Дело № 2-252/2019

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 ноября 2019 года п. Чернышевск 

Чернышевский районный суд Забайкальского края в составе: 

председательствующего судьи Силяевой И.Л.,

при секретаре Шагалиной К.А., 

с участием прокурора Балтаевой С.В.,

истца ФИО1,

представителя ответчика ОАО «Российские железные дороги» ФИО2, действующей на основании доверенности от 31 мая 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Могочинского транспортного прокурора в интересах ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

Могочинский транспортный прокурор обратился с указанным иском в интересах ФИО1 Исковые требования были дополнены прокурором в интересах ФИО1, а также ФИО1 были заявлены исковые требования о взыскании расходов на погребение. В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 23 час. 25 мин. местного времени на № км. Забайкальской железной дороги грузовым поездом № 3801 был смертельно травмирован ЯИВ

22 декабря 2018 года старшим следователем Забайкальского СО на транспорте Восточно-Сибирского СУ на транспорте СК РФ ККА по результатам проведенной проверки сообщения о преступлении вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.263 УК РФ по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления.

ЯИВ ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является 

<

данные изъяты> ФИО1

Смерть ЯИВ наступила от 

<

данные изъяты>.

Указывает, что гибель 

<

данные изъяты> ЯИВ. причинила его 

<

данные изъяты> ФИО1 моральный вред. Просит взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей с ОАО «РЖД» (т.1 л.д.4-6), с СПАО «Ингосстрах» расходы на проведение поминального обеда в сумме 19 092 руб. 80 коп. (л.д. 214), истец ФИО1 просит взыскать с ответчика СПАО «Ингосстрах» затраты, связанные с погребением в размере 6 250 рублей (т.2 л.д.31).

20 августа 2019 года в судебном заседании в качестве соответчика привлечено СПАО "Ингосстрах".

Прокурор Балтаева С.В. в судебном заседании заявленные исковые требования Могочинского транспортного прокурора в интересах ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда и расходов на проведение поминального обеда поддержала, по основаниям указанным в исковом заявлении. Исковые требования ФИО1 о взыскании суммы расходов на погребение поддержала, пояснив, что данные расходы являлись необходимыми.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования Могочинского транспортного прокурора, заявленные в её интересах поддержала полностью, заявленные требования о взыскании расходов на погребение 

<

данные изъяты> также поддержала, пояснив, что погибший ЯИВ её 

<

данные изъяты>. Она проживала с 

<

данные изъяты> совместно в 

<

адрес>. 

<

данные изъяты> был добрым и заботливым, работал, материально помогал ей. Гибель 

<

данные изъяты> причинила ей сильные душевные страдания, до настоящего времени не может вернуться к привычному укладу жизни. Для погребения ею были приобретены ритуальные принадлежности на сумму 6 250 рублей, а также приобретены в долг продукты питания на проведение поминального обеда, поскольку не было денежных средств. Долг она отдала только в 2019 году.

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы возражения на иск, пояснив, что истцом не доказано причинение морального вреда, наличие теплых отношений в семье истца. Ответственность ОАО «РЖД» застрахована надлежащим образом, в связи с чем, материальную ответственность должна нести страховая компания. При принятии решения просит учесть, что потерпевшим ЯИВ. была допущена грубая неосторожность при пересечении железнодорожного пути в неустановленном месте, в состоянии алкогольного опьянения, в момент происшествия находился в наушниках, в которых слушал музыку, в связи с чем, не слышал предупреждающие сигналы приближающего локомотива. При определении размера компенсации морального вреда учесть принципы разумности и справедливости. 

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах», будучи надлежащим образом извещен о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился. Представитель СПАО «Ингосстрах» ФИО3, действующая на основании доверенности от 10 сентября 2019 года, в представленном суду письменном возражении выразила несогласие с заявленными требованиями ссылаясь на следующее. 

Согласно условий Договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» № от 14.09.2016 года, гражданская ответственность ОАО «РЖД» застрахована. Полагает СПАО «Ингосстрах» ненадлежащим ответчиком по данному делу, поскольку в соответствии с п. 2.4 Договора страхования обязанность Страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть на основании предъявленной Страхователю претензии, признанной им добровольно, на основании решения суда, установившего обязанность Страхователя возместить ущерб, причиненный им Выгодоприобретателям, на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба Выгодоприобретателям, в связи с чем, СПАО «Ингосстрах» не может являться ответчиком, так как требования исходят из ответственности Страхователя, но Страхователем не признаны.

Условиями Договора страхования предусмотрена возможность возложения на СПАО «Ингосстрах» обязанности по возмещению расходов на погребение, которая наступает не в результате как такового события причинения вреда, а в связи с наступлением гражданской ответственности Страхователя на основании решения суда, устанавливающего обязанность Страхователя ОАО «РЖД» возместить ущерб, причиненный Выгодоприобретателям и определяющего размер такой компенсации. Учитывая, что такое решение суда на момент рассмотрения настоящего гражданского дела отсутствует, с СПАО «Ингосстрах» отсутствует обязанность по выплате страхового возмещения.

Сложившаяся судебная практика подтверждает, что ответственность по выплате расходов на погребение возложена судом на непосредственного владельца источника повышенной опасности, как причинителя вреда – ОАО «РЖД».

Считает, что истцом не доказан факт наступления гражданской ответственности ОАО «РЖД», повлекший за собой причинение вреда ЯИВ в связи с чем факт наступления страхового случая не подтвержден.

По настоящему спору истец в обоснование наступления страхового случая должен был представить документы, перечисленные в п. 7.3.1, однако до получения искового заявления СПАО «Ингосстрах» не было в досудебном порядке уведомлено о рассматриваемом событии как Страхователем, так и истцом.

В соответствии с п. 2.4, 7.2, 7.3.1 Договора страхования, в настоящее время у СПАО «Ингосстрах» не имеется оснований для признания данного случая страховым по следующим основаниям: не представлены документы, подтверждающие факт причинения ущерба истцу непосредственно ОАО «РЖД» при обстоятельствах, изложенных в п. 2.2 Договора страхования, а также документы, указанные в п. 7.3.1 Договора, СПАО «Ингосстрах» не уведомлено Страхователем о данном событии, а также не располагает информацией о добровольном признании последним факта наступления его гражданской ответственности.

Кроме того, п. 8.1.1.2 Договора страхования установлены лимиты страхового возмещения, так в случае, если суд возложил на Страхователя обязанность возмещения понесенных расходов на погребение, страховая выплата осуществляется Страховщиком в размере не более 25 000 рублей лицам, понесшим данные расходы.

Страховая сумма по договору страхования постоянно уменьшается, дела в отношении ОАО «РЖД» рассматриваются судами на всей территории РФ, в связи с чем, лимит ответственности страховой компании в любой момент может быть исчерпан. Возможность контролировать исчерпание лимита существует только в том случае, когда страховая выплата по компенсации морального вреда и расходов на погребение будет производится в соответствии с условиями заключенного Договора страхования, при наличии решения суда, устанавливающего факт наступления гражданской ответственности ОАО «РЖД» и размер такой компенсации.

На основании изложенного, просит суд отказать в удовлетворении требований к СПАО «Ингосстрах» в полном объеме.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

Установлено, что ЯИВ ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 25 минут был смертельно травмирован грузовым поездом № 3801 на № км № Забайкальской железной дороги.

Потерпевший ЯИВ являлся 

<

данные изъяты> ФИО1.

Как следует из протокола осмотра места происшествия от 20 октября 2018 года: в 2 км в западную сторону от поста ЭЦ ст. Укурей на № км ПК № Забайкальской железной дороги на 3 неправильном пути с четной стороны на насыпи лежит мужчина без признаков жизни. Во внутреннем кармане мужчины обнаружен сотовый телефон BQ золотистого цвета кнопочного типа, от данного телефона идет подсоединенный кабель белого цвета – наушники, на момент осмотра в телефоне и в наушниках играла музыка (л.д. 27-28). 

Из проведенной судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть ЯИВ наступила от 

<

данные изъяты> (л.д. 46-48).

Как следует из заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, при судебно-химическом исследовании крови от трупа ЯИВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружен этиловый спирт в крови 1.47 промилле (л.д. 220).

Согласно протоколу совещания у главного инженера Чернышевск-Забайкальской дистанции пути от 26 октября 2018 года №, в несчастном случае, произошедшем в сутках 19 октября 2018 года на № км ПК № (главного) пути 

<

адрес> вина работников дистанции пути не установлена, причиной смертельного травмирования послужило нарушение пострадавшим ЯИВ разделов 10 и 11 «Правил нахождения граждан и размещение объектов в зонах повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути» Приказ Минтранса России № 18 от 08.02.2007 года (л.д. 131-132).

Как следует из Акта № 2 служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни и здоровью граждан, не связанных с производством на железнодорожном транспорте, составленного 02 ноября 2018 года в Чернышевской дистанции пути Забайкальской железной дороги главным инженером ПИВ., и.о. специалиста по охране труда ЧИН., дорожным мастером МАС., причиной транспортного происшествия послужило грубое нарушение пострадавшим ЯИВ. раздела 10 «Правил нахождения граждан и размещение объектов в зоне повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», Приказа Минтранса России № 18 от 08.02.2007 года раздела 10 Действия граждан, которые не допускаются на железнодорожных и пассажирских платформах: проезжать и переходить через железнодорожные пути в неустановленных местах (л.д. 55-56).

Из вышеуказанного Акта также следует, что машинист поезда НАВ следовал грузовым поездом № № (по ГИДу поезд №, локомотив 2ЭС5К №) сообщением Чернышевск-Шилка, по станции Укурей в западной горловине с левой стороны по ходу движения на расстоянии 2-3 метра от электровоза, увидел силуэт лошади, применил экстренное торможение краном с подачей песка под электровоз. Наезд предотвратить не удалось ввиду малого расстояния. В последний момент увидели, что на лошади находился человек. Сигнальные огни локомотива и прожектор были включены, локомотив и подвижной состав находился в технически исправном состоянии, для предотвращения наезда применялось служебное торможение, звуковые сигналы (свисток и тифон) работают исправно, система пескоподачи исправна, приборы безопасности исправны и опломбированы (л.д. 118-120).

22 декабря 2018 года постановлением старшего следователя Забайкальского следственного отдела на транспорте Восточно-Сибирского следственного управления на транспорте СК РФ ККА вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении машиниста НАВ по сообщению о совершенном преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 263 УК РФ, по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления, поскольку ЯИВ, находясь в зоне повышенной опасности, в нарушение требований правил безопасности нахождения граждан на железнодорожном транспорте ЦУО/4499 требований «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути» № 18 от 19.09.2007, пересекал железнодорожные пути в неустановленном месте (л.д. 12-13).

Согласно п. 1 ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 г. № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездом и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть огорожены за счет средств владельцев инфраструктур (владельцев железнодорожных путей необщего пользования).

Приказом Минтранса России от 08.02.2007 г. № 18 утверждены обязательные Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, которыми установлено, что проезд и переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах.

При проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (пункт 7).

Не допускается нахождение граждан на железнодорожных путях в состоянии опьянения (пункт 10).

Указанными правилами к зонам повышенной опасности отнесены железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие, связанные с движением поездов и маневровой работы объекты железнодорожного транспорта.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что смерть ЯИВ наступила в результате причиненной ему железнодорожной травмы, вследствие грубого нарушения потерпевшим требований безопасности при пересечении железнодорожных путей в неустановленном месте при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности.

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Положениями статьи 1079 ГК РФ установлено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В силу п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Требованиями норм действующего законодательства предписано, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Положения ч. 2 ст. 1083 ГК РФ предусматривают, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094). Грубая неосторожность – когда лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было их предвидеть. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обращаясь с заявленными требованиями о взыскании компенсации морального вреда, Могочинский транспортный прокурор в обоснование перенесенных страданий ФИО1 также указала на ухудшение состояния здоровья ФИО1 в связи с перенесенным ею потрясением, вызванным смертью 

<

данные изъяты>, однако каких-либо доказательств этому суду представлено не было.

Как следует из справки, предоставленной главным врачом ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» ФИО4, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживающая в 

<

адрес>, в период с 19.10.2018 года по 29.10.2019 года обращалась однажды на «скорую» ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ по поводу 

<

данные изъяты>. Фельдшерско-акушерского пункта в с. Шивия нет, вызовы обслуживаются отделением скорой медицинской помощи п. Чернышевск (л.д. 199).

Также установлено, что ФИО1 проживала совместно с 

<

данные изъяты> ЯИВ до дня его смерти. В судебном заседании ФИО1 поясняла, что между ней и 

<

данные изъяты> были теплые отношения, 

<

данные изъяты> ей всегда помогал, конфликтов между ними не было.

Как следует из материалов дела согласно общественной характеристики, выданной главой сельского поселения «Укурейское» ФИО5, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживающая по адресу забайкальский край, 

<

адрес>, проживает с 1985 года по настоящее время. В администрации сельского поселения «Укурейское» семья 

<

данные изъяты>).

Из характеристики ЯИВ, составленной главой сельского поселения «Укурейское» ФИО5 следует, что ЯИВ проживал в селе 

<

адрес> совместно с 

<

данные изъяты> ФИО1 до дня своей смерти, дважды отбывал наказание в виде лишения свободы, образование начальное (5 классов), учиться не хотел. Год проживал в гражданском браке с ЛВЛ 

<

данные изъяты> (л.д. 230).

Согласно справки-характеристике, выданной ст. инспектором ОУУП и ПДН ОМВД России по Чернышевском району ИНБ, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на профилактическом учете в ПДН ОМВД России по Чернышевскому району не состоит, ранее состояла на учете и была снята в связи с лишением свободы (л.д. 232).

Учитывая, что наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда, принимая во внимание показания истца ФИО1 в судебном заседании, отсутствие доказательств, подтверждающих ухудшение состояния здоровья ФИО1 в период времени после смерти 

<

данные изъяты> ЯИВ., принимая во внимание индивидуальные характеризующие личность ФИО1 данные, суд, с учетом требований разумности и справедливости полагает требования истца о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью сына, подлежащим удовлетворению частично в размере 20 000 рублей. 

Согласно п. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, пункт 1 ст. 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вед, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

На момент происшествия гражданская ответственность ОАО «РЖД» была застрахована СПАО «Ингосстрах» на основании Договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» № от 14.09.2016 года, срок действия договора 24 месяца, то есть страховой случай имел место в период действия данного договора (л.д. 157-165).

Пунктом 1.1 указанного договора предусмотрено, что Страховщик обязуется за обусловленную в соответствии с настоящим Договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в настоящем Договоре события (страхового случая) возместить третьим лицам (Выгодоприобретателям) ущерб, возникший вследствие причинения вреда их жизни, здоровью, имуществу, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде.

Пунктом 2.2 Договора предусмотрено, что страховым случаем по настоящему договору является наступление гражданской ответственности Страхователя по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда, в течение действия настоящего договора, жизни, здоровью, имуществу Выгодоприобретателей и/или окружающей среде, которые влекут за собой обязанность Страховщика произвести страховую выплату, за исключением случает, указанных в пункте 2.5 настоящего Договора.

Согласно п. 2.3 Договора по настоящему договору застрахован риск гражданской ответственности Страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия настоящего договора жизни и/или здоровью Выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего Страхователь обязан компенсировать моральный вред.

Пунктами 8.1.1.2, 8.1.1.3 Договора установлено, в случае смерти потерпевшего в результате страхового случая, страховая выплата производится в размере не более 225 000 рублей, лицам, имеющим в соответствии с гражданском законодательством Российской Федерации право на возмещение вреда в случае смерти потерпевшего в равных долях исходя из общей суммы 225 000 рублей, и не более 25 000 рублей на возмещение расходов на погребение лицам, понесшим данные расходы. В случае, если суд возложил на Страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда Выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется Страховщиком в размере не более 100 000 рублей лицам, которым в случае смерти потерпевшего, Страхователь по решению обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100 000 рублей в равных долях.

С учетом изложенного, суд считает возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей с ответчика СПАО «Ингосстрах».

Доводы представителя ответчика СПАО «Ингосстрах» ФИО3 относительно того, что страховая компания не была надлежащим образом уведомлена о наступлении данного страхового случая, опровергаются письменными материалами дела. Так, согласно копии информационного письма №/ЗабДИФ от 23.10.2018 года в СПАО «Ингосстрах» были переданы сведения о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 25 минут произошел случай, имеющий признаки страхового. Данные сведения переданы в страховую компанию 23 октября 2018 года (л.д. 228).

Довод представителя СПАО «Ингосстрах» ФИО3 о том, что отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда со страховой компании в связи с тем, что обязанность по выплате денежной компенсации морального вреда поставлена в зависимость от наличия судебного решения, возлагающего на страхователя обязанность выплатить компенсацию морального вреда, не могут быть приняты во внимание, поскольку в ходе судебного разбирательства судом установлено наличие в силу ст.ст. 931, 1072 ГК РФ и условий заключенного договора страхования оснований для возмещения за счет страховщика компенсации морального вреда в пределах лимита ответственности страховщика, предусмотренного договором страхования. 

Согласно ч. 1 ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему расходы.

Федеральным законом от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» определено, что погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Вопрос о размере необходимых расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Пунктом 8.1.1.2 Договора страхования определено, что в случае смерти потерпевшего в результате страхового случая, лицам, понесшим расходы на погребение, возмещаются указанные расходы в размере не более 25 000 рублей.

Согласно товарного чека от 20 октября 2019 года, выданного ИП ФИО6, ФИО1 приобрела гроб, стоимостью 4000 руб., подушку, стоимостью 200 руб., ленту, стоимостью 70 руб., венок, стоимостью 980 руб., венок-корзину, стоимостью 1000 руб., на общую сумму 6 250 руб. (л.д. 191-192).

Кроме того, ФИО1 понесены расходы, связанные с организацией поминального обеда и приобретением продуктов питания на общую сумму 19 092 руб. 80 коп., в которые истцом были также включены расходы, связанные с приобретением спиртных напитков на общую сумму 3 800 рублей.

К обычаям и традициям в Российской Федерации относится обязательное устройство поминального обеда в день похорон для почтения памяти умершего родственниками и иными лицами, однако употребление спиртных напитков на поминальном обеде не относятся к обязательным традициям, в связи с чем расходы на приобретение спиртных напитков в сумме 3 800 рублей, суд считает не подлежащими возмещению.

Таким образом, расходы истца ФИО1 на погребение 

<

данные изъяты> составили 21 542 руб. 80 коп. (6 250 руб. + 15 292,80 руб.).

Оценивая понесенные истцом расходы на погребение, суд приходит к выводу о том, что они не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, являются необходимыми и разумными.

На основании вышеуказанного, учитывая, что на страховой компании лежит ответственность по возмещению расходов на погребение в сумме не более 25 000 рублей, суд считает возможным исковые требования ФИО1 о взыскании расходов, понесенных ею в связи с погребением 

<

данные изъяты>, удовлетворить частично и взыскать с СПАО «Ингосстрах» 21 542 руб. 80 коп. в возмещение расходов, связанных с погребением, в пользу истца ФИО1 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковые требования Могочинского транспортного прокурора, действующего в интересах ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей, материальные расходы, связанные с проведением поминального обеда в сумме 15 292 (пятнадцать тысяч двести девяносто два) рубля 80 копеек, расходы, связанные с погребением в сумме 6 250 (шесть тысяч двести пятьдесят) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований Могочинскому транспортному прокурору, действующему в интересах ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда и материальных расходов, с вязанных с погребением, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда через Чернышевский районный суд Забайкальского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу судья: И.Л. Силяева 

Решение в окончательной форме изготовлено 11 ноября 2019 года.