Дело № 1-66/2017

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 марта 2017 года Томская область, ЗАТО Северск,

г. Северск

Северский городской суд Томской области в составе: 

председательствующего судьи Максимовой Е.С.,

при секретаре Животягине С.С.,

с участием государственного обвинителя Булыгина С.Ю.,

подсудимого ФИО1,

его защитника - адвоката Рихтер А.В.,

потерпевшего Ф.,

рассмотрев в общем порядке в открытом судебном заседании в г.Северск Томской области уголовное дело по обвинению: 

ФИО1, судимого: 

- 06.10.2011 ** по пп. «а, в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (с учетом постановления ** от 23.04.2012) к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года 1 месяц (судимость за совершение преступления в несовершеннолетнем возрасте); 

- 10.01.2013 ** (с учетом постановления ** от 16.05.2013) по п. «г» ч. 2 ст. 161, ч. 5 ст. 74, ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации (с приговором ** от 06.10.2011) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима (судимость за совершение преступления в несовершеннолетнем возрасте) освобожденного 08.07.2016 по отбытии срока наказания,

содержащегося под стражей по данному делу с 30.11.2016, 

в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для здоровья, с незаконным проникновением в жилище.

Преступление совершено в г. Северск ЗАТО Северск Томской области при следующих обстоятельствах. 

Так, в период времени с 21 часа 40 минут 27.11.2016 до 02 часов 18 минут 28.11.2016 ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в коридоре ** коммунальной квартиры № **, расположенной в [адрес], с целью хищения имущества, принадлежащего Ф., который на законных основаниях проживал в одной из арендуемых им комнат указанной квартиры, принадлежащей на праве общей долевой собственности С., решил совершить разбойное нападение на Ф.. 

Во исполнение задуманного, ФИО2, проживающий на законных основаниях в арендуемой комнате, расположенной рядом с комнатой Ф., находясь в общем коридоре квартиры по вышеуказанному адресу, в указанное время, потребовал, чтобы Ф. направился в магазин и приобрел для него спиртное на денежные средства Ф. Последний на его требования ответил отказом. После чего, продолжая осуществлять свой преступный умысел, направленный на хищение имущества Ф., и с целью подавления сопротивления со стороны потерпевшего, применив насилие, напал на него, а именно нанес не менее одного удара кулаком своей руки в область носа, не менее одного удара локтем своей руки в область правого глаза, не менее одного удара локтем своей руки в область левого глаза, не менее одного удара своей ногой в область ребер слева, отчего Ф., не удержавшись на ногах, упал на пол. Затем ФИО2, продолжая требовать передачи денежных средств, нанес Ф. не менее одного удара кулаком своей руки в область головы, чем причинил последнему физическую боль и страдания. После чего правомерно находящаяся в указанной квартире К., будучи непосвященной относительно истинных намерений ФИО2, подошла к Ф., помогла ему встать на ноги, отвела последнего в комнату, где он проживает, и вернулась на общую кухню указанной коммунальной квартиры. От причиненных телесных повреждений Ф., испытывая сильную физическую боль, не смог закрыть на запорные устройства входную дверь своей комнаты. 

Далее, ФИО2, продолжая реализовывать свой преступный умысел, находясь в указанной коммунальной квартире, в указанное время, через незапертую дверь незаконно проник в комнату против воли лица, проживающего в ней, то есть незаконно проник в жилище, где на законных основаниях проживал Ф., и продолжил требовать от последнего передачи ему банковской карты ПАО «Газпромбанк», на счету которой находились денежные средства. Получив отказ, ФИО2, в продолжение своего преступного умысла, направленного на хищение имущества Ф., с целью подавления сопротивления со стороны потерпевшего, применив насилие, напал на последнего, а именно нанес не менее одного удара локтем своей руки в область носа, не менее четырех ударов кулаком своей руки в область лица, не менее двух ударов своей ногой в область ребер, не менее двух ударов кулаком своей руки по телу в область сердца, чем причинил последнему физическую боль, страдания и телесные повреждения в виде **, которые взаимно отягощают друг друга, и установление причиненного вреда осуществляется по их совокупности, что повлекло длительное расстройство здоровья, и по данному признаку квалифицируются как причинившие вред здоровью средней тяжести, то есть применил насилие опасное для здоровья. 

После чего, ФИО2, подавив сопротивление и волю, умышленно, из корыстных побуждений, осознавая, что Ф. не сможет оказать сопротивление, похитил имущество, принадлежащее последнему, а именно: банковскую карту ПАО «Газпромбанк», не представляющую материальной ценности, которая находилась во внутреннем кармане куртки в шкафу указанной комнаты; сотовый телефон «VERTEX М102», imei 1: **, imei 2: **, который выхватил из рук Ф., стоимостью 1 200 рублей, с находящимися в нем двумя сим-картами, не представляющими материальной ценности. 

Затем ФИО2, находясь в указанном месте и в указанное время, с целью хищения денежных средств со счета №** банковской карты ПАО «Газпромбанк», ввел ранее знакомую ему К. в заблуждение относительно своих истинных намерений и передал последней вышеуказанную банковскую карту. К., будучи непосвященной относительно истинных намерений ФИО2, в период времени с 02 часов 18 минут до 02 часов 55 минут 28.11.2016, находясь в магазине «**», расположенном по [адрес], рассчиталась похищенной ФИО2 банковской картой за приобретение спиртных напитков и продуктов питания на общую сумму 818 рублей.

Таким образом, ФИО2 в период времени с 21 часа 40 минут 27.11.2016 до 02 часов 55 минут 28.11.2016, находясь в квартире по [адрес], умышленно, из корыстных побуждений, применив насилие опасное для здоровья, напал на Ф., похитив имущество на общую сумму 2 018 рублей, причинив последнему материальный ущерб. Похищенным имуществом ФИО2 распорядился по своему усмотрению.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении преступления признал частично, пояснив, что нанес удары потерпевшему из-за поведения последнего, при этом во время избиения потерпевшего деньги не требовал. От дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В связи с отказом от дачи показаний на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании были оглашены показания подсудимого, данные им в ходе предварительного следствия.

Так, при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого 01.12.2016 ФИО1 показал, что проживает в арендованной комнате с подселением на трех хозяев по [адрес] совместно с сожительницей Д. и её детьми. В комнате, расположенной возле кухни, проживает Ф., а во второй - мужчина по имени У.. 27.11.2016 около 22 часов 45 минут он и К. (** его сожительницы) решили у кого-нибудь взять деньги в долг на приобретение спиртного. Затем он предложил Ф. вместе выпить, на что тот пояснил, что все денежные средства у него имеются на карточке, а спиртное купит, если кто-нибудь сходит с ним в магазин. Тогда они вдвоем сходили в магазин, где потерпевший купил две бутылки джин-тоника, который стали распивать втроем на кухне в квартире. Когда они выпили почти всю бутылку джин-тоника, К. пошла в туалет, а Ф. в свою комнату, а он (ФИО1) прикурил сигарету. После чего Ф. вышел из своей комнаты и стал ворчать по поводу табачного дыма на кухне, а затем взял в своей комнате дихлофос, побрызгал им на кухне и вернулся к себе в комнату, закрыв за собой дверь. Тогда он постучался в комнату Ф., который её сразу же открыл, стал говорить, что тот зря так сделал. В этот же момент он (ФИО1) решил потребовать у Ф. денег на приобретение спиртного и нанести удары, чтобы тот не сопротивлялся и дал денег. Когда Ф. ответил, что денег у него нет, он нанес последнему один удар локтем под правый глаз и опять высказал требование. Ф. снова отказался, после чего он нанес последнему удар локтем в левый глаз. От причиненных ударов Ф. стал стонать и упал на пол. Продолжая требовать деньги, он нанес последнему еще не менее двух ударов локтями рук в область носа, из которого пошла кровь. В этот момент из туалета вышла К., подняла Ф. с пола и отвела в его комнату, а он вернулся на кухню, где еще выпил спиртное и решил добиться от Ф. денег. После чего вошел в комнату Ф., который сидел на диване, и предложил, что будет лучше, если тот отдаст ему пластиковую карту, с помощью которой он купит спиртные напитки. Ф. отказался и тогда он нанес ему удар локтем в область носа, из которого пошла кровь. Затем в комнату вошла К. и за футболку вытащила его из комнаты на кухню, но он решил, что не довел свое дело до конца, и, сказав последней, что пошел просить у Ф. прощение, взял с собой бутылку джин-тоника и направился в комнату соседа. Войдя в комнату Ф., он опять стал требовать пластиковую карту и попытался нанести последнему удар, но между ними стояла К. Когда она вышла, он понял, что Ф. никакого сопротивления ему не окажет, так как сидел с отрешенным видом и держал в руках сотовый телефон, который он потребовал ему отдать, но затем вырвал его из рук и подошел к креслу, где лежал кошелек Ф.. Достав из кошелька пластиковую карту ПАО «Газпромбанка», вышел из комнаты. Он помнил пин-код карты, поскольку подсмотрел его, когда вместе с Ф. ходил в магазин. Написав на листочке пин-код карты, передал его вместе с пластиковой картой К., чтобы она купила спиртное в магазине. Когда она ушла, он вернулся в комнату к Ф., где стал ждать возвращения К., но через некоторое время уснул. Затем его разбудила К. и перевела в их комнату, где он лег спать. Проснулся он на следующий день ближе к обеду, после чего в дневное время к нему в гости пришел парень по имени О., с которым он стал распивать спиртные напитки. После ухода последнего он не нашел сотовый телефон Ф., при этом показывал его К., а похищенную пластиковую карту подкинул под дверь Ф. Удары ногами он потерпевшему не наносил (т. 1 л.д. 126-129, 132-134).

На очной ставке с Ф. 01.12.2016 ФИО1, указав, что не помнит, наносил ли удары ногами потерпевшему, подтвердил показания последнего о том, что ФИО1, находясь у него (Ф.) в комнате, требовал деньги и наносил удары, а также выхватил из рук сотовый телефон и похитил из кошелька пластиковую карту (т. 1 л.д. 135-137).

Между тем, 24.01.2017 на очной ставке с потерпевшим подсудимый уже показал, что деньги не требовал, банковскую карту не брал, разговора про неё не было, ногами Ф. не бил, при этом сразу же вышел из комнаты последнего, когда тот его об этом попросил, приносил потерпевшему извинения и водил в ванную комнату умыться. Также показывал Ф. освежитель воздуха, после того, как тот набрызгал дихлофосом (т. 1 л.д. 161-169).

Затем при допросе 24.01.2017 в качестве обвиняемого ФИО1 показал, что не видел, как Ф., рассчитываясь за спиртное своей банковской картой, набирал пин-код на терминале. Когда Ф. набрызгал дихлофосом и вернулся в свою комнату, он (ФИО1), взяв баллон с освежителем, чтобы показать, чем надо брызгать, побрызгал им перед лицом Ф., отчего тот стал что-то бормотать, его это возмутило и, разозлившись, он кулаком нанес не менее двух - трех ударов в область лица Ф., а затем вернулся в свою комнату, лег спать. В комнату Ф. он не заходил, принадлежащие последнему банковскую карту и сотовый телефон не похищал. На следующий день, то есть 28.11.2016, когда на улице было темно, к нему в гости пришла З. вместе со своим молодым человеком по имени О., с которыми он стал распивать спиртное, приобретенное К. и З. Когда спиртное закончилось, он, З. и О. пошли домой к последним, где он уснул, а когда проснулся, хозяев дома не было. По возвращении З. и О. пояснили, что ходили в квартиру, в которой он проживает. Когда он пришел домой, то К. и Ф. сообщили ему о пропаже их сотовых телефонов. После чего он направился в квартиру к З. и О., сказав, чтобы последние вернули сотовые телефоны, а затем пришел домой и лег спать. 29.11.2016 он решил извиниться перед Ф., но дверь ему никто не открыл (т. 1 л.д. 180-183).

В ходе очной ставки со свидетелем З. 25.01.2016 ФИО1 заявил, что первоначальные показания давал под давлением сотрудников полиции (т. 1 л.д.184-194).

В ходе очной ставки со свидетелем К. 25.01.2016 обвиняемый ФИО1 пояснил, что показывал К. сотовый телефон марки «LG», который был сенсорный, после чего положил его в коробку (т. 1 л.д. 195-206).

Показания от 24.01.2017 при допросе в качестве обвиняемого и на очной ставке с потерпевшим, подсудимый ФИО1 подтвердил, пояснив, что потерпевший Ф. намеренно брызгал дихлофосом, поскольку были неоднократные конфликты по поводу дыма. После конфликта он неоднократно водил Ф. в ванную комнату, где помогал вымыть лицо и приносил извинения, у потерпевшего деньги похитить не пытался, а только их просил. Ф. передал ему пластиковую карту «Газпром» вместе с пин-кодом, уже написанным на бумажке, после чего он карту дал К. на приобретение спиртного, что та и сделала, и вернула карту потерпевшему. Также Ф. доставал из кармана своих брюк сотовый телефон в корпусе белого цвета, который он забрал, чтобы тот никому не звонил, и вытащил из него сим-карту, которую вставил во второй телефон потерпевшего - «Нокиа», черного цвета, с разбитым экраном, а белый телефон положил у себя в комнате, чтобы затем вернуть, но не смог, поскольку телефон пропал после того, как к нему в гости приходили З. и О. Последний в его присутствии угрожал Ф. и наносил удар ногой. Протокол допроса подозреваемого подписал, но его содержимое не читал, поскольку следователь ему пояснила, что они записаны по показаниям свидетеля К., с которыми он согласился, при этом не допрашивался, был уставшим и ничего не понимал, так как допрашивался ночью, обвинение 01.12.2016 ему не предъявляли, показания в качестве обвиняемого он не давал. При ознакомлении с материалами уголовного дела следователю высказывал замечания о том, что такого не говорил. Физическое и моральное воздействие на него оказывали оперативные сотрудники, с жалобами на их действия не обращался.

Оценив показания подсудимого, сопоставив их с другими доказательствами по уголовному делу, суд считает, что показания ФИО1 на предварительном следствии, данные 01.12.2016, являются наиболее достоверными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, в связи с чем суд полагает необходимым взять их за основу приговора в совокупности с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, данные показания полностью согласуются и не содержат в себе каких-либо противоречий относительно обстоятельств совершения подсудимым вмененного преступления. 

Протоколы допросов от 01.12.2016 выполнены в соответствии с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, подсудимый допрошен в присутствии защитника, перед началом допроса в качестве подозреваемого ФИО1 разъяснялось, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и в случае последующего отказа от них. Также на каждом допросе в соответствии со ст. 51 Конституции Российской Федерации ему было разъяснено право не свидетельствовать против самого себя, однако данным правом ФИО1 воспользоваться не пожелал, от дачи показаний не отказался, о чём также собственноручно расписался в протоколе. При этом правильность записи внесенных показаний лично удостоверил своей подписью, каких-либо заявлений или замечаний ни от самого ФИО1, ни от защитника не поступало. 

При таких обстоятельствах оснований полагать, что ФИО1 оговорил себя 01.12.2016, давая изобличающие показания во время проводившихся допросов, в том числе и на очной ставке с потерпевшим, не имеется.

Кроме того, доводы подсудимого ФИО1 в ходе судебного разбирательства об оказании на него давления со стороны сотрудников полиции, применения к нему насилия, а также подписание протокола из-за усталости, суд признает надуманными, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и вызванными попыткой избежать уголовной ответственности за содеянное.

Так, допрошенная в качестве свидетеля следователь Р. в судебном заседании показала, что при проведении следственных действий какого-либо давления на ФИО1 не оказывала, предъявляла последнему обвинение, замечаний и заявлений от него не поступало, подсудимый в присутствии защитника добровольно давал показания и проставлял подписи.

В протоколе допроса в качестве обвиняемого от 01.12.2016 содержится собственноручная запись ФИО1 о частичном признании им вины в предъявленном обвинении и желании дать показания (т. 1 л.д. 133).

По информации, представленной врио начальника ИВСПиО УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, при поступлении 01.12.2016 в изолятор временного содержания телесных повреждений у ФИО1 не обнаружено, жалоб на состоянии здоровья последний не высказывал (т. 2 л.д. 221).

При таких обстоятельствах оснований полагать, что протоколы допросов ФИО1 от 01.12.2016 были получены с нарушением закона, не имеется.

Несмотря на частичное признание своей вины ФИО1, его виновность в совершении преступления при вышеизложенных обстоятельствах подтверждается, а доводы в его защиту опровергаются совокупностью следующих доказательств, представленных стороной обвинения и исследованных в судебном заседании.

Так, из протокола принятия устного заявления о преступлении Ф. от 30.11.2016 следует, что 27.11.2016 в 21 час в квартире по подселению, расположенной по [адрес], сосед по имени А. причинил ему телесные повреждения, от которых он (Ф.) испытал физическую боль и страдания, а также открыто похитил сотовый телефон (т. 1 л.д. 13).

При проведении опознания потерпевший Ф. уверенно опознал ФИО1, как молодого человека по имени А., который в воскресенье 27.11.2016 в вечернее время избивал его, требуя при каждом нанесении удара деньги, а также отобрал сотовый телефон и пластиковые карты. А. наносил ему удары кулаком в область лица, по носу, отчего он испытывал сильную боль, а также наносил удары ногами в область ребер слева (т. 1 л.д. 28-30).

В ходе предварительного следствия потерпевший Ф. показал, что проживает по [адрес], в трехкомнатной квартире с подселением на трех хозяев, где он является нанимателем одной из комнат, расположенной первой от кухни. Входная дверь его комнаты оборудована металлической дверью. Он никому не разрешает заходить в его комнату и брать принадлежащие ему вещи. Примерно с сентября 2016 года в комнате, расположенной первой от входной двери квартиры, стал проживать молодой человек, как впоследствии ему стало известно ФИО1, вместе со своей семьей - ** Д. и детьми. За время проживания последних в указанной комнате, он примерно 2 раза делал замечание, чтобы не курили на кухне, так как весь дым от сигарет шел в его комнату. 27.11.2016 примерно в 21 час 30 минут ФИО2 предложил ему выпить, на что он согласился и вместе с последним сходил в магазин, где купил продукты питания и две бутылки джин-тоника на сумму 323 рубля, рассчитавшись своей банковской картой ПАО «Газпромбанк», оформленной на его имя. При этом, когда он вводил пин-код своей банковской карты, ФИО2 стоял около него и мог видеть набранный пин-код. После чего он и ФИО2 стали распивать спиртное на кухне квартиры, где к ним присоединилась знакомая последнего К. Распив одну бутылку джин-тоника, он пошел в свою комнату, а К. направилась в туалет. Находясь в комнате, почувствовал дым от сигарет, о чем сделал замечание ФИО2, на что тот не отреагировал. Тогда он, разозлившись, взял в своей комнате дихлофос и, думая, что это освежитель воздуха, брызнул им на кухне в воздух и вернулся в свою комнату, закрыв за собой дверь. Через несколько минут в его дверь постучали. Когда он её открыл, то ФИО2 стал требовать, чтобы он сходил с ним в магазин и на свои денежные средства купил спиртное. Выйдя в коридор, он (Ф.) отказался идти в магазин. Тогда ФИО2 нанес ему один удар в область носа, отчего он почувствовал сильную физическую боль, и из носа пошла кровь. После этого ФИО2 потребовал, чтобы он снял деньги и отдал ему. Услышав отказ, последний локтем нанес ему один удар под правый глаз, а затем один удар локтем под левый глаз, продолжая требовать у него деньги, на что он отказывался. После чего ФИО2 нанес ему один удар ногой в область ребер слева, отчего он почувствовал сильную физическую боль и упал на пол. ФИО2 вновь потребовал дать ему деньги, но он также ответил отказом. Тогда последний правым кулаком нанес ему один удар в область головы, над ухом справа, отчего он почувствовал сильную физическую боль. В этот момент из туалета вышла К., подняла его с пола, отвела в комнату, где посадила на кровать и вышла. Поскольку он плохо себя чувствовал, то не закрыл дверь. Через несколько минут к нему в комнату вошел ФИО2, которого он попросил выйти, но тот проигнорировал, сел в кресло, стоящее около его кровати, и снова потребовал деньги либо пластиковую банковскую карту ПАО «Газпромбанк». Услышав, что на данной карте мало денежных средств, ФИО2 встал с кресла и локтем нанес ему один удар в нос, отчего сразу же из носа пошла кровь. При этом ФИО2 говорил, чтобы он принес ему деньги, сняв их со счета карты. На что он отвечал, что не отдаст банковскую карту и не пойдет в магазин. После чего ФИО2 правым кулаком нанес ему не менее четырех ударов в лицо, а затем правой ногой два удара в область ребер и два удара правым кулаком в область сердца. От полученных ударов он испытал физическую боль, закрыл руками лицо и не видел, что делал ФИО2 в его комнате. В этот момент в его комнату вошла К. и вывела ФИО2 из комнаты. Через несколько минут последний снова вернулся в его комнату, принеся с собой одну бутылку джин-тоника. Он снова сделал замечание ФИО2, чтобы последний вышел из его комнаты, но тот его просьбу проигнорировал. Затем в комнату вошла К., ФИО2 предложил ему выпить. Поскольку последний вел себя агрессивно, он согласился и достал стаканы, и они втроем стали выпивать спиртное. В ходе распития ФИО2 стал требовать у него банковскую карту. В этот момент К. вышла из его комнаты, а он (Ф.) достал из кармана брюк, висящих в шкафу, принадлежащий ему сотовый телефон «VERTEX М102», imei 1: **, imei 2: **, в корпусе черно-белого цвета, с находящимися в нем двумя сим-картами оператора Тele-2. Сотовый телефон он достал, чтобы позвонить в скорую, так как сильно текла кровь. ФИО2 потребовал у него вышеуказанный сотовый телефон, после чего выхватил из его рук, достал из него две сим-карты и вышел с телефоном из комнаты. Поскольку он испугался, то не стал требовать у ФИО2 возврата телефона, и лег на кровать. Через некоторое время около 02 часов 00 минут 28.11.2016 тот вновь вернулся в его комнату, молча сел в кресло и уснул. Примерно в 03 часа К. разбудила ФИО2 и вывела последнего из комнаты. Утром он открыл входную дверь комнаты и на полу увидел свою банковскую карту ПАО «Газпромбанк». Он сразу же проверил наличие двух банковских карт ПАО «Сбербанка России», последние находились на своем месте, в кармане его куртки. В этот же день 28.11.2016 в дневное время к нему в комнату постучался ФИО2 вместе с ранее незнакомым молодым человеком и предложил ему выпить, на что он отказался, и те ушли. 30.11.2016 он обратился в больницу, где ему был поставлен диагноз - перелом ребер. Также в этот же день он направился в ПАО «Газпромбанк», где взял выписку по счету своей банковской карты, согласно которой 28.11.2016 в период с 02 часов 18 минут до 02 часов 55 минут со счета были похищены денежные средства на сумму 818 рублей. После чего он обратился в полицию. Похищенный у него сотовый телефон оценивает в 1 200 рублей, а находившиеся в нем две сим-карты материальной ценности не представляют. Мать ФИО1 полностью возместила ему материальный ущерб в размере 2400 рублей, причиненный в результате хищения, а также принесла извинения за действия её сына (т. 1 л.д. 24-27, 42-47, 66-67).

На очных ставках с подсудимым, проведенных 01.12.2016 и 24.01.2017, потерпевший Ф. подтвердил, что ФИО1 требовал от него передачи денег и банковской карты, при этом нанес не менее шести ударов руками в область головы, носа и глаза не менее трех ударов ногами по левой части туловища в область сердца и ребер. Также он (Ф.) никогда не разрешал ФИО1 заходить в его комнату, брать сотовый телефон и банковскую карту. После нанесения телесных повреждения ФИО1 перед ним не извинялся и в ванную комнату умываться не водил (т. 1 л.д. 135-137, 161-169).

Согласно выводам судебно - медицинского эксперта, изложенным в заключении №** от 27.12.2016, при обращении Ф. за медицинской помощью (30.11.2016) имелись следующие телесные повреждения: **, которые взаимно отягощают друг друга и установления причиненного вреда здоровью осуществляется по их совокупности, влекут длительное расстройство здоровья и по данному признаку квалифицируются как причинившие вред здоровью средней тяжести. Возникновение данных повреждений в период времени с 22 часов 40 минут 27.11.2016 года до 01 часа 00 минут 28.11.2016 не исключается. Механизм образования указанных повреждений заключается в **. Описанный выше механизм образования имевшихся у Ф. телесных повреждений не противоречит обстоятельствам, указанным им в ходе его допроса от 30.11.2016 (т. 2 л.д. 20-24).

В ходе осмотра места происшествия 30.11.2016 в период с 20 часов 35 минут до 21 часа 30 минут с проведением фотосъемки была осмотрена комната, расположенная около кухни, в [адрес]. В ходе осмотра с внутренней стороны правой обвязки входной двери изъяты следы папиллярных линий; с поверхности ковра на марлевый тампон изъято вещество красно-бурого цвета. Также у потерпевшего Ф. изъята коробка от похищенного сотового телефона «VERTEX М102», imei 1: **, imei 2: ** (т. 1 л.д. 14-18).

В дальнейшем изъятая при осмотре места происшествия коробка от сотового телефона, была осмотрена и приобщена к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 34-38).

Из выводов эксперта, изложенных в заключении судебной дактилоскопической экспертизы № ** от 19.12.2016, следует, что след ладони руки, изъятый 30.11.2016 по [адрес], оставлен ладонью левой руки ФИО1 (т. 2 л.д. 7-13).

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении биологической экспертизы №** от 18.01.2017, в веществе с ковра в комнате обнаружена кровь человека группы **, происхождение которой от потерпевшего Ф. не исключается (т. 2 л.д. 34-36).

Свидетель С. показала, что в её собственности находится доля на праве общей долевой собственности в [адрес], где ей принадлежит комната, расположенная около кухни. С начала 2016 года данную комнату у неё арендует Ф., который проживает один. В начале декабря 2016 года от последнего ей стало известно о том, что его (Ф.) избил сосед, после чего похитил сотовый телефон и банковскую карту (т. 1 л.д. 89-90).

Из свидетельства о государственной регистрации, представленного свидетелем С., следует, что последней на праве общей долевой собственности принадлежит доля квартиры, общей площадью ** кв.м, расположенной по [адрес] (т. 1 л.д. 93). 

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель К. показала, что с октября 2016 года она совместно со своей ** Д., ** последней ФИО1 и двумя малолетними племянниками проживает в одной из комнат в трехкомнатной квартире с подселением на трех хозяев по [адрес]. Проживают они на те средства, которые зарабатывает Д. В комнате, расположенной первой от кухни, проживает мужчина пожилого возраста, как впоследствии ей стало известно Ф., а в третьей комнате до 30.11.2016 проживал неизвестный мужчина. 27.11.2016 примерно в 21 час Д. вернулась с работы и легла спать вместе с детьми. После чего Ф. и ФИО2, по предложению последнего, сходили в магазин, где Ф. на свои личные денежные средства купил две бутылки джин-тоника. Распив втроем одну бутылку, Ф. пошел спать, а она направилась в туалет, откуда спустя непродолжительное время, услышала, что кто-то стучит по двери комнаты Ф., после чего раздались звуки ударов по телу человека и падения на пол. При этом после каждого удара были крики и стоны Ф. Также во время ударов ФИО2 кричал, чтобы тот купил спиртное и дал деньги с карты. Затем она вышла и увидела, что Ф. сидит на полу в коридоре и у него из носа течет кровь. Она помогла последнему подняться на ноги и отвела в его комнату, где посадила на кровать, и вернулась в кухню, где находился ФИО2, пояснивший, что избил Ф. за то, что тот набрызгал дихлофосом на кухне и в коридоре. После чего ФИО2, сказав, что пошел извиняться перед Ф., прошел в комнату к последнему. Через несколько минут она снова услышала не менее трех ударов, при нанесении которых ФИО2 требовал у Ф. деньги. Войдя в комнату последнего, она увидела, что потерпевший сидит в кресле и держится двумя руками за нос, из которого сильно шла кровь. При этом напротив последнего стоял ФИО2, которого она вывела из комнаты и отвела на кухню. ФИО2 взял бутылку с джин-тоником и снова пошел в комнату Ф., куда она также вошла следом. Затем они втроем стали распивать спиртное, при этом ФИО1 пытался нанести соседу ещё удары, что она не давала тому сделать. Она видела, что Ф. всего трясло, тот был напуган происходящими событиями. Затем ФИО2 потребовал у Ф. деньги на спиртное. Последний встал и пошел по направлению к своей одежде, которая находилась в шкафу. Она была тоже напугана от происходящего и ушла к себе в комнату. Спустя некоторое время в комнату вошел ФИО2, передал ей одну пластиковую карту черного цвета и сказал, чтобы она сходила за продуктами питания и спиртным, при этом написал пин-код на бумажке. Она не стала ему перечить, оделась и пошла в магазин «**» по [адрес], где примерно с 02 часов до 03 часов 28.11.2016 купила бутылку коктейля, упаковку китикета, пачку сигарет, 1 бутылку водки, объемом 0,5 литра, и другие продукты питания, рассчитавшись несколькими операциями банковской картой, которую ей дал ФИО2 По возвращению домой она обнаружила, что карта принадлежит Ф. и поняла, что ФИО2 забрал её у соседа, которому решила вернуть карту. Когда она зашла в квартиру, то постучала в комнату Ф., который открыл дверь своей комнаты, где в кресле спал ФИО2, и увела последнего в свою комнату, после чего положила банковскую карту под дверь Ф. Утром Д. ушла на работу, о произошедших ночью событиях ничего ей не рассказали. При этом ФИО1 показал ей (К.) кнопочный сотовый телефон в корпусе белого цвета, пояснив, что похитил его у Ф. в тот момент, когда избивал последнего, хочет его продать. Что было впоследствии с телефоном, она не знает. Ей известно, что 28.11.2016 в первой половине дня к ФИО2 приходили гости, с которыми тот выпивал на кухне (т. 1 л.д. 68-71, 72-77).

Также в судебном заседании свидетель указала, что все комнаты в квартире запирались на ключ, без разрешения владельцев в них никто войти не мог. 

В ходе проверки показаний на месте свидетель К. указала на магазин «**», расположенный по [адрес], где она в ночь с 27.11.2016 на 28.11.2016 приобрела продукты питания и спиртные напитки, рассчитавшись банковской картой, оформленной на имя Ф. (т. 1 л.д. 78-83).

На очной ставке с обвиняемым ФИО1 свидетель К. также показала, что после ухода З. и О. из квартиры ничего не пропадало (т. 1 л.д. 195-206).

При производстве выемки 16.01.2017 потерпевший Ф. добровольно выдал: выписку по счету банковской карты ПАО «Газпромбанк» №** за период времени с 26.11.2016 по 30.11.2016; справку о состоянии вклада Ф. социальной банковской карты ПАО «Сбербанк» за период с 20.11.2016 по 05.12.2016; отчет по счету банковской карты ПАО «Сбербанк» за период времени с 25.11.2016 до 24.12.2016 (т.1 л.д.55-57). 

При осмотре указанных документов с участием потерпевшего Ф., последний пояснил, что операции по счету его банковской карты ПАО «Газпромбанк» от 27.11.2016 в 17 часов 40 минут (по московскому времени), где списаны денежные средства в сумме 323 рубля, проведены им самим, а остальные операции, проведенные 27.11.2016, а именно: в 22 часа 18 минут на сумму 339 рублей, в 22 часа 19 минут на сумму 10 рублей, в 22 часа 21 минуту на сумму 55 рублей, в 22 часа 54 минуты на сумму 259 рублей, в 22 часа 55 минут на сумму 155 рублей проведены не им, а другим лицом (т.1 л.д. 58-63).

Согласно выписке по счету №** банковской карты ** на имя Ф., местом проведения операций за 27.11.2016 является г.Северск, магазин «**» (терминал **) (т. 1 л.д. 63).

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель И. показала, что с 2007 года по настоящее время работает в магазине «**», расположенном по [адрес], в должности продавца. Данный магазин работает круглосуточно, без выходных и перерывов. В ночь с 27.11.2016 на 28.11.2016 она находилась на своем рабочем месте, какие покупатели приходили в магазин, она не помнит. В настоящее время у неё имеется контрольная лента с терминала **, находящегося в указанном магазине, при этом время на ней не соответствует действительности, так как сбито на терминале (т. 1 л.д. 96-99).

Согласно протоколу выемки от 19.01.2017, у свидетеля И. в присутствии двух понятых в магазине «**» на [адрес], была изъята контрольная лента с терминала ** за 28.11.2016, расположенного в указанном магазине (т. 1 л.д. 101-103).

В дальнейшем данная контрольная лента приобщена к материалам уголовного дела, а при её осмотре установлено, что с помощью терминала ** со счета банковской карты №** были пять раз сняты денежные средства на следующие суммы: 339 рублей, 10 рублей, 55 рублей, 259 рублей, 155 рублей (т. 1 л.д.104-107, 108).

По сведениям Обособленного подразделения ООО «Т2 Мобайл» в г.Томск в период с 28.11.2016 работа аппарата, имеющего imei 1: ** и imei 2: ** в сети Теле2-Томск, зарегистрирована с сим-картой номер **, оформленной на имя З. (т. 1 л.д. 219-220).

Согласно показаниям свидетеля З., в конце ноября 2016 года она вместе с О. пришли в гости к ФИО2, который проживал в одной из комнат трехкомнатной коммунальной квартиры по [адрес], где также находилась К. После чего она вместе с последней купили спиртное в магазине, но когда они вернулись в квартиру, то ФИО2 и О. там не оказалось, и через некоторое время она пошла к себе домой, где обнаружила О. Через несколько часов к ним домой пришел ФИО2 и сказал, что у К. пропал сотовый телефон, на что они ответили, что не знают, где тот находится. По поводу сотового телефона соседа ФИО2 им ничего не говорил. На следующий день К. им сообщила, что нашла свой сотовый телефон. Также в конце ноября 2016 года она потеряла свой сотовый телефон, в котором находилась оформленная на её имя сим-карта с номером **, которую восстановила в январе 2017 года (т. 1 л.д. 109-111).

Свои показания свидетель З. полностью подтвердила и на очной ставке с ФИО1, а также указала, что каких-либо вещей она и О. из квартиры № ** по [адрес], не брали, при этом со слов К. известно, что последняя не могла найти свой телефон, поскольку ФИО1 его заблокировал (т. 1 л.д. 184-194).

Из протокола очной ставки между подсудимым и свидетелем О. следует, что последний сотовый телефон из квартиры ФИО1 не брал (т. 1 л.д. 207-215).

Свидетель Ю. показал, что стоимость сотового телефона «VERTEX M 102», приобретенного в апреле 2016 года, при отсутствии повреждений, может составлять 1200 рублей (т. 1 л.д. 115-118).

В судебном заседании свидетель Ж., являющаяся матерью подсудимого, пользуясь ст. 51 Конституции Российской Федерации, от дачи показаний отказалась, подтвердив свои показания, данные в ходе предварительного расследования, где она показала, что полностью возместила Ф. материальный ущерб, причиненный её сыном ФИО1, в сумме 2 400 рублей в результате хищения имущества (т. 1 л.д. 94-95). Также свидетель пояснила, что потерпевший написал расписку о получении от неё денежных средств, а также расписку о примирении, они приносили извинения и предлагали возместить моральный вред, от которого тот отказался. 

Допустимость приведенных доказательств у суда сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований статей 74, 86 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации. Заключения экспертов получены с соблюдением установленного уголовно-процессуальным законом порядка, они научно обоснованны, а их выводы надлежащим образом мотивированны, оснований сомневаться в их правильности не имеется.

Суд принимает вышеприведенные показания потерпевшего и свидетелей, расценивает их как достоверные, соответствующими действительности, находит возможным положить их в основу приговора, при этом суд учитывает, что данные лица пояснили лишь о тех обстоятельствах, очевидцами которых они являлись, и которые им стали известны, при этом данные показания в своей совокупности не находятся в противоречии как между собой, так и с иными письменными доказательствами по делу, а, напротив, лишь дополняют и конкретизируют их. Оснований сомневаться в достоверности этих показаний у суда нет. 

Судом не установлено оснований для оговора подсудимого со стороны потерпевшего и вышеприведенных свидетелей, равно как и не выявлены обстоятельства, свидетельствующие о какой-либо заинтересованности указанных лиц в исходе дела.

Оценивая показания потерпевшего Ф. в судебном заседании о том, что 27.11.2016 он алкоголь не употреблял и с ФИО1 никуда не ходил, а также его показания на предварительном следствии, где он последовательно указывал об обратном, суд считает необходимым взять как правдивые его показания на предварительном следствии, поскольку они наиболее приближены к произошедшим событиям, получены с соблюдением требований процессуального закона, а также согласуются с другими доказательствами по делу, в частности, с выпиской по счету банковской карты, из которой следует, что примерно за 4 часа до того, как свидетелем К. были приобретены продукты в магазине «**», в этом же магазине была проведена операция по списанию денежных средств на сумму 323 рубля. 

Кроме того, утверждение потерпевшего Ф. о том, что перед допросами ему не разъяснялись права и часть подписей в протоколе допроса от 16.01.2017 ему не принадлежит, а именно в 1 томе на л.д.43 под текстом показаний и на л.д.47 под графой об отсутствии замечаний, не основано на материалах дела, из которого следует, что допросы потерпевшего производились с соблюдением требований уголовно - процессуального законодательства, при этом ему разъяснялись права, о чем он удостоверил собственной подписью, подлинность которой подтвердил в судебном заседании. Помимо этого, допрошенные в качестве свидетелей следователи Р. и А. пояснили, что показания допрашиваемого ими Ф. записаны со слов последнего, которому перед допросами разъяснялись права, а по окончании тот ознакамливался с содержимым протоколов, после чего добровольно ставил подписи. 

То обстоятельство, что потерпевший до проведения опознания ранее неоднократно видел ФИО1, не ставит под сомнение законность указанного следственного действия, поскольку до проведения опознания потерпевшему не были известны полные данные о личности подсудимого, которого он знал около двух месяцев как соседа по имени А.. Предъявление ФИО1 для опознания соответствовало положениям ст.193 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, нарушений правил опознания суд не усматривает. 

Таким образом, оснований для признания протоколов допросов потерпевшего Ф. от 30.11.2016 и от 16.01.2017, содержащихся в 1 томе на л.д. 24-25, 43-47, а также протокола предъявления потерпевшему Ф. лица для опознания от 30.11.2016, находящегося в 1 томе на л.д. 28-30, недопустимыми доказательствами, не имеется. 

Учитывая изложенное, суд придает доказательственное значение и берет за основу показания потерпевшего, данные им в ходе предварительного расследования.

Ссылка защиты на то, что в протоколе принятия устного заявления о преступлении от 30.11.2016, имеется указание потерпевшего на то, что на него напали неизвестные, не нашла своего подтверждения, поскольку потерпевшим было указано на то, что открытое хищение сотового телефона и причинение ему телесных повреждений было совершено соседом по имени А..

Показания потерпевшего в судебном заседании о хищении у него сотового телефона марки «Нокиа», не может повлечь признание протокола осмотра коробки сотового телефона «VERTEX М102» от 04.01.2017 недопустимым доказательством. Нарушений при проведении данного следственного действия судом не выявлено. Кроме того, осмотр был произведен с участием двух понятых и потерпевшего Ф., который не вносил замечания и дополнения в данный протокол о том, что осмотренная коробка не от похищенного у него сотового телефона.

Помимо этого, тот факт, что осмотр комнаты Ф. был произведен дознавателем Е., а не следователем, который опрашивал свидетелей, потерпевшего и ФИО1, не свидетельствует о нарушении процессуальных требований, влекущем признание протокола осмотра места происшествия от 30.11.2016 недопустимым доказательством.

Анализируя показания свидетеля К., данные ею в судебном заседании и в ходе предварительного расследования при допросе 25.01.2017 (т. 1 л.д. 84-86) и на очной ставке с подсудимым ФИО1 (т. 1 л.д. 195-206), о том, что последний ничего у Ф. не требовал, а только попросил дать деньги в долг, и тот сам передал ФИО1 банковскую карту, написав на листке бумаги пин-код, а также то, что после избиения ФИО1 водил потерпевшего в ванную комнату умываться, сопоставляя их с вышеприведенными доказательствами, суд считает указанные пояснения недостоверными, вызванными попыткой помочь сожителю её ** ФИО1 уйти от уголовной ответственности.

При этом в ходе судебного разбирательства не нашли своего объективного подтверждения показания в судебном заседании свидетеля К. о том, что 30.11.2016 и 19.01.2017 она находилась в состоянии алкогольного опьянения, показаний следователям не давала, протоколы подписывала, но не читала, а при первом допросе следователь оказывала на неё давление, а также свидетеля И., пояснившей о том, что 19.01.2017 при ознакомлении с протоколом своего допроса его текст был написан только до графика работы магазина, а также то, что подписала пустые листы о выемке кассовой ленты, которую фактически она выдала оперативному сотруднику 28.11.2016.

Данные показания суд считает несостоятельными, поскольку эти показания голословны и полностью опровергаются материалами дела, из которых следует, что допросы К. и И. производились с соблюдением требований уголовно - процессуального законодательства, факт ознакомления с показаниями и правильность их записи свидетели лично удостоверили своей подписью, каких-либо заявлений или замечаний от них не поступило.

Помимо этого, в судебном заседании проводившие допросы следователи Р. и А. показали, что К. добровольно давала показания, признаков алкогольного опьянения не имела, какого-либо давления на неё не оказывалось, а допрос свидетеля И. производился в помещении магазина, при этом последняя лично ознакомилась с протоколом, без внесения в него замечаний.

Оснований не доверять показаниям следователей, находившихся при исполнении служебных обязанностей, у суда нет. Также перед началом допроса К. и И. разъяснялось, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и в случае последующего отказа от них. 

При указанных обстоятельствах оснований для признания показаний свидетелей К. в 1 томе на л.д. 68-71, 72-77 и И. в 1 томе на л.д. 96-99 недопустимыми доказательствами в силу ст. 75 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации судом не установлено.

Недостоверными суд признает и сведения о том, что свидетель И. не допрашивалась следователем А. по данному уголовному делу в январе 2017 года, которые содержатся в протоколе опроса адвокатом Рихтер А.В. в соответствии с п. 2 ч. 3 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» указанного свидетеля, приобщенные к материалам уголовного дела в судебном разбирательстве.

Данные объяснения свидетеля И. суд не может принять как доказательство, опровергающее факт её допроса следователем А., поскольку они противоречат её же показаниям, которые были даны в судебном заседании, где свидетель не оспаривала обстоятельство своего ознакомления с текстом протокола своего допроса.

Помимо этого, согласно протоколу выемки от 19.01.2017, данное следственное действие было произведено в присутствии двух понятых, удостоверивших данный факт и не имевших каких-либо замечаний по его содержанию. Кроме того, из изъятой контрольной ленты следует, что она была изготовлена 30.11.2016, а не 28.11.2016, как об этом указала свидетель И. в судебном заседании.

По ходатайству стороны защиты также были оглашены показания свидетеля Д., которая при допросе 15.12.2016 показала, что проживает со своими детьми и ** К. в одной из комнат в трехкомнатной квартире с подселением на трех хозяев по [адрес], также с ними проживал её гражданский ** ФИО1 27.11.2016 около 23 часов последний её встретил на остановке, и они вернулись домой, в квартире все было тихо, дети спали в комнате, ** смотрела телевизор, ни о каких конфликтах ей никто не рассказывал, после чего она с ФИО1 легли спать в комнате, где проспали до утра и 28.11.2016 в 06 часов 10 минут она ушла на работу, вернувшись домой только в 09 часов 29.11.2016. О причинении соседу телесных повреждений ФИО1 узнала от сотрудников полиции. Характеризует ФИО1 с положительной стороны, как человека, который занимался воспитанием её детей и материально содержал их (т. 2 л.д. 70-72).

Анализируя показания данного свидетеля, сопоставляя их с вышеприведенными доказательствами, суд считает пояснения Д. о том, что 27.11.2016 около 23 часов с работы её встретил ФИО1, который при возвращении спал с ней до утра, недостоверными, вызванными попыткой помочь ФИО1 уйти от уголовной ответственности (облегчить его положение), поскольку они противоречат не только показаниями свидетеля К., но и показаниям самого подсудимого.

Показания подсудимого ФИО1, данные в ходе судебного следствия 24.01.2017 при допросе в качестве обвиняемого (т. 1 л.д. 180-183) и на очной ставке с потерпевшим Ф. (т. 1 л.д. 161-169), где он указал о том, что ногами Ф. не бил, банковскую карту и сотовый телефон не похищал, при этом сразу же вышел из комнаты последнего, когда тот его об этом попросил, помогал потерпевшему умываться и приносил извинения, объективно опровергаются показаниями потерпевшего Ф., который как следователям, так и суду об этом не указывал, а также показаниями свидетеля К., данными ею в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.68-71, 72-77).

Помимо этого, подсудимый также менял свои показания об обстоятельствах пропажи сотового телефона потерпевшего, указывая в своих показаниях от 24.01.2017 на то, что тот пропал после прихода к нему в гости З. и О., при этом в судебном заседании ФИО1 уже пояснял о том, что сам выхватил телефон из рук потерпевшего, чтобы тот никому не звонил, намереваясь впоследствии его возвратить.

Сопоставляя данные показания с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что ФИО1 давал различные показания об обстоятельствах содеянного, изменяя их, с целью избежать ответственности за содеянное. 

Суд не принимает доводы защитника о том, что не установлен факт применения ФИО1 насилия, опасного для здоровья, поскольку по смыслу закона под указанным насилием (статья 162 Уголовного кодекса Российской Федерации) следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности. Согласно экспертному заключению № ** от 27.12.2016, полученные Ф. телесные повреждения влекут длительное расстройство здоровья и по данному признаку квалифицируются как причинившие вред здоровью средней тяжести (т. 2 л.д. 20-24).

При таких обстоятельствах, суд находит законным и обоснованным квалификацию преступления, совершенного ФИО1, как разбой и оснований для переквалификации содеянного на грабеж не имеется.

Таким образом, приведенные доказательства допустимы, достоверны, подтверждают друг друга, согласуются между собой, а в своей совокупности достаточны для разрешения уголовного дела, а потому свои выводы об обстоятельствах дела суд основывает именно на этих доказательствах. 

В судебном заседании государственный обвинитель обоснованно изменил обвинение, исключив из юридической квалификации действий ФИО1 ссылку на «опасность для жизни», что судом расценивается как изменение обвинения в сторону смягчения и принимается как соответствующее положениям п. 1 ч. 8 ст. 246 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, являясь обязательным для суда.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что вина подсудимого ФИО1 нашла свое подтверждение, и квалифицирует его действия по ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для здоровья, с незаконным проникновением в жилище. Поскольку, действительно, как установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в коридоре коммунальной квартиры, с целью завладения имуществом, принадлежащим Ф., и подавления сопротивления последнего, нанес потерпевшему не менее трех ударов руками в область лица и головы, а также не менее одного удара ногой в область ребер, требуя приобрести ему спиртные напитки, а также передать денежные средства, после чего, продолжая реализовывать свой преступный умысел, незаконно проник в арендуемую потерпевшим комнату, где продолжил требовать от последнего передачи ему банковской карты, при этом нанес не менее пяти ударов руками по лицу, а также по телу не менее двух ударов ногами и не менее двух ударов руками, а затем похитил принадлежащие Ф. сотовый телефон и банковскую карту, используя которую, свидетель К., по просьбе подсудимого, приобрела спиртные напитки и продукты питания. В результате чего от действий ФИО1 потерпевший Ф. испытал физическую боль и страдания, а также последнему были причинены телесные повреждения, квалифицируемые как причинившие вред здоровью средней тяжести, что подтверждается показаниями потерпевшего, свидетеля К., заключением судебно-медицинской экспертизы № ** от 27.12.2016. 

Действия ФИО1, предшествующие завладению имуществом потерпевшего, и последующие его действия по распоряжению банковской картой и обращению сотового телефона в свою собственность свидетельствуют об умышленном, корыстном, безвозмездном завладении чужим имуществом.

Квалифицирующий признак разбоя «с незаконным проникновением в жилище» нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, поскольку, подсудимый оказался в жилище, преследуя цель совершения хищения, его умысел на завладение чужим имуществом возник непосредственно до проникновения в отдельную жилую комнату коммунальной квартиры, являющуюся жилищем Ф., против воли последнего. То обстоятельство, что ФИО1 также проживал в данной квартире, не свидетельствует о возможности вторжения в комнату потерпевшего без разрешения последнего.

Иные доводы защиты о том, что к Ф. в комнату могли зайти иные лица в любое время, поскольку на следующий день после произошедшего в данное жилище находились малоизвестные потерпевшему лица, которые похитили средства личной гигиены и продукты, при этом угрожали и требовали деньги, на действия которых тот в полицию с заявлением не обращался, а также то, что Ф. написал заявление об отсутствии претензий к К. по поводу нахождения последней у него в комнате не влияют на юридическую квалификацию действий ФИО1

Каких-либо противоправных действий со стороны потерпевшего, явившихся поводом для совершения преступления, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства не установлено. 

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, его состояние здоровья, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

Так, подсудимый постоянно проживает в [адрес], молод, состоит в фактических брачных отношениях, трудоустроен, положительно характеризуется работодателем, родственниками и соседями, принес извинения потерпевшему. Суд также учитывает состояние здоровья подсудимого, и принимает во внимание то, что Д. находится в **. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд в соответствии с пп. «г», «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает наличие на иждивении малолетних детей сожительницы и добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления. 

Исходя из того, что в своих первоначальных показаниях, признанных судом достоверными, подсудимый ФИО1 представил органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, сообщив сведения, подтверждающие его участие в совершении преступления и установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, суд признает обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации активное способствование раскрытию и расследованию преступления. 

Вместе с тем, суд принимает во внимание то обстоятельство, что преступление, совершенное подсудимым, относится к категории особо тяжких преступлений против собственности.

Ранее ФИО1 судим за совершение умышленных преступлений в несовершеннолетнем возрасте, в том числе и против собственности, отбывал наказание в местах лишения свободы, освободился в июле 2016 года.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, суд в соответствии с ч. 1.1 ст.63 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, конкретных обстоятельств его совершения и личности подсудимого, признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, при этом суд исходит из установленных обстоятельств дела.

Исходя из изложенного, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а также учитывая, что подсудимый не сделал положительных выводов для себя, имея неснятые и непогашенные судимости за умышленные преступления, склонность подсудимого к совершению преступлений и его нежелание встать на путь исправления, суд приходит к выводу, что исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, в связи с чем для достижения целей наказания суд считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде реального лишения свободы, поскольку именно это наказание суд считает справедливым и соразмерным совершенному преступлению, с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы, с отбыванием основного наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст.58 Уголовного кодекса Российской Федерации в исправительной колонии строгого режима. 

Оснований для применения положений ч. 1 ст. 62, статей 73 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не усматривает. 

Также не имеется оснований для применения правил статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку по данному делу отсутствуют исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления. Однако с учетом материальное положение подсудимого, суд полагает возможным не назначать подсудимому дополнительное наказание в виде штрафа.

Оснований для применения ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не усматривает, поскольку наряду с обстоятельствами, смягчающими наказание, в действиях подсудимого установлено и отягчающее обстоятельство, что исключает применение указанной нормы.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с положениями ст. 81 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации.

Процессуальные издержки по делу, связанные с выплатой вознаграждения адвокату Рихтер А.В., не подлежат взысканию с подсудимого, поскольку с защитником заключено соглашение на оказание юридических услуг. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 307, 308 и 309 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год, установив следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания или пребывания в период с 22 часов до 6 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия уголовно - исполнительной инспекции, в которой осужденный должен будет встать на учет в соответствии с предписанием, полученным при освобождении из учреждения, в котором он отбывал лишение свободы, а также возложив обязанность являться в уголовно - исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации. 

Срок основного наказания в виде лишения свободы исчислять с 16.03.2017.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, содержать в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области. 

Зачесть ФИО1 в срок отбытого основного наказания время содержания под стражей с момента задержания в порядке ст. 91, 92 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, с 30.11.2016 по 15.03.2017 включительно. 

Вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле, а именно: выписку по счету № **, справку о состоянии вклада Ф. по счету №**, отчет по счету № **, контрольную ленту с терминала за 28.11.2016 оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Томский областной суд в течение 10 суток со дня его постановления, а осуждённым, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае принесения апелляционной жалобы либо апелляционного представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. 

В кассационном порядке приговор может быть обжалован в Томский областной суд по вступлению его в законную силу.

Председательствующий - судья Е.С. Максимова