РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Мегион дело № 2 – 39/19 25 февраля 2019 года

Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе: председательствующего судьи Поляковой И.Ф. при секретаре Сучковой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском. Требования мотивированы тем, что в квартире 

<

адрес>, принадлежащей на праве собственности ФИО2 и ФИО2, службой МУП «Тепловодоканал» был установлен ограничитель водоотведения ввиду неуплаты коммунальных услуг последними. 23 мая 2018 года ответчики в результате пользования системой водоснабжения затопили принадлежащую истцу квартиру №, расположенную под их квартирой. 26 мая 2018 года произошло повторное, более интенсивное затопление, последствия которого зафиксированы актом, составленным представителями ООО «ЖЭК». Стоимость восстановительного ремонта от залива жилого помещения равна 245 000 рублей, которые истец просит взыскать с ответчиков, отнести на их счет судебные расходы по оплате госпошлины и услуг оценщика. Кроме того, просит компенсировать моральный вред, который оценивает в 3 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на иске. Суду показал, что ночью 26 мая 2018 года произошел залив из системы канализации, прибывшие по вызову сантехники прочистили стояк водоотведения и, оттуда вывалилась заглушка, которая была установлена в квартире К-ных. Он лично видел, что унитаз в данной квартире не был присоединен к канализационной трубе, своими силами помогал ФИО2 заделать соединение строительной смесью, однако когда осматривали туалет со специалистом, привлеченным судом, унитаз снова был отсоединен от трубы. Утверждал, что ФИО2 до затопления зачастую находился в данной квартире, в основном в ночное время собирал шумные компании.

Ответчик ФИО2 возражала против удовлетворения исковых требований по тем основаниям, что в данной квартире никто не проживает более двух лет, брачные отношения с супругом прекращены с июля 2016 года. Действительно данное жилое помещение находится в их совместной собственности, ранее в квартире делали ремонт, который не закончили. О том, что на системе водоотведения установлена заглушка, она не знала. 

Дело рассмотрено в отсутствие соответчика ФИО2 и представителя третьего лица ООО «ЖЭК» по правилам ч. 4, 5 ст. 167 ГПК РФ.

Представитель ответчиков ФИО3 просила отказать в удовлетворении исковых требований по тем основаниям, что ответчикам не было известно, что МУП «Тепловодоканал» установил ограничитель на систему водоотведения, в квартире никто не жил в связи с чем надобности сбивать заглушку не было, показания приборов учета не передавались. Полагает, что МУП «ТВК» нарушило процедуру установки ограничителя, причинитель вреда и причинно-следственная связь не установлены.

Представители третьего лица МУП «Тепловодоканал» ФИО4 и ФИО5 пояснили, что о предстоящем ограничении водоотведения собственники жилых помещений извещаются заблаговременно лично, а в случае их отсутствия – по почте. Кроме того, информация размещается на официальном сайте организации в сети Интернет и на доске объявлений в подъезде жилого дома. Отсекатель в систему водоотведения квартиры К-ных был установлен 24 июля 2017 года. Об ограничении данной квартиры было сообщено в управляющую организацию ООО «ЖЭК». После того как он был сбит, произошел залив квартиры ФИО1, осенью 2018 года установлен второй отсекатель, который ФИО2 так же пытается демонтировать, что стало очевидным при осмотре туалета с участием специалиста, унитаз был вновь отсоединен от трубы канализации.

Кроме того, ФИО5 пояснил, что слесаря АВР МУП «Тепловодоканал» и сантехники ООО «ЖЭК», устранявшие засор системы канализации, ему лично говорили, что заглушка, послужившая причиной засора, находилась в подвале в полуотводе и была оттуда извлечена.

Свидетель П. суду показала, что ее внучка ФИО2 вместе с двумя детьми после разлада с мужем, живет со своей матерью по 

<

адрес>.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Г. показала, что К-ны в мае 2016 года начали делать ремонт в приобретенной по ипотечному кредиту квартире и перешли жить к родителям ФИО2 Ремонт они так и не окончили. О причине залива ей сказали, что выбило заглушку.

Свидетель Ч. показала, что ее брат ФИО2 после расторжения брака живет в родительской квартире. В мае 2016 года она помогала убирать его квартиру, затопленную сточными водами, грязную воду с полов они выливали в ванную.

Судом установлено, подтверждено материалами дела и не оспаривается сторонами, что квартира 

<

адрес> принадлежит ФИО1

26 мая 2018 года произошло затопление указанного жилого помещения в виду засора в стояковом трубопроводе водоотведения между квартирами № и №; в процессе прочистки системы водоотведения с техподполья, из трубы выпал ограничитель водоотведения, установленный в квартире № службой МУП «Тепловодоканал», что подтверждено справкой ООО «Сантехсервис №3» от 28 мая 2018 года и актом обследования жилого помещения от 26 мая 2018 года, составленным ООО «ЖЭК» (л.д. 9, 11).

Согласно пунктам 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Из данной правовой нормы следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которые включают наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на стороне ответчика.

Согласно ст. 210 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ, собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения; собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В силу ст. 153, 154, ч.1 ст. 155 ЖК РФ граждане и организации обязаны своевременно и полностью вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги.

Указанную обязанность ответчики К-ны не исполняли в связи с чем в квартире 

<

адрес> 24 июля 2017 года сотрудниками МУП «Тепловодоканал» приостановлена подача коммунальной услуги – установлен ограничитель водоотведения.

Материалами дела подтверждено, что уведомление о предстоящем ограничении коммунальной услуги, датированное 04.07.2017 г., направлено на имя ФИО2 почтой (л.д. 67, 71). 

Кроме того, информация о дате проведения работ по ограничению и номера квартир, относительно которых планируется производство данных работ, была размещена в третьем подъезде дома 

<

адрес>, что следует из фотографических снимков, датированных 04.07.2017 г. и приобщенных к материалам дела.

Аналогичная информация опубликована на официальном сайте МУП «Теплдоводоканал» http://tvkmegion.ru.

Указанные обстоятельства с учетом правил п. 1 ст. 165.1 ГК РФ, а также позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 63, 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» опровергают доводы представителя ответчика о не извещении ФИО2, ФИО2 об ограничении услуги по водоотведению в принадлежащей им квартире.

Временной период фактического ограничения с 24 июля 2017 года по 26 мая 2018 года, наличие деформированной заглушки в общем стояке водоотведения при ликвидации последствий засора и отсутствии других ограничительных мер в данном подъезде, что следует из списка, представленного МУП «Тепловодоканал», приводят к выводу о наличии вины ФИО2, сбившего ограничитель в общий стояк системы водоотведения, в затоплении истца сточными водами, и соответственно, в причинении ущерба.

Данные обстоятельства подтверждены исследованными письменными доказательствами, показаниями сторон, свидетелей, а также заключением привлеченного к участию в деле специалиста Е. согласно которому, на момент осмотра унитаз в квартире 

<

адрес> демонтирован, стоит в комнате, цементная кладка между унитазом и патрубком, которую, как пояснил ФИО1 они вместе с ФИО2 ранее делали, разрушена. При таком положении вещей, заглушка может быть сбита вовнутрь общего стояка. 

Возражения представителя ответчика о том, что в квартире К-ны не проживали, не пользовались системой водоснабжения, не передавали показания приборов учета, не являются юридически значимыми при наличии установленной вины ФИО2 в заливе жилого помещения истца и причинении ему имущественного ущерба. 

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта, подготовленному ООО «Центр Независимой Оценки», выводы которого не оспариваются сторонами спора, стоимость работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, причиненного заливом равна 245 000 рублей.

Таким образом, исковые требования ФИО1 о взыскании стоимости восстановительного ремонта с ФИО2 законны, обоснованы и подлежат удовлетворению в размере 245 000 рублей. Вместе с тем, его же требования к ФИО2 подлежат отклонению, поскольку она не является причинителем вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ моральный вред подлежит возмещению, в случае нарушения неимущественных прав гражданина либо иных нематериальных благ.

Истцом не представлено доказательств причинения морального вреда, предмет иска носит имущественный характер, следовательно, в удовлетворении требований истца о возмещении морального вреда следует отказать.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика ФИО2 в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы последнего по оплате оценки стоимости восстановительного ремонта в сумме 15 000 рублей, подтвержденные квитанцией № от 29.06.2018 г. и расходы по оплате госпошлины в размере 5 650 рублей, всего в размере 20 650 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного заливом 245 000 рублей и судебные расходы в размере 20 650 рублей.

В остальной части исковых требований, а также в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты – Мансийского автономного округа - Югры через Мегионский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 04 марта 2019 года.

.

. Судья И.Ф. Полякова