Судья Петров В.А.

В апелляции судьи: Петрыкина Е.В. (предс., докл.),

ФИО1, ФИО2

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПРЕЗИДИУМА САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

 

№ 44У - 244/2019

г. Самара

28 августа 2019 года

Президиум Самарского областного суда в составе:

председательствующего Кудинова В.В.,

членов президиума - Шкурова С.И., Горбуль Н.А., Подольской А.А., Моргачевой Н.Н.,

с участием заместителя прокурора Самарской области Шевцова А.Ю.,

осужденного ФИО3 и адвоката Карачанской Ю.Г., действующей в защиту его интересов,

при секретаре Латыповой Р.Р.

рассмотрел уголовное дело по кассационной жалобе осужденного ФИО3 на приговор Отрадненского городского суда Самарской области от 17 января 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 16 мая 2019 года.

Приговором Отрадненского городского суда Самарской области от 17 января 2019 года

ФИО3, 

<

данные изъяты>, судимый:

2 июля 2014 года Красноглинским районным судом г.Самары (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Самарского областного суда от 06.10.2014г.) по ч.2 ст.228 УК РФ к 3 годам 9 месяцам лишения свободы,

5 сентября 2014 года Красноглинским районным судом г.Самары по ч. 1 ст.318 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, постановлением Красноглинского районного суда г.Самары от 13 ноября 2014 года в соответствии со ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию, назначенном по приговору Красноглинского районного суда г.Самары от 5 сентября 2014 года, частично присоединено неотбытое наказание, назначенное по приговору Красноглинского районного суда г.Самары от 2 июля 2014 года, окончательное наказание назначено в виде лишения свободы на срок 3 года 10 месяцев без штрафа и без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожден 5 декабря 2017 года по отбытию наказания с установлением административного надзора до 10 декабря 2025 года,

осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных ч.1 ст.325.1 УК РФ, к 5 месяцам лишения свободы за каждое; за совершение двух преступлений, предусмотренных п. «в,г» ч.2 ст. 158 УК РФ, к 1 году 10 месяцам лишения свободы за каждое; за совершение преступления, предусмотренного п. «г» ч.3 ст. 158 УК РФ, к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено 3 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять с 17 января 2019 года, с зачетом времени нахождения ФИО3 под стражей с 11 июля 2018 года по 16 января 2019 года.

С ФИО3 в пользу ФИО13 взыскано в счет возмещения причиненного ущерба 14745 рублей.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 16 мая 2019 года приговор Отрадненского городского суда Самарской области от 17 января 2019 года изменен, указано, что на основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 3 июля 2018 года №186-ФЗ) зачесть ФИО3 время содержания под стражей с 11 июля 2018 года по день вступления приговора в законную силу - 16 мая 2019 года (включительно) в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ. В остальной части приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе осужденный ФИО3 выражает несогласие с приговором суда первой инстанции и апелляционным определением суда второй инстанции, считает их незаконными, необоснованными и подлежащими изменению в связи с допущенными судами существенными нарушениями норм уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела.

Считает, что в нарушение положений ст.ст. 15,47,240,297 УПК РФ. и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данных в постановлении от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», судом в приговоре не дано описание доказательствам, а именно его показаниям, данным в досудебном производстве по делу по преступлению от 7 июня 2018 года в отношении потерпевшего ФИО13 в части причиненного ущерба. Указывает, что в ходе рассмотрения дела не исключена возможность падения телефона потерпевшего на землю и его хищения путем свободного доступа с земли. Полагает, что ущерб в сумме 

<

***> рублей для потерпевшего ФИО13 с учетом прожиточного минимума, его заработка и его отношения к сохранности телефона как к вещи, не имеющей ценности, не может быть признан значительным. Ссылается на то, что, признавая стоимость похищенного им телефона 

<

***> рублей, при обосновании значительности ущерба суд исходил из стоимости телефона в 10000 рублей.

Ссылается на то, что по факту хищения от 18 июня 2018 года судом установлено, что им похищен рюкзак и кольцо, при этом не учтены разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, данные в постановлении от 27 декабря 2002 года №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», согласно которым хищение (кража) носимых потерпевшим вещей и имущества само по себе не может квалифицироваться пунктом «г» ч.2 ст. 158 УК РФ. Полагает, что из буквального толкования п. «г» ч.2 ст. 158 УК РФ следует, что квалификация распространяется на кражу из одежды, сумки или иной ручной клади, расширительному толкованию положения уголовного закона не подлежат, хищение кольца с пальца потерпевшего не может быть квалифицировано по п. «г» ч.2 ст. 158 УК РФ.

Указывает, что гарантии, предусмотренные ст.ст.47,53 УПК РФ, не обеспечены, поскольку назначенным ему адвокатом не было исполнено его поручение о постановке перед судом апелляционной инстанции вопросов о допущенных судом первой инстанции нарушениях, в связи с чем доводы, аналогичные изложенным в настоящей жалобе, оказались неисследованными в суде второй инстанции.

Просит приговор Отрадненского городского суда Самарской области от 17 января 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 16 мая 2019 года изменить, по преступлению от 7 июня 2018 года по факту кражи сотового телефона у ФИО13 исключить квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба» и признать его виновным по ч.1 ст.158 УК РФ, по преступлению от 18 июня 2018 года исключить квалифицирующий признак п. «г» ч.2 ст.158 УК РФ, пересмотреть и снизить срок назначенных ему наказаний.

Заслушав доклад судьи Самарского областного суда Штейн Э.Г., изложившей обстоятельства дела, содержание судебных решений, мотивы кассационной жалобы и вынесения ее для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, выслушав доводы осужденного ФИО3 и адвоката Карачанской Ю.Г. в поддержание кассационной жалобы, заместителя прокурора Самарской области Шевцова А.Ю., президиум Самарского областного суда,

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО3 признан виновным в совершении:

неправомерного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства, принадлежащего потерпевшей ФИО14;

неправомерного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства, принадлежащего потерпевшему ФИО15;

кражи, то есть тайного хищения чужого имущества (сотового телефона ФИО13 стоимостью 

<

***> рублей), из одежды, находившейся при потерпевшем, с причинением значительного ущерба гражданину; 

кражи, то есть тайного хищения чужого имущества (денежных средств ФИО13 в размере 8000 рублей), с банковского счета с причинением значительного ущерба гражданину;

кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, из другой ручной клади, находившейся при потерпевшем ФИО16, с причинением значительного ущерба гражданину на общую сумму 24627 рублей 76 копеек.

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Основаниями отмены или изменения приговора суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке в соответствии с положениями ч.1 ст.401.15 УПК РФ являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения по настоящему делу установлены.

В силу положений ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п.1 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Исходя из приведенных нормативных положений, приговор представляет собой единый логически связанный документ, резолютивная часть которого должна вытекать из содержания его вводной и описательно-мотивировочной частей.

Несоответствие резолютивной части обвинительного приговора другим его частям, а равно противоречия в выводах суда, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора относительно установленных в судебном заседании обстоятельств совершенного преступления и квалификации содеянного, свидетельствуют о незаконности судебного решения.

Состоявшийся в отношении ФИО3 приговор от 17 января 2019 года вышеприведенным требованиям закона не соответствует.

Как следует из описания фактических обстоятельств преступного деяния, изложенного в приговоре и признанного судом доказанным, 18 июня 2018 года примерно в 1 час ФИО3, находясь у подъезда 1 

<

адрес>, имея внезапно возникший преступный умысел на тайное хищение чужого имущества, подошел к скамейке, на которой находился в состоянии алкогольного опьянения ФИО17, и, преследуя корыстную цель незаконного личного обогащения, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, воспользовавшись тем, что потерпевший ФИО17 спит и за его действиями никто не наблюдает, руками извлек со скамейки и тайно похитил находящийся при ФИО17 принадлежащий последнему рюкзак для ноутбука стоимостью 2999 рублей, в котором находились: мужской кожаный кошелек стоимостью 662 рубля, модем «Мегафон» 40 стоимостью 1295 рублей, навигатор «РRESTIGIO-GEOVISION»7777 стоимостью 3150 рублей, МРЗ- плейер «SONY» стоимостью 1386 рублей, внешний накопитель «REMAX»-RРР-12 1ООООmAh стоимостью 1522 рубля, а также не представляющие материальной ценности для потерпевшего полимерный чехол, ежедневник, «Сбербанк Виза-голд», «Сбербанк Мир», «Сбербанк Виза», «ВТБ Виза». Далее ФИО3, продолжая свои преступные действия, в указанные выше дату и время снял руками с безымянного пальца правой руки спящего на скамейке ФИО17 и тайно похитил золотое кольцо-печатку 585 пробы весом 9,78 грамма стоимостью 13613 рублей 76 копеек. После этого ФИО3 с похищенным имуществом с места совершения преступления скрылся, впоследствии распорядившись им по своему усмотрению, совершив тем самым своими противоправными действиям кражу и причинив потерпевшему ФИО17 значительный материальный ущерб на общую сумму 24627 рублей 76 копеек.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении указанного преступления в отношении потерпевшего ФИО17 соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются обоснованными, подтверждаются помимо признательных показаний ФИО3 доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре и апелляционном определении: показаниями потерпевшего ФИО17 о том, что летом 2018 года он возвращался домой в состоянии опьянения, присел на лавку у подъезда и уснул, проснувшись, обнаружил, что у него похищены вещи и документы на общую сумму 24000 рублей, затем ему позвонили из полиции и сообщили, что нашли его вещи; показаниями оперуполномоченного О МВД России ФИО18 об обстоятельствах получения сообщения о хищении имущества у ФИО17, задержания ФИО3 и изъятия похищенного имущества; иными доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, осмотра документов, которым дана соответствующая правовая оценка на предмет относимости и допустимости в качестве доказательств.

Указанные выше действия ФИО3 квалифицированы судом как совершение кралей, то есть тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину из другой ручной клади, находившейся при потерпевшем.

Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда с квалификацией действий ФИО3 согласилась.

Фактически при описании преступного деяния указано, что ФИО3, воспользовавшись тем обстоятельством, что ФИО17 спит и за его действиями никто не наблюдает, тайно похитил ручную кладь потерпевшего - рюкзак с находившимся в нем имуществом и снял кольцо с пальца потерпевшего.

Однако суд не учел, что в соответствии с данной нормой по части 2 ст. 158 УК РФ может быть квалифицирована лишь кража из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем. Ответственность за кражу при иных обстоятельствах пунктом "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ не предусмотрена, а расширительное толкование данного положения закона не допускается.

При таких обстоятельствах юридическая оценка действий ФИО3 по п.«г» ч.2 ст. 158 УК РФ является ошибочной, поскольку из предъявленного ФИО3 обвинения и описанных в приговоре обстоятельств не следует, что им было похищено какое-либо имущество непосредственно из одежды потерпевшего, а также из его сумки либо иной ручной клади, т.е. с непосредственным проникновением в эти предметы, а усматривается, что осужденным была похищена сама сумка с названным имуществом, которая находилась при спящем на скамейке потерпевшем. Кроме того, местонахождение рюкзака потерпевшего в приговоре не конкретизировано, при рассмотрении дела не выяснялось.

Таким образом, установив указанные в приговоре фактические обстоятельства, касающиеся способа тайного хищения чужого имущества, суд неправильно применил уголовный закон, квалифицировав действия осужденного еще и п. "г" ч.2 ст. 158 УК РФ (кража из сумки, находившейся при потерпевшем).

В связи с изложенным президиум приходит к убеждению, что имеет место основание для изменения приговора по отдельным доводам кассационной жалобы осужденного в части квалификации его действий, при этом неправильное применение уголовного закона повлияло на исход дела, в том числе и на справедливость приговора.

Из приговора подлежит исключению ссылка на наличие квалифицирующего признака п.«г» ч.2 ст. 158 УК РФ (кража из ручной клади, находившейся при потерпевшем).

Квалифицирующий признак совершенного ФИО4 преступления «с причинением значительного ущерба потерпевшему» в данном случае нашел свое подтверждения в ходе рассмотрения дела.

В связи с уменьшением объема обвинения назначенное наказание осужденному ФИО3 по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ (кража чужого имущества с причинением значительного ущерба потерпевшему ФИО17) подлежит снижению.

Как следует из описания фактических обстоятельств преступных деяний осужденного в отношении потерпевшего ФИО13, изложенного в приговоре и признанного судом доказанным, 7 июня 2018 года примерно в 2 часа, находясь у подъезда № 

<

адрес>, имея внезапно возникший преступный умысел на тайное хищение чужого имущества, ФИО3 подошел к скамейке, на которой находился ФИО13, и, преследуя корыстную цель незаконного личного обогащения, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, воспользовавшись тем, что потерпевший ФИО13 будучи в состоянии алкогольного опьянения спит и за его действиями никто не наблюдает, свободным доступом рукой извлек из правого кармана трико, одетого на ФИО13, и тайно похитил принадлежащий последнему сотовый телефон «Samsung»- Galaxу АЗ» стоимостью 

<

***> рублей. После этого ФИО3 с похищенным имуществом с места преступления скрылся, впоследствии распорядившись им по своему усмотрению, совершив тем самым своими противоправными действиями кражу из одежды, находившейся при потерпевшем, и причинив потерпевшему ФИО13 значительный материальный ущерб на сумму 

<

***> рублей.

Далее 7 июня 2018 года в дневное время ФИО3, находясь по месту жительства знакомого ФИО20 в 

<

адрес>, имея умысел на тайное хищение чужого имущества - денежных средств, принадлежащих ФИО13 с банковского счета № карты «Visa-Classic» «Сбербанк России» на имя ФИО13, преследуя корыстную цель незаконного личного обогащения, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, воспользовавшись тем, что за его действиями никто не наблюдает, при помощи сотового телефона «Samsung»- Galaxу АЗ», ранее похищенного у ФИО13, в котором установлена сим-карта оператора «Мегафон» с абонентским номером 

<

***>, будучи осведомленным о том, что к указанной выше сим-карте подключена услуга «Мобильный банк», при помощи смс-сообщений, введя команды на короткий номер «900», перевел на банковский счет № на имя ФИО20 и тайно похитил с банковского счета № на имя ФИО13 принадлежащие последнему деньги в сумме 8000 рублей. После этого ФИО20, будучи не осведомленным о противоправных действиях ФИО3, действуя по просьбе последнего, в тот же день 7 июня 2018 года, находясь в отделении Сбербанка России № по 

<

адрес>/А 

<

адрес>, снял со своего банковского счета № похищенные ФИО3 деньги в сумме 8000 рублей и предал в руки последнему, которыми ФИО3 завладел, распорядившись ими по своему усмотрению, совершив тем самым своими противоправными действиями кражу с банковского счета и причинив потерпевшему ФИО13 значительный материальный ущерб на сумму 8000 рублей.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении указанных преступлений, в отношении потерпевшего ФИО13 соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются обоснованными, подтверждаются помимо признательных показаний ФИО3 доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре и апелляционном определении: показаниями потерпевшего ФИО13 о том, что в ночь с 6 на 7 июня 2018 года он возвращался домой в состоянии опьянения, присел на лавку у подъезда и уснул; проснувшись, пошел домой и обнаружил, что из закрытого на молнию кармана трико пропал сотовый телефон «Samsung»- Galaxу АЗ», купленный им в 2016 году примерно за 19000 рублей, в службе Сбербанка России пояснили, что с его карты Сбербанк, привязанной к его номеру телефона, с 6 на 7 июня 2018 года были переведены денежные средства в сумме 8000 рублей на другую карту, материальный ущерб от хищения телефона, стоимость которого им оценивается в 10000 рублей, и от хищения денежной суммы с учетом его заработной платы в 15000 рублей для него является значительным; оглашенными в судебном заседании показаниями свидетелей ФИО21 и ФИО22 об обстоятельствах продажи в ломбард сотового телефона «Samsung»- Galaxу АЗ» ФИО22 по просьбе ФИО3; показаниями свидетеля ФИО20 о том, что по просьбе ФИО3 снял 8000 рублей, которые перевел ему ФИО3 с банковской карты; иными доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, выемки и осмотра документов, заключением эксперта №Э о стоимости похищенного сотового телефона в размере 

<

***> рублей, отчету по счету карты Сбербанка, которым дана соответствующая правовая оценка на предмет относимости и допустимости в качестве доказательств.

Президиум Самарского областного суда приходит к выводу, что правильно установив фактические обстоятельства совершенных ФИО3 преступлений в отношении потерпевшего ФИО13, суд дал неверную юридическую оценку преступным действиям осужденного по факту хищения им сотового телефона.

Судом ФИО3 признан виновным в хищении у ФИО13 сотового телефона «Samsung»- Galaxу АЗ» стоимостью 

<

***> рублей и его действия квалифицированы по п.«в,г» ч.2 ст. 158 УК РФ как тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину из одежды, находившейся при потерпевшем.

С выводами суда о том, что для потерпевшего ущерб в сумме 

<

***> рублей является значительным, согласиться нельзя.

В соответствии с п.2 примечания к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее 5000 рублей. При квалификации действий лица, совершившего кражу по признаку значительного ущерба, следует руководствоваться указанным примечанием, а также учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного и его значимость для потерпевшего, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство и другие обстоятельства. Выводы суда о том, что причиненный потерпевшему ущерб является значительным, должны быть мотивированы в приговоре.

Однако достоверных доказательств того, что материальный ущерб причинен потерпевшему в значительном размере, органами предварительного следствия не представлено. Этот вопрос подробно не выяснялся; данные, подтверждающие материальное положение потерпевшего, в материалах дела отсутствуют.

Как следует из текста приговора, суд исходил из стоимости похищенного у потерпевшего ФИО13 сотового телефона «Samsung»- Galaxу АЗ» в 10000 рублей. При этом, как видно из протокола судебного заседания, вопрос о том, является ли для ФИО13 значительным ущерб в сумме 

<

***> рублей, соответствующий стоимости похищенного у него сотового телефона согласно справки эксперта, не выяснялся. 

Из обстоятельств совершенного преступления, приведенных в приговоре, не следует, что хищением сотового телефона стоимостью 

<

***> рублей потерпевший был постановлен в затруднительное материальное положение. Кроме того, похищенный предмет не является предметом первой необходимости.

Стоимость похищенного, всего на 1745 рублей превышающая 5000 рублей, то есть суммы, установленной уголовным законом как минимальная для определения суммы значительного ущерба, а также значимость похищенного имущества для потерпевшего не свидетельствуют о значительности причиненного потерпевшему ФИО13 ущерба.

Таким образом, квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину» по факту совершения кражи сотового телефона у потерпевшего ФИО13 подлежит исключить из предъявленного ФИО3 обвинения как не подтвержденный установленными по делу и изложенными в обвинении фактическими обстоятельствами.

Квалифицирующий признак кражи из одежды, находящейся при потерпевшем, в отношении сотового телефона ФИО13 полностью нашел подтверждение. Вопреки доводам осужденного, изложенным в кассационной жалобе, сомнений относительно местонахождения сотового телефона, а именно в его нахождении в застегнутом на замок-молнию кармане брюк потерпевшего, не имеется. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями потерпевшего ФИО13, оснований не доверять которым не установлено.

Ввиду исключения из обвинения ФИО3 по факту совершения им преступления - кражи сотового телефона у ФИО13 квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба потерпевшему», то есть с учетом уменьшения объема обвинения назначенное ФИО3 наказание по п. «г» ч.2 ст. 158 УК РФ (кража чужого имущества из одежды, находящейся при потерпевшем) подлежит снижению.

Оснований для исключения квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба потерпевшему» из обвинения ФИО3 по факту совершения им кражи денежных средств с банковского счета потерпевшего ФИО13 не имеется, поскольку вопрос о том, является ли для потерпевшего значительным ущерб в сумме 8000 рублей решался судом исходя из указанной в обвинении суммы с учетом позиции потерпевшего.

Суд кассационной инстанции приходит к выводу, что предъявленное ФИО3 обвинение по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ полностью нашло подтверждение, оснований для иной квалификации повершенного ФИО3 преступления по факту кражи денежных средств с банковского счета потерпевшего ФИО13 не имеется.

Из описания преступного деяния, совершенного ФИО3 по факту неправомерного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства, принадлежащего потерпевшей ФИО14, следует, что 21 января 2018 года примерно в 2 часа, находясь во дворе 

<

адрес>, имея внезапно возникший преступный умысел на неправомерное завладение государственным регистрационным знаком транспортного средства, подошел к находящемуся на парковочной площадке автомобилю «GreatWall»-СС6460КМ27 государственный регистрационный знак № регион, принадлежащему ФИО14, где, действуя из корыстной заинтересованности, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, воспользовавшись тем, что за его действиями никто не наблюдает, при помощи принесенной с собой отвертки открутив шурупы, снял руками с указанного выше автомобиля и неправомерно завладел передним и задним государственными регистрационными знаками № данного транспортного средства, оставив на лобовом стекле автомашины записку следующего содержания: «№ позвони» с целью последующего выдвижения требований владельцу автомобиля о выплате определенной денежной суммы за возвращение знаков. После этого ФИО3 с данными государственными регистрационными знаками с места преступления скрылся, впоследствии распорядившись ими по своему усмотрению.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.325.1 УК РФ, в отношении потерпевшей ФИО14, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются обоснованными, подтверждаются помимо признательных показаний ФИО3 доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре и апелляционном определении: показаниями потерпевшей ФИО14 и свидетеля ФИО23 о том, что в ночь с 21 на 22 января 2018 года оставили автомобиль, припаркованным во дворе дома, утром 22 января 2018 года обнаружили факт хищения государственного регистрационного знака с автомобиля и записки с указанием телефона; показаниями свидетеля ФИО24, обнаружившей 13 апреля 2018 года два автомобильных номера и сообщившей об этом в полицию; а также иными доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, предметом, которым дана соответствующая правовая оценка на предмет относимости и допустимости в качестве доказательств.

Из описания преступного деяния совершенного ФИО3 по факту неправомерного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства, принадлежащего потерпевшему ФИО15, следует, что 21 января 2018 года примерно в 3 часа, находясь во дворе 

<

адрес>, имея вновь возникший преступный умысел на неправомерное завладение государственным регистрационным знаком транспортного средства, подошел к находящемуся на парковочной площадке автомобилю «Форд»-Эксплоер XTL» государственный регистрационный знак № регион, принадлежащему ФИО15, где, действуя из корыстной заинтересованности, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действии, воспользовавшись тем, что за его действиями никто не наблюдает, при помощи принесенной с собой отвертки открутив шурупы, снял руками с указанного выше автомобиля и неправомерно завладел передним и задним государственными регистрационными знаками № данного транспортного средства, оставив на лобовом стекле автомашины записку следующего содержания: «№ позвони» с целью последующего выдвижения требований владельцу автомобиля о выплате определенной денежной суммы за возвращение знаков. После этого ФИО3 с данными государственными регистрационными знаками с места преступления скрылся, впоследствии распорядившись ими по своему усмотрению.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.325.1 УК РФ, в отношении потерпевшего ФИО15 соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются обоснованными, подтверждаются помимо признательных показаний ФИО3 доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре и апелляционном определении: показаниями потерпевшего ФИО15, свидетелей ФИО25, ФИО26 о том, что в ночь с 21 на 22 января 2018 года оставили автомобиль припаркованным во дворе дома, утром 22 января 2018 года обнаружили факт хищения государственного регистрационного знака с автомобиля и записки с указанием телефона; а также иными доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, предметом, которым дана соответствующая правовая оценка на предмет относимости и допустимости в качестве доказательств.

Правильно установив обстоятельства указанных выше преступлений в отношении потерпевших ФИО14 и ФИО15, с обвинением в совершении которых согласился осужденный, суд в описательно-мотивировочной части приговора ошибочно указал даты совершения преступлений, указав, что преступления совершены 21 января 2018 года в 2 часа и 3 часа соответственно, в то время как датой совершения преступления является 22 января 2018 года, что следует из показаний потерпевшей ФИО14, свидетеля ФИО23 и из показаний потерпевшего ФИО15 и свидетелей ФИО25, ФИО26

При этом данные ошибки имеют очевидно технический характер, не связаны с существом осуждения ФИО3 и не вызваны изменением предъявленного осужденному обвинения по уголовному делу, рассмотренному судом, в связи с этим данные ошибки подлежат устранению путем уточнения указанных в приговоре дат совершения ФИО3 преступлений.

В связи с уменьшением объема обвинения при квалификации действий ФИО3 по факту кражи сотового телефона у ФИО13 и по факту кражи ручной клади и золотого кольца у ФИО17 назначенное ФИО3 наказание подлежит смягчению. Решая вопрос о наказании, президиум учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, их фактические обстоятельства, данные о личности виновного, все обстоятельства дела, влияние наказания на исправление осужденного, на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, президиум учитывает полное признание ФИО3 вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, наличие заболеваний; в качестве отягчающего наказание обстоятельства - рецидив преступлений.

Оснований для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ с учетом наличия в действиях ФИО3 рецидива преступлений не усматривается. При назначении наказания подлежат применению положения ч.2 ст.68 УК РФ.

Президиум соглашается с выводами предыдущих судебных инстанций, что обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, которые с применением ст.64 УК РФ дают право на назначение осужденному более мягкого наказания, чем предусмотрено законом, а таюке оснований для применения ч.6 ст. 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств совершенных осужденным преступлений и степени их общественной опасности не имеется.

Определяя вид и размер наказания с учетом совокупности указанных в приговоре конкретных обстоятельств дела, президиум исходит из возможности исправления осужденного только в условиях реального отбывания наказания в виде лишения свободы и отсутствии оснований для применения ст.73 УК РФ.

Принимая во внимание личность осужденного, его материальное положение, суд посчитал возможным не назначать дополнительные виды наказания.

Гражданский иск потерпевшего ФИО13 разрешен судом первой инстанции в соответствии с требованиями закона и принятое решение суда мотивировано.

Аналогичные изложенным в кассационной жалобе доводы осужденного о нарушении его права на защиту ввиду оказания ему неквалифицированной юридической помощи адвокатом, назначенным судом в качестве его защитника в уголовном процессе, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, обоснованно отвергнуты по обстоятельствам, изложенным в апелляционном определении, не согласиться с которыми оснований не имеется. Президиум Самарского областного суда соглашается с выводами суда апелляционной инстанции, что основания считать, что в ходе рассмотрения уголовного дела право ФИО3 на защиту нарушено, отсутствуют. Кроме того, как следует из сообщения Палаты адвокатов по Самарской области оснований для возбуждения дисциплинарного производства по заявлению ФИО3 в отношении адвоката ФИО27 не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 6 части 1 статьи 401.14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Кассационную жалобу осужденного ФИО3 удовлетворить частично.

Приговор Отрадненского городского суда Самарской области от 17 января 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 16 мая 2019 года изменить:

уточнить описательно-мотивировочную часть приговора в части указания даты совершения ФИО3 преступлений, предусмотренных ч.1 ст.325.1 УК РФ: считать датой совершения ФИО3 преступления по факту неправомерного завладения государственным регистрационным знаком с автомобиля ФИО14, а также датой совершения ФИО3 преступления по факту неправомерного завладения государственным регистрационным знаком с автомобиля ФИО28 22 января 2018 года вместо 21 января 2018 года;

переквалифицировать действия ФИО3 по факту кражи у потерпевшего ФИО17 с п. «в,г» ч.2 ст. 158 УК РФ на п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ, назначить ФИО3 наказание по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ в виде 1 года 9 месяцев лишения свободы;

переквалифицировать действия ФИО3 по факту кражи сотового телефона у потерпевшего ФИО13 с п. «в,г» ч.2 ст. 158 УК РФ на п. «г» ч.2 ст.158 УК РФ, назначить ФИО3 по п. «г» ч.2 ст. 158 УК РФ наказание в виде 1 года 9 месяцев лишения свободы;

на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить ФИО3 2 года 10 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор Отрадненского городского суда Самарской области от 17 января 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 16 мая 2019 года оставить без изменения.

В соответствии с п.2 ч.2 ст.401.3 УПК РФ настоящее постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации по правилам главы 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий В.В.Кудинов