РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 августа 2019 года г. Усть-Илимск

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Бухашеева Д.А., при секретаре судебного заседания Чехута Р.А., 

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующей на основании письменного заявления, представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности, помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Аман Н.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1771/2019 по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Группа «Илим» о взыскании морального вреда вследствие профессионального заболевания, несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование исковых требований истец указал, что с **.**.**** работал в организациях ответчика ПО «Усть-Илимский ЛПК», а с **.**.**** по настоящее время в Усть-Илимском филиале АО «Группа «Илим» в должности старшего сменного наладчика деревообрабатывающего оборудования 6 разряда. Общий трудовой стаж истца составил ***, стаж работы по профессии наладчик деревообрабатывающего оборудования – ***, стаж работы по профессии старший сменный наладчик деревообрабатывающего оборудования – ***. Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов ***, в том числе *** в организациях ответчика. Длительное воздействие производственного шума в период трудовой деятельности послужило причиной профессиональных заболеваний, что установлено актом о профессиональном заболевании *** от **.**.****, составленным ТО Роспотребнадзора по ****, заключением Клиники ФГБУНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» *** от **.**.****, согласно которым у него имеются заболевания: профессиональная **** Причиной профессионального заболевания послужил производственный шум от технологического оборудования древесно-подготовительного цеха выше ПДУ в течение 98% рабочего времени. Кроме того, **.**.**** с истцом произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 получил травму ****. Травма тяжелая. **.**.**** составлен Акт № 6 о несчастном случае на производстве Формы Н-1. Причинами несчастного случая на производстве стали неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении п. 2.9.5 должностной инструкции начальника смены производства щепы. Несмотря на то, что в п. 10.1 акта отмечено, что ФИО1 нарушил п. 5.11.2, п.п. 6 Инструкции и ОТ 01-17-14 «Общие требования безопасности по охране труда для всех видов работников» в части «работникам запрещено:… касаться движущихся частей оборудования, машин и механизмов…». Грубая неосторожность пострадавшего не установлена. Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, ФИО1 в соответствии с планом диспансерного наблюдения по последствиям полученной травмы, нуждается в санаторно-курортном лечении. Степень утраты профессиональной трудоспособности составляет УПТ ***% (**.**.**** – бессрочно), диагноз ****). 

В результате полученного профессионального заболевания истец частично утратил трудоспособность, нуждается в постоянном медикаментозном и санаторно-курортном лечении. Истец испытывает затруднение при общении с людьми, поскольку не слышит шипящие согласные. Ему приходится трудно в быту, поскольку он не владеет навыками сурдоперевода. Истец в силу профессионального заболевания. Сопутствующих недугов и возраста не может устроиться на работу, ощущает материальный недостаток. В связи с профессиональным заболеванием и частичной потерей трудоспособности испытывает нравственные и физические страдания: головную боль, не может долго читать, писать, смотреть телевизор. Плохо засыпает, ночами ощущает физическую боль во всем теле. Ответчик не поддержал истца ни морально, ни материально в связи с полученным им профессиональным заболеванием. Травма руки осложняется **** болевой синдром, борьба с отеком, повреждения от чужеродных материалов (нитей, скоб), не проходящие фантомные боли, которые возникают от прикосновений, изменения температуры или давления, ограничение движения. Истец после травмы считает себя некрасивым, чувствует некоторую ущербность, стесняется своей руки, нуждается в помощи психолога. Считает справедливой компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей. В связи с подачей искового заявления истец обратился к юристу, расходы по оказанию юридической помощи составили 6000 рублей.

Просит взыскать с АО «Группа «Илим» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, судебные расходы в размере 6 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объеме, подтвердив доводы, изложенные в заявлении. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала письменные возражения на исковое заявление.

В обоснование возражений по иску указано, что истец работал с **.**.**** по **.**.**** в организациях, не имеющих отношения к АО «Группа «Илим»: ТПО «УИ ЛПК», АП «Ксилема», АОЗТ «Ксилема», ОАО УИ «ЛДЗ», ИП ФИО4. **.**.**** истец принят в АО «Группа «Илим» машинистом рубильной машины 4 разряда в цех производства щепы, с **.**.**** переведен наладчиком деревообрабатывающего оборудования, таким образом стаж работы истца у ответчика составляет ***. В соответствии с Актом № 5 о случае профессионального заболевания от **.**.**** общий стаж работы истца *** Стаж работы по профессии наладчик деревообрабатывающего оборудования ***. Стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание *** в том числе *** в АО «Группа «Илим». Актом о случае профессионального заболевания установлено, что причиной профессионального заболевания ФИО1 послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: длительный стаж работы в условиях воздействия шума выше ПДУ – 103,7 дБА (ПДУ – 80 дБА). При этом вины ни со стороны работника, ни со стороны работодателя не установлено, лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и норм не выявлено. До **.**.**** истец работал в других организациях. На протяжении всего периода времени работы истца у ответчика, последний принимал все необходимые меры для уменьшения воздействия на работников вредных условий труда: обспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда, усовершенствованными сертифицированными средствами индивидуальный защиты, в том числе спецодеждой, спецобувью, каской, перчатками, противошумными наушниками или берушами, респираторами для защиты от пыли. Ответчиком ежегодно разрабатываются и совершенствуются мероприятия по охране труда; проводятся предварительные и периодические медицинские осмотры работников, разъяснительная работа, как используется СИЗ, чтобы предупредить профессиональные заболевания; осуществляется контроль за применениями работниками СИЗ и т.д. Проводится информирование работников об условиях труда на рабочих местах: ознакомление с картами АРМпоУТ, результатами СОУТ; при проведении инструктажей и обучения по охране труда до работников доводится информация о наличии вредных и опасных факторов в цехе (в программе обучения и программе инструктажей есть данные пункты); в инструкциях по охране труда указаны вредные факторы и методы защиты от них. Профессиональное заболевание получено истцом не одномоментно, оно развивалось медленно и постепенно и связано с его работой в условиях воздействия шума выше ПДУ. 

В соответствии с актом о несчастном случае на производстве от **.**.**** ФИО1 получил производственную травму. Причина несчастного случая установлена актом № 6 от **.**.**** – нарушение требований инструкции по охране труда пострадавшим. Таким образом, учитывая изложенные обстоятельства, ответчик не должен в полной мере нести ответственность за причинение истцу морального вред вследствие профессионального заболевания и несчастного случая на производстве. Также ответчик просит учесть, что истцу установлена утрата трудоспособности в ***%, инвалидность ему не установлена, следовательно истец является трудоспособным. Просит в удовлетворении исковых требований истцу отказать. 

Суд, выслушав пояснения сторон оценив их в совокупности с представленными доказательствами, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, считает необходимым исковые требования удовлетворить частично по следующим основаниям. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", пунктами 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда. При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Частью 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) предусмотрено работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. 

По смыслу части 2 статьи 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 1083 ГК РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Истец заявляет о компенсации морального вреда, выраженного в физических и нравственный страданиях, в связи с приобретением профессионального заболевания и его последствий.

Согласно Уставу, Выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от **.**.****, Акционерное общество «Группа Илим» (сокращенное наименование АО «Группа Илим»), как юридическое лицо, было создано **.**.****, путем реорганизации в форме присоединения ряда юридических лиц в т.ч. ОАО «Производственное Объединение «Усть-Илимский лесопромышленный комплекс» (ОАО «ПО «УИ ЛПК»). Последнее в свою очередь было создано **.**.**** и прекратило свою деятельность **.**.****, путем реорганизации в форме присоединения к АО «Группа Илим», которое стало правопреемником всех прав и обязанностей ОАО «ПО «УИ ЛПК».

Как следует из сведений в трудовой книжке (л.д.6-13), ФИО1 принят **.**.**** в Территориальное Производственное объединение «Усть-Илимский лесопромышленный комплекс» на Целлюлозный завод в древесно-подготовительный цех слесарем-ремонтником 3 разряда, с **.**.**** – машинистом рубительной машины. **.**.**** древесно-подготовительный цех реорганизован в арендное предприятие «Ксилема», **.**.**** арендное предприятие «Ксилема» реорганизовано в АОЗТ «Ксилема». **.**.**** уволен по ст. 313 КЗот РФ по собственному желанию. **.**.**** принят в ОАО «Усть-Илимский ЛДЗ» оператором авт и п/авт линий в мебельный цех. **.**.**** уволен в связи с сокращением штата работников. **.**.**** к ИП ФИО4 на лесопильный завод станочником деревообрабатывающих станков, **.**.**** уволен по собственному желанию. С **.**.**** принят в Филиал ОАО «Группа «Илим» в г. Усть-Илимске машинистом рубительной машины 4 разряда в цех производства щепы. **.**.**** уволен по соглашению сторон п.1. ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Анализ трудовой книжки истца позволяет сделать вывод о том, что трудовую деятельность в ПО «Усть-Илимский ЛПК» и в предприятиях, правопреемником которых является АО «Группа «Илим», истец осуществлял с **.**.**** по **.**.****.

Доводы истца о наличии у него профессионального заболевания нашли полное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Так, согласно медицинскому заключению ФГБНУ «Восточно-Сибирский научный институт медико-экологических исследований» *** от **.**.****, ФИО1 установлен основной диагноз профессионального заболевания **** (л.д. 24).

Согласно медицинскому заключению ОГБУЗ «Усть-Илимская городская поликлиника ***» *** от **.**.****, ФИО1 признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ: работа в условиях воздействия шума выше ПДУ, с движущимися, режущими электромеханизмами (л.д. 21).

В соответствии с п. 30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства РФ N 967 от 15.12.2000 г., акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 32 Положения).

Согласно п. 14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профпатологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в т.ч. возникшего спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

Начальником территориального отдела Роспотребнадзора по Иркутской области в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе **.**.**** был составлен и утвержден акт о случае профессионального заболевания. В пункте 17 этого акта указано, что причиной профессионального заболевания является воздействие вредного производственного фактора- производственного шума выше ПДУ (уровень звука 103,7дБА, ПДУ-80дБА), причиной заболевания послужил производственный шум технологического оборудования древесно-подготовительного цеха (л.д. 14-16).

Нарушений правил пользования и применения средств индивидуальной защиты, предоставляемой ответчиком, за истцом за весь период работы не зафиксировано, наличие его вины в получении указанного заболевания не установлено.

Акт о случае профессионального заболевания оспорен не был, подписан, в том числе, представителями АО «Группа «Илим».

Доводы истца относительно нравственных страданий, испытываемых в связи с профессиональным заболеванием, были подтверждены в ходе судебного разбирательства. 

Так из пояснений истца, данных в судебном заседании, следует, что его постоянно мучает шум в ушах, он плохо слышит, испытывает трудности в общении, в повседневной жизни. Понимает о том, что говорят ему только после обращения. В связи с заболеванием лишен возможности вести полноценную жизнь, чтобы не переспрашивать, вынужден молчать, не участвовать в разговоре.

Данные пояснения, с учетом характера профессионального заболевания, степени утраты трудоспособности ***% находит достоверными, у суда отсутствуют основания не доверять пояснениям истца, поскольку они соответствуют медицинской документации, не противоречат материалам гражданского дела.

Факта грубой неосторожности со стороны истца в возникновении профессионального заболевания суд не усматривает, помимо этого, как следует из акта о случае профессионального заболевания, наличие вины работника не установлено. 

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что профессиональное заболевание ФИО1 было получено в период работы во вредных производственных условиях на предприятии ответчика АО «Группа «Илим», в результате взаимодействия с источником повышенной опасности, ранее данных за профессиональную патологию выявлено не было. Страдания истец испытывает именно в связи с фактом получения профессионального заболевания.

Таким образом, АО «Группа «Илим», в силу вышеприведенных правовых норм, обязано возместить ФИО1, моральный вред, причиненный профессиональными заболеваниями.

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства, повлекшие причинение морального вреда истцу, характер и степень нравственных страданий истца, индивидуальные особенности истца, общий стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, в том числе в АО «Группа Илим».

При наличии указанных обстоятельств, а также с учетом степени тяжести причиненного вреда и установленного процента утраты профессиональной трудоспособности истца в размере ***%, отсутствия инвалидности, вины причинителя вреда, как не обеспечившего надлежащие безопасные условия труда и отсутствие вины работника, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает справедливым определить ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей. при этом суд учитывает тот факт, что истец знал о вредных условиях работы, получал доплату за работу в таких условиях, дополнительные дни отпуска, обеспечивался работодателем средствами индивидуальной защиты, был ознакомлен с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда. Кроме того, как следует из медицинских карт стационарного больного, представленных ФГБУЗ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» еще в **.**.**** у истца ФИО1 было диагностировано ****, вместе с тем, он продолжил работу во вредных условиях.

Доводы представителя ответчика о том, что ими предпринимались все возможные мероприятия для предотвращения причинения вреда здоровью работников: бесплатно выдавалось молоко, организовывались медицинские осмотры, предоставлялись дополнительные дни отпуска, доплата за работу с вредными и тяжелыми условиями труда, не влияют на правомерность заявленных истцом требований, поскольку из представленных в материалы дела доказательств следует, что принимаемые работодателем меры по обеспечению безопасных условий и охране труда оказались недостаточными и не исключили полностью влияние вредных производственных факторов на здоровье ФИО1 

Доводы ответчика о том, что признаки профессионального заболевания у истца уже имелись при трудоустройстве к ответчику, а профзаболевание могло возникнуть и развиваться при работе у других работодателей, не имеет правового значения, поскольку профессиональное заболевание было установлено истцу в период работы у ответчика впервые, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания, сведения о том, что оно имелось ранее, отсутствуют.

Кроме того, истцом указано о получении травмы, в связи с несчастным случаем, произошедшим с ним на производстве у ответчика.

Согласно акту № 6 от **.**.**** о несчастном случае на производстве ФИО1 **.**.**** получил производственную травму: **** Травма тяжелая. Причины несчастного случая: прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастного случая – нарушение требований инструкции по охране труда пострадавшим, код 015, выразившиеся в нарушении п. 5.11.2, п/п, инструкции И ОТ 01-17-14 «Общие требования безопасности по охране труда для всех работников», неудовлетворительная организация производства работ, код 008, выразившаяся в нарушении п. 2.9.5 Должностной инструкции начальника смены (в промышленности) (л.д. 18-19).

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от **.**.**** ФИО1 инвалидность не установлена, ***% УПТ Профзаболевание. Нуждается в медикаментозном лечении по 2 курса в год, санаторно-курортном лечении с **.**.**** по **.**.**** (л.д. 17).

Также из данного акта следует, что грубой неосторожности, вины истца ФИО1,в в произошедшем несчастном случае не установлено. Вместе с тем, суд не может принять доводы истца о наличии на станке кожуха кустарного производства, поскольку акт, составленный комиссией не оспорен сторонами, а потому оснований для иного вывода об обстоятельствах произошедшего несчастного случая у суда нет.

В силу статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суд принимает во внимание, изложенную позицию в третьем абзаце пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" где разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Соответственно, суд не вправе в отсутствие спора о размере выплаченной работодателем работнику на основании коллективного договора о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья определять работнику размер компенсации морального вреда, отличный от размера такой компенсации, предусмотренного коллективным договором.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 1083 ГК РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии со ст. 1099 главы 59 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Под моральным вредом в том числе понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, и т.п.). 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно акта расследования несчастного случая на производстве формы Н-1 №01 от **.**.****, вины, грубой неосторожности в действиях работника – истца ФИО1 не установлено. 

Обязанность по обеспечению здоровых и безопасных условий труда возложена на работодателя, равно как и обязанность проведения мероприятий по предупреждению возникновения несчастных случаев. Доказательств, подтверждающих отсутствие вины в причинении вреда здоровью истца, ответчиком представлено не было.

Из пояснений истца, содержания искового заявления, медицинских документов в отношении ФИО1 следует, что последний, с учетом полученной травмы, нуждался в медикаментозном лечении лекарственными препаратами, нуждается в реабилитации, степень утраты трудоспособности ***%. Кроме того, истец испытывал и продолжает испытывать нравственные страдания из-за частичной утраты части конечности, душевных волнений и негативных переживаний, чувства дискомфорта в связи с этим, невозможности вести обычный образ жизни, утрачена трудоспособность на ***%.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства причинения вреда, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, с учетом нарушения ФИО1 п.5.11.2 п.п.6 Инструкции Общие требования безопасности по охране труда для всех работникоа. Обсуждая размер компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем, суд полагает возможным взыскать с ответчика сумму компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве размере 150 000 рублей. 

Всего с ответчика АО «Группа «Илим» в пользу истца ФИО1, подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 300 000 (150 000 руб. + 150 000 руб.) рублей, исковые требования о компенсации морального вреда в большем размере – 700 000 рублей удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст. 88 ГПК РФ). К издержкам относятся расходы на оплату услуг представителя и другие расходы, признанные судом необходимыми (ст. 94 ГПК РФ).

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Расходы истца по оплате услуг за оказание юридической помощи в сумме 6 000 рублей подтверждены договором на оказание юридических услуг от **.**.**** (л.д. 25), распиской ФИО2 (л.д. 25 (оборот) в получении денежных средств в размере 6 000 рублей, в счет оказания юридических услуг по договору от **.**.****. Предметом указанного договора является оказание консультации стоимостью 1 000 рублей и составление искового заявления 5 000 рублей о взыскании компенсации морального вреда. Суд считает указанные расходы завышенными. Учитывая сложность гражданского дела, фактически оказанную юридическую помощь по составлению искового заявления и консультации, суд полагает, что разумной к взысканию будет сумма 4000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика. В удовлетворении остальной части о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 2000 рублей следует отказать.

В соответствии со ст. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" истцы по искам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью застрахованного, в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации освобождаются от уплаты государственной пошлины.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (часть 1 статьи 103 ГПК РФ, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 части второй НК РФ).

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в сумме 3000 рублей (п.3ч.1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации). Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Группа «Илим» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда вследствие профессионального заболевания, несчастного случая на производстве 300 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 4 000 рублей, всего взыскать 304 000 рублей. 

В удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Группа «Илим» государственную пошлину в доход городского бюджета в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Усть-Илимский городской суд в течение месяца со дня составления в окончательной форме.

Председательствующий судья Д.А. Бухашеев