РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 мая 2018 года г.Железногорск

Железногорский городской суд Курской области в составе:

председательствующего, судьи Галкиной Т.В.,

с участием помощника Железногорского межрайонного прокурора Жилкиной О.В.,

представителя ответчика ФИО1,

при секретаре Истоминой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» и ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, и компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, уточненным в порядке ст.39 ГПК РФ, к АО «Альфа Страхование» и ФИО1, указывая, что 27 августа 2013 года на автодороге Тросна-Калиновка произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомашины «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак № ***, под управлением ФИО1, и его автомашины «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак № ***, под его управлением. 

Истец указывает, что ДТП произошло по вине ФИО1, который в нарушение ПДД РФ выехал на его полосу движения. ФИО2, пытаясь уйти от лобового столкновения, был вынужден затормозить, резко повернул влево, но не смог уйти от столкновения, которое произошло посередине проезжей части. Его автомобиль ударился правой передней частью в правую переднюю часть автомашины «

<

данные изъяты>». В результате указанного ДТП истец получил телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта расцениваются как тяжкий вред здоровью, а названное транспортное средство, принадлежащее истцу, превратилось в груду металла. 

В отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ст.264 ч.1 УК РФ. Следствие по данному уголовному делу длилось более 3-х лет, и 09.08.2017 года постановлением следователя уголовное дело в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, было прекращено за истечением срока давности уголовного преследования.

Истец указывает, что в связи с полученными травмами он испытал сильнейшие болевые ощущения, длительное время (более полугода) находился на стационарном и амбулаторном лечении, перенес несколько операций, был ограничен в свободном движении, ему пришлось заново учиться ходить, все это время он не мог продолжать привычный образ жизни, трудиться, что причинило истцу физические и нравственные страдания. В связи с этим просил взыскать с ответчика ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. В возмещение расходов, понесенных на лечение, 6120 руб.

Кроме того, ФИО2 указал, что в связи с повреждением автомобиля ему причинен материальный ущерб, размер которого согласно заключению эксперта составляет 194 377 руб., расходы по проведению экспертизы составили – 5000 руб. Ответчик АО «АльфаСтрахование» произвело выплату страхового возмещения в сумме 65 121 руб. Разница между фактическим ущербом и выплаченным страховым возмещением составляет 129256 руб. С учетом указанных обстоятельств истец просил взыскать с ответчиков АО «АльфаСтрахование» недоплаченную часть страхового возмещения в сумме 54879 руб., ФИО1 оставшуюся сумму, превышающую лимит ответственности страховщика, - 74 377 руб., в возмещение расходов по проведению экспертизы - 5000 руб., по отправке телеграммы страховщику о проведении оценки - 233 руб.65 коп., по копированию документов для ответчиков и третьего лица - 568 руб., по оплате услуг представителя за составление иска - 5000 руб., представление интересов в суде по настоящему гражданскому делу – 25000 руб., а кроме того с ответчика ФИО1 40 000 руб. в возмещение расходов по оплате услуг представителя по уголовному делу.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, в заявлении в суд просил рассматривать дело в его отсутствие, с участием представителя ФИО3

Представитель истца ФИО3, присутствовавший в судебном заседании 07.05.2018 года до объявления перерыва, исковые требования ФИО2, с учетом уточнений поддержал и просил их удовлетворить по изложенным в иске основаниям, настаивая, что виновным в ДТП является только ФИО1, ФИО2 действовал в состоянии крайней необходимости, Правила дорожного движения не нарушал. После возобновления судебного заседания 8.05.2018 года, представитель истца в судебное заседание не явился, представив письменную речь в прениях, в которой поддержал ранее приведенные доводы.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, в заявлении в суд от 03.05.2018 года просил рассматривать дело в его отсутствие, с участием представителя Р., в удовлетворении исковых требований ФИО2 к нему в части взыскания материального ущерба отказать в связи с пропуском срока исковой давности, размер компенсации морального вреда и материального ущерба снизить с учетом поведения потерпевшего, его степени вины, а также материального положения ответчика. 

Представитель ответчика ФИО1 – Р., участвующая в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, исковые требования ФИО2 полагала подлежащими удовлетворению частично, поддержав доводы, приведенные ответчиком ФИО1 в письменном отзыве на иск от 03.05.2018 года и 21.11.2017 года. По мнению представителя, в данном случае оба водителя являются виновными в произошедшем ДТП, однако степень вины ФИО2 больше, т.к. именно он первым выехал на встречную полосу движения, по которой двигалась автомашина 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1, и тем самым спровоцировал аварийную ситуацию. С учетом обстоятельств произошедшего ДТП полагала, что степень вины ФИО1 составляет 30%, а ФИО2 – 70 %. Заявленная истцом сумма компенсации морального вреда сильно завышена, и не соответствует фактическим обстоятельствам дела, степени вины водителей, материальному положению ФИО1, который согласен компенсировать истцу 50 000 - 100 000 руб. В удовлетворении требований ФИО2. к ФИО1 о взыскании компенсации расходов, понесенных истцом на приобретение медикаментов, просила отказать, поскольку истцом не представлено доказательств необходимости несения таких расходов. Просила также отказать в удовлетворении требований о возмещении материального ущерба, причиненного повреждением автомобиля, расходов по оплате экспертизы, по отправке телеграммы, заявив о пропуске срока исковой давности, а также по тем основаниям, что вред подлежит возмещению страховой компанией в пределах лимита страховщика. 

Ответчик АО «АльфаСтрахование» о времени и месте рассмотрении дела был извещен надлежащим образом, своего представителя в судебное заседание не направил, в письменных возражениях на иск представитель Д. просила рассмотреть дело в отсутствие представителя страховщика, в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать, поскольку ответчик выплатил истцу страховое возмещение в полном объеме исходя из факта полной гибели автомобиля, равной степени вины водителей в произошедшем ДТП, и размера ущерба, определенного ООО «

<

данные изъяты>».

Привлеченный к участию в деле в качестве 3-его лица Г. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, ранее в возражениях на иск от 21.11.2017 года указал, что являясь собственником автомашины «

<

данные изъяты> он не может нести ответственность за вред причиненный источником повышенной опасности, поскольку владельцем автомашины в момент ДТП являлся ФИО1 на основании договора аренды транспортного средства от 21.06.2013 года.

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Жилкиной О.Н., полагавшей требования ФИО2 о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В силу п.3 ст.1079 ГК вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из ч.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Согласно части 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. 

В соответствии со ст.1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте "в" абзаца 3 пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях ( ст.1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом при наличии вины обоих владельцев источников повышенной опасности размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого. 

Из материалов дела следует, что 27 августа 2013 года, примерно в 8.00 час., в районе 11 км. + 171м автодороги «Тросна-Калиновка» произошло дорожно-транспортное происшествие: столкновение автомобиля «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ***, под управлением водителя ФИО2, и автомобиля «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ***, под управлением водителя ФИО1, в результате которого ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью. Автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ***, принадлежащий истцу на праве собственности получил механические повреждения.

8 августа 2014 года по данному факту ДТП, в результате которого был причинен тяжкий вред здоровью ФИО2, СО МО МВД России «

<

данные изъяты>» было возбуждено уголовное дело № ***.

Как следует из материалов уголовного № ***, постановления о возбуждении уголовного дела от 08.08.2014 года, дорожно-транспортное происшествие произошло при следующих обстоятельствах: 27 августа 2013 года примерно в 8.00 час. водитель автомашины «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № *** ФИО2 при движении по автодороге «Тросна-Калиновка» на 11+071 км., двигаясь в направлении г.Железногорска со стороны автодороги М2 Крым не справился с управлением и допустил выезд автомашины на полосу встречного движения. В свою очередь водитель автомашины «

<

данные изъяты>» ФИО1 при движении по автодороге «Тросна-Калиновка» на 11+071 км, двигаясь в направлении автодороги М2 Крым со стороны г.Железногорска, обнаружив, что автомобиль «

<

данные изъяты>» движется в его направлении частично по его полосе движения, допустил выезд своей автомашины на полосу встречного движения, и таким образом автомобили под управлением ФИО2 и ФИО1 частично заняли полосы встречного для них движения, в результате чего произошло столкновение указанных автомашин.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы № *** от 07.10.2014 года, проведенной в рамках указанного уголовного дела, в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия водителю ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью были причинены телесные повреждения в виде закрытого оскольчатого перелома правой вертулужной впадины со смещением отломков, подвывиха правого бедра, открытого перелома внутренней лодыжки правой голени, закрытого перелома правой малоберцовой кости в нижней трети, разрыва межберцового синдесмоза справа, подвывиха правой стопы кнаружи, причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть; закрытые переломы 5-8 ребер V-V1-VП-VШ ребер слева, причинившие средней тяжести вред здоровью и сотрясение головного мозга, раны в лобной области, причинившие легкий вред здоровью. 

Согласно заключениям экспертов автотехнических экспертиз №266/1-1 от 12.03.2014 года, №707/1-1, 708/1-1 от 15.07.2014 года, проведенных в рамках уголовного дела, было установлено, что место столкновения автомобиля 

<

данные изъяты> с автомобилем 

<

данные изъяты> расположено в 4,0 метрах от правой кромки проезжей части относительно направления движения автомобиля 

<

данные изъяты> на 11 км+171 м автодороги Тросна-Калиновка при общей ширине проезжей части дороги 8,0 метров, на центре дороги, в районе окончания следов торможения автомобиля 

<

данные изъяты> 

Скорость движения автомобиля 

<

данные изъяты> к моменту начала торможения составляла более 75,1 км/час.

В момент столкновения (контакта) автомобиль 

<

данные изъяты> был обращен правой боковой частью в районе правой пассажирской двери, автомобиль 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> - передней частью. 

Также экспертами на основании данных протокола осмотра места ДТП и схемы места ДТП, было установлено наличие на проезжей части следа торможения автомобиля 

<

данные изъяты>, правый след которого начинается на расстоянии 2,4 метра от правого края проезжей части, что при ширине правой стороны проезжей части 4,0 метра, говорит о том, что правый след торможения начинался на правой стороне проезжей части, которая является встречной для автомобиля 

<

данные изъяты>, и затем след условно уходит в сторону левой стороны проезжей части, и оканчивается перед зафиксированным местом столкновения, что указывает на то, что автомобиль 

<

данные изъяты> непосредственно перед столкновением двигался по правой стороне проезжей части относительно направления в сторону автодороги М-2 Крым, которая является встречной для него. 

Указанное, по мнению суда, полностью опровергает доводы истца и его представителя о том, что первые следы торможения автомобиля 

<

данные изъяты> начались на его полосе движения, когда, как они утверждают, автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1 выехал на полосу движения ФИО2. 

Эксперты также пришли к выводу, что в сложившейся дорожной обстановке с технической точки зрения водитель ФИО2 должен был действовать согласно требованиям п.п.9.1, 10.1. (абз.1) ПДД РФ, согласно которым: 

п.9.1 – «Количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева.

п.10.1 (абз1) « Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил».

С технической точки зрения водитель ФИО1 должен был действовать согласно вышеприведенным требованиям п.9.1 ПДД РФ, а также п.10.1 ( абз.2) ПДД РФ, согласно которому:

п.10.1 (абз.2) «При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства».

В данном случае возможность предотвратить происшествие у водителей 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> зависела не от наличия либо отсутствия у них технической возможности предотвратить столкновение как таковое, а от выполнения ими требований вышеприведенных п.п.9.1, 10.1 ПДД РФ, а также п.п.1,4, 1.5 (абз1),9.4. 9.10 Правил дорожного движения РФ, согласно которым:

п.1.4 – «На дорогах установлено правостороннее движение».

п. 1.5 (абз.1) – «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

п.9.4 – «Вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3 или где разрешено движение со скоростью более 80 км/ч, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых».

п.9.10 – «Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения».

Допрошенный в ходе производства по уголовному делу эксперт Р. разъяснил свое заключение № 707/1-1, 708/1-1 от 15.07.2014 года, указав, что возможность предотвратить происшествие у водителей 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> не зависела от наличия либо отсутствия у них технической возможности предотвратить столкновение как таковое, а от выполнения ими требований п.п.1,4, 1.5 (абз1), 9.1, 9.4, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения РФ. С технической точки зрения водитель в случае возникновения опасности должен принять меры к торможению, исключив какие-либо маневры, поскольку таковые при возникновении опасности ПДД не регламентированы, тем более, связанные с выездом на полосу движения.

Постановлением следователя СЧ СУ УМВД России по *** от 19 марта 2018 года уголовное дело (уголовное преследование) в отношении подозреваемого ФИО1 по факту совершения им ДТП на автодороге «Тросна-Калиновка», то есть совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ – в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Как следует из постановления, в ходе расследования уголовного дела было установлено, что причиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в ходе которого ФИО2 причинен тяжкий вред здоровью, послужили нарушения Правил дорожного движения РФ как со стороны водителя ФИО1, так и со стороны водителя ФИО2, поскольку возможность предотвращения столкновения у водителей автомобилей не зависела от наличии или отсутствия у них технической возможности, а от выполнения ими водителями ФИО2 и ФИО1 требований п.п.1.3,1.4, 1.5 (абз.1), 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, так как с технической точки зрения водитель в случае возникновения опасности должен принять меры к торможению, исключив какие-либо маневры, поскольку таковые при возникновении опасности Правилам дорожного движения не регламентированы, тем более, связанные с выездом на полосу встречного движения. В данном случае в действиях водителей ФИО1 и ФИО2 имеются нарушения п.п.1.3,1.4, 1.5 (абз.1), 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, которые состоят в прямой причинной связи с фактом дорожного транспортного происшествия и причинением им тяжкого вреда здоровью.

Таким образом, давая оценку собранным по делу доказательствам, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает, суд приходит к выводу о наличии обоюдной вины водителей ФИО2 и ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии, имевшего место 27.08.2013 года по адресу: 11 км. + 171м автодороги «Тросна-Калиновка», в равной степени, т.е. по 50%, поскольку аварийная ситуация была создана в результате действия обоих водителей, участвующих в ДТП, которые допустили нарушение Правил дорожного движения, а именно п.п.1.3,1.4, 1.5 (абз.1), 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, и их действия находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Так, водитель 

<

данные изъяты> – ФИО2 в нарушение п.п.1.3, 1.4, 1.5 (абз.1), 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 (абз.1) ПДД РФ не выбрал безопасной скорости движения для движения с учетом дорожной и метереологической обстановки, не справился с управлением и допустил выезд автомашины на полосу встречного движения. Водитель 

<

данные изъяты> – ФИО1 в нарушение п.п.1.3,1.4, 1.5 (абз.1), 9.1, 9.4, 9.10, 10.1 ( абз.2) ПДД РФ, обнаружив, что автомобиль 

<

данные изъяты> движется в его направлении частично по его полосе движения, не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а допустил выезд своей автомашины на полосу встречного движения; в результате автомобили частично заняли встречные полосы, и произошло столкновение.

Доводы истца и его представителя об отсутствии в действиях ФИО2 нарушения Правил дорожного движения РФ, состоящих в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, не состоятельны для суда, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства, и опровергаются приведенными выше доказательствами. 

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что автомашина 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № *** на момент ДТП принадлежала на праве собственности ФИО2 и 23.09.2015 года была снята им с учета в связи с ее утилизацией, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права собственности на автомобиль, карточкой на автомобиль, представленных МРЭО ГИБДД № *** УМВД России по Курской области по запросу суда.

Автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № *** на момент ДТП принадлежал на праве собственности Г. и 18.10.2016 года был снят им с учета в связи с утилизацией, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права собственности на автомобиль, карточкой учета транспортного средства.

ФИО1 в момент ДТП управлял автомобилем «

<

данные изъяты>» на основании договора аренды транспортного средства без экипажа от 21.06.2013 года, заключенного между ним и Г., т.е. на законном основании, следовательно, именно он являлся владельцем источника повышенной опасности в момент рассматриваемого ДТП, и в силу вышеприведенных норм закона несет ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Согласно страховому полису № *** от 23.06.2013 года между ООО «АльфаСтрахование» и ФИО1 был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в отношении автомобиля «

<

данные изъяты>». Срок страхования с 23.06.2013 года по 22.06.2014 года. Страховая сумма: 120000 рублей в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего; 160 000 рублей в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего.

Поскольку в судебном заседании установлено, что гражданская ответственность ФИО1 при управлении автомобилем «

<

данные изъяты>» была застрахована в соответствии с ФЗ «Об обязательном страховании ответственности владельцев транспортных средств», то сумма причиненного ущерба истцу в связи с повреждением автомобиля подлежит взысканию со страховой организации по договору обязательного страхования гражданской ответственности в пределах страховой суммы, установленной Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» на момент ДТП, -120000 руб.

Согласно требованиям ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля № *** от 06 мая 2014 года Р., представленного истцом, стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа составляет 529121 руб.64 коп., с учетом его износа ( 63,39%) - 313 863 руб.37 коп.. Среднерыночная стоимость аналогичного транспортного средства составляет 210 000 рублей. Стоимость годных остатков - 15 623 руб. Доаварийная стоимость ТС за вычетом годных остатков составляет 194 377 руб. Ремонтировать транспортное средство экономически нецелесообразно, т.к. стоимость восстановительного ремонта автомобиля значительно превышает стоимость аналогичного автомобиля в исправном состоянии. Таким образом, согласно отчету стоимость материального ущерба автомобиля на дату ДТП – 27.08.2013 года составляет 194 377 руб.

Согласно акту о страховом случае № *** АО «АльфаСтрахование» размер страхового возмещения составляет 65 121 рубль.

Ответчики АО «АльфаСтрахование», ФИО1 не ставили под сомнение отчет об оценке, произведенный экспертом-оценщиком Р.. О производстве судебной автотехнической экспертизы не ходатайствовали.

Представленный истцом отчет об оценке произведен независимым экспертом-оценщиком Р., имеющим большую квалификацию в области оценочной деятельности ( стаж работы свыше 10 лет, высшее образование, специализацию в области « оценки стоимости предприятия ( бизнеса»)). Оценка произведена в соответствии с ФЗ от 29.07.1998 г. №135-=ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ», Постановлением Правительства РФ от 6.07.2001 года №519 « Об утверждении стандартов оценки», «Методическим руководством по определению стоимости автомототранспортных средств с учетом естественного износа и технического состояния на момент предъявления» ( РД 37.009.015.-98 с изменениями). 

Выводы эксперта мотивированы, обоснованны, в отличие от отчета ООО «

<

данные изъяты>», на основании которого страховщик определил размер страхового возмещения, основаны на данных непосредственного осмотра транспортного средства, отраженных в акте осмотра №193 от 29.04.2014 года, для участия в котором извещался и страховщик. Стоимость материального ущерба автомобиля была определена с учетом его года выпуска (2005 г.), за вычетом годных остатков, перечень которых и стоимость определены надлежащим образом, исходя из средних сложившихся в Курском регионе. 

При таких обстоятельствах, суд считает правильным согласиться с выводами эксперта-оценщика Р. о стоимости материального ущерба автомобиля истца. 

С учетом изложенного, стоимость материального ущерба, причиненного истцу в связи с повреждением автомобиля, составляет 194 377 руб.

Поскольку судом установлено, что вина истца в рассматриваемом ДТП составляет 50%, следовательно, истец имеет право на возмещение имущественного вреда в размере 50% от указанной суммы, то есть в сумме 97 188 руб.50 коп.

Разница между выплаченным истцу страховым возмещением и размером имущественного вреда составляет 32067 руб.50 коп., что в совокупности с уже произведенной выплатой составляет 97 188 руб.50 коп., не превышает установленный в сумме 120 000 руб. лимит ответственности страховщика перед потерпевшим, и подлежит взысканию с АО «АльфаСтрахование» в пользу ФИО2.

Суд также считает правильным взыскать с АО «АльфаСтрахование» в пользу истца в возмещение расходов, понесенных им по оплате услуг эксперта-оценщика за проведение оценки - 5000 руб., по квитанции №192 от 06.05.2014 года, по отправке телеграммы страховщику для участия в осмотре оценщиком транспортного средства - 233 руб.65 коп., согласно квитанции №527920 от 22.04.2014 года, которые относит к убыткам истца ( ч.2 ст.15 ГК РФ), понесенным им в связи с обращением за получением страхового возмещения в связи с повреждением автомобиля, что не превышает лимит ответственности страховщика.

Таким образом, суд считает правильным исковые требования ФИО2 о возмещении ему имущественного вреда в связи с повреждением автомобиля удовлетворить частично, взыскать с АО «АльфаСтрахование» в пользу истца недополученную часть страхового возмещения в размере 32 067 руб.50 коп., в возмещение расходов по оплате услуг эксперта-оценщика 5000 руб., по отправке телеграммы – 233 руб.65 коп., а всего 37301 руб.15 коп., в остальной части требований ФИО2 о возмещении имущественного вреда в связи с повреждением автомобиля к АО «АльфаСтрахование», ФИО1, отказать.

Разрешая требования истца о компенсации ему морального вреда, суд приходит к следующему.

По делу установлено, что в результате произошедшего ДТП, в совершении которого установлена вина ФИО1, истцу были причинены множественные телесные повреждения, причинившие согласно заключению эксперта № *** от 07.10.2014 года тяжкий вред здоровью, в связи с чем он, безусловно, испытывал как физические, так и нравственные страдания, в связи с чем в силу вышеприведенных норм закона имеет право на возмещение компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд согласно ст.ст.150, 151, 1100, 1101 ГК РФ, учитывает, что ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью, в связи с полученными травмами он длительное время ( шесть с половиной месяцев) находился на стационарном и амбулаторном лечении, перенес ряд операций, в связи с этим, испытывал значительные по длительности и интенсивности физические страдания, стресс, нравственные страдания от невозможности вести активный образ жизни, работать и т.д. С учетом данных обстоятельств, фактических обстоятельств причинения морального вреда по неосторожности, обоюдной вины участников дорожно-транспортного происшествия, степени вины причинителя вреда 50%, его социального и материального положения ( имеет постоянное место работы, но в то же время иждивенца – 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>), а также требования разумности и справедливости, суд полагает правильным определить размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 в 160 000 рублей.

Разрешая требования истца о возмещении ему ответчиком ФИО1 расходов, затраченных на лечение на сумму 6120 руб., выразившихся в приобретении медицинских степлеров, пленки, повязок, скальпелей, бинтов, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Вместе с тем истцом и его представителем доказательств нуждаемости ФИО2 в указанных выше изделиях медицинского назначения, и того, что он не имел права на их бесплатное получение не представлено, хотя рассмотрение дела неоднократно откладывалось и истцу предлагалось представить соответствующие доказательства.

При таких обстоятельствах, суд считает правильным в удовлетворении исковых требований ФИО2 в данной части отказать.

Требования ФИО2 о взыскании с ответчика ФИО1 расходов по оплате услуг адвоката по уголовному делу рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства не подлежат, в связи с чем производство по делу в данной части прекращено, о чем судом вынесено отдельное определение.

На основании положений ст. ст. 88, 94, 98, 100 ГПК РФ, а также учитывая разъяснения в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1, о том, что пропорциональный принцип распределения судебных расходов не применяется при разрешении неимущественных требований (компенсации морального вреда), с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы, понесенные им в связи с обращением в суд: 1) по оплате услуг представителя, подтвержденные соответствующими квитанциями, с учетом объема помощи представителя, категории спора, сложности и длительности рассмотрения дела, участия представителя на подготовке и пяти заседаниях, возражений ответчика о чрезмерности судебных расходов, размера удовлетворенных имущественных требований (в общем 28%, из которых к страховщику – 68%, к ФИО1 – отказано), удовлетворены частично требования неимущественного характера, а также требований разумности и справедливости, в общем размере 16 000 руб., из них : за подготовку иска - 3000 руб., представление интересов в суде - 13 000 руб., 2) за копирование документов для суда и лиц, участвующих в деле, являющиеся приложением к исковому заявлению, подтвержденные квитанциями, которые признаются необходимыми в связи с рассмотрением дела, - пропорционально удовлетворенным требованиям – 476 руб.. 

Поскольку в данном случае ответчики не являются солидарными должниками, учитывая объем требований, который был предъявлен к каждому ответчику, судебные расходы подлежат распределению между ответчиками в следующем порядке: по оплате представителя: с АО «АльфаСтрахование» - 7500 руб., со ФИО1 – 8500 руб., за копирование документов – с АО «АльфаСтрахование» - 193 руб., ФИО1 – 283 руб.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчиков в пользу МО «г.Железногорск» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, с АО «АльфаСтрахование» пропорционально удовлетворенной части требований – 1319 руб., со ФИО1 – 300 руб..

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194, 197-199 ГПК РФ, 

р е ш и л :

Иск ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» и ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, и компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с АО «АльфаСтрахование» в пользу ФИО2 недоплаченную часть страхового возмещения - 32 067 руб.50 коп., в возмещение расходов по оплате услуг эксперта-оценщика - 5000 руб., по отправке телеграммы – 233 руб.65 коп., а всего 37301 руб.15 коп. 

Взыскать с АО «АльфаСтрахование» в пользу ФИО2 в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя 7500 руб., по копированию документов – 193 рубля

Взыскать со ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в размере 160 000 рублей.

Взыскать со ФИО1 в пользу ФИО2 в возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя 8500 рублей, по копированию документов – 283 рубля.

В остальной части иска ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» о возмещении материального ущерба, к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба, отказать.

Взыскать с АО «АльфаСтрахование» в пользу бюджета МО «Город Железногорск» госпошлину в размере 1319 рублей.

Взыскать со ФИО1 в пользу бюджета МО «Город Железногорск» госпошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Железногорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Галкина Т.В.