Мотивированное 

решение

 изготовлено 25.11.2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 ноября 2020 года

Верх-Исетский районный суд 

<

адрес> в составе

председательствующего судьи Нецветаевой Н.А.,

при секретаре 

<

ФИО>5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску 

<

ФИО>1 к 

<

ФИО>3 о признании договора уступки прав требования ничтожной сделкой, 

УСТАНОВИЛ:

Истец 

<

ФИО>1 обратился в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве ООО «УралТрансРента» с заявлением о признании договора уступки прав требования ничтожной сделкой.

В обоснование требований было указано, что решением Арбитражного суда Свердловской области по делу №А60-49044/2018 от ДД.ММ.ГГГГ (резолютивная часть) в отношении ООО «УралТрансРента» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура конкурсного производства. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ конкурсным управляющим ООО "УРАЛТРАНСРЕНТА" утверждена 

<

ФИО>2 член Ассоциации Арбитражных управляющих «Содружество». 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу №А60-49044/2018 в реестр требований кредиторов должника ООО «УралТрансРента» включены требования 

<

ФИО>3 в размере 1 051 604 руб. 24 коп. основной задолженности, 49 826 руб. 54 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с очередностью удовлетворения в составе третьей очереди. Право требования 

<

ФИО>3 основано на договоре № уступки существующих и будущих прав требования (цессии) от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым Цедент - ООО «Леспром» уступает, а 

<

ФИО>6 принимает права (требования) уплаты денежной задолженности (как существующие на дату настоящей уступки, так и могущие возникнуть у Цедента в будущем (уступка будущего требования), как подтвержденные решением суда, так и не подтвержденные решением на дату настоящей уступки) к Должнику ООО «УралТрансРента» (ОГРН 

<

***>), возникшие на основании Договора на оказание услуг специальной строительной техникой от 18.09 2012 №. Сумма уступаемых прав составила на дату заключения договора 1 489 726 руб. 54 коп., в том числе 1 439 900 руб. основного долга и 49 826 руб. 54 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 27 897 руб. 27 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска, и 70 000 руб. в возмещение судебных издержек (расходов на оплату услуг представителя). За уступаемое право Цессионарий обязуется оплатить Цеденту 10 000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес 

<

ФИО>1 поступило Уведомление о заключении договора уступки права (цессии) и договор уступки права требования, в соответствии с которым права требования ООО «Леспром» к ООО «УралТрансРента» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 439 900 руб. переданы ООО « Тонус+».

Из открытых источников (ЕГРЮЛ) следует, что ДД.ММ.ГГГГ ИФНС по 

<

адрес> г. Екатеринбурга принято решение об исключении первоначального взыскателя ООО «Леспром» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица на основании справки от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Леспром» и справки о не предоставлении отчетности в течение последних 12 месяцев.

В соответствии с п. 1 ст. 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций, хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). На основании указанного решения ИФНС ДД.ММ.ГГГГ ООО « Леспром» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

В соответствии с п. 1 ст. 61 ГК РФ ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

Указанное позволяет сделать вывод о том, что договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ с 

<

ФИО>3 в соответствии со ст.ст. 10, 61, 168 ГК РФ является ничтожной сделкой, связанной со злоупотреблением правом и подписанием договора уступки от лица несуществующей организации, в связи с прекращением юридического лица и прекращением всех его прав и обязанностей.

Такой вывод следует из того, что по состоянию на дату подписания договора уступки ООО «Леспром» имело все признаки недействующего юридического лица, в связи с чем через три дня после указанной в договоре уступки даты, ИФНС приняло решение об исключении ООО «Леспром» из ЕГРЮЛ.

Законодательные основы ведения процедур банкротства установлены в соответствии с общими принципами Конституции РФ о праве равенства всех перед законом, и вытекающим из этого принципом, закрепленном в п. 2 ст. 10 ГК РФ, предусматривающем, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

<

ФИО>1 является единственным участником ООО «Уралтрансрента» с долей участия 100% и в случае достаточности средств для погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, вправе рассчитывать на получение оставшегося имущества (ликвидационную квоту). В связи с указанным, наличие в реестре требований кредиторов требования 

<

ФИО>3, основанного, по мнению 

<

ФИО>1, на недействительной сделке, нарушает имущественные права его как единственного участника должника, поскольку влечет необоснованное увеличение кредиторской задолженности и уменьшение имущества, которое может быть получено по ликвидационной квоте.

<

ФИО>1 имеет охраняемый законом имущественный интерес в настоящем споре и полагает, что в действительности договор уступки права требования подписан после исключения ООО « Леспром» из ЕГРЮЛ, то есть после утраты ООО «Леспром» правоспособности, в целях получения 

<

ФИО>3 статуса кредитора ООО «Уралтрансрента». Какой-либо экономической выгоды ООО «Леспром» от договора уступки права требования не получило. Уступка произведена за 10 000 руб., менее чем за 1% от номинальной стоимости. Подобная сделка могла быть совершена только в условиях, когда ООО «Леспром» было исключено из ЕГРЮЛ и необходимо было сохранить право требования к ООО «Уралтрансрента».

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (с изменениями и дополнениями) наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

При рассмотрении обоснованности заявления 

<

ФИО>3 о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Уралтрансрента» судом не давалась оценка ничтожности договора уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ.

Ссылаясь на изложенное, положения ст. ст. 10, 61, 168 ГК РФ, истец просил суд признать ничтожной сделкой договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО « Леспром» и 

<

ФИО>3.

ДД.ММ.ГГГГ Арбитражным судом Свердловской области вынесено определение о передаче обособленного спора по делу по заявлению 

<

ФИО>1 по подсудности в Свердловский областной суд для направления его в суд общей юрисдикции, на основании которого дело поступило в производство Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга.

В судебном заседании истец, его представитель, требования и доводы искового заявления поддержали.

Ответчик в судебном заседании иск не признал, поддержал доводы отзыва (л.д.90-93 т.1). В ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено также о пропуске истцом срока исковой давности.

Конкурсный управляющий ООО «УралТрансРента» 

<

ФИО>2, привлеченная к участию в деле, в судебное заседание не явилась. В ходе судебного разбирательства ею было направлено ходатайство о рассмотрении дела без ее участия и предоставлен отзыв с возражениями на заявление (л.д.39-41 т. 1).

В отзыве указано на наличие в материалах арбитражного дела по рассмотрению жалобы 

<

ФИО>7 на бездействие конкурсного управляющего пояснений бывшего директора и учредителя ООО «Леспром» 

<

ФИО>8 от ДД.ММ.ГГГГ, получивших оценку в определении суда, о том, что она никогда и ни при каких обстоятельствах не подписывала договоры уступки в пользу ООО «Тонус+», а право требования она уступила в пользу 

<

ФИО>3, которому и передала оригиналы всех документов (договор, акты выполненных работ, счета-фактуры), что является подтверждением фиктивности договора с ООО «Тонус+». В 2017 году состоялась уступка в пользу 

<

ФИО>3 В апреле 2018 года 

<

ФИО>3 подал заявление в арбитражный суд Свердловской области о процессуальном правопреемстве, которое было удовлетворено судом в мае 2018 года. ООО «Уралтрансрента» в лице 

<

ФИО>1 было уведомлено как о произведенной уступке, так и о наличии судебного заседания о процессуальном правопреемстве. 

<

ФИО>1 не заявил никаких возражении против правопреемства в пользу 

<

ФИО>3, в том числе и основанных на наличии якобы ранее подписанного договора в пользу ООО «Тонус+». ДД.ММ.ГГГГ 

<

ФИО>3 подал заявление об установлении требований кредитора в реестр требований ООО «Уралтрансрента». Таким образом, 

<

ФИО>1 был осведомлен о введении процедуры банкротства и, соответственно, не мог не знать о предъявлении денежных требований к ООО «Уралтрансрента» со стороны кредитора 

<

ФИО>3, что происходило еще в процедуре наблюдения, когда 

<

ФИО>1 еще являлся официальным директором ООО «Уралтрансрента», имел право представлять интересы ООО «Уралтрансрента», однако, не заявил возражений против требований кредитора 

<

ФИО>3, в том числе и тех, которые были бы основаны на якобы ранее заключенном договоре уступки с ООО «Тонус+». Определением суда требования кредитора 

<

ФИО>3, были включены в реестр требований кредиторов ООО «Уралтрансрента», 

<

ФИО>1 не обжаловал данный судебный акт ни как директор, ни как учредитель ООО «Уралтрансрента», тем самым не возражал против статуса 

<

ФИО>3 как кредитора ООО «Уралтрансрента». Хронология событий и действия самого 

<

ФИО>1 свидетельствуют о том, что он не только не возражал против требований ООО «Леспром», но и полагал его надлежащим кредитором, в частности, производил частичное погашение задолженности в августе 2015 года. Заявление о заключении договора уступки с 

<

ФИО>3 в иную дату, не основано на фактах и не имеет правового обоснования. Требования 

<

ФИО>3, основанные на договоре уступки неоднократно проходили проверку судебными инстанциями и признаны обоснованными, а жалоб со стороны 

<

ФИО>1 не поступало.

Представитель ООО «Тонус+» в судебное заседание не явился.

Заслушав участвующих лиц, исследовав материалы дела, суд считает необходимым указать следующее.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (ч.1).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (ч.2).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (ч. 3).

Согласно ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В обоснование позиции о недействительности договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ между 

<

ФИО>3 и ООО «Леспром» истцом, указывается, что к дате заключения договора Цедент (ООО «Леспром») являлся недействующим юридическим лицом, считающимся, с учетом положений п. 1 ст. 64.2 ГК РФ, фактически прекратившим свою деятельность, и о решении ИФНС 

<

адрес> г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Леспром» было исключено из Единого государственного реестра юридических лиц.

Истец также полагает, что имеется факт злоупотребления правом, допущенный при совершении цессии, что в совокупности с изложенным является основанием для вывода о ничтожности данной сделки на основании статей 10, пункта 2 статей 168 ГК РФ.

В соответствии с положениями ст. 49 ГК РФ, юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе (статья 52), и нести связанные с этой деятельностью обязанности (ч.1).

Правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении (ч.3).

Как следует из материалов дела сведения о прекращении деятельности ООО «Леспром» были внесены в реестр юридических лиц по решение налогового органа ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом приведенных положений законодательства ООО «Леспром» на дату заключения договора с 

<

ФИО>3 - ДД.ММ.ГГГГ обладало правоспособностью юридического лица.

Доводы искового заявления, что ООО «Леспром» на дату заключения договора цессии имело признаки недействующего юридического лица в виде отсутствия движения денежных средств по счетам, не предоставления отчетности, как основания для констатации фактического прекращения деятельности юридическим лицом, не могут быть признаны основанием для вывода о ничтожности договора, заключенного юридическим лицом, не утратившим на тот момент своей правоспособности.

Указанные обстоятельства не имеют правового значения для разрешения требования о признании договора цессии ничтожной сделкой по заявленным основаниям, как нарушающей требования законодательства.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Оценив представленные по делу доказательств, суд находит несостоятельной позицию истца о злоупотреблении правом сторонами при заключении оспариваемого договора цессии, влекущего возможности признания его недействительным.

Суд отмечает, что помимо утверждения о злоупотреблении со стороны участников сделки правом на заключение договора цессии, истцом не приведено убедительного обоснования, объективных фактов направленности воли сторон договора при его заключении на причинение вреда другим лицам, либо наличия противоправной цели.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, договор был сторонами фактически исполнен, цедентом цессионарию переданы все документы обосновывающие наличие передаваемого долга, признанного судебным актом от ДД.ММ.ГГГГ дело А60-20660/2015 (л.д.65-68 т.1), цессионарием произведена оплата по договору и совершены действия по реализации полученных прав требования долга.

Суд находит заслуживающими внимания возражения ответчика и третьего лица – конкурсного управляющего должника ООО «УралТрансРента», что обоснованность требований 

<

ФИО>3 основанных на договоре цессии от ДД.ММ.ГГГГ являлось предметом оценки суда при рассмотрении вопросов о процессуальном правопреемстве в рамках дела А60-20660/2015 (определение от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 69-72, 73-75 т.1), которое состоялось в период когда истец являлся представителем должника в силу закона и согласно представленному в материалы дела заявлению был осведомлен о наличии заявления ответчика о процессуальном правопреемстве (л.д.101 т.1), возражений по нему не заявлялось.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с положениями ст. ст. 11, 12 Гражданского кодекса РФ признание сделки недействительной является одним из способов защиты нарушенных или оспоренных гражданских прав, осуществляемых судом. При этом, учитывается, что истец, предъявляя иск о признании сделки недействительной, должен доказать, что данной сделкой нарушены или оспорены его права, и что удовлетворение иска приведет к восстановлению нарушенного права истца.

Поскольку договор цессии нарушения либо угрозы нарушения прав истца, обусловленного наличием такого договора, по материалам дела не усматривается, в то время как судебной защите подлежит лишь нарушенное право, оснований для удовлетворения указанных требований по приведенным истцом мотивам злоупотребления сторонами договора правом на его заключение и нарушении при этом требований законодательства и прав истца, не имеется.

Основания для вывода о ничтожности договора, по доводы истца о состоявшейся ранее заключения договора с ответчиком передаче ООО «Леспром» прав требования к ООО «УралТрансРента» по договору уступки прав (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Тонус+» (л.д.107-108 т.1), суд не усматривает.

В силу присущего исковому судопроизводству начала диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

В обоснование возражений относительно договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ ответчиком предоставлены копия паспорта, удостоверяющего личность гражданина РФ за ее пределами на имя 

<

ФИО>8, являвшейся директором ООО «Леспром», подписавшей договор от ДД.ММ.ГГГГ, исходя из его содержания, со сведениями, что она с 10-ДД.ММ.ГГГГ находилась за пределами РФ (л.д. 95-98 т.1); а также копии документов о предоставлении ООО «УралТрансРента» в материалы исполнительного производства в пользу взыскателя ООО «Леспром» ДД.ММ.ГГГГ, то есть после заключения договора цессии № с ООО «Тонус+» оборотно-сальдовой ведомости ООО «УралТрансРента» о наличии задолженности перед ООО «Леспром», а не перед ООО «Тонус+» (л.д. 105-106, 120-122 т.1); сведения о производстве ООО «УралТрансРента» ДД.ММ.ГГГГ в счет погашения задолженности на счет ООО «Леспром» платежа в сумме 100 000 руб. (л.д.102-103 т.1).

Суд обращает внимание, что сам истец в ходе судебного разбирательства неоднократно утверждал, что не был знаком со 

<

ФИО>8

Из доводов отзыва конкурсного управляющего ООО «УралТрансРента» следует, что 

<

ФИО>8 в рамках другого судебного разбирательства по вопросу данной задолженности также отрицался факт взаимодействия с истцом и заключения договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ.

Достоверность указанных доказательств стороной истца не опорочена, в связи с чем принимая их во внимание суд не находит возможным принять представленный истцом договор цессии № от ДД.ММ.ГГГГ в качестве допустимого и достоверного доказательства.

Оценив представленные по делу доказательства в совокупности в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о признании договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Леспром» и 

<

ФИО>3 недействительной сделкой.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, подлежащего по доводам ответчика исчислению с апреля 2018 года, когда истцу как руководителю ООО «УралТрансРента» стало известно о рассмотрении судом заявления ответчика о процессуальном правопреемстве в деле о взыскании задолженности в пользу ООО «Леспром», и истекшего, по мнению ответчика, в апреле 2018 года.

Согласно ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Суд находит заслуживающими внимания доводы стороны истца о заявленных ими основаниях признания сделки недействительной как ничтожной сделки, срок исковой давности по которым составляет три года, в связи с чем оснований для отказа в иске по причине пропуска срока исковой давности суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования 

<

ФИО>1 к 

<

ФИО>3 о признании договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Леспром» и 

<

ФИО>3 ничтожной сделкой, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья