Дело№ 2-1988/18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 июня 2018 года Центральный районный суд г. Воронежа

в составе:

председательствующего судьи Багрянской В.Ю.

при секретаре Шестаковой М.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «МАКС» о взыскании невыплаченной компенсации на приобретение лекарственных препаратов, компенсации морального вреда, неустойки, штрафа

у с т а н о в и л:

Истец обратилась с настоящим иском к ответчику, указывая, что является лицом застрахованным по государственному контракту заключенному между Судебным департаментом при Верховном суде РФ и ЗАО «МАКС», по условиям которого в рамках добровольного медицинского страхования судей предусмотрена компенсация расходов на приобретение лекарственных препаратов. Истец в установленном порядке обратилась в страховую компанию ЗАО «МАКС», приложив все необходимые документы. Страховой компанией заявленные расходы истца на приобретение лекарственных препаратов в сумме 37438 руб. были компенсированы частично в сумме 4535 руб. В остальной части истцу было отказано в возмещении расходов на приобретение лекарственных средств. Истец полагает, что страховая компания незаконно отказала ей в выплате, просит взыскать компенсацию стоимости приобретенных лекарственных препаратов в сумме 32488 руб., компенсацию морального вреда 2000 руб., штраф в сумме 16244 руб. и неустойку в сумме 29239,20 руб. (л.д. 3-7).

В судебном заседании истец свои требования поддержала, пояснила изложенное, при этом, указала, что действительно, представленные ею выписные эпикризы не содержат указания на назначение врачом препаратов мезим форте и эссливер, поэтому в части расходов на приобретение данных препаратов, она свои требования не поддерживает. Препарат нольпаза также не был прописан ей врачом, в связи с чем, в цену иска стоимость этого препарата она также не включала при подаче иска в суд.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 с иском не согласилась, представила суду письменные возражения, доводы которых поддержала (л.д. 65-67). 

Судебный департамент при Верховном Суде РФ не направил в суд своего представителя, суду представлены письменные объяснения по делу.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из представленных документов и пояснений сторон судом установлено, что на момент обращения к ответчику с заявлением истец являлась судьей Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда. Между Судебным департаментом при Верховном суда РФ и ответчиком был заключен государственный контракт на осуществление добровольного медицинского страхования судей федеральных судов общей юрисдикции, судей федеральных арбитражных судов, мировых судей, в том числе пребывающих в отставке, и членов их семей ( далее застрахованные) от 21 декабря 2016 года № СД-144ю/168 (л.д.68-77). Пунктом 13 контракта предусмотрено, что приложением к государственному контракту являются, в частности, комплексная программа страхования, а также типовой регламент предоставления дополнительных медицинских услуг в субъекте РФ в объеме комплексной программы страхования (л.д. 11-14, 78-88).

Пунктом 2.9. Комплексной программы страхования предусмотрено, что страховщик возмещает личные расходы застрахованных на приобретение только лекарственных средств, назначенных врачами. При этом, судьям и судьям, пребывающим в отставке возмещаются расходы на курс амбулаторного лечения после стационарного лечения, а также при необходимости медикаментозного лечения в амбулаторных условиях за исключением заболеваний, указанных в п. 2.11. Программы.

В соответствии со ст. 927 ГК РФ, страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком). Договор личного страхования является публичным договором (статья 426). В случаях, когда законом на указанных в нем лиц возлагается обязанность страховать в качестве страхователей жизнь, здоровье или имущество других лиц либо свою гражданскую ответственность перед другими лицами за свой счет или за счет заинтересованных лиц (обязательное страхование), страхование осуществляется путем заключения договоров в соответствии с правилами настоящей главы. Для страховщиков заключение договоров страхования на предложенных страхователем условиях не является обязательным. Законом могут быть предусмотрены случаи обязательного страхования жизни, здоровья и имущества граждан за счет средств, предоставленных из соответствующего бюджета (обязательное государственное страхование).

По договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор. Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица (ст. 934 ГК РФ).

В силу ст. 935 ГК РФ, Законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать: жизнь, здоровье или имущество других определенных в законе лиц на случай причинения вреда их жизни, здоровью или имуществу;

Согласно ст. 969 ГК РФ, в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям). Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями. Обязательное государственное страхование оплачивается страховщикам в размере, определенном законами и иными правовыми актами о таком страховании. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются к обязательному государственному страхованию, если иное не предусмотрено законами и иными правовыми актами о таком страховании и не вытекает из существа соответствующих отношений по страхованию.

Правила, предусмотренные главой 48 ГК РФ, применяются к отношениям по медицинскому страхованию, постольку, поскольку законами об этих видах страхования не установлено иное (ст. 970 ГК РФ).

В соответствии со ст. 20 Закона РФ от 26.06.1992 N 3132-1 (ред. от 05.12.2017, с изм. от 19.02.2018) "О статусе судей в Российской Федерации", жизнь, здоровье и имущество судьи подлежат обязательному государственному страхованию за счет средств федерального бюджета. При этом жизнь и здоровье судьи подлежат страхованию в размере его 180 ежемесячных денежных вознаграждений.

В силу ст. 307 ГК РФ, обязательства возникают из договоров, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу пункта 3 статьи 10 Закона «Об организации страхового дела в РФ», страховая выплата – это денежная сумма, которая определена в порядке, установленном, в том числе договором страхования, и выплачивается страховщиком страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю при наступлении страхового случая. Из данной правовой нормы следует, что порядок определения размера страховой выплаты устанавливается в договоре страхования. П. 3 ст. 3 того же Закона предусмотрено, что добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком и содержат условия о порядке определения страховой выплаты.

В соответствии со ст. 943 ГК РФ, условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Государственным контрактом от 21 декабря 2016 года №СД-14ю/168 (п. 1.1) предусмотрено, что страховщик принимает на себя обязанности по организации и оплате медицинских услуг, предоставляемых судьям федеральных арбитражных судов, при наступлении страхового случая в соответствии с Комплексной программой добровольного страхования. 

Согласно комплексной программе добровольного страхования (п. 1.1.) страховым случаем является обращение Застрахованного за получением дополнительных медицинских услуг в объеме настоящей программы и в порядке, установленном Регламентом предоставления услуг в субъекте РФ, при заболеваниях, травме, отравлении и других несчастных случаях. Согласно п. 1.1.2. Программы, дополнительные медицинские услуги в рамках страхового случая предоставляются по следующим видам медицинской помощи: первичная специализированная медико-санитарная помощь, специализированная, в том числе, высокотехнологичная медицинская помощь. При этом, п. п. «б» и «в» п. 1.1.2. Программы предусмотрено, что медицинская помощь может оказываться амбулаторно (без круглосуточного медицинского наблюдения и вызова на дом медицинского работника) в форме плановой медицинской помощи ( при заболеваниях, не сопровождающихся угрозой жизни и отсрочка которых не повлечет ухудшения состояния здоровья).

П. 2.9.1. Программы и п. 5 Регламента предусмотрено, что страховщик возмещает личные расходы Застрахованных на приобретение лекарственных препаратов при необходимости лечения в амбулаторных условиях за исключением заболеваний и состояний, указанных в п. 2.11 Программы.

Согласно представленным истцом выписным эпикризам, истцу установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Диагностированные истцу заболевания отсутствуют в п. 2.11 Программы, что не оспаривалось ответчиком, следовательно, диагностированные истцу заболевания предусмотрены Программой ДМС.

Истец обратилась в установленном порядке к ответчику с соответствующим заявлением, приложив все необходимые документы 22 декабря 2017 года, что сторонами не оспаривается и подтверждается материалами дела (л.д.8,16). Оплата расходов ответчиком была произведена в объеме 4535 руб., что следует из ответа на претензию истца (л.д. 8). При этом, ответчик не смог документально аргументировать какие именно из заявленных истцом расходов на приобретение лекарственных препаратов были компенсированы.

Из представленных истцом выписных эпикризов, судом установлено, что она проходила неоднократно стационарное лечение в августе и сентябре 2017 года в БУЗ ВО «Воронежская областная клиническая больница №» и ФГБУ Федеральный научно-клинический центр специализированных видов медицинской помощи и медицинских технологий ФБМА России г. Москва соответственно. При выписке из указанных лечебных учреждений истцу было назначено медикаментозное лечение препаратами: 

<

данные изъяты>

Согласно представленных истцом товарных и кассовых чеков следует, что в период времени с октября 2017 года по декабрь 2017 года ею приобретались следующие лекарственные препараты: 

<

данные изъяты> на общую сумму 1196 руб. (л.д.43), 

<

данные изъяты> на сумму 3892 руб. (л.д.45), 

<

данные изъяты> на сумму 5149 руб. (л.д.47), 

<

данные изъяты> на сумму 5767 руб. (л.д.49), 

<

данные изъяты> на сумму 3420 руб. (л.д.51), 

<

данные изъяты> на сумму 3732 руб. (л.д. 53), 

<

данные изъяты> на сумму 8169 руб. (л.д.55). также согласно товарных чеков от 11 октября 2017 года и от 09 октября 2017 года истцом приобретены препараты на сумму 3338 руб. и 2775 руб. соответственно (л.д. 132-133), при этом приобретены 

<

данные изъяты>. Все перечисленные товарные и кассовые чеки на общую сумму 37438 руб. были направлены ответчику с заявлением о компенсации расходов.

Компенсация расходов на лекарства в полном объеме произведена не была, что представителем ответчика не отрицается, при этом, ответ истцу на ее заявление также не был дан. В ответ на претензию истца от марта 2018 года, ответчик направил истцу письмо, в котором указал на причины невыплаты (л.д.8). Согласно ответу на претензию, ответчик отказал истцу в компенсации расходов на приобретение лекарственных средств, ввиду того, что они приобретены истцом за пределами курса амбулаторного лечения после стационарного, кроме того, ряд препаратов не указаны в представленных истцом эпикризах в качестве назначенных врачом.

Суд соглашается с доводами представителя ответчика о том, что препараты 

<

данные изъяты> отсутствуют во врачебных назначениях, указанных в выписных эпикризах и возмещению не подлежат. При этом, суд учитывает, что стоимость препарата 

<

данные изъяты> в размере 405 руб. истец не включала в расчет своих исковых требований, а на взыскании стоимости препаратов 

<

данные изъяты> в размере 106 руб. и 463 руб. соответственно, она не настаивает. 

Между тем, суд не может принять во внимание доводы представителя ответчика о том, что истцу не был рекомендован препарат 

<

данные изъяты> исходя из следующего. 

Приказом Минздрава России от 20.12.2012 N 1175н (ред. от 31.10.2017) "Об утверждении порядка назначения и выписывания лекарственных препаратов, а также форм рецептурных бланков на лекарственные препараты, порядка оформления указанных бланков, их учета и хранения" (Зарегистрировано в Минюсте России 25.06.2013 N 28883), предусматривается, что назначение и выписывание лекарственных препаратов осуществляется медицинским работником по международному непатентованному наименованию, а при его отсутствии - группировочному наименованию. В случае отсутствия международного непатентованного наименования и группировочного наименования лекарственного препарата, лекарственный препарат назначается и выписывается медицинским работником по торговому наименованию (п. 3 Приложения 1 к Приказу).

Согласно представленному истцом выписному эпикризу (л.д.28), ей был назначен препарат «

<

данные изъяты>». В материалы дела также представлена аннотация к препарату «

<

данные изъяты>» (л.д. 139-148), из которой следует, что наименование «

<

данные изъяты>» - это торговое наименование препарата «

<

данные изъяты> при этом, «

<

данные изъяты>» - это международное непатентованное наименование, которое и было обоснованно указано медицинским работником при назначении указанного препарата.

Доводы представителя ответчика о том, что приобретение данных лекарственных средств невозможно отнести к амбулаторному лечению после стационарного суд полагает необоснованными и не имеющими юридического значения. Заявленные к возмещению расходы понесены истцом в период времени с 09 октября 2017 года по 22 декабря 2017 года. Согласно представленных истцом выписных эпикризов, истец проходила лечение в августе и сентябре 2017 года, была выписана из стационара 29 сентября 2017 года с указанными в выписном эпикризе рекомендациями относительно приема лекарственных препаратов, указанных судом выше. В дальнейшем проходила медикаментозное лечение амбулаторно без круглосуточного медицинского наблюдения и вызова на дом медицинского работника. Такая форма медикаментозного лечения предусмотрена Программой добровольного страхования и отнесена Программой к страховым случаям наряду с амбулаторным лечением после стационарного лечения. Данный вывод суда подтверждается также тем обстоятельством, что ответчик не оспаривал наступления страхового случая и частичную выплату компенсации произвел в добровольном порядке. Кроме того, и Программой добровольного страхования и Регламентом предусмотрено, что страховщиком к возмещению принимаются документы, оформленные не позднее 12 месяцев со дня приобретения лекарственных средств (дата, указанная на кассовом чеке). Истцом данные требования к сроку оформления документов соблюдены. 

Исходя из приведенных законоположений и фактических обстоятельств дела, суд полагает, что отказ ответчика возместить расходы на приобретение истцом лекарственных препаратов в сумме 31929 руб. отсутствовали. Определяя размер недоплаченной компенсации, суд исходит из следующего расчета.

Всего предъявлено расходов на сумму 37438 руб., из которых истцу было компенсировано 4535 руб., препараты 

<

данные изъяты> стоимостью 405 руб., 

<

данные изъяты> стоимостью 463 руб. и 

<

данные изъяты> стоимостью 106 руб. истцу врачом назначены не были и на их взыскании ФИО1 не настаивала, следовательно, возмещению подлежат расходы на сумму 31929 руб. (№). 

Доводы представителя ответчика о том, что суду необходимо истребовать амбулаторную карту истца также безосновательны. Медикаментозное лечение препаратами, стоимость которых предъявлена истцом к возмещению, осуществлялось не в рамках амбулаторной поликлинической помощи, указанные препараты были рекомендованы истцу при выписке из стационаров и именно эти выписные эпикризы были предъявлены ответчику для подтверждения необходимости в их назначении. Таким образом, то обстоятельство, какие препараты, возможно, были назначены истцу при обращении в поликлинику позднее, не подлежит выяснению судом в данном случае, поскольку не относится к юридически значимым обстоятельствам в рамках данного спора, с учетом оснований заявленных истцом требований.

Доводы представителя ответчика о том, что после выписки из стационара истец была полностью трудоспособна и выписана к труду с 30 сентября 2017 года, также не имеет юридического значения в данном случае, поскольку, право на возмещение расходов на медикаментозное лечение амбулаторно, ни государственным контрактом, ни программой ДМС, ни регламентом, не ставится в зависимость от восстановления трудоспособности застрахованного. 

При этом, согласно выписным 

<

данные изъяты> рекомендованы истцу для приема постоянно. Препарат 

<

данные изъяты> рекомендован к применению длительно, а 

<

данные изъяты> в течение месяца, а затем с перерывами в 2-3 месяца. Учитывая даты, в которые истцом были приобретены указанные лекарственные препараты, можно сделать вывод о том, что истцом амбулаторно проводилось медикаментозное лечение на основании рекомендаций, указанных в выписных эпикризах, что и Программой и Регламентом отнесено к страховому случаю.

Рассматривая требования истца о компенсации морального вреда, щтрафа и неустойки, суд исходит из следующего.

В силу преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей либо Закон), отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей либо Закон), другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

К отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года №17).

Отношения по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья судей, в том числе, в части мер ответственности применяемых к страховщику за нарушение прав застрахованных лиц, специальным законом не урегулированы. Государственный контракт, Прграмма ДМС и Регламент также не содержат условий наступления ответственности страховщика за нарушение прав застрахованных лиц, размера такой ответственности не определяют. Закон РФ от 26.06.1992 N 3132-1 (ред. от 05.12.2017, с изм. от 19.02.2018) "О статусе судей в Российской Федерации" также данные вопросы не регламентирует.

В данном случае, истец, являясь застрахованным лицом (выгодоприобретателем) по договору добровольного страхования, заключенному между ответчиком и Судебным департаментом, относится к потребителям услуг, оказываемых ответчиком населению в рамках добровольного медицинского страхования.

Из изложенного следует, что к данным правоотношениям применимы нормы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", а также положения ГК РФ, вопреки доводам ответчика. 

В соответствии со ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В данном случае суд находит обоснованными требования истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязанностей по договору, однако, полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1000 руб., поскольку доказательств причинения вреда в большем размере истцом не представлено.

Разрешая вопрос о взыскании неустойки, суд учитывает следующее. Государственным контрактом, Программой ДМС и Регламентом не установлены сроки, в течение которых страховщик обязан произвести выплату компенсации на приобретение лекарственных средств. 

В случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства (ч. 2 ст. 314 ГК РФ). 

Судом установлено, что претензия истцом ответчику направлена ответчику 07 марта 2018 года, получена ответчиком 20 марта 2018 года, вх. №275 (л.д.8). Следовательно, требование истца о выплате компенсации подлежало удовлетворению ответчиком в срок до 28 марта 2018 года (21 марта +7 дней). Истец просит взыскать с ответчика неустойку в размере 3% за каждый день просрочки за период с 30 марта 20188 года по 30 апреля 2018 года в сумме 29239, 20 руб. С учетом размера подлежащей истцу выплаты, определенной судом, а также требований ст. 28 Закона «О защите прав потребителей» размер неустойки составит 30651 руб. 84 коп. (31929х3%х32 дня). В силу ст. 196 ГПК РФ, суд удовлетворяет требования истца в данной части в пределах заявленных истцом требований и полагает необходимым взыскать с ответчика неустойку в заявленной истцом сумме 29239,20 руб. Доводы ответчика о снижении неустойки в данном случае безосновательны, доказательств того, что заявленная истцом неустойка несоразмерна последствиям нарушенного обязательства, стороной ответчика суду не представлено.

Согласно п.6 ст.13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом выводов суда о нарушении ответчиком прав истца, как потребителя услуг по добровольному страхованию, а также учитывая то, что ответчик не удовлетворил требования истца в добровольном порядке, с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 50% от сумм, присужденных потребителю судом. Судом в пользу истца присуждено 62168, 20 руб. (31929+29239,20+1000), таким образом, размер штрафа должен составить 31084, 10 руб. (62168,20х50%). Однако, определяя размер штрафа, суд также учитывает пределы заявленных истцом требований и на основании ст. 196 ГПК, полагает необходимым взыскать с ответчика штраф в заявленной истцом сумме 16244 руб. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчисления, установленным бюджетным законодательством РФ. 

Согласно ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ государственная пошлина по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации) зачисляется в бюджеты муниципальных районов.

Таким образом, с учетом размера удовлетворенных требований и положений ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход муниципального бюджета государственная пошлина в размере 2335 руб. 

Руководствуясь ст. ст. 67, 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Взыскать с АО «МАКС» в пользу ФИО1 компенсацию стоимости приобретенных лекарственных средств в сумме 31929 руб., неустойку в сумме 29239, 20 руб., компенсацию морального вреда в сумме 1000 руб., штраф в сумме 16244 руб., а всего: 78412 руб. 20 коп. (семьдесят восемь тысяч четыреста двенадцать рублей двадцать копеек).

Взыскать с АО «МАКС» в доход местного бюджета госпошлину в сумме 2335 руб. (две тысячи триста тридцать пять рублей).

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме. 

Судья

Решение в окончательной форме изготовлено 28 июня 2018 года.