Дело № 2-37/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

6 февраля 2018 года г. Аша

Ашинский городской суд г. Аши Челябинской области в составе: 

председательствующего судьи Дружкиной И. В.

с участием прокурора Юсупова Л. И.

при секретаре Щегловой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, Грасман 

<

ФИО>25 к ОАО «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» об установлении факта родственных отношений, возмещении расходов на погребение, взыскании денежной компенсации морального вреда, 

установил

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги», ООО «Страховая компания «Согласие» об установлении факта родственных отношений, возмещении расходов на погребение, взыскании денежной компенсации морального вреда. 

В обоснование заявленных требований указали, что 15 января 2017 года в 17 часов 15 минут на 1726 километре перегона Аша-Миньяр поездом была смертельно травмирована 

<

ФИО>4, приходившаяся родной сестрой ФИО1, матерью ФИО2 и ФИО3 В документах, подтверждающих родство с погибшей, имеются расхождения, отдел загс отказал во внесении изменений в актовые записи. Установление факта родственных отношений влечет юридические последствия, так как позволить претендовать на возмещение материального и морального вреда. Вследствие гибели ФИО4 истец ФИО1 понес расходы на погребение в размере 16050 рублей. Потерей близкого человека причинены нравственные страдания, денежную компенсацию морального вреда истцы оценивают в 500000 рублей в пользу каждого. 

В ходе рассмотрения спора ненадлежащий ответчик ООО «Страховая компания «Согласие» был заменен надлежащим - СПАО «Ингосстрах».

Истец ФИО1, представляя также по доверенности интересы истцов ФИО3 и ФИО2, в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. 

Истцы ФИО3, ФИО2 при надлежащем извещении в судебное заседание не явились, представили заявления о рассмотрении дела без их участия ( л.д. 83-84, 144-145).

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» иск не признал, суду пояснил, что грубая неосторожность самой потерпевшей стала причиной её гибели, вина ответчика в причинении вреда отсутствует, истцы не представили допустимых доказательств причинения им нравственных страданий, следовательно, отсутствуют основания для возмещения вреда. 

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» при надлежащем извещении в суд не явился, о причинах неявки не сообщил, представил отзыв ( л.д. 107,143, 146).

Прокурор полагает требование о возмещении расходов на погребение подлежащим удовлетворению, размер истребуемой денежной компенсации морального вреда находит завышенным, полагает, что компенсация подлежит определению с учетом обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости. 

Выслушав объяснения истца ФИО1, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд полагает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении факта родственных отношений. 

Как установлено в судебном заседании и усматривается из материалов дела, 15 января 2017 года в вечернее время на 1726 километре, пикет 

<

номер>, перегона «Аша-Миньяр» поездом была смертельно травмирована 

<

ФИО>4, 

<

дата> года рождения. Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела: свидетельством о смерти, согласно которому смерть 

<

ФИО>4 наступила 

<

дата>; медицинским свидетельством о смерти, согласно которому причиной её смерти стало столкновение с поездом; постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 27 февраля 2017 года, которым в возбуждении уголовного дела по факту гибели 

<

ФИО>4 отказано ввиду отсутствия в действиях машинистов 

<

ФИО>13, 

<

ФИО>14, 

<

ФИО>15, 

<

ФИО>16 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 Уголовного кодекса РФ; протоколом осмотра места происшествия; актом опознания трупа; актом 

<

номер> от 

<

дата> служебного расследования транспортного происшествия, в котором указано место и время несчастного случая, а также его причина – нарушение потерпевшей пунктов 6,7,10,11 Приказа 

<

номер> от 

<

дата>; заключением 

<

номер> от 

<

дата> судебно-медицинского эксперта 

<

ФИО>17, согласно которому смерть потерпевшей наступила в результате тупой сочетанной травмы тела, расположение наружных повреждений и характер переломов костей дают возможность полагать, что первичный удар мог приходится на заднюю и левую заднебоковую поверхность вертикально расположенного тела, с последующим сбрасыванием его на железнодорожное полотно, волочением, затем перекатыванием колес железнодорожного состава через правую верхнюю и нижние конечности с отделением их от тела ( л.д. 24, 29,154-155, 156-158, 174-175, 176-188). 

То, что погибшая 

<

ФИО>4 приходилась родной матерью истцам ФИО3 и ФИО2, а также родной сестрой истцу ФИО1 подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств. Так свидетель 

<

ФИО>9 суду пояснил, что состоял в браке с 

<

ФИО>4, до брака 

<

ФИО>22, от данного брака имеют двух детей – 

<

ФИО>1 и 

<

ФИО>2. Его бывшая супруга приходилась ФИО1 родной сестрой. Свидетель 

<

ФИО>18 суду пояснила, что была знакома с погибшей на протяжении 25 лет, 

<

ФИО>4, до брака 

<

ФИО>22, приходилась родной сестрой 

<

ФИО>3 Она состояла в браке с 

<

ФИО>9, от данного брака имела двух сыновей – 

<

ФИО>1 и 

<

ФИО>10. У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, т.к. они подтверждаются материалами дела: свидетельствами о рождении и актовыми записями о рождении 

<

ФИО>5 и 

<

ФИО>3, согласно которым в качестве родителей истца 

<

ФИО>3 и погибшей 

<

ФИО>4 указаны одни и те же лица- 

<

ФИО>6 и 

<

ФИО>7. Справкой о заключении брака, согласно которой 

<

ФИО>8 вступила в брак с 

<

ФИО>9 и изменила добрачную фамилию на фамилию супруга, актовыми записями о рождении 

<

ФИО>1 и 

<

ФИО>2, в которых в качестве отца указан 

<

ФИО>9, в качестве матери - 

<

ФИО>4 ( л.д. 23, 25-26,27, 28, 53-56). Поскольку по свидетельству о рождении имя погибшей «

<

ФИО>11», орган загса отказал истцам во внесении исправлений в актовые записи, подтверждающие родство с погибшей 

<

ФИО>4 ( л.д. 32-33). 

Установление факта родственных отношений имеет для истцов юридическое значение, т.к. влечет возникновение имущественных прав на возмещение вреда, причиненного гибелью 

<

ФИО>4

При таких обстоятельствах суд полагает требование об установление факта родственных отношений истцов с погибшей подлежащим удовлетворению.

По общему правилу ( ст. 1064 ГК РФ) причинитель вреда возмещает вред при наличии вины. Исключение из этого правила, предусматривающее наступление ответственности при отсутствии вины причинителя вреда, установлено ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, согласно которой вред, причиненный источником повышенной опасности, подлежит возмещению юридическими лицами и гражданами, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, если они не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

В силу требований закона ( статья 1094 Гражданского кодекса РФ) лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Бремя доказывания необходимости понесенных расходов, а также их размер лежит на лице, требующем их возмещения. При разрешении вопроса о необходимости расходов, их размере следует учитывать положения Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» ( в редакции от 26.06.2007 года), в котором установлен порядок захоронения, а также необходимо учитывать возможность проведения религиозных обрядов в соответствии с гарантированной Конституцией РФ свободой вероисповедания и существующими в данной местности обычаями. Согласно статьи 3 ФЗ № 8 погребение представляет собой обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде. В состав действий по погребению включаются услуги по предоставлению гроба и других ритуальных предметов ( венки и др.), перевозка тела умершего на кладбище ( в крематорий), организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, установка памятника. К обычаям и традициям в России относится обязательное устройство поминального обеда в день похорон для почтения памяти умершего родственника иными лицами. 

В связи с гибелью 

<

ФИО>4 истец ФИО1 понес следующие расходы на погребение: услуги морга 3600 руб., приобретение ритуальных принадлежностей 3950 рублей, копка могилы 4000 рублей, доставка тела к месту захоронения 4500 рублей, всего 16050 рублей, что подтверждается квитанциями ( л.д.30-31). Суд полагает данные расходы подлежащими возмещению, так как они являются необходимыми в силу сложившихся традиций и обычаев, т.к. относятся к обрядовым действиям по захоронению тела человека после его смерти. 

Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь и здоровье в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает эффективную охрану и защиту этих прав. Перечень охраняемых законом неимущественных благ приведен в статьях 20-23 Конституции Российской Федерации и части 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ, к ним относятся в том числе жизнь и здоровье. Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ моральный вред компенсируется в случае причинения физических или нравственных страданий действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, установленных законом. Как разъяснено в п.п. 2,3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 ( с изменениями от 25.10.96г., 15.01.98г., 6.02.2007 года) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями ( бездействием) посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага ( жизнь, здоровье, достоинство личности и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права. Если причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением ему имущественного вреда имеет право на компенсацию морального вреда, при условии наличия вины причинителя вреда ( Постановление Пленума Верховного суда РФ № 1 от 26 января 2010 года). 

Согласно пункту 105 Постановления Европейского суда по правам человека от 24 июля 2003 года № 46133\99, № 48183\99, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного законодательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика. 

Детальное регулирование компенсации морального вреда предусмотрено ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, согласно которой компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется в зависимости от характера причиненных страданий, степени вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости. 

Как установлено судом погибшая 

<

ФИО>4 приходилась родной матерью истцам ФИО3 и ФИО2, а также родной сестрой истцу ФИО1 

Учитывая, что в результате данного несчастного случая причинен вред нематериальному благу, а именно жизни потерпевшего, факт смерти человека сам по себе причиняет его родным и близким людям нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства утраты и горя, суд пришел к выводу, что моральный вред подлежит денежной компенсации. 

Как разъяснил Пленум Верховного суда РФ в своем постановлении № 10 от 20.12.1994 года «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. 

Вместе с тем, следует учитывать, что в основу определения размера компенсации морального вреда должны быть положены, с одной стороны, принципы полного возмещения вреда, соответствия размера возмещения вреда допущенному нарушению права, а с другой стороны, - недопущения неосновательного обогащения со стороны потерпевшего.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В соответствии с частью первой статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводств и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Следовательно, на истцов возлагается бремя процессуального доказывания факта причинения им вреда и размера причиненного вреда.

Истцы ФИО2 и ФИО3 участия в судебном заседании не принимали и пояснений о перенесенных страданиях суду не дали. В обоснование своих требований в исковом заявлении сослались на родство с погибшей, на душевные травмы, вызванные её гибелью, истец ФИО1 на то, что гибель сестры повлекла ухудшение состояния его здоровья. Истцы не представили суду допустимых доказательств, свидетельствующих о поддержании с погибшей при её жизни родственных отношений, сложившейся между ними душевной связи, которые бы подтверждали тяжесть перенесенных ими нравственных страданий в результате смерти 

<

ФИО>4, а также доказательств ухудшения состояния их здоровья, вызванного её смертью. Из объяснений истца ФИО1 также следует, что совместно с погибшей 

<

ФИО>4 ни кто из истцов не проживал, каждый из истцов имеет свою семью, что компенсирует горечь утраты. Доводы истца ФИО1 о том, что погибшая оказывала материальную помощь сыну - 

<

ФИО>2 голословны, допустимыми доказательствами не подтверждены, опровергаются показаниями свидетеля 

<

ФИО>18, которая пояснила, что погибшая не работала и существовала на средства своих детей, первичными объяснениями ФИО1 о том, что сестра не работала и дохода не имела. 

Суд находит заслуживающими внимания возражения ответчика о грубой неосторожности самой погибшей способствовавшей возникновению вреда. Так, согласно ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. 

Грубая неосторожность является таким поведением потерпевшего, когда он предвидел или должен был предвидеть возможность причинения вреда, но легкомысленно надеялся избежать этого или безразлично относился к возможности причинения вреда. 

Судом установлено, что причиной гибели 

<

ФИО>4 стало нарушение ею пунктов 6, 7, 10, 11 главы 4 «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных Приказом Минтранса России от 08.02.2007г. № 18, запрещающих переход граждан через железнодорожные пути вне специально оборудованных пешеходных переходов; нахождение на железнодорожных путях в состоянии алкогольного опьянения; а также предписывающих обязанность граждан отходить на расстояние, при котором исключается воздействие воздушного потока, возникающего при приближении железнодорожного подвижного состава. Указанные обстоятельства подтверждаются материалами проведенной следственным комитетом проверки ( л.д.153-188). Постановлением от 27 февраля 2017 года в возбуждении уголовного дела отказано, постановление принято по результатам опроса свидетелей, осмотра места происшествия, по заключению судебно-медицинской экспертизы и судебно-гистологического и судебно-химического исследований о наличии в крови погибшей этилового спирта, ни кем не обжаловалось и не отменялось. Доказательств вины ответчика в причинении вреда суду не представлено и судом не добыто.

Таким образом, при определении размера денежной компенсации морального вреда суд принял во внимание обстоятельства причинения вреда, характер и степень нравственных страданий, отсутствие вины причинителя вреда, то, что грубая неосторожность самой потерпевшей, которая в силу возраста и жизненного опыта предвидела или должна была предвидеть возможность причинения вреда, но легкомысленно надеялась избежать этого или безразлично относилась к возможности причинения вреда, содействовала возникновению вреда, учел реальные возможности ответчика для возмещения вреда, и, руководствуясь принципами разумности и справедливости, позволяющими с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой стороны – не допустить неосновательного обогащения истцов и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение ответчика, пришел к выводу, что компенсация в размере 500 000 руб. в пользу каждого является завышенной, и находит разумным и справедливым определить её в следующем размере: по 40000 рублей в пользу ФИО3 и ФИО2 и 25000 рублей в пользу истца ФИО1 

Возражения ответчика ОАО «РЖД» о том, что вред не подлежит возмещению, поскольку грубая неосторожность самой потерпевшей способствовала возникновению вреда судом во внимание не приняты, так как основаны на неверном толковании материальных норм. Так согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Суд находит несостоятельным и довод ответчика ОАО «РЖД» о том, что вред подлежит возмещению ответчиком СПАО «Ингосстрах» поскольку ответственность ОАО «РЖД» по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью физических лиц, как Владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика, застрахована в данной страховой компании. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 931 Гражданского кодекса РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что её страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования такой ответственности, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. 

Между ОАО «РЖД» И СПАО «Ингосстрах» заключен договор № 2072681 от 14 сентября 2016 года добровольного страхования ответственности владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта. Согласно пункту 2.2 названного договора, страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью и имуществу выгодоприобретателей, которые влекут за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату. Пунктом 2.4 установлено, что обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть: на основании предъявленной Страхователю и признанной им добровольно претензии; на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателям; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного договором. Добровольно претензии истцов ОАО «РЖД» не признавало, к страховщику требований истцы не предъявляли, соответственно оснований для возложения ответственности по компенсации материального и морального вреда на ответчика СПАО «Ингосстрах» не имеется. 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что вред подлежит взысканию с ответчика ОАО «РЖД» в силу ст. 1079 Гражданского кодекса РФ как с владельца источника повышенной опасности. 

Расходы по госпошлине, понесенные истцами, подлежат взысканию с ответчика в силу ст. 98 ГПК РФ, предусматривающей возмещение стороне, в пользу которой состоялось решение, с другой стороны всех понесенных по делу судебных издержек. В пользу истцов Грасман госпошлина подлежит взысканию в размере 300 рублей, в пользу истца ФИО1 в размере 942 рубля ( 300 рублей за требование неимущественного характера + 600 рублей за требование имущественного характера). 

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Статьей 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены среди прочего, расходы на оплату услуг представителя. 

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах ( ст.100 ГПК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, изложенной в Определениях от 17.07.2007 года № 382-О-О, от 22.03.2011 года № 361-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым- на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно по этому в части 1 статьи 100 ГПК РФ идет речь об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении № 1 от 21 января 2016 года расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных издержек ( статьи 98, 100 ГПК РФ). При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. При этом разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле. 

В связи с рассмотрением дела истец ФИО1 понес расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей, что подтверждается договором на оказание юридических услуг от 10 июня 2017 года и распиской в получении денежных средств ( л.д. 39-41). 

Исходя из цены иска, объема защищаемого права, сложности и длительности рассмотрения спора ( 3 судебных заседания), характера оказанных представителем услуг, заключающихся в составлении иска, уточнении иска, сборе и представлении минимального количества документов, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что расходы истца ФИО1 на оплату услуг представителя подлежат возмещению в размере 5000 рублей. 

Уплаченная истцом ФИО1 госпошлина 650 рублей за внесение изменений в актовую запись не подлежит возмещению, ввиду отсутствия вины ответчиков в неправильности актовых записей, составленных органом загса. 

Руководствуясь ст. ст. 151, 1083, 1100-1101 ГК РФ, ст. ст. 98, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л

Иск удовлетворить частично. 

Установить факт родственных отношений, что 

<

ФИО>4, 

<

дата> г.р., умершая 

<

дата> приходится родной матерью 

<

ФИО>1, 

<

ФИО>2 и родной сестрой 

<

ФИО>3.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда 40000 рублей, в возмещение расходов на уплату госпошлины 300 рублей, всего 40300 ( сорок тысяч триста) рублей.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда 40000 рублей, в возмещение расходов на уплату госпошлины 300 рублей, всего 40300 ( сорок тысяч триста) рублей.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда 25000 рублей, в возмещение расходов на погребение 16050 рублей, в возмещение расходов на оплату услуг представителя 5000 рублей, в возмещение расходов на уплату госпошлины 942 рубля, всего 46992 (сорок шесть тысяч девятьсот девяносто два ) рубля.

В остальной части иска ФИО3, ФИО3, ФИО1 отказать. 

Решение обжалуется в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Ашинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Председательствующий п\п Дружкина И.В.

Копия верна.

Судья Дружкина И. В.

Секретарь Щеглова А.А.