РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 февраля 2018 года ст.Преградная

Урупский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего Узденовой И.Б.,

при секретаре Шуниной М.М.

с участием:

представителя истца Хасановой Г.Ю.,

представителя ответчика ФИО1,

помощника прокурора Урупского района Огузова М.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Закрытому акционерному обществу «Южное горно-строительное управление» об отмене акта о несчастном случае на производстве, составлении нового акта, об установлении факта работы, о взыскании недополученной заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула и морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к Закрытому акционерному обществу «Южное горно-строительное управление», в котором после уточнения исковых требований просит обязать ответчика Закрытое акционерное общество «Южное горно-строительное управление» отменить Акт №11 о несчастном случае на производстве от 11 сентября 2015 года на пострадавшего ФИО2 Составить акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве на пострадавшего ФИО2, установить факт его работы в должности проходчика в период с 12 февраля 2015 года по 6 сентября 2015 года, обязать Закрытое акционерное общество «Южное горно-строительное управление» оформить с ним соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора в письменной форме от 12 февраля 2015 года и внести изменения в приказ об увольнении №51-у от 10 мая 2017 года, указав должность «проходчик». Взыскать с ЗАО «Южное горно-строительное управление» в его пользу недоначисленную заработную плату за переработку в размере 69471,53 рубля, повышенную оплату труда в размере 4311,24 рублей, компенсацию за не предоставленный дополнительный оплачиваемый отпуск в период его работы в должности проходчика с 12 февраля 2015 года по 6 сентября 2015 года в размере 8239,28 рублей. Обязать ЗАО «Южное горно-строительное управление» оплатить время вынужденного прогула в период с 10.05.2016 года по 10.05.2017 года в размере 452647,62 рублей. Взыскать с ЗАО «Южное горно-строительное управление» в его пользу в счет возмещения морального вреда 500 000 рублей.

Истец ФИО2, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, однако в заявлении просил о рассмотрении дела в его отсутствие с участием его представителя по доверенности Хасановой Г.Ю. 

Представитель ФИО2 Хасанова Г.Ю. в судебном заседании поддержала исковые требования с учетом их уточнения и просила их удовлетворить, ссылаясь на то, что ФИО2 в соответствии с трудовым договором №1601 от 28 августа 2014 года работал в ЗАО «Южное горно-строительное управление» бетонщиком 4 разряда в ГПУ №4. С 12 февраля 2015 года был переведен на работу в должности проходчика на подземный участок. При этом его ознакомили с приказом о переводе на другую должность, но ни дополнительного трудового соглашения, ни иных документов не выдали. 6 сентября 2015 года с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил увечье. Согласно медицинскому заключению №54 от 9 сентября 2015 года, выданному «Городской клинической больницей №29 им. Н.Э. Баумана» диагноз и код диагноза 

<

данные изъяты> Указанное повреждение относится к категории - легкое. 11 сентября 2015 года было проведено расследование несчастного случая, был составлен Акт №11 о несчастном случае на производстве, согласно которому основной причиной несчастного случая является «Неудовлетворительная организация производства работ. При обслуживании бетонщик ФИО2 не отключил от электросети устройство для подачи жестких растворов ПБ-2А». Из указанного следует, что несчастный случай произошел по вине ФИО2, так как тот нарушил требование инструкции по эксплуатации установки для подачи жестких растворов ПБ-2А №2-55 п.5.3. Запрещено производить осмотр, обслуживание и ремонт при не обесточенной установке. В результате получения ФИО2 травмы на производстве ему была установлена сначала вторая группа инвалидности с утратой профессиональной трудоспособности 80%, а затем при повторном медицинском освидетельствовании была установлена третья группа инвалидности с утратой трудоспособности 60%. В акте неверно указана дата рождения ФИО2 – ДД.ММ.ГГГГ, правильно – ДД.ММ.ГГГГ. Еще 2 сентября 2016 года ФИО2 обратился к работодателю по электронной почте с просьбой направить ему копию акта о несчастном случае с исправленной датой рождения, но до настоящего времени акт ему так и не отправили. ФИО2 не согласился с результатами проведенного расследования, поэтому обратился в Генеральную прокуратуру РФ, в прокуратуру Краснодарского края, в трудовую инспекцию Краснодарского края с просьбой провести проверку законности расследования несчастного случая на производстве, а также законности выплаты ему заработной платы. Государственная инспекция труда в Краснодарском крае провела проверку соблюдения трудового законодательства в ЗАО «ЮГСУ». По результатам указанной проверки 6 декабря 2016 года был составлен Акт проверки №7-13184-16-ОБ/141/100/2, в котором был выявлен ряд нарушений трудового законодательства, а также Заключение государственного инспектора труда по несчастному случаю с легким исходом. В данном заключении указаны причины, вызвавшие несчастный случай: основная – «Использование пострадавшего не по специальности, выразившееся в привлечении ФИО2 к обязанностям проходчика»; сопутствующая – «Неудовлетворительная организация производства работ»; сопутствующая – «Недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда». Работодателю по результатам проверки были выданы предписания об устранении фактов нарушений. Однако, до настоящего времени ничего не исправлено. За совершение нарушений норм трудового законодательства ЗАО «ЮГСУ» 16 января 2017 года было привлечено к административной ответственности. Считает, что Акт №11 от 11 сентября 2015 года о несчастном случае на производстве необходимо отменить и составить новый акт с соответствующими изменениями. В трудовом договоре его должность указана как бетонщик. Но фактически он на момент получения травмы на производстве работал в должности проходчика. Факт работы в должности проходчика подтверждается Заключением государственного инспектора труда от 6 декабря 2016 года. Об этом также свидетельствует книга нарядов, которую работникам ежедневно при выходе на работу предоставляли под роспись, ежедневно при спуске под землю и поднятии на поверхность ФИО2 расписывался в контрольном журнале нахождения работников под землей. Проходчик – работа, связанная с тяжелыми и вредными условиями труда. Согласно Акту проверки №7-13184-16-ОБ/141/100/2 итоговый класс условий труда – 3.3, в соответствии с которым проходчикам положены следующие виды гарантий и компенсаций: повышенная оплата труда, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, сокращенная продолжительность рабочего времени, право на досрочное назначение трудовой пенсии, проведение медицинских осмотров. В нарушение ст.ст. 92, 94, 116, 147 ТК РФ вышеуказанные гарантии ему не были предоставлены.

В период с 4 мая 2016 года по 10 мая 2017 года у работодателя отсутствовала соответствующая работа, перевод на которую ФИО2 был необходим в соответствии с медицинским заключением, работодатель не увольнял его и не отдавал ему трудовую книжку, из-за чего у ФИО2 не было возможности устроиться на другую работу, но и на этой он уже не работал. С мая 2016 года по май 2017 года ФИО2 был в вынужденном прогуле по вине работодателя. В этот период ему не производилась оплата времени вынужденного прогула. 10 мая 2017 года он был уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, перевод на которую необходим работнику в соответствии с медицинским заключением, п.8, ч.1, ст.77 ТК РФ. ФИО2 испытывает нравственные страдания от несправедливости, от того, что ЗАО «ЮГСУ» лишало его длительное время части заработной платы. Он трудился в неимоверно тяжелых условиях, вдали от его семьи, надеясь заработать на жизнь. А получается, что его просто бесплатно эксплуатировали, и наживались на нем. 

Моральные и нравственные страдания ФИО2 от полученного увечья невозможно измерить. Он стал инвалидом и вина в этом полностью лежит на работодателе. Он молодой мужчина и при этом остался калекой. Помимо постоянных болей, он ежечасно испытывает чувство неполноценности, ему полностью пришлось поменять свой образ жизни, приходится учиться жить заново. Он лишен возможности вести привычный образ жизни, и у него никогда не появится даже надежда стать здоровым.

Представитель ЗАО «Южное горно-строительное управление» ФИО1 исковые требования не признала, просила суд отказать в их удовлетворении. Пояснила, что требование об отмене акта №11 о несчастном случае на производстве от 11 сентября 2015 года, а также требование составить новый акт о несчастном случае на производстве в иной редакции заявлены ненадлежащим лицом, поскольку в соответствии со ст.231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральныморганомисполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда. Это, по мнению представителя ответчика, означает, что гражданин вправе обжаловать в суд исключительно решения федерального органа исполнительной власти. Считает, что акт о несчастном случае на производстве отвечает признакам локального нормативного акта, и в этой связи работник не обладает правом оспаривать его в порядке индивидуального трудового спора. 

Полагает, что требование истца установить факт работы в должности проходчика с 6 сентября 2014 года по 6 сентября 2015 года не подлежат удовлетворению, поскольку надлежащим документом, подтверждающим факт работы истца в должности проходчика является соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора в письменной форме, оформить которое ответчик был обязан в соответствии с предписанием №7-13184-16-ОБ/141/3 от 6 декабря 2016 года. Полагает, что это подтверждает существование иного порядка получения надлежащих документов – предписанием государственной инспекции труда. Довод истца о том, что он осуществлял трудовую деятельность в должности проходчика опровергается приказом №46 л/с от 28 августа 2014 года о принятии ФИО2 в ЗАО «ЮГСУ» на должность бетонщика 4 разряда, трудовым договором №1601 от 28 августа 2014 года, табелями учета рабочего времени за период с 1 сентября 2014 года по 10 мая 2017 года, расчетными листками за период с сентября 2014 года по май 2017 года. Полагает, что установление юридического факта работы в должности проходчика не может быть рассмотрено судом в порядке особого производства, поскольку имеется спор о праве. Просит суд применить к указанному требованию истца и вытекающим из него требованиям о взыскании недоначисленной заработной платы за переработку, повышенную оплату труда, компенсацию за непредоставленный дополнительный оплачиваемый отпуск в период работы в должности проходчика срок исковой давности, так как истец узнал о нарушении своего права не позднее 11 января 2017 года, когда обратился с жалобой в Прокуратуру РФ. 

Просит отказать в удовлетворении требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула в период с 10 мая 2016 года по 10 мая 2017 года в размере 490133,88 рублей, в связи с тем, что с 4 мая 2016 года у ответчика отсутствовала информация о местонахождении истца, он не выходил на работу по неизвестной причине, что подтверждается табелями учета рабочего времени за указанный период. Считает, что увольнение за прогул в соответствии со ст. 81 ТК РФ в данном случае являлось правом работодателя, а не его обязанностью. Несоблюдение процедуры увольнения за прогул влекла для работодателя риск восстановления в должности и выплаты среднего заработка за время вынужденного прогула, поскольку есть вероятность, что сотрудник вернется и предоставит документ, подтверждающий уважительность причин его отсутствия. Ответчик полагал, что в связи с несчастным случаем на производстве у истца могут быть уважительные причины неявки. 17 ноября 2016 года в адрес ФИО2 было направлено уведомление о предоставлении объяснений отсутствия на рабочем месте. 16 декабря 2016 года и 13 февраля 2017 года было направлено уведомление об отсутствии у работодателя работы, которую истец мог бы выполнять с учетом состояния здоровья. 10 мая 2017 года был издан приказ № 51-у от 10 мая 2017 года о расторжении трудового договора с ФИО2 Одновременно с изданием приказа 10 мая 2017 года истцу было направлено уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на ее отправку по почте. Истец за трудовой книжкой не явился, согласия на отправку по почте не предоставил. Утверждает, что действия ответчика в данной ситуации не противоречат трудовому законодательству и не содержат признаков вынужденного прогула для истца. Указывает, что задержка трудовой книжки после увольнения истца не может служить основанием для взыскания времени вынужденного прогула, поскольку истцом не предоставлено доказательств того, что задержка выдачи трудовой книжки создала реальные препятствия для трудоустройства.

Требование истца о взыскании морального вреда в размере 500000 рублей по мнению представителя ответчика также не подлежит удовлетворению, поскольку одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина работодателя, а при указанных обстоятельствах ответчик не усматривает своей вины в невыдаче трудовой книжки, лишения части заработной платы и в том, что истец стал инвалидом. В соответствии с актом о несчастном случае на производстве истец стал инвалидом по своей халатности, доказательств своих моральных и нравственных страданий в связи с неправомерными действиями ответчика им не представлено. Истцу была выплачена материальная помощь в связи с наступлением несчастного случая на производстве в размере 120 000 рублей, что по сути и является компенсацией морального вреда. 

Добавила, что после проведения проверки государственной инспекцией труда по жалобе ФИО2 на основании постановления мирового судьи судебного участка №90 Адлерского района г. Сочи от 3 апреля 2017 года ЗАО «Южное горно-строительное управление» было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.23 ст. 19.5 КоАП РФ – невыполнение в установленный срок или ненадлежащее выполнение законного предписания должностного лица федерального органа исполнительной власти, осуществляющего федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. Однако Решением Адлерского районного суда г. Сочи Краснодарского края данное постановление было отменено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Также ЗАО «ЮГСУ» постановлением мирового судьи судебного участка №90 Адлерского района г. Сочи было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 19.4.1 КоАП РФ - воспрепятствование законной деятельности должностного лица органа государственного контроля (надзора), органа государственного финансового контроля, должностного лица организации, уполномоченной в соответствии с федеральными законами на осуществление государственного надзора, должностного лица органа муниципального контроля, органа муниципального финансового контроля по проведению проверок или уклонение от таких проверок, повлекшие невозможность проведения или завершения проверки, и назначено наказание в размере 20000 рублей. Решением Адлерского районного суда Краснодарского края от 29 мая 2017 года данное постановление было отменено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

На основании постановления о назначении административного наказания №7-13184-16-ОБ/141/100/8 от 16 января 2017 года заместителя начальника отдела надзора и контроля по охране труда Государственной инспекции труда в Краснодарском крае ЗАО «Южное горно-строительное управление» было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 5.27 КоАП РФ - нарушение трудовогозаконодательстваи иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. Решением Адлерского районного суда Краснодарского края от 29 мая 2017 года данное постановление было отменено и дело направлено на новое рассмотрение.

Представитель ответчика считает, что указанные судебные решения также свидетельствуют об отсутствии в действиях общества нарушений в области трудового законодательства, и, следовательно, вины в нарушении трудовых прав ФИО2

ЗАО «ЮГСУ» обратилось в Советский районный суд г. Краснодара с административным исковым заявлением к Государственной инспекции труда в Краснодарском крае об оспаривании заключения государственного инспектора труда от 16 декабря 2016 года, предписания №7-13184-16-ОБ/141/3 от 6 декабря 2016 года. Решением от 22 ноября 2017 года Советского районного суда г. Краснодара в удовлетворении требований административного истца отказано. 

Просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Представитель третьего лица – Государственной инспекции по труду и занятости в Краснодарском крае в судебное заседание не явился, о причинах неявки суд не известил и не просил о рассмотрении дела в его отсутствие. В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица. 

Помощник прокурора Урупского района Огузов М.М. в своем заключении указал, что усматривает в действиях ЗАО «Южное горно-строительное управление» нарушение трудовых прав ФИО2, в связи с чем находит иск ФИО2 подлежащим удовлетворению. 

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к мнению о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Согласност.227 Трудового кодекса РФрасследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе слицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах. 

В соответствии сост.230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве.

В соответствии со ст. 229.3 ТК РФ государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляетзаключениео несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем). Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийсяактоформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

В соответствии со ст. 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральныморганомисполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

В судебном заседании установлено, что трудовым договором № 1601 от 28 августа 2014 года ФИО2 принят в ЗАО «ЮГСУ» на должность бетонщика 4 разряда с часовой тарифной ставкой 60,21 рублей (т.2 л.д.16). 06.09.2015 года с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве. Согласно медицинскому заключению №54 от 09.09.2015 года, выданному «Городской клинической больницей №29 им. Н.Э. Баумана» диагноз и код диагноза 

<

данные изъяты>. Указанное повреждение относится к категории-легкое (т.1 л.д.177).

11 сентября 2015 года после проведения расследования составлен Акт №11 о несчастном случае на производстве. В п. 5 акта указана дата рождения пострадавшего 2 февраля 1987 года, в п.9 акта указано «Причины несчастного случая: Основная КОД 08 Неудовлетворительная организация производства работ. При обслуживании бетонщик ФИО2 не отключил от электросети устройство для подачи жестких растворов ПБ-2А» (т.1 л.д.16-18). ФИО2 в результате несчастного случая на производстве установлена вторая группа инвалидности с утратой профессиональной трудоспособности 80%, а затем при повторном медицинском освидетельствовании установлена третья группа инвалидности с утратой трудоспособности 60% (т.1 л.д.19-20). 

ФИО2, не согласившись с актом о несчастном случае на производстве, обратился с жалобами в Генеральную Прокуратуру РФ, Прокуратуру Краснодарского края, Государственную инспекцию труда (т.1 л.д.28-29,30-31). По результатам проверки по жалобе истца государственной инспекцией труда в Краснодарском крае был составлены акт проверки от 6 декабря 2016 года №7-13184-16-ОБ/141/100/2, предписание №7-13184-16-ОБ/141/3, заключение государственного инспектора труда по несчастному случаю с легким исходом от 16 декабря 2016 года (т.1 л.д. 39-41, 42-44, 45-49, 99-103, 106-108, 109-111), в которых указаны многочисленные факты нарушения трудовых прав истца, в том числе, и при составлении акта о несчастном случае на производстве. В соответствии с п.п. 9, 10 Предписания заместитель начальника отдела надзора и контроля по охране труда обязал ЗАО «ЮГСУ» устранить нарушения трудового законодательства – отменить акт Н-1 о несчастном случае на производстве от 11 сентября 2015 года. По заключению от 6 декабря 2016 года и в полном соответствии с ним составить акт формы Н-1 на пострадавшего ФИО2 (ст. 229.3 ч.1 ТК РФ) в течение 3-х дней с момента получения. Один экземпляр утвержденного акта формы Н-1 вручить пострадавшему ФИО2 Основание: ст. 230 ТК РФ - в течение трех дней с момента получения (т.1 л.д.110). До настоящего времени ответчиком ЗАО «ЮГСУ» акт о несчастном случае на производстве не отменен, новый акт по форме Н-1 не составлен. Постановлением мирового судьи судебного участка №90 Адлерского района г. Сочи от 3 апреля 2017 года ЗАО «Южное горно-строительное управление» было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.23 ст. 19.5 КоАП РФ – невыполнение в установленный срок или ненадлежащее выполнение законного предписания должностного лица федерального органа исполнительной власти, осуществляющего федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. Решением Адлерского районного суда г. Сочи Краснодарского края данное постановление было отменено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности (т.2 л.д.139-143), основания прекращения производства по делу об административном правонарушении не является реабилитирующим. Согласно паспорту ФИО2 родился ДД.ММ.ГГГГ года (т.1 л.д.15). В экземпляре, направленном ответчику ФИО2, дата рождения последнего указана «2 февраля 1987 года» (т.1 л.д.16), в экземпляре, представленном суду Государственной инспекцией труда в Краснодарском крае, его дата рождения указана «ДД.ММ.ГГГГ года» (т.1 л.д.99), то есть имеется разночтение в дате рождения истца.

Довод ответчика о том, что акт о несчастном случае на производстве является локальным нормативным актом судом не принимается, поскольку в соответствии со ст. 8 ТК РФ работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями. Локальные нормативные акты имеют подзаконный характер, конкретизируют нормы федерального законодательства, уточняют особенности работы уопределенного работодателя илинаопределенной должности. Эти документы позволяют автоматизировать иунифицировать многие процессы ворганизации, рассчитаны нанеоднократное применение длявсех илинескольких работников. В соответствии со ст. 372 ТК РФ работодатель в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, перед принятием решения направляет проект локального нормативного акта и обоснование по нему в выборный орган первичной профсоюзной организации, представляющий интересы всех или большинства работников. По указанным признакам акт о несчастном случае на производстве не относится к локальным нормативным актам, поскольку не содержит норм трудового права, составляется индивидуально, его проект не составлялся и не согласовывался (не должен был согласовываться) с выборным органом первичной профсоюзной организации.

Довод ответчика о том, что ФИО2 не является лицом, имеющим в соответствии с трудовым законодательством право обжаловать решение по несчастному случаю на производстве также несостоятелен, поскольку ФИО2 обратился с жалобой в Государственную инспекцию труда. Неисполнение предписания Государственной инспекции труда ответчиком послужило основанием для обращения в суд за защитой своих прав и законных интересов.

Суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований об отмене акта о несчастном случае на производстве и обязании ответчика составить новый акт о несчастном случае на производстве в соответствии с заключением от 6 декабря 2016 года государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Краснодарском крае по несчастному случаю с легким исходом, а также удовлетворении требования указать дату рождения в соответствии с паспортом истца.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней.

В силу ст. 68 ТК РФ прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения). При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника под роспись с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором.

В соответствии со ст. 57 ТК РФ если при заключении трудового договора в него не были включены какие-либо сведения и (или) условия из числа предусмотренныхчастями первойивторойнастоящей статьи, то это не является основанием для признания трудового договора незаключенным или его расторжения. Трудовой договор должен быть дополнен недостающими сведениями и (или) условиями. При этом недостающие сведения вносятся непосредственно в текст трудового договора, а недостающие условия определяются приложением к трудовому договору либо отдельным соглашением сторон, заключаемым в письменной форме, которые являются неотъемлемой частью трудового договора.

В соответствии со ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящимКодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Как установлено в судебном заседании, в соответствии с трудовым договором №1601 от 28 августа 2014 года ФИО2 принят в ЗАО «ЮГСУ» на должность бетонщика 4 разряда с часовой тарифной ставкой 60,21 рублей (т.2 л.д.12-14). Согласно протоколу №110 от 12 февраля 2015 года экзаменационной комиссией ЗАО «ЮГСУ» проведена проверка знаний правил, норм инструкций по технической эксплуатации, охране труда, оказанию первой врачебной помощи, промышленной и пожарной безопасности ФИО2, занимающего должность проходчика (т.1 л.д.187) В соответствии с записью от 1 июля 2015 года в журнале регистрации инструктажа проведен инструктаж ФИО2, занимающего должность проходчика (т.1 л.д.190-191). Согласно приказу №258 от 7 сентября 2015 года ЗАО «ЮГСУ» была создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве с проходчиком ФИО2 (т.1 л.д.207). В ходе проведения проверки государственной инспекцией труда по жалобе ФИО2 помимо указанных документов, представленных работодателем, факт работы ФИО2 в должности проходчика в ЗАО «ЮГСУ» подтверждается также и самим истцом, актом, заключением и предписанием Государственной инспекции труда в Краснодарском крае.

Доводы ответчика о том, что требование об установлении юридического факт работы в должности проходчика при наличии спора о праве не может быть рассмотрено в порядке особого производства не принимаются судом, поскольку дело рассматривается в порядке искового производства.

Представитель ответчика просит применить к указанным исковым требованиям, а также к производным исковым требованиям о взыскании недоначисленной заработной платы, повышенной оплаты труда, компенсации за непредоставленный дополнительный оплачиваемый отпуск, срок исковой давности. При этом поясняет, что в соответствии со ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Указывает, что по ее мнению, о том, что ФИО2 не числится проходчиком в ЗАО «ЮГСУ» он знал не позднее 11 января 2017 года при обращении в прокуратуру РФ, а исковое заявление было подано 3 июля 2017 года.

С указанным нельзя согласиться по следующим основаниям. В соответствии с частью первойстатьи 392Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратитьсяв судза разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

ФИО2 был уволен на основании приказа №51-у от 10 мая 2017 года в соответствии с п.8 ч.1 ст. 77 ТК РФ в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, перевод на которую необходим работнику в соответствии с медицинским заключением, должность указана «Бетонщик». Реализуя свое право на защиту трудовых прав, истец обратился в прокуратуру, трудовую инспекцию. По результатам проверки 6 декабря 2016 года были вынесены предписание, заключение государственного инспектора об устранении нарушения прав ФИО2 Срок выполнения предписания – 3 дня. Предписание государственного органа, осуществляющего государственный контроль в сфере труда, является обязательным для исполнения. На момент обращения ФИО2 в суд с указанными исковыми требованиями предписание и заключение исполнены не были. Надлежащим образом заверенные копии материалов проверки трудовой инспекции истцом так и не были получены, о чем свидетельствует скриншот с электронной почты представителя истца Хасановой Г.Ю. (т.1 л.д.18-25), дата 3 апреля 2017 года - заявление Прокурору Адлерского района г. Сочи о не направлении документов и материалов проверки Трудовой инспекцией (т.2 л.д.283). Кроме того, в ходатайстве, поданном совместно с исковым заявлением 3 июля 2017 года в порядке ст. 57 ГПК РФ истец просил истребовать у третьего лица Федеральной службы по труду и занятости Государственной инспекции труда в Краснодарском крае копии всех имеющихся материалов проверки соблюдения трудового законодательства, проведенной по заявлению ФИО2, мотивируя тем, что материалы проверки в полном объеме ФИО2 направлены не были. Суд удовлетворил данное ходатайство – истребовал материалы проверки в трудовой инспекции Краснодарского края. Суд полагает, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку после проведения проверки и вынесения соответствующих процессуальных документов ответчик был обязан устранить нарушения прав ФИО2 и поскольку предписания не были исполнены, а истец узнал об этом предположительно уже после 3 апреля 2017 года, срок давности исковых требований, основанных на выводах трудовой инспекции, не истек. 

Суд полагает, что требования истца об установлении факта работы в должности проходчика и обязании ответчика оформить соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора в письменной форме также подлежит удовлетворению. 

В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу; отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе; задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Из содержания указанной статьи следует, что законодатель, обязывая работодателя возместить работнику не полученный заработок, восстанавливает нарушенное право работника на получение оплаты за труд.

В части первойстатьи 127Трудового кодекса Российской Федерации закреплен особый порядок реализации права на отпуск при увольнении работника - выплата денежной компенсации за все неиспользованные отпуска.

При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете (ст. 140ТК РФ).

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно ст. 99 ТК РФ сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

В ст. 152 ТК РФ указано, что сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно

Согласно ст. 92 ТК РФ сокращенная продолжительность рабочего времени устанавливается для работников, условия труда на рабочих местах которых порезультатамспециальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 3 или 4 степени или опасным условиям труда, - не более 36 часов в неделю.

Согласно ст. 116 ТК РФ ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем,работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящимКодексоми иными федеральнымизаконами.

Согласно статье 37 (часть 5)КонституцииРоссийской Федерации каждый имеет право на отдых; работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск. Механизм реализации конституционного права на отдых, в том числе условия и порядок предоставления оплачиваемого ежегодного отпуска, закреплен вТрудовом кодексеРоссийской Федерации: согласно его статьям 114, 122 и 123 ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка предоставляются работнику ежегодно в соответствии с утверждаемым работодателем, с учетом мнения выборного профсоюзного органа данной организации, графиком отпусков, являющимся обязательным как для работодателя, так и для работника.

В ст. 147 ТК РФ установлено, что оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливается в повышенном размере. Минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

При рассмотрении дела установлено, что согласно акту проверки от 6 декабря 2016 года Государственной инспекцией труда в Краснодарском крае было установлено, что ФИО2 работал в должности проходчика, согласно представленной карте №07/155А специальной оценки условий труда проходчика итоговый класс условий труда – 3.3, в соответствии с которым проходчикам положены следующие виды гарантий и компенсаций: повышенная оплата труда; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, сокращенная продолжительность рабочего времени, право на досрочное назначение трудовой пенсии, проведение медицинских осмотров. В п. 6, п. 7, п. 8 Предписания Государственной инспекции труда по Краснодарскому краю от 6 декабря 2016 года ЗАО «ЮГСУ» было вменено обязательство установить ФИО2 сокращенную продолжительность рабочего времени – не более 36 часов в неделю в срок до 26 декабря 2016 года, предоставить ФИО2 дополнительный оплачиваемый отпуск в срок до 26 декабря 2016 года, начислить и произвести оплату труда ФИО2 в повышенном размере с момента работы ФИО2 по профессии проходчика в срок до 26 декабря 2016 года. В установленный срок предписание выполнено не было. 

При таких обстоятельствах суд полагает доказанным факт задолженности ответчика перед истцом по недоплаченной (не начисленной) заработной плате за работу сверхурочно, за работу во вредных (опасных) условиях труда, компенсацию за дополнительный оплачиваемый отпуск. 

Согласно расчету, представленному суду истцом ФИО2, недоначисленная заработная плата за работу сверхурочно составила 52086,75 рублей по тарифу, сверхурочно отработано 149,2 часа, сумма недоплаты составила 17384,78 рублей, всего недоплата по заработной плате составила 69471,53 рубля, недоплата за работу во вредных, опасных условиях труда составила 4311,24 рублей, компенсация за не предоставленный дополнительный оплачиваемый отпуск за период работы в должности проходчика с 12 февраля 2015 года по 6 сентября 2015 года 8239,28 рублей. 

Расчет ответчика в части размера компенсации за не предоставленный дополнительный оплачиваемый отпуск аналогичен расчету истца и не оспаривается. Суд принимает его при удовлетворении указанных исковых требований.

Представитель ответчика представила контррасчет, в котором указала, что размер недоплаченной за отработанные истцу часы в качестве проходчика суммы составляет 6428,7 рублей за 89,9 часов, отработанных сверхурочно, требование о взыскании повышенной оплаты труда не признает в полном объеме.

Суд при удовлетворении требований истца о взыскании недоплаты по заработной плате в размере 69471,53 рубля, недоплаты за работу во вредных, опасных условиях труда в размере 4311,24 рублей исходит из следующего. При 

определении количества сверхурочных часов по итогам учетного периода при суммированном учете рабочего времени должны соблюдаться следующие правила: - норма рабочего времени учетного периода уменьшается на время (количество часов) нахождения работника в отпуске и на больничном. После такой корректировки любая переработка сверх скорректированной нормы будет считаться сверхурочной работой. В противном случае сверхурочные часы будут отработкой за отсутствие на работе по уважительной причине;- если работник болел в месяце учетного периода, на который приходится недоработка, а переработка в других месяцах учетного периода не погасилась, должен быть скорректирован график работы путем предоставления работнику дополнительных часов или дней отдыха, чтобы по итогам учетного периода выйти на норму рабочего времени (ст. 104 ТК РФ);- при увольнении работника до окончания учетного периода и при наличии у такого работника переработки в месяцах до увольнения сначала должна определяться для такого работника норма рабочего времени по производственному календарю за фактически отработанный им период (с начала учетного периода по день увольнения), а затем все часы, отработанные сверх этой нормы, должны считаться сверхурочной работой и оплачиваться в повышенном размере, так как такие часы не могут компенсироваться недоработкой в следующих месяцах. 

В соответствии с Письмом Роструда от 01.03.2010 N 550-6-1 при подсчете нормы рабочих часов, которые необходимо отработать в учетном периоде, из этого периода исключается время, в течение которого работник освобождался от исполнения трудовых обязанностей с сохранением места работы (в частности, ежегодный отпуск, учебный отпуск, отпуск без сохранения заработной платы, временная нетрудоспособность, период выполнения государственных, общественных обязанностей). Норма рабочего времени в этих случаях должна уменьшаться на количество часов такого отсутствия, приходящихся на такое время.

ФИО2 с 27 марта 2015 года по 25 апреля 2015 года находился на больничном, что подтверждается табелями учета рабочего времени за апрель 2015 года, а также расчетным листком за май 2015 года. В связи с этим норма рабочего времени учетного периода уменьшается на время (количество часов) нахождения работника в отпуске и на больничном. С 17 июля 2015 года работодателем не были предоставлены межвахтовые выходные, а работнику оформлено 15 дней отпуска (табель учета рабочего времени за июля 2015 года, расчетный листок за 2015 год). Хотя ежегодный оплачиваемый отпуск должен быть предоставлен работнику, занятому на работах вахтовым методом. Только после использования дней междувахтового отдыха и не может совпадать с ним. Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать 120 часов в год. Работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника. 

Исходя из табелей учета рабочего времени за период с 12 февраля 2015 года по 6 сентября 2015 года ФИО2 фактически отработал 925 часов, нормативное количество часов работы в должности проходчика за указанный период должно составлять 386,8 часов, количество часов межвахтового отдыха при этом должно составлять 538,2 часа, предоставленное количество часов межвахтового отдыха (за исключением больничных и отпусков) составило 345,6 часов, переработка составила 192,6 часов. При тарифе проходчика 116,52 рубля недоплата за работу сверхурочно составила 17384,78 рублей. ФИО2 было фактически отработано 925 часов, оплата производилась исходя из тарифа бетонщика в размере 60,21 рубль, тогда как должна была производится исходя из тарифа проходчика в размере 116,52 рубля, разница в тарифе составила 56,31 рубль, недоплата по заработной плате за отработанное время исходя из разницы тарифов составила 925х56,31=52086,75 рублей. Размер недоплаты составил 69471,53 рубля. Размер недоплаты за работу во вредных, опасных условиях труда составил 925х116,52/100х4=4311,24 рублей.

Суд критически относится к расчету истца размера недоначисленной заработной платы, поскольку расчет произведен с учетом работы ФИО2 за январь 2015 года в должности бетонщика, и исчисляет количество отработанных сверхурочно часов с учетом периода, не связанного с работой во вредных, опасных условиях. Кроме того, ответчик не предоставил расчета недоплаты заработной платы по фактически отработанному времени в связи с разницей тарифов оплаты труда бетонщика и проходчика. В таблице расчета указано различное количество часов неоплаченных сверхурочно – 89,8 часов, затем в строке итого – 89,9 часов. Ответчик не учел нахождения истца на больничном и в отпуске, и не продлил на указанное время часы межвахтового отдыха. Утверждение ответчика о необоснованности искового требования о взыскании недоплаты за повышенную оплату труда суд не принимает, поскольку указанное нарушение было установлено Государственной инспекцией труда, изложено в предписании, расчет истцом произведен на основании ст. 147 ТК РФ исходя из размера тарифа проходчика и количества отработанных часов за указанный период.

В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу; отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе; задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Согласно ст. 73 ТК РФ работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным впорядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья.

Если работник, нуждающийся в соответствии с медицинским заключением во временном переводе на другую работу на срок до четырех месяцев, отказывается от перевода либо соответствующая работа у работодателя отсутствует, то работодатель обязан на весь указанный в медицинском заключении срок отстранить работника от работы с сохранением места работы (должности). В период отстранения от работы заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 8 части первойстатьи 77настоящего Кодекса.

В судебном заседании установлено, что в период с 6 сентября 2015 года по 3 мая 2016 года ФИО2 был временно нетрудоспособен, ему выплачивалось пособие по временной нетрудоспособности. В связи с установлением инвалидности и ограничениями к работе, указанными в программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от 4 мая 2016 года и 24 августа 2016 года противопоказан тяжелый физический труд, работа, связанная с переносом и удержанием значительных тяжестей, выполнением точных мелких движений кистями рук, работа, требующая схвата и удержания предметов длительное время. Таким образом, выполнять работу в связи с трудовым увечьем в должности проходчика ФИО2 не имел возможности.

17 ноября 2016 года, то есть спустя более шести месяцев отсутствия ФИО2 на рабочем месте, ответчик направил в адрес истца уведомление о выходе на работу или о предстоящем увольнении в связи с отсутствием на рабочем месте (т.1 л.д.64). 16 декабря 2017 года ФИО2 было направлено уведомление от 13 декабря 2016 года об отсутствии у работодателя работы в соответствии с медицинским заключением, в котором сообщалось о расторжении трудового договора на основании пункта 8 части 1 ст. 77 ТК РФ (т.1 л.д.65). 10 февраля 2017 года направлено уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправку ее по почте, в котором сообщается о расторжении трудового договора 10 февраля 2017 года (л.д.67). 13 февраля 2017 года истцу направлено уведомление об отсутствии у работодателя работы в соответствии с медицинским заключением (т.1 л.д.66), 4 апреля 2017 года направлено уведомление от 4 апреля 2017 года о выходе на работу или о предстоящем увольнении в связи с отсутствием на рабочем месте, в котором ЗАО «ЮГСУ» сообщает о своем намерении создать для ФИО2 рабочее место в соответствии с программой реабилитации (т.1 л.д.68).

10 мая 2017 года ФИО2 был уволен на основании приказа об увольнении №51-у по п.8 ч.1 ст. 77 ТК РФ, в котором в качестве причины увольнения указано «отсутствие у работодателя соответствующей работы, перевод на которую необходим работнику в соответствии с медицинским заключением», хотя предшествующее указанному увольнению уведомление от 4 апреля 2017 года было о предстоящем увольнении на рабочем месте. Доказательств отстранения ФИО2 от работы суду не предоставлено. Суд в связи с указанным приходит к выводу о том, что работодатель в период времени с 4 мая 2016 года по 10 мая 2017 года незаконно лишал истца возможности трудиться, поскольку в адрес истца направлялись уведомления, из которых невозможно понять намерение работодателя относительно трудовых взаимоотношений и основания их прекращения, приказ об увольнении был издан и подписан лишь 10 мая 2017 года. Соответственно трудовая книжка весь указанный период находилась у работодателя. 

По указанным обстоятельствам суд находит подлежащими удовлетворению требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула. Оплата времени вынужденного прогула составила 452647,62 рублей, расчеты сторон идентичны и не противоречат друг другу. 

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, стал инвалидом третьей группы, процент утраты трудоспособности установлен в размере 60%. В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от 24 августа 2016 года указан диагноз 

<

данные изъяты> Молодой мужчина остался инвалидом. Помимо постоянных болей, ежечасно испытывает чувство неполноценности, ему полностью пришлось поменять свой образ жизни, приходится учиться жить заново. Он лишен возможности вести привычный образ жизни. У него никогда не появится надежды стать здоровым. Суд также учитывает установленную Государственной инспекцией труда вину работодателя в несчастном случае на производстве. Суд полагает возможным удовлетворить требование истца о взыскании морального вреда частично, взыскав его в размере 100000,00 рублей.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В связи с тем, что для судебной защиты своих интересов ФИО2 был вынужден обратиться за юридической помощью, с ответчика подлежат взысканию обоснованные и документально подтвержденные расходы за услуги представителя. Из соглашения об оказании юридической помощи от 1 сентября 2016 года, заключенного ФИО2 и адвокатом Урупского филиала КЧРКА следует, что адвокат Хасанова Г.Ю. обязалась оказывать ФИО2 услуги юридического характера т.2 л.д.284). Стоимость услуг составила 15000 рублей. Указанные расходы истца подтверждаются и представленной квитанцией серии МХ № 0007550 от 09.01.2018 года (т.2 л.д.285). Исходя из смысла ст.100 ГПК РФ, суд учитывает степень разумных пределов участия представителя по делу с учетом конкретных обстоятельств: объема заявленных требований, составления искового заявления, представления доказательств по делу, длительность его рассмотрения, предшествующую досудебную работу, объема оказанной представителем юридической помощи и т.п. С учетом изложенного суд считает необходимым взыскать с ЗАО «ЮГСУ» расходы на оплату услуг представителя Хасановой Г.Ю. в размере 15000 рублей.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом при рассмотрении дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, исходя из размера удовлетворенных исковых требований госпошлина должна быть взыскана в бюджет Урупского муниципального района в размере 8546,69 рублей - из расчета взысканных денежных сумм, и 300,00 рублей по требованию о компенсации морального вреда, всего 8846,69 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Обязать ответчика Закрытое акционерное общество «Южное горно-строительное управление» отменить Акт №11 о несчастном случае на производстве от 11 сентября 2015 года на пострадавшего ФИО2

Составить акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве на пострадавшего ФИО2, в котором:

-в пункте 5 «Дата рождения» указать ДД.ММ.ГГГГ года;

-в пункте 9 указать «Причины несчастного случая:

Основная: (код 14) – Использование пострадавшего не по специальности, выразившемся в привлечении ФИО2 к обязанностям проходчика.

- сопутствующая: 1 (код 08) Неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся: в допуске бетонщика ФИО2 к самостоятельной работе на установке для подачи жестких растворов ПБ-2А будучи не прошедшим 2-х недельную стажировку на месте производства работ в соответствии с требованиями пункта 1.2 Инструкции по эксплуатации установки для подачи жестких растворов ПБ-2А, чем нарушено требование статьи 214 Трудового кодекса РФ и требования пункта.

- сопутствующая (код10) Недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившаяся: в допуске бетонщика ФИО2 к выполнению работ, не прошедшего в полном объеме обучение по охране труда и проверки знаний в присутствии Ростехнадзора, чем нарушено требование статьи 225 Трудового кодекса РФ, пункта 5 приказа Министерства труда и социальной защиты от 17 сентября 2014 г. №642н «Об утверждении правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», и требование пункта 3.2 Государственного стандарта СССР ГОСТ 12.0.004-90 «Система стандартов безопасности труда. Организация обучения безопасности труда. Общие положения» (утв. постановлением Госстандарта СССР от 5 ноября 1990 г. №2797)»,

-в пункте 10 указать - С.И.В. начальник горно-проходческого участка №4, являясь ответственным по приказу №109 от 30 марта 2015 года «Об ответственности за соблюдение правил охраны труда, промышленной, пожарной и экологической безопасности»:

- допустил к производству работ по первичному нагнетанию бетонщика ФИО2, не прошедшего 2-х недельную стажировку на месте производства работ в соответствии с требованиями пункта 1.2 инструкции по эксплуатации установки для подачи жестких растворов ПБ-2А, чем нарушил требование статьи 214 Трудового кодекса РФ;

- допустил к выполнению работ по первичному нагнетанию бетонщика ФИО2, не прошедшего в полном объеме обучение по охране труда, чем нарушил требование статьи 214, 225 Трудового кодекса РФ, пункта 5 приказа Министерства труда и социальной защиты от 17 сентября 2014 г. №642н «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», и требование пункта 3.2 Государственного стандарта СССР ГОСТ 12.0.004-90 «Система стандартов безопасности труда. Организация обучения безопасности труда. Общие положения» (утв. постановлением Госстандарта СССР от 5 ноября 1990 г. №2797)

- нарушил требование пункта 30 Правил по охране труда в строительстве, утв. приказом от 01.06.2015 г. №336н Министерства труда и социальной защиты РФ, который гласит – к участию в строительном производстве допускаются работники, прошедшие подготовку по охране труда в установленном порядке и стажировку на рабочем месте под руководством лиц, назначаемых работодателем;

- нарушил требования пункта 2.2 должностной инструкции начальника участка буровых работ №1, утвержденной генеральным директором ЗАО «ЮГСУ» В.В.В. от 20.08.2013 г., который гласит – начальник участка буровых работ обязан (в области охраны труда) обеспечить соблюдение требований охраны труда и промышленной безопасности на участке.

- нарушил требование п. 1.3.4 Правил безопасности при строительстве подземных сооружений ПБ 03-428-02 в части допуска бетонщика ФИО2 к выполнению работ, прошедшего проверку знаний, нормативных документов, инструкции по безопасным методам и приемам выполнения работ без представителя Госгортехнадзора России.

Установить факт работы ФИО2 в должности проходчика в период с 12 февраля 2015 года по 6 сентября 2015 года, обязать Закрытое акционерное общество «Южное горно-строительное управление» оформить с ФИО2 дополнительное соглашение к трудовому договору об изменении определенных сторонами условий трудового договора в письменной форме от 12 февраля 2015 года и внести изменения в приказ об увольнении №51-у от 10 мая 2017 года, указав должность «проходчик». 

Взыскать с ЗАО «Южное горно-строительное управление» в пользу ФИО2 недоначисленную заработную плату за переработку в размере 69471,53 рубля, повышенную оплату труда в размере 4311,24 рублей, компенсацию за не предоставленный дополнительный оплачиваемый отпуск в период работы ФИО2 в должности проходчика с 12 февраля 2015 года по 6 сентября 2015 года в размере 8239,28 рублей.

Обязать ЗАО «Южное горно-строительное управление» оплатить ФИО2 время вынужденного прогула в период с 10.05.2016 года по 10.05.2017 года в размере 452647,62 рублей.

Взыскать с ЗАО «Южное горно-строительное управление» в пользу ФИО2 в счет возмещения морального вреда 100000,00 рублей, а также понесенные по делу судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 15000,00 рублей.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в размере 400000 (четырехсот тысяч) рублей 00 копеек – отказать.

Взыскать с ЗАО «Южное горно-строительное управление» государственную пошлину в бюджет Урупского муниципального района в размере 8846,69 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Урупский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 14 февраля 2018 года.

Судья

Урупского районного суда И.Б.Узденова