению которого должна быть возложена на причинителя вреда – ФИО2

Так, судом установлено, что утром ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, которые находились в состоянии алкогольного опьянения в кафе-баре «Теремок», расположенном в 

<

адрес>, по адресу: 

<

адрес>, произошла ссора, в ходе которой у ФИО2 возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО3, опасного для его жизни, с применением оружия, в связи с чем ФИО2 покинул помещение кафе-бара, вооружился огнестрельным оружием, и, вернувшись, стал ожидать ФИО3 возле здания кафе-бара «Теремок» с оружием в руках. 

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 11 часов до 12 часов 15 минут ФИО2, находясь на расстоянии около 18 метров от входной двери кафе-бара «Теремок», расположенного 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, дождавшись, когда потерпевший вышел из дверей кафе-бара, реализуя свои преступные намерения, действуя умышленно, из неприязни к ФИО3, возникшей ранее в ходе ссоры с потерпевшим, с целью причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, не предвидя наступления от своих действий смерти ФИО3, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть ее наступление, применяя огнестрельное оружие, произвел из него один прицельный выстрел в правую голень ФИО3, после чего скрылся с места преступления.

В результате умышленных действий ФИО2, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО3, опасного для жизни человека, потерпевшему были причинены телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты>

Смерть ФИО3 наступила в ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» ДД.ММ.ГГГГ в 05 часов 50 минут от 

<

данные изъяты>

Приговором Усть-Кутского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок семь лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Погибший О. являлся мужем ФИО1, что подтверждено свидетельством о заключении брака.

Из объяснений истца в суде следует, что в результате гибели мужа ей причинен моральный вред, выраженный в перенесенных ею физических и нравственных страданиях, т.к. между ней и мужем сложились родственные взаимоотношения, основанные на семейных ценностях - любви, взаимопонимании, помощи друг другу, воспитании и содержании детей, поэтому безвременная и неожиданная утрата родного человека стала для нее ударом. При этом она претерпела глубокие нравственные страдания, выраженные в скорби и боли по погибшему, тоске по нему, переживании за свою одинокую будущность.

Переживания истца, связанные с гибелью близкого человека – мужа являются нравственными страданиями, а сам факт брачных отношений и факт преждевременной гибели близкого человека подтверждает наличие таких страданий. Факт причинения ФИО1 морального вреда в виде нравственных страданий в связи со смертью близкого человека в результате преступления не оспаривался ответчиком.

Гибель мужа сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое семейное благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства. Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, в связи с чем, должна быть признана тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Принимая во внимание изложенное и руководствуясь критериями, установленными ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в п. п. 2, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», на основании исследования и оценки фактических обстоятельства дела и представленных по делу доказательств, оценив характер нравственных страданий истца, причиненных вследствие смерти близкого человека - мужа, с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен вред, учитывая характер и степень нравственных страданий истца, ее индивидуальные особенности а именно - переживания по поводу смерти близкого человека, потеря мужа а также и тот факт, что вина ответчика в причинении смерти ФИО3 установлена приговором суда, степень вины причинителя вреда, его материальное и семейное положение, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства, а именно нахождение на его иждивении малолетнего ребенка, состояние здоровья, с учетом требований разумности и справедливости, суд пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в сумме 700.000 руб.

При этом наличие у ответчика долга по уплате, обязательных налоговых платежей перед государством не являются основанием для применения ст. 1083 ГК РФ. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика необходимо взыскать государственную пошлину в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования в сумме 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700.000 руб., государственную пошлину в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования в размере 300 руб. 

С мотивированным решением стороны вправе ознакомиться в Усть-Кутском городском 12 июля 2017 г. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Усть-Кутский городской суд в течение месяца.

Председательствующий: А.Р. Морозова