РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 июня 2019 года г. Санкт-Петербург

Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Шкаликова Р.Э.,

при секретаре судебного заседания Михайловой М.А.,

с участием представителя административного истца – ФИО1, представителя административных ответчиков войсковой части 5565, её командира и жилищной комиссии майора юстиции ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному исковому заявлению в интересах 

<

данные изъяты> ФИО3 об оспаривании решения жилищной комиссии войсковой части 5565 от 21 февраля 2019 года (протокол №2) об отказе в принятии её с членами семьи на учёт в качестве нуждающейся в жилом помещении, а также приказа командира войсковой части 5565 от 17 декабря 2018 года № 236 с/ч об исключении из списков личного состава воинской части и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным иском в интересах ФИО3, в котором просит

- признать незаконным решение жилищной комиссии войсковой части 5565 от 21 февраля 2019 года (протокол №2) об отказе в принятии её с членами семьи на учёт в качестве нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания по избранному месту жительства в г. Москве, обязать указанную жилищную комиссию поставить ФИО4 на такой учёт в первоочередном порядке и предоставить ей жилое помещение на состав семьи 5 человек;

- признать незаконным приказ командира войсковой части 5565 от 17 декабря 2018г. №236 с/ч об исключении Бабиевой из списков личного состава воинской части, восстановив её в списках личного состава воинской части в прежней, либо в равной должности;

- взыскать с войсковой части 5565 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей. 

В обоснование административного иска указано, что ФИО4 на основании приказа командующего Северо-Западного округа войск национальной гвардии РФ от 23 ноября 2018 года №187 л/с уволена с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, а 17 декабря 2018 года приказом командира войсковой части 5565 исключена из списков личного состава воинской части с 25 декабря того же года. 

При этом до исключения из списков личного состава ФИО4 обратилась в жилищную комиссию воинской части с заявлением о постановке её и членов семьи на учёт нуждающихся в жилом помещении по избранному месту жительства в Москве.

Однако, оспариваемым решением жилищной комиссии от 21 февраля 2019 года (протокол № 2) ФИО4 было отказано в принятии на учёт нуждающихся в жилом помещении по избранному месту жительства на том основании, что ранее ФИО4 была обеспечена жилым помещением от государства, после приватизации которого совершила его отчуждение. При этом представитель в административном иске настаивает на незаконности такого решения в связи с истечением пятилетнего срока, предусмотренного ст. 53 ЖК РФ, с момента отчуждения ФИО4 жилого помещения в г. Ставрополе.

Незаконность оспариваемого решения жилищной комиссии, по мнению представителя административного истца, обуславливает и незаконность исключения Бабиевой из списков личного состава воинской части, поскольку таковое произведено без обеспечения последней жилым помещением.

В судебном заседании Черняк настаивал на удовлетворении заявленных требований по изложенным в административном иске основаниям, заявляя о наличии у его доверительницы права на обеспечение жилым помещением в порядке, предусмотренном Федеральным законом «О статусе военнослужащих». При этом представитель, в том числе в письменных пояснениях, указал, что жилое помещение, имевшееся у ФИО4, предоставлялось не ей, а её отцу, с учётом последней, тогда как приватизация данного жилья была осуществлена без согласия ФИО4 в виду её несовершеннолетия в соответствующий момент, что не может ограничивать право административного истца на жилище, с учётом отчуждения в последующем названного жилого помещения и при истечении после этого пятилетнего срока, предусмотренного ст. 53 ЖК РФ.

Представитель войсковой части 5565, её командира и жилищной комиссии воинской части настаивал на законности оспариваемых решений. 

В обоснование позиции ФИО2 в письменных возражениях, описывая обстоятельства получения отцом ФИО4 в 1990 году жилого помещение от государства, а также обстоятельства его последующей приватизации и отчуждения, настаивает на законности оспариваемого решения жилищной комиссии, основанием для принятия которого послужила норма, предусмотренная подп. «д» п. 10 «Правил учёта военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, военнослужащих и сотрудников Государственной противопожарной службы, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства», утверждённых постановлением Правительства РФ от 6 сентября 1998 года № 1054 (далее – Правила). В заключении представитель административных ответчиков приходит к выводу, что гражданин, распорядившийся жилым помещением, полученным от государства, не вправе претендовать на повторное обеспечения таковым. 

Что касается оспариваемого приказа об исключении Бабиевой из списков личного состава воинской части, то представитель административных ответчиков указывает на его издание полномочным лицом после обеспечения ФИО4 положенными видами довольствия в связи с увольнением последней с военной службы. В силу действующего законодательства решение жилищного вопроса военнослужащего происходит при его увольнении, которое не оспаривается. Таким образом, по мнению представителя административных ответчиков, отсутствуют основания для восстановления ФИО4 в списках личного состава воинской части. Более того, ФИО2 заявил о пропуске ФИО4 срока на обжалование приказа об исключении её из списков личного состава воинской части.

Заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд считает установленными следующие обстоятельства.

Согласно выписке из решения исполнительного комитета Ленинского районного Совета народных депутатов города Ставрополя РСФСР от 3 августа 1990 года № 533 трёхкомнатная квартира 

<

адрес> предоставлена А. на состав семьи 4 человека, в том числе на дочь ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно свидетельству о заключении брака от 17 ноября 2001 года ФИО5 при вступлении в брак с гражданином ФИО6, присвоена фамилия ФИО4.

На основании договора о передаче жилья в собственность от 23 февраля 1995 года № 1-7108 жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 71.1 кв.м передано в собственность ФИО5 и её матери - Т., которая действовала и от имени дочери.

Затем по договору купли-продажи от 9 декабря 2008 года настоящее жилое помещение отчуждено Т., в том числе на основании доверенности от ФИО3

Приказом командующего Северо-западным округом войск национальной гвардии РФ от 23 ноября ФИО5 уволена с военной службы в связи с организационно штатными мероприятиями.

После этого 1 декабря 2018 года административный истец обратилась с заявлением в жилищную комиссию войсковой части 5565 с заявлением о признании её и членов семьи нуждающимися в получении жилого помещения для постоянного проживания по избранному месту жительства на состав семьи 5 человек, включая супруга и трёх детей.

Согласно выписке из решения жилищной комиссии войсковой части 5565 от 18 декабря 2018 года (протокол № 14) ФИО4 предложено в течении 30 дней представить документы относительно жилого помещения по адресу: 

<

адрес> (кем получено таковое и на какой состав семьи).

На основании приказа командира войсковой части 5565 от 17 декабря 2018 года ФИО4, уволенная с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, исключена из списков личного состава воинской части с 25 декабря того же года.

Затем 21 февраля 2019 года состоялось заседание жилищной комиссии войсковой части 5565 (протокол № 2) на котором было принято решение об отказе ФИО3 и членам её семьи в постановке на учёт нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания в г. Москве, на основании п. 2 ч. 1 ст. 54 ЖК РФ, то есть ввиду представления документов, не подтверждающих право граждан состоять на учёте нуждающихся в жилых помещениях. В обоснование данной позиции в решении жилищной комиссии указано, что И.) в составе семьи отца в 1990 году была обеспечена жилым помещением от государства, которое приватизировала в 1995 году, а затем продала вместе с матерью в 2008 году, то есть распорядилась им по своему усмотрению, а значит не вправе рассчитывать на повторное обеспечение жилым помещением от государства в силу подп. «д» п. 10 Правил.

Семья ФИО3 с супругом ФИО6, а также детьми К, ДД.ММ.ГГГГ г.р., Ф., ДД.ММ.ГГГГ г.р., Г., ДД.ММ.ГГГГ г.р., является многодетной, что удостоверено свидетельством администрации Невского района Санкт-Петербурга № 1274 от 11 июля 2011 года, а также усматривается из содержания свидетельств о рождении детей от 4 августа 2004 года, 12 октября 2006 года и 21 декабря 2010 года соответственно и паспортных данных ФИО3 и её супруга.

Также согласно справкам войсковой части 5565 о прохождении ФИО4 военной службы, её выслуге лет и составе семьи от 13 августа 2018 года № 135, 136, 138, от 1 декабря 2018 года № 215, от 26 апреля 2019 года № 67, выпискам из приказов командира войсковой части 5565 от 24 января 2006 года, 22 июня 2010 года, ФИО4 с 15 августа 1999 года по 23 августа 2001 года проходила военную службу по контракту в Военно-медицинском институте ФПС России при Нижегородской государственной медицинской академии. В то же время с 23 августа 1999 года по 30 января 2006 года служила в войсковой части № 

<

данные изъяты> № 

<

данные изъяты> а с 30 января 2006 года в Санкт-Петербурге в войсковой части № 

<

данные изъяты>. Календарная выслуга лет административного истца на военной службе на 1 декабря 2018 года составляла более 19 лет, а состав её семьи составляют супруг и трое несовершеннолетних сыновей.

Супруг административного истца – ФИО6 согласно справке войсковой части 5565 от 13 августа 2018 года № 137, а также в соответствии с выпиской из приказа командира указанной воинской части от 30 мая 2008 года № 98 с/ч в 1999 году с присвоением офицерского звания окончил Военно-медицинскую академию им. С.М. Кирова, затем проходил службу в различных воинских частях ВВ МВД РФ (Ростов-на-Дону, Грозный, Санкт-Петербург). Последим местом военной службы ФИО6 являлась войсковая часть № 

<

данные изъяты>, откуда 30 мая 2008 года он был исключён из списков личного состава в связи с увольнением по окончанию срока контракта при наличии 15 лет календарной выслуги.

Из содержания паспортных данных административного истца, следует, что она с ноября 1994 года была зарегистрирована по адресу: г. Ставрополь, 

<

адрес>, в апреле 2006 года была снята с регистрационного учёта по данному адресу, с регистрацией по адресу воинской части в Санкт-Петербурге по 

<

адрес>, что также подтверждается справкой о регистрации ф. 9 от 17 апреля 2019 года, согласно которой ФИО4 и все члены её семьи зарегистрированы по адресу воинской части.

Оценив установленные обстоятельства, суд исходит из следующего.

Что касается оспариваемого решения жилищной комиссии от 21 февраля 2019 года, то трёхмесячный срок на его обжалование, предусмотренный ст. 219 КАС РФ, ФИО4 соблюдён, с учётом подачи её представителем в суд административного иска 21 мая 2019 года.

Вместе с тем суд полагает, что административным истцом без уважительных причин пропущен установленный той же нормой трёхмесячный срок на оспаривание приказа об исключении Бабиевой из списков личного состава воинской части. 

Так, административный истец с 25 декабря 2018 года исключена из списков личного состава воинской части, каких-либо препятствий для обращения в суд в установленный трёхмесячный срок у неё не имелось, тогда как такое обращение состоялось лишь 21 мая 2019 года. 

Доводы представителя административного истца, о том, что незаконность исключения Бабиевой из списков личного состава воинской части стала очевидной лишь после 21 февраля 2019 года, то есть после принятия жилищной комиссией оспариваемого решения являются несостоятельными. Действующее законодательство не связывает исключение из списков личного состава воинской части с обеспечением военнослужащего жилым помещением, поскольку в соответствии с абзацем вторым п. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие-граждане, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях в федеральном органе исполнительной власти или федеральном государственном органе, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, без их согласия не могут быть уволены с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии. В данном случае ФИО4 на момент увольнения с военной службы вовсе не состояла на учёте нуждающихся в получении жилого помещения и даже не инициировала перед командованием соответствующий вопрос путём подачи заявления установленной формы, обращение с которым состоялось уже после её увольнения с военной службы.

Кроме того, исключение Бабиевой из списков личного состава войсковой части 5565 произведено полномочным должностным лицом – командиром указанной воинской части на основании приказа об увольнении ФИО4 с военной службы, который не оспаривается, и в строгом соответствии с требованиями п. 24 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утверждённого Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 года № 1237 (далее – Положение). Так, военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы (уволенный досрочно - не позднее дня истечения срока его военной службы) и не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы.

Более того, в соответствии с рапортом от 4 июня 2018 года ФИО4 выразила согласие на исключение из списков личного состава воинской части.

Таким образом, отсутствуют основания для признания незаконным оспариваемого приказа об исключении Бабиевой из списков личного состава воинской части.

Что касается оспариваемого решения жилищной комиссии войсковой части 5565, то оно принято полномочным органом в рамках компетенции, установленной п. 22 Инструкции об организации работы по обеспечению жилыми помещениями во внутренних войсках МВД России, утверждённой приказом МВД РФ от 12 февраля 2010 года № 75. Согласно указанной норме военнослужащие включаются в списки очередников, нуждающихся в жилых помещениях, на основании решений жилищных комиссий, оформляемых протоколами и утверждаемых командирами воинских частей. Кроме того, полномочия коллегиального органа на принятие соответствующего решения подтверждаются положением о жилищной комиссии войсковой части 5565, утверждённым приказом командира указанной воинской части № 230 от 22 ноября 2017 года, а также приказом того же должностного лица от 3 декабря 2019 года № 233, в котором определён персональный состав членов жилищной комиссии. 

Оценивая законность оспариваемого решения жилищного органа, суд исходит из следующего.

Действительно, как установлено в судебном заседании административный истец ранее был обеспечен жильем от государства, которым распорядился, продав надлежащую ему часть жилого помещения в 2008 году.

Между тем при решении вопроса о праве ФИО4 на обеспечение жильем от государства в специальном порядке, предусмотренном для военнослужащих, необходимо учитывать конкретные обстоятельства настоящего дела. 

Так, ко времени приватизации жилого помещения в феврале 1995 года ФИО4, родившейся ДД.ММ.ГГГГ года, исполнилось шестнадцать лет, тогда как на военную службу она поступила позднее - в августе 1999 года. 

По окончании Военно-медицинского института ФПС России при Нижегородской государственной медицинской академии она до 30 января 2006 проходила службу в войсковой части № 

<

данные изъяты> (

<

адрес>), а с 30 января 2006 года в Санкт-Петербурге в войсковой части 5565. При этом очевидно, что в Ставрополь она не возвращалась и приватизированным жилым помещением не пользовалась. 

В соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной степени за всеми гражданами (пункт 1 статьи 17 ГК РФ).

В то же время способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полной мере с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцати лет (пункт 1 статьи 21 ГК РФ).

Статьей 26 ГК РФ предусмотрены пределы (ограничения) дееспособности несовершеннолетних в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, к которым относился административный истец на момент приватизации жилого помещения. 

При этом им не предоставлено право самостоятельно (без письменного согласия родителей, усыновителей или попечителей, а в определенных случаях - органа опеки и попечительства) совершать сделки с недвижимостью.

Учитывая особые условия и пределы участия несовершеннолетних в гражданском обороте, Федеральным законом от 1 августа 1994 года № 26-ФЗ в Закон Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» внесены изменения, направленные на защиту прав несовершеннолетних при приватизации жилых помещений.

Так, статья 7 названного Закона дополнена частью второй, согласно которой в договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.

Согласно договору приватизации административный истец включена в таковой во исполнение данного предписания, с учётом её несовершеннолетия. При этом в интересах административного истца при заключении соответствующего договора действовала её мать. 

Абзацем 2 статьи 11 Закона «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» предусмотрено, что несовершеннолетние, ставшие собственниками занимаемого жилого помещения в порядке его приватизации, сохраняют право на однократную бесплатную приватизацию жилого помещения в

домах государственного и муниципального жилищного фонда после достижения ими совершеннолетия.

Приведенные правила предусматривают возможность повторного получения от государства жилых помещений гражданами, участвовавшими в приватизации жилых помещений в несовершеннолетнем возрасте.

Следовательно, с учетом изложенных обстоятельств и в соответствии с положениями абзацев двенадцатого и тринадцатого пункта 1 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» вопрос об обеспечении ФИО4 жильем в качестве военнослужащего должен решаться применительно к основаниям, предусмотренным статьей 51 ЖК РФ.

При этом к действиям, связанным с отчуждением ею части жилого помещения, которым она фактически не пользовался по объективным причинам, связанным с проживанием в других значительно удаленных местах прохождения военной службы, должны применяться последствия, предусмотренные статьей 53 ЖК РФ.

Согласно названной норме граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

Аналогичные правила, связанные с последствиями отчуждения военнослужащими и членами их семей жилых помещений или их частей, установлены пунктом 6 Правил признания нуждающимися в жилых помещениях военнослужащих - граждан Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 июня 2011 года № 512, пунктом 4 Инструкции о предоставлении военнослужащим гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма, утвержденной приказом МО РФ от 30 сентября 2010 года № 1280, то есть специальными нормативными правовыми актами, устанавливающими порядок жилищного обеспечения военнослужащих.

Поскольку после отчуждения принадлежащей ей части жилого помещения ФИО4 право пользования этим помещением не сохраняла, предусмотренный статьей 53 ЖК РФ пятилетний срок следует исчислять со дня заключения договора дарения и перехода права собственности (2008 год). 

Принимая во внимание, что ко дню подачи административным истцом в декабре 2018 года заявления о приятии на учет данный срок истек, препятствия для нахождения ФИО4 на учете нуждающихся в получении жилого помещения в связи с данным обстоятельством отсутствовали, в связи с этим оспариваемое решение жилищного органа является несостоятельным.

При вышеуказанных конкретных данных ФИО4, принимая во внимание основание увольнения её с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, имеющая более 10 лет выслуги, может рассчитывать на учёт в качестве нуждающейся в жилом помещении в порядке, предусмотренном ст. 51 ЖК РФ и абз.12 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Между тем, необходимо отметить, что при разрешении вопроса о возможности нахождения ФИО4 на жилищном учёте, жилищная комиссия воинской части запросила сведения из ЕГРН о правах административного истца на недвижимое имущество, ошибочно указав ненадлежащую дату рождения ФИО4.

Таким образом, жилищная комиссий войсковой части 5565 достоверно не могла установить факт наличия (отсутствия) у ФИО4 жилых помещений в собственности, что в силу ст. 51 ЖК РФ имеет существенное значение для разрешения вопроса о нуждаемости её и членов семьи в обеспечении жилым помещением.

При таких обстоятельствах единственным возможным способом восстановления права ФИО4 является повторное рассмотрение жилищным органом вопроса о постановке её и членов семьи на учёт нуждающихся в получении жилых помещений.

Причинение морального вреда, как пояснил в судебном заседании представитель административного истца, связано с незаконным увольнением ФИО4 со службы, а также с лишением её права на жилище. 

Вместе с тем, суд полагает, что требование о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит. Так, увольнение с военной службы ФИО4 не оспаривается. Основания для признания незаконным приказа об её исключении из списков личного состава воинской части отсутствуют.

Что касается заявления представителя административного истца о причинении ФИО4 морального вреда нарушением права той на жилище, то оно является голословным и не основывается на каких-либо доказательствах, подтверждающих как факт причинения соответствующего вреда, так и его степень.

Вопреки настоянию представителя административного истца отсутствуют предусмотренные ст.188 КАС РФ основания для немедленного исполнения решения суда. Никаких данных о том, что вследствие особых обстоятельств замедление исполнения решения может нанести значительный ущерб публичным или частным интересам суду не представлено.

Поскольку заявленные в интересах ФИО4 требования подлежат частичному удовлетворению, а в её пользу подлежит взысканию государственная пошлина, оплаченная при обращении в суд.

Руководствуясь ст. 175,176 -178, 219, 227 КАС РФ, военный суд – 

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление в интересах майора запаса ФИО3 удовлетворить частично.

Признать незаконным решение жилищной комиссии войсковой части 5565 от 21 февраля 2019 года (протокол №2) об отказе в принятии её с членами семьи на учёт в качестве нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания по избранному месту жительства в г. Москве.

Обязать жилищную комиссию войсковой части 5565 в месячный срок с момента вступления решения суда в законную силу повторно рассмотреть вопрос о принятии ФИО3 с членами её семьи на учёт в качестве нуждающихся в получении жилого помещения для постоянного проживания по избранному месту жительства в г. Москве, о чём сообщить в суд и административному истцу.

В удовлетворении административных исковых требований о признании незаконным приказа командира войсковой части 5565 от 17 декабря 2018 года № 236 с/ч об исключении ФИО3 из списков личного состава воинской части с возложением на командира войсковой части 5565 обязанности восстановить ФИО3 в списках личного состава воинской части и взыскании с войсковой части 5565 компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей, а также о возложении на жилищную комиссию войсковой части 5565 обязанности поставить ФИО3 и членов её семьи на учёт в качестве нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания по избранному месту жительства в г. Москве в первоочередном порядке, предоставив ей жилое помещение на состав семьи 5 человек – отказать.

Судебные расходы по делу, связанные с уплатой госпошлины, в размере 300 рублей взыскать с войсковой части 5565 в пользу ФИО3.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ленинградский окружной военный суд через Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд, в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

<

данные изъяты>

Судья Шкаликов Р.Э.

Решение суда в окончательной форме принято 24 июня 2019 года.