Решение

Именем Российской Федерации

11 ноября 2020 года Таштыпский районный суд Республики Хакасия

в селе Таштып

в составе: председательствующего судьи Кузнецовой С.А.

при ведении протокола помощником судьи Тюмерековой Д.А.

с участием: 

истицы ФИО1, ее представителей ФИО2, ФИО3;

представителя ответчика ФИО4- адвоката Гракова К.К.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебное заседании гражданское дело №2-199/2020 по иску ФИО1 к ФИО4 о признании договора купли- продажи транспортного средства недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения и взыскания судебных расходов,

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании договора купли- продажи транспортного средства недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения и взыскания судебных расходов, мотивируя свои требования тем, что 19.01.2020 ей стало известно о том, что принадлежащий ей на праве собственности автомобиль 

<

данные изъяты> регистрационный номер Номер, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, продан ответчику и снят с регистрационного учета 14.01.2020. Однако договор купли- продажи автомобиля она с ФИО4 не заключала, денежные средства за него не получала и паспорт транспортного средства не заполняла, свою подпись в нем не ставила.

В судебном заседании истица ФИО1 свои требования поддержала по приведенным в исковом заявлении основаниям, дополнительно суду пояснила, что автомобилем 

<

данные изъяты> пользовалась она сама и ее дочь ФИО3. Примерно в начале ноября 2019 года у нее с дочерью зашел разговор о продаже машины. Дочь предложила перегнать ее в 

<

адрес>, где у нее есть человек, который поможет продать машину, сказала, что нужно подписать договор купли- продажи, но его не заполнять, только поставить свою подпись. 23.10.2019 она подписала пустой бланк договора купли- продажи машины, указала свой номер телефона для связи, передала ПТС, СТС. В этот день машина была загружена товаром с ООО «

<

данные изъяты>», машину отогнал в 

<

адрес> ФИО5, которому машину отдали только для перегона, и договор купли- продажи она подписала только для перегона автомобиля. До произошедшего она владела автомобилями и знала процедуру их купли- продажи.

Представитель истицы ФИО1- ФИО3 требования доверителя поддержала, суду пояснила, что в датах истица ошибается. Автомобиль 

<

данные изъяты> по договору безвозмездного пользования находился в пользовании ООО «

<

данные изъяты>», учредителем которого является она (ФИО3), ПТС на который находился у нее (ФИО3) дома, СТС- в бардачке автомобиля, там же находился полис ОСАГО, срок действия которого закончился в сентябре 2019 года, продлевать срок его действия не планировали, т.к. решили с матерью продать машину. 24.10.2019 в 

<

адрес> на автобусе приехал ФИО5, работавший генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», учредителем которого она (ФИО3) является. В тот же день он уехал с товаром на автомобиле 

<

данные изъяты> вместе с документами на него. Ранее она разговаривала с ФИО5 по поводу перегона данного автомобиля в 

<

адрес>, чтобы там поискать покупателя, прицениться. Из-за отсутствия договора ОСАГО для перегона автомобиля ФИО6 решили оформить договор купли- продажи. С согласия ФИО1 она по телефону сказала водителю ФИО23 сделать договор купли- продажи, но он оформил его от имени ООО «

<

данные изъяты>», поэтому она позвонила бухгалтеру, сказала распечатать бланк и передать ФИО20. Водитель ФИО24 увез бланк договора купли- продажи автомобиля матери, которая в нем расписалась. Она (ФИО3) позвонила своей дочери ФИО25 сказала, чтобы та передала ФИО26 ПТС. Все эти документы ФИО27 передал ФИО6, он уехал в 

<

адрес> После этого в течение трех месяцев у нее с Сафьяновым велась переписка по поводу машины, имеются голосовые сообщения, где говорилось о том, что ремонтировать машину не надо, хотя Сафьянов ей говорил, что машина разобрана, сдана в 

<

данные изъяты>. В декабре 2019 года она сказала ФИО6, что будет фирму в 

<

адрес> закрывать, 12.01.2020 в 

<

адрес> приехал Сафьянов с женой ФИО28, сказали, что приедешь в 

<

адрес> 14 января и заберешь машину, оставшийся товар и оборудование. Приехав указанного числа в 

<

адрес>, она ФИО21 не нашла, со слов жены он уехал по делам, но, как потом оказалось, он вернулся в 

<

адрес> и оформил договор купли- продажи машины, кроме того, в декабре 2019 года Сафьянов самовольно оформил договор ОСАГО.

Представитель истицы ФИО1- ФИО2 требования своего доверителя поддержал, т.к. у ФИО1 не было воли на продажу автомобиля, она была введена в заблуждение, поскольку ей позвонила дочь, предложила продать машину в 

<

адрес>, сказала, что для того, чтобы перегнать машину в 

<

адрес> нужно заполнить договор купли- продажи в связи с тем, что закончился договор ОСАГО, и если остановит ДПС, Сафьянов поставит в нем дату. Обе они (ФИО1 и ФИО3) знали порядок купли- продажи автомобиля, и никто из них не ставил подпись в ПТС, ФИО1 его вообще не видела, т.к. ПТС водитель напрямую передал ФИО6. Считает, что данный договор является ничтожной сделкой, никаких денежных средств ФИО1 за автомобиль не получала, покупателя не видела. Установлено, что договор подписан не в 

<

адрес>, как указано в нем, а в 

<

адрес>. Истица ФИО1 достаточно образованный человек, она бы не стала подписывать договор с указанием места его составления в 

<

адрес>. ПТС она не заполняла, т.к. знает, что при подписании ПТС право собственности переходит к покупателю. Из материалов уголовного дела видно, что оригинал ПТС утерян, т.к. неустановленное лицо подделало в нем подпись ФИО1. Из переписки ФИО3 и ФИО6 следует, что у автомобиля отсутствовал вин- номер, потом его каким- то образом установили. Из переписки установлено, что у ООО «

<

данные изъяты>» имелся долг 250 тысяч рублей и Сафьянов его возвращал. 

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, что не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.

Представитель ответчика ФИО4- адвокат Граков К.К. против удовлетворения требований истицы ФИО1 возражал, считает доводы истицы немотивированными и необоснованными, т.к. последней не представлены доказательства тому, что договор купли- продажи автомобиля заключен с пороком воли, если оплата по договору не производилась, должны быть заявлены другие требования. Ошибка в договоре купли- продажи места его заключения не является основанием для признания договора недействительным. Истцом не представлено доказательств тому, что в ПТС подпись ФИО1 подделана. Он не исключает того, что в октябре 2019 года истица подписывала пустые бланки договора купли- продажи, что не опровергает факт заключения договора купли- продажи автомобиля 12 января 2020 года.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО5 с требованиями истицы ФИО1 не согласился, суду пояснил, что с октября 2018 года он являлся генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», офис которого находился в 

<

адрес>. В октябре 2019 года он приехал в 

<

адрес>, где должен был по просьбе ФИО3 забрать машину 

<

данные изъяты> и перегнать ее в 

<

адрес> для поиска покупателя, которому он (Сафьянов) должен был показать машину. При этом он знал, что юридически собственником машины является ФИО1, но фактически машиной пользовалась ФИО3, с ее разрешения и до этого он перевозил грузы на данной машине. ФИО3 сказала ему загрузить товар, которым загрузился в кондитерском цехе, получил товаро- транспортную накладную, СТС и страховку ему передал водитель по имени ФИО29, ПТС и договор купли- продажи ему не передавали. По дороге в 

<

адрес> машина сломалась, он купил тосол и «дотянул» до города, позвонил ФИО3, сказал, что машина сломалась и ее продавать в таком состоянии невозможно, на что ФИО3 ответила, что нужно сделать минимальный ремонт, самый дешевый, чтобы продать машину. Он поставил автомобиль в сервис, мастер его посмотрел и сказал, что неплохой автомобиль за 350 тысяч рублей, эту цену ему озвучила ФИО3, а он сказал мастеру. В 15-20х числах ноября он позвонил ФИО3 и спросил не будет ли она возражать, если машину купит он, та ответила, что нет разницы, главное деньги, они договорились, что он будет рассчитываться частями. По просьбе ФИО3 в ноябре 2019 года он погасил кредит ее отца ФИО30 в Почта- банке в размере 10 тысяч рублей, квитанцию отдал ФИО3, 1711.2019 через знакомого водителя транспортной компании передал ФИО3 свою кредитную карту АТП банка с суммой кредита 150 тысяч рублей, сообщив пин- код, указанная сумма со счета была снята, 90 тысяч рублей перечислил с карты брата ФИО31., которой пользовался длительное время, на карту дочери ФИО3- ФИО32 картой которой пользовалась ФИО3. 12.01.2020 он с женой ФИО33 на автомобиле 

<

данные изъяты> приехал в 

<

адрес>, где они встретились с ФИО1, которой он передал 100 тысяч рублей, та передала им копию своего паспорта, ПТС, договор купли- продажи на имя его брата ФИО4, которому он был должен и решил расплатиться машиной, заполнила его (ФИО5) жена, ФИО1 и подъехавший на своей машине брат подписали его на месте в 

<

адрес>. С ФИО3 у него была договоренность о том, что ранее переданные ей деньги она передаст ФИО1.

Суд, заслушав объяснения участников судебного процесса, показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам:

Согласно договору купли- продажи автомобиля от 12 января 2020 года продавец ФИО1 продала, а покупатель ФИО4 купил за цену в 350 тысяч рублей автомобиль марки 

<

данные изъяты> грузовой фургон, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, регистрационный номер Номер. 

Из договора купли- продажи видно, что он подписан продавцом ФИО1 и покупателем ФИО4, при этом отмечается, что продавец деньги получил, транспортное средство передал, покупатель деньги передал, транспортное средство получил.

Указанный выше договор купли- продажи автомобиля покупателем был представлен в ГИБДД Отд.МВД России по 

<

адрес>, которым автомобиль поставлен на учет на имя ФИО4, выдано Номер от 14.01.2020, что следует из ответа ГИБДД Отд.МВД России по 

<

адрес> на запрос суда от 06.10.2020 и подтверждается представленной копией договора купли- продажи автомобиля, страховым полисом ОСАГО от 06.12.2019, выданного СК «

<

данные изъяты>» с учетом внесенных в него изменений 13.01.2020, где страхователем значится ФИО35 собственником спорного автомобиля - ФИО4.

Согласно договору купли- продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 23.10.2015 ранее указанный выше автомобиль был продан ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО3 покупателю ФИО1 за 120 тысяч рублей.

Объяснения представителя истицы ФИО1- ФИО3 в судебном заседании подтвердила свидетель ФИО36.- дочь последней, суду показавшая в том, что мать лет 5 пользуется принадлежащей ей картой Виза Мастер карт, кроме того, у нее (ФИО37 имеется карта, которой пользуется она сама. В октябре прошлого года ей позвонила мать и попросила передать ПТС на автомобиль водителю ФИО38, что она и сделала.

Представитель истицы ФИО1- ФИО3 суду пояснила, что картой дочери она пользуется в связи с тем, что является должником по исполнительным производствам.

Свидетель ФИО39 суду показала, что работает бухгалтером ООО «

<

данные изъяты>», летом 2019 года ФИО3 из кассы попросила 150 тысяч рублей. Этот долг картой вернул ФИО5, который был должен, сказал, что наличкой у него денег нет, может долг вернуть картой. Деньги были израсходованы на приобретение сырья для предприятия.

Однако эти свои показания свидетель уточнила, показав, что ФИО3 из кассы для своих личных нужд взяла 150 тысяч рублей, о чем написала расписку, обязалась вернуть долг до конца года. Вернула ФИО3 долг примерно в октябре 2019 года путем предоставления чеков на приобретение сырья и наличкой. Чеки ФИО3 предоставляла, т.к. говорила, что не может снять деньги, если чеки не сходились, просила ФИО5 скинуть скрины по движению денежных средств по его карте. Про личный долг ФИО5 ей ничего неизвестно, ФИО3 говорила, что это долг ООО «

<

данные изъяты>». Примерно в конце октября 2019 года ей водитель ФИО40 привез договор на продажу автомобиля, оформленный на юридическое лицо, затем ей позвонила ФИО3 и сказала, что нужен договор на физлицо, она распечатала из интернета бланки договора и отдала ФИО41. О том, что продается машина ей ничего не было известно, с ФИО3 доверительных отношений у нее нет, отношения только служебные.

Свидетель ФИО42 суду показал, что работает водителем в ООО «

<

данные изъяты>» года полтора, из них официально- полгода. Автомобилем 

<

данные изъяты> пользовался примерно с июня до октября 2019 года, из них около месяца (в сентябре) машина находилась на ремонте в СТО в 

<

адрес>, где ремонтировали ходовую часть, т.к. она постоянно глохла, в конце сентября машину забрали. В 20х числах октября 2019 года ему позвонила ФИО3 и сказала машину передать ФИО5, ПТС взять у нее дома, матери ФИО1 передать договор купли- продажи, чтобы она его подписала, эти документы отдать ФИО6. Он у бухгалтера взял 2 чистых бланка договора купли- продажи, поехал в магазин к ФИО7, которая их оба подписала, расписалась где- то внизу, в верхней части договора записей не было, копию паспорта ФИО1 ему не передавала. В тот же день документы он передал ФИО5, СТС и полис ОСАГО были в бардачке машины, полис еще действовал, т.к. страховку меняли дней за 10 до ее окончания, оплачивала ФИО3. Сафьянов загрузился и уехал, больше он машину не видел. Считает, что машина находилась в идеальном, т.е. рабочем состоянии.

Свидетель ФИО43. суду показал, что он состоит в фактических брачных отношениях с ФИО3. Примерно в октябре 2020 года он слышал разговор между ФИО3 и ФИО6, речь у них шла об автомобиле 

<

данные изъяты>. Сафьянов был готов перегнать его в 

<

адрес> для переоценки и продажи, при этом речи о покупке автомобиля сами ФИО21, цене и ремонте не было. Потом случайно узнал, что автомобиль в ремонте, хотя до этого его забрали с ремонта по поводу незначительных поломок, хотя не отрицает того, что после ремонта у автомобиля имелись неисправности в электрооборудовании, что не влияет на ходовую часть. После этого слышал разговор между ФИО3 и ФИО6 о том, чтобы машину перегнать в 

<

адрес> и там продать.

Свидетель ФИО44 суду показала, что является супругой третьего лица ФИО5, который работал генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», учредителем которого являлась ФИО3. Муж привозил товары из 

<

адрес>, на разных машинах, в т.ч. 

<

данные изъяты>. Со слов ФИО3 ей известно о том, что она скрывается от приставов и все ее имущество записано на мать и дочь, в т.ч. автомобиль 

<

данные изъяты>. В октябре 2019 года муж ездил на товаром в 

<

адрес>, вернулся на 

<

адрес>, который сломался, его поставили в сервис на ремонт, где он простояла около месяца, т.к. не было денег, поэтому ремонт они оплатили за счет личных средств, потом их возместили. Со слов мужа ей известно о том, что ФИО3 собралась эту машину продавать. Примерно в ноября 2019 года муж сказал, что машина хорошая и предложил ее купить за 350 тысяч рублей- за цену, названную ФИО3. На предложение мужа она согласилась, тот позвонил ФИО3, она ответила, что не возражает против того, чтобы машину купил он (Сафьянов), но сказала, что деньги ей нужны сейчас, согласна на оплату частями. Они по просьбе ФИО3 погасили кредит ее отца в Почта- банке в размере 10 тысяч рублей, чек передали ФИО3, 90 тысяч рублей ФИО3 сказала перевести на карту дочери ФИО3 и передали ФИО3 кредитную карту АТБ банка с лимитом в 150 тысяч рублей, эта сумма была полностью снята со счета, что она (ФИО6) контролировала. 90 тысяч рублей муж перевел на карту дочери ФИО3 с карты своего брата ФИО45 которой длительное время пользуется, сам и вносит на счет карты денежные средства. В декабре 2019 года муж ездил на данной машине, возил товары. В январе 2020 года они поехали в 

<

адрес> в гости к брату мужа ФИО4, муж сказал, что должен брату деньги в сумме, больше чем стоит машина, и предложил оформить машину на брата, она согласилась. 12 января 2020 года они приехали в 

<

адрес>, подъехали к дому ФИО20, которая им вынесла копию своего паспорта и ПТС, ей ФИО19 передал 100 тысяч рублей. Она (ФИО21) заполнила договор купли- продажи, в котором расписалась ФИО20, указала свой номер телефона, затем подъехал ФИО4, который также расписался в договоре и они на данной машине уехали. Доводы третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО5 и показания свидетеля ФИО8 подтверждаются представленными ими чеком Сбербанк онлайн от 17.11.2019 на сумму 90 тысяч рублей, выпиской из лицевого счета ФИО5 в филиале «АТБ» (ПАО) по кредитной карте за период времени с 01.09.2019 по 31.12.2019.

Пункт 2 статьи 1 ГК РФ устанавливает, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу пунктов 1 и 5 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно положениям статей 11 - 12 ГК РФ целью судебной защиты является восстановление нарушенного права.

Пункты 1 и 2 статьи 209 ГК РФ предусматривают, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (пункт 2 статьи 218 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи 223 ГК РФ).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 224 ГК РФ передачей признается вручение вещи приобретателю, а равно сдача перевозчику для отправки приобретателю или сдача в организацию связи для пересылки приобретателю вещей, отчужденных без обязательства доставки. Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Если к моменту заключения договора об отчуждении вещи она уже находится во владении приобретателя, вещь признается переданной ему с этого момента.

Статья 153 ГК РФ устанавливает, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю. (пункт 1 статьи 160 ГК РФ)

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Основания для признания сделки недействительной предусмотрены статьями 168, 169, 170, 174.1, 176- 179 ГК РФ.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 39 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе об его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 35 и 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. По смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли.

По смыслу приведенных выше положений Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении иска собственника об истребовании принадлежащего ему имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании возмездной сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

Совокупность исследованных по делу доказательств позволяет суду прийти к достоверному выводу о том, что истицей ФИО1 спорный автомобиль был передан в пользование ООО «

<

данные изъяты>», учредителем которого является ее дочь ФИО3. Спорный автомобиль марки 

<

данные изъяты> регистрационный номер Номер, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, ранее принадлежал ООО «

<

данные изъяты>», учредителем которого являлась также ФИО3. По предложению последней ФИО1 было принято решение о продаже указанного автомобиля, что ни истицей, ни ее представителем ФИО3 не оспаривается, что объективно указывает на наличие у истицы ФИО1 волеизъявления на передачу владения (продажу автомобиля) любому иному лицу, о чем свидетельствует договор купли- продажи автомобиля от 12 января 2020 года, подписанный продавцом ФИО1 и покупателем ФИО4, что сторона последнего не оспаривает. 

Из приведенного выше договора видно, что при заключении сделки стороны согласовали его существенные условия, т.е. наименование товара и его цену, что в соответствии с положениями ч.1 ст.56, ч.1 ст.57 ГПК РФ стороной истца допустимыми доказательствами не опровергнуто. Показания свидетелей ФИО46, ФИО47., ФИО48 и ФИО49., переписка между ФИО3 и третьим лицом ФИО5 факт заключения сторонами- истицей ФИО1 и ответчиком ФИО4 сделки купли- продажи не опровергают, а фактически подтверждают факт добровольной передачи автомобиля марки 

<

данные изъяты> регистрационный номер Номер, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 с согласия собственника ФИО1 третьему лицу ФИО5, перечисление им денежных средств в общей сумме 250 тысяч рублей ФИО3, что последней не оспаривается, с условием передачи их собственнику автомобиля ФИО1, что истицей и ее представителями в соответствии с требованиями ч.1 ст.56, ч.1 ст.57 ГПК РФ соответствующими доказательствами не опровергнуто. 

Суд критически относится к доводам истицы и ее представителей в части подписания в октябре 2019 года ФИО1 пустых бланков договора купли- продажи автомобиля с целью его перегона в 

<

адрес> и именно этим договором воспользовались ответчик ФИО4 и третье лицо ФИО5. Между тем как судом установлено, что управлять данным автомобилем могли любые лица, поскольку в полисе ОСАГО отсутствовало указание конкретных лиц, имеющих право управления автомобилем. Из показаний свидетеля ФИО50 управлявшего автомобилем до октября 2019 года, следует, что к указанному времени срок действия полиса ОСАГО не истек. Оснований подвергать сомнению показания данного свидетеля суд не находит, поскольку не установлена его заинтересованность в исходе дела.

Отрицая факт заключения договора купли- продажи автомобиля 12 января 2020 года, ни истица ФИО1, ни ее представители не смогли суду объяснить верное указание в указанном договоре ее личных данных, в том числе паспортных данных, которые в свободном доступе отсутствуют, что объективно подтверждает объяснения третьего лица ФИО5 и показания свидетеля ФИО51 о передаче истицей при заключении договора купли- продажи автомобиля копии паспорта.

Не может суд признать убедительными и доводы стороны истицы о том, что денежные средства третьим лицом ФИО5 представителю истицы ФИО3 были переданы в счет погашения долга, поскольку наличие у последнего долга перед ФИО3 не нашло своего объективного подтверждения, финансовый спор между ФИО3 как учредителем ООО «

<

данные изъяты>» и его генеральным директором ФИО5 отношения к предмету исследования по данному делу не имеет, судом лишь установлено, что между ними сложились неприязненные отношения.

Из показаний свидетеля ФИО52. видно, что у ФИО53 перед Обществом летом 2019 года образовался долг в сумме 150 тысяч рублей, который она погасила за счет заемных денежных средств третьего лица ФИО5.

При изложенных выше обстоятельствах, исходя из положений статей 421, 431, 454, 458 ГК РФ, свободы граждан в заключении договора, суд приходит к выводу о том, что соглашение между сторонами (истицей ФИО1 как продавцом и покупателем ФИО4) в требуемой законом форме по всем существенным условиям договора было достигнуто, вещь (товар) передана покупателю, принята им, произведена уплата, установленной сторонами продажной цены. Личная подпись истицы ФИО1 в договоре купли-продажи подтверждает указанные обстоятельства. После передачи товара ответчиком ФИО4 в установленном действующим законодательстве порядке в ГИБДД Отд.МВД России по 

<

адрес> зарегистрирован переход права собственности, что свидетельствует о соответствии сделки закону.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о том, что наличие основания для признания сделки купли- продажи автомобиля, заключенной истицей ФИО1 с ответчиком ФИО4 недействительной (ничтожной) не установлено, указание в договоре купли- продажи места ее составления в 

<

адрес>, хотя сама сделка состоялась в 

<

адрес>, РХ, как и факт возбуждения СО Отд.МВД России по 

<

адрес> в отношении ФИО5 уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, предварительное следствие по которому не окончено, как и оплата стоимости автомобиля за счет средств третьего лица ФИО5, являющегося родным братом ответчика ФИО4, не являются достаточными основаниями для признания данной сделки недействительной и безусловным подтверждением выбытия автомобиля из владения собственника помимо его воли. Вследствие чего требования истицы ФИО1 о признании договора купли- продажи недействительным, производного от него- истребовании имущества (автомобиля марки 

<

данные изъяты> регистрационный номер Номер, ДД.ММ.ГГГГ выпуска), из чужого незаконного владения удовлетворению не подлежат как не основанные на законе.

В соответствии со ст.199 ГПК РФ в судебном заседании оглашена резолютивная часть решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194- 198 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о признании договора купли- продажи транспортного средства недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения и взыскания судебных расходов отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Таштыпский районный суд.

Председательствующий судья

Решение суда в окончательной форме изготовлено 16 ноября 2020 года