УИД 66RS0001-01-2021-002429-16 

№ 2-3480/2021 

Решение

 изготовлено в окончательной форме 28.06.2021 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

21 июня 2021 года г. Екатеринбург 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга

в составе председательствующего судьи Мурзагалиевой А.З., 

при секретаре судебного заседания Прокофьевой Е.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 

по иску дачного некоммерческого партнерства «Новофомино» к ФИО1, открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» о признании сделок недействительными, 

УСТАНОВИЛ:

Представитель истца обратился в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого пояснил, что открытое акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (далее по тексту – ОАО «МРСК Урала») и ФИО1 оформили и подписали Акт об осуществлении технологического присоединения № от 17.09.20019. 

В соответствии с условиями данной сделки, сетевая организация оказала ФИО1 услугу по технологическому присоединению энергопринимающих устройств (энергетических установок) заявителя, находящихся по адресу: Свердловская область, 

<

адрес>, участок находится примерно в 1 км. по направлению на северо – запад от ориентира 

<

адрес>, участок №, кадастровый №, в соответствии с мероприятиями по договору об осуществлении технологического присоединения от 19.08.2019 №. 

Согласно пункту 7.3 указанного акта, ответственность за контактное соединение несет ДНП «Новофомино». 

По мнению истца, сделка, оформленная актом об осуществлении технологического присоединения № от 17.09.2019, заключенная между ОАО «МРСК Урала» и ФИО1 является недействительной, поскольку действующее законодательство не предусматривает возможность возложения на третье лицо, не участвующее в сделке, каких – либо обязанностей. Возможно лишь возникновение ответственности перед потребителем за контактное соединение его энергопринимающих устройств. 

Также ответчики оформили и подписали акт об осуществлении технологического присоединения № от 15.04.2021. 

В соответствии с условиями данных сделок, сетевая организация оказала ФИО1 услугу по технологическому присоединению энергопринимающих устройств (энергетических установок) заявителя, находящихся по адресу: Свердловская область, 

<

адрес>, участок находится примерно в 1 км по направлению на северо – запад от ориентира 

<

адрес>, участок №, кадастровый №, в соответствии с мероприятиями по договору об осуществлении технологического присоединения от 19.08.2019 №. Согласно п. 3 указанных актов, ОАО «МРСК Урала» подключило объект ФИО1 к электросети черед электроустановки (воздушную линию передачи электроэнергии (ВЛ – 10 кВ, ВЛ – 0,4 кВт) и трансформаторную подстанцию (ТП – 76113), принадлежащие НП «Росток». При этом, истец фактически признан владельцем электроустановок, через которые происходит присоединение (ВЛ – 10 кВ, ВЛ – 0,4 кВт, ТП – 76113). 

Из содержания п. 3 следует, что ответчики опосредовано подключились к имуществу, принадлежащему НП «Росток», при этом, никто из ответчиков не получал согласия на такое подключение, чем нарушили права собственника имущества. 

Таким образом, по мнению истца, акт об осуществлении технологического присоединения № от 17.09.2019, акт об осуществлении технологического присоединения № от 15.04.2021, между ОАО «МРСК Урала» и ФИО1, является недействительной сделкой, на основании п. 2 ст. 168, ст. 308, ст. 209 ГК РФ.

В связи с вышеизложенным, с учетом уточнения иска, представитель истца просит: 

1. признать недействительной ничтожную сделку между ОАО «МРСК Урала» и ФИО1, оформленную актом об осуществлении технологического присоединения № 17.09.2019; 

2. признать недействительной ничтожную сделку между ОАО «МРСК Урала» и ФИО1, оформленную актом об осуществлении технологического присоединения № от 15.04.2021. 

Впоследствии, истец обратился заявлением об изменении оснований исковых требований (л.д. 154 – 157), согласно которым указано, что договор технологического присоединения, заключенный между ФИО1 и ОАО «МРСК Урала» является ничтожной сделкой. 

Технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, согласно п. 1 ст. 26 Федерального закона «Об электроэнергетике» осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер. Во исполнение требований федерального законодателя Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 утверждены Правила, которые действуют в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 29.05.2019 № 682. Правила дополнены пунктом 8(5) Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.03.2015 N 219, которое размещено на «Официальном интернет-портале правовой информации» 17.03.2015 опубликовано в Собрании законодательства Российской Федерации 23.03.2015 №12. Пункт 8(5) Правил изложен в новой редакции Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.12.2018 N 1622, размещенным на «Официальном интернет-портале правовой информации» 26.12.2018, опубликованным в Собрании законодательства Российской Федерации 31.12.2018 N 53 (часть II). Правила определяют порядок и особенности технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, регламентируют процедуру присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям сетевой организации, определяют существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, устанавливают требования к выдаче технических условий, в том числе индивидуальных, для присоединения к электрическим сетям, порядок проведения проверки выполнения заявителем и сетевой организацией технических условий, критерии наличия (отсутствия) технической возможности технологического присоединения и особенности технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей посредством перераспределения максимальной мощности между юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а также особенности отказа потребителей электрической энергии от максимальной мощности в пользу сетевой организации (п. 1 Правил).

Положения нормативного правового акта устанавливают порядок технологического присоединения энергопринимающих устройств, относящихся к имуществу общего пользования, расположенному в границах территории садоводства или огородничества, и соответствуют гражданскому законодательству, законодательству об электроэнергетике.

Согласно абз. 1 п. 8(5) Правил, в случае технологического присоединения энергопринимающих устройств, относящихся к имуществу общего пользования, расположенному в границах территории садоводства или огородничества, а также энергопринимающих устройств, принадлежащих гражданам, осуществляющим ведение садоводства или огородничества на земельных участках, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, или иным правообладателям объектов недвижимости, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, заявка на технологическое присоединение этих энергопринимающих устройств подается в сетевую организацию садоводческим или огородническим некоммерческим товариществом (при наличии).

Федеральный закон «Об электроэнергетике» предусматривает, что технологическое присоединение осуществляется, на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным (абз. 3 п. 1 ст. 26).

В соответствии с подп. 5 п. 7 ст. 18 Федерального закона «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» к полномочиям правления товарищества относится принятие решений о заключении договоров с организациями, осуществляющими снабжение тепловой и электрической энергией, водой, газом, водоотведение, благоустройство и охрану территории садоводства или огородничества, обеспечение пожарной безопасности и иную деятельность, направленную на достижение целей товарищества. Исходя из этого, товарищество выступает в качестве единого субъекта в вопросах взаимодействия с организациями, осуществляющими снабжение электрической энергией как членов товарищества, так и лиц, осуществляющих ведение садоводства или огородничества на садовых земельных участках или огородных земельных участках, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, без участия в товариществе.

Осуществление технологического присоединения без учета имущества общего пользования некоммерческого объединения может привести к значительному увеличению количества объектов электросетевого хозяйства сетевых организаций и увеличению охранных зон объектов электросетевого хозяйства, ограничит использование имущества, расположенного в пределах охранных зон. Сетевой организации необходимо для технологического присоединения, в частности, осуществить мероприятия по разработке, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств электроэнергетики.

Согласно, разъяснениям ФАС в Письме от 03.07.2020 № ИА/56450/20 Разъяснение по применению пункта 8(5) правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861, в том числе, в части распространения его действия на гаражные кооперативы, а также по применению части 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 №35-Ф3 «Об электроэнергетике» в части однократности технологического присоединения при ликвидации садоводческого, огороднического или гаражного товариществ.

При ведении садоводства или огородничества гражданами на садовых или огородных земельных участках с созданием некоммерческих товариществ:

в случае технологического присоединения энергопринимающих устройств, относящихся к имуществу общего пользования, расположенных в границах территории садоводства заявка на технологическое присоединение подается в сетевую организацию некоммерческим товариществом, договор в таком случае заключается между некоммерческим товариществом и сетевой организацией.

в случае технологического присоединения энергопринимающих устройств, принадлежащих гражданам, осуществляющим ведение садоводства или огородничества на земельных участках, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, а также энергопринимающих устройств принадлежащих правообладателям объектов недвижимости, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, заявка на технологическое присоединение этих энергопринимающих устройств заполняется гражданами, либо правообладателями объектов недвижимости, но подается сопроводительным письмом некоммерческого товарищества, при этом договор о технологическом присоединении заключается между сетевой организацией и собственником энергопринимающих устройств.

В случае ведения садоводства или огородничества без создания садоводческого или огороднического некоммерческого товарищества заявка на технологическое присоединение энергопринимающих устройств принадлежащих гражданам или иным правообладателям объектов недвижимости, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, подается в сетевую организацию гражданами или иными правообладателями объектов недвижимости, то есть, собственником энергопринимающих устройств, которые необходимо присоединить. Договор о технологическом присоединении заключается с обратившимся лицом в общем порядке технологического присоединения, установленном в зависимости от мощности присоединяемых устройств.

В данном случае, по мнению истца, ответчиками нарушена процедура и порядок заключения договора, и такой договор является ничтожной сделкой, на основании п. 2 ст. 168 ГК РФ, как сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от 21.06.2021, в судебном заседании настаивал на исковых требованиях в полном объеме, доводы, изложенные в иске, письменных уточнениях и дополнениях, возражениях на отзыв (л.д. 65 – 68, 154 - 157), поддержал. 

Представитель ответчика ОАО «МРСК Урала» - ФИО3, действующая на основании доверенности от 01.02.2021, в судебном заседании исковые требования не признал, доводы, изложенные в письменном отзыве, поддержал (л.д. 50, 158), указав, что 15.04.2021 ОАО «МРСК Урала» и ФИО1 взамен оспариваемого истцом акта №-№ от 19.09.2019 составили акт об осуществлении технологического присоединения (переоформление) № от 14.04.2021. Данный акт не содержит оспариваемого истцом пункта 7.3, а также иного пункта с аналогичным содержанием, в настоящий момент действующий акт об осуществлении технологического присоединения (переоформление) № от 14.04.2021 не затрагивает прав и законных интересов истца. 

Ответчик ФИО1, извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, причины неявки суду не сообщила. 

Суд, заслушав стороны, изучив представленные доказательства по делу, приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. 

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на положения ч.2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, во взаимосвязи со ст. 308 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ч.2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ч.3 ст. 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). 

Судом установлено, что 19.08.2019 между ОАО «МРСК Урала» и ФИО1 заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям №, в соответствии с которым, сетевая организация приняла на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя ЭПУ-0,4 кВ. Технологическое присоединение необходимо для электроснабжения объекта: дом, расположенный по адресу: Свердловская область, район Сысертский, участок находится примерно в 1 км по направлению на северо – запад от ориентира 

<

адрес>, участок №, кадастровый №. Технические условия № являются неотъемлемой частью договора (п.4). 

17.09.2019 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий № (л.д. 10). 

Договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям сторонами не оспорен и не опорочен, истцом оспариваются только акты об осуществлении технологического присоединения. 

В соответствии с данным актом о выполнении технических условий от 17.09.2009 №, сетевая организация оказала заявителю услугу по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя в соответствии с условиями вышеуказанного договора. Мероприятия по технологическому присоединению выполнены согласно техническим условиям №. Дата фактического присоединения – 10.09.2019. 

Из содержания п. 3 акта № от 17.09.2019, следует, что для осуществления технологического присоединения использована электроустановка (оборудование), находящееся в эксплуатации владельца сети ДНП «Новофомино» - ВЛ-10 кВ от контактных зажимов выводных контактов высоковольтного модуля ПКУ-10 кВ, установленного на опоре № отпайки на ТП – 76113 ВЛ – 10 кВ Черданцево до ТП 76113 и ТП 0 76113 10/0,4 кВ. 

Суд соглашается с доводами представителя ответчика ОАО «МРСК Урала» о том, что истец, заявляя требования о признании недействительным акта № от 17.09.2019 в целом, фактически оспаривает только положения пункта 7.3 данного акта. 

Согласно пункта 7. 3 акта от 17.09.2019, ответственность за контактное соединение несет ДНП «Новофомино». 

Вместе с тем, судом установлено, что 15.04.2021 между «МРСК Урала» и ФИО1 подписан акт об осуществлении технологического присоединения (переоформление) №. 

Из содержания указанного акта об осуществлении технологического присоединения (переоформление) № следует, что данный акт составлен и подписан сторонами взамен акта об осуществлении технологического присоединения № от 17.09.2019. 

При этом, акт об осуществлении технологического присоединения № от 17.09.2019 и акт об осуществлении технологического присоединения (переоформление) № от 15.04.2021 по своему содержанию идентичны, за исключением отсутствия в новом акте пункта 7.3, устанавливающего ответственность ДНП «Новофомино» за контактное соединение. 

В обоснование заявленных требований, истец указывает, что акт об осуществлении технологического присоединения (переоформление) № от 15.04.2021 не заменяет акт от 17.09.2019 № №, а действует наравне с ним. 

Вместе с тем, данные выводы истца суд находит ошибочными, в связи со следующим. 

Технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, согласно п. 1 ст. 26 Федерального закона «Об электроэнергетике» осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер. 

Согласно п.2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, акт об осуществлении технологического присоединения (акт о технологическом присоединении) - документ, составленный по окончании процедуры технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям и подтверждающий технологическое присоединение в установленном порядке, в котором определены технические характеристики технологического присоединения, в том числе, величина максимальной мощности, границы балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) сторон и границы ответственности сторон за эксплуатацию соответствующих объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) и (или) объектов электросетевого хозяйства. 

В то же время, в силу ст.153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенный в п. 50 Постановления от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Согласно п.2 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу ст. 407 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.

Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором (ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ранее установлено, что согласно акта об осуществлении технологического присоединения (переоформление) № от 15.04.2021, он составлен и подписан сторонами взамен ранее подписанного акта от 17.09.2019 №. 

В соответствии со ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что воля сторон при подписании акта № от 15.04.2021 была направлена на прекращение действия акта от 17.09.2019 № с момента его заключения, в связи с чем, единственным действующим актом об осуществлении технологического присоединения в рамках исполнения договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, остается именно № от 15.04.2021. 

Ввиду того, что оспариваемый акт от 17.09.2019 №, на момент рассмотрения дела, прекратил свое действие, в связи с чем, отсутствует предмет спора, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в данной части. 

Относительно требований о признании недействительным акта № от 15.04.2021, суд приходит к следующему. 

Как ранее судом установлено, данный акт не содержит положения, устанавливающего ответственность ДНП «Новофомино» за контактное соединение. 

Кроме того, пунктом 13 договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям установлена балансовая и эксплуатационная ответственность заявителя – в границах своего участка, сетевой организации – до границ участка заявителя. 

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что оспариваемым актом № от 15.04.2021, подписанным ответчиками, не установлена ответственность ДНП «Новофомино» за контактное соединение. 

Истец в обосновании своих требований также указывает, что оспариваемым актом нарушены его интересы как собственника электрооборудования, в связи с чем, он может требовать устранения нарушений его права согласно ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Так, из содержания пункта 3 акта № № от 15.04.2021 следует, что для осуществления технологического присоединения использована электроустановка (оборудование), находящееся в эксплуатации владельца сети ДНП «Росток» (в настоящее время - ДНП «Новофомино»): ВЛ-10 кВ от контактных зажимов выводных контактов высоковольтного модуля ПКУ-10 кВ, установленного на опоре № отпайки на ТП – 76113 ВЛ – 10 кВ Черданцево до ТП 76113 и ТП 0 76113 10/0,4 кВ.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Согласно пояснениям стороны ответчика ОАО «МРСК Урала», указание владельцем сети истца ДНП «Новофомино» в данном пункте Акта последовало в результате предположения ответчиков о таком обстоятельстве, ввиду нахождения оборудования на территории ДНП «Новофомино». Суд так же отмечает, что само по себе указание истца в качестве владельца сети в пункте 3 акта не свидетельствует о наличии у ДНП «Новофомино» права собственности на указанные объекты.

Доказательств, подтверждающих принадлежность истцу электросетей или электроустановки (оборудования) на праве собственности, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на рассмотрение суда не представлено. 

Как следует из представленной в материалы дела спецификации №, являющейся приложением № к договору поставки № от 05.05.2014, ООО «Завод Подстанция» обязалось поставить ДНП «Новофомино» ИНН подстанцию КТПН – Т – В/В 1000/10/0,4,трансформатор ТМГ 1000/10/0, 4 (л.д. 111- 112). 

Принимая во внимание возражения стороны ответчиков о наличии у истца права собственности на указанные объекты, доводы о проведении мероприятий по постановке спорных электросетей на учет в качестве бесхозяйных объектов, учитывая отсутствие надлежащих, допустимых и достаточных доказательств, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства не нашел своего подтверждения факт принадлежности ВЛ-10 кВ от контактных зажимов выводных контактов высоковольтного модуля ПКУ-10 кВ, установленного на опоре № отпайки на ТП – 76113 ВЛ – 10 кВ Черданцево до ТП 76113 и ТП 0 76113 10/0,4 кВ ДНП «Новофомино».

Таким образом, ввиду отсутствия подтвержденного факта принадлежности истцу оборудования, использованного при технологическом присоединении энергопринимающих устройств ответчика ФИО1 в рамках заключенного договора с ОАО «МРСК Урала», у суда отсутствуют основания полагать, что оспариваемой сделкой нарушены каким-либо образом интересы истца ДНП «Новофомино», которое не является стороной сделки. 

Учитывая изложенное, поскольку оспариваемым актом права истца не нарушены, в связи с чем, отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований. 

Кроме того, в соответствии с пунктом 3 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им настоящих Правил и наличии технической возможности технологического присоединения.

Пунктом 4 Правил, закреплено право любого лица на технологическое присоединение построенных ими линий электропередачи к электрическим сетям. Технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные настоящими Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации (п.6 Правил). 

В силу п.8 (5) указанных Правил, технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих гражданам, осуществляющим ведение садоводства или огородничества на земельных участках, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, и иным правообладателям объектов недвижимости, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, осуществляется к сетям сетевой организации непосредственно или с использованием имущества общего пользования садоводческого или огороднического некоммерческого товарищества. 

При этом, садоводческое или огородническое некоммерческое товарищество не вправе препятствовать сетевой организации в осуществлении технологического присоединения таких энергопринимающих устройств и требовать за это плату.

Учитывая совокупность вышеустановленных обстоятельств, суд отказывает ДНП «Новофомино» в удовлетворении иска к ФИО1, открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» о признании актов об осуществлении технологического присоединения № 17.09.2019, № от 15.04.2021 недействительными. 

В силу ч. 1 ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с истца в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина 6 000 рублей. 

Иных требований на рассмотрение суда не заявлено.

Руководствуясь ст. ст. 13,194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования дачного некоммерческого партнерства «Новофомино» к ФИО1, открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» о признании сделок недействительными – оставить без удовлетворения. 

Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы, представления через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга. 

Судья