к делу № 2-626/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 июня 2017 года ст. Северская 

Северский районный суд Краснодарского края в составе: 

председательствующего

Андреевой Е.А.,

при секретаре

ФИО3,

с участием представителей ответчика

ФИО4,

действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

ФИО5,

действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

помощника прокурора Северского района 

Шаляпин П.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Краснодарской региональной общественной организации «Центр по защите прав граждан в сфере здравоохранения «Право на Здоровье» в интересах ФИО2 к МБУЗ муниципального образования «Северская центральная районная больница» о признании оказанной медицинской помощи неквалифицированной и компенсации морального вреда,

установил:

Краснодарская региональная общественная организация «Центр по защите прав граждан в сфере здравоохранения «Право на Здоровье» в интересах ФИО2 обратилась в суд с иском к МБУЗ МО «Северская центральная районная больница» о признании оказанной медицинской помощи неквалифицированной и компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истец указал о том, что ФИО2 является дочерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 15.01.2017 года ФИО1, почувствовала себя плохо, в связи с чем её родственники вызвали на дом бригаду «скорой помощи». Прибывшая бригада «скорой помощи» транспортировала пациентку ФИО1 сначала в Ильскую больницу (пос. Ильский), где оформив необходимые документы, не перекладывая пациентку, её транспортировали в Северскую ЦРБ (ст. Северскую), где было проведено исследование – компьютерная томография и был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, после чего пациентку транспортировали в Черноморскую больницу (пгт. Черномрский) в отделение неврологии. Все это время в машине «скорой помощи» находилась дочь пациентки – ФИО2 Кроме того, родственники пациентки все время следовали за машиной «скорой помощи» на своей машине. Видя, что пациентку не лечат, а только возят по территории Северского района, а в отделении неврологии пос. Ильский медицинская помощь не оказывается, родственники пациентки позвонили главному врачу Северской ЦРБ и пожаловались на создавшуюся ситуацию. Только после этого пациентку транспортировали в Афипскую больницу (пос. Афипский), где её сразу же положили в отделение реанимации и начали лечить. В ходе дальнейшего оказания медицинской помощи в Афипский больнице пациентка скончалась. Согласно справке о смерти, причиной смерти является 

<

данные изъяты>. Полагает, что на этапе госпитализации и оказания медицинской помощи были нарушены стандарты оказания медицинской помощи, предусмотренные действующим законодательством РФ, а сама медицинская помощь была не квалифицированной, что на фоне диагноза 

<

данные изъяты> привело к смерти пациентки. В феврале 2017 года ФИО2 обратилась в Краснодарскую региональную общественную организацию «Центр по защите прав граждан в сфере здравоохранения «Право на Здоровье» с просьбой разобраться в ситуации и оказать ей содействие в представлении её законных интересов в суде в связи со смертью её матери. Согласно медицинскому страховому полису № от ДД.ММ.ГГГГ пациентка ФИО1 являлась застрахованным лицом. Полис был выдан ООО «Страховая медицинская организация «СИБИРЬ». Смертью матери, ФИО2 был причинен моральный вред, компенсацию которого она оценила в 50 000 рублей. 07.02.2017 года ФИО2 обращалась в МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» с заявлением о предоставлении ей медицинских документов на имя ФИО1 Согласно письму и.о. главного врача МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» в предоставлении медицинских документов было отказано. Просит признать действия работников МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» по оказанию медицинской помощи ФИО1 не квалифицированными, взыскать с МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» в пользу ФИО2 компенсацию причиненного ей морального вреда в сумме 50 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, о дате и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом. Её представители ФИО6 и ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержали, просили их удовлетворить по доводам, изложенным в исковом заявлении. Представитель ФИО2 - ФИО7 пояснил, что для определения качества медицинской помощи, оказанной ФИО1, не надо устанавливать причину её смерти. При госпитализации ФИО1 требования её родственников были проигнорированы, время потеряно. ФИО1 страдала хроническими заболеваниями, такими как 

<

данные изъяты>, однако консультация эндокринолога проведена не была, а также у неё было нарушение 

<

данные изъяты>, однако лечение не осуществлялось. Более того, основное заболевание осложнилось 

<

данные изъяты>, которая возникла в период пребывания пациентки в медицинском учреждении по вине медицинских работников, лечение 

<

данные изъяты> не проводилось.

Ранее в судебных заседаниях представитель ФИО2 - ФИО7 пояснял, что в Ильской больнице пациентке ФИО1 не была оказана скорая медицинская помощь, а лишь оформлялись документы, затем ФИО1 отвезли в Северскую ЦРБ, где сделали компьютерную томографию, после чего ФИО1 отвезли в Черноморскую больницу. Состояние ФИО1 ухудшилось, и наступила смерть от 

<

данные изъяты>, однако ФИО1 страдала рядом сопутствующих заболеваний, которые также требовали лечения, которого пациентка не получала. В анализах крови отмечалось повышенное содержание 

<

данные изъяты>, ФИО1 выставлен диагноз 

<

данные изъяты>, однако консультация эндокринолога не проводилась. Также у ФИО1 наблюдались 

<

данные изъяты>, однако пациентка не была осмотрена кардиологом.

Представитель ФИО2 - ФИО6 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 находилась на стационарном лечении в течение семи дней и для установления качества оказанной ей медицинской помощи нет необходимости устанавливать причину её смерти, необходимо определить качество медицинской помощи.

Представители ответчика МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» ФИО8 и ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, представили письменные возражения на иск, в которых указали о том, что пациентка ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находилась на лечении в неврологическом отделении МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» с 12 часов 30 минут 15.01.2017 года по 16 часов 55 минут 15.01.2017 года, время нахождения в стационаре 04 часа 25 минут, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Пациентка была доставлена машиной скорой медицинской помощи в приемное отделение Северской ЦРБ 15.01.2017 года с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Проведена компьютерная томография головного мозга, по результатам которой выявлены 

<

данные изъяты> Принимая во внимание данные анамнеза (пациентка была найдена утром 15.01.2017 года, «неизвестный» период без сознания, 

<

данные изъяты>, данные обследования КТ, данные объективного осмотра), дежурным врачом приемного отделения Северской ЦРБ было принято решение направить пациентку на госпитализацию в профильное неврологическое отделение. Витальные функции организма пациентки позволяли транспортировать её в неврологическое отделение. Транспортировку в неврологическое отделение бригадой скорой медицинской помощи пациентка перенесла удовлетворительно. Госпитализирована в неврологическое отделение в 12 часов 30 минут 15.01.2017 года, осмотрена дежурным врачом-неврологом ФИО11 Лечение назначено в соответствии с принятыми порядками оказания медицинской помощи. Принимая во внимание нарастание неврологической симптоматики 

<

данные изъяты>, в 16 часов 55 минут ДД.ММ.ГГГГ пациентка переведена в отделение анестезиологии и реанимации № 2 пгт. Афипский. В отделении анестезиологии и реанимации № 2 пациентка находилась на лечении с 18 часов 00 минут 15.01.2017 года по 23.01.2017 года. Несмотря на проводимое лечение, состояние пациентки прогрессивно ухудшалось, и 23.01.2017 года в 23 часа 00 минут наступила остановка сердца. Реанимационные мероприятия были проведены в соответствии с принятыми стандартами, но оказались безуспешными. 23.01.2017 года в 23 часа 30 минут констатирована биологическая смерть. Патологоанатомическое вскрытие не проводилось. Тело выдано родственникам по письменному заявлению дочери умершей ФИО12 При оформлении 24.01.2017 года заявления письменно было указано, что родственники предупреждены о необходимости проведения экспертного анализа и что в случае возникновения сомнений в качестве оказания медицинской помощи, при отсутствии патологоанатомического исследования претензий к медицинскому персоналу не имеется. Считают доводы истца о том, что на этапе госпитализации и оказания медицинской помощи были нарушены предусмотренные действующим законодательством стандарты оказания медицинской помощи, а сама медицинская помощь была не квалифицированной, что привело к смерти пациентки, не соответствующими действительности и не подтвержденными документально. Также указали, что требования о взыскании денежной компенсации морального вреда не имеют предусмотренных законом оснований, так как истцом не подтверждена причинно-следственная связь между действиями работников ответчика и испытанными ФИО2 моральными страданиями. 

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании пояснила, что родственники ФИО1 с претензиями к оказанию медицинской помощи ФИО1 в МБУЗ МО СО «Северская ЦРБ» не обращались. Также ранее поясняла, что пациентка ФИО1 была найдена после длительного периода без помощи, находилась в постели без сознания, в больнице родственники пояснили, что с 14.01.2017 года ФИО1 не выходила на связь. Тело пациентки ФИО1 выдано родственникам по заявлению дочери без вскрытия, хотя родственники были предупреждены о необходимости проведения патологоанатомического вскрытия для выяснения причины смерти. Указала, что в условиях реанимации ФИО1 проводилось лечение, направленное на спасение жизни пациентки, осуществлялись мероприятия, направленные на лечение основного острого заболевания, то есть 

<

данные изъяты>. Лечение хронических заболеваний в стандарты оказания медицинской помощи в условиях реанимации не входит. Указание на сопутствующие заболевания сделано со слов родственников ФИО1 При осмотре пациентки стало известно, что она страдает рядом хронических заболеваний, в связи с чем, расписано плановое обследование, такое как КТ головного мозга в динамике, общий анализ крови, МОР, ВСК, анализ крови на глюкозу, гликемический профиль, ОАМ, биохимию крови, элекрокардиограмма в динамике, Рентгенография грудной клетки, черепа, суставов, позвоночника, УЗИ ЖКТ, почек, ЭХО-КС, а также консультация кардиолога, эндокринолога, хирурга, уролога, окулиста, ЛОР-врача, гинеколога. Указала, что стандартами предусмотрены сроки ожидания медицинской помощи, в том числе проведение консультации врачами-специалистами, которые составляют 14 дней с момента обращения. ФИО1 находилась в больнице 8 дней, в связи с чем, считает, что медицинским учреждением не нарушены стандарты оказания медицинской помощи.

Представитель ответчика МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» ФИО5 в судебном заседании дополнительно пояснил, что, не имея патологоанатомического исследования невозможно судить о качестве лечения. Указал, что доводы истца о том, что ФИО1 не была оказана качественная медицинская помощь не соответствуют действительности и не имеют документального подтверждения. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 пояснила суду, что она работает фельдшером бригады скорой медицинской помощи МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» и около 10 часов 41 минуты 15.01.2017 года выезжала на вызов в пгт. Ильский, где увидела, что в доме на кровати в одежде с засохшими рвотными массами без сознания лежит бабушка, как ей потом стало известно – ФИО1 Дверь дома была не заперта, работал телевизор. Было видно, что ФИО1 не собиралась ложиться спать, также со слов родственников ей стало известно, что 14.01.2017 года они ФИО1 не звонили. В таком состоянии ФИО1 обнаружил её зять утром 15.01.2017 года. Из увиденного она сделала вывод о том, что 

<

данные изъяты> у ФИО1 произошло длительный промежуток времени назад, скорее всего вечером 14.01.2017 года или в ночь с 14.01.2017 года на 15.07.2017 года. Они оказали ФИО1 скорую помощь, сделали кардиограмму, соответствующие инъекции и около 11 часов 30 минут повезли в МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ», где сделали КТ-исследование. Пока ждали результаты, ФИО1 была осмотрена дежурным врачом, взяты анализы. Пациентка находилась в стабильно тяжелом состоянии. В карете скорой медицинской помощи все время находилась одна из дочерей ФИО1 - ФИО2, претензий к ним по оказанию медицинской помощи не высказывала. После получения результатов КТ, ФИО1 повезли в неврологическое отделение Черноморской больницы, где ФИО1 поместили в палату интенсивной терапии.

ФИО15, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, пояснила суду, что работает медицинской сестрой скорой помощи МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» и вместе с фельдшером ФИО14 утром 15.01.2017 года выезжала по вызову 

<

адрес>. В доме на кровати она увидела ФИО1, 

<

данные изъяты>. На одежде ФИО1 были засохшие рвотные массы. Дочери ФИО1 попросили дать время помыть и периодеть ФИО1, а затем её погрузили в автомобиль скорой медицинской помощи и отвезли в МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ», после получения заключения КТ отвезли в отделение неврологии Черноморской РБ. В салоне автомобиля скорой помощи все время находилась дочь ФИО1 Остальные родственники поехали следом на машине. Претензий к качеству медицинской помощи родственники ФИО1 не предъявляли. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11, пояснил суду, что работает врачом-неврологом в Черноморской РБ. ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 30 минут бригада скорой медицинской помощи привезла в Черноморскую РБ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая находилась в тяжелом состоянии. К обследованию ФИО1 он приступил через 10 минут после её поступления в больницу, так как оказывал помощь другому больному в палате. На основе осмотра, клинической картины им был выставлен диагноз – 

<

данные изъяты> у больной отсутствовало 

<

данные изъяты>. Давность 

<

данные изъяты> составляла более 4 часов. Им было назначено лечение в соответствии с порядком оказания медицинской помощи пациенту с 

<

данные изъяты>. В течение следующих часов состояние ФИО1 ухудшалось несмотря на проводимое лечение. Он доложил о тяжести состояния ФИО1 заместителю главного врача по телефону, и в 16 часов 00 минут ФИО1 была переведена в реанимационное отделение ФИО9.

Выслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, учитывая мнение помощника прокурора Северского района Шаляпина П.Ю., полагавшего, что требования иска не подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статьей ст. 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.В соответствии со ст. 7 Конституции РФ, Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации финансируются федеральные программы охраны и укрепления здоровья населения, принимаются меры по развитию государственной, муниципальной, частной систем здравоохранения, поощряется деятельность, способствующая укреплению здоровья человека, развитию физической культуры и спорта, экологическому и санитарно-эпидемиологическому благополучию (ч. 2 ст. 41).

Исходя из ст.12 ГК РФ, компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу статьи 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", каждый имеет право на медицинскую помощь.

В соответствии с п. 1 ст. 2 Федеральный закон от 21.11.2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем человека.

В силу п. 3, 4 вышеназванной статьи, медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга – это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи, в соответствии с п. 21 указанного закона, понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (п.п. 9 п. 5 ст. 19 Федеральный закон от 21.11.2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 3 ГПК РФ предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

При причинении вреда жизни или здоровью гражданина, он также имеет право на компенсацию моральных страданий, которые могут выражаться в том числе, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Порядок компенсации морального вреда регулируется положениями гл. 59 ГК РФ.

Необходимым условием возникновения обязательства по возмещению вреда является причинная связь между противоправным действием (бездействием) и наступившим вредом.

Под противоправностью действий следует понимать их несоответствие закону, иным установленным нормам и правилам. Применительно к лицам, оказывающим медицинскую помощь, признаки противоправных действий заключаются в несоответствии с официальными требованиями, стандарту медицинских услуг.

Согласно п. 2 и п. 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В судебном заседании установлено, что 23.01.2017 года умерла ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (Л.д. 5). 

В соответствии с медицинским свидетельством о смерти № от 24.01.2017 года причиной смерти указан 

<

данные изъяты> (Л.д. 6).

Как указано в карте вызова СМП, 15.01.2017 года в 10 часов 38 минут диспетчеру МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» поступило сообщение о тяжелом состоянии ФИО1, выехали фельдшер ФИО14 и медицинская сестра ФИО15 

Прибывшая на вызов в 10 часов 50 минут по адресу: 

<

адрес> бригада скорой помощи, осмотрев ФИО1, а также со слов присутствовавших родственников установила, что ФИО1 была найдена лежащей на кровати, не могла говорить, у неё 

<

данные изъяты>, в связи с чем, был выставлен диагноз - 

<

данные изъяты>, оказана помощь в виде внутривенных инъекций магния сульфата и пирацитама, и принято решение об её госпитализации. Будучи доставленной в МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» ФИО1 в 12 часов 20 минут была осмотрена дежурным врачом, ей проведено КТ-исследование головы, взят общий анализ крови.

Согласно протокола исследования отделения компьютерной томографии и лучевой диагностики МБУЗ МО СО «Северчкая ЦРБ» у ФИО1 выявлены 

<

данные изъяты> и рекомендована госпитализация в неврологическое отделение Черноморской РБ.

15.01.2017 года в 13 часов 00 минут ФИО1 была транспортирована в Черноморскую РБ, где осмотрена врачом-неврологом ФИО11, который оценил её состояние как тяжелое, выставил предварительный диагноз - 

<

данные изъяты> Сопутствующими заболеваниями указаны 

<

данные изъяты>, установлен план обследования в виде КТ головного мозга в динамике, общий анализ крови, МОР, ВСК, анализ крови на глюкозу, гликемический профиль, ОАМ, биохимия крови, электрокардиограмма (в динамике), рентгенография грудной клетки, черепа, суставов, позвоночника, УЗИ ЖКТ, почек, ЭХО-КС, консультации кардиолога, эндокринолога, хирурга, уролога, окулиста, ЛОР-врача, гинеколога. Начато медикаментозное лечение, указанное в листке назначений в медицинской карте стационарного больного.

В 16 часов 40 минут 15.01.2017 года после повторного осмотра врачом-неврологом ФИО11, пациентка ФИО1 была транспортирована в отделение анестезиологии и реанимации ФИО9, где осмотрена врачом приемного отделения, которым состояние пациентки было оценено как тяжелое (крайне тяжелое), выставлен диагноз 

<

данные изъяты>.

В соответствии с дневником реаниматолога с 18 часов 00 минут 15.01.2017 года по 06 часов 00 минут 23.01.2017 года состояние ФИО1 оценено как тяжелое, стабильное, уровень сознания – сопор, продолжено лечение по сформированному листу назначений. С 08 часов 00 минут 23.01.2017 года по 15 часов 00 минут 23.01.2017 года состояние ФИО1 ухудшилось, оценено как очень тяжелое, в 22 часа 00 минут 23.01.2017 – как крайне тяжелое и в 23 часа 00 минут 23.01.2017 года у ФИО1 наступила остановка сердечной деятельности, начаты реанимационные мероприятия, биологическая смерть констатирована в 23 часа 30 минут 23.01.2017 года.

Согласно посмертному эпикризу из истории болезни №, заключительный клинический диагноз ФИО1 указан как 

<

данные изъяты>, сопутствующее заболевание 

<

данные изъяты>. Причиной смерти указано 

<

данные изъяты>

Установленные судом обстоятельства отражены в медицинской карте стационарного больного на имя ФИО1, картах вызова скорой медицинской помощи, отчете о движении и стоянкам автомобиля скорой медицинской помощи и подтверждаются также объяснениями сторон и показаниями свидетелей ФИО11, ФИО14, ФИО15

К доводам истца о том, что ФИО1 была транспортирована сначала в ФИО10, где оформлялись документы, а только после этого в МБУЗ МО СР Северской ЦРБ, суд относится критически, так как свидетели ФИО14, ФИО15, пояснили, что больная сразу с места жительства в пгт. Ильский была доставлена в МБУЗ МО СР Северской ЦРБ (ст. Северская). Кроме показаний свидетелей, этот довод также опровергается отчетом о движении и стоянки автомобиля скорой медицинской помощи за период с 08 часов 00 минут 15.01.2017 года по 08 часов 00 минут 16.01.2017 года системы ГЛАНАСС.

Из имеющегося в медицинской карте стационарного больного на имя ФИО1 заявления ФИО16 от 24.01.2017 года, приходящейся дочерью умершей ФИО1, следует, что она отказалась от патологоанатомического исследования (вскрытия) больной ФИО1, указала, что информирована о необходимости проведения экспертного посмертного анализа, в случае возникновения сомнений в качестве оказания медицинской помощи, при отсутствии патологоанатомического исследования не имеет претензий к медицинскому персоналу МБУЗ МО СР Северской ЦРБ по поводу качества диагностики и лечения.

Обращаясь в суд, истец указала о том, что на этапе госпитализации и оказания медицинской помощи были нарушены стандарты оказания медицинской помощи, а сама помощь была не квалифицированной, что привело к смерти пациентки.

В целях выяснения спорных обстоятельств, требующих специальных познаний в области медицины и установления имеется ли причинно-следственная связь между действиями (бездействием) медицинских работников и наступившей смертью ФИО1 на всех этапах её лечения, определением Северского районного суда Краснодарского края от 14.04.2017 года по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Бюро судебно – медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Краснодарского края.

Однако, определение о назначении комиссионной судебно-медицинской экспертизы возвращено в суд без исполнения, в связи с тем, что вопросы определения, касающиеся причины смерти и правильности проведенного лечения, а также связи смерти с ненадлежащим лечением не имеют своего решения в силу отсутствия проведения патологоанатомического исследования (вскрытия) и других исследований (гистологического исследования внутренних органов). Указано, что патологоанатомическое вскрытие позволяет уточнить и проконтролировать достоверность и полноту прижизненной диагностики, адекватности проведенных диагностических и лечебных мероприятий, установить, как лечение повлияло на течение патологических процессов в организме больного (Л.д. 80).

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу указанной нормы, для возложения ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя вреда презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Таким образом, доводы истца о том, что действия работников ответчика МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» по оказанию медицинской помощи ФИО1 были неквалифицированными, необходимая медицинская помощь ФИО1 оказана не была, что явилось причиной смерти больной, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Из анализа объема и содержания обязанностей работников ответчика, применительно к данному медицинскому случаю, обстоятельств оказания ФИО1 медицинской помощи, суд приходит к выводу, что истцом не представлено необходимых и достаточных доказательств того, что оказание медицинской помощи проводилось с нарушением порядков, стандартов, клинических протоколов, иных условий, установленных законом (договором) или обычно предъявляемым требованиям к их качеству, что повлекло нарушение субъективных прав пациента.

Наоборот, из пояснений допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО14, ФИО15 и ФИО11 следует, что ФИО1 в тяжелом состоянии, после длительного периода без сознания была госпитализирована в МБУЗ МО СР «Северская ЦРБ» с диагнозом 

<

данные изъяты>, который подтвердился при дальнейшей диагностике. Фельдшер, прибывшая по вызову оказала всю необходимую помощь, в соответствии с действующим стандартом скорой медицинской помощи при 

<

данные изъяты>. После проведения КТ-исследования ФИО1 транспортирована в профильное неврологическое отделение, где она осмотрена врачом-неврологом, ей назначено лечение. Через три часа после осмотра и проведения необходимых медицинских манипуляций, в связи с ухудшением состояния больной, врачом-неврологом принято решение о её госпитализации в отделение анестезиологии и реанимации ФИО9, где 23.01.2017 года, несмотря на оказанную помощь, ФИО1 скончалась не приходя в сознание.

Тактика лечения ФИО1 описана в медицинской документации, при этом ответчиком оценена тяжесть заболевания пациентки. Однако оценить его перспективы ввиду отсутствия патологоанатомического вскрытия ФИО1 не возможно. Более того, в данном случае речь идет не об излечении ФИО1 от сопутствующих хронических заболеваний, а о возможном сохранении и продлении ей жизни.

Причина смерти ФИО1 указана заведующей терапевтическим отделением ФИО9 врачом-терапевтом на основании предшествующего наблюдения за больной по одному из выявленных тяжелых заболеваний без вскрытия трупа. 

Таким образом, учитывая, что причина смерти ФИО1 не установлена, больная страдала рядом хронических заболеваний, доводы истца о неоказании ФИО1 медицинской помощи в полном объеме и надлежащего качества не подтверждены доказательствами, причинно-следственная связь между смертью ФИО1 и действиями (бездействием) работников ответчика не установлена, вина ответчика в причинении морального вреда, связанного со смертью матери истца не доказана.

В связи с тем, что судом не установлено наличие дефектов оказания медицинской помощи работниками ответчика, которые могли привести к неблагоприятному исходу в виде смерти ФИО1, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для компенсации ФИО2 морального вреда, в связи с чем, исковые требования Краснодарской региональной общественной организации «Центр по защите прав граждан в сфере здравоохранения «Право на Здоровье» в интересах ФИО2 к МБУЗ МО «Северская центральная районная больница» о признании оказанной медицинской помощи неквалифицированной и компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

В удовлетворении исковых требований Краснодарской региональной общественной организации «Центр по защите прав граждан в сфере здравоохранения «Право на Здоровье» в интересах ФИО2 к МБУЗ муниципального образования «Северская центральная районная больница» о признании оказанной медицинской помощи неквалифицированной и компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Северский районный суд Краснодарского края в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда. 

Мотивированное решение суда составлено 14.06.2017 года. 

Председательствующий Е.А. Андреева